355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Aledra » Вестероские приключения (СИ) » Текст книги (страница 16)
Вестероские приключения (СИ)
  • Текст добавлен: 7 апреля 2017, 16:30

Текст книги "Вестероские приключения (СИ)"


Автор книги: Aledra



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 70 страниц)

Последний аккорд был идеально доигран, и слова трогательно пропеты. Но ни один человек в зале не аплодировал и не улюлюкал. Все словно замерли в наступившей звенящей тишине. Сквозь тонкие шторы и прозрачные вуали, я увидела, что опальный бард - Грустный Стефан сполз на пол, а вокруг его горла растекается черная лужа. Я разглядела очертания Молчаливого Арфиста, медленно скидывающего капюшон. И услышала звук меча покидающего его ножны … … Мое сердце разбилось на миллионы маленьких кусочков – это был Рейгар. Комментарий к Баллада «Рейны из Кастамере» давно не давали мне покоя ... так что время от времени буду видимо писать что-то тематически поэтическое! Две первых песни Мартина. Последняя моя, но поговаривают, что ее сочинил сам Рейгар Таргариен. ))) Чтобы понять мелодию, используйте "Зеленые рукава" ... С нетерпением, жду ваших комментариев. ========== «Отчаянный пират» ========== *** А дальше все было как в замедленной киносъемке: Из-за нескольких столов скидывая капюшоны, поднялись вооруженные мужчины. Кто-то вошел в двери, кто-то появился из кухни. И одному богу известно, что твориться там, с наружи, сколькие нас поджидают. Дорнийцев, вместе со мной было пятеро. Их, я думаю больше тридцати. Простые посетители вжались в стены, а те, кому удалось, молниеносно покинули зал. Рейгар с мечем в руке, спрыгнул с небольшого помоста для выступлений, и застыл, изучая нас. Я смотрела на него и совершенно не узнавала в нем прежнего молодого хиппи, которого видела много месяцев назад. Его серебристые волосы были коротко подстрижены, и на них блестел тонкий металлический обруч, заменявший ему корону. Он как будто стал выше ростом, а может быть, этот эффект получился от того, что он похудел и тело его оставаясь мускулистым было более сухим и жилистым. Скулы стали четко выделяться на строгом лице. Он по-прежнему был красив, но это была какая-то совсем иная, не романтичная красота. Если раньше ему с трудом можно было дать двадцать пять, то сейчас он выглядел за тридцать. Фиалковые глаза казалось, потеряли прежнюю яркость, но стали более цепкими, и живший в их глубине холодный голубой огонь как будто вырвался наружу. Он едва коснулся меня взглядом, не встречаясь со мной глазами, и тут же перевел его на Оберина. Дорниец стоял ко мне спиной, его осанка была безупречной и я готова была поклясться, что на лице его сейчас кровожадная улыбка. И если я испугалась, то Оберин, скорее всего сейчас испытывает бешеный прилив адреналина, и уже получает удовольствие от предвкушения предстоящего кровопролития. Замкнутое пространство, численное преимущество, боюсь, мой храбрый принц не выйдет отсюда живым. Конечно, он заберет с собой многих, но это будет мне слабым утешением. Я не хотела бы жить, зная, что он погиб в тщетной попытке защитить меня, я не смогла бы. Между Мартеллом и Таргариеном, струилось почти осязаемое отрицательное электричество, казалось еще несколько мгновений, и они растерзают друг друга на самые маленькие частицы. Если кто, то из этих двоих воспользуется своим оружием, то всему конец, кровопролитие не остановить. Рассуждать было некогда, нужно было что-то предпринять. Я схватила со стола нож для разделки свинины. Он был большим и длинным, как кинжал, с добротной деревянной ручкой, и очень острым. И приставила себе к горлу. - Прекратите это. Сейчас же! – мне казалось, я должна крикнуть, но получился шипящий шепот: - Остановитесь! Оберин услышал меня первым и, повернувшись ко мне, попытался протянуть ко мне руку: - Нет, отдай это мне! Не делай глупостей! Медленно протяни мне этот нож! – Спокойным и уговаривающим тоном говорил он. Рейгар тоже оказался рядом. Они оба находились от меня на расстоянии нескольких метров. Таргариен не желал вступать со мной в переговоры, и сделал еще один шаг вперед. - Миледи, сейчас же прекратите этот спектакль, больше ваши уловки на меня не подействуют! – Произнес Король. - Стой, где стоишь! – я продолжала шептать, но голос постепенно возвращался ко мне: - Ты думаешь, я этого не сделаю. Сделаю и еще как. – Я слегка надавила на лезвие и почувствовала, как кожа расходится под ним, и из моей шеи побежала кровь: - На твою беду у вас в мире еще тысячу лет как минимум не будет аппаратуры способной выходить столь юный плод, так что, можешь попрощаться со своими предсказаниями. - Прошу тебя, отдай мне нож, все будет хорошо. Я тебе обещаю, ты не должна умирать … все образуется. – Продолжал убеждать меня Оберин, он пытался создать со мной зрительный контакт, но мой взгляд бегал между ними двумя. Повисла пауза, я случайно еще сильней надавила на лезвие, и кровь брызнула во все стороны, я ахнула, но нож не опустила. - Хорошо, что нам сделать, говорите, миледи? А то вы совершенно не владеете оружием, и, похоже, способны действительно себя прикончить, случайно! – устало произнес Рейгар, включаясь в переговоры. - Бросьте мечи на пол! Все до единого! И кинжалы тоже! И те, что у вас в сапогах. Никто не шелохнулся. Я попыталась сделать самый серьезный взгляд, на который была способна. - Итак! Я жду!! Оберин сдался первым, он кинул на пол свой меч. И кинжалы. И второй меч. Через мгновение его примеру последовал Рейгар. За ним все остальные. - Теперь пусть все уходят. Останешься только ты – я указала в сторону Таргариена. Рейгар кивнул своим людям. Оберин своим, но уходить он не торопился. Когда зал опустел Оберин продолжил гнуть свою линию: - Все хорошо, ты очень храбрая, а теперь отдай мне нож. У тебя кровь идет, тебе нужно наложить повязку, дай мне этот нож. - Нет. Умоляю тебя, выйди, очень тебя прошу. – Я просящее посмотрела на Оберина. Он практически зарычал, и сжал кулаки, но все-таки вышел за дверь. Сердце бешено колотилось в груди: - Отпусти его! – я посмотрела на Рейгара, мой голос звучал как требование, ни как просьба: - Если ты когда-нибудь любил меня! Как в этой балладе! Отпусти его! - Это всего лишь песня, придуманная глупым бардом! А у твоего дорнийца был шанс решить нашу проблему мирно, и он от него отказался! – отрезал Король. - Это я его уговорила. – соврала я: - Я плакала и умоляла. Отпусти его. Ты нашел нас, ты победил. Он тебе больше не помеха. Не унижай себя местью. Отпусти его. - Ни что и никто уже не унизит меня больше, чем это сделала ты! - Рейгар усмехнулся: - А теперь ты унизишь и его! Мужчина останется жив, потому, что ты умоляла? Какой же он после этого мужчина? - Не говори глупостей! Он останется жив потому, что он брат твоей жены и дядя твоих детей. Потому, что он проиграл, и ты великодушно отпустил его. Потому, что ты так решил! Потому, что если ты убьешь его, или дашь ему умереть, сражаясь с твоими людьми, то я найду способ наложить на себя руки. Уверяю! Мои руки не дрожали, голос был спокойным и четким. И я надеюсь, что он поверил в мою искренность. Я себе верила: - Ты отпустишь его, я больше ничего не сделаю тебе наперекор, никогда. И буду покорно принимать любое наказание, что ты изберешь для меня. Сделаю все, что ты скажешь и как ты скажешь. Прошу! Я умоляю вас, ваше величество! Он смотрел на меня изучающее и с неким пренебрежением. Чего он ждал? Что я упаду на колени и буду рыдать? Я и так смотрелась достаточно жалко. Беременная, растрепанная, с ножом у горла. Мы уже проходили через подобное, тогда в пустыне, но Рейгар винил исключительно меня, сейчас же он хотел винить Оберина, я, похоже, просто была инкубатором для младенца. Я уже начала думать, что все напрасно, и мне проще порезать себе горло, чем умолять этого хладнокровного бессердечного болвана о пощаде. Может быть Оберину повезет, и он убьет его, прежде, чем его растерзают драконьи приспешники. - Он будет жить, потому, что я ему позволил. – Медленно произнес Король: - И на тех условиях, которые я ему поставлю. И он будет жить с этим, каждый день. – в его глазах запылали голубые огоньки. «О боже, что он задумал!» - пронеслось у меня в голове. - Он поступил как вор, похитив под покровом ночи моего наследника. – Про меня он умолчал: - И я поступлю с ним как со всеми ворами. Отсеку ему руку и отправлю на стену. Он останется жив. Ты довольна? «Это равносильно смерти для него. Сможет ли он жить в холоде. В одиночестве» - думала я: - «И где-то здесь, возможно, его ждет Эллария Сенд. Его истинная возлюбленная. Мать его дочерей. И они будут счастливы». - Нет! Изгони его! Из Вестеросса! Навсегда! - Ты споришь со мной? – я, наверное, была очень ничтожной в его глазах, но мне было все равно. - В последний раз мой король! – я постаралась быть кроткой. - Хорошо, я отсеку ему кисть правой руки и не позволю возвращаться в Вестеросс! Он предал своего короля, и он должен заплатить кровью, несмотря на свой знатный род и родство со мной! И если он вернется в Семь Королевств, то умрет! Я вспомнила про Джейме Ланнистера, кем он был без своей руки? Но Оберин мог сражаться двумя мечами одновременно, а значит не так сильно будет от этого страдать. Хочется в это верить. «Боже, что я делаю!!!»: - Да, мой король! – кивнула я: - Вы позволите мне с ним поговорить? - Нет. Вот и все. Я выдохнула. И опустила нож. Он тут же выпал из моих рук, которые стали очень сильно дрожать. Я не плакала. И крепко стояла на ногах. Меня просто била мелкая дрожь. Но я больно прикусила губу, чтобы не выглядеть еще более отчаянной перед ним. - Это все? – грубо спросил Рейгар: - Вам не нужны гарантии? - Нет. Вы король. Какие могут быть гарантии, если ваше слово ничего не будет значить. - Хорошо. Моему слову вы можете верить. – Он повернулся в сторону двери и крикнул: - Сир Эртур! Ну да, какой король без своих белых плащей. Меч Зари вбежал в дверь и поклонился королю. Одет он был не как обычно, в простую одежду горожанина, но я сразу узнала его. - Проводите леди на корабль. Мы отплываем через час. Уходите через кухню. - Да, повелитель. – Дэйн еще раз поклонился королю и повернулся ко мне: - Прошу со мной, миледи. - Думаю, вас нет смысла связывать, и вести силой? – Удостоверился Таргариен. - Нет, ваше величество, я сделаю все, что скажите. – «Главное ты выполни свою часть договора»: - Говорите, куда мне идти, сир. И мы покинули зал, уходя, я повернулась, и через окно увидела Оберина. Его лицо освещал факел, он смотрел в сторону, на лице была надменная улыбка, мне хотелось запомнить его навсегда, таким, скрестившим обе руки на груди, бесстрашным и смеющимся в лицо любой беде. Мне хотелось крикнуть: «Я найду тебя, когда-нибудь!». Я старалась насмотреться на Красного Змея, но сир Дэйн легонько подтолкнул меня в дверь кухни. - За что он меня так ненавидит? – обреченно спросила я в пустоту. - Вы разбили ему сердце, миледи… - промолвил Меч Зари. - У него нет сердца, и мне кажется, никогда не было, только холодный разум и непомерное эго. Меч Зари крепко сжал мое плечо: - Мужчины без сердца не бросают свой трон, чтобы переплыть через море и найти одну единственную женщину. - Серьезно произнес рыцарь: - Я бы выполнил это поручение по его приказу. Или любой другой рыцарь и солдаты. Но он пожелал сделать все сам. - Он играет судьбами людей, как кошка с мышатами. Хочет, чтобы все шло по его конкретному плану, и, похоже, винит во всем меня. - Он всегда винит только себя. Он считает, что все это произошло из-за него. Что только он недооценил вашу увлеченность Мартеллом. Не спрогнозировал характер дорнийского принца. Не предвидел ваших действий. Позволил себе слишком доверять вам. Поверьте, он считает себя повинным в нынешней ситуации. - Но вы-то считаете иначе, как я понимаю? - Вы предали его и заставили страдать, но он простит вас, если уже не простил. Он никогда не скажет вам, как ему больно. Я говорю это вам. Прошу, не причиняйте ему новую боль. - Как на счет боли, которую он причинил мне? Которую он причиняет мне сейчас? - Он Король, миледи. – будто это все объясняет. - А я - человек! - Та песня, за исполнение которой убили сегодня певца, она действительно запрещена в Вестероссе. – сказал рыцарь: - Ее сочинил сам Рейгар … Он спел ее только раз на одном пиру, и песня тут же ушла в народ …теперь он вынужден истреблять побеги собственной слабости … Разве черствые и бессердечные люди сочиняют баллады о несчастной любви? Я ничего не ответила. Дальнейший путь наш пролегал в тишине. Комментарий к «Отчаянный пират» две главы сегодня ... ========== Возвращение ========== *** Все время после отплытия из Мира я проводила в четырех стенах своей каюты. Выходя только на несколько десятков минут подышать свежим воздухом на палубу, в сопровождении сира Эртура, не то чтобы мне запрещали передвигаться по кораблю, мне просто этого не хотелось. Таргариена во время кратких прогулок я не встречала ни разу. Лежа на постели под мерное поскрипывание корабля, я постоянно думала о Принце Дорна, как он себя чувствует, думает ли обо мне? Я знала, что он бы предпочел сразиться и победить, и даже мысли не допускал, что может умереть. А из-за меня, он оказался в руках Короля, без оружия и возможности на защиту. « …Солнце намеренно выбить дракону все зубы и порвать пасть, в этом можешь не сомневаться …» - вспоминала я его слова. Но я понимала, что у него не было шансов, и поэтому не позволила этому бою состояться. Как только в схватке появилась бы первая кровь, белые плащи и стражники тут же убили бы моего кровожадного, дерзкого и излишне самоуверенного принца. Думая об этом все снова и снова, я понимала, что все равно поступила так, как поступила. Буду считать это эгоизмом, пусть живет потому, что я так решила. Я сама выбрала то, что происходит со мной сейчас, и по тому, я не жаловалась и старалась вообще ничего не говорить. И принимала все как есть. И мне кажется, даже получала от этого всего мазохистское удовольствие. Упивалась своей грустью, печалью и болью. А главное ничего не ждала. Хотя нет, вру. Один раз я уже понадеялась, что начинается шторм. Но он так и не пришел, наш корабль не канул в морской пучине. И надежды снова исчезли. А в голове даже нарисовался приемлемый план моей дальнейшей жизни, очень простой: «Родить и умереть». Еще примерно четыре месяца существования, и моя история видимо закончится. А вот если вторая часть плана не удастся, то возможно, мне видимо светит пожизненное общество молчаливых сестер. Рейгар не предпринимал попыток общения со мной, и казалось, полностью игнорировал мое присутствие на корабле. И я была этому рада, мне было нечего ему сказать. И я, могла наслаждаться своим тесным мирком и относительным одиночеством сколько душе угодно. Но не так долго как хотелось бы. *** Мне в каюту, перед отплытием, притащили сундук полный моей одежды с «Дорнийского восхода». Видно было, что они наспех скидали туда все, что попалось под руку, но и на том, как говориться спасибо. Как-то вечером, на глаза попался яркий цветастый платок расшитый бисером, подарок из моей прошлой жизни. Он пах илистым запахом Бравоса и брызгами игристого вина. Чудесное место, там я много танцевала и смеялась. Я накинула его на плечи, и стала покачиваться из стороны в сторону, вспоминая забытую мелодию. Дверь в каюту открылась и кто-то медленно вошел. Я знала, что это Рейгар. Я замерла, но не повернулась. Он стоял у меня за спиной и молчал. И когда тишина стала слишком кричащей, он тихо произнес: - Ты ненавидишь меня? Скажи? - У меня нет сил ненавидеть, не хочу испытывать никаких чувств к тебе. Скорее мне все равно. – Ответила я бесцветным голосом. Я почувствовала, что он подходит ближе: - Ты позволишь мне прикоснуться к тебе? - спросил Таргариен. - Я сделаю все, что ты скажешь, это моя часть сделки. – «Как будто у меня есть выбор». - Я хочу, чтобы ты сняла одежду … - хрипло произнес он. На несколько мгновений я замешкалась, но затем, я опустила платок и он упал на пол, обнажая спину и плечи обрамленные глубоким вырезом на спине платья. Потом развязала лямки вокруг шеи, и ткань медленно сползла с моей груди. Но само платье удержалось на животе и бедрах. Я чувствовала кожей, как он смотрит на меня. Услышала, что он подходит ближе и ближе. Он остановился так близко, что я ощущала тепло его тела и дыхания. Но он ко мне не прикасался. Я не шевелилась и закрыла глаза, пытаясь понять, что он хочет делать дальше. Каким-то образом я почувствовала, что он провел рукой линию от моей шеи по позвоночнику вниз, не касаясь меня. Одно его легкое движение, и ткань с моих бедер соскользнула бы на пол. Но он словно обжегся и отдернул руку. А затем, вышел прочь. Моя кожа похолодела и покрылась мурашками. Я заткнула себе рот рукой, побоявшись, что расплачусь. ***

    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю