Текст книги "Пёс (СИ)"

Автор книги: Держ Nik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

– Я жду объяснений, Дитрих! – видимо устав слушать в ответ лишь тяжелое дыхание, повысил голос Лепке.

– Они… они… – с трудом проталкивая слова сквозь скованное спазмами горло, просипел Штрудель, продолжая «гипнотизировать» пол под ногами.

– Громче, Дитрих, громче! – раздраженно бросил фюрер, по привычке меряя шагами кабинет. Так ему было проще держать себя в руках.

– Они отключили оборудование, – вздрогнув от окрика фюрера дородным телом, прошептал доктор.

– Что ты там блеешь! – Лепке в сердцах хлопнул ладонью по столу.

– Они отключили оборудование! – повторил Штрудель. – Никто не сможет вернуться…

– Они всего лишь выполнили мой приказ! – поставил в известность профессора фюрер.

– Но… – Штрудель, наконец, нашел в себе силы взглянуть в глаза Хозяину Мира, но Лепке не дал ему произнести ни слова.

– Никаких «но»! Ты представляешь себе, СКОЛЬКО энергии истрачено на последний эксперимент?!! Теперь меня запросто можно смешать с дерьмом! Едва только с этой бумажкой ознакомятся сенаторы, – фюрер потряс перед побледневшим Штруделем мятым отчетом о энергозатратах, – а это произойдет в ближайшее время, я распрощаюсь со своим высоким постом! У нас не монархия, а я не Адольф Гроссе Фюрер!!! – сорвался Лепке, едва не переходя на визг. – Но прежде… Прежде я превращу твою жизнь в ад! Ты пожалеешь о том, что вообще появился на свет! И зачем я только связался с тобой! – горестно воскликнул фюрер, мешком падая в кресло. Сжимая голову руками, он продолжал причитать, словно забыв о присутствии Дитриха. – О, Господи, я войду в историю как самый бездарный руководитель Империи! Я стану притчей во языцах…

– Может быть, все-таки включить установку? – робко предложил профессор. – Если дела так плохи: терраваттом больше, терраватом меньше – какая разница?

– Замолчи! – закричал Лепке, буравя профессора налитыми кровью глазами.

– А вдруг кто-нибудь все-таки вырвется? – продолжал гнуть свою линию приободрившийся Штрудель.

– Да никто не вырвется! Никто! Ты до сих пор не понял этого?! Вся эта идея с самого начала была бредом! Фикцией…

Один из телефонных аппаратов на столе руководителя Рейха издал мелодичную трель, прервав фюрера на полуслове. Фюрер грязно выругался и поднял трубку.

– Я занят! – прорычал он. – Позвоните позже… ЧТО?!!!

С каменным лицом он выслушал доклад до конца и положил трубку на место. После нескольких минут молчания, в течение которых Штудель боялся даже вздохнуть, фюрер, наконец, произнес севшим от напряжения голосом:

– Возможно, Господь дает нам еще один Шанс! У нас гости с той стороны, профессор.

– Вернулся кто-то из команды? Но как? Оборудование отключено!

– Нет, Дитрих, это чужие…

29.06.2005 г.

Тысячелетний Рейх.

Дальневосточный гау.

Терехоффка.

Белый потолок кружился в медленном танце, плавно раскачиваясь из стороны в сторону. Хильшер закрыл глаза и попытался справиться с приступом головокружения. Но ему не удалось этого сделать: вместо крутящегося перед глазами потолка завертелся он сам. Желудок сжался в комок, и Фридриха вырвало на белоснежную наволочку.

– Доктор! Он пришел в себя!

Хильшер скосил глаза, рассматривая говорившего мужчину. Хоть после рвоты ему немного полегчало, двигать головой он не решался. Позвавший врача оказался крепким коротко стриженым мужчиной 45–50 лет, чем-то неуловимо похожим на вчерашнего егеря: похожие жесты, движения, интонации и манера говорить. Когда этот человек одетый в полувоенный френч защитного цвета повернулся к Хильшеру боком, профессора заколотила нервная дрожь – на эмблеме рукава скалился все тот же взъерошенный пес над двумя скрещенными метлами.

– Где я? – тихим от слабости голосом прошептал Фридрих.

– В тюремной больнице, – ответил незнакомец, протягивая Хильшеру чистое полотенце.

– Нет, я не об этом! – Хильшер отер полотенцем губы и накрыл им испачканную подушку. – Город? Страна?

– Вы находитесь под юрисдикцией Дальневосточного гау, одной из провинций Новой Германии, – невозмутимо ответил незнакомец. – А конкретнее – в тюремной больнице Терехоффского блока.

– Новая Германия? Дальневосточный гау? Терехоффский блок? – изумленно прошептал профессор.

– Я! – утвердительно ответил незнакомец во френче.

И только сейчас до Хильшера стало доходить, что общаются они по-немецки.

– Кто вы? Немец? – выдохнул профессор.

– Найн. Меня зовут Петер Незнански. Славянин. Унтерменш. На сегодняшний день я – заместитель блокляйтера Терехоффки.

– Мне нужно переговорить с руководством! – Хильшер резко приподнялся, но тут же вновь рухнул на подушку.

– К сожалению сейчас это невозможно, – произнес Петер, – блокляйтер Вольф Путилов пропал без вести два года назад…

– Вольф? Вольфывычь? – вспомнил Хильшер о егере. – У него… такая же… – Фридрих потянулся к нашивке, – татуировка… Вот здесь…

– Ты видел его? Разговаривал? – неожиданно резко спросил Петер. – Что с ним? Он жив?

– Жив, – задыхаясь, кивнул Хильшер – на него опять накатила слабость. Потолок вновь качнулся и закрутился. – Он… охраняет врата с той стороны… чтобы никто… не проник… Он – дезертир… – из последних сил произнес Фридрих и вновь потерял сознание.

– Да где же доктор?! – В сердцах выкрикнул в коридор Незнански.

– Бегу! Уже бегу! – В палату ворвался растрепанный врач в заляпанном кровью халате. – Попытка суицида… – виновато развел он руками. – Пока заштопал…

– Не из этих? Ими заинтересовались на самом верху! И не дай Бог с ними что-то случится…

– Упаси Господи! – перекрестился врач. – Нет! Гауптман Зингер из седьмой камеры вскрылся.

– А! – вспомнил Незнански. – Тот, что застал жену с молоденьким шарфюрером и порешил обоих?

– Он, – подтвердил доктор. – Полоснул себя бутылочным стеклышком. И где только взял?

Но Петера не волновало наличие у заключенного острого предмета, пусть с этой проблемой разбирается тюремная администрация, а у него и так хватает дел.

– Работайте! Зиг Хайль! – распрощался Незнански с доктором и вышел из палаты.

Он торопливо шел по коридору, размышляя об услышанном от пришельца с той стороны: Вольф жив, Вольф – дезертир, Вольф охраняет врата от вторжения… Что же произошло с ним там, черт побери?

30.06.2005 г.

Тысячелетний Рейх.

Берлин. Рейхстаг.

Личный кабинет фюрера.

Глава Имперской Службы Безопасности бригаденфюрер Рудольф Криг сухо излагал Великому Канцлеру все, что удалось разузнать о странной троице пришельцев. Кроме него и фюрера в кабинете находился сияющий, словно начищенный медный пятак профессор Штрудель. После обнаружения пришельцев из измерения «R» Лепке сменил гнев на милость.

– Показания пришельцев больше похожи на бред, чем на правду! – подвел итог Криг. – Не знаю, как им удалось обмануть приборы… Сыворотка правды тоже не подействовала…

– Значит, ты считаешь, что они лгут? – уточнил фюрер.

– Да, – нисколько не сомневаясь в своей правоте, произнес Рудольф. – Я не знаю, как они это делают, но все их россказни – бред сумасшедших! Этого не может быть!

– Ну, ну, – скептически протянул Штрудель. – В нашем мире много неизведанного и неопознанного! Не нужно взваливать на себя функции всеведения. Всеведущ лишь Господь Бог!

– А, бросьте вы! – отмахнулся Криг. – Не нужно мне читать морали! И без вас голова пухнет!

– Так, отставить! – по-военному гаркнул фюрер. – Не надо превращать совещание в базар, бригаденфюрер!

– Яволь, майн фюрер!

Криг вскочил на ноги, опрокинув тяжелый стул. Лепке поморщился:

– Рульф, не суетись! Мы уже знаем друг друга достаточно долго, чтобы в своем кругу обходиться без этих фельдбебельских выкрутасов! Садись! У меня самого от всей этой котовасии голова кругом идет! Давай еще раз и поподробнее! Не упускай не единой мелочи!

– Хорошо, – согласился Криг, поднимая опрокинутый стул. Усевшись, он раскрыл портативный компьютер, лежащий перед ним. На мониторах расположенных перед Лепке и Штруделем появились демонстрационные фотографии.

– Вечером двадцать восьмого числа в шестнадцать двадцать семь пополудни местного времени на территории секретной лаборатории профессора Штруделя солдаты из команды охраны наблюдали странный феномен. Он проявился в виде странного зеленого дыма или, возможно, тумана, окутавшего место так называемого перехода в измерение «R». Так как профессор, как впрочем, и вся его научная группа находились под стражей, феномен наблюдали лишь солдаты охраны.

– И у одного из них, слава Богу, хватило ума включить систему видеонаблюдения! – сварливо произнес Штрудель.

– Дитрих, заткнись! – Лепке сверкнул глазами, и Штрудель мгновенно прикусил язык.

– Да, один из солдат включил камеру, – невозмутимо продолжил генерал. – Запись вы уже видели, но посмотрим её еще раз.

Бригаденфюрер пробежался пальцами по клавиатуре, а фюрер и профессор прильнули к экранам.

– Сначала появилась легкая зеленая дымка, – повторился Криг, – затем на земле зажглись изумрудные фонарики. Как выяснилось во время допроса – это камни переходного лабиринта, который является аналогом врат профессора Штруделя.

– Интересно, – буркнул Штрудель, – по какому принципу они работают?

– У тебя будет время пообщаться, – пообещал фюрер.

– Вот, смотрите, сейчас из тумана проявятся фигуры этой троицы, – продолжал комментировать Рудольф, – вот они! Обратите внимание, фигуры прозрачны! Сквозь них видно деревья! Сейчас в тумане что-то сверкнет, и он исчезнет. А вот и наши гости! Они уже не просвечиваются. В бессознательном состоянии они были доставлены в Терехоффскую тюремную больницу.

Изображение погасло.

– Теперь непосредственно о самих пришельцах, – Криг вывел на мониторы фотографии объектов. – Их трое: один древний старик и двое молодых… – он на секунду задумался. – Пожалуй, начну со старика, – решил он. На мониторе появилась фотография профессора. – Можно посмотреть видеозапись допроса, – предложил бригаденфюрер.

– Нет, излагай так, – распорядился Лепке.

– Имя – Фридрих Хильшер. Год рождения – 1902.

– Для сотни лет он здорово держится! – не удержался Штрудель.

– По утверждению объекта, он тот самый Фридрих Хильшер, основавший в тридцатых годах вместе с доктором Виртом и Генрихом Гиммлером полумифический проект «Анэнербе».

– Доктор Хильшер, доктор Вирт, Генрих Гиммлер, Карл Вейстхор, Вольфрам Зиверс и еще ряд талантливейших ученых и руководителей трагически погибли во время секретного эксперимента в Вевельсбурге в тридцать восьмом году, – с видом знатока продекламировал Штрудель. – Гроссефюрер Гитлер тоже должен был присутствовать там, но заболел. Эта болезнь спасла ему жизнь. Именно после этого трагического события проект «Наследие предков» был свернут – погибли все идеологи и теоретики проекта.

– Вы правы, профессор, мы подняли секретные архивы и личное дело Фридриха Хильшера – объект настаивал на сличении отпечатков пальцев. Генетическую экспертизу мы провести не в состоянии – от профессора Хильшера, погибшего в 38 году не осталось даже пепла…

– От Вевельсбурга тоже, – вновь влез Штрудель. – Одна большая воронка!

– Так вот, мы сличили отпечатки объекта с отпечатками из личного дела Хильшера – они идентичны! Судя по ним – перед нами Фридрих Хильшер, погибший почти семьдесят лет назад, во плоти!

– Подделать отпечатки невозможно? – уточнил фюрер.

Начальник Имперской Безопасности пожал плечами:

– Не знаю, как там у них, в измерении «R», но мы не обладаем такими технологиями. Да, вот посмотрите: фотография Хильшера из личного дела.

Он вывел старое фото на монитор рядом с изображением объекта.

– Это Хильшер, – сравнив оба снимка, произнес Лепке, – постаревший, обрюзгший, но это он!

– Наши специалисты обработали фотографии новейшей программой, совпадение – шестьдесят пять процентов! – сообщил Криг. – Это очень высокий процент.

– Хорошо, оставим старика в покое. Что с остальными?

Бригаденфюрер нехорошо усмехнулся:

– С молодыми вообще все запутано! Бред! Как можно принимать их… Они сумасшедшие! Их место в дурдоме!

– Рудольф, – вновь одернул генерала фюрер, – давай не будем делать поспешных выводов! Излагай!

Генерал глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки.

– Они утверждают, что являются реинкарнациями… Нет, – поправился Криг, – не реинкарнациями, а личностями умершими, а затем перемещенными в новые тела. Вот этот улыбчивый молодой человек, на фотографии слева, не кто иной, как штандартенфюрер СС Вольфрам Зиверс – генеральный директор пресловутого «Анэнербе». Второй – еще более одиозная фигура Третьего Рейха – бригаденфюрер СС Карл Мария Вейстхор. Вейстхор это псевдоним, настоящая фамилия – Виллигут, личный маг и провидец Генриха Гиммлера! Майн фюрер, неужели вы принимаете их бредни за чистую монету?

– Пока не решил, – признался Лепке. – Но давайте рассуждать логически: то, что они пришли из альтернативного измерения, не подвергается сомнению?

– Нет, – согласился Дитрих, – видеозапись подтверждает это. Показания свидетелей…

– Отлично, это раз! Далее: мы знаем, что для открытия врат технологическим путем требуется колоссальное количество энергии! Даже для нашей Империи, обладающей ресурсами всей планеты, открытие врат – дорогое удовольствие. Так?

– Очень дорогое! – закивал головой в такт словам Штрудель, прочувствовавший дороговизну на собственной шкуре.

– Дитрих, как открыли врата пришельцы?

Генерал презрительно фыркнул:

– Я бы не доверял их показаниям…

– Дитрих!

– Они сложили из обычных булыжников некий лабиринт, затем с помощью шаманского бубна, бредового заклинания и ментальных сил продавили границу альтернативной вселенной! – Последние слова Криг прочитал с экрана.

– Значит, эти люди использовали лишь энергию человеческого организма, – обобщил фюрер. – Мы этого не умеем – это три. Если им под силу переход с такими мизерными затратами, а то, что они открыли врата, не подвергается сомнению, следовательно эти люди могут обладать поистине фантастическими технологиями! От сотрудничества с ними Рейх только возвеличиться! Кто у них за главного?

– Главного у них нет, – ответил Криг, – но мне показалось, что старик…

– Давай его сюда! Я хочу поговорить с ним лично! Наедине.

* * *

Фюрер внимательно изучал вошедшего в его кабинет старика. Тот действительно был стар, однако для столетнего возраста выглядел неплохо. Фюрер не дал бы ему больше семидесяти-восьмидесяти лет. Лепке поднялся с кресла.

– Зиг Хайль! – поприветствовал он старца.

– Хайль! – отозвался Фридрих.

– Прошу Вас, герр Хильшер, располагайтесь! – лучезарно улыбаясь, фюрер указал старику на кресло.

– Данке! – старик, шаркая ногами, добрался до кресла и мешком осел на мягкую подушку – он до сих пор не восстановился после перехода.

Фюрер подождал, пока старик устроиться поудобнее и спросил:

– Зачем вы здесь, Фридрих? И вообще, черт побери, кто вы такой?

– С кем имею честь? – прошамкал старик.

– Разве вам не сказали? – удивился Лепке.

– Я хотел это услышать от вас! – настаивал старец.

– Хорошо. Я – Карл Лепке, четвертый Великий Канцлер и Фюрер Тысячелетнего Рейха.

– Как я понял из приватных бесед с Главой Имперской Безопасности – у Рейха в вашей реальности нет врагов?

– Вы правы, – согласился фюрер, – на Земле существует всего лишь одно Государство – Рейх, все остальные – всего лишь провинции Новой Германии.

– Значит, в вашем мире Адольф добился своего?

– Да! – с гордостью за Великого Вождя воскликнул фюрер. – Почему Германия вашего мира оказалась обречена?

– У нас еще будет время сравнить исторические последовательности наших миров, – уклонился от прямого ответа Фридрих. – Я не могу так сразу ответить на этот вопрос.

– Понимаю. Но вы не ответили на мой первый вопрос, – напомнил фюрер. – Зачем вы здесь?

– А второй вопрос мы опускаем? Мне тоже хотелось бы знать, что произошло с моим альтернативным двойником? Неужели Фридрих Хильшер вашего мира не оставил след в истории?

– Оставил, – не стал скрывать Лепке. – Только он геройски погиб в 1938 году. Мы сравнили ваши отпечатки пальцев с имеющимися в архиве… Они идентичны! И если бы не это обстоятельство, поверить в вашу фантастическую историю было намного сложнее!

Хильшер победно улыбнулся:

– Не зря я сопротивлялся переселению! Мое дряхлое тело оказалось главным козырем!

– Так вы действительно можете…

– Менять тела как перчатки? – закончил фразу старик. – Да!

– Но это же значит, что вы практически…

– Бессмертны, – вновь подсказал старик. – После небольшого обряда, мы можем переселиться в любое подходящее тело, – невозмутимо продолжил старик. – Обряд проводится заранее, так что нам не грозит внезапная смерть от пули, яда, либо от банальной старости. Мои друзья перенесли эту процедуру уже по нескольку раз.

– А эту процедуру… обряд, – взволнованно спросил Лепке, облизнув языком пересохшие губы, – можно провести над любым человеком?

Старик неожиданно хохотнул:

– Вы хотите жить вечно, фюрер?

– Какой же здравомыслящий человек не хочет этого? – парировал Лепке.

– Бессмертным может стать любой, но не каждый достоин бессмертия! – пафосно произнес Хильшер.

– Согласен, но…

– Вы станете бессмертным, уважаемый! – старик словно гипнотизировал фюрера. – Если мы найдем общий язык!

– Мы найдем общий язык, – фюрер не раздумывал больше ни секунды.

– Я рад это слышать! Знайте, что вы сейчас стоите на пороге истинного величия! С вашей помощью мы обретем поистине божественные силы! – Хильшер решил приоткрыть фюреру истинные цели. – Мы с вами еще поговорим на эту тему! А сейчас прошу извинить меня – мое изношенное тело требует отдыха.

– Конечно, конечно, можете отдыхать! – Фюреру не хотелось настраивать старика против себя. Хотя он был не прочь побеседовать с ним еще. – Вас проводят!

Едва только Хильшер покинул кабинет, фюрер нажал кнопку селектора:

– Дора! Профессор Штрудель и бригаденфюрер Криг еще в приемной?

– Да, – ответила секретарша.

– Пусть зайдут!

Криг и Штрудель вновь заняли свои места и вопросительно уставились на фюрера. Лепке молчал, проигрывая в голове разговор с Хильшером. Первым не выдержал Криг:

– Они действительно бессмертны, Карл?

Не обращая внимания на фамильярный тон начальника службы безопасности (они с Кригом в свое время съели не один пуд соли), Лепке задумчиво ответил:

– Ты знаешь, я ему почти поверил!

– Почти?

– Да, почти. Полностью убедиться в его правоте, мы сможем, проведя небольшой эксперимент.

– Какой эксперимент? – заинтересовался начальник охраны.

– Простой. Дитрих, подыщи преданного человека, желательно больного неизлечимой болезнью, либо калеку, которого тяготит его существование… И пускай наши гости совершат над ним этот свой пресловутый обряд.

– А новое тело? – влез Штрудель.

– Этого добра навалом! – презрительно скривив губы, произнес Криг. – Берем любого физически здорового унтерменша, и дело в шляпе!

Умерщвляем нашего храбреца. После переселения допрашиваем получившийся гибрид и выясняем, действительно ли это наш человек.

– Логично, – согласился Лепке. – Поинтересуйся, сколько времени им нужно для этой процедуры. Пока пускай отдыхают. Только глаз с них не спускать! Далее: проект измерение «R» временно приостанавливается.

– Но… – попытался протестовать Штрудель.

Фюрер остановил его властным жестом.

– Я не сказал: закрыт, – повысил голос фюрер, – я сказал: временно приостановлен! В свете последних событий вы, профессор, назначаетесь руководителем нового проекта под кодовым названием «Гости». Основной задачей проекта будет изучение возможностей «пришельцев». Дитрих, распорядитесь об усиленной охране переходных врат…

– Вот дьявол! – неожиданно вспомнил Криг. – Совсем из головы вылетело! Гости опознали по фотографии нашего первопроходца-Пса.

– Он что – жив? – брови фюрера взлетели.

– Жив! Мало того: он уничтожил обе группы, заброшенные в измерение «R» следом за ним! Гости обнаружили тела наших агентов – Пес зарыл их поблизости от переходной зоны. Всех семерых! Мы должны наказать дезертира!

– Должны, – согласился Лепке, – но не можем этого сделать!

– Давайте последний раз активируем врата, – предложил Штрудель.

– Нет! – фюрер был непреклонен. – Мне еще предстоит отбиваться от нападок сенаторов за предыдущую растрату энергии. К тому же Пес уничтожил пятерых… Я давно говорил, что стержневая нация стала подобной студню! Отсутствие врага пагубно действует на Рейх. Реально действующими подразделениями, понюхавшими пороху, остаются лишь Псы! Что с легкостью доказал наш дезертир, уничтожив элитную группу диверсантов.

– А если отправить Пса? – не унимался Штрудель. – Переброска одного человека не потребует много энергии!

– А если они объединят усилия? – возразил Дитрих.

– Но мы же не знаем, из каких соображений дезертировал Пес! – не сдавался профессор.

– Хватит! – остановил разгорающийся спор фюрер. – Действовать будем так: установку профессора оставим в покое! Дитрих, подготовишь одного из Псов к заброске. А гости нам помогут… Заодно и разберемся с их технологией перехода.

– Может вместе с Псом послать группу наших людей?

– Все зависит от пропускной способности их пресловутого лабиринта, – высказался профессор.

– Но, по крайней мере, трое пройти сквозь него в состоянии, – устало произнес Лепке. Сегодняшний богатый на сюрпризы день его измотал. – Дитрих, займись разработкой этой операции. Всё! Вы свободны! Завтра жду от вас подробные доклады о предстоящих операциях.