Текст книги "Первый среди равных. Книга XV (СИ)"

Автор книги: Жорж Бор

Соавторы: Юрий Винокуров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 8

Чувства ловили каждое движение и каждый вдох в большом зале. Я контролировал течение магии в этом месте до последнего грана энергии. Никто даже усилить свой организм аспектом Жизни не смог бы без моего разрешения. Иван и Степан протащили нашу ударную группу к главному узлу обороны дворца прямо через тени, и я увидел довольно неприглядную картину.

От тех, кто захватил власть на родине Аларака, практически никого не осталось. И физически, и психологически, это были полностью сломленные люди. Мне не надо было обладать даром Ментала, чтобы увидеть, что большинство из них находилось на грани самоубийства. Магический фон Чёрного Континента делал своё дело, но не только он стал причиной такого состояние предателей бригады Витязей.

Светлячок, захвативший власть, не справился с куском, который хотел откусить и тот намертво застрял у него в горле. Жизнь паразита довольно скучна и редко когда бывает выдающейся. В данном случае, всё оказалось довольно предсказуемо. Предки Аларака, обнаружив свободный выход магической энергии, не придумали ничего лучше, чем построить в этом месте своё родовое гнездо.

Удивительным образом, но дар аспекта Смерти, которым обладал род Кота, нивелировал влияние смешанной энергии из цитадели Эрании. Именно этот поток силы заметил когда-то Валерий Александрович Сурков, по прозвищу Светлячок. Только тогда на месте жаровни стоял столб предков Аларака. Смерть неохотно подчиняется чужим правилам, а духи качественно фильтровали силу для своих потомков. Это позволило прежней династии королей поколениями править своим народом и развиваться. Может поэтому Бриссу их и не трогали, но я в этом сомневался.

Аспект Огня, которым Сурков заменил столб предков, был слишком непостоянным и агрессивным. Он априори не мог что-то стабилизировать, но силы дал Светлячку столько, что тот покорил все посёлки и города страны Аларака. Вот только это была заёмная сила, которая бесследно исчезла, как только я перехватил контроль над каналом к цитадели Эрании.

Именно в этом была суть моего плана. Я не верил, что кто-то из местных встанет на сторону захватчиков. У самих предателей сил было слишком мало, чтобы меня остановить. Оставался только сам Светлячок, который мог оказать приличное сопротивление, если бы сжёг себя в собственной жаровне. Поэтому я решил пройти в замок врага через тени и захватить главное оружие врага.

Как только я разобрался с этой задачей, началась атака Витязей. Рыков повёл своих людей на уничтожение патрульных отрядов и постов противника. Учитывая, что Вепрь сам обучал этих людей и поддержка у него была в разы мощнее всех местных магов, жертв с нашей стороны за пределами дворца я не ждал.

– За Разумовских… – едва слышно выдохнул стоявший неподалёку от меня небритый мужик и медленно потянул из кобуры пистолет. – За князя, род и отечество.

Григорий, который успел выполнить свою задачу за пределами дворца и, вместе с Марой и Антипом, присоединился к нам, мельком взглянул на мужика и отвернулся. А секунду спустя я понял почему.

Это походило на какой-то кусок чужого кошмара. Светлячок, полностью лишённый магии и разума, что-то орал с возвышения, где стоял его трон. На пол летела слюна, полы оранжевой мантии разошлись, открыв иссушенное внутренним пламенем голое тело. Последователи Суркова пытались реанимировать свои многочисленные амулеты, но у них ничего не получалось.

А потом люди, находившиеся в зале, начали доставать оружие. Те, кто пару минут назад должны были защищать своего повелителя ценой жизни, направили пистолеты на своего короля. Вернее, на его ближайшую свиту. Маги-предатели начали истерично визжать. Кто-то попытался скрыться, но не успел. Грянули первые выстрелы, а потом грохот слился в единую канонаду. Дёргались на сцене десятки раз продырявленные тела. И только Светлячок оставался невредимым и безумно смеялся, глядя, как умирают его подданные.

Бернхард, по моему приказу, закрыл главного противника огненным щитом. Я обещал его жизнь Рыкову и не планировал нарушать собственное обещание. Грохот прекратился и бывшие дружинники, находившиеся в зале, начали переглядываться между собой.

– Предавший раз – предаст снова, – негромко, но очень чётко произнёс тот же мужчина, который начал перестрелку и посмотрел на меня. – Меня зовут Шакал, ваша светлость. Передайте Вепрю мои искренние сожаления.

Григорий качнулся вперёд, но я жестом остановил архимага Ментала. Серия из двух десятков выстрелов слилась в один продолжительный грохот, длившийся всего секунду. Ни колебаний, ни сомнений никто из людей в зале не испытывал. Когда подносил оружие к своему виску и нажимал спусковой крючок…

Когда в ушах перестало звенеть и чуть рассеялся пороховой дым, я недовольно посмотрел на бьющегося в припадке Светлячка. Потом нашёл маяк Петра и переместил главного предателя прямиком к Рыкову.

– Их ещё можно было спасти, господин, – осторожно произнёс Бетюжин. – С восстановлением разума могли быть большие проблемы, но какие-то функции они могли бы выполнять. Может только в Африке, но всё же какая-то польза для рода…

– Нет, – спокойно и максимально чётко ответил я.

– Почему? – спросил Иван, а Бернхард насмешливо хмыкнул. Генерал понимал очевидную ситуацию лучше многоопытных высших оборотней. Я немного помолчал, а потом наклонился и подобрал с земли несколько стреляных гильз. От разных пистолетов и эту горсть разделил между всеми оборотнями.

– В этом зале не было ни одного бойца ниже Мастера, – произнёс я и обвёл рукой заваленный трупами зал. – Офицеры, белая кость выделенной дружины моего рода. У каждого из них был свой кодекс чести и каждый из них его нарушил. Возможно, не один и не два раза.

– На гильзах выгравированы имена… – негромко произнёс Антип. – Гепард, Шакал… Этот мужчина представился Шакалом.

– Они уже давно приговорили себя и друг друга, – глядя на удивительно спокойные и будто бы умиротворённые лица, произнёс я. – Жить, после всего, что они натворили очень трудно. У каждого из них был свой персональный ад на земле и эти люди уже давно нашли свой котёл.

Передо мной открылся пространственный переход, за которым я увидел Петра. Возле архимага Пространства стоял, чуть покачиваясь, Аларак. Глаза Кота были закрыты, но я не сомневался, что он меня видит и слышит.

– Как тебя встретила родная земля, Аларак? – спросил я и на лице африканца появилась болезненная гримаса.

– Она недовольна, что сын вождя покинул её в такой трудный час, князь, – с ощутимыми паузами между словами, ответил принц. – Но мать-земля рада возвращению Кота и уже созывает всех духов предков для встречи.

– Это я уже понял, – хмыкнул я в ответ и заинтересованно посмотрел на жаровню в центре зала.

Угли в ней выглядели так, будто погасли много лет назад. Они осыпались даже не пеплом, а невесомым песком. Смерть возвращалась в свои исконные владения, и я чувствовал, как тянутся к металлической конструкции потоки этого аспекта со всех концов дворца.

Это был удивительный феномен. Даже большинство Вершителей были свято уверены в том, что аспекты не обладают собственным разумом и что они всего лишь проявления разных граней природы. Но сейчас я видел, как сила одной из таких граней стремилась к тому месту, откуда её изгнали чужаки. Смерть не ушла и не растворилась в безумии магического поля Африки. Она затаилась в углах дворца и по всему городу, дожидаясь своего часа. Того момента, когда её избранные дети вернутся и восстановят справедливость.

Аларак шагнул через портал и, как только его босая нога ступила на плитку дворца, пространство вокруг начало меняться. Тела чужаков на полу развеялись невесомым прахом, а стены зала покрылись серым налётом. Мгновение казалось, что странная поросль будет расти бесконечно, но она начала отваливаться целыми хлопьями, открывая чистые и идеально ровные стены.

Поднявшийся ветер тащил прах и хлопья со стен к жаровне, сваливая всё в одну кучу. Она стремительно увеличивалась, приобретая чёткую форму небольшого столбика с округлыми выпуклостями в виде человеческих черепов.

– Я вернулся домой, – доставая из запястий магические кинжалы, произнёс Аларак и взрезал ладони обеих рук, окропляя алтарь предков своей кровью.

– Что снаружи? – спросил я у Бетюжина. Архимаг тут же создал для меня схематичную карту города, и единым пакетом отправил всю необходимую информацию. К тронному залу уже спешили выжившие слуги со всего дворца, а в городе стремительно разносилась весть о том, что потерянный принц вернулся домой и уничтожил всех врагов своих предков. Последнюю новость я приказал распространять бойцам Витязей. Оказалось, что некоторые из них даже нашли среди местных своих знакомых. Пару секунд я впитывал всю полученную информацию, а потом открыл глаза и жестом приказал всем двигаться к выходу. – Уходим!

Нам навстречу спешили причитающие старики и пожилые женщины. Каждый торопился увидеть своего настоящего правителя, чтобы убедиться, что все беды остались позади.

– Князь! – услышал я окрик Аларака и, остановившись, обернулся. Окружившие принца слуги тут же расступились, чтобы мы видели друг друга. – Я буду вечно благодарен тебе за твою помощь.

Кажется, он впервые назвал себя в первом лице за все время нашего общения.

– Слуги моего рода лишили тебя дома, принц, – ответил я. – Я вернул тебе то, что сумел и так, как смог.

– Мне нужно время, чтобы навести порядок дома, господин Разумовский, – улыбнулся в ответ Аларак. – Кот придёт и встанет рядом с тобой, когда небо рухнет на твои плечи.

– Рассчитываю на это, – улыбнулся я в ответ и пошёл следом за остальными членами своего отряда.

До оставленных далеко за городом машин добрались порталом, а потом сразу двинулись в обратном направлении. Всю дорогу до главного поселения Бриссу Мара молчала. Оборотни тоже не стремились общаться, пребывая в странном оцепенении после штурма дворца. И только командир Витязей сиял и не скрывал своего счастья.

Что бывшие сослуживцы сделали со Светлячком я не спрашивал. Своё обещание я выполнил, а остальное было сугубо внутренним делом выделенной дружины. Единственное, в чём я обязан был убедиться, это окончательная смерть Суркова. В этом Александр Егорович меня заверил и даже хотел предоставить неопровержимые доказательства, но я отказался.

К моменту нашего возвращения на территорию племени Бриссу, паника уже давно улеглась, а эвакуация гражданских закончилась. Нас встретил вождь племени во главе своей личной армии. Эселра справился со своими мыслями и переварил новое положение своего племени в мировой истории. Вопросов лишних он не задавал и только попросил разрешения присутствовать на завершающем этапе моего ритуала.

– Без проблем, вождь, – согласился я. – К тому же, тебе придётся взять на себя ответственность за новые условия на всём континенте.

– Новые условия? – тут же насторожился Эселра. – Увеличение частоты нападения монстров и волн?

– Не совсем, – слегка улыбнулся я. После того, как был перекрыт канал для сброса излишков энергии, началась стремительная стабилизация созданной мной магической структуры. Мне оставалось только снять барьеры из чистого Эфира, чтобы энергосистема цитадели слилась с созданной мной магической конструкцией.

Наверное, это было похоже на странный беззвучный взрыв, волнами хаоса раскатившийся надо всем Диким Континентом. В далёком прошлом, когда предок Эселры активировал защиту цитадели ценою жизней своих соплеменников, магия Эрании вывернула реальность этого континента наизнанку. Буйство глубинных сплетений превратило громадную территорию в одну бесконечную аномальную зону, что создать максимально защищённую область для новых хранителей обители Вершительницы. И сейчас я возвращал изувеченную древней магией энергию мира в её привычное русло.

Шелохнулся на груди амулет, и я ощутил внимательный и в чём-то даже одобрительный взгляд его обитателя. Голод паразита временно отступил и теперь он снова готов был изучать окружающий мир. Когда волна докатилась до самых дальних уголков Африки, ритуал перешёл ко второму этапу.

Накопленные за сотни лет запасы энергии цитадели все без остатка пошли на то, чтобы сформировать канал к крепости Локхара. Как только я ощутил стабильный путь к убежищу Обманщика, то начал вплетать в свою сдвоенную твердыню третий столп силы.

Африка, Российская Империя, часть Индии и вся Европа. Громадная часть суши, все глубинные сплетения которой теперь работали только на меня. Энергии было настолько много, что мне трудно было представить её объёмы. И при этом запасы продолжали постоянно увеличиваться. Ни один Вершитель в прошлом не обладал доступом к таким безграничным ресурсам. Вот только я всё равно не был уверен в том, что этого будет достаточно.

Стоило только представить, что придётся не только собирать силу со всей этой громадной территории, но и защищать её, как сразу становилось понятно, что запасов критически мало. Можно было рассчитывать на короткую серьёзную схватку с Атласом, но никак не на длительное противостояние. А чтобы эту схватку устроить, нужно было заставить противника принять в ней участие. Или хотя бы выйти из глубин своих подводных владений. Но на этот счёт у меня мысли уже были.

– Господин Разумовский, – когда я завершил ритуал и стабилизировал цитадель Эрании, обратился ко мне Эселра. Многочисленные надписи на стенах стремительно менялись. Вся структура защиты подстраивалась под мою Твердыню, превращая третий замок в часть общей структуры. – Вы так и не рассказали мне о том, что ждёт людей… Если сейчас подходящий момент, то я хотел бы узнать, что ждёт всех нас.

– Ваше племя уже знает о некоторых Вершителях, господин Эселра, – ответил я. – Повелитель Тьмы, который живёт в Японии, хозяин времени из Поднебесной и тот, чей ключ вы хранили прошедшие тысячи лет. Но это не все выжившие. Ещё один из бывших владык этого мира скрывается в мировом океане. Он сильнее всех остальных вместе взятых, и я предполагаю, что в ближайшее время он нанесёт свой удар и обрушит воды всех океанов на сушу.

– Но… Это означает, что все люди погибнут… – озадаченно пробормотал вождь Бриссу. – В чём тогда смысл? По моим данным, другие ваши собратья копят силу, чтобы управлять людьми, а не убивать их.

– Цели разных Вершителей различаются, – просто ответил я. – Кто-то хочет выжить, а кто-то жаждет вернуть прежнюю власть, и никто из них не станет считаться с жертвами.

– А чего хочешь ты, Вершитель Элрог? – прямо спросил Эселра.

– Хочу закончить начатое, – просто ответил я. – И защитить тех, кому обещал защиту. Не так много, верно? Совсем непохоже на планы по захвату целого мира?

– Не похоже, – осторожно улыбнулся вождь Бриссу. – Быть может, именно поэтому им суждено сбыться?

– Это уж как пойдет, – создавая огромный переход прямо в ядро Тверской аномальной зоны, ответил я. – Ведь для этого каждый должен выполнить взятый на себя долг. Один я не справлюсь.

Рыков отдал приказ Витязям двигаться в портал, а все остальные потянулись следом. Это был очень длинный рейд, но всё в этом мире однажды заканчивается. Я смотрел на шагающих мимо людей и думал о том, что раньше на их месте были сотни тысяч разумных. Смогу ли я в этот раз изменить судьбу и найти другой путь?

– А что дальше, Ярослав Константинович? – нарушила тишину Мара. Принцесса повсюду следовала за своим отцом, но теперь он воспринимал дочь совершенно иначе.

– Дальше? – посмотрел я на девушку и улыбнулся. – Дальше воины племени Бриссу будут объяснять всем жителям Африки, что никаких волн больше не будет, а чудовища скоро вымрут.

Я говорил и отчётливо видел, что жители Дикого Континента мне не верят. Они слишком привыкли жить в условиях аномалии, чтобы представить себя в каком-то другом мире.

– Допустим… – заторможенно произнёс Эселра. – А вы?

– А я домой! Как минимум, день отдыха и нормальный ужин я заслужил, – просто ответил я, а потом мечтательно добавил. – Может на горячие пирожки тёти Жени ещё успею…

Глава 9

На другой стороне портала царили густые сумерки. Пахло свежестью, прелой листвой и близкой осенью. Мимо пролетали с тяжёлым гулом крупные аномальные пчёлы. Огненных насекомых я раньше в районе ядра не видел. Возможно, хранительница расширила ареал их обитания. А может сами пчёлы стремительно расселялись в комфортной для них среде.

Возвращение домой было сродни погружению в идеально тёплую воду. Цитадели Локхара и Эрании не обладали и сотой частью того тепла, что давала Тверская аномальная зона. Здесь был мой дом и здесь я начал свой путь в новом теле. Земля удивительно быстро запомнила слепок моей силы и охотно отзывалась на любую мою мысль. Может дело было в родовой сети Разумовских, которой я закрыл всю зону от края до края и которая намертво вросла в структуру аномалии. Но я подозревал, что в этот раз у меня просто получилось создать место фокуса своей силы не за сотни лет наблюдений, а за пару месяцев активных действий.

Ненадолго прикрыв глаза, разом впитал всю информацию из родовой сети за время моего отсутствия. Теперь таких ограничений, как раньше, уже не было. И хоть я пока не открыл аспект Ментала, усиленный сектор энергии Жизни в Источнике позволял творить настоящие чудеса с возможностями собственного мозга.

От этого мне стало одновременно радостно и грустно. Радость была связана с тем, что тело стремительно перестраивалось под изменившиеся условия. Словно сознание давало неощутимые команды, корректирую развитие организма к стандартам прошлого. Мне даже вмешиваться почти не приходилось. Наверное, так бывает у опытных спортсменов, которые долго не тренировались. Как только вернулись старые нагрузки, инстинкты проснулись и принялись помогать.

А грустно стало от того, что этот путь вёл меня туда, где становилось всё меньше места простым человеческим радостям. Вернее, просто человеческому. Уже исчезли из моей жизни длительные поездки. Не так давно дорога до Москвы занимала несколько часов, а сейчас я мог в Африке оказаться за пару секунд. Стала значительно ниже потребность в пище, а следом я вообще мог перейти полностью на подпитку маной. Дальше разница в силе будет только увеличиваться и даже могущественные архимаги для меня почти перестанут отличаться от обычных людей.

Такова судьба Вершителей. Их могущество сравнимо только с их же одиночеством. И мне не хотелось возвращаться туда, где я не мог доверять никому, кроме носителей собственной силы, которые физически не могли меня предать. Тем более, что в этот раз моё возвышение шло в сотни раз быстрее. Вместо нескольких поколений, рост занял пару месяцев, а я уже был на середине Пути.

В прошлой жизни рядом со мной не осталось никого из близких к моменту возвышения. А сейчас…сейчас мне действительно было кого терять…

– Теперь у тебя не получится подкрадываться ко мне так ловко, – мысленно заблокировав открытие портала за своей спиной, грозно произнёс я и медленно обернулся. За небольшим окошком в ткани реальности виднелась недовольная Нюша, а рядом с ней морда перепуганного россожа. Зверь пытался отступить назад, но девочка крепко держала его за шерсть и Би только скрёб жуткими когтями землю.

– Так не честно, Яр! – возмутилась Аня. – Ты пользуешься своим преимуществом!

– Только сейчас, – рассмеялся я и отпустил портал, чтобы младшая сестра могла выйти. – А ты пользовалась возможностями своих зверей всё это время.

– Нечестно! – оказавшись рядом с мной, топнула ногой Нюша. – Я маленькая и должна как-то выкручиваться! А ты… Тебе и так сил хватает!

Вместо ответа я рассмеялся и присел рядом с девочкой на колено. Всё напускное недовольство тут же исчезло, и сестра бросилась мне на шею. Я обнял её, одновременно ощущая, что она немного выросла и стала значительно сильнее в магическом плане.

– Как твои дела? – спросил я. – Кого-то ещё добавила к своей стае?

– Нет! – проворчала в ответ девочка. Она положила голову мне на плечо и говорила куда-то в камуфляжную куртку. – Этот твой Брига строит из себя самостоятельного дракона и не хочет присоединяться! Мы с Катькой уже по-разному пробовали. Пришлось даже инкубатор мурманских крабов ему так показать. И это стало ошибкой.

– Он сейчас там? – чуть улыбнувшись, спросил я.

– Ага, – кивнула Нюша. – Так и завис возле молодняка. Просит ему всё объяснить, но Катя сказала, что только ты все тонкости знаешь.

– Ну и правильно сказала, – согласился я. Особого риска в распространении этой информации не было. У Бриги просто не было доступа к тем объёмам энергии, которые требовались для ускорения роста магических существ. А те, кто нужным запасом силы обладал, вряд ли станут интересоваться подобными вещами. – Настя дома?

– Должна была уже из Твери приехать, – отозвалась Нюша. – Мы не знали, что ты сегодня вернёшься. Иначе бы все здесь ждали.

– Я и сам не знал, – честно признался я. – А зачем она в Тверь поехала?

– На переговоры с губернатором, – удивительно серьёзно ответила Нюша. – Оказалось, что Настя заключила ряд контрактов перед началом войны с Австрийской империей, которые превратили наш род в ключевого игрока в сфере фармацевтики на большей части страны. Светлейший князь Пожарский хотел обсудить перспективы развития отдельного промышленного кластера на территории барона Ожегова.

В такие моменты мне становилось жаль, что Нюша потеряла своё детство из-за собственной силы. Девочка, пару минут назад обидевшаяся на несостоявшуюся шутку, сейчас рассуждала о войне и политических решениях с той же основательностью и пониманием, что опытные взрослые. И это было неправильно.

– Понятно, – ответил я. – Подвезёте главу рода до дома?

– Конечно! – неохотно выбираясь из моих рук, ответила Нюша. – Только ты сейчас очень сильный и можешь разрушить нору россожей. Но я их подстрахую.

– А давай просто верхом поедем? – предложил я. – Что-то мне в последнее время перестали нравиться порталы.

– Чур я на Огоньке!!! – тут же воскликнула Аня. – А ты тогда на Шустрике едь! Она выносливая и тебя спокойно доставит.

– Договорились, – улыбнулся в ответ я и со стороны тёмных зарослей послышался треск приближающихся чудовищ из стаи моей младшей сестры.

Огонька заметил первым. Громадный тлеющий волк выглядел вдвое крупнее, чем я его помнил. Монстр величественно подошёл к нам, обнюхал свою хозяйку и вильнул огненным хвостом. Шустрик лениво выползла следом. По флегматичной морде улитки сложно было понять её эмоции, но Нюша уверенно сказала, что жующее какую-то ветку чудовище было очень рада меня видеть.

– Рада? – с сомнением глядя на аномальную улитку, переспросил я.

– Рада, – твёрдо заявила сестра. – Ещё как!

Я положил руку на панцирь улитки, и та ненадолго перестала жевать. Нас с этим монстром связывала давняя история, но это не означало, что всё пройдёт гладко.

– А может это и правильно, – задумчиво произнёс я, а потом рывком взлетел в седло.

Дорога домой слилась в одно большое приключение. Нюша отлично знала местность, но мне подчинялась вся магия аномальной зоны. Поэтому шансы были примерно равны, и наша гонка превратилась в настоящее соревнование. В какой-то момент сестра использовала грязный трюк и подожгла на нашем с Шустриком пути сухую траву. В ответ я обогнал Огонька на рывке и залил соперников жижей с подошвы улитки. Мой панцирный скакун буквально взревел от восторга и ещё вдвое увеличил поток жидкости.

В итоге, границу аномальной зоны пересекли в довольно потрёпанном состоянии. Мы с Шустриком подкопчёные и покрытые гарью, а Нюша с Огоньком в слюнях, слизи и грязи. К поместью прибыли с приличной задержкой, но я искренне радовался проведённому в обществе Нюши времени. А ещё ощутил, как энергия Шустрика откликается в моём Источнике. Это тоже было хорошим знаком.

Основной отряд добрался до моих владений значительно раньше нас. Оборотни ждать не стали и сразу решили отправляться в столицу. Пётр открыл переход, которым ушли не только Иван и Степан, но и Гарфакс со своей сотней. Вепрь, забрав с собой Евдокимова с его гвардейцами, ушёл в Горынино и в имении остались только Григорий с Антипом. А ещё Настя и тётя Женя со своими помощницами. Кухарка уже устроила настоящую авральную тревогу на своей территории и я не сомневался, что все мои ожидания будут полностью оправданы.

– Привет! – заметив на крыльце Настю, помахал я ей рукой. – Ты Виктора Романовича не видела?

– Укатил в Тверь твой подданный, – хмуро ответила Анастасия. Видимо, подобному поступку генерала она не очень обрадовалась. – Так торопился, что даже поздороваться времени не нашёл.

– Не может быть! – недоверчиво воскликнул я.

– Ну, пару фраз в расчёт точно брать не стоит, – фыркнула княжна. – Это однозначно не то, чего ждёт девушка от вернувшегося с войны молодого человека. Насколько я понимаю, тебе нужно принять душ. И тебе, Нюша, тоже. Жду вас в столовой.

– Чего она такая сердитая? – посмотрел я на девочку и та, как опытный менталист и маленькая женщина, демонстративно закатила глаза. Уточнить, что это означает, я не успел, потому что Аня предпочла ретироваться в портал, за которым виднелась её ванная. Видимо, состояние Насти было действительно тяжёлым, раз даже младшая не стала спорить и с ходу бросилась выполнять приказ сестры.

Немного подумав, решил последовать примеру Нюши. Копоть и гарь после весёлой гонки покрывали меня с ног до головы, а застарелый пот после длительного рейда я так и не смыл. Просто не было такой возможности. И здесь мне пригодились мои потрясающие возможности в управлении аспектами Пространства, Огня и Воды.

Ванна была наполнена за долю мгновения и ещё столько же мне потребовалось, чтобы довести воду до нужной температуры. Для уставшего за последнее время это было равносильно подарку, и оно отзывалось благодарностью за каждое мгновение покоя. В итоге, вместо обычных нескольких минут, водные процедуры заняли почти час.

Я старался наслаждаться каждым мгновением отдыха. Временем, которое сам себе позволил тратить без какой-либо пользы. Это было довольно странное ощущение, но именно оно позволяло чувствовать себя живым. Не придатком к громадной банке с бесконечной маной, не мозговым центром и точкой опоры множества сил и людей, а просто живым существом. Человеком.

– Ты не особенно торопился, – встретила меня недовольным взглядом Настя. Старшая сестра сидела за накрытым столом и пила чай. Несмотря на поздний час, стол был заставлен свежими блюдами, которых хватило бы на роту голодных солдат. Нюша тихо сидела рядом с Анастасией с пирожком в руках и делала мне страшные глаза.

– А ты не особенно приветлива, – усаживаясь напротив сестёр и, быстро определившись с целью, хватая с большой тарелки кусок вишнёвого пирога, ответил я. Пару мгновений колебался, а потом разом откусил почти треть и с наслаждением закрыл глаза. – Всё из-за Ожегова или ещё что-то случилось серьёзное?

– Не уверена, что глава рода Разумовских теперь сможет оценить весь масштаб проблем, связанных с экономической деятельностью его семьи, – помешивая ложечкой в чашке, ответила девушка. – Ведь это всего лишь деньги… И всего лишь бытовые хлопоты…

– Насть… – с набитым ртом протянул я. – Вот честно, вообще никакого настроения для таких разговоров! Давай прям вот пропустим ту часть, где ты медленно и планомерно ведёшь меня к осознанию всей глубины проблемы и сразу перейдём к обсуждению решения.

Анастасия достала ложку, пару раз аккуратно стукнула ей по краю чашки положила на блюдечко. Пару мгновений она недовольно смотрела на меня, а потом тяжело вздохнула и будто бы даже ссутулилась.

– Я устала, Яр… – тихо произнесла моя старшая сестра. – И я боюсь. За тебя, за нас, за всех людей и за наш мир. Ты на войне, Витя на войне, дома происходит непонятно что. Меня рвут на части всякие дельцы, чего-то постоянно требуют члены союза, которые теперь тебе лично даже звонить боятся. Смешно! Губернатор Твери и один из самых влиятельных аристократов Российской Империи просит меня о встрече, чтобы поинтересоваться твоими дальнейшими планами. Передавайте Ярославу Константиновичу мои наилучшие пожелания при встрече…

– Мне жаль, что тебе приходится тянуть эту лямку, Насть, – искренне произнёс я. – Но в нашем роду нет более опытного и надёжного управленца. Я могу поставить на это место Григория, но он часто нужен мне рядом.

– Не жаль тебе ничего, – устало улыбнулась Анастасия. – Да и мне не жаль, если честно. Каждый делает свою работу ради общего блага. Просто… Иногда бывает тяжело. А мне даже пожаловаться некому! Потому что ты где-то воюешь на другом конце земли и мне страшно тебя отвлекать.

– Можешь мне пожаловаться! – совершенно по-взрослому обняла старшую сестру Нюша. – Я всегда рядом и никуда не собираюсь уходить. И воевать не собираюсь пока что! Честно-честно!

– Вот об этом я и говорю, – вздохнула Настя. – У нас в семье даже девочка двенадцати лет способна отправиться на войну, если это понадобится. И я тоже могу. Дворецкий архимаг, секретарь – сильнейший менталист в мире. Только тётя Женя… Тётя Женя тоже волшебница. И все что-то делают, куда-то стремятся, с кем-то сражаются… Тебе не кажется, что вся эта суета не имеет смысла? Что скоро всё просто перестанет иметь значение. Утонет…

– Что? – переспросил я. Расслабленное настроение разом улетучилось, будто его и не было. – О чём ты?

– Ласточка беспокоится в последнее время, – со вздохом призналась Настя. – Мне снятся кошмары. Будто я постоянно тону в чёрной воде. И ты тонешь. За одну ночь я вижу десятки лиц. Знакомых и не очень, но все они захлёбываются чёрной водой. А ещё я видела мать. Её измученное лицо под слоем воды. Ей плохо, Яр. Очень плохо. Знаю, что уже говорила об этом. Знаю, что тебе сейчас вообще не до этого, но и молчать у меня больше сил нет.

– Ты можешь показать мне свои сны? – дотянувшись через стол до руки старшей сестры, спросил я. Настя вцепилась в мою ладонь, как в спасательный круг и коротко кивнула.

– Только мне тяжело сосредоточиться на этом, – неохотно ответила девушка. – Перед сном они становятся очень яркими и потом тяжело отвязаться.

– Если ты позволишь, Григорий поможет, – предложил я и через родовую сеть дотянулся до менталиста. Бетюжин тоже предавался беззаботному отдыху. Правда, в собственном стиле – юрист увлечённо перебирал накопившиеся за время его отсутствия документы. Ощутив мой призыв, оборотень поднялся и направился к созданному мной пространственному переходу.

– Да, я была бы очень признательна за это, – кивнула Настя.

Менталист положил руки на голову моей старшей сестры, и та закрыла глаза. Нюшу я для этих целей привлекать не стал, потому что не хотел, чтобы девочка видела кошмары Насти. Пока Бетюжин считывал всю нужную информацию, я продолжал есть. Вот только теперь уже ни о каком наслаждении речи не шло. Просто механические действия, чтобы занять время.