Текст книги "Шеф с системой. Трактир Веверин (СИ)"

Автор книги: Afael

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

Я сидел в пустой кухне «Золотого Гуся» и смотрел на догорающие угли в печи. Тишина давила на уши – после целого дня криков, грохота посуды и топота ног она казалась неестественной.

Тишина перед бурей, – подумал я. – Или после неё.

Все разошлись. Кирилл ушёл последним – постоял в дверях, покачал головой, словно не веря собственным глазам. «Они честные, Саша, – сказал он с таким удивлением, будто открыл новый континент. – Я думал, они сбегут, как только узнают про долг. Бедняки из трущоб, а остались».

Да, остались. Шестнадцать человек из Слободки – те, кого богатые считают ворами и пьяницами. Остались, когда три профессиональных повара с хорошей репутацией сбежали, едва пристав озвучил сумму векселя. Две тысячи серебряных за десять дней – для них это был приговор, а для слобожан – шанс.

Забавно, как всё переворачивается, – я усмехнулся в темноту. – Те, от кого ждёшь предательства, остаются. Те, на кого рассчитываешь, бегут при первой опасности.

Только Иван остался – старый боевой конь Кирилла. Да двое его помощников – молодой Лёша, который смотрит на Ивана как на бога, и старый Захар, которому уже некуда бежать.

Матвей полчаса назад отправился набирать ещё троих в поварята взамен сбежавших. «Нужны с ловкими руками», – сказал я ему, и он понял без лишних слов. Помчался обратно в Слободку, к «Веверину», где Мишка – помошник Угрюмого – снова соберёт толпу желающих.

А я остался думать. И чем больше думал, тем яснее понимал – мы в заднице.

Проблема была очевидна, как нож в спине. Новички старательные, готовые работать на износ, но это все плюсы. Я видел их сегодня – они старались так, что пот лил ручьями, но…

Дарья до сих пор вздрагивает, когда к ней обращаются. Петька держит поднос как гранату – боится уронить. На кухне новички будут резать пальцы вместо овощей.

За пару дней обычной муштрой их не вытянуть. За пару дней я в прошлой жизни едва успевал научить стажёра правильно держать нож! А тут нужно подготовить полноценную команду для обслуживания банкета.

Мне нужен чит, – подумал я, массируя виски. – Какая-то магия, которая превратит их в профессионалов за ночь. Или хотя бы сделает похожими на профессионалов.

И тут меня осенило. Новая ветка навыков – Управление. Я же видел там кое-что интересное, когда получил шестнадцатый уровень!

Я открыл Систему. Интерфейс развернулся перед глазами.

Навык «Обучение Персонала»

Передача знаний и навыков подчинённым. Эффективность обучения +50 %. Снижение ошибок учеников на 15 %.

Пятьдесят процентов… это много. С этим я хотя бы смогу вложить в их головы базу – как держать нож, как носить поднос, как не путать вилки.

Проблема была в другом. Я взглянул на шкалу опыта. Нужно несколько тысяч единиц до следующего уровня.

Можно попробовать заработать опыт на готовке, – прикинул я. – Если всю ночь жарить котлеты…

Нет, бред. Обычная еда даёт десять-двадцать опыта за блюдо. Мне нужно приготовить сотню блюд, чтобы набрать хотя бы половину.

Нужно что-то особенное. Что-то, что Система оценит как прорыв, как шедевр, как…

И тут память услужливо подкинула картинку.

Крепость Соколов, самое начало моего пути в этом безумном мире. Молодой княжич Ярослав, бледный как смерть, дрожащий от яда. Дуэль на рассвете, которую нельзя отменить. И я, варящий днями и ночами эликсиры из трав и вытяжек.

Система тогда оценила это и вывалила столько опыта, что я прыгнул сразу на два уровня.

Эликсиры, – прошептал я и широко улыбнулся.

Это решало обе проблемы одним махом. Создание концентратов даст мне опыт для уровня – Система любит сложную алхимию. А сами эликсиры помогут новичкам – снимут дрожь в руках, повысят концентрацию, добавят скорости.

Для эликсиров мне нужны особые травы и коренья. Те самые, что Матвей привёз из Крепости Соколов и бережно хранил все эти месяцы. Всё это лежит дома, в Слободке, в старом сундуке под кроватью.

Придётся идти, – вздохнул я, потянувшись за тулупом. – Время поджимает, но без трав всё бессмысленно.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Матвей. Красный от мороза и бега, запыхавшийся, с инеем на бровях и ресницах. В руках он сжимал большой холщовый мешок, прижимая его к груди как сокровище.

– Ты чего не дома? – удивился я. – Уже почти полночь, и ты же только что в Слободку бегал.

– Троих нашёл, – выдохнул он, протискиваясь мимо меня в тепло. – Настя, Гришка и Агафья. Завтра с утра придут. Руки у них ловкие, я проверил – заставил картошку чистить на скорость, как ты учил.

– Молодец, но это могло подождать до утра.

Матвей поставил мешок на стол, начал развязывать верёвки. Руки у него дрожали – то ли от холода, то ли от волнения.

– Я домой забежал после отбора. Хотел просто проверить, всё ли в порядке, а там Тимка говорит – ты в «Гусе» остался, один, и лицо у тебя было… – Матвей замялся, подбирая слова. – Как тогда, в Крепости Соколов. Когда ты всю ночь эликсиры варил для княжеской дружины перед битвой.

Я замер.

Парень читает меня как открытую книгу. Это талант или я настолько предсказуем?

– И я подумал, – Матвей вывалил содержимое мешка на стол, – если ты остался, значит, будешь что-то придумывать. А когда ты придумываешь что-то сложное, тебе всегда нужны твои травы. Поэтому я взял весь твой запас.

На столе рассыпались пучки сушёных трав, связки кореньев, тряпичные мешочки с семенами. Запах ударил в нос. Полынь, зверобой, валериана… И среди них – мои сокровища. Ягоды Соколиного глаза, узловатый корень Спокойствия, опасный Змеиный корень.

Абсолютно всё, что мне нужно.

– Ты… – я смотрел то на травы, то на Матвея, не веря своим глазам. – Откуда ты знал? Я же ничего не говорил!

– Не знал, – пожал плечами парень, но в глазах светилась гордость. – Просто подумал. Ты всегда делаешь что-то невозможное, когда все думают, что мы проиграли. И всегда это связано с твоими травами и ночной работой.

Я схватил его за плечи, встряхнул:

– Матвей, да ты гений! Ты не просто су-шеф, ты мысли читаешь! Ты только что сэкономил мне кучу времени!

Парень засиял, как начищенный медяк. В его глазах я увидел то, что дороже золота – гордость от того, что он нужен, что он помог и угадал.

Вот за что я люблю свою команду, – подумал я. – Они не задают лишних вопросов. Просто делают то, что нужно.

– Снимай тулуп, – приказал я, уже раскладывая травы по кучкам. – Будем варить эликсиры. Те самые, что превратят наших криворуких новичков если не в мастеров, то хотя бы в сносных работников.

– Прямо сейчас? Ночью? – Матвей уже стягивал верхнюю одежду, зная ответ.

– Именно сейчас. К утру мне нужны три вида концентратов и ты мне поможешь. Готов учиться настоящей алхимии?

Матвей кивнул, засучивая рукава до локтей. Никакой спешки и суеты. Профессионал готовится к работе.

– Что делаем? – спросил он, и в голосе звучало предвкушение.

– Магию, – усмехнулся я, разжигая очаг. – Магию без магии. Ту самую, которая превращает обычных людей в героев. Или хотя бы создаёт иллюзию героизма на несколько часов.

– Сначала подготовка, – я разжёг малый очаг, отрегулировал тягу. Пламя должно быть ровным, без рывков. – Смотри внимательно и запоминай, но не спрашивай «почему». Просто делай, как покажу.

Матвей кивнул, весь превратившись во внимание.

Я разложил ингредиенты по группам на чистом столе.

– Начнём с «Поварского Взора», – я взял медный котелок, налил воды. – Это адаптация боевого эликсира. Он даст концентрацию и уберёт дрожь в руках.

Я активировал Дар. Интерфейс вспыхнул перед глазами, накладывая слой данных на реальность.

Анализ ингредиентов активирован

Я взял в руку «Соколиный глаз». В системном зрении ягода сияла серебристым светом – это был концентрат чистого восприятия. Корень «Спокойствия» рядом с ней светился ровным янтарным цветом – природный блокатор нервного возбуждения.

– Смотри, Матвей, – сказал я, не отрываясь от работы. – Эти ягоды нельзя кипятить. Высокая температура убьёт активное вещество. Их нужно томить.

Я начал резать корень. Мне нужно было вскрыть волокна, но не повредить сердцевину.

Вода в котелке нагрелась до состояния «белого ключа» – когда она уже горячая, но ещё не кипит. Я бросил туда корень.

– Сначала база, – пояснил я. – Корень должен отдать успокоительное масло.

Через десять минут вода пожелтела. Я снял котелок с огня, остудил его ровно до шестидесяти градусов (Дар подсветил жидкость зелёным – «Готово к внесению») и только тогда высыпал ягоды.

– Теперь настаиваем, – я накрыл котелок тканью. – Никакого огня. Пусть они поженятся в тепле.

Мы ждали в тишине минут пятнадцать. Матвей переминался с ноги на ногу, глядя на котелок как на сундук с золотом, но вопросов не задавал.

Я следил за процессом через интерфейс. Синие линии «Анализа» показывали, как активные вещества из «Соколиного глаза» проникают в структуру воды, связываясь с успокаивающим маслом корня. Эссенция густела, меняя свойства.

95 %… 98 %… 100 %.

– Готово, – сказал я, снимая ткань.

Пар ударил в лицо – не горячий, а странно «прохладный», ментоловый. Он мгновенно прочистил нос и заставил зрение обостриться.

Перед глазами вспыхнуло сообщение Системы:

Адаптация рецепта завершена

Восстановлен рецепт: «Ясный Взор» (Модификация: Кухня)

Качество: Шедевр

Получено +800 ед. опыта за алхимический прорыв

Я кивнул сам себе. Опыт капал, приближая меня к заветному уровню.

Взял котелок и аккуратно перелил содержимое в глиняный кувшин. Жидкость была тёмно-фиолетовой и густой, как сироп.

Создан предмет: Усиливающий эликсир «Поварской Взор»

Качество: Отличное

Эффект: Концентрация +30 %, Точность мелкой моторики +50 %, Блокировка тремора рук.

Длительность: 4 часа

– Один готов, – сказал я, ставя кувшин в сторону. – Теперь «Ритм». Нам нужна скорость, чтобы официанты не ходили, а летали.

Я достал пучок сухих, узловатых корешков, похожих на скрученных гадюк.

– Смотри, Матвей. Узнаешь?

– Змеиный корень? – Матвей отшатнулся. – Саша, это же отрава! Ты сам говорил, от него судороги бывают!

– В сыром виде – да, – кивнул я, бросая корни в каменную ступку. – Это мощнейший стимулятор, но в нём есть токсин, который скручивает мышцы в узел. Я умею убирать из него яд, но никому больше кроме меня нельзя его использовать.

Я начал толочь корни пестиком. Сухой треск наполнил кухню.

– Наша задача – взять силу и убрать смерть.

Я залил полученный порошок уксусом. Жидкость зашипела, поднялся едкий пар. В моём зрении над миской поднялось мутное, ядовито-зелёное облако, а под ним, на дне, светились яркие, алые нити стимулятора.

Я положил руки на края миски и сосредоточился, а потом активировал навык Нейтрализация Токсинов.

Я выжигал яд своей волей и Даром. Зелёное облако в моём зрении начало таять, испаряться, оставляя только прозрачную эссенцию. Матвей смотрел во все глаза. Он не видел интерфейса, но видел, как мутная жижа в миске вдруг стала прозрачной, как слеза.

– Чисто, – выдохнул я.

Теперь нужно было добавить топливо. Я взял Золотой корень (Родиолу) – для выносливости, чтобы сердце не выпрыгнуло от такой скорости, и щедро добавил мёд.

Смешал всё вместе. Жидкость стала янтарной, густой, с золотыми искорками.

– Понюхай, – я пододвинул миску Матвею.

Он осторожно втянул воздух.

– Пахнет… как гроза. Свежестью и железом.

– Это «Ритм», – сказал я. – Один глоток – и ты быстрее собственной тени.

Перед глазами вспыхнул итог:

Адаптация рецепта завершена

Восстановлен рецепт: «Рывок Рыси» (Модификация: Кухня)

Основа: Змеиный корень + Золотой корень

Сложность: Высокая (Успешная нейтрализация яда)

Качество: Шедевр

Эффекты:

Взрывная моторика: Ускорение движений.

Поток: Полная синхронизация мысли и действия.

Без побочных эффектов: (Токсин удален).

Получено +1000 ед. опыта

– Готово, – я перелил янтарную жидкость в кувшин. – Это для зала. Чтобы они порхали между столами и не уставали улыбаться.

– И последний, – я потянулся к мешку и достал пучок сухих, узловатых корешков серого цвета. – Самый важный для выживания.

Я посмотрел на них и вспомнил военный поход. «Паек выносливости» – смесь сушеного мяса, жира и особого корня. Тогда это спасло воинам жизнь, позволяя идти сутками без отдыха. Сейчас мои люди не идут в поход, но им придется носиться по залу и кухне в ближайшие дни и неизвестно еще что тяжелее.

– «Бодрящий корень», – прошептал я. – Чистая энергия.

Но делать сухой паек нельзя. Желудок потратит силы на переваривание. Мне нужна эссенция.

Я взял котел, в котором томились говяжьи кости. Бульон уже выкипел наполовину, став плотным и клейким.

– Основа это белок и жир. Лучшая питательная смесь, – сказал я Матвею.

Я отлил часть бульона в малый сотейник. Добавил туда мёд, чтобы дать быстрый сахар в кровь. Смесь помутнела.

Затем я взял «Бодрящий корень». Вместо того чтобы толочь его в муку, как для пайка, я настругал его тончайшей стружкой и бросил в кипящий бульон с медом.

СИСТЕМА:

Активация: Анализ Ингредиентов Выделение активного стимулятора. Совместимость с животным жиром – 100 %.

Жидкость забурлила. Корень растворялся, отдавая силу. Бульон на глазах густел, превращаясь в блестящее желе. Запах стоял странный – вареного мяса и цветочного меда.

– И финальный штрих, – в старый рецепт я клал орехи. Я взял горсть грецких орехов, раздавил их плоской стороной ножа и вмешал в варево.

Затем снял сотейник с огня. Внутри колыхалась густая, темная масса. Одна ложка такого «желе» заставит уставшие мышцы налиться силой заново.

Перед глазами вспыхнуло сообщение:

Адаптация рецепта завершена

Восстановлен рецепт: «Паек Выносливости» (Модификация: Жидкая Эссенция)

Основа: Бодрящий корень + Мясной гляс

Качество: Шедевр

Эффекты:

Второе дыхание: Восстанавливает выносливость.

Сытость: притупляет чувство голода.

Тонус: Снятие мышечной боли.

Получено +600 ед. опыта

– Готово, – я выдохнул.

Три кувшина стояли передо мной.

В этот момент интерфейс мигнул и развернулся на весь обзор.

СЕРИЯ ШЕДЕВРОВ ЗАВЕРШЕНА

НАКОПЛЕН КРИТИЧЕСКИЙ ОБЪЕМ ОПЫТА

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН: 17

Получено +1 очко навыков

Я улыбнулся в темноту кухни и не теряя ни секунды открыл Ветку Управления, и вложил очко в навык «Обучение Персонала».

Я теперь знал, как вложить своё мастерство в чужие руки.

За окном серело. Мы были так сосредоточены. что пропустили наступление рассвета. В дверь постучали. Это пришли мои «новобранцы».

– Вовремя, – сказал я, убирая кувшины на край стола и подмигнул Матвею, который что-то для себя записывал. – Заходите. Завтрак подан.

Глава 6

Они пришли на рассвете как велел.

Девятнадцать человек топтались у чёрного хода «Золотого Гуся», кутаясь в тулупы и шубейки. Пар вырывался изо ртов, мороз кусал щёки, но никто не жаловался. Вчерашний день научил их многому – в том числе тому, что жаловаться бессмысленно.

Рядом с ними жались трое новых – Настя, Гришка и Агафья. Те, кого Матвей отобрал позавчера вечером. Гришка что-то шептал Насте на ухо, та нервно хихикала, поглядывая на дверь. Агафья стояла чуть в стороне, обхватив себя руками, и молчала.

Я открыл дверь.

– Заходите греться.

Они ввалились в тепло кухни – старички привычно, без вчерашней робости, новенькие озирались и жались к стенам. Дарья первой скинула платок:

– Доброе утро, мастер. С чего сегодня начинаем?

– С кое-чего нового.

Я указал на длинный стол, где стояли три глиняных кувшина – тёмно-фиолетовый, янтарный и коричневый. Пока они рассаживались на лавках, перешёптываясь, я разлил содержимое по кружкам.

Матвей вышел из кладовой с Тимкой – оба уже в фартуках. Кивнули мне и встали у печи, ожидая.

– Слушайте внимательно, – сказал я, когда все расселись. – Сегодня будете работать так, как никогда в жизни не работали. Быстро, точно и без ошибок.

Петька хмыкнул:

– Мы-то постараемся, мастер, только вот…

– Не перебивай. Знаю, что боитесь и не всё умеете. Поэтому дам вам кое-что.

Указал на кружки.

– Это не отвар и не настойка. Эликсиры. Они не дадут сдохнуть от усталости и помогут учиться быстрее.

Гришка осторожно понюхал свою кружку, и лицо его перекосило:

– Это чем воняет-то? Отрава какая?

– Хуже. Но работает. Пейте.

Никто не двинулся. Переглядывались, косились на кружки. Даже Дарья, вчера бесстрашно бравшаявшаяся за любую работу, смотрела с сомнением.

– А оно точно не отравит? – тихо спросила одна из девушек.

– Если бы хотел вас отравить – не стал бы нанимать. Пейте, пока не остыло.

Дарья первой взяла кружку. Посмотрела мне в глаза – без страха, с вызовом:

– Если мастер говорит пить – значит, надо.

Сделала глоток. Лицо ее исказилось – горько, терпко, мерзко. Но она проглотила, сделала ещё глоток и допила до дна.

Остальные смотрели, затаив дыхание.

Дарья моргнула. Зрачки расширились, потом сузились. Она медленно выдохнула:

– Ох ты ж… мамочки…

– Что⁈ – Гришка подался вперёд. – Плохо? Живот крутит?

– Нет… – Дарья подняла руки, повертела перед лицом. – Я вижу всё чётко. Будто туман из головы ушёл. И руки… – она сжала и разжала пальцы, – не дрожат. Совсем.

Петька схватил свою кружку:

– А ну дай сюда!

Через минуту пили все. Морщились, давились, ругались вполголоса – но пили.

Я активировал Дар, наблюдая.

Эффект «Поварской Взор» применён Цели: 11 (кухня)

Статус: Активен. Длительность: 4 часа

Эффект «Ритм» применён

Цели: 8 (зал) Статус: Активен.

Длительность: 4 часа

Массовое алхимическое воздействие: +450 ед. опыта

Петька грохнул пустой кружкой о стол:

– Ёлки-палки! Я как будто неделю спал!

– И голова ясная, – подхватил Гришка, ощупывая собственное лицо. – Будто похмелье прошло, только я и не пил вчера!

Настя крутила ложку в пальцах – медленно, потом быстрее. Движения стали плавными, как у фокусника:

– Пальцы слушаются… Раньше по утрам они как деревянные…

Агафья молчала. Сидела с закрытыми глазами и дышала ровно. На её измученном лице впервые появилось что-то похожее на покой.

Иван наклонился ко мне:

– Что это было, Саша?

– Завтрак.

– Какой, к чертям, завтрак? Они светятся, как начищенные медяки!

– Особый завтрак. Не спрашивай рецепт – не повторишь. Просто знай: следующие четыре часа они будут учиться вдвое быстрее.

Тимка рядом присвистнул:

– Вот бы такое в детстве, когда батя грамоте учил…

– Хорошо, – я повернулся к команде. – Эффект продлится четыре часа. За это время выучите всё, что покажу. Потом перерыв, обед и ещё порция. К вечеру должны работать как единый механизм.

– А если не получится? – тихо спросила Настя.

– Получится. Я не беру тех, кто не справится. – Я кивнул на стол, где уже стоял котелок с кашей и корзина с хлебом. – Сейчас завтракаем – и в бой.

Когда ложки отстучали, я оглядел команду.

– Дарья, бери своих и наверх. Там Кирилл. Ты – старшая. Вчера учились основам, сегодня – шлифуем. Отвечаешь за всех.

Она выпрямилась:

– Поняла, мастер.

Увела официантов по лестнице.

Я повернулся к оставшимся – кухонным и подсобникам.

– Петька, Федька, Лёшка и остальные – вчера разобрались, что к чему. Сегодня работаете без напоминаний. Смотрите, что нужно поварам, и делайте раньше, чем попросят.

– Ясно! – Петька уже тянул ведро к бочке с водой.

– Гришка, Настя, Агафья – вы со мной. Учимся резать быстро.

Я взял нож и показал – один раз, медленно. Положил луковицу, левая рука «когтем», правая режет.

Тук-тук-тук-тук.

– Видели? Левая – защита и направляющая. Правая – только режет. Лезвие никогда не поднимается выше костяшек. Никогда. Иначе останетесь без пальцев.

Гришка сглотнул. Взял нож – неуверенно, но хватка оказалась правильной. Опыт карманника: руки привыкли к инструментам.

Я активировал навык.

Обучение Персонала: Активировано Цель: Гришка Анализ моторики…

Руки парня превратились в схему. Красным горели ошибки: локоть задран, запястье вывернуто.

– Локоть ниже, – я надавил на его руку. – Ещё. Вот так.

Тук. Криво, но лук разрезан, пальцы целы.

– Ещё.

Тук. Тук. Тук.

Передача навыка: 15 %… 28 %… 41 %…

К десятому удару он резал почти правильно. Не идеально – до идеала месяцы практики – но для первого дня сойдёт.

– Матвей, дай ему корзину лука. Пусть тренируется.

Гришка вытаращился, но возражать не стал.

Настя схватывала быстрее – опыт швеи давал о себе знать. Через пять минут шинковала ровнее Гришки. Агафья работала медленно, но каждый кубик картофеля выходил как по линейке.

Навык жрал энергию. После пятого ученика в висках застучало, после восьмого – глаза заслезились.

– Саша, – Матвей тронул меня за плечо. – Ты белый совсем. Передохни.

– Хорошо.

Я поднялся в зал – проветрить голову.

Там Кирилл носился между столами:

– Спину держи! Ты не мешки таскаешь!

Парень выпрямился так резко, что поднос накренился. Дарья перехватила, поправила:

– Вот так. Чувствуешь баланс? Поднос – продолжение руки.

– Ага… Кажись, понял…

Вчерашний день пошёл им на пользу: двигались увереннее, подносы держали правильнее. Дарья светилась ровным зелёным в моём Даре – она уже не училась, она учила.

– Как они? – спросил я Кирилла.

Он вытер лоб:

– Вчера были сырые. Сегодня – уже что-то. – Он кивнул на Дарью. – Она просто находка. Точно из Слободки?

– Пять лет у купца Степаныча служила.

– А-а, тогда понятно. Степаныч дело знал.

Я снова спустился на кухню.

Гришка шинковал – криво, но с целыми пальцами. Настя резала морковь почти идеально. Агафья молча превращала картофель в одинаковые кубики. Матвей с Тимкой следили за бульонами.

Обучение Персонала: Промежуточный итог Общая эффективность команды: 71 % Критических ошибок: 0

Семьдесят один процент. Для такого срока – отлично.

– Перерыв, – объявил я. – Обед. Через полчаса – вторая смена.

Гришка поднял измученное лицо:

– Мастер, а ещё той дряни дадите?

– После обеда.

Он расплылся в улыбке:

– Тогда выживем.

* * *

После обеда я поднялся в кабинет Кирилла.

Он сидел за столом, уткнувшись в бумаги. Перед ним лежали счета, расписки, долговые записи. При моём появлении поднял голову – глаза красные, под ними тени.

– Считаешь убытки? – спросил я, садясь напротив.

– Пытаюсь понять, как мы дожили до такого. – Он швырнул перо на стол. – Двадцать лет я строил это место. Двадцать лет! И вот…

– Кирилл, – я постучал пальцем по столу, – хватит себя жалеть. Нужно обсудить завтрашний ужин.

Он встряхнулся, потёр лицо ладонями:

– Да. Ты прав. Прости. – Глубокий вдох. – Так. Гости. У меня есть знакомые купцы – Фомин, Селивёрстов, ещё пара человек. Они всегда хорошо платили, можно…

– Не пойдёт.

– Почему?

Я подался вперёд:

– Потому что нам нужны не кошельки на ножках. Нам нужны союзники в войне с Белозёровым. Люди с влиянием, которые могут реально помочь.

Кирилл нахмурился, побарабанил пальцами по столу:

– Союзники… – Он откинулся на спинку стула, прищурился. – Хочешь политику за ужином?

– Хочу победить, а для этого нам нужны везде свои люди.

– Ишь ты, – Кирилл хмыкнул, но в глазах мелькнул интерес. – Ладно. Давай думать. Силовая защита – это кто? Стража?

– Есть среди них кто-то честный? Кто не в кармане у Гильдии?

Кирилл задумался. Потом медленно кивнул:

– Ломов. Капитан городской стражи. – Он поморщился. – Упрямый как осёл и честный до идиотизма. Белозёров его ненавидит. Да ты его знаешь прекрасно.

– Конечно, я знаю Ломова. Тоже хотел его предложить, но подумал вдруг у тебя кто на примете есть. Зови его. С семьёй, если есть.

– Жена и двое детей, – Кирилл потянулся за пером. – Записываю. Кто ещё?

– Торговля. Нам нужен кто-то, кто может поставлять товары в обход Гильдии.

Кирилл замер с пером в руке. На лице появилось странное выражение – смесь опаски и азарта.

– Есть один человек… – Он покачал головой. – Нет, это безумие.

– Кто?

– Елизаров. Данила Петрович. Винный магнат.

Я вспомнил это имя – слышал его на рынке, в разговорах.

– Расскажи.

Кирилл отложил перо, сцепил пальцы:

– Елизаров – это стихийное бедствие в человеческом облике. Громкий, как базарный зазывала. Краснорожий, вечно хохочет. Пьёт как лошадь, ест как три лошади. – Он покачал головой. – И при этом умнее половины городского совета.

– Он независимый?

– Абсолютно. У него свои виноградники на юге, свои корабли, свои склады. Гильдия пыталась его прижать – бесполезно. Он им в лицо смеётся.

– Почему?

– Потому что у них нет на него рычагов давления, а ему они не нужны и подавно. – Кирилл усмехнулся. – Елизаров продаёт вино напрямую боярам и знатным людям. Гильдия для него – мелкие лавочники.

– Тогда почему безумие его звать?

Кирилл помялся:

– Он… непредсказуемый. Может расхвалить твоё блюдо на весь город, а может разнести в пух и прах – тоже на весь город.

– Риск дело благородное, Кирилл, – согласился я. – Если ему понравится – у нас будет вино в обход блокады?

– Если понравится – он сам предложит. Елизаров обожает помогать тем людям, которые идут поперек. Таким как ты.

– Записывай.

Кирилл вздохнул, но записал.

– Третье, – сказал я. – Информация. Кто в городе главный источник слухов?

Кирилл поднял на меня глаза. В них мелькнул страх:

– Нет.

– Что «нет»?

– Я знаю, о ком ты думаешь. И ответ – нет.

– Я ни о ком не думаю. Я спрашиваю тебя.

Он скривился:

– Зотова. Вдова Аглая Павловна Зотова. – Имя он произнёс так, будто выплёвывал лимон. – Главная сплетница города среди богатеев. Знает всё обо всех.

– И?

– И она невыносима, Александр! – Кирилл вскочил, заходил по комнате. – Язык как бритва, глаза как буравчики. Она однажды довела мою повариху до слёз одним замечанием о соусе. Одним! «Милочка, вы случайно уронили укроп в масло?»

Я еле сдержал смех:

– То есть она разбирается в еде?

– О, ещё как разбирается! – Кирилл всплеснул руками. – В этом и проблема! Её не обманешь красивой подачей. Она чует фальшь за версту и если ей не понравится…

– То завтра об этом узнает весь город.

– Именно!

Я помолчал, глядя на него:

– А если понравится?

Кирилл остановился и медленно повернулся ко мне.

– Если понравится, – сказал он тихо, – то к нам выстроится очередь из самых богатых домов города. Зотова… – Он сглотнул. – Её слово – закон для половины городских хозяек. Где она обедает – туда ходят все.

– Записывай.

– Александр, ты понимаешь, чем рискуешь⁈

– Понимаю. Записывай.

Он сел обратно. Записал. Рука Кирилла слегка дрожала.

– Кто ещё? – спросил он обречённо.

– Угрюмый и его люди.

Секундная пауза. Потом:

– Что?

– Угрюмый. Григорий. Ты его знаешь.

Кирилл медленно положил перо. Уставился на меня, как на сумасшедшего:

– Ты хочешь позвать бандитов в мой ресторан. За один стол с капитаном стражи и вдовой Зотовой.

– Да.

– Ты спятил.

– Нет. – Я встал, подошёл к окну. – Угрюмый контролирует Слободку. Его люди охраняют стройку «Веверина». Скоро они будут охранять и «Гуся». Они – часть нашей команды, хотим мы этого или нет.

– Но что скажут другие гости⁈

– Ничего. Потому что это закрытый семейный ужин. – Я повернулся к нему. – Официально мы не торгуем. Хозяин угощает друзей, понимаешь?

Кирилл открыл рот. Закрыл. Снова открыл:

– А если Ломов попытается арестовать Угрюмого?

– Зачем? – с удивлением воззрился я на него. – Кирилл. Ты паникер. Зачем Ломову арестовывать Григория? Одно дело, думать, что он бандит, другое предъявлять доказательства. Нормально все будет. не дрейфь.

– Ты уверен?

– Нет, – «честно» ответил я, скорее для того, чтобы его позлить.

Кирилл долго молчал, глядя на список: – Ох, связался я с тобой на свою голову. Ты меня скоро в гроб загонишь.

Мы обсудили еще несколько кандидатур. Несколько человек из золотой молодежи, несколько влиятельных купцов.

– Моя семья тоже будет, – поставил я жирную точку в обсуждении.

Он удивлённо поднял брови:

– Зачем?

– Потому что это моя семья и я хочу чтобы они побывали у тебя, но если тебе нужно объяснение, то я хочу чтобы гости видели: это не просто деньги, а живые люди. – Я вернулся к столу, сел. – Сложнее ударить по тем, кого знаешь в лицо. Сложнее разорить место, где ужинал с чьими-то детьми.

Кирилл долго меня разглядывал, а потом медленно кивнул:

– Ты страшный человек, Александр.

– Я практичный человек. Есть разница.

– Иногда я её не вижу.

Я пожал плечами:

– Главное, чтобы Белозёров видел. Пиши приглашения. Текст простой: «Золотой Гусь приглашает вас на закрытый семейный ужин. На ужине будет представлено новое меню. Ничего похожего вы еще не пробовали.».

Кирилл взял перо. Помедлил:

– Кто доставит?

– Найми посыльных, чтобы вручили лично в руки.

– Хорошо.

Я направился к двери, но он окликнул:

– Александр.

– Да?

Кирилл смотрел на список. На его лице боролись страх и надежда.

– Если это сработает, – сказал он тихо, – мы получим больше, чем защиту. Мы получим… – Он замялся.

– Людей, которые заинтересованы в нашем успехе. Это и есть наша цель, – подсказал ему я.

Он кивнул. Обмакнул перо в чернильницу и начал писать.

Я вышел, оставив его наедине с приглашениями. Через час Кирилл спустился в зал с пачкой конвертов.

– Готово, – он положил стопку на стойку.

Я взял верхний конверт, повертел в руках. Солидный. Такой приятно получить.

– Посыльных нашёл?

– Отправил Лёньку на площадь. Там всегда крутятся мальчишки, которые за медяк куда угодно добегут.

– Надёжные?

Кирилл пожал плечами:

– Надёжнее, чем срывать наших с работы. Лёнька выберет толковых, он в людях разбирается.

Дверь кухни открылась. Вышел Матвей, вытирая руки о фартук:

– Саша, Иван спрашивает – какой соус на завтра готовить?

– Три вида. Сливочный, винный и ягодный. Пусть начинает с основ, детали обсудим вечером.

Матвей кивнул, но не ушёл. Переминался с ноги на ногу.

– Что ещё?

– Там это… – он замялся. – Настя спрашивает, можно ли ей отлучиться на полчаса. Говорит, надо домой забежать.

– Пусть идёт. Только быстро.

Он исчез обратно на кухню.

Кирилл проводил его взглядом:

– Хороший парень. Толковый.

– Лучший, – согласился я.

За окном мелькнула тень – Лёнька вернулся с тремя мальчишками лет двенадцати-тринадцати.

Кирилл вышел к ним, я наблюдал через окно. Короткий разговор, взмах рукой в сторону конвертов. Мальчишки закивали, разобрали письма, получили по паре медяков аванса и рванули в разные стороны.

Кирилл вернулся:

– Что теперь?

– Теперь ждём. И работаем.

Я вернулся на кухню. Команда вкалывала. Второй заход эликсиров держал их в тонусе. Иван стоял у плиты, священнодействуя над соусами. Рядом Лёнька записывал каждое его движение – учился.

Внезапно дверь чёрного хода распахнулась с грохотом. На пороге стоял Антон с лицом белым как мел и дикими глазами.

– Александр! – выдохнул он, хватаясь за косяк. – Беда!

Я шагнул к нему:

– Что случилось? Угрюмый? Варя?

– Нет! В Слободке… – он задыхался, не мог выговорить. – Там глашатаи! И стража! Оцепили площадь!

Кухня замерла. Ножи перестали стучать.

– Облава? – спросил я.

– Нет! – Антон замотал головой. – Они читают указ! Снос! Сносят всю Слободку! Две недели на выселение!