![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dospeh-duha.-tom-5-si-350252.jpg)
Текст книги "Доспех духа. Том 5 (СИ)"
Автор книги: Фалько
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)
Глава 11
Цао Чжэнь, МИБИ, женское общежитие, полчаса до полудня
После утренней зарядки Чжэнь впервые за неделю почувствовала себя удивительно бодрой и полной сил. Она успела сходить в душ, высушить волосы и ждала подходящее время, чтобы пойти на обед в общежитие для преподавателей. Старшая сестра говорила, что доступ в небольшую столовую открыт исключительно для узкого круга людей, в который входил наследник Николай, поэтому она смело может посещать её. Тем более Сяочжэй разговаривала с отцом на эту тему и тот согласился, что наладить отношение с будущим правителем Российской Империи станет правильным шагом. А ещё мастер Че передал, что вечером должна позвонить мама. Во время последнего разговора она была чем-то расстроена и даже сердита. Чжэнь так и не смогла выяснить причин недовольства и надеялась, что сегодня они смогут нормально поговорить.
Чжэнь удобнее устроилась, сидя на кровати, пытаясь сосредоточиться на новой технике. Освоить её было действительно несложно, и Кузьма не лукавил, когда говорил, что появится чувство тяжести. Чем больше девушка погружалась в неё, тем сильнее становилось странное сковывающее ощущение. Ей вспоминалось, как в детстве она примерила старинный дедушкин доспех, хранившийся в зале предков. Он был великоват и необычно тяжёлый для маленькой девочки, но чувства были именно такими. Чжэнь вспомнила мягкую улыбку деда, говорившего, что когда она вырастет и станет сильной, то этот доспех покажется ей лёгким, как пушинка. Бабушка ворчала на него, говоря, что девочке нужно думать о платьях, а не о доспехах. И оружие молодой женщины – это улыбка и острым ум, а не копья и мечи.
В комнату осторожно постучали, вырывая Чжэнь из приятных воспоминаний. Открыв дверь, она увидела молодую студентку с первого курса. Вроде бы эта девушка выходила из младшей ветви семьи Вэнь. Благородные, с богатой историей, но бедные аристократы. Им не слишком везло последние полвека.
– Простите, что отвлекаю, – девушка поклонилась, сложив руки в почтительном жесте. – Но меня прислал господин Цао Ютан. Он узнал, что Вас выписали из медицинского блока и хочет поговорить. Он ждёт недалеко от общежития.
– Спасибо, что предупредила, – сказала Чжэнь. – Ты не пойдёшь туда снова?
– Только если нужно что-то передать…
– Нет, ничего не надо, я сама спущусь к нему.
Девушка из семьи Вэнь ещё раз поклонилась и пошла к лестнице. Чжэнь даже не удивилась. Старший брат Ютан легко привлекал на свою сторону студентов, приехавших по обмену из Китая. Он умел находить подход к людям, всегда зная, что им нужно: покровительство, обещания или деньги. Сяочжэй говорила, что по его указанию кто-то постоянно следит за принцессами.
Чжэнь не спеша собралась и вышла из комнаты, прихватив с собой спортивную сумку с полотенцем, лёгкими кроссовками и запасным костюмом. Закрывая за собой дверь на ключ, она бросила взгляд на небольшой столик, стоявший дальше по коридору, появившийся там совсем недавно. Администрация института около месяца назад ввела новую должность дежурного по этажу в каждом женском общежитии. За пару четырёхчасовых смен студенту начислялся один балл, поэтому от желающих не было отбоя.
Погода на улице немного наладилась и даже появилось солнце. Прогноз обещал потепление до двух градусов тепла, что после нескольких дней морозов можно было назвать настоящей весной. Чжэнь подумала, что дома сейчас наверняка тепло. В марте погода днём редко опускалась ниже десяти градусов тепла, а иногда поднималась и до двадцати. Единственный недостаток – это обилие дождей, но к ним принцесса привыкла.
Ютан ждал Чжэнь возле аллеи, ведущей к центральной площади МИБИ. Молодой мужчина, как всегда, выглядел внушительно, сжимая в руке любимый посох. Сяочжэй даже шутила, что он спит с ним в обнимку. Чжэнь же всегда уважала старшего брата, даже зная его вспыльчивый характер и прагматичность в отношениях. Когда она жила несколько лет во дворце отца, Ютан один из немногих, кто относился к ней как к младшей сестре. Он часто дарил ей разные безделушки, угощал сладостями и даже сильно побил младшего брата, посмевшего задирать Чжэнь. После того случая почти целый год, пока Ютан не уехал исполнять волю отца на восток империи, братья и сёстры к Чжэнь старались не цепляться.
– Малышка Чжэнь, – Ютан улыбнулся, увидев её на дороге. Посмотрел на сумку. – Хорошо ли чувствуешь себя для тренировки?
– Спасибо за заботу, старший брат, – Чжэнь коротко склонила голову. – Я давно выздоровела и сейчас мне нужно больше заниматься, чтобы догнать других.
– Мне нравится это рвение, – он протянул ей светлый четырёхугольный мешок с логотипом в виде короны и звезды. – Небольшой подарок. Бери, бери, я просто увидел это в витрине и сразу подумал о младшей.
– Вы и так делаете мне очень много подарков, – Чжэнь неохотно приняла мягкий на ощупь, но при этом тяжёлый мешок. У него не было лямок и ремешков, поэтому пришлось обнять подарок. Чжэнь даже не догадывалась, что может находиться внутри. – У Вас ведь много личных дел, а Вы так часто навещаете меня…
– Пойдём, пообедаем, – он сделал жест в сторону аллеи. – В местной столовой кормят гораздо лучше, чем в монастыре, где я учился. У меня в Москве столько дел, что, навещая сестру, я просто отдыхаю.
– А что за дела? – заинтересовалась Чжэнь, поспешив за братом, так и держа подарок обхватив его руками.
– Отец отправил меня договариваться с русскими о военном сотрудничестве. Сказал, что это будет непросто и, как всегда, оказался точен в оценке. Ситуация в России сейчас такая, что сомневаюсь я в успехе переговоров.
– Вам доверили такую важную миссию, это ведь здорово и…
– Большая ответственность, – закончил он. – Не забивай голову. Учёба в институте – самое лёгкое и весёлое время в жизни. Когда единственное, что от тебя требуется – это проявлять усердие. Кстати, как ваши занятия с Кузьмой? Отец уже отдал распоряжение дяде Бао ускорить строительство обещанного дворца.
Принц рассмеялся, немного сбавил шаг, чтобы поравняться с сестрой и приобнять её за плечо.
– Кузьма говорит, что обучение займёт несколько лет и сейчас я в самом начале пути.
– Главное, что он уверен в том, что добьётся результата. Сестра Сяочжэй, говоря о его таланте, использует очень странные слова, такие как «небесный». А она редко говорит что-то хорошее о людях. У вас сегодня занятия?
– Да, – кивнул Чжэнь. – После обеда.
– Ничего страшного, сегодня ты можешь уделить время и старшему брату, – сказал он.
Чжэнь совсем не поняла, к чему это было сказано, но на всякий случай ещё раз кивнула.
– Мне пока не удалось убедить сестру Сяочжэй, что вместе нам будет проще противостоять старшему брату, – Ютан бросил ещё один взгляд на Чжэнь и улыбнулся. – Но знай, что я на твоей стороне.
Чжэнь опустила взгляд, немного смутившись. Она давно усвоила, ещё живя во дворце, что подобным словам верить нельзя категорически. Но старшему брату ей верить очень хотелось. Рядом с ним она всегда чувствовала себя в безопасности. А ещё захотелось взять его за руку, как когда-то в детстве. Она хорошо помнила, какая у него тогда была грубая ладонь от постоянных тренировок с оружием. Но держать его за руку было очень приятно.
В столовой Ютан направился к отгороженной части, где обедали преподаватели. Для него уже был зарезервирован столик и обед подали уже через минуту. За едой принц был, как всегда, немногословен, но рассказал о том, что происходило во дворце, в тот момент, когда мудрец Ма сражался с великим мастером Японии. Это были тяжёлые часы ожидания. Время перевалило за полночь, но дворец не спал. Когда сталкиваются две настолько могущественные силы, сложно предсказать, чем закончится сражение. К тому же считанные единицы великих мастеров могли похвастаться опытом реальных сражений с равным по силе противником. Чжэнь даже представила сосредоточенное лицо отца, когда сидящего перед большим экраном в рабочем кабинете. В конце рассказа Ютан упомянул, что мудрец Ма получил лёгкую травму и правитель отправил его восстанавливать силы в один из тайных монастырей. Чжэнь много раз слышала о них, но не знала, где они находятся и чему там обучают. А вот Ютан в таком монастыре провёл почти три года. И вернулся он гораздо сильнее, чем был раньше. Жаль, что его это не устраивало. Тогда, да и сейчас принц выглядел так, словно для реализации планов ему нужна обладать несравнимо большей силой.
За весь обед Ютан ни разу не спросил Чжэень о том, как она тренируется или какие техники изучает. Ему было достаточно услышать, что она усердно занимается. А ещё он пообещал вновь навестить её, когда уладит дела с переговорами. Предложил прогуляться по городу, посетить несколько знаменитых достопримечательностей столицы. Что касается подарка, то Чжэнь пришлось возвращаться в комнату, чтобы оставить его. В необычном мешке оказалась шуба, похожая на ту, что носил сам Ютан. Чжэнь очень понравился чёрный, блестящий и приятный на ощупь мягкий мех.
* * *
Матчин Кузьма, одиннадцатое марта, два часа дня
Ожидая женщин, мы с мастером Че расположились недалеко от выхода из МИБИ, рядом тёмно-красным автобусом. Фирменный автобус Матчиных для поездки в большой компании подходил лучше, чем подарок немцев. Больше диванов, удобный обеденный столик. Последнюю неделю мы не покидали территорию института, но сегодня был особый день. Максим Сорокин сбросил мне накануне сообщение, что на сегодня намечен международный турнир по боям без правил. Если быть точнее, то полуфинальная его часть, где Макс должен драться против американца. Посмотреть на это представление вызвались все, поэтому пришлось звонить ему и просить достать ещё несколько пригласительных. Я специально упомянул высоких гостей из Поднебесной и мне пообещали не только билеты, но и отдельную ложу.
– Значит, ты выходишь из семьи Ло? – спросил я.
– Ло – самая распространённая фамилия в провинции Гуйчжоу, – сказал мастер Че.
– А бабушка и дедушка принцесс, насколько я помню, выходят из клана Жао? Ваша семья входит в этот клан?
– Как одна из младших ветвей.
– Мне всегда казалось, что вы, китайцы, довольно общительные и разговорчивые.
– Все люди разные, – философски заметил мастер, глядя в сторону главной аллеи. – В Китае говорят: «Язык – это лестница, по которой беда приходит в твой дом».
– Странно, почему тогда к тебе обращаются мастер Че, а не мастер Ло?
Он посмотрел на меня усталым взглядом, но объяснять ничего не стал.
– Скучный ты мужик, – заметил я. – А на русском языке хорошо говоришь, кстати.
– Я здесь учился, много лет назад.
– Да? – я удивлённо посмотрел на него.
На главной аллее МИБИ показались женщины. Первыми шли Тася с Сяочжэй, о чём-то разговаривая, а за ними следовали Алёна и Чжэнь. Младшая принцесса сегодня надела очень красивую чёрную шубу. Надо сказать, она ей она подходила как по внешнему виду, так и по цвету. Даже незнакомому с принцессой человеку будет сразу понятно, что перед ним девушка из благородной и влиятельной семьи. Я поставил себе галочку обязательно купить что-то похожее для Алёны, потому что её синяя куртка на этом фоне мне категорически перестала нравиться. И плевать, что погода налаживалась и скоро зима закончится. Сегодня, так вообще, обещали семь градусов тепла.
Тася тоже решила выбрать для посещения развлекательного мероприятия шубу, только светлую и казавшуюся гораздо легче, чем у Чжэнь. А вот старшая принцесса была в белоснежной дублёнке, настолько сильно контрастирующей с чёрным, что им с сестрой стоило держаться друг от друга минимум на расстоянии десяти метров. У меня даже мысль проскочила, что они с Чжэнь поругались, что вряд ли, учитывая характер обеих.
– Прости, что задержались, – сказала Тася, когда они подошли. Она поправила воротник моей куртки. – Я тебе звонила, почему не ответил?
– Да? Наверное, на беззвучном режиме телефон.
Она покачала головой, посмотрела укоризненно. Я подал руку, помогая ей подняться в салон. Затем помог всем остальным, заработав укоризненный взгляд уже от мастера Че. Каждый раз, когда я брал за руку принцессу, он непроизвольно морщился. Сяочжэй это тоже замечала, поэтому даже перчатку сняла, беря меня за руку. Ей подшучивать над телохранителем доставляло особое удовольствие.
К сожалению, Василия Ивановича забрала с собой мама, когда улетала на юг, поэтому за рулём сегодня был рыжий и вечно лохматый Мережко Степан, наш главный техник и человек больших талантов во всём, что касалось военной техники. При этом гражданские машины его не привлекали и даже, больше того, он к ним относился с лёгким пренебрежением. Любил повторять, что только для военных нужд можно сделать что-то хорошее, работоспособное и что можно починить при помощи молотка и мотка проволоки. Я только улыбнулся, видя, как он вольготно расположился в большом и удобном кресле водителя. Главное, чтобы он не захотел такое же в наш БТР поставить.
Пока я ещё раз уточнял маршрут со Степаном, сёстры Юй помогли женщинам снять верхнюю одежду и подали чай лёгким десертом.
– Сахар, сахар клади, – подсказал я Юй Фэйфэй, проходя мимо. – И лимона немного вместо имбиря.
Не знаю, поняла ли она, но кивнула, с явной неохотой потянувшись за сахаром.
– Уверены, что хотите посетить подобное развлекательное шоу? – спросил я, усевшись рядом с Тасей.
– Самое обычное развлечение для цивилизованного мира, – перевёл слова Сяочжэй мастер Че. Принцесса слегка улыбнулась, словно хотела что-то добавить, но не стала.
– Бойцы из Китая в этих боях не участвует, – сказала Тася. – Но я слышала у них есть собственный аналог.
– Развлечение, куда пускают исключительно представителей знати, – кивнула Сяочжэй. – Бойцы от разных кланов сражаются друг с другом, но без судий и клетки. Хороший шанс выиграть целое состояние на ставках.
– Вы посещали такие мероприятия? – заинтересовался я.
– Один раз, вместе с отцом. Император Цао равнодушен к подобному, в отличие от его отца.
– Что и мастера друг с другом сражаются?
– Нет, только эксперты.
Здесь следует сделать небольшое отступление и похвалить себя. До того памятного мероприятия, когда я сражался за родовые земли, на турнирах по боям без правил участвовать разрешалось только экспертам. Мастеров, по понятным причинам не допускали, хотя эта тема во всём мире вызывала огромный интерес. И только в этом сезоне, то есть в конце прошлого года впервые стартовал турнир для мастеров, больше похожий на шоу, чем на полноценное соревнование. Как выяснилось, задумка у организаторов зрела давно и так совпало, что они решились на эксперимент. Чтобы придать поединкам зрелищность, претенденты должны были освоить особую и относительно безопасную технику ближнего боя, но способную причинить вред сопернику. Организаторы выступали с громкими заявлениями и демонстрациями, рассказывая, что эта техника способна уравнять силу мастеров и дать им одинаковые шансы на победу. Теперь всё зависело не от объёма внутренних сил, крепости доспеха духа и смертоносности техник, а от навыков рукопашного боя и борьбы.
Я как-то упустил, но по всему миру прошло уже несколько поединков и Макс умудрился поучаствовать в двух, оба раза победив. До того, как стать мастером, он уже являлся многократным победителем боёв без правил, поэтому с соперниками разобрался без особых проблем, в первом же раунде. Я вчера вечером посмотрел записи в интернете, отсюда и делал вывод, что это больше шоу, чем серьёзные бои.
– В Японии эти бои тоже популярны, – сказал я, затем рассмеялся. – Только называются по-другому и правил там есть. Мне больше бокс нравится, но ни за одними, ни за другими не слежу. Максимум могу посмотреть в записи, если выпадет случай. Но здесь… не понимаю я такой спорт, когда надо себя ограничивать и опускаться до уровня соперника, давая возможность слабым побеждать.
– Большое мероприятие сегодня будет? – спросила Сяочжэй.
– Пять поединков среди экспертов, включая полуфинальный бой в среднем весе. Он идёт пятым и должен был бы стать самым ожидаемым и зрелищным, но шестым боем будут выступать мастера, так что их ждут больше. Макс сказал, часов пять по времени всё займёт, если бои не затянутся. Если от шума устанете, я вас домой отвезу.
– Твой друг будет выступать, – сказала Сяочжэй, – разве можем мы лишить тебя возможность поболеть за него. Со мной всё будет в порядке.
– Давно хотел сказать, – начал я, серьёзно посмотрев на неё. – Ты продолжаешь практиковать укрепление тела, в этом есть ещё необходимость?
– Не знаю, – улыбнулась Сяочжэй. – Но с каждым днём я чувствую себя лучше и не могу остановиться.
– Теряешь силу.
– Ну и пусть, – ещё одна улыбка. – Здоровье гораздо важнее. Дышать полной грудью, не уставать, поднимаясь по лестнице.
Помимо тренировок по укреплению тела, Сяочжэй усердное взялась за культивирование внутреннего моря. Мы с ней вместе пытались пробиться со второго этапа на третий и у меня складывалось такое чувство, что у неё это получится быстрее. Может, из-за этого она не так быстро теряла силу классического мастера. Хорошо бы она опомнилась и остановилась вовремя… Хотя я зря переживаю. В конце концов Сяочжэй может до конца жизни практиковать укрепление тела и проживёт лет сто. Ей решать и делать выбор.
Я тоже времени даром не теряли и последнюю неделю усердно тренировался. Так усердно, что сейчас в моём «внутреннем море» бушевала огромная воронка. По старым записям, хранившимся в семье Жао, чтобы перейти на следующий этап нужно было превратить эту воронку в постоянное подводное течение. Что подразумевалось под этими словами не описывалось, но я надеялся, что понимание придёт со временем. Попутно я продолжал уделять много времени контролю, пытаясь совладать с рублёвой монетой. Мне казалось, что ещё немного и я, наконец, смогу согнуть её только силой кинетической брони. Даже придумал, как это сделать и как приложить к ней силу, но монета пока не поддавалась.
– Как успехи твоей «особой», – Сяочжэй выделила это слово, – группы?
– Лентяи они, – отмахнулся я. – Не понимаю, почему расслабились. На их месте я бы тренировался до изнеможения, тем более сейчас им это крайне необходимо. Только Морока со своей подругой прогрессируют. Через месяц покажу, насколько другие от них отстают.
– А Чжэнь? Она достаточно занимается?
– Через полтора месяца станет понятно. Когда она начнёт сворачивать ручки входных дверей. Лучше скажите, почему ваш брат зачастил в институт? Я его через день вижу рядом с администрацией.
– Он ведёт переговоры с ректором, – сказала Сяочжэй. – Нам нужны союзники, которые выступят за охлаждение горячей фазы противостояния с Японией. Острова, принадлежащие Империи Цао, которые они называют спорными, уже под нашим контролем и дальнейшее развитие конфликта приведёт Японию к серьёзным потрясениям. А в этом случае за неё вступится Европа и Америка. Совсем недавно Императора Тайсе посетил великий мастер из СГА. Можно легко догадаться, о чём шла речь.
– Кузьма, – Тася посмотрела на меня. – Умеешь ты выбирать темы для разговора. Давай сегодня не будет политики и войн. Надоело.
– Как скажешь, – я слегка сжал её ладонь. – Тогда о чём поговорим в дороге?
Сменить тему решила Сяочжей, пожаловавшись на погоду и на то, что весна никак не наступала. Спорить никто не стал, и мы принялись делиться впечатлениями о том, как температура прыгала то вверх, то существенно опускаясь ниже нуля. Минут через десять наш автобус свернул с проспекта на узкую улочку, заставленную дорогими машинами, и остановился напротив большого, но невзрачного с виду здания. Кроме вывесок нескольких спортивных клубов и магазина экипировки, другой рекламы я не увидел, а о предстоящем мероприятии говорило лишь столпотворение у входа. Гости подъезжали на дорогих машинах, а мы единственные, появившиеся на автобусе, перегородившем дорогу. Сзади нам кто-то яростно сигналил, требуя убраться и пропустить важных людей. Охрана проверяющая приглашения и билеты тоже заволновалась. Один из них попытался подойти к автобусу, но вышедший первым мастер Че шагнул наперерез и желание приближаться у охранника резко пропало. Мне даже захотелось посмотреть на взгляд, которым мастер Че его остановил.
С билетами и пропуском проблем вовсе не возникло. Едва мы подошли, как из здания выбежал мужчина лет тридцати, в костюме с галстуком и бейджиком на красной ленточке.
– Матчин Кузьма! – радостно выпалил он вместо приветствия. – А мы Вас очень ждали! Я провожу.
Он оглядел нас всех, на секунду остановив взгляд на Алёне, словно узнав только её. За ним мы прошли в очень шумный и длинный коридор, идущий вдоль всего здания и играющего роль фойе. Гости здесь общались друг с другом, рассматривали постеры и плакаты с портретами бойцов и предстоящих поединков. Отдельно была выделена зона для прессы, которая стремилась попасть в помещение, где бойцы давали предматчевое интервью. Я же обратил внимание на обилие знакомых лиц. И первым на глаза попался старый князь Дашков, старый дед, передавший управление родом среднему сыну. Он был в компании старшего сына и ещё пары незнакомых мне людей. Недалеко от них расположился глава службы безопасности княжеского рода Воронцовых, в компании сильного мастера. Я завертел головой пытаясь найти кого-то из Наумовых, а может и самого Петра Сергеевича.
– Мне кажется, – шепнул я Тасе, – или здесь собралась почти вся московская элита?
– Да, очень много влиятельных людей в одном месте, – она кивнула. – Понятно, почему столько охраны на улице.
– Им охрана нужна, как черепахе велосипед, – проворчал я. – Неясно отчего такой ажиотаж. А вон и Разумовские.
Среди небольшой группы молодёжи выделялся сын князя. Он нас тоже заметил, приветственно кивнул. Будь я один, обязательно подошёл бы поздороваться. Обменялись бы колкостями, может удалось бы его стукнуть посильнее. Но сегодня решил не обращать на него внимания. Мы обязательно сочтёмся, не сейчас, так в будущем. Даже если придётся ждать, пока он поднимется на ступень мастера.
– Я Ваш большой фанат, – говорил провожающий нас охранник. Я немного отвлёкся и пропустил первые несколько реплик. – С того самого турнира. Когда Вы дрались с мастером оружия.
Проходя мимо Дашковых, я кивнул старому князю. Надеюсь, не обидится за то, что не подошёл поздороваться и не познакомил с принцессами. Нам повезло избежать большого внимания гостей, так как охранник свернул к дверям ведущим в просторный спортивный зал, переделанный для предстоящего зрелища. В центре шестиугольный ринг, огороженный высокой сеткой. Белое татами усеяно логотипами самых разных форм и размеров. Места для зрителей обустроили в виде амфитеатра. Есть даже отдельная зона с круглыми столиками, где гости могли не только посмотреть на шоу, но и насладиться закусками и выпивкой. Ложа для ВИП гостей располагалась очень удобно, чтобы видеть, как со стороны специального выхода появляются бойцы. Всего два десятка мест, вокруг которых было немного свободного пространства. Охранник ещё пару минут покрутился рядом, но получил указания по рации и, извинившись, умчался на пост.
К нашему появлению зал начал постепенно заполняться. В ВИП ложе уже присутствовало трое мужчин и одна женщина, но никого из них я не знал. А вот они меня наверняка узнали, но здороваться и представляться не спешили, сделали кислые выражения лиц, стараясь не обращать внимания. Из нашей компании только Алёна с любопытством крутила головой изучая зал и ёрзала на сиденье в ожидании начала.
У прохода к служебным помещениям я заметил Василия Балуева. Он меня тоже увидел, помахал рукой.
– Я на минуту отлучусь, – тихо шепнул я на ухо Тасе. – Пойду с Васей поговорю.
– Только не ввязывайся в неприятности, – попросила она. – Зная тебя, стоит ожидать и массовых драк, и пожаров, и внезапного нападения инопланетян.
– С планетянами ты перегнула, – я рассмеялся. – Обещаю драк не устраивать, даже если меня будут бить. Госпожа Цао, я на пару минут отлучусь, с вашего позволения.
– Не пропустите интересные поединки, – благожелательно кивнула она.
Приглушённый свет в зале стал ещё более тусклым. Стоило поспешить, пока гости только занимали свои места. Зато появилась пара ведущих, в дорогих костюмах, а огромные экраны под потолком перестали показывать рекламу. Я довольно быстро добрался до служебного входа, где меня встретил Василий, опередив охранников. У него на груди висел бейджик с фотографией и знакомым логотипом. Вроде бы я его видел на стаканчике с коктейлем, который готовили специально для ректора.
– Привет, – поздоровался я. – Ты здесь какими судьбами? Вижу, что не зритель.
– Допинг-контроль, – улыбнулся он. – Проверяем участников на приём химии, в частности: стимуляторов и усилителей. Вся эта дрянь легко выявляется, если принимал в течение месяца. Целую лабораторию сюда привезли. Все участники сдали кровь ещё неделю назад, а сейчас только экспресс-тесты.
– А посмотреть можно? Шибко любопытно.
– Пойдём, – он улыбнулся. – Хотя там ничего интересного нет.
Мы прошли в служебный коридор, вдоль которого тянулись двери раздевалок, где готовились бойцы к выступлению. Всё очень скромно, из мебели только кушетки, жёсткие стулья и высокие железные шкафчики для вещей. А ещё вокруг царила суета, по коридору сновали медики, судьи, кто-то из персонала и команды участников.
– Всё тихо? – спросил я, имея в виду склад.
– Да. Не идеально, но неплохо. Груз мы забрали на следующее утро, когда там от полиции было не протолкнуться. Пришлось с Давидом Карловичем ехать, чтобы он груз забрал. Там же маркировка нашей фирмы на коробках стояла.
– А индусы?
– Что индусы? – не понял он. – Они даже в полицейский участок не поехали. Утром посол Индии туда наведался, сказал, что они случайно оказались рядом со складами, опознали в толстяке особо опасного международного преступника и предприняли все меры для нейтрализации. Он ещё наверняка добавил, что их можно за эту услугу не благодарить. Да всем всё понятно. Обошлось малыми жертвами и уже хорошо. Обычно, когда несколько мастеров насмерть дерутся, убитые исчисляются сотнями, а здесь всего один разнорабочий погиб, ещё четверо в больнице.
Меня больше волновал вопрос о камерах видеонаблюдения на складе, но Василий говорил, что его товарищ их заблаговременно отключил.
– Здесь, – Василий остановился перед дверью, на которой висела предупреждающая табличка. Прислушавшись к чему-то, он открыл дверь, осторожно заглянул внутрь и только потом пропустил меня.
Небольшая светлая комната раньше была массажным кабинетом или чем-то похожим. Сейчас же здесь плотно расставили столы, разместив целую гору разного оборудования. Громко жужжал какой-то громоздкий аппарат в самом дальнем конце помещения.
– Здравствуйте, – поздоровался я с Давидом Карловичем, главой семьи Бергов.
– Кузьма, добрый день, – он оторвался от отчёта, подошёл, пожал руку. – Надеюсь, ты не собираешься участвовать в мероприятии? Потому что тесты мы взять уже не успеем.
– Нет, что вы, – улыбнулся я. – Меня пригласили как зрителя, посмотреть за боями мастеров, ограничивающих себя в силе.
– Ну да, – он понимающе кивнул. – Людям нравятся подобные зрелища, особенно если много крови, рассечённых бровей, сломанных носов, рук и ног. Мероприятие ещё не началось?
Давид Карлович посмотрел на часы, которые носил на правой руке.
– Успеется, – сказал я. – Вы не знаете, с чем связан такой ажиотаж? В зале столько важных людей, почти как на приёме во дворце у Императора. Все так любят бои без правил?
– Скорее это лишний повод заявить о себе окружающим. Если не выходить в свет, время от времени появляясь на подобных мероприятиях, о тебе быстро забудут.
– Сдаётся мне, не в этом дело. Может, наши союзники хотят показать, что грандиозный провал им…
Давид Карлович покачал головой, приложив палец к губам.
– Может быть, – согласился он. – Кстати, ты так и не зашёл к нам в офис, чтобы подобрать курс энергетиков. Геннадий Сергеевич всё-таки великий мастер и то количество быстрой энергии, что он может поглотить, обычному одарённому может навредить.
– Спасибо, но нет. Пока не прижмёт, лучше воздержусь.
В дверь постучали и почти сразу вошли без приглашения. Какой-то тип в костюме, с бейджиком и толстой кожаной папкой.
– Всё готово, – сказал гостю Давид Карлович. – Отклонений от нормы не выявлено. Отчёт уже распечатали.
– Мы тогда пойдём, – сказал я.
Я вышел из комнаты, пропуская гостя, а вот Василий остался, сверля того холодным взглядом. В коридоре суматохи немного поубавилось, но только потому, что со стороны главного зала звучали громкие голоса ведущих. Они приветствовали гостей и рассказывали о предстоящих поединках. Меня это совсем не заинтересовало, поэтому я направился вглубь коридора, рассчитывая поговорить с Максимом. Комната, где он готовился к поединку, располагалась совсем рядом и там кроме него самого никого не было.
– Привет, не отвлекаю? – я заглянул в приоткрытую дверь.
– Нет, заходи, – он обрадовался, прошёл навстречу, чтобы пожать руку и пригласить к стульям.
– Ты почему один? Где команда, тренера, массажисты, моральная поддержка?
– До боя ещё пару часов, как минимум. Я пока настраиваюсь, готовлю себя морально.
– Смотрел в интернете бои твоего соперника, – я кивнул на постер, висящий рядом с дверью. Там изображался Максим и крепкий темнокожий мужчина лет тридцати пяти, татуированный едва ли не с ног до головы. – Прозвище у него дурацкое, Мясная машина.
– Ага, – Макс рассмеялся. – Говорит, что это его сын девятилетний придумал, когда увидел, что отец делает с лицами своих соперников. Мы с ним общались на пресс-конференции, видел?
– Нет, не довелось. Но да, лица он разбивает в хлам. Не боишься?
– Ты его видел? У него бицепсы перекачены, удар доносит медленно, да и не техничный он какой-то. Но крепкий и выносливый, не отнять, – закончил Макс и посуровел.
– Тоже заметил такое, – покивал я. – Поэтому поставлю на тебя.
– Ставь, – он снова приободрился и даже рассмеялся. – Сейчас кэфы знаешь какие? Четыре против одного. Он фаворит и ставят исключительно на него. Слишком сильный, говорят. Видел, как он удары держит? Такого только из пушки возьмёшь.
– Вот! Я что хотел спросить, меня весь этот турнир сильно удивляет. Для мастеров клетка слишком маленькая, к тому же силу надо ограничивать, давая преимущество тем, у кого она в перекос к физическому развитию, а не духовному. К тому же мастер молний заведомо быстрее остальных, даже если он внутреннюю силу использовать не будет.
– Да вроде американцы неплохую систему сдерживания придумали, – он пожал плечами. – Решает то, как часто по лицу противника попадаешь. Удары ведь проходят через доспех духа и даже нокаутировать могут. Я своего предыдущего соперника спать уложил в конце первого раунда.