![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dospeh-duha.-tom-5-si-350252.jpg)
Текст книги "Доспех духа. Том 5 (СИ)"
Автор книги: Фалько
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)
– Тебя и не узнать, – улыбнулся я, проходя к нему и пожимая руку.
– Прости, не подумал, когда рассердился, – сказал он на английском. – Понял, что ты отправишься следом только, когда летел над Америкой. Как Светлана, сильно ругалась?
– Грозилась придушить тебя, когда вернёшься. Главное, чтобы голова на плечах была и шея не месте, чтобы душить удобнее. Давно ждёшь?
– Час, – он перевёл взгляд на Ульяну.
– Знакомься, Воронцова Ульяна. Навязалась на мою голову. А это – Джим.
– Очень приятно, – Ульяна говорила на английском совсем без акцента, как настоящая англичанка. – Кузьма очень хорошо отзывался о Вас.
– Ульяна, кстати, сделала предположение, ради кого ты помчался в СГА, – сказал я. – Можно твой планшет.
Она посмотрела на меня осуждающе, затем прикосновением активировала планшет и вывела на экран фотографии, которые показывала в отеле. Джиму достаточно было одного взгляда на Олдса, чтобы узнать его и кивнуть.
– Ты умная девушка, если догадалась, – сказал он Ульяне. Запустил руку в карман, выгреб оттуда целую горсть монет. – Купи нам, пожалуйста, хорошее мороженое.
– Мороженое? – на лице Ульяны отразилось удивление, когда в её ладони ссыпали мелочь.
– Хорошее, – подсказал я, – это без заменителя молока и растительных жиров.
– Значит сходить и купить вам мороженое? – она ещё раз посмотрела на нас, затем всплеснула руками. – Прекрасно.
Проворчав что-то под нос, она повернулась и вышла с балкона. Было слышно, как она специально громко топала по коридору.
– Знаю, что ты хочешь сказать, – поморщился я. – Сам не понимаю, как она прицепилась. Боюсь, что пройдёт пару дней, на шею сядет и погонять начнёт. Слушай, Джим, мы же когда-то говорили на эту тему. Что опять случилось? Мог бы поделиться с мамой, она бы помогла советом.
– От прошлого нельзя убежать, – философски заметил он. – Я должен разорвать эти путы и освободиться. Спасти много невинных душ.
– Давай тогда рассказывай по порядку, – я удобно устроился, облокотившись на перила балкона.
– Это не интересная и старая история, – сказал он, глядя в пустоту перед собой.
– Для меня очень даже интересная. Если этот чёрт ходит с парой телохранителей даже в туалет, значит, боится за свою жизнь. Получается, что людей, которые хотят поделить его на ноль, очень много. Я предлагаю нашу любимую стратегию – железный шар в окно спальни. Или как в Сингапуре, могу подкрасться к нему незаметно. Только учти, что тебя дома ждут, поэтому никаких опасных авантюр.
– Дело не только в нём.
– Так рассказывай, не томи. Можно даже самую полную версию истории. Я никуда не спешу.
– Ты знаешь о проекте по исследованию одарённых, начатых в восьмидесятых годах прошлого века в СГА?
– Конкретно об этом – нет. Но знаю, что учёные пытались понять, что такое сила и откуда она берётся. Тема до сих пор открытая. Исследования над людьми, когда запретили, ближе к двухтысячным годам?
– Официальный запрет вышел гораздо раньше. К концу века его ещё раз утвердили крупнейшие государства. Только это лицемерие в мировых масштабах. Эдвард Олдс уже тридцать лет занимается подобным. Ставит опыты на людях, пытаясь вырастить идеального одарённого.
– Под надзором правительства? – уточнил я.
– Конечно, по-другому это невозможно.
Рабочие внизу расшумелись, завизжала угловая шлифмашина, застучали молотки. Начали разбирать самый крупный подиум, не заботясь о том, чтобы сохранить части конструкции целыми.
– Я входил во вторую группу, – сказал Джим. – В восемь лет попал в детский дом, или как они его называют, в центр развития. Был самым старшим в группе. Тяжёлое, но самое счастливое время детства. Поездки в летние лагеря на природу, походы, уроки выживания. Учителя говорили, что воспитают из нас прекрасных граждан, способных защищать страну. И мы с радостью учились. Потом была служба в армии. Пять лет и шесть войн. Бесчисленные военных конфликты. Из двадцати пяти детей группы, одной большой и дружной семьи, до конца службы добрались двадцать два. Помню, как мы праздновали последний день службы. В большом зале, с выпивкой, музыкой. Делились планами на жизнь. Нас переполняла сила, мы были абсолютно уверены, что лет через пять сможем добраться до уровня мастера, попасть в крупный клан, жить…
Джим вынул из кармана неровный железный шар, большое похожий на небольшое яблоко. Он с силой сжал кулак и шар начал деформироваться, словно был сделан из твёрдого пластилина. Этой технике он научил меня, когда я вплотную приблизился к уровню мастера. Но вот так легко расплющить в руке железо, мне даже сейчас не под силу.
– Первой вспыхнула Лин. В тот самый вечер. Не выдержала давление силы. Сгорела за пару дней в госпитале. И в течение года они все ушли, – он окончательно раздавил шар, разделив его на две части, гулко упавшие на пол бесформенными кляксами. Мы знали, что нас пичкают химией, ускоряющей развитие силы. Но не подозревали, что она убьёт всех вот так, почти одномоментно. Я не помню конец года, как весь следующий… Мы летели из Австралии на Филиппины, а оттуда должны были переправиться в Японию. Какие-то очередные эксперименты. Большой самолёт, перевозивший оборудование и научных специалистов. Я случайно подслушал разговор, что они собираются сформировать ещё одну группу, рассчитывая на долгосрочную перспективу. Говорили о новых лекарствах, живо обсуждали, с какого возраста детский организм сможет их перенести.
Джим снова замолчал. Я его хорошо знал, даже слишком, но сейчас мне показалось, что это совсем другой человек. Такое чувство, что ты находишься рядом с паровым котлом, у которого сломался защитный клапан спуска пара.
– Я их всех убил, – сказал Джим, – но самолёт продолжал лететь. Пришлось сломать его.
– Это очень грустная история, – я положил руку ему на плечо. – Значит, мистер Олдс виновен в смерти твоих друзей? Центр развития, про который ты рассказывал, далеко?
– По пути из Чикаго в Детройт.
– Ты уже придумал план? Хорошо бы сведения раздобыть о том месте. Что там сейчас, сколько охраны, сколько мастеров и есть ли внутри дети. Нехорошо будет, если они пострадают.
– В своём репертуаре, – он посмотрел на меня. – Торопишься. Я сейчас думаю над этим.
– Кстати, когда мы тебя в море нашли, тебе сколько лет было?
– Двадцать шесть, – он не совсем понял, к чему я задал этот вопрос.
– Простое любопытство. Мне казалось, ты был старше. И ещё вопрос, зачем Олдс приезжал на автосалон?
– Пока не знаю. Он вчера вечером уехал в сторону Детройта. Я слишком поздно об этом узнал.
– Плохо. Погода дрянь, так бы смогли проехаться туда и посмотреть на всё со стороны. Ты ещё ничего не успел натворить? Полиция тебя случаем не ищет?
– Нет. Нужно достать оружие. На это уйдёт какое-то время.
– А мы гида наняли. Он на машине и может нас покатать по городу. Как раз найдём всё, что нужно.
Джим задумался, затем кивнул.
– Тогда детали обсудим чуть позже, – добавил я, кивая на выход с балкона. – Ульяна идёт.
– Не нужно было её брать с собой.
– Я не виноват, она сама привязалась. И князь меня убьёт, если с ней что-то случится.
Джим посмотрел проницательно, кивнул и впервые за эту встречу едва заметно улыбнулся. На балкон как раз зашла Ульяна.
– Мороженое вам купила, – она протянула мне бумажный пакет. – В больших упаковках. Ложка она, больше не было.
– Интересно, где умудрилась найти, – улыбнулся я, заглядывая внутрь.
– Секрет. Мне ещё пойти погулять?
– Нет. Сейчас поедем кататься. Нам нужно оружие купить.
– О, – удивлённо протянула она. – Уже.
– Пойдём, – я подтолкнул её к выходу.
Глеб, дожидаясь нас, удобно расположился в машине, читая газету. Джиму он если и удивился, то виду не подал.
– Джим Рагер – друг нашей семьи, – сказал я, представляя его Глебу.
– Очень приятно, – Глеб осмотрел нас. – Решили, куда поедете дальше? Предлагаю посетить несколько музеев, пока снег в парках и на улицах не уберут. Настоятельно рекомендую планетарий, он в Чикаго исключительно хорош.
– Планетарий подождёт, – я не смог сдержать улыбку, увидев задумчивый взгляд Ульяны при его упоминании. – Глеб, ты знаешь, что такое «шаровая мельница»?
– Не слышал о такой, – он задумался. – Определённо – нет.
– Это такой огромный промышленный барабан, внутри которого здоровые стальные и чугунные шары перемалывают разное сырьё. Есть даже такие, в которых муку делают, только там шары меньшего размера. Нам нужно с десяток больших шаров для таких мельниц. Лучше всего, если они будут стальными, размером с шар для боулинга. Рядом с Чикаго есть производства, где подобное можно купить? Делать на заказ слишком долго.
– Это самый необычный и неожиданный вопрос, который мне задавали за всё время, что я работаю гидом, – он посмотрел на нас, даже на Ульяну, которая так же удивлённо смотрела на меня. – А сами шары для боулинга не подойдут?
– Они не железные.
– Минуту, – Глеб достал телефон и набрал номер по памяти. Пока ждал ответа ещё раз посмотрел на меня, проверяя, не шучу ли я. – Привет, это Глеб. Да, всё отлично. Мне нужны железные шары для мельниц, большие, размером с шар для боулинга. Что? Оплата?
– Заплатим сколько надо, – тихо сказал я. – Только срочно.
– Сколько нужно, заплатим… Нужны прямо сейчас. Да, я подожду, – Глеб положил трубку. – Мой знакомый работает на промышленном складе и, думаю, он сможет достать то, что Вам нужно.
– Хорошо. Глеб, если всё получится, то придётся мне удвоить твой гонорар.
– За это – спасибо, – он благодарно кивнул. – Чаевые наша фирма приветствует.
– Так, что нам ещё нужно? Да, зимняя непромокаемая одежда, палатка и всё, что может понадобиться для отдыха на природе в такую погоду.
– Знаю подходящий магазин, – Глеб завёл мотор, затем вынул из кармана звонивший телефон. – Слушаю. Да, шары, сто сорок миллиметров, литые хромированные или стальные кованые, шахтные?
Мы с Джимом переглянулись.
– Лучше стальные, – сказал я.
– Стальные, – повторил Глеб в трубку. – Юг? Может, ещё варианты?.. Хорошо, я понял, спасибо. Да, да, буду должен.
Повесив трубку, он задумчиво забарабанил по рулю пальцами.
– Хорошая новость в том, что рядом с Чикаго когда-то был большой металлургический завод. Он закрылся в кризис, но на складах осталось много всякого металлолома. В том числе нужные вам шары. Плохая новость – эти склады сейчас принадлежат господину Джексону. Он бандит, главарь южных районов Чикаго. Чёрных районов, если Вы понимаете, о чём я. Там проживают исключительно афроамериканцы. Джексон продаст всё что угодно с этих складов, но это может быть небезопасно.
– Так мы не боимся, – широко улыбнулся я. – Вы главное – договоритесь о встрече. И ещё, нам нужен будет прицеп. И вторая ложечка для мороженого.
Я вынул из пакета баночку ванильного мороженого, передавая её Джиму.
– Люблю работать с людьми из России, – рассмеялся Глеб. Включив заднюю передачу, он ловко развернулся на стоянке. – С вами никогда не бывает скучно.
Глава 6
Трущобы Чикаго оказались примерно такими, как я себе представлял. Заваленные снегом, грязные и серые. Социальное жильё, а именно одинаковые домики, отделанные красным или жёлтым кирпичом, смотрелись как какая-нибудь промышленная зона, а не жилой квартал. Даже черепица на крыше имитировала кирпичную кладку, усиливая эффект. Некоторые дома заброшены, окна заколочены фанерой или побиты камнями. На некоторых лужайках в сугробах виднеется мусор. Мы проехали мимо одного дома, где прямо в снегу валялся громоздкий холодильник, рядом пара разбитых унитазов и дырявая ванна.
Несмотря на холод, на улице можно было увидеть жителей района. На двух перекрёстках, недалеко друг от друга, топтались группы чернокожих парней бандитского вида. Ещё по одной обледенелой улице на велосипеде мчался мальчишка. Водители машин, неспешно едущих по своим делам, люди у магазинов, за двадцать минут, что мы колесили по району, я не увидел ни одного светлокожего американца. Мы с Джимом к подобному относились спокойно, а вот Глеб заметно нервничал. Он хранил пистолет в бардачке машины, что было не совсем законно, и время от времени косился в ту сторону, прикидывая, сможет ли быстро достать его.
После посещения магазина специальной зимней экипировки мы выглядели как отбившиеся от группы альпинисты. Нам только снаряжения не хватало, хотя в багажнике лежали снегоступы, две палатки и особые спальные мешки, для экстремальных морозов. Когда мы затаривались, Глеб смотрел с большим удивлением, говорил, что может согласовать с властями прогулку по какому-нибудь национальному парку, но это потребует пару дней. Мы согласились, решив, что такое разрешение лишнем не будет.
– Это было правильным решением, оставить госпожу Крапивину в отеле, – сказал Глеб, когда мы миновали очередной квартал южного района. Необычно, что чистая и ухоженная улица здесь сменялась грязной и разбитой.
– Так говоришь, как будто здесь одни людоеды живут.
– Они и есть, – закивал он. – Уголовники, убийцы, торговцы наркотиками. По статистике – каждый четвёртый житель этих районов, так или иначе, употребляет запрещённые наркотики. А ведь нам говорили, что разрешение свободно курить марихуану снизит этот процент. Получилось как раз наоборот.
– Каждый имеет право убивать себя так, как ему хочется. Живи красиво, жри наркотики, сдохни молодым, – отмахнулся я. – Мы видели небольшие города, где каждый второй курит или жуёт наркоту. Добавить к этому войну и получается, что до тридцати лет редко кто доживает. А в тридцать пять тебя уже считают стариком. Да не переживай так, всё будет хорошо. Хотите, просто подождите нас в машине.
С бандитами нужно было рассчитываться наличными, с чем вышла небольшая проблема, но помог Глеб. Через свою фирму он обналичил нам пять тысяч долларов, взяв комиссией всего пять процентов. В банке это вышло бы раза в два дороже. Вообще, он говорил, что на сделку опасно брать с собой много денег, как и говорить, что они у тебя есть.
– Нет, я должен присутствовать, раз назвался посредником. Только страшно немного. Если белый человек заехал в этот район, то высока вероятность, что тебя ограбят. Многие советуют держать в карманах небольшую мелочь в виде двадцатки баксов, но это редко помогает. Здесь убийств в десять раз больше, чем в любом другом районе города. Нередко люди здесь пропадают, а преступления не раскрываются. Эти чёрные банды так запугали жителей, что все поголовно следуют принципу: «не доноси».
– Не район, а маленькое отделение ада, какое-то, – хмыкнул я.
Джим покосился на меня с таким видом, словно я многого не знаю и не понимаю.
– В этих районах нет школ, – хмуро сказал Глеб, – и всего одна больница. Живущие здесь дети никогда не смогут получить достойное образование, потому что оно им не по карману. Немногие смогут выбиться в люди, найдя приемлемую работу. Но почти вся молодёжь, что живёт здесь, сбивается в уличные банды. Почти у каждого подростка есть пистолет и ради сотни баксов он убьёт без зазрения совести. Ещё лет десять назад всё было не так плохо, но кризис… Бедные стали ещё беднее, в прах рассыпается такое понятие, как Американская мечта. Всё меньше людей верят в неё.
– Какой клан сейчас контролирует город? – спросил Джим. – Ортега?
– Они самые, – кивнул Глеб, на что Джим покачал головой.
– Испанцы, в Америке? – удивился я.
– В Чикаго живут: белые, афроамериканцы и латиноамериканцы. По тридцать процентов каждых, плюс минус. Ортега – это выходцы из Испании и Португалии, когда-то перебравшиеся сюда из Европы. К примеру, чёрное население поддерживает семья Уоллес. По силе они не уступают двум другим, но значительно беднее, что и делает их всего лишь третьими.
– А вторые?
– Гесс. Не очень большой клан, зависимый от правительства. В основном они обеспечивают безопасность в штате.
Джим сделал короткий жест, показывающий, что надо бы остановиться и дальше идти осторожно. Мы как раз въезжали на короткую тупиковую улицу.
– Глеб, останови здесь.
– Здесь? – он удивился, но прижал машину к обочине и остановился.
Метрах в тридцати впереди стояла группа чернокожих парней лет двадцати, одетых очень неприятно. Безразмерные толстовки с капюшонами и коротенькие пуховики поверх. При этом парни носили вязаные шапки, накинув сверху капюшон от толстовок. На нас они смотрели с большим удивлением.
– У тебя визитка есть?
– Да, вот, – он протянул простенькую карточку. – Первый номер – контора, второй – это мой сотовый.
Я бросил короткий взгляд на Джима, на что он едва заметно кивнул.
– Мы сейчас поговорим с мистером… как его… Джексоном, потом прокатимся с ним на склад, – сказала я. – А ты пока поступаешь в распоряжение Ульяны. Как только освободимся, позвоним.
– Это… не самое разумное решение, – он удивлённо посмотрел на нас. – Во-первых, здесь небезопасно, во-вторых, я договаривался о встрече и со мной вас хотя бы выслушают, а не начнут стрелять. К тому же я на машине, а такси сюда не вызвать.
– Всё будет хорошо, – я улыбнулся, хлопнул его по плечу. – Мы себя в обиду не дадим.
Джим уже вышел из машины и открыл багажник, чтобы вынуть два больших рюкзака со снаряжением.
– Мой друг жил здесь недалеко, – сказал я, видя на лице Глеба обеспокоенность. – Рядом с Детройтом. С ним мы точно не пропадём. Спасибо тебе, что помог.
– Да, как бы, не за что, – ответил он нерешительно. – Вы уверены?
– Увидимся, – сказал я, выходя из машины и закрывая дверь.
Мы дождались, пока машина Глеба развернётся и свернёт на северную улицу.
– Что-то задумал? – спросил я, закидывая рюкзак за плечи.
– База исследовательского центра находится в штате Мичиган, довольно близко к Чикаго, – сказал Джим, посмотрел серьёзно, затем протянул лыжную шапку с защитой для лица, очень похожую на балаклаву. – Когда поднимется шум, федералы прибудут туда уже через сорок минут, если воспользуются вертолётом. И с ними лучше не связываться. Плохо, что без оружия не обойтись…
Чернокожие парни наблюдали за нами со всё большим вниманием. Не люблю городские банды. Так и хочется заехать кому-нибудь по роже. Не важно какая страна, Япония, Россия или Америка, на тебя везде смотрят одинаково. Как на курицу, которая сама пришла в логово лис. Кто-то улыбается, кто-то кривит губы в пренебрежении, кто-то откровенно пялится, раздевая тебя глазами и примеряя добротную одежду на себя. Кто поглупее – тайком тянется к оружию.
– Кузьма, как ты умудрился так?.. – он даже рассмеялся, затем вздохнул. – Две переменных, чёртовы две переменных, о которых я даже подумать не мог.
– Не пойму, что смешного. Я вообще тебя не понимаю.
– Этот гид, Глеб, он тебе в карман что-то подбросил, когда ты из машины выходил.
– Не может быть, – я запустил руку в левый карман куртки и обнаружил монету в двадцать пять центов.
– Не порть, – сказал Джим, видя, что я прицеливаюсь её сломать. – Сейчас, по крайней мере. Пропусти силу, поищи изъян.
Я последовал совету, использовав немного силы и почувствовал, что внутри монета полая. Когда пропускаешь силу через металл, обязательно нужно проверять наличие изъяна, иначе он может просто взорваться у тебя в руках.
– Чёрт! – выругался я. Мысли в голове забегали, как мыши по амбару во время пожара. – Неожиданно…
– Завтра к обеду Олдс посетит исследовательский центр, – сказал Джим. – У меня есть там свой человек. Сейчас мы можем отступить, но без оружия от меня будет мало пользы. Монетами много не навоюешь. И времени на подготовку уже нет.
– Дай телефон, Ульяне позвоню.
Номерами телефона мы обменялись ещё накануне. Ульяна ответила сразу, буквально на втором гудке.
– Алло, – прозвучал её спокойный голос.
– Это Кузьма. У нас очень скоро всё завертится, поднимется шум и вряд ли мы с тобой сможем ещё пересечься. Гиду нашему не доверяй, лучше с ним вообще не пересекайся. Прямо сейчас покупай билет домой на вечерний или утренний рейс и улетай. Если билеты будут только на завтрашний вечер, тогда езжай в посольство, а оттуда связывайся с князем и уже с ним решай, как будешь выбираться из Америки. Ты меня поняла?
– Поняла. Значит, к ужину ты не приедешь?
– Очень смешно, – фыркнул я. – Возможно, очень возможно, что нас раскрыли. Говорил ведь, что лететь со мной – глупая выходка и это может быть опасно. Поэтому собирай вещи и возвращайся домой. Или в посольство.
– В Чикаго посольства нет, – сказала она. – Только в Вашингтоне и Нью-Йорке, а это далеко. Тысяча километров, двенадцать часов на автомобиле.
– Подожди минуту, – сказал я, опустил телефон и выругался, затем ещё раз, чтобы немного полегчало. – Ладно, сделаем так. Узнавай сейчас насчёт билетов, но до завтрашнего обеда нужно улететь. Если рейсов нет, позвони.
– Хорошо, – всё так же спокойно сказала она. – Только ты не ругайся.
Нажав кнопку отбоя, вернул телефон улыбающемуся Джиму.
– Она меня выводит из себя, – прорычал я. – Знаешь, кого она мне напоминает? Я только сейчас понял. Фудзивару. Но та хотя бы стерва, а эту я даже не знаю, как назвать.
– В любом случае хорошо, что ты приехал, – сказал Джим, закинул рюкзак на плечо и направился вглубь тупика.
Узкая улочка здесь упиралась в большой двухэтажный дом из красного кирпича, с высокой крышей. Ажурная лестница у порога в шесть ступеней. На веранде установлена большая деревянная лавочка, на которой сидело несколько темнокожих парней в возрасте двадцати, двадцати пяти лет. Чтобы не отморозить пятую точку, постелили что-то толстое и мягкое, похожее на ватное одеяло. Ещё двое парней просто стояло метрах в десяти от дома, о чём-то разговаривая. Вдоль тротуара здесь было припарковано несколько машин, в том числе тёмно-синий пикап с затенёнными стёклами и багажником, закрытым тентом. Я почему-то был уверен, что у каждого парня, шатающегося по улице, в кармане или за пазухой припрятан пистолет. Странное ощущение. В Японии такие банды таскали с собой кастеты или длинные ножи, а здесь всё словно на другом уровне.
Глядя на то, как одеты местные, становилось понятно, что с таким ремеслом, как разбой, у них не складывалось. То ли они специально одевались так странно, то ли просто не могли позволить себе купить что-нибудь толковое. Мне их моду просто не понять. Парни у входа были одеты в три слоя толстовок, верхняя из которых чаще всего подбита мехом, и носили её вместо куртки. Зато обувь у всех примерно одинаковая, тёмно-коричневые или тёмно-жёлтые ботинки. Естественно, что им было холодно, но идти в дом греться они не спешили. Я же в который раз добрым словом вспомнил магазин, где мы закупались одеждой. Особое термобельё, комбинезон и куртка. В такой одежде было совершенно не холодно, но и не жарко. Обувь тоже не подкачала, высокие ботинки отлично держали форму и фиксировали ногу, чтобы долгий переход по неровной земле или снегу не приводил к травмам стопы. Стоило такое удовольствие недёшево, но не жалко ни одного потраченного рубля. Не знаю, оценила ли стоимость одежды темнокожая молодёжь, но на нас смотрели взглядами голодных хищников.
Нас явно ждали, так как молодёжь не спешила подойти и поинтересоваться, что белые люди забыли в их районе. Когда же мы только подходили к крыльцу, из дома вышли двое мужчин. Первый демонстративно держал на сгибе локтя помповое ружьё двенадцатого калибра. Это был уверенный в себе эксперт, как минимум второй ступени. Второй, как мне показалось, занимал высокое положение в банде. По крайней мере, он выглядел немного старше остальных, при этом носил на голове вытянутую вязаную шапку очень странной формы.
– Мы к мистеру Джексону, – сказал Джим, выходя вперёд и загораживая меня на полкорпуса. – У нас назначена встреча.
– Да, он вас ждёт, – кивнул старший. Говорил он очень неразборчиво, я даже не сразу понял, что он сказал. – Только без оружия.
– Оружия у нас нет, – вполне миролюбиво улыбнулся Джим.
Старший немного наклонил голову, чтобы посмотреть на меня. Прищурился, но претензии к закрытому лицу высказывать не стал. Джим демонстративно вручил мне свой рюкзак, как бы показывая, что он старший, а я только на подхвате. Странно, что нам поверили на слово и не стали проверять на наличие оружия. Старший кивнул и вернулся в дом. Эксперт с помповым ружьём, проводил нас колючим взглядом, пропуская вперёд и тихо сказал что-то парням на крыльце.
Первое, что бросилось в глаза, когда мы вошли в дом, это теснота. Вместо прихожей была гостиная, заставленная двумя диванами и парой кресел. Два больших телевизора работали без звука и показывали разные картинки. На диванах и креслах вольготно устроились исключительно парни. Все чернокожие, словно их в нефти искупали, при этом внешне страшные на лицо, но крепкие телом. У одного на коленях лежал пистолет, но он азартно рубился в какую-то игру на небольшом телефоне, второй просто хрустел чипсами, третий повернул шею, словно сова и с любопытством смотрел на нас. Пахло в доме едой, но не кухней. На небольшом столике виднелось несколько пустых коробок из-под пиццы, покрытых жирными пятнами. Когда мы поднимались по лестнице, я расслышал голос одного из парней, спрашивающего товарищей о странных белых типах.
На втором этаже всего три двери, одна из которых приоткрыта и вела в просторный рабочий кабинет. За массивным столом нас ждал мужчина лет сорока с широким носом и лбом. Жёсткие короткие волосы, маленькие глаза, которым он недобро на нас смотрел. Наш проводник прошёл по кабинету и вольготно рухнул в кресло слева от стола. Эксперт с ружьём остался в коридоре.
– Мистер Келли сказал, что вы хотите купить у меня необычный товар, – мужчина за столом говорил с тем же неразборчивым акцентом, что и остальные. Мне показалось, что они специально коверкали слова, превращая такую манеру говорить в своеобразный сленг. Скорее всего, он тот самый мистер Джексон, о котором упоминал Глеб.
– Да, говорят, ты распродаёшь то, что осталось на складах металлургического предприятия, – сказал Джим, проходя к центру комнаты. Я осторожного опустил рюкзаки на пол, прислонив их к стеночке. – Запасные части от промышленного оборудования, стальные шары.
«Это ты хорошо сказал про запчасти» – покивал я.
– Сколько вы хотите купит этих шаров? – спросил он, с подозрением покосился на меня.
– Как они у вас хранятся? В стандартных мешках по одной тонне или россыпью? Ржавчина нам не нужна.
– В мешках, – кивнул Джексон. – По одной тонне, всё верно.
– Тогда, на пробу, два мешка. Больших шаров и маленьких, двадцать пять дюймов. Если товар хороший, купим много.
– Пять тысяч долларов за тонну, – бросил он небрежно.
– Рыночная цена в пределах двух тысяч, – наигранно возмутился Джим.
Тут надо отдать должное Ульяне, которая нашла немало информации, в том числе и цены на подобную продукцию.
– В сумке, – главарь банды кивком показал на крепкую сумку, стоявшую недалеко от стола. Из неё Джим достал стальной шар не идеально ровный, но чистый, без признаков ржавчины. По размеру примерно четырнадцать сантиметров и по весу около тринадцати килограмм.
– Годится, – подтвердил Джим, взвесил шар в руке, пропустил немного силы, проверяя на изъяны. Он сохранял невозмутимое выражение лица, но я понял, что стальной шар ему понравился и из подобной штуки выйдет отличная метательная бомба.
– Четыре тысячи за тонну, – немного снизил цену главарь банды. – Или три тысячи, если заберёте всё. У меня сто сорок мешков на складе.
Мне показалось, что он не сильно заинтересован в подобной сделке. Хотя вполне может быть, что просто делал такой вид, набивая цену.
– На твоём месте я бы не стал торговаться, – добавил мистер Джексон, откидываясь в кресле. Может, он что-то прочитал во взгляде Джима. – Это плохо влияет на моё настроение. К тому же вы не похожи на деловых людей и мне очень интересно, зачем вам понадобились эти… железные шарики. Вдруг вы задумали какое-нибудь опасное мероприятие, а придут и спросят с меня и моих людей. Откровенно говоря, мне не очень нравится эта сделка, и даже ради десяти тысяч, я не готов идти на риск.
– Они и мне не нравятся, – согласно кивнул помощник Джексона. – Как и их предложение.
Пока шла беседа, я успел рассмотреть комнату. Много хлама, мало места. Старый шкаф с книгами, к которым давно не притрагивались, закрытый ноутбук на столе. Моё внимание привлёк массивный сейф в углу помещения, на который положили небольшие электронные весы. А ещё я отметил органайзер на столе босса. На специальной подставке лежали резинки для денег.
– Хорошо, – согласился Джим. – Только сначала я хочу посмотреть весь товар. Мне нужно дать ответ боссу сегодня.
– Это не сложно, – мистер Джексон как-то мерзко улыбнулся, посмотрел на помощника. – Чед, отвези их, пусть посмотрят.
– Да, босс, – тот встал и направился к выходу.
– Внимательно всё посмотрите, – бросил нам бандит, – чтобы не было претензий в будущем.
– Обязательно, – коротко кивнул Джим.
Я подхватил оба рюкзака и вышел первым. Внизу, в гостиной ничего не изменилось, темнокожая молодёжь занималась всё тем же. Даже толстяк продолжал уплетать чипсы, сменив пачку на зелёную. Оживились все, когда увидели нас.
– Мы на склад, – сказал Чед, забирая со спинки кресла куртку.
– Нам с вами ехать? – подскочил тот, что играл в игры на телефоне.
– Нет, оставайтесь дома. Фрэд – за старшего.
На улице Чед направился к тёмно-синему пикапу, позвенел связкой ключей. Машина завелась легко, затарахтев холодным двигателем, учитывая, что в салоне было ещё холоднее, чем на улице. Я с интересом обошёл машину, косясь на окна дома. Первый раз видел трёхдверный пикап, с очень неудобными задними сиденьями. В любом случае это лучше, чем ехать в багажнике. На секунду мне показалось, что в одном из окон второго этажа мелькнул чернокожий парень с автоматической винтовкой М16 в руках. Чед нас поторопил, чтобы быстрее садились в машину, и мы неспешно поехали по улице. Холодному двигателю требовалось немного времени, чтобы прийти в себя. Я пару раз оглядывался, но не заметил, чтобы за нами кто-то последовал. Чед же насупился и предпочитал молчать, глядя на дорогу. Когда мы покинули район и выехали на широкую магистраль, позвонила Ульяна.
– Слушаю, – сказал я, ожидая плохих вестей.
– Я всё узнала. Международные рейсы, любого направления, отложили из-за непогоды. В лучшем случае можно вылететь в Европу завтра к шести часам вечера, но авиакомпания предупредила, что возможны задержки, если погода не наладится.
– Что могу сказать – хреново.
– Глеб два раза звонил, но я трубку не взяла, – добавила она.
– Так, сейчас соберёшь вещи и оставишь их в камере хранения отеля. После этого поедешь в тот самый магазин, где мы покупали зимнюю одежду и закупишься так же. Попроси продавца, он поможет собрать рюкзак. Мы будем поздно вечером, может, ночью и заберём тебя. Там есть пиццерия Домино рядом. Телефон и планшет отключи ещё в гостинице.