![](/files/books/160/oblozhka-knigi-dospeh-duha.-tom-5-si-350252.jpg)
Текст книги "Доспех духа. Том 5 (СИ)"
Автор книги: Фалько
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)
– Калории – это хорошо, но здесь же плохие жиры, – она последовала моему примеру с сахаром. – За эти две недели можно набрать лишние пять, а то и десять килограмм. А одарённому, тем более мастеру, нужны витамины и углеводы, то есть, овощи и фрукты.
В этом я был с ней полностью согласен. Фа Чжэн давно приучил меня к правильному питанию. Даже когда мы забирались в места, где с едой было туго, он всегда старался разнообразить наше меню.
– Так что там с голосом, который хотел нас убить? – спросил я, переводя разговор к главной теме. – И почему князю о нём нельзя рассказать?
– У тебя усталый вид, – Ульяна поправила чёлку. – Что-то случилось?
– У меня сегодня был тяжёлый день. И он ещё не закончился. Не покидает чувство, что всё это прелюдия. Новость, которая вдарит мне монтировкой по голове ещё впереди.
– Странная аналогия, – она улыбнулась. – Нужно всегда быть оптимистом, иначе никаких нервов не хватит. Изведёшь себя, ожидая страшного.
– Ульяна, не томи, – поторопил я.
– Не сердись на меня, – то ли извиняясь, то ли в приказном порядке сказала она, затем вздохнула. – Не знаю, почему я сразу не узнала, но это был голос Артёма Разумовского. Наверное, потому что никогда не слышала его таким раздражённым и злым.
– Наследник князя? – удивился я. – Очень странно, что это он звонил. Прямо вот, очень странно.
– Я тоже так подумала, – согласилась она.
– Почему тогда не рассказала своим? Не вижу здесь ничего такого, кроме большой тупости Артёма.
– Понимаешь, я боюсь, что это выльется во что-то нехорошее. Александр Николаевич может поступить опрометчиво и… – Ульяна замолчала, вздохнула и сделала пару глотков кофе. – Он недавно говорил, что сейчас нужно быть как можно более осторожным и не устраивать большую войну.
– У меня, как раз, другие сведения. Но не важно. Что предлагаешь?
– Вот так сразу – ничего конкретного. Хотела, чтобы ты не говорил Александру Николаевичу об этом, и всё.
– Если это был Артём, рано или поздно князь докопается до истины. На него работают не самые глупые люди.
– Пусть, – Ульяна кивнула. – Мы по крайней мере предупреждены.
Мне показалось, что она хитрит или недоговаривает. Непонятно, зачем встречаться ради этого. Сказала бы всё по телефону.
Видя мой взгляд, она слегка потупилась, грея бумажный стакан в ладонях.
– Ладно, пусть всё идёт как идёт, – сказал я. – Будем разбираться с проблемами по мере важности. И Артём у меня сейчас в середине списка…
– Подожди, – она остановила меня жестом. – Я его голос, правда, совсем не узнала. Наверное, была напугана и… так бы и не вспомнила. Но… он сам позвонил. Угрожал. Сказал, есть предатель, который очень близко к нашей семье… И мне действительно страшно.
Она совсем опустила взгляд.
– А вот это уже хуже, – согласился я и задумался. Принялся постукивать пальцами по столешнице. – В голову ничего не приходит сейчас. Я что-нибудь придумаю, но потом. А тебе надо поменять номер телефона, чтобы он больше не звонил. А если дозвонится, сразу трубку бросай, пусть побесится. Князю бы рассказать не помешало, но, если ты боишься, то настаивать не буду.
Ульяна кивнула, нашла в себе силы улыбнуться. Всё-таки она красивая девушка и улыбка ей идёт, даже такая, обманывающая окружающих и говорящая, что у неё всё в порядке. Что-то я за собственными проблемами совсем ничего не вижу. А ведь девушке сейчас нелегко. Попробовал бы сынок князя мне угрожать, я бы его послал по известному адресу, а то и в гости бы наведался. Но не все такие смелые и безбашенные.
– Не переживай, я его рано или поздно достану и подвешу за то самое, – пообещал я. – Обещаю.
– Я верю. Может, поужинаем? Только не здесь. У меня изжога от одного вида и запаха такой еды.
– Не сегодня, прости. Обещал быть дома к ужину. Да и настроение ни к чёрту. Я своим угрюмым видом аппетит тебе испорчу. Или напьюсь, что более вероятно.
– Приставать станешь? – её улыбка стала слегка коварной.
– Не знаю, – я рассмеялся. – Я алкоголь употребляю редко и почти всегда попадаю в какую-нибудь неприятность. Или приятность, тут смотря с какой стороны посмотреть. По поводу Артёма не переживай. Не разговаривай с ним, чтобы нервы не портить. Но если крота найдёшь или опасность будет грозить, то звони сразу, примчусь и спасу. Если Катя телефон сегодня купит и номер сможет восстановить.
– Катя? – заинтересовалась она.
– Хованская. Она на меня секретарём работает.
– Я её сестру старшую знаю, Тамару. Если попытаться описать одним словом, то выйдет: «Змея». Холодная и ядовитая. Надеюсь, у них это не семейное.
Ульяна допила кофе, поставила пустой стаканчик на стол и встала.
– Спасибо, – сказала она, – что выслушал. Мне стало спокойней.
– Всегда, пожалуйста. В этот раз провожать не буду, а то опять что-нибудь случится.
Через пять минут минивэн Василия остановился на стоянке перед МИБИ, но я так сразу выходить не спешил. Просто у ворот собралось несколько высоких чёрных внедорожников, рядом с которыми примостился большой лимузин. Нас тоже заметили, и охрана в машинах немного напряглась.
– Кто это? – спросил я.
– Вон того мастера я знаю, – Василий кивком показал на ближайший внедорожник с «красивыми» номерами. – Он на Разумовских работает. Скорее всего, от них кто-то приехал. Или сам князь в гости пожаловал.
– На лимузине только Константин Николаевич разъезжает, – сказала Ульяна с заднего сидения. – Очень похоже на его машину.
– Да и демоны с ним, – махнул рукой я. – Василий, я с тобой свяжусь, как только в норму приду.
Хлопнув в подставленную ладонь, я вышел из машины. Постоял немного, проследив, как они разворачиваются, нарушая правила и уезжают в обратном направлении. Люди Разумовского меня провожали почти равнодушными взглядами. Расслабились, как только незнакомая машина с мастером за рулём уехала. Я силу скрывал, поэтому меня они либо не узнали, либо им было плевать. Охрана на воротах проверила пропуск и тоже пропустила без лишних вопросов.
Стоило ожидать, что к вечеру пасмурная погода окончательно испортится. В том плане что температура воздуха падала и появился ледяной ветер. Я поднял воротник повыше и поспешил к общежитию. Почти у самого дома перехватил Тасю и уже вместе с ней мы поднялись домой. На нашем этаже так вкусно пахло едой, что у нас слюнки побежали. Оставив верхнюю одежду в прихожей, мы сразу отправились к кухне.
– Как день прошёл? – спросил я, так как Тася не спешила делиться новостями и очень многозначительно молчала.
– Сейчас расскажу, – она улыбнулась. – А кто у нас на кухне хозяйничает?
На кухне обнаружилась пара мужчин в светлой одежде, фартуках и с колпаками. Один что-то жарил, распространяя тот самый приятный аромат, второй ловко крошил зелень и овощи. Я подобную технику нарезки видел только у Фа Чжэня. Мужчины, кстати, европейцы и готовили что-то традиционное. Один, увидев нас, кивнул, но отвлекаться не стал.
– Кто это? – шепнул я, на что Тася пожала плечами.
В столовой тоже произошли небольшие изменения. Во-первых, в комнате провели генеральную уборку. Пахло чем-то свежим и вкусным. Во-вторых, на подоконниках появились цветы в горшочках, а на окнах занавески. Столы, расставленные по комнате, объединили в два больших. У ближайшего хлопотала женщина в переднике и белой косынке, расставляя посуду. Алёна и Таша сидели за вторым столом, напротив наследника и Кости Дашкова и о чём-то оживлённо беседовали.
– Ага, вот и Кузьма, – первым нас заметил Костя, помахав рукой. – И Тася. Привет!
– Привет, – кивнула Таисия. – Кто это в нашей столовой хозяйничает? И на нашей кухне.
– Профессионалы, – многозначительно ответил он.
– Доброго вечера, – поздоровался Николай. – Это служащие дворца. Мама беспокоится, чтобы я правильно питался. А Константин пользуется случаем.
Костя на это замечание только улыбнулся, развёл руками.
– Через пятнадцать минут накрываем на стол, – сказала женщина, подходя к столу. – Может быть чай или воду подать?
– Поздно уже для чая, – сказала Тася. – Мы подождём.
– Что-то вы утомлённые оба, – хмыкнул Костя. – Тяжёлый день?
– Тяжёлый, – ответил я за обоих. – То сумасшедшие по территории МИБИ ходят, то из окна заставляют прыгать.
– А, про сумасшедшего – это смешно, – Костя даже засмеялся. – Я потом расскажу, кто это был, ты тоже посмеёшься. Всё, молчу.
Он поймал строгий взгляд Таси, показал жестом, что не проронит больше ни слова.
– И у нас тоже весело, – сказала Таисия. – Недавно прибыл князь Разумовский с делегацией. Недовольны, что Николай находится в подобном месте. Говорят, что охрана его плохо справляется со своими обязанностями. Подвергает необоснованному риску и негативному влиянию иностранных разведок. Кузьма уже причислен к агентам разведки Китая. Говорят даже гонорары от них получает.
– Ага, два гонорара в больнице лежат с синяками на половину лица, – фыркнул я.
– Удивляюсь и завидую, – сказал наследник. – Вокруг вас постоянно что-то происходит.
– Завидовать тут нечему. Простите, – Тася встала и направилась к выходу, доставая из кармана телефон.
– Я слышал, драка какая-то была, – тихо сказал Николай. – Кто в больнице оказался?
– Ты их видел, сёстры Ми и Фэйфэй. Не знаю, почему на них осерчал принц, но я ему это так просто с рук не спущу. И назвать это дракой было бы не совсем правильно…
– Кузьма, – позвала меня Тася со стороны двери. – На минуту.
– Так и знал, – устало рассмеялся я. – Сейчас опять какая-нибудь проблема всплывёт.
Девушки проводили меня любопытными взглядами. Я же вышел в коридор, взял телефон.
– Кузьма слушает.
– Кузя, это мама, – раздался знакомый и встревоженный голос в трубке. – Джим пропал.
– Мама, привет. В каком смысле пропал? – не понял я. – Когда?
– Ещё вчера вечером. Я думала ему нужно время побыть одному и проветрится. Мы сидели в номере, смотрели спутниковое телевидение. Какую-то ерунду про СГА. Выставка машин в Чикаго. Он что-то увидел и в лице изменился. Как тогда, на Окинаве. Он забрал бумажник и ушёл…
– Ну так всего день прошёл, остынет и вернётся, – вздохнул я. – Не первый раз.
– Этот чёртов эгоист мне сообщение прислал только что, – начала злиться она. – С одним словом: «Прости». Он извиняется, понимаешь? Я его… придушу, когда он мне в руки попадёт.
Она с шумом выдохнула.
– Я уточнила, он билет купил на своё имя в Чикаго. С пересадкой в Шереметьеве и ещё где-то. Оттуда мне и прислал сообщение.
На пару секунд повисло молчание, послышался ещё один вздох, что уже совсем на маму не похоже.
– Верни его, Кузя, очень тебя прошу. Меня же на границе примут и с радостью в тюрьму поволокут.
– Верну обязательно, – как можно более твёрдо ответил я. – А ты с делами заканчивай и езжай к Саше. Слетай вместе с ним в Корею, посмотри на наш корабль. Не сиди без дела.
– Да, так и поступлю, – сказала она. – Только ты позвони, как найдёшь его.
– Не переживай. С Джимом уж точно ничего не случится. Он хотя и импульсивный, но осторожный и умный. Всё, я побежал решать эту проблему. Буду держать в курсе событий.
Я нажал кнопку отбоя, а то мама опять начнёт себя накручивать и неделю потом успокоиться не сможет.
– Что-то случилось? – спросила Тася. – Голос у неё был встревоженный и какой-то подавленный.
– У Джима какие-то проблемы. Он вчера увидел что-то или кого-то по телевизору и тут же помчался в аэропорт за билетами.
– Куда летит? – удивилась она.
– В Чикаго.
– Это большая проблема?
– Как тебе объяснить, – я взял её за руку, привлёк к себе, чтобы можно было говорить тише. – Мы с ним много лет знакомы, но никто не знает его прошлого. Я даже не уверен, что Джим – это его настоящее имя. Мы его посреди океана выловили. Мне иногда казалось, что у него и прошлого-то нет, как будто он в тот день впервые родился. Ты с ним плохо знакома, но он невероятно силён. Помнишь, я говорил, что он самый сильный мастер, которого я знаю. Это действительно так. К тому же он обладает уникальной силой.
– Думаешь, он выходит из какого-то влиятельного клана Америки?
– Не знаю. Но к ним у него претензии есть, тут без вопросов. Однажды на Окинаве он едва не сровнял с землёй военную базу СГА. Нам едва удалось его успокоить, отговорив от данной авантюры. Я его лицо до сих пор помню. Холодное и пугающее. Если он полетел в Чикаго в таком состоянии, то такого может сотворить, о чём будут ближайшие десять лет говорить со страхом.
– Хочешь отправиться за ним? – спросила Тася, но судя по голосу, это было скорее утверждением.
– Джим член нашей семьи. Не буду говорить, сколько раз он спасал наши жизни. Обычно он бездонный колодец оптимизма и странных шуток. И обидеть его очень сложно… Бросить его в такой момент я не могу.
– Я поняла, – она улыбнулась. – Только ты ведь ещё не восстановился.
– Так я ж не на войну собираюсь. День на перелёт, ещё пара, чтобы его найти и я буду уже в норме.
– Думаешь, в многомиллионном городе его будет легко найти? А если он за своей целью поедет вглубь Америки?
– Что ты сразу усложняешь? – возмутился я. – Мама сказала, что он из себя вышел, когда передачу смотрел о какой-то выставке. С неё и начну. Поспрашиваю прохожих, покажу им фотографию, они сразу его вспомнят.
– Кузьма, ты себя со стороны послушай. Это такая авантюра.
– Джима не брошу, – насупился я. – И не оставлю его в одиночку разбираться с проблемами. Набери лучше номер Петра Сергеевича.
Тася покачала головой, затем улыбнулась и поцеловала. Набрав нужный номер, передала телефон.
– Наумов слушает, – голос Петра Сергеевича звучал сухо, словно он был не в духе.
– Это Кузьма. Простите, что беспокою, но мне нужна ваша помощь.
– Что случилось? – мне показалось, что он хотел добавить «на сей раз», но не стал.
– Мне нужны билеты в Чикаго на самый ближайший рейс. И документы серые, но достаточно надёжные, чтобы меня через границу пропустили.
С той стороны трубки повисло молчание.
– Документы только для тебя? – спросил Пётр Сергеевич
– Да. Поеду один. Нужно помочь близкому человеку. Точнее, нужно его найти и вывезти в Россию. Это личное и очень важное дело.
– Хорошо. Перезвоню.
Я вернул телефон Тасе. Мы одновременно скосили взгляд на любопытную Наталью, выглядывающую из столовой. Она даже вышла в коридор, чтобы пропустить в комнату женщину с тележкой.
– Никому пока не говори, – шепнул я Таисии. – Алёне я сам расскажу.
Что касается ужина, то он прошёл в довольно тёплой и дружеской обстановке. Николай много улыбался, довольно живо рассказывал о своих впечатлениях, даже о тренировках. Инструктором по физической подготовке у него был тот самый хмурый мастер, напарник Кости. Он учил его рукопашному бою, стрельбе из пистолета и автомата, водить машину и мотоцикл. С последним не совсем ладилось, так как многие считали, что двухколёсное средство передвижение слишком опасное, но навык такой у Николая был. Мы немного поговорили об учёбе, о событиях в МИБИ и о том, что ректор наконец решил выставить за дверь посторонних. Никто из иностранцев не был незваным или неожиданным гостем. Каждый, как и положено, оформлял документы, подписывал бумаги, получал пропуск и знакомился с правилами поведения. Просто их стало как-то неожиданно много, и было решено закрыть МИБИ до конца учебного года. Многих это расстроило, кто-то даже спорил, но к завтрашнему утру институт должен был превратиться в закрытое учебное заведение. Нам об этом поведал Константин, откровенно радовавшийся подобному исходу. Говорил, что эти дни его сильно вымотали и если всё продолжится в таком духе, то ему прямая дорога в больницу.
После ужина Николай с Ташей ушли первыми, о чём-то секретничая. Как я понял, наследник хотел передать через неё несколько писем друзьям в академию. Следом за ними сбежал Константин, сказав мне, что у него есть какой-то важный разговор, но он сейчас слишком занят. Обещал заглянуть, как только сдаст смену и выспится как следует. Я успел перехватить Алёну, подцепил её под руку.
– Надо поговорить, – тихо сказал я. – Зайдёшь в гости на пару минут?
– Хорошо, – она посмотрела с лёгким сомнением, но кивнула.
Когда мы проходили мимо лестницы, услышали знакомые голоса. Кто-то из преподавателей, живущий на этаж ниже, умудрился перехватить наследника по пути, чтобы поздороваться. Странно, что до нас не добрались в столовой. Сомневаюсь, что никто не догадался, тем более слухи о том, что сюда часто наведывается наследник по институту, быстро расползались. Скорее всего, охрана успела поговорить с жильцами общежития, предупредив, чтобы не докучали.
– Проходи, – я пригласил Алёну в гостиную. Тася успела скрыться в спальне, не став плотно закрывать дверь, чтобы послушать.
Алёна села на край дивана, бросила взгляд на телевизор.
– Да мы его не смотрим, – улыбнулся я. – Стоит без дела.
– А нам не разрешают. Только планшеты можно и ноутбуки. Я, правда, свой не привезла. Боюсь, что утащат.
– Были прецеденты?
– Год назад была кража. Нам с Ольгой поручили найти похитителя, но без толку.
– Печально. Так, давай о важном, – я прошёл, уселся в кресло. – Мне надо на пару дней уехать, помочь Джиму. Если быть точнее, то сначала найти, потом уже помочь. А у меня группа, которую без присмотра оставлять нельзя. Хочу попросить, чтобы ты присмотрела за ними. До следующего четверга можешь гонять их до изнеможения, а потом покажи дыхательную гимнастику и первую форму укрепления. Даже если они её не смогут сразу выучить или ошибутся, то ничего страшного не случится. Морока, к примеру, сразу всё освоил.
– Может, я с тобой поеду? – спросила она и даже губу закусила. – Если пару дней…
– Боюсь, что это может быть опасно. Если Джим решил кому-то мстить, а я уверен, что так оно и есть, то путешествие превратится в маленькую войну. Придётся прятаться, убегать от полиции, устраивать засады и прочее, прочее. У нас с ним опыт большой и сил невпроворот, а тебе будет тяжело, поверь мне.
– Ты сам недавно в обморок падал, – напомнила она.
– Уже наполовину восстановился, так что это не аргумент.
– Я тоже считаю, что отпускать его одного – плохая идея, – к нам вышла Тася, переодевшись в домашнее платье. – Но и Кузя прав, одному ему будет проще. Нам остаётся только ждать и требовать, чтобы он звонил каждый день. А лучше несколько раз в день.
– Хорошо, обещаю звонить, – согласился я.
– А куда надо ехать? – спросила Алёна. – Далеко?
– Через океан, в Америку.
– Далеко…
– Может мне с тобой поехать? – задумчиво произнесла Тася. – Что это за взгляд? Я же не смертельно больна.
– Ни волноваться, ни перенапрягаться… что там ещё доктор говорил? И внутреннюю силу не использовать. Не обсуждается!
– Командир, – Тася улыбнулась, взъерошила мне волосы. – Надо вещи в дорогу собрать.
* * *
Пётр Сергеевич позвонил в три часа ночи. Я ещё голову от подушки не оторвал, а Тася уже приложила мне телефон к уху. Несмотря на позднее время, голос у главы рода Наумовых был на зависть бодрый. Я едва не спросил, когда это он успел выспаться.
– Кузьма, документы готовы, самолёт вылетает в половину пятого утра. Торопись. Машина будет рядом с МИБИ через пятнадцать минут.
– Почему так рано?
– Потому что лететь долго, с пересадкой в аэропорту Франкфурта-на-Майне. На месте будешь в восемь часов вечера.
– Уже выхожу из дома. Спасибо за оперативность.
– Да, надо тебя быстрее сплавить, – хмыкнул он. – Это даже хорошо, что улетаешь именно сейчас. Иначе я бы тебя в Корею отправил, сухогрузы шагами мерить.
– А что случилось? – я сел, растёр ладонью лицо.
– Так, небольшие разногласия с Разумовскими. Тебя вчера в чём только не обвинили. И если бы ты не подрался с принцем Цао, заклеймили бы китайским шпионом.
– А я подрался? – я даже удивился. – Вроде не успел.
– Не важно. Он нам две жалобы на тебя подал и даже официальный запрос на поединок чести. Потом расскажешь, чем его так сильно обидел. И не только мне, но и Императору Цао.
– Теперь я вообще ничего не понимаю. Но приеду и обязательно во всём разберусь.
– Неделю, – сказал Пётр Сергеевич, – не меньше. Чтобы тебя в столице неделю не видели.
– Да, а вы в курсе планов князя Воронцова…
– Это не телефонный разговор, – прервал меня глава рода. – Слышал и не разделяю его поспешного решения. Кузьма, самолёт ждать не будет. Долго ждать не будет. Позвоню кому следует, чтобы немного придержали, но имей совесть.
– Всё, я понял, вот уже одеваюсь. Сейчас супругу поцелую и побегу.
– Удачи, – пожелал он и повесил трубку.
– С кем ты там подрался? – спросила Тася. Пока я разговаривал, она прошла к шкафу и выложила на кровать одежду и уже собранную большую дорожную сумку.
– Да я сам не понял. Слушай, узнай, что вчера было и какую бочку на меня катят. Пётр Сергеевич сказал, что Разумовские меня в чём-то серьёзном обвиняют.
– Поговорю сегодня с ректором. Когда самолёт?
– В половину пятого вылет.
– За полчаса до вылета нужно быть на регистрации. И ехать ещё час, ты уже опаздываешь! Бегом, бегом!
– Да уже, – я спешно натягивал штаны.
Тасю я всё же успел поцеловать и выскочил на улицу. Ночь встречала сильным морозом, пробирающим до костей. Кто бы сказал, что будет так холодно, я бы ещё теплее оделся. По пустынной территории МИБИ я промчался бегом. Охрана у ворот не спала и разговаривала с Васей Балуевым, который припарковал свой минивэн прямо у калитки.
– Всем привет! – я махнул рукой парням из охраны, хлопнул в подставленную ладонь Васи. – Тебе тоже выспаться не дали?
– Поспал два часа, – сказал он, улыбнулся, – в машине. А потом пришлось мотаться по ночной Москве. Билеты и документы на переднем сидении. Садись.
На сидении действительно обнаружился конверт с билетом в одну сторону. Бизнес-класс стоимостью две с половиной тысячи рублей. Хорошая месячная зарплата клерка или две зарплаты обычного работяги. В конверте нашёлся паспорт Российской Империи на имя Кузьмы, но фамилия стояла Громов, да и к возрасту прибавили два года.
– Человек, который документы вручил, сказал, что всё проведено и оформлено как положено. Никто не прикопается. Считай настоящие документы, так что ты их, как вернёшься в Москву, должен вернуть.
– Связи – это хорошо. Чтобы ночью тебе паспорт делали.
– Это дежурный паспорт, – он хмыкнул, слишком резко разворачивая машину, отчего её немного занесло на скользкой дороге. – Заготовка, куда фотографию вклеивают. Дату рождения и прочую полезную информацию запомни новую, а то конфуз на границе выйдет. Даже если они отпечатки пальцев снимать будут, в базе именно твои сидят. Но этого лучше избегать, вдруг ты ещё где фигурируешь.
– Вроде нигде не засветился.
– В таких вещах нужно быть уверенным. Ладно, не переживай, ты ещё когда паспорт получал, наши проверяли по международной базе. Но у американцев может быть своя.
– А это что? – я вынул последний листок в ладонь размером.
– Разрешение на въезд в СГА. Бланк вклеивается в паспорт, сними защитный слой и вклей на первую страницу, где написано «визы».
– А почему здесь ни имени, ни фамилии, – я осмотрел листок. На нём был только код и голографический рисунок в виде Статуи Свободы на фоне большого города.
– Ты у меня спрашиваешь? – Василий посмотрел на меня удивлённо. – Клерк сказал что-то про согласованные списки и то, что тебя через границу пропустят без вопросов. Вклеивай, потом некогда будет.
– Как скажешь…
До Шереметьево мы ехали чуть больше часа. Василий на скоростной режим плевал, да и машин ночью было немного. Я боялся, как бы мы на скользкой дороге не перевернулись, но обошлось. Небольшая пробка случилась только у въезда в аэропорт. Поблагодарив Василия, я бегом помчался к стойке регистрации, прорвавшись без очереди. Меня, как опаздывающего, уже ждали и оформили всего за минуту. Затем был таможенный контроль, и лёгкая пробежка к выходу на посадку. Проводники встречали меня с облегчением, так как до вылета оставалось минут пять.
Мне досталось место у окна, рядом с пустым креслом. Я устало сел, пристегнул ремни и закрыл глаза, надеясь поспать ещё пару часов. Большинство летевших бизнес-классом были со мной полностью согласны, кто-то уже тихо сопел. Хорошо, что вчерашний сумасшедший день закончился. Осталось пересечь океан, найти Джима, поговорить с ним по душам и доставить домой целого и невредимого. Но для начала надо дать ему в ухо, за то, что меня не взял. Так друзья не поступают.
Надо мной щёлкнула крышка багажной полки.
– Спасибо, – раздался знакомый голос. Я даже с силой зажмурился, подумав, что мне показалось.
– Пристегнитесь, сейчас уже взлетаем.
– Хорошо.
Всё же открыв один глаз, я посмотрел на соседнее кресло.
– Привет, – улыбнулась Ульяна. – Какое удивительное совпадение.