Текст книги "Снегурочка поневоле (СИ)"
Автор книги: Злата Тур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Глава 19
Я думала, что буду трястись от страха в самолете. Но, видя напряженное личико Аришки, вынуждена была перебороть свой страх и делать вид, что я тут не впервые. Расслабилась и получила удовольствие.
Во-первых, не хотелось Тине давать лишний повод насмехаться надо мной, а Дежневу подумать, что слишком много во мне минусов.
А во-вторых, лететь бизнес-классом престижно. И я должна соответствовать. Ну это, правда, такой себе довод.
Успокаивало то, что никто в панике не озирался с видом «Выпустите меня! Я погорячился!» А потом Аришке подарили фирменный рюкзачок с очень приятными вещицами: восковые карандашики, журнальчик с раскрасками и интересными статьями, ручка, картонные фигурки и магнитик. Мне даже самой понравилось. Я вспомнила свое детство, в котором не было места ни путешествиям, ни каким– либо изыскам. Странно, что с таким богатым папой, Аришка не пресытилась новыми игрушками. Ее глазки заблестели, и она с неподдельным восторгом разбирала рюкзачок.
Вкусная еда еще больше настроила на благодушный лад. Особенно, если учесть, что кресла Тины и Дежнева находились через проход. И эта язва в течение всего полета не сможет меня доставать.
Удовольствие доставил и трансфер к отелю. Как зачарованная, я разглядывала горный пейзаж по дороге к сердцу Красной поляны, маленькому городку под названием Роза Хутор. И еще больший восторг накрыл меня, когда мы приехали на место. От восхищения у меня чуть дар речи не отнялся. Такую красоту я видела только на картинках. Аришка разделяла мои чувства. Пока Дежнев распоряжался насчет багажа, мы с ней, держась за руки, таращились по сторонам.
– Нравится? – на ушко спросила я у нее. И получила маленькое чудо в ответ. Она обхватила мою голову, чтоб я не успела выпрямиться и так же по-шпионски прошептала:
– Да!
Это, конечно, было больше похоже на вздох, и тем не менее – большая победа.
– Ты умница! – похвалила я малышку. – Теперь ты будешь со мной разговаривать?
– Да! – получила тот же ответ.
Дети перестают говорить по разным причинам и по-разному. Одни дома спокойно разговаривают, и не могут только отвечать у доски в школе. Кто-то не может вымолвить ни слова с определенными людьми. Но часто даже у самых – самых молчунов вырываются какие –то слова.
Аришка же вообще молчала. И судя по моим наблюдениям, оживала только со мной. Даже с отцом старалась плотнее забиться в свою раковину. Хотя я б на ее месте испытывала бы то же желание. Создавалось впечатление, что он ей или вовсе не отец, или на самом деле Ледяной, как я назвала его вначале.
И мне кажется, что второе. Он вроде заботится об Аришке. Но отстраненно. Будто из чувства долга. Хотя и с Тиной он ведет себя так же. На ее мырлыканья отвечает снисходительной улыбкой, в которой нет ни капли игривости или радости.
Будто все его чувства заморожены. Или же являются ценнейшим ресурсом, который он боится растратить. Я даже ни разу не увидела, чтоб он ее приобнял или что-то милое сказал на ушко.
Ко всем ровное, слегка отстраненное отношение. Просто загадочный Мистер Х. Интересно, а он и в постели такой скупой на ласки? Ой! Меня уже совсем не туда понесло. Это точно не должно меня волновать…
Дежнев проконтролировал, чтобы наши вещи занесли в номер, оглядел все придирчивым взглядом и, кажется, остался доволен. А я невольно им залюбовалась. Спокойный, невозмутимый, мне он казался надежным, как скала. Оставшись с ним практически один на один, я снова почувствовала, что сердце бьется неспокойно. Его парфюм, будто и не было трех с хвостиком часов перелета, ожидания в аэропорту, дороги сюда, был свежим и норовил заполнить собой каждую клеточку моего тела. Словно старался поработить меня, подсадить, как на наркотик. А этого уже, кажется и не надо делать. И так все мысли крутятся вокруг него.
– Пообедайте сейчас, и пусть Аришка отдохнет. Потом на прогулку. За ужином встретимся.
Как всегда, коротко и по существу.
«Слушаюсь, барин!» – хотелось отрапортовать. И пока я думала, чем заменить шкодливую фразу, он уже развернулся и покинул наш номер.
Интересно. Насколько я знаю, в отелях прием пищи по расписанию. И если ужин начинается в шесть, то растягивается до девяти. А во сколько мы должны прийти?
Я прислушалась к тому, что происходило за дверью, и с облегчением поняла, что их номер по соседству. Значит, не придется вызванивать или кричать: «Ау!» Люди не поймут. Явно здесь живут небедные люди, не привыкшие, чтоб их беспокоили.
Разберемся! Хотя интересно. А они, что, не собираются обедать? Еще один вопрос. Может, не терпится на лыжах покататься, пока светло?
– Раздеваемся! – скомандовала я, и Аришка послушно принялась стаскивать с себя пуховичок и сапожки.
– Руки моем! – и мы вдвоем потопали в ванную. Мне хотелось пискнуть от восторга. Мягкие, пушистые полотенца, огромное зеркало над раковиной. А на ней стройные ряды красивых пузыречков.
Естественно, я первым делом принялась их нюхать и совать под нос Аришке.
– Нравится?
– Да, – уже смелей, но все еще тихо ответила она. А я обняла ее (раз никто не видит) и пощекотала.
– Можешь громче сказать? Да! – радостно крикнула я, заряжая девчушку своим позитивом. – Здорово же здесь? Смотри целых два окна, и из них вид на горы!
– Здорово, – смущаясь, негромко повторила Аришка, а я не удержалась и чмокнула ее в макушку.
Для гувернантки нехорошо так думать, но я даже рада была, что мы какое-то время будем вдвоем, без Всевидящего ока Саурона в лице Тины. Можно реально расслабиться и получить удовольствие от иллюзии, что я приехала сюда отдыхать. И, словно, чтобы поддержать эту иллюзию, на мою голову свалилось неожиданное знакомство.
Мы с Аришкой вышли в коридор, и пока я прикладывала магнитный ключ к замку, сзади раздался приятный баритон.
– Какое у меня приятное соседство!
Я обернулась, как ошпаренная. Меня довольно бесцеремонно разглядывал парень, лет тридцати, со светлыми, даже рыжеватыми волосами, очевидно не подчиняющимися расческе, с недельной светлой щетиной и смеющимися ярко-голубыми глазами. Яркость усиливалась, наверно за счет его загоревшей кожи. Значит, он здесь не первый день. Иначе был бы краснокожим от ультрафиолета, который в горах, как известно, особенно жгучий. Высокий, широкоплечий, он чуть ли не перекрыл собой окно в коридоре.
– Это ваша сестренка? – не дожидаясь реакции на свое «приятное соседство», продолжил он. А меня мгновенно пронеслись перед глазами кадры из фильмов, где простушка выдает себя за богачку и выходит замуж за классного, естественно, богатого парня. Ладно, пусть небогатого, но классного. И этот похоже из таких. Открытый, не пафосный. В вязаном свитере сдержанного серого цвета с геометрическим рисунком. Неброско, удобно, и красиво.
Но соври я что-нибудь, ложь долго не протянет. Поэтому я ответила обтекаемо:
– Это моя Аришка.
– А я Александр. Друзья зовут Алексом, дети Сашей, – он широко улыбнулся, показывая великолепный ряд зубов, достойных быть на рекламных проспектах.
– Так вы многодетный отец? – мои брови удивленно поползи вверх, и я чуть наклонила голову, чтоб придать вопросу шутливости. Почему-то, я даже боялась признаться сама себе, внутри екнуло разочарование.
– Нет, своих я еще не завел. Я детский врач. И чтобы не мучать малышню запоминанием имение-отчества, а оно у меня заковыристое, я разрешаю называть себя Сашей.
– Удивительно! – вырвалось у меня.
– Что именно? – хитро прищурился новый знакомый. – Что я при такой породистости до сих пор не обзавелся кучей маленьких спиногрызов?
– И это тоже. Гены надо передавать, – поддержала я его игривый тон. – На самом деле удивительно, что вы детский врач. А я Мери Поппинс, – раскрыла я карты.
– Надеюсь, контракт не запрещает вам знакомиться с мужчинами? А то я сильно огорчусь. Здесь в основном такие девицы – жеманницы, что слова в простоте не скажут. Цитирую классику. А вы с Аришкой тоже кататься будете? – Алекс говорил так непринужденно, что я невольно прониклась симпатией. А то, что он детский доктор, так вообще подарок. Наверняка, он что-то умное посоветует насчет Аришкиной проблемы.
– Честно говоря, я еще контракта и в глаза не видела. По факту, я второй день на работе. И да, на лыжах мы кататься не умеем, приехали хвостиком к работодателю и его подруге.
– Мери, вы крайне неосмотрительная девушка! А если он вас обманет?!
Придется вызвать его на дуэль!
– Не придется. Он порядочный. Я имела возможность в этом убедиться, – принялась я горячо защищать Дежнева.
– Ну раз порядочный, тогда, чтоб иметь возможность с вами видеться, я должен подружиться с ним. И тогда никаких препятствий не будет. Логично?
– Наверно. Вы легко ладите с людьми. Хотя господин Дежнев не отличается открытостью. Он, как в раковине. Но у нас есть Аришка. И знакомство с хорошим доктором нам пригодится.
Я пошла по наклонной. Я фактически на работе и флиртую без зазрения совести… Но с Алексом было так легко, что мне не хотелось прерывать этот ни к чему не обязывающий разговор. Тем более, что он вывернул на больную для нас тему.
– Аришка, а как зовут твою замечательную няню? – присев на корточки, чтоб не возвышаться над ребенком, спросил он.
Малышка тут же спряталась за мою спину.
– Солнышко! Ты чего? – испугалась я, что ребенок распереживается. Я обернулась, однако страха в глазах Аришки я не увидела. Только любопытство. – Ты же не боишься дядю Сашу? Он хороший. Деток лечит. Будешь с ним дружить?
– Не знаю, – одними губами ответила она.
– Ну тогда присмотримся к нему? Да? Может, он нас на лыжах научит кататься! Да, дядя Саша?
Я хитро усмехнулась, понимая, что, может, дядя Саша и любит деток, но на отдыхе предпочел бы компанию свободной барышни. Но назвался груздем, полезай в кузов! Ты нам нужен!
– Научу! И даже готов после обеда приступить! – по– военному вытянулся он в струнку и козырнул. – Только если мы все-таки познакомимся. А то незнакомым барышням я уроки не даю. Принцип!
– Я на самом деле Мери. Так бы меня в Англии звали. А в России Маша. Тогда обедать! Ой. – опомнилась я. – Нам же велено после обеда отдохнуть, а потом уже темно будет.
– Тогда просто прогуляемся, и я вам расскажу теорию, а практику начнем завтра, – ничуть не смутившись, предложил Саша. – И я как раз покажу вам дорогу в ресторан. Вы же не знаете?
– Не знаем, – подтвердила я. И мы бодро засеменили за нашим длинноногим спутником. По дороге он рассказал пару смешных историй, и Аришка уже не пряталась за меня, а с интересом разглядывала его.
И к концу обеда я чувствовала себя так, будто мы знакомы с песочницы.
И все могло бы быть хорошо. Но после прогулки, прямо на входе в отель, нос к носу столкнулись с Дежневым.
И у меня тут же закралось смутное сомнение, что даром мне эта прогулка не пройдет…
Интересно, успел он рассмотреть, что мы с Алексом не просто у входа столкнулись? Вдруг не успел? Хотя на это надеяться было глупо. На моем лице ж все и так написано. И приятное общество за обедом, и прогулка – все в выражении безмятежной радости.
И я решила, что называется, взять коня за рога.
– Илья Никитич! Разрешите вас познакомить с замечательным человеком, который работает с детками, – словно бросаясь в холодную воду, выдала я на одном дыхании. Алекс понял, что надо меня спасать и поддержал. Он выдал свою фирменную улыбку и уверенно протянул Дежневу руку.
– Александр. Для друзей Алекс, дети зовут Сашей.
Дежнев, все еще хмуривший бровь, нормами приличий не пренебрег и пожал протянутую ладонь. В конце концов, все, кто имеет возможность жить в этом отеле, равны. И неважно, кто крутой бизнесмен, а кто детский врач.
– Илья.
– Я тут взял на себя обязательство научить Машу с Аришкой кататься на лыжах. Вы ж не против?! – все так же непринужденно продолжил Алекс.
Лицо Дежнева привычно быстро приняло нечитаемое выражение. Он несколько секунд помедлил, затем ответил.
– Рад, что Аришка в вашем присутствии не зажимается. Но я сам собирался этим заняться.
«Да ладно!» – Чуть не вырвалось у меня. То-то до вечера не вспоминал о нас.
– Тогда результат не заставит себя ждать! – улыбнулся Алекс, сделав вид, что не заметил отстраненности Дежнева. Видать, по работе привык налаживать контакт с родителями, которые довольно часто бывают неадеквашками. И это прибавило ему очков в моих глазах.
– Я уже познакомил девочек с первым правилом. Запомнили? – обернулся он к нам с Аришкой.
– Да, учитель! – я важно кивнула, подражая ученикам сенсея. – Настоящие горные лыжи начинаются, когда вы начинаете ходить пешком в гору.
А Дежнев, кажется, тоже сообразил, что ведет себя, как собака на сене. Я буквально загривком чувствовала, что появление сенсея в нашей с Аришкой компании его напрягает, но по факту предъявить нам нечего. На самом деле, он же не озвучивал мне пункта о запрете на общение.
– Замечательно. Тогда с вас теория, с меня практика, – ограничил он действия нового знакомого. А дальше произошло вообще невероятное. Дежнев, наверно, сам от себя не ожидал, но оно вырвалось – приглашение отужинать вместе. – Вы присоединитесь к нам за ужином?
– С удовольствием, – тут же откликнулся Алекс.
И поскольку путь – холл – лифт – коридор нам предстояло проделать вместе, разговор завязался. Правда, не сам собой, как говорят в таких случаях, а по инициативе Алекса.
Он ненавязчиво разговорил буку Дежнева, и оказалось, что у них одни и те же предпочтения. Кто-то предпочитает волшебно теплый Таиланд, кто-то Мальдивы и Доминикану, а они привыкли проводить новогодние праздники, здесь, в горах. И почему-то этот факт добавил плюсиков к имиджу Дежнева. Хотя по моему разумению, отдых в таких отелях не намного дешевле Таиланда. Но здесь играют роль именно предпочтения.
В моем представлении пляжный отдых выбирают мажоры и «тюлени», которые перекатываются от бара к пляжу и обратно. А горы и лыжи – это совсем другое.
И вот что странное. Либо Алекс и без этого состоял из одних плюсов, и лыжи ничего нового к его образу не добавили, либо я фанатично выискивала плюсы у Дежнева. Наверно, чтобы как-то перестать его бояться.
Ведь то, что более– менее хорошо знаешь, не так пугает. Или я за страх принимаю что-то другое? Я совершенно путалась в своих чувствах.
Глава 20
Вскоре после того, как мы разошлись по своим номерам, Дежнев постучал в дверь. Мы как раз с Аришкой коротали время до ужина за собиранием пазлов. Убедившись, что девочка продолжает заниматься своим делом, взглядом показал, что я должна выйти в коридор.
«Слушаюсь и повинуюсь, мой господин!» – промелькнуло в голове. Но я предусмотрительно никак не озвучила свой «не восторг» от такого обращения.
– Мария. Думаю, тебе не надо напоминать о характере работы? Ты занимаешься Аришкой, создаешь ей комфортную обстановку. И в этом я вижу подвижки.
Ого! Барин похвалил?! Не раскатывай, Маша, губы. Основная мысль дальше. И я не ошиблась. Небольшая пауза в речи Дежнева была вызвана тем, что он опять отвлекся на мое декольте. Может, конечно, не на него– ведь у него есть Тина для плотских утех – а на веселых розовых поросят на моей старенькой, но очень уютной футболке, обтягивающей мою «тройку». Скольких хрюшек он успел пересчитать, не знаю, но поймав мой взгляд, тут же сделал «лицо».
– Но хочу напомнить, что общение с другими людьми должно быть сведено до минимума, если это пойдет во вред ребенку, – строго сказал он, а я не выдержала.
– Прошу прощения, а определять эту грань, когда пойдет во вред, я могу сама?
Вопрос застал Дежнева врасплох. Зуб даю, что он имел в виду конкретного «другого людя», а не каких –то абстрактных представителей из отдыхающего контингента.
Пришлось самой спасать его честь.
– Я не собираюсь заводить никакие знакомства, которые могут отвлечь меня от выполнения своих обязанностей. Алекс…, – у меня получилась заминка на пару секунд, но я успела заметить, как потемнел взгляд Дежнева. Ой! Барский гнев?! Я тут же поспешила его усмирить, во избежание неприятностей. – Алекс понравился Аришке. И я считаю, это самое главное.
– Только Аришке? – сорвался с языка Дежнева провокационный вопрос.
В голове всплыл совет, что делать, если тебе задали неудобный или некорректный вопрос, типа: «Что, замуж до сих пор не вышла?» Надо задать встречный, сбивающий с толку: «А вы с какой целью интересуетесь?»
Но Дежнев – это не любопытная бабулька из подъезда. Поэтому я решила сказать правду.
– И мне нравится. Очень приятный собеседник. К тому же, уверена, что Алекс может помочь Аришке.
Дежнев открыл было рот, порываясь что-то сказать, но вторая часть моего ответа его обезоружила. И он предпочел закрыть вопрос.
– В семь часов в ресторане. Да, и, пожалуйста, без этих поросят…, – теперь уже на законных основаниях он еще раз нырнул взглядом в вырез футболки и, считая свою миссию выполненной, шагнул к двери. А я послала ему вдогонку ответ. Как обычно, мысленный.
Разумеется, шеф. Вечернее платье не обещаю. Но джинсы и черную водолазку надену. И простите, она тоже в обтяжку. Оверсайз одежды у меня нет.
Но моя «обтяжка» померкла перед «обтяжкой» Тины. Она спустилась к ужину в умопомрачительном бежевом платье, и, кажется, кашемировом. Во всяком случае оно было таким элегантным и в то же время казалось таким мягким, что руки тянулись потрогать. Шею украшали недлинные бусы из крупного янтаря и клатч, расшитый тем же солнечным камнем.
Я не завистливая. От слова совсем. Но мне тоже захотелось что-нибудь такое же теплое и обнимающее. Раз уж нет мужчины, выполняющего обнимательную функцию.
Спасибо Алексу, он тоже не задержался, иначе я в компании Дежнева и Тины сидела бы, как на иголках. И Аришка тоже. Она ссутулилась и придвинула стул вплотную к моему. Тут Алекс и подошел. Наметанным глазом заметил, что девчушка нервничает и, как ни в чем ни бывало, сразу же обратился к ней.
– А кто это тут в мышку хочет превратиться? А? Будешь сутулиться, хвостик отрастет. Ты ж не хочешь ходить с хвостом?
Алекс сделал страшные глаза, и Аришка расслабилась, попав в ауру его обаяния.
Я кинула взгляд на Дежнева, и мне показалось, что он занервничал. Конечно, это он должен подбадривать ребенка, а не чужой дядя. Может, он ее из детдома взял по какой-то неведомой причине? Загадка номер один продолжала оставаться загадкой.
И чтобы сгладить неловкость, он подал знак официанту из бара и заказал вино. Понятное дело, из бара наверняка качественней, чем то, что включено во «все включено».
Когда на столе появилась красивая и дорогая бутылка, Дежнев «толкнул» тост.
– За знакомство! Я рад, что у Арины появился еще один человек, рядом с которым она раскрывается. Алекс, добро пожаловать в компанию! – он разлил вино по бокалам и, помедлив, добавил: – И давай на «ты»?!
– С удовольствием! – тут же непринужденно откликнулся Алекс.
– И позволь представить мою спутницу. Тина. Алекс, – завершил официальную часть Дежнев. А я чуть не впала в ступор. Если я протяну бокал Тине, а она своротит нос?! Я как бы прислуга… Вообще мне эта затея с совместным приемом пищи не нравилась. Но из-за Аришки меня нельзя было вычеркивать. И Тине пришлось смириться.
Нацепив скромную улыбку, я отправила свой бокал навстречу всем участникам застолья. И спасибо, барыня хоть и едва коснулась краешком бокала, но не проигнорировала.
Я выдохнула, и пружина, сжимающая все мои внутренности неимоверным напряжением, разжалась. В конце концов, еда – это наслаждение вкусом. А ее тут было много и всякой разной. Так что мы с Аришкой занялись ею. Было немного стыдно, когда взгляд падал на тарелку Тины. Там, как по мне, было совсем грустно. Ботва какая-то и сиротливый кусочек рыбы.
Принадлежность Тины к элите не укрылась от глаз Алекса. И он предложил тост.
– Давайте выпьем за прекрасных дам. Илья, тебе крупно повезло. Мало кто из девушек пропустит праздничные мега– распродажи в Дубае и притащится сюда.
– Да, это точно. Учитывая, что Тина к лыжам относится, как вегетарианец к салу, – согласился Дежнев.
Интересно… А куда ж она ходит вся такая красивая в лыжном ярком костюме?
– Да, милый. Приходится коротать время в кофейне, на канатке, делать селфи и постить в блог, – Тина сокрушенно покачала головой, показывая, как тяжело приходится соответствовать статусу верной подруги.
Новая информация еще больше меня задела. Хотя с чего бы? Она ж не восточная жена, чтоб свою красоту показывать только мужу. Тина демонстрирует ее всему миру и, наверно, зарабатывает еще и на этом. Действительно, деловая хватка у нее будь здоров.
А я … в джинсах и дешевой водолазке. С формами, не соответствующими современным стандартам.
И тут я, наконец, осознала, что невольно пытаюсь соперничать с Тиной. Вот только вопрос – конечная цель этого мифического соперничества – сердце Дежнева?
Ведь он меня поразил еще при первой встрече! Впечатался глубоко в подсознании как образец мужественности и вообще эталон мужчины. И хоть я себя убедила, что наши Вселенные не пересекаются, но разве не чудо, что мы столкнулись с ним снова при таких непростых обстоятельствах. Все! Все! Проехали и забыли. Вон у него свое чудо есть.
И тут, как на грех, в созвучие к моим мыслям представилась возможность Тину потроллить. Честно. Я не хотела. Оно само.
– Да, и пока жду Илью, продумываю бизнес– план нового салона. Такого, чтоб даже декретные мамаши могли прийти и получить полный релакс. Найму пару опытных нянь, чтоб заняли малышню, пока их родительницы проходят процедуры. Хочу оформить во французском стиле. Под старину. Всякие завитушки, золото, розовый цвет и роспись на стенах. Пока ломаю голову над названием.
– Ну если во французском стиле, то «Бурдалю» подойдет. Непонятно и звучно, – не удержалась я. Тина вскинула красиво очерченную бровь, будто не ожидала от меня разумной речи.
– Звучно. Я подумаю.
Алекс никак не отреагировал, а Дежнев, который, очевидно, больше книжек прочел, издал звук, будто прочищал горло. Приложив к губам салфетку, чтоб скрыть ухмылку, вопросительно посмотрел на меня.
– Это что-то ночная… ? – он сделал паузу, пытаясь выяснить, то ли я знаю истинное значение слова, то ли дурочка запомнила интересное слово.
– Да, чисто женская штучка….Ночная услада, кажется, – сделав честные глаза, ответила я. А что? Почти не соврала. Чисто женская штучка – дамский анатомический переносной горшок, который использовали вплоть до появления унитаза. Было б забавно, назови Тина так свой салон. Конечно, лучше б она уже забыла это слово. Иначе огребу неприятностей. Но зато сейчас мне было весело.
Дежнев едва заметно покрутил головой, давая понять, что дергаю смерть за усы. Но тем не менее, у нас появилась маленькая общая тайна. И от этой мысли у меня где –то в области солнечного сплетения защекотали бабочки. В том, что у нас есть тайна, я убедилась – Илья тут же перевел разговор на Алекса, выясняя, какие спуски у него в приоритете и прочие приятные настоящим мужчинам фишечки.
Я надеялась, чтоб отвлечь Тину от конфузного названия и потом предложить ей что-то более нейтральное. В остальном ужин прошел почти комфортно. Только завершение слегка подгадило впечатление.
Бокал вина и вкусная еда делали свое дело – я расслабилась, и даже присутствие своего хейтера не омрачало удовольствия.
– Предлагаю после ужина в бильярд! – проявил инициативу Алекс.
– О, замечательно, – бодро откликнулась Тина. – Бильярд – не лыжи. Не страшно. Научите меня.
– Без проблем, – пообещал инициатор, чуть не вызвав у Дежнева нервный тик.
– Дорогая, а ты не устала? У нас все-таки перелет, ранний подъем?
– Нет, я бодра, как утренняя роза. Или эта, как барда … что? – Тина кинула на меня вопросительный взгляд.
Упс... Мое название таки ей запало. И надо срочно его чем-то заменять.
– Вечер скорей не для бодрости. Утренняя роза – «Роз дю мате», – попыталась я отвлечь Тину от ненужных мыслей. От греха подальше.
– А ты что, и французский знаешь? – округлила она глаза. И было видно, что этот факт ей неприятен.
– Не в том объеме, как мне хотелось бы. Практики не было, – ответила я, пытаясь придать голосу максимум скромности.
– А в английском практику где получила? – вцепилась меня, как ревнивая кошка, Тина. – Ты что, в Англии была?
– Нет, в институте была группа ребят из Кении. И я у них выполняла роль координатора. От них и набралась практики.
– Больше ничего не набралась? – забыв, что она в приличном обществе, Тина сбросила маску доброжелательности к челяди, которая, по всей видимости, ее сильно напрягала.
Алекс, не ожидавший такого неприкрытого хамства, кашлянул и изумленно уставился на Тину. Дежнев сморщился и потер переносицу, так, будто у него заболела голова. Да и было от чего. Все-таки она его девушка. И одернуть ее – значит, откровенно стать на мою защиту. Без Алекса он не стеснялся это делать, а сейчас ему было реально неловко.
Что ж… Как обычно, придется отстаивать свое достоинство самой. Засунув обиду так глубоко, чтоб она не прозвенела в голосе, я, как ни в чем ни бывало, ответила:
– Конечно, набралась. Кое-что из суахили, это у них второй государственный язык. Например, знаменитая фраза из мультика «Король Лев» «Акуна матата» означает «Никаких проблем» или «Без забот», а также «Успокойся». А еще сам образ жизни и мыслей в таком духе. Нам бы не помешало.
И давая понять, что я знаю свое место, обратилась к Аришке.
– Еще чего-нибудь сладенького хочешь?
Девчушка молча взяла меня за руку и потянула к стойке с десертами. Они пусть бильярдами балуются, а мы плюшками! Не всем быть фитоняшками, некоторые любят и поесть. Может, Тина потому и злая, что вечно голодная?!
Я намеренно задержалась возле сладкого, предлагая Аришке на выбор пироженки. Выжидала, пока мои сотрапезники освободят стол. Ибо мой наигранный позитив израсходовался.
– Тина злая, – вдруг сказала Аришка.
– Она тебя обижала?! – ужаснулась я.
– Нет, она тебя обижает!
Я отставила тарелку с пироженками и обняла малышку. Двойная радость! У меня появилась защитница и она же произнесла сразу два предложения.
– Ты ж моя умница!
Настроение снова подпрыгнуло до верхних отметок. Во-первых, меня не будет мучать совесть в присутствии Тины за то, что я уминаю безумно вредное и такое же безумно вкусное. И запиваю ароматным кофе со сливками из аппарата. А во-вторых, я уделала хамовитую бизнес-леди. Технично. Вежливо, не уподобляясь ей.
Так что первый день на курорте можно считать вполне удачным. Если, конечно, после бильярда не зайдет Дежнев с какими-нибудь претензиями.
