![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nersial-si-366130.jpg)
Текст книги "Нерсиаль (СИ)"
Автор книги: Allarent Antares
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 2 Очнуться и Забыть
– Не мешайтесь…
– Кей, что с тобой!?
– Почему его лицо…
– Смотрите, он почти очнулся!
Все как в тумане, щёки щиплет, в глазах мелькает какой-то свет, чьи-то силуэты надо мной… я сплю?
– Пустите… – мои губы что-то произносят. Но я не могу понять…
– Дайте мне… – я ведь не собирался ничего говорить…
– …жить…
«Это говорю не я!»
Свет снова погас, куда-то проваливаюсь…
«Но я хотел бы так сказать»
– Какого шмеля?! – вскрикнул я вместе с резким подъёмом в положение сидя. – Кха-кха-кха!
– Тихо, тихо, – со знанием дела успокаивал знакомый голос. – Вот, выпей.
Едва разлепив глаза, я уловил взглядом емкость с, предположительно, жизненно важной влагой. Забрав её из чьих-то морщинистых рук, я жадно припал к источнику.
– Фу-у! – немного открывшиеся глаза единовременно распахнулись до физических пределов от принятия неизбежности пытки лекарствами. – А просто воды не нашлось? Кхе-кхе!
– Это специальная лечебная настойка для провалявшихся всю ночь на земле учеников, – с нотками дружеского сарказма отвечал переставший быть безликим голос.
Его, как и самого человека, я быстро узнал. Перед мной на соседнем сидении разместился Феллиар Леронович или, среди учеников, профессор Фелл. Учитель истории был уже не молод и мог похвастаться мягкими чертами лица, набором качественных перстней, множеством морщин и добрыми глазами, а также кучей запасных очков и прекрасным гардеробом свитеров. Сейчас он был в одном из своих любимых: с счастливой мордочкой лягушонка по центру, и в тёплых джинсах в придачу. Живя и работая в окружении молодого поколения, наверное, невольно и сам будешь пытаться ему подражать.
– Ты как, Кей? – уже серьёзней спросил профессор Фелл, заглянув в загруженные мыслями глаза.
Я понемногу вспоминал недавно произошедшее, одновременно разминая затекшую шею.
– Вырубился прямо по среди ночи? – ответил я вопросом на вопрос. Тут бы ещё самому разобраться, что к чему.
– Не то слово «вырубился». Твои соседи тебя потеряли, отправились искать и весь лагерь на́ уши подняли! Но даже так мы только часам к пяти утра заметили чёрно-синюю куртку, торчащую из кустов рядом с рекой, – активно жестикулируя принялся рассказывать Феллиар, ничуть не смущаясь тихих смешков в автобусе. – Перепугал ты всех знатно!
В кустах? У речки? Но я точно помню, как шёл к туалетам, чтобы найти Милли! Что за чертовщина?!
– А ещё, – профессор Фелл заметил мой удивлённый взгляд и решил добить. – ты улыбался, как ненормальный, и нёс всякую чушь.
– Например? – я озадачено уставился на учителя. Как будто мало потрясений, но ведь, когда только очнулся, то и правда что-то говорил. Вспомнить бы…
– Ну-у, я мало чего разобрал из этих бредней, так ведь… а что собственно произошло? – Феллиар вспомнил, что задавать вопросы вообще-то должен он.
– Всё как тумане… Помню, как шёл в туалет, затем темнота…
«А ещё беготня по волшебному лесу голышом с мечом наперевес, но это уже мелочи» – добавил про себя, мысленно похвалив себя сообразительность.
– … ещё обрывки того, как меня кто-то будил, избивая и купая в холодной воде.
На последних словах профессор лишь хмыкнул.
– Пытались тебя ободрить, а ты, не успев полностью проснуться, обратно задремал. Выпей ещё! Не припомнишь, у тебя в роду не встречались подобные… случаи? Так или иначе, надеюсь, что Маргоси Дефтер сможет с этим разобраться. И даже бесплатно.
– Ещё бы я платил собственной матери, – я скептически глянул на Феллиара, поздновато осознав, что веду себя чересчур резко, нужно играть свою роль пока не найдёшь ответ… – Нет, такого в нашей семье не припомню, но обязательно уточню.
Через силу хлебнув гадкого снадобья, даже не желая узнавать из чего оно, я нормально сел, развернувшись к остальной части автобуса. Другие учителя расположились в начале машины, меня же под наблюдение профессора Фелла уложили на несколько сидений в самом конце, укрыв моей же курткой. Остальное пространство захватили перешептывающиеся головы одноклассников и их сумки. Моя, кстати, была рядом с сидением.
"Всё произошедшее – правда?«– нервно потёр висок. – «Нужно выспаться нормально и всё обдумать»
С такими мыслями я уставился на пейзаж за окном. Птички летают, сосенки мелькают, травка, кустики, указатель, мохнатик, облачко…
Я ме-е-едленно повернул голову в противоположную сторону. И наткнулся на вопросительный взгляд учителя.
– А-а, заметил, как над тобой поработали насекомые, пока ты отдыхал на их домиках? – улыбнулся профессор Фелл. – Погоди, у меня тут где-то мазь была от укусов.
Д-да, гору зудящих красных точек я уже успел рассмотреть, но… Никого не смущает парящее за окном ушастое создание с красными глазами?! Только меня? Блеск!
Спокойно. Я не обычный глупый школьник, соберись. Потребуется локальное исследование.
– Феллиар Леронович, – начал я.
– Да? Держи мазь, – он подал мне небольшой беленький тюбик с тонной мелкого шрифта.
– Спасибо! Но… э-эм, как вам вид из окна? – максимально безучастно спросил я, заодно немного отодвинувшись, так как сидел к стеклу ближе и мог загораживать обзор.
– И не говори, лесные пожары совсем экологию планеты подкосили, в этом году люди столько не вырубили, сколько выжег огонь, – негодовал профессор Фелл. – Говорят, это плохой знак, в религии так вообще по всем колоколам бьют.
Ну всё. Шиза. Похоже, теперь я стану персонажем какого-то дешевого мультика, где главный герой научился видеть духов! Класс! А потом он обнаружит себя в палате с мягкими стенами…
Какое-то время я втыкал в окно, рассматривая выжженные участки леса и старательно игнорируя танцующего монстрика. Не кидаться же в него горьким лекарством? Пожалуй, странностей в глазах других участников нашей маленькой загородной экспедиции я и так набрал прилично. Стараясь не выдать растеряно-возбуждённого состояния, погрузился в собственные мысли.
Где взаимосвязь между событиями? Я отчетливо помню, как произнёс… слово-которое-лучше-не-называть и оказался… А зверь… что он здесь делает? Плохо понимаю, что происходило, когда я проснулся, всё так обрывисто… Тем не менее очень ярко помню каждый момент ненормального сна, все ощущения, особенно касание меча и… Мир оказывается ещё способен удивлять. Но в любом случае непонятно, что мне с этим «сюрпризом» делать… Глаза чуть ли не собой сами закрываются….
– Что же это всё-таки было?
«Я сказал это в слух? Да уж, мне не помешает выспаться. Если меня нашли к пяти часам утра, то недолго-то я отдыхал в кустах»
– Ребята говорят, что тебя напугал и хотел утащить в логово лесной монстр, но потом передумал, решив, что здесь не наесться толком, – «весело» пошутил профессор Фелл, решив, что вопрос адресовался ему. Наверное, учитель хочет немного разрядить обстановку.
– И так получилось, что я в детстве слышал одну историю… – драматическая пауза, часто применяемая и на уроках. – … о Лесном Монархе!
– Может, лучше не надо? – жалобно попросил я, игнорируя короткие смешки от ближайших сидений и понимая, что остановить историка, если уж он начал, не получиться.
– Не противься, глядишь и тебе полегче будет. А… впрочем, слушай! Ещё во времена, когда у моего деда был дед, а у него – бабка, ходила по окрестным деревням легенда о Лесном Монархе. В ней повествуется, что тот, кто в странствии своём рискнёт заглянуть в леса здешние, того на входе остановит рёв Лесного Монарха, владельца леса. То был огромный монстр, своим дыханием вырывающий клочья земли, ужасающей поступью вызывая катаклизмы, а перед ударами его тёмных, как ночь, когтей в страхе тряслись даже самые несокрушимые горы. Одного его гласа хватало, чтобы герои обращались в бегство, странники искали обход, а деревья с треском ломались, не выдерживая напора. Но те, в чьих жилах кровь была лишена страха, и кто мог войти в лес, встречались Лесным Монархом, как дорогие гости, им он показывал владения свои – леса, горы, водопады да нескончаемое множество дивных животных и растений. В плату просил лишь одно: чтоб добрым словом помянули его за пределами леса. С тех пор немало лет минуло, сейчас дух лесов ослабел и более не добр к смелым странникам, их жизни он пожинает, дабы восстановить свою. Вот!
– Вам только в театре выступать, Феллиар! – крикнула учительница физкультуры с первых рядом разошедшемуся не на шутку историку.
Кого-то его рассказ напоминает. Я сощурил глаза в сторону махающего мультяшными ручками жителя одноимённого места, полного подозрительно волшебных существ и явлений. Он исчез?!
«Неужели всё это мне только мерещилось и не более?» – я вздохнул с облегчением. Или же с разочарованием?
– Скоро будем в городе! – объявил водитель. Народ начал суетится, подтягивая сумки поближе, убирая наушники и телефоны.
И правда, сквозь остатки леса были видны городские здания. Спустя несколько минут автобус притормозил у дверей школы, откуда учеников активно разобрали родители. Поскольку отец то и дело пропадает в командировках, заключая всякие договора от лица фармацевтической компании, где он работает, меня забирала мама.
– … едва придя в сознание я увидел кучу склонившихся надо мной людей, сначала даже не понял, кто они, но через время дошло, что это мои одноклассники и учителя. Они вроде были чем-то обеспокоены, но моё тело начала бить мелкая дрожь, так что мне было не до них. А потом я потерял сознание.
Я сидел в уютной кухне, служащей одновременно и столовой, за еловым тёмным столом, на котором остывала свежая порция пирожков по бабушкиному рецепту. Конечно, учителя сообщили маме о произошедшем, при этом не делая из этого новость для остальных родителей. Подобное происшествие может навредить репутации школы.
– Бред какой, никогда за тобой не замечала боязни лесных монстров и детских страшилок! – откровенно насмехалась над мной высокая женщина тридцати семи лет, одетая в розовый фартук с уточками, плотно облегающий стройную фигуру. Матово-черные волосы лежали в коре, а лазурные, словно небо, глаза старались не упустить из моего поведения ничего лишнего, несмотря на внешне легкое поведение. Всё-таки психотерапевт остается психотерапевтом даже если кажется, что она просто смеётся над тобой.
– Ну мама! Так всё и было! – уже в который раз я пытался объяснить этой несносной леди всю глубину своего траура.
– И теперь тебя преследуют злые духи? – она игриво ткнула пирожком в мою сторону.
Во время рассказа я слегка увлёкся, вспомнив первые секунду после пробуждения, и сболтнул лишнего, надеюсь это не станет проблемой.
– Ма-а-ам… – лишь закатывал глаза я. – Сказал же, что сейчас всё нормально!
– Ну хорошо-хорошо! Пропишу тебе ежедневные прогулки на свежем воздухе и уборку по дому, – с чувством выполненного родительского долга посветила она меня в тонкости своей профессии.
– Лучше, чем ничего, – помотал головой я и отправился к себе в комнату, не забыв прихватить пирожок с яйцом и луком.
Прелестно. Замечательно. Блистательно. Теперь ещё и мама считает меня чокнутым. Хотя, судя по её реакции, скорее наоборот, вероятно решит, что дело в каких-нибудь гормонах, воображении и мнительности. Даже не знаю, когда мама психотерапевт: это хорошо или плохо? Сложно сравнивать, особенно, учитывая, что другой матери никогда не было.
Отпирая дверь комнаты, я уже в который раз отдергивал свою руку от лица.
– Буду надеется, что мазь хоть немного поможет, – вспоминал я тот щиплющий крем профессора Фелла, одновременно с этим безнадёжно тяжело плюхаясь на стул. – Возможно, интернет о чём-то знает.
Конечно, всем, включая учителей, одноклассников и родственников, я рассказал далеко не полную версию событий. Например, проза о том, как я, думая, что чётко ощущаю каждое мгновение времени, целых шестьдесят минут, а на деле несколько часов, бегал по фентезийному лесу за какой-то мохнатой букашкой, явно придется по вкусу не каждому. Особенно родителям. Лечится от шизофрении мне пока не хочется. Почему от шизофрении, а не от богатой фантазии во время сна, на которую я и сам грешил? Да по одной простой причине.
Я посмотрел на своё левое плечо. Нет, конечно, пока я ехал домой, то пытался снова не думать, потом пытался поймать, пытался убить… но маленькое мохнатое чудище, отстреливающиеся статическим электричеством, привязалось ко мне и, похоже, не собиралось отпускать своих лапок от моей персоны!
– Ну вот и что с тобой делать? – спросил я время от времени попискивающий комочек чего-то черного. Несмотря на привязавшееся прозвище «мохнатик», он явно был не из меха. Да и эти кошачьи ушки, красные бусинки-глазки без зрачков, мультяшные ручонки без пальцев и размер не больше стакана с чаем… в общем-то мохнатик не вызывал доверия. Хотя с другой стороны ничего плохого, напротив, не делал, изредка попискивал и кусал меня за плечо, но ничего серьёзней.
– И ты-то Лесной Монарх? – ткнул я пирожком в комочек тьмы, на манер мамы. Хотя, если соотнести факты, то по поведению очень даже похож, только вместо рёва – жалобный писк, вместо когтей – миниатюрные ручонки, вместо «ужасающей поступи» – милые попрыгушки, а вместо желания сбежать – желание порешить его на месте. – Больше на домашнего хомячка похож.
Когда шок законно иссяк, я очутился меж Харибдой и Сцилой человечества со времён… да, наверное, с самого их начала и даже до него. Меж страхом и любопытством.
– Ну либо я сумасшедший, либо избранный богами герой (новенького сериала), либо два в одном. Всего-то надо разобраться какой из трёх вариантов верный.
Так что я решил взглянуть на ситуацию трезвее и найти информацию в интернете о случившемся. Но для начала нужно разложить всё по полочкам. Итак, что мы имеем? Я произнёс название предположительно моего меча, оказался вместе с ним в другом мире. Если отбросить вариант с глюками, то судя по поведению мохнатика, иной мир живёт параллельно нашему и как-то с ним связан, учитывая, что кроме меня никто его не видит, а сам он ни с чем не взаимодействует. В том месте я потерял чувство времени и… не хочется признаваться, но чувствовал себя по-особому. И дело не в эксгибиоционизме, отсутствии всех телесных ощущений, когда касаешься чего-то чувствуешь только голый факт наличия препятствия, кроме единственного реального осязания самого меча. Дело в том, что мне показалось, что я… знаком с другим миром, или как ещё объяснить, то колющее сердце ощущение? Да уж.
Запустив старенький компьютер, вбил в поисковик несколько вопросов, вроде «Вышел из тела, что делать?» или «Вижу духов». Запрос «Попал в другой мир» дал мне только кучу ссылок на фэнтези-книги. Слово «Нерсиаль», которое я всеми силами старался не забыть и в то же время не произносить от греха подальше, в интернете вообще не нашлось. Зато по оставшимся темам удалось отыскать немного информации, хотя… ну как сказать…
«Ой, у меня как-то само получилось, другой мир такой интересный!»
«Вы избраны богами, дабы выйти на новый уровень жизни!»
«Мир душ ужасно страшное место! Никому бы не советовала там оказаться!»
«Покинуть тело – это пол беды, а как вернуться обратно…»
«Все, кто говорят, что у них само получилось просто обманщики, для этого нужно упорно тренироваться!»
…
Я догадывался, что ничего толкового не найду, но чтобы так! М-да…
Другие ссылки кишили научными терминами неизвестного происхождения, некоторые сайты даже продавали магическое услуги «помощи выхода в мир душ» или что-то вроде того, а где-то и вовсе советовали обратится к экзорцисту. Так или иначе, но интернет не вызывал доверия в этом вопросе, всё слишком запутано.
– Хм, а вдруг это было разовое шоу и… – я посмотрел на весело урчащего монстрика на своём плече. – Вряд ли всё так просто. Избранным богами я себя пока не чувствую, немного хочется вернуться в то место, но… не уверен, что желаю экспериментов над судьбой. Любопытство бывает опасным…
Каждый раз думая о произошедшем, я испытывал трепет перед неизведанным, недоступным другим миром. И в то же время становилось страшно. Если другие люди узнают, что они подумают? А если я застряну там навсегда? А вдруг я и правда сумасшедший? Что бы не говорил, но жизнь по течению вместе с обществом, влияла на моё мышление. Сейчас меня буквально раздирало на части от противоречий. Хотелось рвать волосы, пинать стулья и признаться во всём произошедшем первому прохожему. Но, во-первых, волосы ничего плохого не сделали, во-вторых пинать мебель больно не только ей. И в-третьих, рассказывать кому-то о подобном сродни подписанию приговора о собственной невменяемости.
Оставив тяжёлые размышления на потом, я попытался переключиться на насущные мысли. Скоро как-никак начнутся занятия, школа, десятый класс. Смотря на мои оценки в прошлом семестре, понимаю, что придётся хорошо постараться, чтобы в этот раз достойно закончить учебный год. И не только мне.
– Бват, пвавда, фто ты вивел пвизваков? Мама скавала, фто…
– Не говори с набитым ртом, – оборвал я сестру. – Кая, прожуй сначала.
Кая и Кей. Оригинальностью мои родители никогда не отличались. Впрочем, смотря как милое создание на пороге моей комнаты глядит на меня большими голубыми глазками, доставшимися от матери, не перестаю думать:
«Что если нежелание расставаться с ней, с семьёй… имеет настоящую важность для меня, заставляя приклеивать маску?»
Порой понимаешь, что сколько не копай в глубь и ширь, а достичь сознанием хотя бы части искомых истин не выходит. Тем временем блондинка старательно запихивала в себя остатки мучного изделия.
– А что насчёт призраков… – я сделал нарочито задумчивый вид. – Оберег при тебе?
Однажды я ей подарил амулет в форме ангелочка. Мелочь, но она верит в него до сих пор.
– Да… – насторожено отвечала Кая, взявшись за цепочку, выглядывающую из-под футболки с единорогом на розовом фоне.
– Тогда не вздумай снимать, иначе… – я предварительно нашёл в левой ссылке файл со страшными звуками. – … они могут прийти за тобой!
Резко вставленная фраза и неожиданно появившиеся завывания призраков сделали своё дело: Кая с визгами убежала из моей комнаты в свою, судя по хлопку дверью.
Не очень хотелось пугать сестру, но мне нужно нормально поспать, а она ведь с расспросами не отстанет до вечера. Да кого я обманываю? Разве можно напугать двенадцатилетнюю девчонку такой ерундой? Вероятнее всего, она притворилась, чтобы потом надавить на меня через родителей, несмотря на то, что я, объективно, ничего плохого не сделал. Разве что оградил себя от глупых школьных слухов о брате-которого-чуть-не-съели-приведения. Слишком Кая привязалась к тематике оборотней, вампиров, приведений и… единорогов, а ещё боёв без правил и много к чему другому.
Засыпая, я запретил себе смотреть на пристроившегося по соседству мохнатика, запретил думать, думать хоть о чём-то кроме сна. Нужно всего-навсего очнуться и забыть…
Глава 3 Это мир полный монстров
Утро встретило не предвещающим ничего хорошего кашлем. Холодная земля вкупе с несколькими часами беспокойного сна на ней сделали своё дело. Лишнее напоминание о том, что болезнь под названием «мохнатик головного мозга» никуда не исчезла и прогрессирует, чудеса только в сказках, а нам нужно что-то делать с вывертами реальности…
"А я-то думал, что у меня хороший иммунитет" – подумалось при грустном взгляде через окно на восходящие солнце. – "Пробежаться на встречу ему было бы неплохо"
В нашей семье есть небольшая традиция, от чего-то прижившаяся только по мужской линии. Когда отец занимал менее высокую должность и дольше бывал дома, тогда мы всегда бегали по утрам. Этакий ритуал перед началом дня. Сам не знаю, когда и как привязался, став необходимостью, а затем приятной привычкой. Но ни что не заменит прохладного ветерка и той чистоты мысли, возникающей при беге.
"Мысли должны быть остры, чтобы поразить само сердце – так он говорит. Похоже на маленькую правду о большом мире, но только похоже…"
– Брат, неужели тебя заразили призраки, и ты исчезнешь, смотря на свет? – пробормотал сонный хомячок, едва выбравшись из уютной берлоги в жестокий мир без тёплого одеяла и розовых снов.
– Нет, разве что диагностирую себе философию, а тебе надо бы меньше засыпать под дешёвые сериалы, – отозвался я, попутно обходя по кривой дуге нового питомца, покачивающегося под люстрой. Нужно время, чтобы адаптироваться к чужеродному созданию подле себя, пропадом оно пропади…
Мои кульбиты вокруг центра комнаты выглядели по меньшей мере странно, но Каю, казалось, волнует либо оставшаяся в одиночестве подушка, либо желание показать себя лучшим ребёнком в семье. Кого-кого, а меня не проведёшь, интриганка:
– Стоять. А что ты забыла в моей комнате?
Светловолосый демонёнок уставился на меня снизу вверх, как на дурака какого:
– Мама прописала тебе прогулки на свежем воздухе и лекарство от простуды. Я слежу, а то "он ведь точно забудет и проваляется с температурой до зимы" – сказала она, уходя на работу.
И так, каждое утро закатывая глаза, когда сестра закатывала сцены заботы о безответственном брате, я провёл до полного выздоровления. Ни на какой свежий воздух я даже не думал выходить, погрузившись в генеалогию семьи.
"Никого с именем "Нерсиаль", никаких мечей, никаких сумасшедших – комар носа не подточит" – размышлял я, понемногу набирая скорость. – "Пусто, как и везде"
Ослепительно белые полоски на чёрной ткани проносились мимо фонарных столбов, освещая просыпающийся город новостью о вернувшимся "в строй" бегуне. Лёгкие лучи солнца россыпью тополиного пуха, взлетающего на редких порывах ветра, настойчиво бросались в глаза. Как волнительные думы о волшебном мире, они отсвечивали со всех сторон, ни на секунду не давая забыть о них. Почему-то на лицо между ритмичным дыханием ложилась тень улыбки – хотелось разобраться во всём до самой мелкой детали. Подобный запал не случался со времён впервые заданного вопроса.
– Зачем это всё?
Злобный выступ асфальта напал на носочек кроссовка, и, хватаясь за невидимые опоры, как за спасительный круг, я чуть было поближе не познакомился с подозрительным пятном на дороге. Обошлось.
– Ху-ух, – переводя дыхание, оглядывался по сторонам. – Показалось?
Словно кто-то произнёс фразу до того, как та прозвучала в моём сознании – не ошибся.
– Это всёнужно для нашего бизнеса! Приходится экономить… но так мы сможем увеличить процент чистого дохода!
Молодой парень в рабочей одежде отчаянно спорил с не менее молодой девушкой в домашнем халате и таких же тёплых тапочках. Она не давала пройти тому на порог вместе с привезённой кучей хлама в виде грязных досок, железяк и ещё чёрт пойми чего.
– Марти, я так больше не могу. Тебя ничего кроме этого идиотского бизнеса не волнует! Я знаю, ты считаешь…
В такие моменты хочется накинуть капюшон поглубже и со всей силы рвануть в противоположную сторону. Зачем люди ссорятся? Почему не могут понять или принять что-то? Почему не могут ничего изменить? Потому что и я не могу?
"Я ведь тоже не понимаю мир…" – разряд статического электричества стал прекрасным спусковым крючком для продолжения рывка. Мохнатой гадине очень нравилось кататься с ветерком, безбилетник… – "… или понимаю слишком хорошо"
Чувство опасности адреналиновым ударом гонга разнеслось по крови!
Не медля, перед внутренним взором ожил момент первого знакомства с другиммиром, тогда меч тоже предупредил о незваном госте! Взгляд заметался со скоростью света: кусты, деревья, ветки, плитка, крыши… Да что же происходит?!
– Не… – язык заворочался против воли.
"Нет-нет-нет"
– Нерсиаль.
На мгновенье я ощутил себя летящим над падающим телом кузнечиком, но тут же осознал стоящим… там. Близлежащие кусочки реальности будто выжали от краски, и те, высохнув, посерели и превратились в недорисованные декорации. Но внимание было приковано отнюдь не к ним, а к…
– Чудовище!
Ладонь инстинктивно сжала заледеневшую рукоять. Чёрный, как смола, комочек то ли плоти, то ли слизи, не превышающей в размере мелких злых собачек из соседнего подъезда. Но испугало совершенно не это, и даже не внезапный переход, а…
– … просто ужасен!… не могу! Отстань!… так надо! Ты только… – оно дышало, фонило, источало негатив, человеческую злобу…
Мерзкий уродец пополз в мою сторону, целеустремлённо толкая гадкими отростками неповоротливую тушу.
Я сделал шаг назад. Ещё один. Спина врезалась во что-то твёрдое, наверное, дерево.
– Не подходи! – выкрикнул я, вычертив расстояние между нами слепым взмахом клинка.
Оно замерло, но лишь, чтобы сразу же продолжить плыть.
"Что за хрень?! Негатив, ненависть, злость – оно… живое!" – меч задрожал с кистью на пару.
"И хочет съесть тебя" – отозвался рассудок.
Слабый свет, отразившийся от смертельной стали, мельком скользнул в темноту презрительного страха, освобождая разум от порядком проржавевших оков.
Мягкий, как размеренный прыжок уверенного хищника, выпад пронзил булькающего под ногами вредителя. Чёрная гниль сжалась и разлетелась акварельной краской, окропив меня с головы до пят.
– Лаисрен, – прогремело в ушах перед очередной круговертью вселенной.
Резко качнулась ветка, я же мгновенно подпрыгнул с укрытой корнями земли, неосторожно врезавшись лбом в не прогретую древесину. Зато от кузнечика увернулся. Съеденного комара как-то хватило…
"Что это было?!"
– Как… как ожившие грехи сошедшие со страниц Белсибии* или…
– Парень, ты в порядке? – неожиданный вопрос "бизнесмена" с потрёпанной верёвкой под мышкой сначала огорошил, но после стало ясно, что он ничего не видел.
– Ээ, да, споткнулся просто.
– Ну ты поосторожней.
– Ага.
Неловкий разговор прервался, дав вниманию уловить быстрое движение за спиной. К не успевшему обернуться бегуну, метнулись покрашенные волосы, хлёстко встретившись с широко раскрытыми глазами. В голове проскочило:
"Синий или фиолетовый?"
– Ну хотя бы элементарная осторожность… – простонал я, поднимаясь с земли и смотря в направление, куда убежала ещё одна любительница утреннего ветерка и одышки, правда её и след простыл.
– Парень, ты в поря…
Я тяжело вздохнул, вынося вердикт:
"На сегодня – набегался"
– Воплощение человеческих грехов – омальзаты, – курсор в такт работе слова выделил строчку мелкого текста на чрезмерно ярком в ночное время экране монитора. Тусклый неестественный свет, разгорался к закату дня, всеми силами ограждая хозяина от внешнего мира, создавая кокон, из которого многие люди не захотят вылазить до наступления безжалостного утра. Ведь тогда придётся отрастить крылья, или жалкие обрубки, и летать не в воображении, а наяву. А люди, как известно, летать не умеют. – Нужно перестать читать Белсибию по вечерам, так недолго и в религию удариться…
Да, несколько дней пришлось потратить на изучение новоприобретённой информации. Омальзаты… Девять запретных грехов, людских пороков, описываемых в книге. Похоть, зависть, жадность, гнев, гордыня, леность, зависимость, самострадание, и их апогей, откуда и растут корни, – безволие. Если подумать, мало общего с горсткой потусторонней слизи. Но её негатив, произошедший от людей, – то немногое общие, что существует между девятью древними запретами и тварью, родившейся из чьей-то ссоры.
На губах давно как застыла фраза. Её не хотелось говорить, не хотелось признавать действительность, какая она, судя по всему, есть, бытует отличная от сказочного леса.
– Это мир полный монстров.
Дёрнувшееся от слабого укуса плечо вовремя напомнило об уж трёх часах, как звёзды взошли над многоэтажкой. Мягкая подушка радушно приняла меня в свои объятья под хищный прищур засыпающего компьютера, охладив разгоряченную вопросами голову.
"Через пару недель каникулы перетекут в бодрые школьные деньки. Я должен отрешиться от всей волшебной ерунды, иначе…" – мысль задымилась и жалкой искоркой потухла в ловких пальцах вошедшего во власть Морфея.
*Белси́бия – священное писание о двух богах, хранивших мир, чей яркий свет отбросил тень, породив воплощение человеческих грехов, дабы во вселенной царил баланс, а люди были вечно свободны перед выбором.