Текст книги "Пёс (СИ)"

Автор книги: Держ Nik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

– Сан Саныч, у нас сегодня после обеда встреча с ФСБешниками. Мы теперь с ними в спайке по этому делу. Вот вы у них и поинтересуйтесь.

– Точно, а я и забыл совсем! – хлопнул себя по лбу капитан. – Но инфу по скинхедам мне на стол как можно скорее!

– Сделаю, Сан Саныч, – заверил Мысливчика лейтенант Шихов.

– Хорошо, работай!

Даже без дела Мингородошного маньяка работы у Мысливчика хватало. Время до обеда пролетело незаметно. Он наскоро перекусил в столовке и, вернувшись в свой кабинет, столкнулся с Николаем.

– Ну, как успехи? – спросил Мысливчик.

– Есть немного! – жизнерадостно ответил лейтенант. – К нашему с вами счастью скины во Владике немногочисленны и настроены не столь радикально, как на западе. В незалежной Украине они не в пример воинственнее…

– Продолжай!

– Согласно нашим данным в городе существует молодежное движение правого толка «Велесов Блок». Его численность – примерно 25 человек. Официального руководителя не имеет. Возраст членов движения колеблется от 14 до 25 лет. Есть еще одна группа, так называемые «стихийные скинхеды», не объединенные в какую либо организацию. Небольшая их часть – агрессивные, неадекватно реагирующие на иностранных граждан. Большинство стихийников – у нас на учете.

– А как бы мне на них выйти? Нужно побеседовать с кем-нибудь из этой братии.

– Прошвырнись по «Арбату», по Корабельной набережной, – предложил Николай. – Они часто там тусуются. – И перепутать этих перцев с кем-нибудь невозможно. Бошки лысые, черные куртки, шнурованные ботинки на высокой подошве, закатанные до щиколоток джинсы. Как увидишь такой прикид, подходи смело, не прогадаешь. И вообще, Саныч, возьми пару адресочков, из тех, кто у нас на учете, – посоветовал лейтенант. – Или выпиши повестку.

– Не, – мотнул головой Мысливчик, – мне побыстрее надо. И желательно без протокола.

– Тогда, как знаешь. Чем мог, тем помог.

– Спасибо, Коля! Я побежал, мне еще в управу заскочить. Буду вечером. Если что, я на телефоне.

– Понял, шеф.

По дороге в управление Мысливчик заскочил в центр города и прошвырнулся по «Арбату». Но ему не повезло, он не заметил никого, хотя бы отдаленно напоминающего пресловутых скинов. По Арбату в этот час прогуливались стайки сбежавших с лекций студентов, мамаши с детьми, и та категория граждан, кому в этот полуденный час некуда было спешить. Поняв, что ловить здесь больше нечего, капитан побежал по своим неотложным делам. На обратном пути из управления МВД он решил все-таки заехать на Корабельную набережную. Проезжая мимо мемориальной подводной лодки, возле Вечного огня, Мысливчик заметил троицу подростков, щеголявших в описанном лейтенантом Шиховым прикиде, с бритыми под ноль головами. Он припарковал машину, быстрым шагом пересек проезжую часть и не спеша подошел к компании крепких подростков, раздающих пинки и подзатыльники малолетним скейтбордистам, оккупировавших мемориал Вечного Огня.

– Привет честной компании! – нейтрально тоном произнес капитан.

– Чего тебе нужно, дядя? – задиристо ответил самый крепкий из компании.

– Поговорить, – миролюбиво произнес Мысливчик.

– Слыхали, парни? – усмехнулся скинхед. – Поговорить! Ты чё, мент, что ли, чтобы разговоры с нами разговаривать?

– Угадал, – Мысливчик достал из кармана удостоверение и, развернув, показал подросткам. – Капитан Мысливчик, убойный отдел Ленинского района.

– А чего мы сделали, чтобы нами убойный отдел заинтересовался? – чуть сбавив обороты, произнес крепыш не столь нагло. – Вроде не убили еще никого… Так, сопляков погоняли. А на своих доносить не собираемся! Если надо, в одел вызывай!

– Так, парни, мне с вами нужно просто поговорить. Неформально, без протокола…

– Слышь, Макс, – произнес один товарищей крепыша, – во везет нам! То газетчики интервью дать просят, то менты просто, без привода, поговорить хотят! Мы становимся популярными!

– О чем хотел поговорить, мент? – напрямую спросил Макс. – Если на кого-то надо стучать – то это не к нам! Мы своих не сдаем!

– Не надо никого сдавать, – успокоил подростков Мысливчик. – Я просто задам несколько вопросов… Может быть, пройдем в сквер? Сидя удобнее общаться.

– Пойдем, пообщаемся, – согласился Макс. – Иван, Леха, вы со мной?

Они расселись в скверике на лавочке. Капитан еще раз окинул взглядом их бритые головы, черные куртки, высокие начищенные ботинки на толстой подошве и спросил:

– Парни, вы скинхеды?

– Ну, ты даешь, мент! – хохотнул Макс, а разве по нам не видно?

Мысливчик болезненно поморщился: ему очень не нравилось слово «мент», хотя это название сотрудников правоохранительных органов стало поистине всенародным и усиленно внедрялось в массы криминальными структурами с помощью газет, радио и телевидения.

– Парни, давайте договоримся, – предложил Мысливчик, – для вас я не мент, а Сан Саныч, либо капитан.

– Идет, Сан Саныч, – не стал возражать Макс.

– Значит вы – скинхеды? – вновь повторился Мысливчик.

– Вообще-то, да, – признал правоту капитана Макс. – Но на западе скины сейчас – сексуальное меньшинство, поэтому лучше нас называть бритоголовыми, а еще лучше – национал-патриотами!

– Национал – патриотами? – удивленно приподнял бровь Мысливчик.

– А чего тут непонятного? – произнес Макс. – Национализм, это любовь к нации, когда территория не особо важна. Патриотизм, наоборот – любовь к родной земле. А Россия как раз та страна, где мы живем и за которую боремся! Россия для русских! А всех наших врагов: евреев, чурок-эмигрантов, желтомордых и узкоглазых, наркоманов, гомосеков, гопников и коммунистов – нахрен из страны! Эта «человеческая грязь» только разлагает общество! – ораторствовал бритоголовый. – И мы, нормальные здоровые люди, устали от этих отбросов! И долг каждого национал-патриота – очистить нашу страну от грязи…

– Ладно, Максим, я понял, – произнес Мысливчик начавшего повторяться парня. – Если вы боретесь против инородцев, то зачем нашим русским пацанам подзатыльников надавали?

– А, это этим что ли, скейтбордистам?

– Угу! – кивнул капитан. – Они же русские, а вы, по вашему заверению – националисты! То есть испытываете пылкую любовь ко всем русским. Так как?

– А вы видели, где эти роллеры гоняют? – возмущенно подключился к разговору Иван. – Это же памятник погибшим! А у этого соплячья никакого почтения к павшим! У меня прадед всю войну прошел, а у Макса прадед погиб, а у Лехи прабабка в блокаду! Кто, если не мы, Русские, порядок у себя в стране наведем?

– Это, конечно, похвальное стремление! Но вы лучше мне вот что поясните: почему же вы, так истово радеющие за Россию, стремитесь походить на фашистов? Вон и свастики у вас на перстнях, и прикид как у штурмовиков и, наверное, приветствуете друг друга не иначе, как поднятой рукой и «Зиг Хайлем» в придачу?

– Все дело в том, – пояснил Макс, – что мы не равнодушные обыватели! Мы всю свою жизнь посвящаем борьбе!

– Как же слышали, «Майн Кампф» по-немецки. Автор – Адольф Гитлер.

– Немцы тоже боролись за свою нацию, в этом мы схожи, – не стал отрицать Макс. – Мы боремся, как наши деды боролись в Великую Отечественную… Знаете, что была в то время организация «бригада Каминского»? Она воевала на стороне немцев, но под лозунгом «Россия без Сталина и Гитлера». Вот к ним-то мы ближе всего по духу! А что касается атрибутики… То у нынешнего общества к нам сильно предвзятое отношение. Вон, даже по телику гоняют, будто бы мы все ярые гитлеристы, у каждого из нас дома имеется памятник, либо бюст фюрера, которому мы ежегодно 20 апреля приносим жертву! Это же бред! А простой обыватель смотрит эту плешь и верит! А свастика – это же древний символ. Правосторонняя – коловрат, символ борьбы, победы над злом и тьмой. Левосторонняя – посолонь, распространенный в славянской мифологии символ созидания. В том же Неаполе, – пояснил Макс, – половина Катманду увешана свастикой. Что ж они все, Гитлеру поклоняются, по-вашему? Просто символ счастья.

– Так, парни, а в городе много таких же, как вы, бритоголовых?

– Да человек 150–200, – ответил Иван.

– И чего, вы всех знаете?

– Ну, не всех, конечно… Но знакомых много.

– Ну и напоследок, парни, – Мысливчик наконец-то добрался до самого важного вопроса, ради которого он и затеял всю эту полемику со скинами, – в последние несколько месяцев к вашей компании не прибивался некий субъект… Он немного не в себе – сбежал с психушки, – пояснил он. – Он мог предсказывать-рассказывать историю о втором немецком пришествии… О том, что откроются некие врата… Мог вербовать в свою команду, обещать немыслимые силы, чуть ли не бессмертие…

– Постой-ка, – воскликнул Иван, – месяца два назад на сборище «Влесова блока» присутствовал парень… Лет двадцать пять ему, а может чуть больше, не понять… Страшный он, бледный как смерть! Тусил с ними месяц, а может больше… Мне Толик про него рассказывал, в лидеры хотел вылезти, «Влесовцев» под себя подмять. А у них же испокон фюрера не было… В общем, он сказки свои травил, а ему не верил никто… А потом он пропал и больше не объявлялся.

– Точно?

– Да я бы знал… Не, с «Влесовым блоком» он точно не связан.

– Парни, большая просьба, – сказал Мысливчик. – Если что-нибудь услышите об этом субъекте, позвоните в убойный Ленинского района. Капитану Мысливчику. Этому сумасшедшему убить человека, раз плюнуть… А русский – не русский все едино…

– Обещать не будем, капитан, сам понимаешь… – произнес Макс. – А если он и в нашей среде накосячит, мы с ним сами разберемся!

– Ой, боюсь, ребятки, что вам это окажется не по силам! Послушайтесь совета бывалого человека, – сказал на прощание капитан, – поскорее бросайте эти ваши националистические игры, и займитесь делом! Поверьте моему слову, эти игры всегда плохо кончаются!

Не прощаясь, Мысливчик поспешил к оставленной на обочине машине. Взглянув на часы, капитан выругался – на встречу с ФСБешниками он опоздал.

«Ладно, еще увидимся!» – решил Мысливчик, поворачивая ключ зажигания. Старенькая «Корона» слегка поартачилась ради проформы, но с четвертого тычка завелась. Капитан с невольной завистью вспомнил сверкающий «Ленд Крузер» Министра, вновь грубо выругался, проклиная проклятых «хозяев жизни», вырулил с обочины и погнал в отдел. Нужно было забрать с работы кое-какие бумаги. В районе ДК «Ленина» затренькал телефон, лежащий во внутреннем кармане куртки. Мысливчик вынул его и, не глядя на номер, нажал на кнопку.

– Капитан Мысливчик, – привычно произнес он.

– Александр Александрович? – произнесла труба голосом Петра Семеновича Мистерчука. – Я вас не отвлекаю?

– Вообще то, я за рулем, – недовольно буркнул Мысливчик. – Побыстрее, если возможно!

– У меня гости из органов, – сообщил Министр. – Не могли бы вы к нам присоединиться?

– Откуда гости? – переспросил капитан.

– Из ФСБ. Помните, мы говорили об этом?

– Еду! – сказал Мысливчик, выключая телефон, одновременно разворачивая автомобиль.

Возле офиса «Примсоцтрансбанка» его уже поджидал рыжеволосый Паша.

– Пойдем, Саша! Тебя уже ждут! – произнес он, когда Мысливчик выбрался из машины. В этот раз Петр Семеныч ожидал опера не в личном кабинете, а помещении, наверное, предназначенном для отдыха сотрудников банка. Мягкие глубокие кресла, низкие журнальные столики с грудой газет и прочей макулатурой, незаменимая для таких мест огромная кофеварка, диспенсер и микроволновая печь.

– Здравствуйте, уважаемый Александр Александрович! – ловко, для своей комплекции, выбрался из глубокого кресла Петр Семеныч.

Следом за ним из соседнего кресла поднялся сухопарый мужчина лет пятидесяти. Неброская внешность, скорее подходящая инженеру, снабженцу, либо энергетику какой-нибудь крупной коммерческой компании: слегка лысоватый, с немного неопрятной прической и прячущий глаза за стеклами очков-хамелеонов.

– Позвольте представиться, Сидоренко Сергей Валентинович.

– Капитан Мысливчик. Александр Александрович, – опер пожал протянутую Сидоренко сухую жилистую руку. – Можно посмотреть ваши документы.

– Конечно, – не стал возражать Сидоренко, протягивая капитану корочки.

– Сидоренко Сергей Валентинович, – прочел Мысливчик. – Майор. Шестнадцатый отдел Федеральной Службы Безопасности. И чем же занимается 16 отдел ФСБ? – полюбопытствовал Мысливчик.

– Радиоразведка, радиолокация и дешифровка, – ответил майор.

– Всего-то? – делано удивился Мысливчик.

– Это официальная деятельность отдела. Ну, а не официальную сторону… Я думаю, вы примерно представляете.

– А почему именно радиолокация и дешифровка? – не удержался и спросил Мысливчик. – Можно было придумать и какую-нибудь другую ширму.

– Традиционно отцом-основателем нашего отдела в СССР считают Глеба Бокия…

– Бокия – это который Соловки? – спросил Петр Семеныч.

– Похвальная осведомленность! – произнес Сергей Валентинович. – А что, приходилось бывать?

– Приходилось, – ответил Министр.

– Что касается Глеба Бокии, да это он. При Наркомате Внутренних дел он занимался как раз радиоперехватом и дешифровкой. При чем в то время это не было прикрытием – Бокий действительно был дешифровщиком от Бога! Играючи ломал даже сложные японские шифры. А дальше так и повелось…

– А каким образом вы на Петра Семеныча вышли? – вопросы сыпались на ФСБешника как из рога изобилия.

– В нашем ведомстве есть свои секреты, – туманно ответил Сергей Валентинович.

– И как мы тогда с вами будем работать? – развел руками Мысливчик. – Каждый со своими секретами?

– Сергей Валентинович, а капитан прав! – поддержал Мысливчика Министр. – Мы уже и так в этом дерьме увязли по самые помидоры! Давайте открывать карты! Не надо нас использовать в темную!

– Возможно, возможно, – согласился Сидоренко. – На вас, Петр Семеныч, мы вышли через капитана Мысливчика, за которым, как впрочем, и за всей его группой ведется негласное наблюдение…

– С каких это пор?! – возмутился Мысливчик.

– С тех самых, как вашей группе выпало счастье, заниматься делом о странных убийствах. А дальше дело техники…

– Телефоны прослушивали? – догадался капитан.

– И не только! У нас есть люди, отлично читающие по губам. А когда вы встретились с Петром Семеновичем, да еще и обладающим какой-то информацией… Грех было не поставить вам жучка.

Заметив, как побагровел Министр, Сергей Валентинович презрительно произнес:

– Полноте Вам, Петр Семеныч! Ничего личного! Все только в интересах дела! Вы просто не представляете, что может натворить сбрендивший вампир! В истории были случаи, когда от действий кровососов вымирали целые города и провинции! Многие эпидемии чумы и оспы, о которых гласит официальная история – не более чем похождения свихнувшегося вампира! Чудовищно сильного, но полностью невменяемого! Так-то, господа-товарищи! А уж когда из ваших разговоров стало ясно, что особняк Петра Семеныча скрывает настоящего, вменяемого вампира, да еще прибывшего к нам из параллельного мира… воинственно настроенного, жаждущего напасть, да еще и с фюрером во главе… Наше руководство решило форсировать события. Я без промедления явился к Петру Семеновичу, к тому же он сам, да и вы тоже, Александр Александрович, искали встречи с нами. Ну что ж, мы встретились. Я надеюсь к обоюдной радости сторон?

– Вы умеете бороться с этими исчадиями? – спросил Мысливчик.

– Кое-какой опыт у нашей организации имеется, – не стал отрицать Сидоренко. – Но мое руководство решило подстраховаться. На помощь нашей честной компании уже вылетел некий ученый старец с Валаама.

– Он то нам зачем? – удивился Мысливчик.

– Я боюсь, вы не совсем представляете, с кем нам придется иметь дело, – пояснил Сидоренко. – Вампир, помимо своей силы, еще имеет и магическую составляющую… Но из вашего разговора стало ясно, что противостоящие нам вампиры – неопытные скороспелки, насильно накачанные под завязку силой, которой и пользоваться-то, как следует, не научились. Так, посшибали верхушки… В этом и заключается просчет их командира… Однако и недооценивать Высших вампиров не стоит! После прибытия Валаамского старца, мы скоординируем наши действия. Кстати, Александр Александрович, ваша встреча со скинхедами что-нибудь дала?

– А то вы не знаете? – раздраженно отозвался Мысливчик.

– Представьте себе, нет! – ответил Сергей Валентинович. – Просто не успел. И капитан, не будьте таким желчным, мы же с вами обо всем уже договорились. А снять с вас наблюдение я еще не распорядился. Так что у нас со скинхедами?

– Он был у них, появлялся во «Влесовом блоке», но его не приняли. Он не смог их убедить, чтобы скины «Блока» приняли его сторону…

– Убедить? – удивленно воскликнул Сидоренко, снимая очки. Он потер тыльной стороной ладони красные от бессонницы глаза и водрузил очки на место:

– Зачем вампиру убеждать? Он мог бы их просто зачаровать, загипнотизировать, обратить, в конце концов!

– Как обратить? – не понял Мысливчик.

– Превратить в себе подобных, а затем просто отдавать приказы! Стать Патриархом, одним словом. А убеждать… Хм… Чего-то я здесь недопонимаю! Ладно, дождемся старца, у него побольше опыта в борьбе с этими тварями. Да, Петр Семеныч, хорошо бы навестить этого вашего егеря. Когда к нему можно будет наведаться?

– Да хоть прямо сейчас, – ответил Министр.

– Нет, дождемся старца! Он прилетает завтра в сопровождении группы московских оперативников из 16 отдела, – сказал Сидоренко. – Вот будет для старца сюрприз! Лояльный к людям вампир, осознанно не пьющий человеческую кровь! Да он только от этого будет на седьмом небе от счастья!

– Может по чашечке кофе? – предложил Петр Семеныч. – Ночь впереди длинная…

Глава 13

17.04. 2007 года.

Россия. Владивосток.

Во Владивостокском аэропорте царила обычная для таких мест суета: туда сюда бегали нагруженные ручной кладью бывшие или будущие пассажиры самолетов, мирно посапывали в креслах ожидающие своих рейсов люди. Московский рейс прибыл вовремя. Вскоре Сидоренко заметил появившуюся в зале ожидания небольшую группу людей, сопровождающую маленького монаха в просторной черной сутане. Сергей Валентиныч махнул рукой, привлекая внимание группы оперативников 16 отдела ФСБ.

– Здравствуйте, батюшка! – поздоровался с монахом Сидоренко. – Привет, ребята! Как долетели?

– Твоими молитвами! – смиренно произнес старец, осеняя майора крестным знамением. – Последний раз я летал в транспортном самолете из Москвы в Прагу… Этак году в сорок пятом… И скажу так, многое меняется в этом мире в лучшую сторону.

– Ну еще бы, – усмехнулся Сергей Валентинович, сравнить первый класс и транспортник времен Великой Отечественной… Хм… Пойдемте, батюшка, нас уже ждут.

На стоянке оперативников ожидало два джипа, любезно предоставленных Петром Семенычем.

– Батюшка, вы садитесь вот в эту машину, – распоряжался Сидоренко, – а вы парни во вторую. Едем сразу в охотохозяйство. Посмотрим чего там и как…

В «Ленд Крузере», куда майор посадил старца, а следом залез сам, уже сидели Петр Семеныч и Мысливчик. На водительском кресле вальяжно развалился рыжеволосый телохранитель Паша.

– К егерю? – уточнил Петр Семеныч.

– Давай, – ответил Сидоренко.

Машины покинули стоянку аэропорта и выехали на федеральную трассу.

– Познакомитесь, господа-товарищи, батюшка Феофан.

– Дьяк посольского приказу? – хохотнул с водительского места Паша, намекая на известный фильм «Иван Васильевич меняет профессию».

– Я не такой уж старый, как вам кажется! – проскрипел старец. – При Иване Грозном меня еще не было и в помине. А вот при Алексее Михайловиче, Тишайшем, я уже во всю кровопивцев давил!

– Как это? – не понял Мысливчик, уставившись на щупленького монаха, в котором не было ничего странного. Абсолютно лысый, с жиденькой седой бороденкой, монах не производил впечатления такого уж древнего старика. Лет 70–75, но никак уж не три сотни лет! – Быть того не может!

– Эх, внучок, – озорно блеснул глазками старец, – тебе-то, откуда знать, что может быть, а чего нет? Ты, поди, и в кровопивцев-то не сразу поверил? Когда глаза зашорены, настоящей картины мира ни в жисть не увидеть!

– Батюшка Феофан действительно служил дьяком при Алексее Михайловиче, Тишайшем, только не в Посольском, а в Тайном приказе.

– При всех последующих императорах и революционных вождях был свой Тайный Приказ, – улыбнулся в бороду старец. – С мракобесием нужно было бороться во все времена.

– Но постойте, – вскричал Мысливчик, – как вам удалось прожить столько лет? Ведь не одним же постом и молитвами…

– Конечно, внучок, конечно! – словно китайский болванчик потряс головой старец. – За столь долгую жизнь приходиться платить.

– Чем платить? – спросил банкир. – Назовите цену! Я готов прямо сейчас купить это лекарство!

– Не знаю, Петр Семеныч, – откровенно заявил Сидоренко, – хватит ли у вас духу на это! Батюшка Феофан – Гуль, если вы знаете, что это такое.

– Понятия не имею, – честно признался Министр. – Даже слова такого никогда не слышал.

– Гуль, это человек, попробовавший крови вампира, – пояснил Сидоренко. – Он полностью зависим от хозяина. Время от времени он должен пить его кровь, чтобы не стариться. Гуль никогда не болеет, но никогда не сможет стать независимым существом! Он вынужден вечно прислуживать вампиру, охранять днем его сон, защищать убежище…

– Но тогда как же он…

– Батюшке Феофану просто повезло – вампир был молодой и неопытный, только-только прошедший посвящение. Он кое-как смог зачаровать Феофана и напоить своей кровью. Батюшка отключился – некоторое время организм адаптируется к новым возможностям… А на вампира тем временем уже шла охота. Его вычислили мужики деревни, где он промышлял последнее время. Вампира забили осиновыми кольями, а пока собирали хворост, чтобы сжечь его тело, Феофан очнулся. По какому-то наитию он сцедил в найденную посудину кровь не состоявшегося хозяина и сделал ноги. После этого он заявился в ближайший монастырь и на исповеди рассказал все настоятелю. И опять ему повезло – настоятель был одним из членов Тайного приказа… В общем, они решили посвятить Феофана в сан. С тех пор-то он и служит…

– Неужели той крови, что он собрал, ему хватило на триста лет?

– Нет, конечно, – ответил Сидоренко. – Но батюшке повезло и в этом. Обычно между хозяином и Гулем возникает устойчивая магическая связь. И Гулю одного хозяина не подходит кровь другого вампира. А хозяина Феофана убили до того, как эта связь образовалась! И, как выяснилось позже, ему подходит кровь любых вампиров! Теперь вы понимаете, что для него значит наличие в стане друзей живого кровососа? Последнего вампира, которого удалось захватить живьем, Феофан видел еще в конце войны в Праге!

– Ага, это туда он летал на военном транспортнике? – догадался Мысливчик.

– Точно! И кровь этого монстра вот-вот закончится. Батюшка и так растягивает её уже давно. А когда она закончится – дни батюшки будут сочтены! Он и так уже подзадержался на этом свете. А нам терять такого ценного специалиста, как вы понимаете, не с руки.

– А почему бы не попытаться изучить эту особенность вампирской крови? Какие перспективы открылись бы для человечества! – воодушевленно произнес Петр Семеныч.

– В первую очередь, конечно, для вас? – ехидно поинтересовался майор.

– Конечно! Я готов спонсировать опыты… И, кстати, почему до сих пор правительство не занялось изучением вампирской крови?

– Я же говорил, что последний живой вампир нам попадался в сорок пятом году. Причем он был до такой степени невменяемый, что его пришлось уничтожить в срочном порядке! Да и медицина в те годы была не та, что сейчас…

– Товарищ Сталин, был очень не доволен, – произнес дребезжащим голосом старец. – Уж очень он хотел дольше пожить. Даже в лагерь меня загнал, в Соловки… Ничего, и там люди живут. А в монастыре в иные годы и потяжелее бывало.

– Понимаю товарища Сталина! – пропыхтел Петр Семеныч. – Когда у тебя промеж пальцев утекает пускай не вечная, но очень долгая жизнь, еще не так взбеленишься! И расстрелять ведь мог.

– Мог, – согласился батюшка, – но ребятки из спецотдела отстояли. Такого специалиста, сказали, на всем белом свете не сыскать! Вот он меня охолодиться в Соловки и засунул. А как в пятьдесят третьем помер, меня из лагеря выпустили.

– Послушайте, батюшка, а у вас тоже, регенерация такая же быстрая, как у вампира? – не унимался Мистерчук, терзая батюшку разными вопросами.

– С вампиром мне, конечно, не сравниться, но раны затягиваются очень быстро. Да и не болею я никогда.

– Да, батюшка, уникальный ты человек. А вот что мне еще объясни, если сможешь, конечно, – произнес Министр. – Как в твою Божественную концепцию укладываются параллельные миры?

– Я бы мог ответить, что пути Господние неисповедимы, или: меньше знаешь – крепче спишь, – произнес, улыбаясь, батюшка, поглаживая седую бороденку. – Но ведь тебя же не устроят такие ответы?

– Это я и сам не хуже твоего знаю. Так как же, все-таки? И как быть с раем и адом?

Батюшка покачал головой, но ответил:

– Многие просто не понимают гениального замысла Творца. Да, Господь сотворил наш мир многомерным: существует верхний мир, названный тобою Раем, и нижний – названный Адом. Существуют так же и Серые Пределы, именуемые в народе Чистилищем. Это знания общеизвестные, хотя и относящиеся к разряду мифов и легенд. Но, созидая Мир, Создатель не стремился ограничить его какими-то рамками, он оставил возможность нам, его детям, самим создавать свой мир. Делами, поступками, иногда, даже просто словами… Он разрешил существовать любой возможной вариации событий, которая имеет место…

– Батюшка, давай попроще! – взмолился Петр Семеныч.

– Изволь, – легко согласился монах, – возьмем известную библейскую притчу о Каине и Авеле. Представь себе, что Каин не убил своего брата, как это случилось в нашем мире. Тогда бы и мир развивался по-другому, появилась бы развилка, другой путь… По мнению Создателя, оба пути важны и равноценны! Может быть в мире, где Каин не убивает Авеля, люди быстрее пройдут предначертанный им Всеотцом путь! И станут равны ему, ведь создавал он нас по своему образу и подобию! То есть Мир, созданный Творцом, представляет собой некий костяк, основу, на которой мы, его дети, должны нарастить все остальное: мозг, мышцы, внутренние органы… И всецело от нас зависит, каким выйдет этот организм: гармонично ли развитым, либо дегенератом с гипертрофированными мышцами, либо задохликом… Сейчас стало понятнее?

– Слегка. Слушай, а как люди раньше жили, ну тогда…

– Спокойнее, созерцательнее, не было этой бешеной беготни и суеты, – ответил монах. – Сейчас даже в монастыре от этой суеты не скроешься! – недовольно буркнул он.

– А тварей этих, упырей, тогда больше было.

– Много больше, – признался батюшка. – И не только упырей, оборотни-перевертыши, волколаки, ведьмаки… Я в Тайном Приказе такого насмотрелся… Уж сколько лет прошло, а некоторые ужасы до сих пор перед глазами стоят!

– А как получилось, что в наши дни их и не осталось почти?

– Проредили их поголовье в свое время. Святая церковь, да инквизиция. Красные кланы, то бишь вурдалаки, сами руку приложили. Воевали промеж собой почище нас, людей. Но если хочешь знать мое мнение, то виной всему наша человеческая вера. Раньше каждый крестьянин в нечисть верил, и питал к ней страх… А для нечисти этот страх слаще меда! Те же ведьмаки могут им прекрасно подпитываться… А сейчас? Ты вот, например, в научно-технический прогресс, крепче, чем в Господа Бога веруешь! Вот мировая энергетика и изменилась. Многие сущности: лешие, домовые, водяники, просто от энергетического голода повымерли. Еще при Николае Втором этих бестий хватало, а сейчас, хоть в Красную Книгу заноси!

– Ну, батюшка, просветил темноту. Спасибо! – поблагодарил старца за содержательную беседу Петр Семеныч.

– Не за что, внучок, не за что, – ответил батюшка, отворачиваясь к окну.

Машины уже давно съехали с трассы, на всех парах проскочили Тереховку и углубились в лес. Вскоре закончилась посыпанная гравием дорога и пошла разбитая тяжелыми лесовозами раскисшая весенняя грунтовка. Кое-где даже мощные японские внедорожники буксовали в заполненных кашеобразной грязью глубоких ямах. Но, в конце концов, оба автомобиля прорвались к домику егеря. Заслышав шум подъезжающих машин, Вольф вышел на улицу.

– Вольфыч, принимай гостей! – громогласно заявил Петр Семеныч, вылезая из машины. – Теперь, я надеюсь, тебе полегче будет вахту нести. Это товарищи из органов…

– ФСБ? Милиция? – слегка напрягся бывший бригаденфюрер.

– Хватает и тех, и других, – ответил Министр. – Да не напрягайся ты так, они помочь нам хотят. Для них Родина, знаешь ли, тоже, не пустой звук. Знакомься: Мысливчик Александр Александрович, капитан милиции, Сидоренко Сергей Валентинович, майор особого отдела ФСБ! А это – уникальный человек, – представил банкир подошедшего монаха, – батюшка Феофан, большой знаток упырей и всякой нечисти. Сгорает от желания познакомиться с Петером.

– Ну, это только ночью, у Петьки сейчас…

– Вампирский сон, – опередил Вольфа батюшка, – им Господом положено какое-то время полежать мертвецом. Релаксация, так сказать, для восстановления физических сил.

– Да он и днем может, только сил много уходит, – пояснил Вольф. – На одной крови животных далеко не уедешь, так Петька говорит.

– У-у-у! – уважительно протянул батюшка Феофан. – Так он Высший Вампир. Интересно вдвойне с ним пообщаться. И вы, уважаемый…

– Владимир Вольфович, – подсказал егерь. – Можно просто Вольфыч, я уже привык к этому имени.

– … уважаемый Вольфыч, утверждаете, что он полностью вменяемый? Такой же, как и до обращения?

– Я его всю жизнь знаю, каким был, таким и остался! Только, когда голоден, он становиться немного агрессивным, а так…

– Значит он – сильная личность, если Патриарху так и не удалось окончательно сломить его волю.

– Нет, Петька это дело немного по-другому объяснил: в присутствии Патриарха он полностью теряет волю.

– Почти все вампиры полностью зависимы от своих Патриархов, – сказал старец. – Ситуация меняется лишь в одном случае, когда оперившийся «птенец» превосходит Патриарха в силе. Тогда он может попытаться и бросить ему вызов. А если получится – он занимает его место. Но такие случаи – редкость! И «птенцы» всецело зависят от Патриарха.

– А чего мы на улице беседуем? – опомнился Вольф. – Прошу в дом! Перекусите с дороги свежим мяском…

– Спасибо, Вольфыч! – поблагодарил егеря Сидоренко. – Вы идите в дом. Сейчас парни выгрузят оборудование, и мы к вам присоединимся. Электричество в доме есть?

– Если нужно, заведу генератор, – ответил Вольф.

– Если не затруднит! – попросил Сергей Валентинович. – Мы тут для вашего друга привезли донорской крови, нужно подзарядить аккумулятор переносного холодильника.

– Сейчас сделаю! – произнес Вольф и скрылся в пристройке.

Через секунду оттуда донесся звук рычащего дизель-генератора.