![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nersial-si-366130.jpg)
Текст книги "Нерсиаль (СИ)"
Автор книги: Allarent Antares
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)
Глава 22. Свобода Выбирать
Бывают такие сны, когда понимаешь, что все грёзы – всего лишь грёзы, игра подсознания. А бывает явь неотличимая ото сна. Тени танцевали в глазах, искажали действительность, мне казалось, что мир поднял якорь и отправился в центр шторма. Пока не смог ухватиться за единственный образ.
Какая-то палка, сидящей под ней угловатый человек, он весь был в чёрном, словно вышел из тех самых теней. Нет, то была не просто палка, что-то на конце… лезвие?
– Баланс, – прошелестело внутри. – Не забывай сохранять баланс. Дашь волю сердцу – поглотят эмоции, останешься опустошенным и разбитым. Отринешь его доводы и не заметишь, как перестанешь быть человеком, став полым роботом. Сохраняй баланс между разумом и душой, его суть – мастерство, источник – опыт и забытие страха ошибок. Его сила – движение на верх – человеческий путь.
Истощенная фигура начала таять, кусочки золотыми пазлами отрывались и растворялись во мраке наваждения. Мои губы неслышно что-то прошептали. Согласились? Опровергли? Попрощались? Пообещали не забывать?
Тени сгустились, темнота затопила сознание. Сон? Да, сон, мне нужен сон, надеюсь я его не забуду, как прошлые…
Но что же я сказал?
Уже забыл? Или не помнил?
Кажется… вот оно! Чтобы разгадать мир, следовало выбрать чёткую дорогу и потому:
– Я знаю.
***
Неделю спустя.
Кто же знал, что на территории местной больницы есть уютная аллея для "выращивания" свежего воздуха. В городской среде вещь как-никак полезная, особенно для пациентов, коим это необходимо для скорого выздоровления, фитонциды, все дела… Но я здесь по другой, по крайней мере, для себя причине.
Здешняя семейка дроздов выбивала дупла почти целый день под аккомпанемент пищащих воробушков и мирно жужжащих насекомых. Кого-то такие звуки раздражали и заставляли спрятаться под подушку, предварительно закрывшись в шкафу. Но на меня находило странное чувство, будто больше не существует неизвестного и непонятного, будто теперь я могу всё, в том числе исполнить данное обещание, маленькое, но от того не менее ценное.
– Чего рисуешь? – старческое кряхтение водрузившейся рядом подруги напрочь испортило всю идиллию. Пришлось оторваться от увлеченного вождения карандашом.
– Уже нечего, – я тоже откинулся на спинку лавки, скептически осмотрев Милли. – По-моему, мантия классической волшебницы шла тебе больше больничной робы.
– Кто бы говорил, – девушка хотела бы пихнуть меня локтем за колкость, но быстро вспомнила об опасности резких движений.
– Как она? – уже серьёзней спросил я, нервно поглаживая белую ткань меж крыльев расстёгнутой куртки. Холодает.
– Всё будет хорошо, – улыбнулась одноклассница. – Рану затянуть было несложно, но на восстановление и вывод остатков чужеродной энергии из организма уйдёт определённое время. Да и мои силы теперь никакущие, – развела руками Милли.
– Спасибо, я… – было повернулся в сторону личного мага-спасителя. Наверное, она нас обоих.
– Не стоит, – неопределённо помахала рукой Милли. – Считай, квиты… Только подумать: настоящие Боги живут по соседству…
Пару минут мы наблюдали за сломанной экосистемой. Тепло как летом, но это не на долго, скоро перелётным птицам придётся покинуть наши края, а людям закутаться в громоздкие шубы и широкие пуховики. Сбоев в природе больше не будет, на севере так точно…
– Что дальше?
– Одиннадцатый класс, сдача экзаменов, распиаренная взрослая жизнь? – предположила Милли. – Но не для нас.
– Не для нас, – подтвердил я. Двое из тринадцати архидемонов мертвы, десятки тысяч их сподвижников пали в последней битве наряду с доблестными жертвами ангелов и ечгилов. Фииниторис и Лиместия как раз занимаются зачисткой выживших. – Из того ада выкарабкалось не больше сотни, а нужно отбить у тьмы целый мир. Козырей в колоде на осталось. Конец?
– Ну не скажи, – сложила руки на груди Миллиан. – А как же мы?
– А что мы? Мечник-неудачник и недоученная волшебница без маны, – жестоко констатировал я.
– Самокритично, но меня можно было и не приплетать к неудачникам, – девушка вздохнула. – Бальгор был восьмым архидемоном.
– Но я ведь, даже с заимствованной си…
– Теперь будет – мы, – Милли протестующие подняла палец вверх. – МЫ станем сильнее, найдём разбросанные по миру силы ангелов и ечгилов, соберём всех, кого сможем, под знамёнами двух богов. Возможно, справимся, когда-нибудь…
– Невозможная задача, – сказал я, вставая. Нужно повидаться с сестрёнкой.
– Ага, – поддержала Милли. – Хорошее хобби получится.
– Ты собираешься в свободное время спасать мир, сумасшедшая? – брови сами собой поднялись выше. – Типа "Кей, ты свободен на выходных? Пойдём замочим архидемона!"
Девушка только прыснула в кулачок и зашагала под тень белых стен. Я заковылял следом.
На лавке остался лежать лист бумаги с тёмно-серым пятном, внутри которого сверкала пара рубинов. С обратной стороны мелким выведенным на коленке почерком виднелась надпись: "Прощай, друг".
У палаты я нашёл обеспокоенных родителей. История о подвергнувшихся нападению подростках в парке кое-как сошла за правду, учитывая наше бедное физическое состояние. Милли до сих пор с трудом ходила в силу прошлых травм, я же почти не шевелил пальцами левой руки. Даже так укоров и разборок избежать не получилось. Но они сошли на нет, когда врачи сообщили, что состояние Каи улучшается. Через несколько дней она смогла немного поговорить, однако большую часть времени также проводила во сне.
– Такими темпами скоро и на ноги встанет, чудо не иначе! – не переставал удивляться доктор.
Когда оправились, помогли разобраться с осколками демонической армии, трудностей это не составило, но что куда интересней…
– Небо, – удивлённо замер я. – Оно… чистое?
– Нашими стараниями, – улыбнулась Милли.
И правда, над головой лазурным парусом распростёрлась свобода. Но за горизонтом было ещё достаточно "злых" красок.
Учёба, тренировки, подготовка, пробежки смешались в едином потоке бытия. Я позвонил Лимерис, рассказал ей о случившемся, о её… родственнике. Это было правильно, она имела право знать правду. Вопреки грустным ожиданиям, бывшая одноклассница сказала, что раз больше нет дедушки, то нет резона оставаться не пойми где. Вернувшись в Таирс, Лими и вовсе заявила желание присоединиться к маленькому отряду по освобождению от демонической коррупции. Тогда это прозвучало амбициозно и многообещающе.
Жизнь же оказалась сложней. Следовать выбранным целям, не предавать самого себя, пытаться расти, не видя результатов. Видимо, не все пафосные слова существуют только ради пафоса. Изначальную уверенность быстро смыло, особенно если думать в планетарном масштабе, но вся команда не хотела отступать. Став выпускниками, сумели поступить в один университет в крупном городе на другом конце Эльдрсатена. Ну… так думали родители, на самом же деле вместе с крылатыми друзьями мы бросились в череду сражений, по началу это больше походило на комариные укусы в теле слона, но чем дальше – тем больше союзников вставало на нашу сторону. Сотни ангелов и ечгилов, несколько одаренных магов – и мы только набирали обороты!
Через пару лет, чудовищными усилиями над родной страной пропало алое марево. Знакомые боги объявили всему миру по каким-то метафизическим каналам о своём возвращении и ряды армии освобождения пополнялись сотнями, если не тысячами. Не оставаясь в накладе, демоны собирали разрозненные силы.
Грянула война. Настоящая, кровавая и жестокая. Мы пешками на доске носились от одного края единственного материка к другому. Двенадцатый архидемон Дезраис пал лишь усилиями троих подростков. Но на этом праздники закончились: потери неудержимыми росчерками пера неслись перед глазами. Многие друзья и просто хорошие воины, будь то ангелы или люди, отдали жизни за последний день.
Лимерис опасно ранили за четыре года до конца, ей пришлось вернуться в Таирс и ждать завершения компании. Девушка так сильно упиралась, не желая отходить от дел, что мы с Милли были вынуждены усыпить подругу и под присмотром доверенного лица отправить посылкой к родителям.
Климат выравнивался, цифры пожаров стремительно уменьшались, десятки и сотни тысяч людских жизней были вырваны из лап смерти, небо разрасталось голубым гигантом. В душе же расцветало странное волнение.
"Как тогда, при Таирсе…" – подумалось мне, когда все действующие силы расположились палаточным городком перед последней преградой на пути к победе, к торжеству.
Последние три архидемона: первый, второй и шестой, и миллионы пешек на их стороне. Около двух тысяч ангелов и полутора тысяч ечгилов с тремя сотнями неравнодушных людей в противовес концу мира.
– Одиннадцать лет и финал близок как никогда… – пробормотал я, глядя на закрытый пламенем град, огненным сугробом вбирающий снежинки усмирённых смертью демонов. Кажется, столица какого-то небольшого государства. Парийс или как-то так.
– Сентиментальность? – высказала предположение Миллиан. За годы её огненное рыжие волосы частично побелели, мало кто выходит из сражения с судьбой целым… – Не бойся, вернёшься ещё к своей "Лими".
– Сохраняю баланс, – проигнорировал колкость я, отрываясь спиной от дерева и поправляя кольчугу.
– Меня-то…
– Не обманешь, – кивнул я. – Сейчас всех стережёт тревога.
– Кажется, Кая в этом году заканчивает мед. институт? – девушка зарядила удар ниже пояса. – Я видела её парня, он такой милаха, хочет с тобой поболтать… впрочем, ты же не думаешь внезапно помереть? Последний рывок… Нельзя ошибиться.
Неизвестно кого Миллиан успокаивала больше, возможно себя, возможно всех тех, кто невольно подслушивал разговор основателей сопротивления.
– Когда закончим тут, куплю тебе мороженное, в Таирсе, за самонадеянность мирового масштаба.
– А ты говорил "невозможно и бла-бла-бла" – по-детски важно напомнила Милли и сравнимо серьёзней добавила: – не забудь про мороженное.
Мы не видели, но знали, что соратники, начищающие до блеска оружие, немного улыбнулись. Да, мир, осталось всего ничего, вызов, невзначай брошенный одиннадцать лет назад… даже смешно, похоже на…
– Хороший сюжет для героического фентези, – отметила Милли. Зуб даю, что она докопается до какого-нибудь писателя, чтобы тот издал книгу с пафосным названием аля "Вы нам не поверите, но мы спасли мир". Хотя, честно говоря, люди пусть и внесли свою лепту, но восемь из тринадцати архидемонов убито пернатыми друзьями, а трое ещё живы и ждут нас. – Что скажешь?
– Шаблонно, – отозвался я.
– Отнюдь! Ты же про мой сюжет говоришь! – начала Миллиан.
– Ну и что? А мне теперь в Мери Сью ли перевоплотится? Или…
Этой ночью никто не спал, слушая стандартную перепалку командиров, слишком много напряжения, слишком сложно даже закаленному во многих битвах с ним совладать.
На восходе все три тысячи восемьсот пятьдесят три воина выступили в последний раз, в последние сражение, многие знали, что не вернутся живыми, но бездействие ещё мучительней.
Всё внимание было обращено на фигуры двух богов, на фоне восстающего солнца. Сегодня они выглядели по-особому… по-особому… просто по-особому. Крылья Лиместии необычно нервно для неё подрагивали, такое бывает у молодых ангелов, но чтобы богиня теряла самообладание… Если бы не разговор с Фиинитроисом парой часов ранее, то я бы всерьёз забеспокоился:
– Мы не справимся, – с ходу заявил подошедший ечгил.
– Мы попытаемся, – спорю с богами, до чего жизнь довела…
– Умереть? Не теряй голос разума, такое количество демонов, да ещё с тремя предводителями… стоит взять хотя бы позапрошлого, третьего архидемона, – Фин задумчиво посмотрел на Парийс.
– Балтакрид? – вспомнил я. Да, тогда мы едва не померли всей толпой, ещё немного и чёртова во всех смыслах гора обрушилась бы на голову. – Может, это и так. Но ты ведь понимаешь: повернуть нельзя, иначе годы до потрачены впустую.
– Мы, – Фииниторис явно имел ввиду ангельско-ечигольскую братию. – довольно провели бок о бок с людьми, мы увидели, что они… что в нас больше нет смысла. Переживая тёмное время, люди научились сами справляться с бедами и невзгодами, решать проблемы, лежащие за гранью их собственного понимания… боги более не нужны.
– Решил уйти красиво, – понял я.
– Решил остаться на страницах истории светлым пятном, – поправил Фин.
"Миллиан не простит, когда узнает, что они сделают. И потому ей нельзя говорить. За этим он и пришёл"
Летнее солнце блистало среди травы, каждым лучиком отражаясь от каждой капельки росы. Большинство резонно считало, что не увидит её снова.
– Сегодня никто из вас не умрёт, – громогласно заявила Лиместия, заботливо смотря на свою маленькую армию, как на подросшего малыша. – Сегодня мы обретём долгожданную победу.
– Сегодня, – подхватил Фин. – наш мир очистится от гнёта демонов и…
Тысячи перьев от мала до велика засияли раскалённым золотом. Костяные клинки собратьев разлили вокруг блеск начищенного серебра.
– … БОГОВ!
Восковыми куклами все ангелы и ечгилы обессиленно попадали на землю. Звуки десятков падений ещё не успели перебиться беспокойными криками людей, как два силуэта, впитав свет товарищей, луной и солнцем, двумя разными стрелами сорвались в единый полёт.
Миллиан дёрнулась в след, но я вовремя схватил её за плечо.
– Отпус… – возглас девушки потонул во взрыве, дошедшего от города волной рассевшегося багряного пламени.
На берёзках весело дрожала паутинка, в траве звенели кузнечики, словно кто-то потерял скрипку и невидимые руки лесного духа дали волю музыкальному таланту насекомых. Ни что не будет таким же как вчера, но, выбирая, мы можем направить изменения в себе и вокруг так, чтобы наш мир стал лучше. Кто спасёт его, а кто поможет одинокому человеческому сердцу, или вовсе приютит с улицы голодную кошку – разница лишь в количестве затрачиваемых усилий, ведь качество, суть любого действа, одна – свобода выбирать.
Эпилог
– Это всё? – на меня уставились пронзительные зрачки неизвестного создания.
– Нет, ещё помню был момент, когда Миллиан прибежала в слезах со словами «Боже мой, Кейчик! В моей палатке гигантский тарантул! Почему ты позволил той девчонке из джунглей вступить к нам?! Как спать-то теперь?! Я ведь на дух не переношу павуков!»
– Не было такого! – выкрикнула девушка, сбросив маскирующие заклятье и чуть не подавившись мороженным.
– Спалилась, – тихо констатировал Писатель.
– Не будешь подслушивать чужие разговоры, – возможно, мы и шутили, но в реальности струна напряжения натянулась до предела. Я не против поболтать о минувших днях, но когда обретённый столь высокой ценой мир может рухнуть под ногами одного невероятно сильного существа… – Я всё рассказал.
– Это вовсе не допрос, – помахал пером Писатель, будто бы пытаясь убедить нас в отсутствие оного. – Но почему так коротко с одиннадцатилетней войной?
– Ты спрашивал о том, как всё началось, я и так рассказал больше положенного, – я покачал головой. – Просто…
– Тогда, – перебила Милли. – всё смешалось в бесконечность битв, лишений и сложностей, нечего там рассказывать.
– Понятно, – Писатель задумчиво глянул на небо, словно пытаясь разглядеть что-то в полёте чайки. В это время года они тут бывают, близость северных морей как-никак. – Думаю дополню, переделаю некоторые моменты и сойдёт, а пока… нам нужно прощаться.
Гость поднялся с явным намерением сбежать по скорее. Слишком резкая смена настроения.
– И никаких ответов? – осторожно спросила подруга.
– Скоро вы их получите, – Писатель, ослепительно улыбнувшись, весело отсалютовал и исчез во вспышке белого цвета.
– Чёртовы высшие со своей безграничной силой, – отходя от шока, проговорила Милли, выдыхая облачко пара.
– По осторожней с выражениями, милая, – предостерёг ледяной во всех отношениях голос.
На миг глаза волшебницы округлились, до меня тоже дошло. Явился наш таинственный добродетель… от которого сбежал с виду дружелюбн… ое создание.
– Мог бы и помочь! Скаред!
– Книжный червь! Когда ты успела докопаться до классики двух вековой давности? – из голубых снежинок перед нами сформировался молодой парень с серебряно-серыми волосами и янтарными глазами, со светом которых на фоне золото-ледяной брони не сравнились бы и десять солнц.
– А когда в полномочия таких, как ты, вошли обзывательства и препирательства с простыми смертными? Или опять будешь отмазываться «сложный контролем», – последнюю фразу Милли произнесла как можно неестественней.
Вестник Нового Начала лишь улыбнулся, как улыбается мама-птица, смотрящая на впервые вылетевших их родного гнезда птенцов. Дурацкое сравнение.
– Он ещё и лыбиться! Кей, врежь ему! – Миллиан взбесилась не на шутку.
– Это ещё зачем, разве он не… – я спокойно посмотрел на девушку.
– Ты не понял ничего? Он играл нами, как фигурами на шахматной доске! Подцепил обоих, браслет с мечом в руки и вперёд махаться с демонами! Такая политика у сильнейшего человека во вселенной?
«Сильнейшего человека?» – нервно сглотнул я, подушечками пальцев ощущая исходящую от него мощь, на таком уровне нельзя даже предположить превосходит ли он самоназванного Писателя или нет. – «И вот этот монстр человек?!»
– Да, во мне от человека уже давно одно лишь название, – икнул на ответ… на мои же мысли?
– А мои, значит, лень было читать? – если ничего не предпринять, то боюсь, что и без того шаткое самообладание подруги рухнет. Глядишь и с кулаками наброситься… или айсбергом раздавит. Размером с небольшую гору.
– На физическом плане вряд ли, – покачал головой пришелец. – но я здесь не для ссор. Если вы ничего не поняли, то тогда я ошибся в вас и зря сюда пришёл одной и бесчисленного количества капель силы.
Я прикоснулся ладонью до руки Милли, но та лишь оттолкнула ладонь и, сделав несколько глубоких вздохов, пришла в себя.
– Что тебе нужно, милый? – таким же ледяным голосом спросила колдунья.
Внезапно меня осенило. Столько лет я задумывался над тем, что дальше, что будет после всего? После смерти. Неужели конец – это конец и ничего не лежит за гранью? Есть ведь и демоны, и ангелы, и ечгилы, и другие миры, человеческая душа, перерождения…
– Вы достаточно задержались на материальном уровне, – «человек» отнял руку в сторону и, очертив круг, сформировал двухметровое окно синего цвета. Словно в образцовой луже, по нему расходились круги. – Вселенная в хаосе, параллельные миры смешались, многие в процессе были уничтожены. Такие, как ваш, чудом смогли выжить, но законы мироздания уже никто не починит. Я нуждаюсь в сторонниках, а вас здесь больше ничего не держит.
Мы с Миллиан переглянулись.
– Ты с Каей и Лими виделся?
– Ага, а ты с семьёй?
– Угу.
Через мгновение в свете портала исчезли три размытых образа. Маг, мечник и сильнейший человек.
Где-то в хламе не распакованных коробок плотной тканью укутались огромные полотна неизвестного художника с псевдонимом «Нерси». Рядом чуть дружней собрались несколько увесистых томов «Магии для чайников» и «Тени эмоций или зло среди нас», не говоря о коллекционном «Свет отчаянья, как ваша стратегия выживать».
Возможно – найдут, а, может – сгорят.
Конец
***
Ледяная Туманность Льва.
Вечный Дворец Судеб.
Личные покои № 4.
Надпись на входной табличке:
«Ведьма Танцующих Снежинок.
Без спроса не входить.
Кусаюсь»
От поцарапанного сапфира до сих пор веяло заржавевшими толиками могущества и мудрости. Множество знаний и тончайшее устройство усиления, несколько вплетённых защитных заклинаний, пара атакующий и короткая фраза, состоящая из незнакомых символов. Лишь спустя сотни лет властительница морских волн сумела разобраться в работе браслета. И языке.
«Мои цветы распустятся лишь в руках не ведающего страх»
Подпись:
«Сельн Мэл»
– Я всё думала: на что похож узор на кайме? Теперь вижу. На цветок.