Текст книги "ЭХО-012. Книга I (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Ничего не изменилось.

– Я сегодня разобрался с зачётом по экономическому анализу. Да и вообще куча всего хорошего произошло, – слегка покривил я душой. – Пустишь?

– Дай подумаю, – не сдвинулась она с места. – Зачем?

Я закатил глаза.

– Ночью я разбудил тебя. Это было… – поджал я губы, качая головой, – неправильно. Поэтому пришёл извиниться. Это правильно.

Эби несколько удивлённо хмыкнула, скрестила руки на груди.

– Что случилось, Лоуфорд? Такие кардинальные перемены в жизни! Вылетел с работы? Поссорился с матерью?

– А разве изменения бывают только плохие? – усмехнулся я. – Рассказал же, сегодня день перемен. Приятных перемен, ради разнообразия.

– Пу-пу-пум… – задумчиво выдала она. – Ночная побудка и правда вышла неприятной. Пятый час утра, Лоуфорд. А ведь я работала в субботу, работала в воскресенье и в понедельник. Вторник был моим единственным выходным. Единственным, чёрт тебя дери.

– И он ещё не закончился, – снова побренчал я пивом. – Пропускай, давай выпьем.

Миг спустя Эби посторонилась, хотя и сделала это с ощутимой неуверенностью.

Что же, может быть получится всё изменить?.. Ну, ради разнообразия?

Эбигейл Нова Хименос оказалась урождённой пуэрториканкой, переехавшей в США ещё шесть лет назад. С образованием дело не задалось, внешность была интересной, но без нужной для этого времени изюминки. Всё-таки латиносов и без того было полно. Поэтому ныне Эби работала официанткой в ночном клубе.

Всё это я узнал, напрямую сказав о своей ситуации. Не о попадании, само собой, а о проблемах с памятью. Поначалу Эби хихикала, считая какой-то странной формой подката, которую она, – по её же словам далее, – готова была терпеть лишь до тех пор, пока было весело. Но потом изменения в моём поведении, а также куча подробностей, которыми я продолжал делиться, откровенно перевесили.

– В больнице был? – покусывала она ногти. – Это серьёзно, Иэн!

Уже не Лоуфорд, ха!

– У меня нет страховки, Эби, – развёл я руками. – Да и что мне сказать? Никаких следов! Чёрт, я всё ещё списываю это на какой-то замороченный психологический трюк. Ну, дескать, часть личности под напором адреналина как-то изменилась и всё такое.

Девушке я скормил байку о тех же латиносах, только в моей версии пули прошли мимо, ЕДВА не убив меня с дружком-болтуном Тони.

– Ты-ы… разводишь меня, да? – вновь начала сомневаться она. – Так не бывает! Я ведь не дура, ну!

– Может и не бывает, – пожал я плечами. – Только вот знаешь, что я делал вчера ночью? Ездил договариваться с коллекторами об отсрочке. Думаешь, прошлый-я стал бы так поступать? Чтоб вас всех, у меня номер этого типа был подписан «Не брать трубку»!

Эби сидела в старой футболке университета, которого не заканчивала, лопала пиццу, запивая пивом и, судя по виду, никак не могла понять, верить мне или нет. Вентилятор лениво обдувал комнату, даруя едва уловимое спасение от жары. Я подмечал маленькие капельки пота на её шее. Взгляд удавалось отвести с ощутимым трудом.

Но разговор двигался. Негатив постепенно менялся, пицца подъедалась, пиво заканчивалось, а Мел Гибсон в телеке бегал от каких-то террористов и взрывал здания. Мы изредка посматривали в экран, не всматриваясь и не вслушиваясь – как люди, которым было куда интереснее общество друг друга. И если про меня всё и так было ясно, то Эби… Непонятно. Кажется, даже если бы я не был попаданцем, то нужно было придумать это, чтобы кадрить девчонок. Не знаю, как в моём прошлом, но здесь и сейчас работало безотказно!

Глава 17
Органика превосходит синтетику

– Зачем ты взял маргариту? – спросила Эби.

– Я не знал, ешь ли ты мясо.

– Боже, Иэн, у тебя точно проблемы с башкой! Я что, похожа на дуру?

– Поверь, Эби, я встречал вегетарианок. Фигурки у них, конечно, не чета твоей, но мало ли? Вдруг… э-э… тренировки? Бассейн, йога…

– Всё, убедил, я поверила, что ты чокнулся. Что теперь будешь делать, оформлять инвалидность?

– Ага, а потом буду представляться парнем с пассивным доходом. Вот народ обзавидуется!

Она рассмеялась, упираясь лбом мне в плечо. Я едва уловимо похлопал её по плечу. Случайные касания, конечно же, совершенно случайные!

– А у тебя как с работой? – поинтересовался я. – Или это не та тема, на которую хочется говорить? Чёрт, Эби, ты заранее предупреждай, если что, я ведь теперь совсем… э-э… отбитый.

– Ты всегда таким был, Иэн! До сих пор помню, как ты, дурачина малолетняя, поплёлся в «Голден Смайл», где сделал зуб за три штуки баксов. В кредит. Да у меня знакомый за пять сотен бы поставил всё – не придерёшься!

– Где же ты была тогда, Эби? – полушутливо-полусерьёзно спросил я. – Сэкономила бы мне кучу денег.

– Держи карман шире. Ты же твердолобее Троя. А с этим мудаком я давно уже всё решила. Ещё с момента, как он притащил в квартиру двенадцать дружков. Двенадцать, Иэн! Ты тогда через окно сбежал. Не знаю зачем, но это выглядело настолько по-дурацки, что я даже не стала сообщать арендодателю.

Я прикрыл ладонью глаза. Кринжатинка попала.

Три бутылки пива на каждого, это много или мало?

Я слышал, как телефон вибрирует в кармане, но даже не думал вытаскивать его. Почему? Я ощущал «волну»! И шёл по ней, решительно и без намёка на отступление.

Повернувшись к Эби, я уже подготовил в меру колкую шутку, но зацепил бедром подушку дивана, на котором мы оба сидели. Подушка… зажужжала. Мощно так, как перфоратор у соседа.

Выругавшись, девушка зарылась под плед, вытаскивая нечто розовое, размером с небольшую булаву, которое немедленно затихло, стоило ей нажать кнопку.

– Вау, – выдал я через три секунды напряжённой тишины. – С такой дубиной только народ на большаке грабить.

Эби уставилась на меня широко открытыми глазами, а потом бешено засмеялась – до слёз в глазах.

Я сам не заметил, как уже приобнял её, ощущая упругие полушария, прижимающиеся к рубашке и костюму под ней. Лифчика на девахе точно не имелось.

– Это не мой, Иэн… – сквозь смех пробормотала она. – Не знаю, как он сюда попал. Это… это Троя…

– Да, Эби, я сразу так и подумал, – поглаживал я её плечо. – Трой – тот ещё шалун. Хотя странно, что я ни разу не просыпался от этого звука. Он реально мощный. Сколько там лошадиных сил?

– Иэн!

– Чёрт, представь, если бы я случайно на него сел? Эта штука бы разорвала меня пополам!

– Он не всовывается, – пояснила Эби. – Ну, то есть… там есть разные режимы. Я использую вибрацию.

– Эм-м… не очень разбираюсь в теме, поэтому не могу поддержать разговор.

– Я бы удивилась, если бы ты разбирался!

– Эх, чего только по пьяни не бывает, а?

– Ага, воспоминания вернулись! – начала она трясти меня за рубаху. Я изображал куклу.

– Наверное даже хорошо, что не вернулись, – улыбнулся я. – Вдруг в памяти было… э-э… всякое?

– «Всякое», да? – приблизилась она. На губах застыла насмешливая ухмылка.

– Вдруг в той помойке, что у меня в комнате, найдётся такой же?

– Это был бы реальный кошмар, Иэн.

– Вчера я думал, что посвящу вторую половину дня тому, что разгребу комнату.

– А сегодня?

Я ощущал аромат духов, жвачки и пива.

– Придётся отложить комнату на завтра.

Теперь приблизился уже я. Очень близко. Можно сказать впритык.

– На завтра?.. – её зрачки были слегка расширены.

– Сегодня мне нужно доказать, что органика превосходит бездушную синтетику.

Её губы робко коснулись моих. Я запечатлел поцелуй, попутно дав рукам волю… в меру. Пока ещё в меру.

– Резинки… – тихо шепнула Эби, – взял?.. – голос отдавал хрипотцой.

В полумраке маленькой комнаты её кожа отливала тёплым золотом. Телек окончательно ушёл на задний план. Гудящий за окном город – тоже.

– Взял, – полез я в задний карман джинсов, бросив упаковку на диван между нами.

Улыбка на её лице стала отдавать чем-то хищным. Слегка отстранившись, Эби эффектно стянула с себя майку, позволяя упругой груди качнуться, показаться на волю.

Притянув её ближе, я вновь окунулся во вкус её губ.

Жар, лёгкая горчинка пива. Ладони жадно ощупывали смуглую кожу. Её ногти попытались впиться в мои плечи, но не сумели даже уколоть. Проклятый костюм нужно срочно снять!

Рубаха улетела в сторону, следом джинсы. Она удивлённо ахнула, заметив костюм. В полумраке он смотрелся скорее круто, чем по-пидорски, так что я позволил ей это секундное любование, прежде чем отлепил его от своей кожи.

– У тебя пресс? – тут же коснулась Эби моего живота. – О… Иэн, ты скрывал от меня такую красоту⁈

– Какую скрываешь ты? – с широкой улыбкой завалил я её на кровать, стягивая шорты сразу с трусиками.

Крепкие бёдра, подтянутый живот и полное отсутствие волос. Подобное, как я уже знал, было сейчас в моде.

Я навалился сверху, заставив пружины застонать. Поцелуи сместились ниже, а потом Эби потянула меня на спину, садясь сверху. Ладонь обхватила меня снизу, оценивая размер.

– Нормально оснащён, – низко проворковала она, почти мурча.

Нащупав резинку, нацепил, позволив девушке медленно опуститься, порождая в глубине души дикое, жадное ликование.

Горячая. Узкая. Чертовски мокрая. Да-а… Эби хотела этого не меньше меня.

Влажный стон сорвался с её губ, веки дрожали на полуприкрытых глазах. Левой ладошкой она продолжала удерживать меня, будто направляя, придерживая, чтобы не вошёл на всю длину сразу. Правой – оглаживала мой незнамо откуда взявшийся пресс.

Не было его раньше! Да и сейчас не сильно заметен. Но… костюм? Не важно, позже буду думать!

Закусив губу, Эби полностью приняла меня, расслабленно выдохнула, открыла глаза, белозубо улыбнулась, мгновение привыкала. И стала двигаться.

Поначалу медленно, словно пробуя, оценивая. Постепенно всё быстрее. Бёдра работали под аккомпанемент скрипа дивана, подбрасывая её вверх и вниз. Крепкие мышцы перекатывались под гладкой смуглой кожей. Я схватил её за талию, помогая, двигаясь в такт.

Ладони изучали кожу, оглаживали грудь, соски, переплетали наши пальцы. Я приподнялся, – уже не лежал, а сидел, – поцеловал губы, шею, ощутил запах её волос и как женские руки сомкнулись за моей спиной.

Я перевернул нас. Теперь Эби лежала подо мной, одна нога закинута мне на пояс. Легонько укусил её бедро, а потом вошёл снова, заставляя её выгибаться и впиваться в мои многострадальные плечи.

– Да… вот так… – выдохнула она мне в ухо.

Мы сошлись в исступлённом, безумном танце. Сходились снова и снова, приближаясь к точке, где захватывало дух. Её стоны становились выше, отрывистее. Я чувствовал, как она сжимается вокруг меня всё сильнее, как её тело начинает дрожать, пульсировать.

В один миг стоны обратились всхлипами, а сила рук и ног стала такова, что я не сумел бы вырваться, даже если бы захотел.

– А…а… кх… – гортанно, короткими отдельными звуками, выдала Эби.

И этот спазм, эта горячая волна и ощущение, что успешно довёл девушку до высшей точки довели до неё и меня самого.

Впившись в её мокрую от пота шею, излился в резинку.

Мир замер. Мы лежали, тяжело дыша и слушая затихающий скрип старого дивана. Вентилятор продолжал лениво гонять тёплый воздух по комнате.

Эби нежно провела пальцами по моей спине и тихо, удовлетворённо засмеялась.

– Это… было шикарно, – шепнула она. – Боже, Иэн, ты реально круче вибратора.

– Лучшая похвала, – поцеловал я её в ключицу, чувствуя, как медленно возвращается мир – шум Нью-Йорка за окном и душная июньская ночь.

И… одним днём всё изменилось. Уже не было двух соседей, раздражённо гавкающих друг на друга. Впрочем, это произошло не мгновенно. Следующим днём я разобрал хлам в комнате, а потом отдраил её до зеркального блеска. Эби заходила посмотреть, поцокала, глядя в бумаги, которые я не думал прятать.

– А ты думала, я шутил? – криво ухмыльнулся я.

– Считаешь, я не знала о проблемах с коллекторами и ставками? – её взгляд отдавал недоверием и сомнениями, словно у жены наркомана, который клятвенно обещает завязать. Только вот сейчас речь была об ином.

– Я не помню почти ничего, – спокойно признался я, напоминая то, о чём мы говорили вчера. – И нет, это не был «идеальный способ залезть тебе в трусики». К счастью или худу, я начал жизнь заново. Причём это даже не метафора.

– Ну-ну, – скепсис можно было есть ложкой.

В тот день между нами ничего не было. Это был день трезвости и… наверное знакомства?

Потом я снова попёрся на смену, выбивая из Марсона повышенную ставку и проводя не менее насыщенные, чем в прошлый раз, будни. Оказывается, если держать глаза открытыми, а не дрочить на ни хера не показывающие камеры, лениво реагируя лишь на конкретные вызовы, то ТЦ – это блядская бесконечная карусель дерьма. Однако результат меня будто бы радовал – как минимум было не скучно.

Вечером – посещение букмекера (одного из, сука, десятка!), где менеджер предоставил рассрочку, чего изначально не слишком хотел делать. На руку сыграл факт, что прошлый Иэн всё-таки платил им, а нынешний-я вообще пришёл лично, чего на памяти сутулого хмурого мужика не происходило ещё ни разу.

Попутно заглянул в одну рекомендованную Эби юридическую фирму, где выбил бесплатную консультацию по поводу «неверного чека» из стоматологии. Изначально скептично настроенная женщина средних лет, услышав, что я готов пройти проверку зуба, официально доказав, что он полностью родной, ощутимо взбодрилась, почуяв успех предстоящего дела. Получив от неё адрес медицинского центра, где мне быстро и законно проведут нужные проверки, я направился домой, не забыв позвонить Эби и спросить, будет ли она ужинать?

Мелочь. Сущая мелочь! Но этот банальный звонок с демонстрацией того, что не собираюсь вновь дистанцироваться и желаю продолжить эти странные, но приятные отношения… Это изменило её скепсис. Как и мой рассказ на типичный американский вопрос: «Как дела?» Выдал, сука, базу о своих сегодняшних начинаниях, получив вытаращенные глаза и новый вопрос: «Ты как всё это успел⁈ Я думала…» Что она думала, так и осталось загадкой, но именно тогда, как я посчитал, и произошло это вот «закрепление отношений». Без объявлений и красивых фразочек, без вставания на колено или дорогого подарка. Наверное это признак взросления… И если про себя я подобное мог сказать легко и просто, то Эби удивила. Похоже жизнь успела её помотать, показывая свою изнанку. Наверное это даже хорошо.

В следующий выходной посетил-таки интернет-клуб, где за пару баксов получил возможность два часа выуживать из медленного, как контуженная черепаха, браузера всё, что мог найти про Штаты двухтысячного года, попутно убедившись, что история мира соответствовала моему прошлому.

– Хоть тут всё слава богу, – бурчал я, изучая сеть.

В голове наметились кое-какие планы о возможностях потенциального будущего заработка, но всё по-прежнему упиралось в начальный капитал. Более того, я понимал и то, что изначально нужно будет закрыть многочисленные долги, от которых я не стремился открещиваться. Всё равно догонят.

Короче, жизнь будто бы начала налаживаться. Относительно, но… того ужаса и широко распахнутых глаз, которые я демонстрировал первые дни, более не было. На горизонте маячила встреча с матерью, первая получка, закрытие части долга Карпентеру, проверка зуба (нужны деньги!), ожидаемый звонок Фарелла, который-таки сумел забрать дело в свой шестьдесят седьмой участок…

«Бычки»-коллекторы, из новеньких, продолжали осаживать мой телефон, но почти со всеми я уже успел переговорить. С адекватными – встретиться, придурков – закинуть в чёрный список. Скорее всего с ними придётся решать через суд и официальные законные выплаты – в последнюю очередь, когда разгребусь с остальными.

Трой всё ещё не заметил, что отношения между соседями «слегка» поменялись, но просвещать придурка никто не планировал. Мы с Эби просто общались по вечерам в её или моей комнате, трахались, куда-то выползали, постепенно притираясь друг к другу. Медленно и со скрипом, но желание было обоюдным, а потому отступать не планировали.

Ещё пару раз я звонил Тони, который, сукин сын, не брал трубку, будто я сам превратился в коллектора. Как оборотень, чтоб его. Я уже почти было решил, что болтун реально сгинул где-то на просторах Нью-Йорка, либо Эхо всё-таки взорвал его пустую башку.

Особых чувств по этому поводу не испытывал. Как бы… не до него. Да и Тони – не маленький мальчик, сам разберётся. А если нет… и хер на него. У меня своих дел выше крыши. Не знаю, за что браться!

Этим утром, проснувшись на диване Эби в состоянии полного душевного покоя, который испытываешь лишь после шикарного секса, я потянулся, улыбнулся, посмотрел на лучи солнца, пробивающиеся через плотно задёрнутые шторы.

Приятно, когда берёшь свою жизнь под контроль.

– Завалимся сегодня куда-нибудь? – показалась хозяйка комнаты, прикрытая лишь привычной уже майкой, едва скрывающей самое сокровенное. Мой взгляд прикипел к длинным шикарным ногам, поднялся выше.

– Отлично выглядишь, – искренне выдал я.

Она скептично улыбнулась, поправляя растрёпанные волосы.

– Без кофе я напоминаю пугало, – фыркнула девушка. – Так и?..

– Куда хочешь? – поднялся я, выискивая одежду.

– Тебе придётся прогуляться за новой, – указала Эби пальцем себе за спину, в сторону двери. – Я закинула все вещи в кучу и отнесла в прачечную.

– Ты выходила в таком виде? – приоткрыл я глаза.

– Накинула куртку, – пожала девушка плечами, словно речь о чём-то обыденном. – Думаешь, с утра кто-то пялился, есть ли на мне трусы?

– Матерь божья, – простонал я, закрывая ладонью глаза. – Ай, чего дерёшься?

Началась игривая возня, которая скорее всего привела бы к повторению вечернего шоу, но тут я ощутил… писк. Резкий, неприятный, будто пронзивший мой мозг.

– Иэн? – мгновенно остановилась Эби. – Что случилось?

– Ты не слышала? – выбрался я из горячих объятий, приподнялся, зачем-то оглянулся, будто ожидал увидеть будильник, прячущийся под стулом. – Писк.

– М-м? – пожала она плечами. – Скорее всего что-то из техники. Он был такой… ну… высокочастотный, да? Иногда такое у всех случается. Не видел, как собаки иногда замирают?

Я усмехнулся. Собственное поведение показалось глупым.

– М-да, похоже я…

Он повторился. Сильнее и громче, причём исходил будто откуда-то изнутри.

– Снова? – приблизилась она. – Внутреннее ухо! Наверняка. Или давление. Или может это из-за твоей потери памяти?

Эхо! – обожгла меня мысль. – Бомба в башке!

Я потёр виски. Писк прекратился. Но… настрой на секс был полностью сорван, что понимала и хмурящаяся Эби.

– Думаю… – начал я, но оказался прерван звонком. Взяв телефон на столе, криво усмехнулся. Тони. – Здорова, ублюдок, – ответил я. – И чего прячешься, будто деньги у меня занимал?

– Иэн, – голос парня подрагивал, – я… я кажется сделал это.

– Съехал от матери? – не сдержал я сарказма. – Это надо отметить!

– Я нашёл тех латиносов, которые грохнули нас. И… И… кажется… я… Иэн, я кажется убил их.

Глава 18
Последний самурай

– Я нашёл тех латиносов, которые грохнули нас, – заявил Тони. – И… И… кажется… я… Иэн, я кажется убил их.

– Что? – замер я. – Как? Ты… шутишь? Тони!

– И теперь пищит в ушах, – не слушая меня, говорил он. – Иэн, похоже мне сейчас взорвут башку. Я хотел сказать… Иэн, перед смертью я хотел сказать…

– Стой! – крикнул я. – У меня тоже звенит в ушах!

Эби удивлённо уставилась на меня, вновь завладев чашкой кофе. По инерции я заметил, что на столе лежит вскрытая пачка жвачки – она обожала жевать. Правда дело не в том, что ей так сильно нравится процесс – это альтернатива сигаретам, которые Эби не так давно бросила. По сути, переключила привычки.

– П-правда? – запнулся Тони. – Но это же значит…

– Эхо, – застыл я. – Скоро начнётся.

Тони выругался.

– Встретимся, – улыбнулся я. – В комнате.

– Хе-хе… – выдал он и отключился.

Я отложил телефон на стол. Выдохнул, огляделся.

– У Тони проблемы, – сказал я почти правду. – Похоже придурок никак не расстанется с идеей-фикс – устроить т5ем латиносам кровную месть. Ну, помнишь, я рассказывал?

– Он совсем ебанат? – вылупилась Эби.

– Надо заехать к нему, пока кретин не наломал дров, – притворно вздохнул я. – Попытаюсь закончить быстрее, а потом… – приблизившись, поцеловал её, нежно провёл пальцами по шее и подбородку, перешёл на скулу, поправил выбившуюся прядь – хотя у неё сейчас все пряди были выбившимися!

– Езжай тогда, – вздохнула девушка, отстранилась. – А я придумаю, куда можно выползти.

Улыбнувшись, шагнул в сторону выхода из комнаты. Надеюсь Трой снова где-то пропадает? Не хочу светить причиндалами на его глазах. Вдруг возбудится?

Наскоро умывшись, завалился в свою комнату и… не нашёл костюма! За это время писк раздавался ещё дважды – каждый раз звучал всё короче, но чуточку сильнее. Будто намекал…

– Шлем есть, – вытащил я очки оттуда, где и оставил их. – А костюм… Стоп, думай логически, ты ведь пришёл в нём к Эби, так? Но вещей там не было, она…

Нутро похолодело. Я выскочил из комнаты.

– Эби! А ты относила в прачечную мой чёрный костюм⁈

– Наверное… Да, я всё загребла! Оставил что-то в карманах? Блядь, Иэн, только не говори, что там лежали деньги!

– Нет, – нашёл в себе силы улыбнулся я, – просто хотел надеть его…

– Ты его не снимая носишь, – проворчала Эби. – Провонял уже, небось, весь.

Он не воняет. Его вообще, похоже, стирать не надо. Технологии, превзошедшие всё, что есть на Земле.

Моргнув, я направился к себе и оделся в обычное.

Не страшно, просто возьму в арсенале другой…

Закинув шлем-очки в карман, впервые за всё время я вышел из дома без костюма на теле, ощущая себя до странности уязвимым. Новый писк в ушах, сильный и неприятный. Зайдя в подворотню, я приложил пальцы к вискам и зашипел, но в следующий миг мир мигнул. Похоже ему нужно было место без свидетелей, только и всего.

Знакомый коридор. Сука, а я почти поверил, что это была одноразовая акция или вовсе кошмарный сон! Ладно, шучу, костюм на теле не давал усомниться в реальности всего происходящего…

– Вы сюда сами приходите или как? – спросил я, едва сформировался рот.

– Привет, – широко улыбнулась Моника. – Приятно удивлена, что ты дожил до следующей игры. Некоторые, знаешь, слишком много болтают и – бух! – их головы взрываются. Я даже как-то новости про одного такого идиота видела.

Дерек промолчал. Мне показалось, он даже сидел в точно такой же позе, которой был при моём прошлом здесь появлении.

– Иэн, привет, – заглянул сюда Коннор из соседней двери. – Я сделал кофе, будешь?

За его спиной выглядывала Кейт. С удивлением я обнаружил, что они держатся за руки. О, значит кто-то успешно добрался до второй базы? Достойно, Кейт девчонка симпатичная.

– Да, спасибо, – отряхнул я совершенно чистые штаны, огляделся, но никого более не увидел. – Вы продолжите сидеть тут?

– Так повелось, – не думала прятать Моника улыбку. – Но тебя никто не держит.

– Есть причина? – нахмурился я. – Поверь, я хочу выжить, поэтому…

– Не заморачивайся, Иэн, – лицо женщины было будто маска хитрой лисы. – Иди, пообщайся с остальными.

– Звучишь, как мамочка, дающая разрешение, – криво усмехнулся я.

– Может, готовлюсь к роли? – даже не подумала она сдавать назад.

Хмыкнув, заметил, как луч начал телепорт Джерома. Бродяга был одет явно получше, чем в прошлый раз.

– Почему Эхо не телепортирует всех сразу? – прищурился я, а потом вспомнил, как именно оказался здесь. – Он делает это только в момент, когда на цель никто не смотрит, верно? Значит, если бы я не отошёл в переулок…

– Сигнал, Иэн, – постучала Моника по своему виску. – Он нужен именно для этого. Чтобы ты нашёл место, где никто не увидит.

– Иначе «бум»? – оскалился я.

– Какой умный мальчик! – утёрла она воображаемую слезу.

– Ух, – проворчал Джером, едва не упав на левое колено. – Прокля́тые телепорты.

– Тебе не помешает кофе, – хотел было хлопнуть я его по спине, но передумал. – Идём, Коннор с Кейт уже заварили.

– Кофе? – удивился чернокожий. – Да, звучит как здравая идея!

В комнате отдыха был включен телевизор, показывающий местные новости. Рядом разместился чайник и пять исходящих паром кружек.

– Я уж думал, не придёшь, – усмехнулся Коннор. – Джером, давно не виделись!

– Не обижайся, но я бы предпочёл и дальше не видеться, – криво хмыкнул негр, покуда я уже завладел ближайшей чашкой.

Кейт была одета вполне обычно, никаких больше демонстраций полуобнажённого тела. Впрочем… ныне я отнёсся бы к этому куда как проще.

Поймав мой взгляд, девушка скупо улыбнулась, но шагнула ближе к Коннору.

– Да уж, намечается очередная игра, – нахмурился Коннор. – Думаете, будет новый народ?

– Наверняка, – услышал я шум луча в коридоре, но не стал выглядывать, чтобы посмотреть, кого там снова принесло. – Кстати, вы появились здесь первыми?

– После Дерека с Моникой, – пояснил Коннор.

– Как всегда, – проворчал Джером, нюхая кофе, будто эстет, определяющий, быстрорастворимую бурду подсунули или настоящий, из кофейных зёрен.

– Я кажется кое-что понял, – подался я ближе – через столик, – Эхо телепортирует тех, на кого нет внимания посторонних людей. Может камер или ещё чего.

– Мы были дома… – приоткрыл глаза Коннор и по-девичьи ойкнул.

Я хмыкнул.

– Ладно тебе, взрослые люди.

Кейт смутилась, шагнула ему за спину. Джером хохотнул, по-отечески покачал головой.

Из коридора донёсся шум и порция отборных матов.

– Это Рон, – сжал Коннор челюсть. – Чёрт, пусть там поторчит. Может Моника не сдаст нас и получится немного посидеть без его присутствия?

– Ты что, – улыбнулся я, – не хочешь услышать новую историю про говно? Или про то, что же всё-таки случилось с его домом?

Он закатил глаза.

– Знаешь, обойдусь…

– А где твой друг? – тихо выглянула Кейт из-за его спины. – Тот… болтливый?

– Тони? – бессмысленно уточнил я. – Я с ним общался прямо перед телепортом. Значит он просто где-то на виду. Надеюсь, мозгов куда-то отойти хватит, иначе… Сука, иначе не знаю, что случится, но интуиция подсказывает – ничего хорошего.

– Страшно, – дёрнулся Джером. – А если я буду посреди толпы? Где-то в ТЦ или в метро? Как я… э-э… скроюсь?

– Писк, судя по всему, раздаётся заранее, – предположил Коннор. – Скорее всего у тебя хватит времени сойти из вагона и спрятаться в туалете метро. Или как-то скрыться от всеобщих глаз.

– А если, – тихо произнесла Кейт, – пробка? Или поезд сломается?

– Вопросы, ответы на которые мы не хотим знать, чтобы не получить новую фобию, – криво усмехнулся я.

– Еба-а-ать! – раздался голос за моей спиной. – Вот где мои крысята схоронились. Прячутся от папочки.

Насмешливо лыбящийся Рон оттолкнул меня от стола, завладев чашкой кофе, после чего тут же сделал мощный глоток.

– Ты из леса сбежал? – выгнул я бровь. – Или не пил всё время с предыдущей игры?

– Во умный, а! Нахуя спрашиваешь, если и так всё знаешь? – хмыкнул он, изучая нас, будто в первый раз. – Джером, хера ты модник! На помойку теперь выбрасывают не обблёванные кофты?

– Я переехал, – неохотно заявил он.

– Кого переехал? – захихикал Рон. – Своего чёрного дружка? Это его вещи ты спиздил, когда он подох?

– Эй! – возмутился Коннор. – Как насчёт фильтровать базар?

– Пошёл в жопу, – глотнул он ещё кофе.

– Да не, мне нравятся слова Коннора, – улыбнулся я. – Ты один, нас трое. Кейт тоже может что-нибудь сделать – облить тебя кофе, например. Может стоит немного размяться перед игрой, а, Рон? Сломать одному наглому уебану пару костей, чтобы ему сподручнее было драться с монстрами?

– Я к вам со всей душой! – сменил Рон пластинку, попутно скорчив рожицу. – А в ответ получаю лишь соевое нытьё латентных куколдов. Где мой друг Тони? С этим пидором хоть весело было.

– Кажется я слышу телепорт, – оглянулся Джером.

Все замолкли, различая звук луча. И, сразу за ним, многоголосый хор.

Выглянув в коридор заметил верещащего Тони, сжимающего в руках меч, который ранее вытащил из арсенала. Только вот мне показалось, что длина лезвия у него непропорционально здоровая, метра на… два? Блядь, как он его в руках вообще держит⁈

Напротив болтливого придурка, – самурай, мать его! – с пола медленно поднималось четверо латиносов, орущих исключительно матом. Испанским матом!

– Иэн! – взвизгнул Тони, крутя мечом, на который с ощутимым напряжением косились Моника и Дерек. – Это они! Те суки, которые вальнули нас! Иэн!

– Я тут, – нахмурился я, скрестив руки на груди. Из комнаты отдыха выглянул ухмыляющийся Рон.

– Я же говорил, – хохотнул он. – Где этот мудак, там сразу начинается шум и гам.

– Как насчёт съехаться? – посмотрел я на него.

– Не, чувак, ты не в моём вкусе.

– Разбил моё сердце, – хмыкнул я, в кое-то веки признав, что шутка реднека вызвала что-то, помимо желания пробить себе лоб ладонью.

– Что за хуйня⁈ – поднялся первый латинос. Ему было где-то под тридцатку. Крепкий, широкоплечий, явно посещающий качалку или хотя бы турнички во дворе. Под глазом была вытатуирована слеза. Если не путаю, в местных бандах это знак, что носитель кого-то убил.

– Мигель, мы чего, откинулись⁈ – покосился на него второй, бритый под ноль.

– Ебать, где мы? – одновременно с ним выдал третий, самый младший на вид, около двадцати.

Последний поднялся молча, изучая Тони, а потом и остальных.

– Ты нас порезал, – названный Мигелем ткнул пальцем в Тони.

– И ещё раз порежу! – воинственно махнул Тони мечом. – За то, что пристрелили меня!

Чего-о?.. Это трусливое чмо реально кого-то убил⁈ Я думал Тони как всегда привирает!

– Что за бред? – лысый смачно сплюнул на пол. – Блядь, парни, это больничка, похоже.

– Позовите копов! – махнул младший в мою сторону. – У этого придурка мачете!

– Это меч, тупорылый гондон! – гаркнул Тони. – Иэн, я прикончил их, отвечаю! Эхо перенёс их вместе со мной!

– На кой-хер ты убил их? – зажмурился я, мысленно застонав. – И как это сделал⁈ Затыкал мечом каждого, пока они на тебя пялились?

– Через стену, – пробурчал он. – Меч режет вообще всё, я проверил. А за ними… проследил до дома, а потом подошёл к стене и увеличил длину лезвия, которое прошло через камень и порезало их. Стена, кстати, обвалилась потом.

– Это какой-то сон, – закрыл глаза самый молодой. – Или приход. О, точно! Я снова обдолбан, да?..

– У меня пушка пропала, – выдал молчаливый латинос. Я рассмотрел шрам у него на подбородке.

– Не сходится. Ничего не сходится, – хмурился Мигель. – Блядь, валим отсюда!

– Ходи и бойся, псина, – глядя на Тони, бритый провёл пальцем себе по горлу. – Порезал он нас, ха!

Тони что-то нажал на рукояти меча, после чего… Дерек успел подскочить, перенаправив меч не в сторону латиносов, а в потолок. Лезвие врезалось в непроницаемый барьер, скользнув по нему, как по маслу, после чего меч выскочил из рук Тони.

– Совсем дебил? – услышал я тихие слова Дерека, покуда латиносы запоздало дёрнулись и закричали на испанском. К этому моменту уже вся наша компания стояла в коридоре и молча наблюдала это долбаное шоу. – У нас намечается игра. Понадобится любое мясо, – жёстко встряхнул он болтуна, а потом отвесил ему смачный подзатыльник.