Текст книги "Пёс (СИ)"

Автор книги: Держ Nik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

После сытного обеда Сидоренко попросил егеря отвести группу к месту перехода.

– У меня к вам масса вопросов, – сказал майор, – но лучше разговор отставить на потом, когда проснется ваш друг. А чтобы не терять понапрасну времени, мы хотели бы осмотреть врата.

– Собирайтесь, здесь не так уж и далеко, – согласился Вольф. – К вечеру вернемся.

– А как вы все это время держали ворота под контролем в одиночку? – старательно обходя грязь, поинтересовался Сидоренко. – Как вы узнаете о предстоящих проникновениях?

– Да плохо мне становиться, – признался Вольф, – крутит, корежит всего. Когда Штрудель, это профессор немецкий, изобретатель машины, – пояснил он, – машину разогревать свою начинает, тут-то меня и сворачивает в бараний рог. А немцы эти, которые из этого мира в Рейх подались, хоть и другим способом ворота отворили, но корежило меня ничуть не меньше.

– Интересный побочный эффект, – произнес Сидоренко. – А у друга вашего что-нибудь подобное есть?

– Нет, он как вампиром стал, так вообще ничего не чувствует! Никаких болезненных ощущений. Даже пулевые раны не болят. Говорит, что от ран он лишь слабеет…

– Ну, это от обычных свинцовых пуль, – возразил майор, – а вот серебро для вампиров очень болезненно. Даже обычное прикосновение вызывает обширную болезненную аллергию. А от ранений и ласты склеить может.

– А еще Петька говорил, что осина и чеснок имеет схожее действие.

– Не зря же во все времена, против вампиров осиновые колья в ход шли.

– Пришли, – сообщил Вольф, выскакивая на окраину полянки переходного портала. – Воз здесь, почти в центре…

Сидоренко задумчиво огляделся по сторонам: глубокие воронки, заполненные талой водой, распаханная взрывами земля, как попало набросанные камни… Хотя… В расположении камней прослеживалась какая-то упорядоченная структура, словно здесь кто-то основательно потрудился, раскладывая валуны особым образом. Заметив интерес майора, егерь пояснил:

– Эти камешки немцы специально разложили. Петька говорил, что и его через этот лабиринт, только выстроенный с той стороны, забросили. Правда взрывами эти камни несколько пораскидало, но общая структура до сих пор просматривается.

– С Петром у нас еще будет время поговорить. А куда вы девали тела…

– Закапал вот там, за бугорком. Кроме последнего раза. Я не нашел тел диверсантов, пришедших с Петером.

– Оно и понятно, – вздохнул Сидоренко. – Сейчас один из этих молодчиков терроризирует жителей Владивостока. Лучше уж было им лежать вместе с остальными под дерновым одеяльцем. Да где же вам было знать, что ребятки эти не совсем люди… Вернее совсем не люди. Ладно, отловим мы этих засранцев, никуда не денутся! Меня больше беспокоит вот этот проход между мирами. Ведь оттуда в любой момент могут хлынуть орды нацистов. А мы и так слишком дорого заплатили за победу в сорок пятом! Во второй раз может не получиться. А скажите, Вольфыч, почему вы защищаете наш мир. Я думаю, что за успешно выполненное задание, вас там ждала заслуженная награда?

– Ждала, – не стал отрицать Вольф. – Фюрер пообещал мне пост гауляйтера…

– Это-то что-то вроде нашего губернатора?

– Несколько больше, под мое начало должен был перейти весь Дальневосточный гау. Это Приморье, Хабаровский край, Амурская область и часть Китая.

– Жирный кус! – согласился майор. – Чего отказался-то?

– Там я унтерменш, неполноценный, недочеловек. И какой высокий пост я бы не занял, все равно остался бы Псом, чем-то средним между человеком и животным. Немцы никогда не приняли бы меня в свой круг, не смотря на любые заслуги перед Рейхом. И какой-нибудь мелкий клерк, но истинный ариец, мог безнаказанно бы плюнуть мне в лицо. А здесь я – человек! Человек! – повторил Вольф. – Боюсь, майор, тебе этого не понять!

– Почему же? Может быть не так остро… Но я могу попытаться…

– Сергей Валентинович, – подошел к майору один из сотрудников, – мы закончили. Можно возвращаться!

– И как? – односложно поинтересовался майор.

– Рано о чем-нибудь говорить. Вернемся в город, обработаем данные.

– Тогда возвращаемся!

На подходе к избушке Вольф уловил в воздухе витающий запах жареного мяса. Рот мгновенно наполнился слюной: после нескольких часов на свежем воздухе у егеря разыгрался чудовищный аппетит. Возле избушки, очистив от грязи не использовавшийся с осени мангал, суетился телохранитель Министра.

– Ты, Паша, гляжу, времени даром не теряешь? – сглатывая слюну, произнес Вольф.

– А чего его зря терять? Ты же знаешь, как на свежем воздухе шашлычки идут. Вон даже батюшка за обе щеки их наминает. Давайте и вы, мужики, перекусите! – призывно потряс Паша шампурами.

После полуночи из подвала донесся неясный шум.

– Вот и Петер проснулся! – Вольф с хрустом потянулся.

В жарко натопленной избе, да после сытного ужина, клонило в сон. На кровати завозился батюшка, стряхивая накатившую дремоту. Вольф откинул с подвального лючка половичок и поднял крышку.

– Петь, ты как? – крикнул он.

– В норме! – донеслось из подвала.

– Поднимайся, у нас гости! – предупредил друга Вольф. – Заждались уж тебя!

– Ну, извиняйте, – Незнански выпрыгнул из подвала, – раньше, ну никак не получалось…

Незнански запнулся и, раздувая ноздри, по-собачьи принюхался. Затем обежал глазами всех присутствующих и остановился на монахе.

– Что, родственную кровь учуял? – произнес батюшка. – Не ищи, кроме тебя здесь нет кровопивцев! Лишь немного крови…

Он вытащил из-под рясы маленькую медную баклажку искусной работы.

– Ты – Гуль? – робко предположил Незнански.

– Ага, кое-чему тебя все-таки обучили! – неожиданно обрадовался монах. – Значит, проще будет с тобой работать. Никогда прежде Гулей не встречал?

– Нет, – покачал головой Петер, – только слышал. От Патриарха… От штурмбаннфюрера СС Генриха Киндред.

– Киндред? – усмехнулся монах. – Масло масляное, Вампир Упырыч… Это псевдоним. А настоящего имени он не произносил? Так, мельком, невзначай?

– Было однажды… Он обмолвился, что древнего рода… Граф… – наморщил лоб Незнански. – Да, точно, граф Карди!

– Неужели Дракула? – брови Сергея Валентиновича взлетели вверх. – Ведь второе имя Дракулы – Карди… Дракула-Карди!

– Нет, нет, штурмбаннфюрер не Дракула, – произнес вампир. – Дракула лишь его далекий потомок, нарушивший какие-то там древние устои Красного Рода. Штурмбаннфюрер как-то упоминал об этом.

– Если Дракула – потомок, да еще и далекий, – размышлял вслух батюшка Феофан, – то твой наставник действительно Патриарх! Он не упоминал, кто обратил его самого?

– Еще бы не говорил, – фыркнул Незнански, – да он нам все уши об этом прожужжал. Его наставником был сам Носферату, Патриарх Третьего поколения! Основатель клана, и прочая, прочая…

– Был такой! – согласился старец. – В книге Нода указано это имя, ставшее нарицательным, настолько силен в Дисциплинах был Носферату. Хорошо еще, что наставник не успел вас как следует натаскать! А то устроили бы здесь Варфоломеевскую ночь!

– Фюрер поторапливал Патриарха, – произнес Незнански. – Да и сам Патриарх как-то признался, чтобы овладеть Дисциплинами в полной мере, понабиться не один год, и не одно десятилетие. Да и задание у нас, в общем-то, было другое… Для его выполнения достаточно и наших умений.

– Основное умение – защита от солнца? – уточнил батюшка Феофан.

– Да, мы должны были выглядеть обычными людьми. А значит, и вести не свойственный вампирам образ жизни – дневной.

– Так, мужики, – произнес Сергей Валентинович, – раз уж мы тут все собрались, давайте разберемся в ситуации. Я буду озвучивать факты, которые мне уже известны, а вы поправлять, если я где ошибусь. Лады? Ну, тогда поехали! Факт существования параллельной вселенной мною не оспаривается. Вселенная практически идентична нашей, с одним небольшим отличием – Великую Отечественную войну в том мире выиграла фашистская Германия. Тысячелетний Рейх расползся по всему миру. Враги Рейха повержены. Все, без исключения. Вроде бы живи и радуйся. Но нет, новому фюреру неймется, он активно ищет себе новых врагов. Рейх финансирует исследование некоего профессора…

– Дитриха Штруделя, – подсказал Вольф.

– Профессора Дитриха Штруделя, – продолжил Сидоренко. – Изобретателя некой машины, способной приоткрывать дверь в параллельный мир. В наш родной мир, – добавил он. – Как вообще он узнал, что в нашем мире существует разумная жизнь? Насколько мне известно, вы, Вольфыч, были первым из людей, кого забросили к нам. И вы не возвращались обратно в Рейх.

– Сначала опыты проводились на животных. Собаки, – пояснил Вольф. – Одна из собак принесла обратно патронташ. В патронах вместо пыжей использовались обрывки газеты. «Правды» за 1989 год. Так стало известно, что в параллельном мире до сих пор существует СССР.

– Понятно, – продолжил майор. – В мае 2003 года Рейх забрасывает в наш мир первого диверсанта, который по странному стечению обстоятельств, не только проваливает задание, а еще и переходит на сторону вероятного противника. Диверсант адаптируется к нашему миру, обзаводится документами и пристраивается егерем неподалеку от переходного портала. Он в одиночку отражает несколько повторных проникновений. В июне 2005 года на Петра Семеновича Мистерчука выходят агенты голландского банкира-миллиардера Иогана Брунера с весьма выгодным предложением… Но прежде чем подписывать бумаги, Брунер напрашивается на так называемое «русское сафари», так как, якобы, не смотря на преклонный возраст, сам является заядлым охотником.

– Убейте меня, – вмешался Министр, – но я до сих пор не понимаю, как они вышли именно на меня! Как узнали, что я езжу охотиться именно к Вольфычу?

– Скорее всего, мы никогда не узнаем ответа на этот вопрос, – ответил Сидоренко. – Но не суть… Наши бравые голландские парни, прибыв на место… Все происходило в этой избушке?

– Вот на этих койках они лежали, – показал Вольф.

– Они усыпляют невольных свидетелей, а сами, достигнув переходного портала, не имея никаких приспособлений, типа машины нацистского профессора, открывают врата.

– Они открыли врата с помощью Лабиринта, – сказал Незнански. – Нашу команду тоже забросили сюда с его помощью.

– Как действует этот лабиринт? – поинтересовался майор.

– На земле по схеме раскладываются обычные камни. На алтарном камне приносится кровавая жертва…

– Человеческая? – уточнил Сергей Валентинович.

– Человеческая, – не стал отрицать Незнански. – Пять человек… – голос вампира дрогнул.

– Такая магия не твориться без жертвоприношений! – согласился с ним батюшка. – Вы, милсдарь, не тушуйтесь, – обыденно посоветовал старец, – мы в своей практике и не с такими зверствами встречались! Продолжайте, прошу вас! Мы постараемся извлечь урок из вашей истории.

– После того, как принесли жертву, группенфюрер СС Вейстхор начал читать какие-то заклинания…

– Как ты сказал, внучок, – неожиданно перебил его старец. – Группенфюрер СС Вейстхор? Карл-Мария?

– Да! – подтвердил Незнански. – Карл-Мария… Ведь это он – один из тех троих, прошедших врата. Я видел их всех в тюремной лечебнице блока после проникновения…

– Ты уверен? – вопросительно взглянул на вампира Сидоренко.

– На все сто! Ведь я управлял блоком после исчезновения Вольфа. И сдавал пришельцев ГЕСТАПО тоже я.

– Петр Семеныч, вы захватили фотографии, которые я просил? – произнес майор.

– Конечно-конечно, – сказал Министр, вынимая из сумки несколько глянцевых бумажек. – Они не хотели фотографироваться, но я упросил…

Сидоренко взял фотографии и показал их Петеру:

– Который?

– Вот этот молодой, – ткнул пальцем Незнански.

– Ну-ка! – батюшка забрал фотографии и, подслеповато щурясь, принялся их изучать.

– Не похож он на Виллигута, – произнес старик. – Я прекрасно знал и его, и многих его предков. Эта проклятая семейка, словно кость в горле у Святой католической церкви… А вот этого старика я знаю! – воскликнул батюшка. – Он, конечно, сильно изменился, но не настолько…

– Это Иоганн Брунер, – сказал Петр Семеныч.

– Он такой же Иоганн Брунер, как я султан Брунея! – рассмеялся старец. – Это профессор Фридрих Хильшер. Один из отцов-основателей пресловутого немецкого «Наследия предков»! Старый жучара! Он похоронил себя лет десять назад, ан поглянь – живехонек! А ведь ему за сотню! Почтенный возраст!

– А ведь этот старик в Рейхе странным образом помолодел и изменился! – неожиданно воскликнул Незнански. – Я как-то и не связал между собой эти факты…

– И какие же? заинтересовался Сергей Валентинович.

– Не задолго до нашей заброски я смотрел по телевидению сводку новостей о награждении высшими наградами Рейха за какие-то там заслуги перед фатерлянд… Так вот Рыцарские Кресты с золотыми дубовыми листьями и мечами получили: Рейхсфюрер СС Фридрих Хильшер, Группенфюрер СС Карл-Мария Вейстхор и бригаденфюрер СС Вольфрам Зиверс. Зиверс и Вейстхор – вот эти два молодца с фотографии. А Хильшер теперь выглядит юнцом лет восемнадцати-двадцати… Я тогда еще недоумевал, как фюрер мог назначить на пост рейхсфюрера такого сопляка…

– Так значит третий – Вольфрам Зиверс? – уточнил Сидоренко.

– Да, – ответил Незнански. – Это, – он ткнул пальцем в фотографию, – Зиверс, это – Вейстхор…

– А старик – Фридрих Хильшер, – произнес батюшка Феофан. – Замечательная троица! Причем все, кроме старика Хильшера – покойники! Зиверса казнили по приговору трибунала в 1946 году! Дата и время его смерти зафиксирована и запротоколирована! Виллигут помер от старости чуть раньше в том же 46! Никому не передав свою силу! Ведьмаки такого уровня не уходят просто так из жизни, не отдав прямому наследнику свою силу. Наследников у Виллигута не было, он последний из своего проклятого рода. После смерти таких личностей, происходит такой выброс магической энергии… А его не последовало… Значит, паразит нашел-таки для себя лазейку! Теперь, Сереженька, мне понятен смысл обряда, проведенного Хильшером в камере Зиверса…

– То есть, батюшка, ты хочешь сказать, что Хильшер, Зиверс и Виллигут нашли какой-то способ избежать неминуемой гибели? Но ведь тело Зиверса…

– Никто не оспаривает, что они умерли телесно… Но душа – бессмертна! И если найти способ подселения духовной сущности в новую оболочку… Тогда все встает на свои места!

– Так это же бессмертие в чистом виде! – воскликнул Министр, которого особо волновала эта тема.

– Но какой ценой? – вопросил батюшка, уставившись на банкира своими бесцветными от старости глазами.

Под этим пронзительным взором бывшему уголовнику почему-то стало не по себе.

– Ты подумай, внучок, – ласково произнес старец, – какой ценой достается этим нехристям хваленое бессмертие? Рано или поздно им все равно придется за все ответить!

– С такими-то возможностями? – буркнул Петр Семеныч, опустив глаза. – Долго ждать придется…

Батюшка не ответил, а лишь обреченно взмахнул рукой.

– Давайте продолжим, – напомнил Сергей Валентинович. – 24 декабря прошлого года Рейх забросил еще одну партию диверсантов. На этот раз – успешно!

– Не совсем, – возразил Вольф. – Петер-то с нами.

– Это, конечно, большой плюс! – согласился Сидоренко. – Но остальные? О Глебе Лазореве нам кое-что известно. Он либо сорвался с поводка, либо… Слишком много он оставляет следов!

– Смотрите на это проще, – высказался старец. – На мой искушенный взгляд, он просто набирается сил! Я думаю, что он вскоре проявится и подомнет под себя какую-либо группу. Скорее всего, уже знакомых ему скинхедов.

– За скинхедами уже установлено наблюдение, – произнес Сидоренко, – наши товарищи из местного отделения ФСБ уже задействовали своих агентов. Об истинном положении вещей им, естественно, не известно. Они ловят маньяка… Так или иначе, мы выйдем на Лазорева. А вот о втором змееныше, как его…

– Роман Истомин, – доложил Незнански.

– Об Истомине ничего не известно! Кроме того, что он должен внедриться в среду уголовников. Он сейчас может быть где угодно!

– Я разослал малявы по тюрьмам, – сообщил Министр. – Но это долгий процесс. Вы можете поднять все дела за четыре последних месяца? Фотографии должны прилагаться… Тезка же знает его в лицо.

– А вы представляете себе, какое количество дел придется перелопатить? – возмущенно воскликнул Мысливчик. – И где искать? Благо, если он задержан во Владике. А если нет? А если он в Хабаровске? Или в Благовещенске? Или в какой-нибудь зачуханной деревеньке? Как отыскать нужное нам дело?

– Нет, – возразил Незнански. – Плацдармом для вторжения Рейха является все-таки Владивосток и его окрестности. Именно здесь находится переходная зона! И именно отсюда Вермахт планирует расползтись по вашему миру!

– Хорошо, – согласно кивнул Мысливчик, – проверим все Приморские суды, которые выносили приговоры по делам с декабря прошлого года. Но предупреждаю, что это адский труд!

– Вот и ладненько! – повеселел Сидоренко. – Парни, – обратился он к помощникам, – тащите сюда ящик. Будем кормить нашего вампира!

– Зачем? – удивился Незнански, когда оперативник показал ему содержимое металлического ящика. – Я уже привык обходиться без человеческой крови.

– Как ни прискорбно это звучит, внучок, – развел руками старец Феофан, – но ловить мы будем на живца! То есть на тебя. С твоей помощью мы возьмем его намного быстрее! Но твой противник сильнее – вон, сколько народу погубил. Поэтому мы тоже немножко повысим твой потенциал…

27.04.2007 г.

Россия. Владивосток.

Отбросив в сторону очередное обескровленное тело, словно тряпичную куклу, Гуго довольно заурчал. Силы переполняли его крепкое пластичное тело, били через край, требуя немедленного выход. Он чувствовал себя высшим существом, если не Богом, то не меньше, чем Дьяволом. Он был готов для любых подвигов во славу Рейха. Блистательный рыцарь Гуго Лазорефф… Именно Гуго – Рыцарь Черного Ордена Ротен СС, а не презираемый всеми Глеб-унтерменш, Пес! Он выполнит возложенную на его плечи миссию и примет заслуженную награду из рук штандартенфюрера СС Генриха Киндред, а может быть даже из рук самого Фюрера! Сила клокотала, требовала выхода. Вскоре Гуго найдет ей достойное применение. А сейчас в нору, в убежище, затаиться до утра. А там посмотрим, смогут ли теперь презренные людишки противиться его новообретенным силам. Он свернул с тропинки, возле которой поймал очередную порцию пищи и растворился в полуночном мраке.

«Этот парк просто создан для охоты!» – решил Гуго.

Он ужом протиснулся в узкую щель заваленного мусором канализационного люка. Цепляясь за проржавевшие скобы, вампир достиг дна. Утопая по щиколотку в зловонной жиже, Лазорев добрался до пролома в бетонной стене водостока. Вода, которая время от времени видимо полностью заполняла водосток во время сезонных дождей, промыла в мягкой земле небольшой тоннель, в конце которого Гуго обнаружил естественную пещерку в скальной породе. Лучшего убежища нечего было и желать. Именно здесь он проводил долгие часы своего дневного сна. Он улегся на каменный пол, застланный плащами и куртками жертв, и закрыл глаза. Он не смог отключиться сразу, ночь – время вампиров. Его тело оцепенело, но мозг продолжал лихорадочно работать. Он раз за разом прокручивал в голове события последних месяцев. Свое становление, отеческую любовь Патриарха, свою первую жертву… Её глаза, наполненные ужасом. Тогда он еще не умел должным образом зачаровывать смертных, чтобы они сами стремились утолить его жажду. Вспомнив первый глоток теплой живительной влаги, Гуго сладострастно вздрогнул и облизал окровавленные губы. Это яркое чувство он не забудет никогда. Оно в десятки, в сотни тысяч раз острее, чем примитивнейшее чувство оргазма, испытываемое им будучи смертным! В своем новом обличье Гуго видел лишь плюсы и старался использовать их на полную катушку. Он еще покажет всем этим людишкам! Ошибок больше не будет – в этот раз он накопил достаточно сил, которые постарается не профукать так бездарно, как в прошлый раз. Вначале все вроде бы шло по намеченному плану: они прошли лабиринт и оказались в параллельном мире. Встреча, оказанная им предателем-Псом, тоже была запланированной. Прикинувшись трупами, они дождались ухода Пса. А вот после этого начались сплошные непредвиденные неприятности. Во первых, руководство не учло жестокий мороз. Температура была настолько низкой, что и без того холодные тела диверсантов задубели, практически прекратив регенерироваться. Чтобы как-то подстегнуть процесс восстановления, пришлось потратить изрядную долю накопленных в «Освенциме» сил. Затем блуждание по заснеженной тайге. Чтобы придать хоть какую-то эластичность задубевшему телу, потребовались еще силы. Они пытались экономить, но… Силы таяли, словно льдинки на весеннем солнце. Им повезло: деревенька, встретившаяся на пути, слегка пополнила запасы сил. Жившие в крайнем домике старики умерли быстро и счастливо, а диверсанты до рассвета отогревали в избе одеревеневшие на морозе члены. Они покинули дом на рассвете, стараясь не привлекать к себе внимания соседей. На трассе они остановили попутную машину и, зачаровав водителя, доехали до города. В городе они расстались. С этого времени каждый из них играл сам за себя. И от результатов этой игры зависело многое… На первых порах все складывалось удачно для Гуго. Он быстро вычислил самую многочисленную и сплоченную группировки скинхедов. Быстро влился в нее, посещал сборища, учувствовал в митингах и драках. Когда его, с молчаливого согласия большинства признали своим, он начал потихоньку обрабатывать группировку скинхедов согласно планам командования. Но к своему величайшему удивлению, заметил, что после всех разговоров о грядущем нашествии Рейха, его начинают сторониться. Тогда Гуго решил пойти более простым путем, раз уж оказался никудышным оратором и психологом. Он решил использовать одну из Дисциплин, присущих Красному Роду – подавить сопротивление смертных, зачаровать их, заставить беспрекословно выполнять приказы. К собственному разочарованию Гуго понял, что не может этого сделать – не хватает сил. Оказалось, что вся ранее накопленная энергия уходит на создание щита против губительного ультрафиолета. Ведь поневоле ему приходилось действовать днем. Недолго думая, Гуго решил нарастить потенциал и незаметно для себя пустился во все тяжкие. Поначалу он старался прятать использованные тела, но все возрастающая сила вскружила ему голову. Она опьяняла, позволяла чувствовать собственную безнаказанность. Пища сама сбегалась к нему и подставляла беззащитную шею, стоило только пожелать. Расставаясь со своей никчемной жизнью, жертвы чувствовали безумный восторг и эйфорию. Он дарил им счастливую смерть. Не это ли истинное призвание вампира? Но помимо прочего, существовало еще не выполненное задание, за которое Патриарх спросит с Гуго по полной. А что это произойдет рано или поздно, Гуго не сомневался ни секунды. Завтра. Завтра у него будут преданные соратники и слуги. А самых смышленых можно и обратить… Самому стать Патриархом! Завтра… Завтра решится все. Мысли бежали вяло, тело цепенело.

– Рассвет, – засыпая, Гуго чувствовал восход ненавистного светила и искренне желал, чтобы солнце исчезло навсегда.

* * *

Мысливчик оказался на месте происшествия через несколько минут, после того, как ППСники сообщили на пульт о совершенном преступлении. Подсвечивая себе фонариком, он наметанным глазом осмотрел жертву. Так и есть, ранки на шее говорили сами за себя. Мысливчик прикоснулся к шее трупа рукой и грязно выругался. Молодые милиционеры, сообщившие о найденном теле на пульт, удивленно переглянулись. Таким трехэтажным матам стоило научиться. Мысливчик выхватил из кармана телефон и набрал номер Сидоренко.

– Валентиныч, – крикнул он в трубку, едва заслышав хриплый с спросонья голос майора. – Срочно дуй сюда! Зачем? А затем – новый труп! Еще теплый! Может быть, удастся взять след! Адрес? Шепеткова, первый дом рядом с въездом в парк. Батюшка с тобой? И Петер? Давайте быстрее! Да, жду!

– Товарищ капитан, – обратился к Мысливчику сержант ППСник, – у нас еще и свидетель есть!

– Свидетель? – удивился Мысливчик. – Так чего же вы ждете? Тащите его сюда! Живо!

– Есть! – козырнул сержант, и через секунду подвел к Мысливчику нервно курившего мужичка лет пятидесяти в замасленной спецовке.

– Капитан Мысливчик, убойный отдел! – представился Сан Саныч.

– Миша… Михаил Еременко…

– Видел чего? – не теряя времени на соблюдение всех формальностей, спросил Мысливчик.

– Я это… на работе, сталбыть, седня задержался… – дохнул винными парами на капитана заикающийся мужичок. – Мастеровой я – дизелист, – пояснил он, нервно затягиваясь. – Вон в тех боксах работаю.

– Это у Филатова что ли? – уточнил Мысливчик. Он сам неоднократно ставил в ремонт свою старенькую «Корону», и с хозяином ремонта был знаком не понаслышке.

– Да, у Леонида Кузьмича! – обрадовался знакомому имени работяга. – Тута вчера, мне кровь из носу, нужно было «Паджеру» дособирать… Ну и подзадержался чутка… Работу справил, ну и принял немного… – заметив реакцию капитана на выхлоп, смущенно пояснил Миша. – А чего, нельзя что ли? У меня и так рабочий день не… не… ненормир-рованый! – с трудом выговорил он сложное для поддатого работяги слово.

– Ближе к делу! – направил в нужную сторону разговор Мысливчик.

– Ну, я бокс на лопату закрыл и домой, сталбыть, пошел. Через парк решил срезать – быстрее так…

– А что ночью в парке опасно, не знал?

– Знал! Как не знать! Газеты читаю, да и ящик в свободное время смотрю… Только не верю я в эту хрень…

– Повезло тебе, мужик, что тот бедолага раньше по парку пробежаться решил. Что дальше?

– Ну, иду я, значит, по тропинке… – продолжил свою несвязную речь мужик, прикурив от скуренного окурка новую сигарету. – И показалось мне, что кто-то шуршит в кустах… И вроде тень какая-то меж деревьев в лунном свете… И тут я запнулся об этого несчастного… Не понял сначала, думал, поддал кто-то здорово. Тряхнул мужика, а у него башка словно тряпичная… болтается из стороны в сторону… Я принюхался – не пьяный… Может, наркоман, думаю… А он и не дышит совсем… Я послушал! Ну, я и закричал: помогите, мол, человеку плохо! Парни быстро появились…

«Еще бы, – подумал Мысливчик, – в этом районе патрулей – как грязи! А этот змееныш нас все равно обставил!»

Яркий свет фар мазнул по железной решетке парка – прибыл со своей бригадой Сидоренко.

– Ну, как? – поинтересовался майор, подходя к Мысливчику.

– Даже свидетель есть! – похвалился капитан.

– Где ты тень видел? – вновь переключил свое внимание на Мишу Мысливчик.

– Вот здесь я, сталбыть, стоял, – почесал пятерней в затылке мужик. – А тень вон там, в том просвете…

– Парни, – позвал ППСников капитан. – Этого отправьте с машиной в отдел. А сами дождитесь скорую… – Ну что, Сергей Валентинович, посмотрим?

– Батюшка, Петер, – позвал Сидоренко, – догоняйте!