Текст книги "На границе империй. Том 10. Часть 13 (СИ)"

Автор книги: Indigo

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Снова активировал планшет и начал новый поиск. На этот раз искал информацию о всех покушениях, угрозах и инцидентах, связанных с семьями высокопоставленных офицеров флота за последнее время. Чёртики принялись за работу с удвоенным рвением, словно чувствуя важность задачи.

Данные начали стекаться на экран, формируя мрачную картину.

И нашёл. Целую серию инцидентов, о которых почти не было ничего известно.

За последние шесть месяцев было три попытки похищения со станций детей высших офицеров флота. Все три раза неудачные – безопасность сработала, похитители либо схвачены, либо убиты при попытке бегства. Но сам факт попыток говорил о многом.

Вообще, на флоте запрещалось жениться или выходить замуж и иметь семью. Но это было прописано далеко не у всех в контрактах. Поэтому дети были на станции, немного и в основном у тех, кто работал на станции на гражданских должностях.

Все трое похитителей оказались из Директората Ошир. Это подтверждалось анализами ДНК, пойманных, допросами, следами в финансовых транзакциях, которые вели к подставным компаниям, связанным с оширцами.

Но зачем?

Непонимающе нахмурился, пытаясь сложить пазл. Они вроде как союзники Аратана? По крайней мере, официально. Хотя…

Союзники не захватывают у союзников станции.

Картина становилась всё яснее, и она мне категорически не нравилась.

Получалось, Мила попадала под эту категорию.

Идеально попадала. Она была не просто моей женой – хотя одного этого было бы достаточно, учитывая мою репутацию. Её отец – первый заместитель командующего восьмого флота.

Вот почему их эвакуировали. Кто-то в высших эшелонах власти узнал об угрозе и принял решение спрятать их?

Вот только…

Задумался, вглядываясь в пляшущие на экране цифры и графики.

Император ли?

Формально приказ мог исходить от императора. Защита семей высших офицеров – это вопрос государственной важности, престижа империи. Но что-то подсказывало мне, что здесь сработал другой фактор.

Узнай я о гибели жён или детей, и они потеряли бы последний рычаг влияния на меня.

Вот она, настоящая причина.

Они это поняли. И поэтому спрятали моих жён. Не столько ради их безопасности – хотя и это тоже – сколько ради контроля надо мной.

– Циничные твари, – процедил сквозь зубы.

Зло сжал планшет в руке, чувствуя, как корпус слегка прогибается под давлением. Нужно контролировать эмоции. Гнев – плохой советчик, а мне нужна была холодная голова.

Подключился к сети станции и начал смотреть новости. Может быть, там найдётся что-то ещё, какая-то зацепка, которую пропустил.

Информационный поток захлестнул меня, как приливная волна. Заголовки мелькали один за другим, переплетаясь в причудливый узор актуальных событий.

СБ всё так же активно искала меня, но теперь уже по всей станции, расширив зону поиска. Судя, по официальным сообщениям, они проверили все каюты командного сектора дважды, прошлись по жилым кварталам, обыскали все технические отсеки, где обитали только дроиды. Но всё так же безуспешно.

Глава 25

Киборги продолжали дежурить в ангаре у моего транспортника, словно стальные статуи.

Начальник СБ, судя по сообщениям в сети, был крайне недоволен ситуацией. Это даже не недовольство – настоящая ярость, тщательно скрываемая за маской профессиональной невозмутимости.

– Поиски продолжаются с использованием всех доступных ресурсов, – заявил он в сети. – Служба безопасности флота работает круглосуточно. Мы уверены, что преступник будет обнаружен в ближайшее время.

Шаблонные фразы, за которыми скрывалось плохо прикрытое бешенство.

Усмехнулся, чувствуя мрачное удовлетворение. Пускай поищет ещё. В конце концов, это был приятный побочный эффект моего положения – наблюдать, как разветвлённая машина безопасности буксует, пытаясь найти одного разумного на огромной станции.

Решил всё-таки проверить свой почтовый ящик. Он действительно оказался завален спамом – реклама сомнительных товаров, предложения о взаимовыгодном сотрудничестве от непонятных, скорее всего, мошеннических компаний, призывы поучаствовать в сомнительных финансовых схемах. Обычный информационный мусор, неизбежный спутник любого сетевого адреса.

Но среди этого мусора нашлось несколько интересных писем.

Одно от финансового отдела флота – очередная отписка по поводу трофейных, формальное уведомление о том, что «вопрос находится на рассмотрении соответствующих инстанций и будет решён в установленном порядке». Удалил его, не читая до конца. Чиновничья волокита не входила сейчас в список моих приоритетов.

Другое письмо заставило насторожиться.

От неизвестного отправителя. Адрес не просто скрыт, а зашифрован, отправителя было крайне сложно отследить. Тема письма: «Важная информация».

Открыл сообщение, инстинктивно проверив на наличие вирусов или следящих программ. Чисто. По крайней мере, моя антивирусная программа ничего не нашла.

Внутри было всего одно предложение, набранное стандартным шрифтом: «Алекс, твои жёны в опасности. Встретимся. Координаты прилагаются».

Координаты вели на один из нижних уровней станции, в заброшенный технический сектор. Уровень минус двадцать три, сектор такой-то, место… Даже не стал дочитывать. Знал я эту часть станции плохо, там находились старые помещения, оставшиеся ещё со времени начала стройки станции, которые постепенно выводили из эксплуатации по мере модернизации станции. Там царил полумрак, забытые коридоры и покрытая пылью техника, которую не включали, наверное, с постройки станции.

Классическая ловушка.

Слишком очевидная, даже оскорбительно очевидная. Заманить в отдалённое место, где никто не услышит выстрелов, где нет камер наблюдения, где легко устроить засаду. Учебник для начинающих шпионов, глава первая.

Но…

Что, если это не ловушка?

Покачал головой, отгоняя сомнения. Нет, слишком удобно. Слишком подозрительно. И всё же…

Посмотрел на дату отправки письма. За день до моего официального возвращения на станцию.

Это было интересно. Круг тех, кто знал о моих планах, был крайне узок. Только Дарс. А это можно считать практически никто. Появился на станции я внезапно, не уведомив никого, даже знакомых здесь. И тут вдруг письмо, отправленное ещё до моего официального появления?

И кто хотел встретиться?

Друг? Маловероятно. У меня осталось не так много друзей здесь. Враг? Возможно, но зачем такие сложности? Неизвестный информатор который хочет заработать на информации? Это был самый правдоподобный вариант, хотя и он вызывал у меня большие вопросы.

Проверил почтовый ящик отправителя, пытаясь хоть как-то идентифицировать источник. Система выдала сообщение об ошибке: «Адрес не существует». Копнул глубже, заставив чёртиков прошерстить логи серверов. Оказалось, такого ящика больше не существует, удалён сразу после отправки сообщения.

Склонялся к тому, что это всё же засада СБ. Слишком грубая приманка, но иногда грубость срабатывала лучше изощрённых уловок. Убедиться было несложно.

Подключился к камерам наблюдения в указанном секторе. Система безопасности станции имела обширную сеть видеонаблюдения, хотя в старых технических секторах она работала с перебоями.

Большинство камер в этом секторе не работали – экраны показывали либо статичную картинку с ошибкой подключения, либо просто чёрные квадраты. Сектор действительно казался заброшенным, забытым системными администраторами и службами безопасности. Но пара камер всё ещё функционировала.

Быстро добрался до архивов записей. Система хранила данные за последнюю неделю, дальше записи автоматически удалялись для экономии памяти. Прокрутил последние три дня, внимательно вглядываясь в размытые чёрно-белые изображения.

Никакого движения.

Сектор пустовал, мёртвый и безжизненный. Ни одной живой души в кадре за все три дня. Только пустые коридоры.

Приходила только пара техников – судя по униформе. Появились вчера, что-то проверили в распределительных щитах – открывали панели, проверили силовые щиты, сделали пометки на своих планшетах – и ушли минут через двадцать. Рутинная проверка, ничего подозрительного.

Вообще, это сильно напоминало ловушку с отложенным срабатыванием.

Приманку закинули, когда я находился в изоляторе вместе с дикими – тогда ещё в камере. Похоже, СБ так решило меня выманить. Расчёт был прост: увижу письмо, любопытство и беспокойство за жён пересилят осторожность, и я приду на встречу. А там уже ждёт целая команда захвата, возможно, с тяжёлым вооружением и киборгами.

Примитивно, но иногда примитивные схемы работали лучше всего.

Отложил планшет на столик и потянулся, чувствуя, как затёкшие мышцы протестующе отзываются болью. Спина затекла от долгого сидения в одной позе – провёл за расследованием уже несколько часов, не замечая течения времени. Плечи ныли, шея скрипела при поворотах, а в пояснице разлилась тупая боль.

Время летело незаметно. Глянул на часы – на станции уже был поздний вечер по местному времени. Большая часть флотских давно разошлась по каютам, дежурить оставалась только ночная смена, коридоры пустели, а жизнь замирала до утра. В этот момент планшет пискнул.

– Это ещё что за…? – снова взял планшет в руки.

Оказалось, я не вышел из почты и на почту пришло новое сообщение. Точная копия того же письма. Неизвестный вновь отправил его мне. Очень интересно, а как он узнал, что я зашёл в почту? Я понял, что прокололся. Сразу отключился и сломал планшет об колено. После чего нашёл инструмент в шкафу и разбил его плату окончательно.

Живот напомнил о себе громким, почти возмущённым урчанием. Невольно усмехнулся – тело требовало своё, напоминая, что последний раз ел… Когда вообще? Кажется, ещё утром, и то наспех, всухомятку.

Пора подкрепиться.

Поднялся с кресла, ощущая, как затёкшие ноги неприятно покалывают при движении. Прошёлся по каюте, разминая мышцы, затем подошёл к пищевому синтезатору.

Синтезатор был старой модели. На экране замерцало меню: стандартный набор блюд, которые синтезатор мог воспроизвести.

Посмотрел на него и понял, что не хочу, достал упаковку сухого офицерского пайка, приобретённого по дороге в эту каюту. И посмотрев на него, решил, что этот вариант мне нравится больше. Разорвал упаковку и начал свой обед.

Вкус был, как и ожидалось, так себе. Немного подкрепившись, решил, что пришло время для второй тренировки.

Тренировки стали обязательной частью режима здесь. После клетки и камеры, где по понятным причинам не мог тренироваться, здесь никто не мешал. Тело нужно было держать в форме, иначе в критический момент оно может подвести. Особенно сейчас, когда неизвестно, что меня ждёт впереди.

Начал с разминки – мягкие движения, растяжка, подготовка суставов и связок. Потом перешёл к упражнениям: отжимания, приседания, планка, выпады. Без оборудования, только вес собственного тела, но этого было достаточно. Мышцы приятно горели, пульс учащался, дыхание становилось глубже.

Сорок минут спустя закончил, весь в испарине, но чувствуя приятную усталость и удовлетворение. Тело отзывалось на нагрузку, мышцы запоминали движения.

Взял планшет. Работы было ещё много. Слишком много.

На этот раз решил проверить, что пишут в сети о моём возвращении. Любопытно было узнать, как отреагировала общественность, какие слухи и теории распространяются в имперском информационном пространстве.

Открыл новостной агрегатор и ввёл свою фамилию в поиск. Результаты посыпались лавиной.

«Адмирал Мерф вернулся из плена».

«Героическое возвращение легендарного командира».

«Алекс Мерф: от плена к свободе».

Заголовки были пафосными, восторженными, полными ожидания сенсационных подробностей. Статьи описывали моё возвращение как триумф, как победу человеческого духа над обстоятельствами. В некоторых публикациях уже успели раздуть разные легенды. Полная чушь, конечно.

Пролистал дальше.

Официальные СМИ флота придерживались более сдержанного тона. Там писали о «возвращении адмирала Мерфа на станцию после завершения миссии», о «продолжении служебных обязанностей», о «важном вкладе в безопасность Империи». Никаких подробностей, никаких упоминаний о моём текущем статусе. Формальные отписки, призванные успокоить общественность и не раздувать скандал.

Зато неофициальные источники отрывались по полной.

Форумы кишели обсуждениями. Теории заговора, спекуляции о том, что на самом деле, домыслы о моих планах на будущее. Кто-то писал, что вернулся героем и скоро получу повышение. Кто-то утверждал, что стал жертвой политических интриг и меня пытаются убрать с дороги. Кто-то даже предполагал, что вообще не вернулся – а это двойник, подставленный имперскими спецслужбами.

Последнее предположение было удивительно близко к истине, хотя и в перевёрнутом виде.

Один из постов привлёк моё внимание:

«Кто-нибудь заметил, что адмирала никто не видел после возвращения? Ни одного публичного выступления, ни одной пресс-конференции. Только официальные заявления от флота. Может, его вообще нет на станции?»

Под этим постом развернулась дискуссия. Одни утверждали, что нахожусь в медицинском центре. Другие предполагали, что уже покинул станцию и отправился на новое задание. Третьи шутили, что просто не хочу общаться с прессой и предпочитаю оставаться в тени.

Забавно наблюдать за тем, как люди строят теории, не зная даже половины правды.

Затем наткнулся на пост от одного из флотских офицеров – судя по регистрационным данным профиля, лейтенант с хорошей репутацией в сети. Написал:

«Слышал от знакомого из СБ, что адмирала Мерфа ищут. Официально не объявляют, но внутри флота все знают. Говорят, он не явился на обязательную встречу с начальством, и теперь его пытаются найти. Не знаю, что там произошло, но ситуация серьёзная».

Этот пост набрал сотни комментариев за считаные минуты. Люди требовали подробностей, делились слухами, строили предположения. Некоторые защищали, говоря, что имею право на приватность после всего пережитого. Другие обвиняли в дезертирстве и предательстве долга.

Информационное пространство кипело.

СБ, конечно, не делало официальных заявлений о моих поисках. Это было бы слишком унизительно – признать, что потеряли адмирала на собственной станции. Но слухи просачивались наружу, несмотря на все попытки сохранить секретность.

Зато вся станция уже знала, что меня ищут и что я удрал от них.

Это стало главной темой обсуждений во всех открытых форумах, чатах и новостных лентах. Обсуждение по поводу того, где прячусь, находилось в самом разгаре. Теории строились самые невероятные – от предположений, что уже давно покинул станцию на украденном шаттле, до версий, что укрывает кто-то из высокопоставленных офицеров.

Многие шутили, что найти адмирала на станции – весьма сложная задача даже для СБ. Юмор в информационном пространстве станции был едким, беспощадным:

«СБ ищет адмирала третий день? Может, им карту станции выдать? Версия для дошкольников, с большими картинками».

«Или инструкцию. Как искать адмирала для чайников. С картинками и подробными пояснениями. Шаг первый: включить мозг. Шаг второй: попробовать думать».

«Слышал, они уже проверили все каюты дважды. Может, им объяснить, что адмирал умеет двери закрывать изнутри? Невероятная технология требует высокого интеллекта для понимания этого процесса».

«Ставлю сотню кредитов, что адмирал уже третий раз мимо них прошёл. Просто форму каждый раз менял, и они его не узнавали. У СБ проблемы с лицевым восприятием, видимо».

Читал эти сообщения с мрачным удовлетворением. Их самоуверенность, их убеждённость в собственном могуществе здесь разбивалась о простой факт: один разумный, без ресурсов, без поддержки, и найти его они никак не могли.

Сидел на кровати, попивая синтетическую дрянь, напоминавшую кофе – горькую, с противным привкусом, но хоть немного бодрящую – и размышлял о дальнейших действиях, когда в местной сети станции произошёл взрыв активности.

Буквально взрыв.

Количество сообщений в секунду подскочило в десятки раз, чаты станции буквально захлебнулись от потока данных. Планшет завибрировал, выдавая экстренное уведомление. Сначала подумал, что СБ напало на след. Может быть, кто-то из техников заметил аномалию в системе энергоснабжения каюты, может, камеры засекли что-то подозрительное.

Но нет.

Это было что-то другое. Что-то гораздо более серьёзное.

Подключился к новостной ленте и замер, чувствуя, как похолодели пальцы, сжимающие планшет.

ЭКСТРЕННОЕ СООБЩЕНИЕ: АДМИРАЛ АЛЕКС МЕРФ ЗАХВАТИЛ ЗАЛОЖНИКОВ НА УРОВНЕ КОМАНДОВАНИЯ

Заголовок висел на экране огненными буквами. Красный фон, мигающие границы – максимальная приоритетность сообщения.

Что за…?

Быстро и удивленно открыл подробности. Видеозапись. Камера наблюдения, сектор командования, временная метка – десять минут назад.

На записи был я.

Точнее, кто-то очень на меня похожий. Невероятно похожий. В адмиральском мундире – в белом парадном, золотые нашивки, знаки отличия на воротнике. С моей выправкой – прямая спина, широкие плечи, уверенная походка. С моей манерой двигаться – те же жесты, те же движения тела.

Этот двойник ворвался в один из кабинетов на командном уровне. Я узнал помещение, это был небольшой конференц-зал, совещательная комната, обычно в них проходили совещания среднего флотского звена. На командном уровне таких было больше десятка. Там в тот момент проходило заседание младших офицеров. Шестеро офицеров участвовало в нём. Из них большинство женщины – четыре женщины и два мужчины, судя по форме и знакам различия на ней лейтенанты и капитаны.

Мой двойник ворвался через главную дверь, не стучась, не объявляя о себе. Как он это сделал, на записи не было. Хотя лично я не понимал, как искин допустил, непонятно кого, не то что на командный уровень, а открыл, для неизвестно кого, дверь в помещение, где шло служебное совещание. В помещении мой двойник навёл на них бластер, сразу узнал модель, стандартный флотская модель, тяжёлое, смертоносное оружие – и заставил всех встать к стене.

Звука на записи не было – камеры наблюдения в конференц-залах обычно не записывали аудио из соображений конфиденциальности. Но было понятно, как мой двойник, что-то им кричит, угрожая оружием. Рот двигался, лицо искажено гневом или, возможно, имитацией гнева. Дуло бластера направлено на заложников, заставляя офицеров прижиматься к стене.

Лица заложников были искажены страхом. Видел их глаза удивлённые, широко распахнутые, полные ужаса.

Затем мой двойник запер дверь изнутри, разбив рукояткой бластера электронный замок. Активировал какое-то устройство – небольшую чёрную коробку, которую достал из кармана мундира и поставил на стол. Судя по форме и мерцанию индикаторов, это была глушилка связи – устройство, создающее помехи для всех видов коммуникаций в радиусе нескольких метров.

После чего двойник скрылся из зоны видимости камеры, отойдя в угол комнаты, где слепое пятно не позволяло увидеть происходящее.

– Сука! – вырвалось у меня, эхом отразившись от стен каюты.

Глава 26

Леднакор.

Это точно была его работа. Никаких сомнений. Он узнал, что на станции – возможно, у него были информаторы в СБ или просто доступ к новостным лентам – и он прислал очередного двойника. Но на этот раз не для того, чтобы выдать его за меня в каких-то мирных целях. А чтобы превратить меня в террориста. В преступника. В угрозу, которую нужно устранить.

Но как он сумел это сделать так быстро?

Создание клона – процесс не мгновенный. Нужно время на выращивание тела, на обучение. Для этого нужны месяцы, если не годы работы. Значит, этот клон был подготовлен заранее, ждал своего часа. Ждал момента, когда его можно будет использовать с максимальным эффектом.

И этот момент настал.

Продолжил просматривать новости, информация обновлялась каждую секунду. Дальше пошли официальные заявления. Начальник СБ флота, выступил с экстренным обращением. Его лицо на экране было каменным, голос твёрдым:

– Адмирал Алекс Мерф объявлен особо опасным преступником, – заявил он. – Захват заложников, угроза применения оружия, саботаж систем безопасности. Всем службам станции приказано применять любые необходимые меры для его задержания. При сопротивлении разрешено применение любого оружия, включая летальное.

Перечитал последнее предложение дважды, не веря своим глазам.

То есть теперь меня можно просто пристрелить при встрече не церемонясь?

Никаких попыток взять живым. Никаких переговоров. Увидели – убили. Вопросы потом.

Начал лихорадочно просматривать все доступные камеры в секторе командования. Нужно было понять, что там происходит на самом деле, получить более полную картину. Камера наблюдения показывала только фрагмент, только начало. Что случилось потом? Как развивается ситуация? Есть ли переговоры? Началась штурм?

Пальцы летали по экрану, переключая каналы. Коридоры вокруг конференц-зала были перекрыты – тяжёлые барьеры опущены, патрули штурмовиков в полной боевой экипировке заняли позиции. Видел их через камеры: десятки солдат, вооружённых до зубов, щиты, тяжёлые бластеры, возможно, даже плазменное оружие. За барьерами суетились техники, разматывали кабели, подключали оборудование – видимо, готовились к штурму или попытке отключить системы в конференц-зале.

На другой камере увидел группу переговорщиков – трое гражданских специалистов, пытающихся установить контакт через экранированные каналы связи. Их лица были напряжёнными, жесты нервными.

Ситуация развивалась стремительно, и я понимал одно:

Если останусь в стороне, если позволю этому фальшивому двойнику довести спектакль до конца, окончательно превращусь в изгоя.

Леднакор думал, что загнал в угол.

Но он ошибся.

Поднялся, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь по венам. Пора покинуть это укрытие. Пора выходить из тени.

Время игры в прятки закончилось.

Интересно, что они там сейчас обо мне думают? – мелькнула мысль. Наверное, решили, что я окончательно спятил. Захватил заложников, отключил все каналы… Идеальный сценарий для террориста.

Переключился на камеры в соседних помещениях, пытаясь найти другой угол обзора. И я нашёл!

Камеру в вентиляционной шахте. Она давала частичный обзор кабинета через решётку вентиляции – узкую, с диагональными прорезями, сквозь которые просачивался холодный свет аварийного освещения. Откуда она там взялась, и кто её установил, являлось для меня загадкой. Технические службы станции обычно не размещали камеры наблюдения в вентиляции. Но к системе камер наблюдения станции она была подключена. Значит, кто-то когда-то установил её туда и имел причину для этого. Скорей всего, это сделало СБ, ведь все камеры наблюдения на станции находились в их ведомстве. Следили наверняка за кем-то, подумалось мне.

С помощью камеры я увидел происходящее. Двойник стоял спиной ко мне. Заложники живы, все сгрудились у дальней стены кабинета, их лица были бледными в тусклом свете аварийных ламп. Мой двойник что-то монтировал у входной двери, его руки двигались быстро, профессионально, с уверенностью сапёра, который проделывал эту операцию сотни раз. Никакой дрожи, никакой неуверенности. Даже под таким углом я видел, как его пальцы ловко действуют, подключая детонаторы.

Взрывчатка. Он ставил взрывчатку на дверь. Блоки со взрывчаткой серо-зелёного цвета, стандартные флотские заряды, если я не ошибался. Мне приходилось мало иметь дел со штатной флотской взрывчаткой. Но, как я понимал, такого количества достаточно, чтобы разнести половину коридора вместе с дверью.

Понял его план почти сразу. Когда СБ попытается штурмовать, дверь взорвётся. Погибнут и штурмующие, и заложники, и он сам. Идеальная массовая жертва. А «Алекс Мерф» войдёт в историю как террорист и убийца, чьё имя будут проклинать. Но самое страшное было не это. Только сейчас я увидел лицо двойника, когда он повернулся и посмотрел на заложников. Он был не просто похожим на меня. Каждая черта, каждая морщинка, даже небольшой шрам на левой брови, который я получил ещё в детстве, когда упал с дерева во дворе. Всё присутствовало на его лице.

Вот это да, подумалось мне. Это точно не пластическая хирургия. Это стопроцентный клон. Было удивительно смотреть практически на самого себя без зеркала.

Вскоре я понял. Это был не просто клон. Это была моя совершенная копия. Моя мимика, моя походка. Всё совпадало до мельчайших деталей.

Нужно было действовать. И действовать быстро. Но не самому – я не специалист по освобождению заложников. Моя специализация – хакерство, проникновение в защищённые системы. Штурм помещений с заложниками – это совсем другое. Для этого на станции есть профессионалы. Киборги, что охраняли меня. Эти две постоянно хмурые тупые желязяки. Они точно должны быть обучены именно таким операциям. Мне нужно лишь дать им информацию. Всю информацию, которую я смог раздобыть.

Быстро связался с адмиралом напрямую.

– Алекс? – голос адмирала оказался напряжённым. – Что за чертовщина происходит? Что ты задумал?

Он говорил быстро, отрывисто. Впрочем, я услышал за его спиной приглушённые голоса.

– Это не я! – ответил ему, стараясь говорить чётко и ясно. – Захватил заложников мой двойник. Мой клон. Он ставит взрывчатку на дверь кабинета с заложниками. Если СБ попытается штурмовать через дверь, взрыв убьёт всех. Никто не выживет.

Пауза. Слышал, как адмирал тяжело дышит.

– Откуда ты знаешь? – его тон был настороженным, с тщательно скрываемым сомнением.

– Вижу через техническую камеру в вентиляции. Она подключена к общей системе наблюдения, и почему-то работает, хотя там установлена глушилка. Сейчас скину тебе координаты доступа к видеопотоку.

– Как я могу тебе поверить? – в его голосе прозвучала сталь. – Может, это дезинформация? Может, ты пытаешься сорвать операцию по их освобождению?

– Справедливый вопрос, – согласился с ним, ожидая именно такой реакции. – Адмирал, вспомните нашу первую встречу. Мы тогда только вернулись из рейда. Я тогда не знал кто вы и послал начальника СБ подальше, а вы тогда у меня спросили – зачем я его обидел? Помните?

Долгая пауза. Слышал, как адмирал негромко переговаривается с кем-то.

– Продолжай, – его голос стал чуть мягче.

– Если вы рассчитываете меня отследить здесь на станции, то зря. Ничего у СБ не выйдет. Когда мы встречались недавно – это было четыре дня назад, в вашем кабинете, помните? Я для вас искал хакера. И нашёл его в столице. Вы поблагодарили меня тогда. Сказали: «Хорошая работа, Алекс.» Вы тогда ждали командующего флотами империи.

Ещё одна пауза, но теперь я чувствовал, что адмирал начинает верить.

– Похоже, это действительно ты, – в голосе адмирала прозвучало облегчение, хотя он и пытался его скрыть. – Хорошо. Я передам эту информацию командиру группы захвата. Я быстро собрал пакет данных и отправил адмиралу.

– Получил, – сказал адмирал через минуту, и я услышал, как он что-то негромко говорит. – Передаю командиру группы захвата. Говорит, что это ценная информация. Шансы на успешное освобождение значительно возрастают.

Сам я задумался. Что я могу сделать как хакер, не влезая в саму операцию? – Могу отследить, откуда двойник пришёл, – предложил ему, уже отправляя демонов в работу. – Просмотреть записи камер за последние несколько часов, найти его путь на уровень. Может, выясню, кто его сюда переправил. Как минимум узнаем способ проникновения. Это поможет предотвратить подобное в будущем.

– Делай, – коротко ответил адмирал. – Это важно. Нам нужно знать, как он попал на станцию. Как он прошёл через охрану – загадка.

Связь оборвалась с характерным щелчком, а я, недолго думая, начал работать. Нужно отследить путь двойника на станцию.

Отключил свой вирус, который я распространил по системе наблюдения станции. Тогда это казалось хорошей идеей. Сейчас это осложняло поиск. Хотя большую часть камер СБ вычистило от него за несколько дней. Хакеры СБ, похоже, не спали все эти дни, а вкалывали днём и ночью, восстанавливая контроль. Сам открыл архив записей камер наблюдения, которые действовали, и начал прокручивать назад от момента захвата заложников.

Двойник появился в секторе командования в 14:37 по станционному времени. Примерно за пятнадцать минут до захвата кабинета. Он шёл уверенно, спокойно, как разумный, который точно знал, куда направляется. В адмиральском мундире – безупречно отглаженном, с правильно размещёнными знаками различия. Даже походка была моей – чуть расслабленная, руки в карманах, словно я просто прогуливаюсь по станции.

Откуда он пришёл?

Прокрутил записи ещё назад, ускоряя воспроизведение. Вот он идёт по коридору третьего уровня командного сектора. Уверенный шаг, адмиральский мундир. Мимо проходящих удивлённых офицеров – они отдавали честь, он небрежно отвечал. Никакой паники, никакого подозрения. Ещё назад.

Продолжил отматывать запись, следя за его путём. Вот он проходит мимо нескольких жилых блоков – стандартные секции, по шестнадцать кают в каждой. Останавливается у одной из дверей – серая дверь с потёртой маркировкой «7-B-14».

Дверь каюты открывается, и двойник входит внутрь. Никакого взлома. Просто открылась, как будто он приказал искину, а тот выполнил.

Интересно, – подумал я, чувствуя, как пазл в голове начинает складываться.

Быстро пробил этот номер в базе данных станции.

Каюта зарегистрирована на имя лейтенанта Магира Вейна, командира абордажного взвода. Он раньше служил на станции, три месяца назад перевёлся и сейчас служит на линкоре. Получается, его каюта стоит пустой и уже давно. Идеальное место для тайника.

Продолжил просматривать записи. Отмотал ещё дальше назад, проверяя, когда двойник впервые появился в этой каюте. Камера в коридоре фиксировала движение, но внутри каюты камеры не было – приватность личного пространства и всё такое.

И обнаружил странность.

Двойник никогда не входил в каюту раньше. То есть он появился там только сегодня, в 14:20 по станционному времени. А до этого его на записях вообще не было. Ни вчера, ни позавчера, ни за всю последнюю неделю. Чёртики это быстро проверили. Ничего не понимаю. Сказал сам себе. Почему именно эта каюта и что он там делал? Провёл он там не так и много времени.

Так, а откуда он тогда взялся?

Смотрим дальше, откуда он пришёл до каюты. Вскоре я выяснил, что он вышел со склада номер 2849, расположенного в грузовой секции станции. Склад был огромен – размером с два футбольных поля, с высокими стеллажами, уходящими почти под самый потолок. На нём хранилось много разного. В основном разные трофеи, попадавшие на станцию с задержанными или отбитыми кораблями. Пиратские грузы, контрабанда, неопознанная техника. Там хранилось много разного непонятного, что не смогли опознать и продать, а также всякий хлам, который никто не хотел покупать. Склад-кладбище забытых вещей, как его называли работники складского хозяйства станции.