Текст книги "Прятки с любовью (СИ)"

Автор книги: Жанна Софт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Прятки с любовью

Пролог

– Играем в прятки?

Я чувствую, как пахнет её страх. Этот смрад наполняет сознание, забивает ноздри, пропитывает волосы, и даже поры моей кожи. Она тяжело дышит, подглядывая за мной сквозь створку приоткрытого шкафа. Глупышка.

Краем глаза замечаю испуганный взор, расширенные зрачки, вздымающуюся грудь.

Впрочем, вероятно это только фантазии

Делаю вид, что ищу её.

Все очень похоже на игру с ребёнком, который забивается в угол, и закрывает лицо руками, уверенный в том, что его не видно.

– Милая, я знаю, что ты здесь…

Мой голос обманчиво мягок. Вкладываю в интонацию максимум ласки и доброты, уверенный в том, что она купится.

Они всё покупаются.

Рывок, и я распахиваю створки шкафа. Она сдавленно кричит, но поздно. Пташка уже в моих руках.

Наматываю верёвки на её запястья, она пытается сопротивляться. Но я подлил в её напиток мощный наркотик. И время работает на меня. С каждой секундой она всё меньше ощущает своё тело, и всё больше оказывается в моей власти.

– Ангел… – нежно глажу белокурые волосы своей женщины, игнорируя её беспомощные, сдавленные рыдания, – Всё кончится очень быстро. Хоть ты этого и не заслуживаешь.

Затыкаю её мерзкий рот кляпом, ловлю пустой, растерянный взгляд. Она даже не удивлена. Конечно, когда делаешь людям дерьмо осознанно, надо понимать, что к тебе вернётся этот бумеранг.

Бумеранг дерьма.

Тащу её в свой подвал. На ум приходит детский стишок:

"Вдруг какой-то старичок Паучок

Нашу Муху в уголок Поволок

– Хочет бедную убить,

Цокотуху погубить! "

Усмехаюсь. Весьма кстати. Только вот ошибки я не совершу и сделаю всё тихо и незаметно для окружающих.

Спускаюсь в свой подвал, она уже не может переставлять ноги. Только мычит и скорбно озирается по сторонам, судорожно осознавая, что всё. Её песенка спета.

– Добро пожаловать в мою берлогу, Энжи. Ты ведь её искала, правда?

Оставляю женщину в центре помещения, сам щёлкаю выключателем, и подвал заполняет яркий, холодный свет люминесцентных ламп. Блондинка щурится, погруженная в ужас, пока я деловито возвращаюсь к ней, и подтаскиваю к операционному столу. Она снова начинает биться, но её попытки – как в слоумо. Жалкие и смешные. Словно слепой котёнок, ей-богу.

Да, жаль, что ты, Анжела закончишь свою яркую жизнь именно так.

Подхватываю её на руки, как невесту, когда она теряет связь с реальностью окончательно и кладу её на стол. Вытягиваю руки, закрепляю ремнями. Потом ноги.

Любовно срезаю с её роскошного тела всю одежду. Некогда прекрасное платье оседает тряпкой на пол, вместе с кусочком кружева её трусиков.

Оглядываю Стругацкую затаив дыхание и позволяю себе улыбнуться. Прекрасная кожа, идеальные пропорции и волосы. Жидкое золото распадается вокруг её головы ореолом. Она могла бы осчастливить кого-то, стать матерью и женой.

Но предпочла быть грязной шлюхой, везде сующей свой нос.

Я беру инструмент и подхожу к её вытянутой руке.

– Ну вот ты и попалась, Анжела.

Глава 1

Светлана

Я спешно пересекаю улицу и понимаю, что самое время бежать. А этим мне приходится заниматься довольно редко. Ну, примерно дважды в неделю на беговой дорожке. Но, никогда. НИКОГДА! В туфлях стоимостью в месячную зарплату моей матери.

Каблуки перестукивают по мокрому после летнего дождя асфальту, но опаздывать нельзя. Лужа!

Грязные брызги мгновенно орошают бежевые лодочки от Маноло, которые я так люблю. Чёрт.

Но если я успею, то смогу покупать себе такие, когда захочу. И почему я поставила машину так далеко от входа? Идиотка. Надо быть умнее в следующий раз, и продумывать даже такие детали. Как оказалось, это тоже очень важно.

– Добрый день, Светлана Георгиевна, – меня приветствует на входе охранник, я кидаю быструю улыбку.

Любезничать с тобой, неудачник, у меня сегодня времени нет.

Открываю дверь подъезда элитного жилого комплекса ключом, и забегаю в холл. Перевожу дыхание.

Старая карга, сморщенная словно изюмина, окидывает меня недоумённым взглядом, с ног до головы. Я остро ощущаю её неодобрение, от вида моих забрызганных грязью туфель.

Да пошла ты. На улице дождь, а я не научилась летать.

– Здравствуйте, Светочка, – расплывается в деланной улыбке бабка, прижимая к груди мохнатого йорка.

– Добрый день, Мария Семёновна, – киваю я в ответ и стремительно двигаю в сторону лифта, игнорируя желание старухи в костюме от Шанель, перекинуться парой фраз. Хватит с меня подъездных бабок, наелась ими ещё в Рязани.

Подхожу к металлическим дверям, жму кнопку. Смотрю на часы. Тороплюсь.

Лифту пофиг.

Поглядываю не двери ведущие на лестницу. Но нет, до десятого этажа мне на своих двоих не добежать.

И что за идиотская привычка у мужиков всё усложнять? Почему нельзя было привести бабу в загородный дом?

Двери лифта разъезжаются, я вхожу и жму кнопку нужного мне этажа.

В зеркальном отражении вижу себя. И пока жестяная коробка несётся вверх, я разглядываю отражение.

Немного запыхалась, заделала туфли. Но в целом – идеальная. И меня видели, как минимум двое. Видели и узнали.

Лифт играет музычку, и наконец, выпускает меня на десятом.

Подхожу к квартире, которых всего две на весь этаж и перевожу дыхание. Приглаживаю волосы. Считаю до трёх, и, наконец, отпираю входную дверь в наше семейное гнёздышко.

Мой муж, Александр Воронин – депутат, слуга народа.

Ему важно жить среди людей. Поэтому мы, сразу после свадьбы поселились в этом занюханном жилом комплексе. Правда, жили большую часть времени в особняке, оформленном на его маму. Хорошо, что мне удалось уговорить его, что наш дом должен принадлежать нам, и теперь чудесная постройка в тысячу квадратов, с конюшней, двумя бассейнами и финской баней числится как моя собственность.

Вхожу в просторную прихожую и ставлю брендированные бумажные пакеты на пол. Скидываю туфли, чтобы не обозначить своё присутствие раньше положенного, и иду в недра квартиры.

Вижу женские туфли. Они валяются небрежно у входа в нашу гостиную. Кстати, этот ковёр выбирала я. Чтобы он гармонировал со шторками. Полная безвкусица, но Сашка схавал. Думает, что я дизайнер интерьеров в прошлом.

Впрочем, обида оттого, что он так легко повёлся на Таньку, всё же в душе присутствовала. Я ведь лучше неё! Всё это знают.

Брезгливо морщусь, замечая недалеко от туфель её кричаще-красные стринги.

Я лучше хотя бы в том, что не одеваюсь как шлюха.

Из спальни раздаются характерные ахи вздохи. Едва сдерживаю мстительную ухмылку.

Ну вот и всё, голубчик. Попался.

Решительно пересекаю гостиную, прихватив шлюшьи трусы, и врываюсь в нашу супружескую обитель.

Мой муж, сорока двухлетний депутат от партии либералов вдалбливает в матрас Таньку с воодушевлением пятнадцатилетнего юнца. И с таким же невероятным самовлюблённым выражением лица, с которым я уже успела познакомиться.

В койке он, конечно, полный ноль. И стручок маленький, и совершенно бесполезный с его умениями, но Саша верит, что всё это не так. И я приложила к этому немало сил. Мужик должен верить в себя, иначе на приключения не пойдёт. С дивана не сгонишь.

Татьяна Ларина (это конечно, ненастоящее имя), стонет под ним, распахнув свой алчный рот. Её чёрные волосы разметались по подушке. Как поэтично.

Постельное бельё, кстати, тоже я покупала. То самое, на котором и происходило действо.

– Ах ты кобель! – ору я и швыряю в спину своего неверного мужа вазу с полки.

Не попадаю, сосуд бахается в стену и взрывается на сотни осколков.

Воронин вздрагивает и оглядывается. Танька деланно визжит, то ли от оргазма, то ли от ужаса. Явно переигрывает, но мы это потом с ней обсудим.

– Зая… – мой депутат стыдливо тянется за трусами, но я подкидываю ему Танькины.

Ларина перехватывает их и спешно натягивает на себя.

– Ты же по магазинам пошла, – пытается обвинить меня в собственной измене муж, – Я думал, ты до трёх не вернёшься…

– Ненавижу! – в голову Воронина летит шкатулка ручной работы с моим жемчугом, который я давно заменила на искусственный.

Всё же в моём сейфе драгоценностям будет спокойнее, чем тут.

– Как ты мог⁈ – продолжаю я кошачий концерт и хватаюсь за статуэтку африканки, пока Воронин пытается увернуться от снарядов и выпутаться из простыни, что намоталась на его ногу и мешала надеть трусы.

Танька поспринтерски запрыгнула в платье и поспешила прочь, подхватив туфли в руки. Что ж, молодец. Должно быть, были прецеденты, когда в хлеборезку получала.

Моя актёрская игра проходила на «ура». Во всяком случае, я была довольна. Даже слёзы появились. Всё этот метод Станиславского.

На самом деле было обидно. Я вспомнила маму, отца. Мужчин, изменявших мне. И обещания Воронина и клятвы в вечной любви. Это так всё одинаково, честное слово.

Мужики привыкли, что смазливые девочки – дуры. Что они, то есть мы, поведёмся на красивую сказочку, отсосём за айфон или поездку в Дубай.

Спасибо вам, глупышки, что настолько облегчили мне жизнь!

Теперь эти тупицы верят, что имея большие бабки, могут вытирать о нас ноги.

Только вот… Нет.

– Мы же женаты всего четыре месяца, Воронин! Я любила тебя!

– Светик мой, – улыбается он своей самой обаятельной, можно сказать, сучьей улыбочкой, которой вскружил голову не одной глупышке, и идёт ко мне в одних трусах и простыней через плечо, а-ля римский император, – Ну прости, лапонька. Ну бес попутал. Ну с кем не бывает?

Дождавшись, когда Воронин окажется рядом, вскидываю руку и влепляю ему звонкую пощёчину. От красных следов на смуглой коже, в общем-то красивого мужчины, получаю некоторое удовлетворение.

– Я требую развод!

Ну, наконец-то. А то я уже порядком устала изображать из себя примерную жену. Готовить ему завтраки, и подавать кофе в постель.

– Милая, ты же знаешь, что сейчас нельзя? У нас выборы вот-вот…

– Я установила камеры! – тыкаю куда-то в сторону, на самом деле никаких камер там нет, но он заметно бледнеет, – Если не хочешь, чтобы завтра твой перепих с этой шмарой был в сети, ты дашь мне развод!

И ещё много чего, что я захочу. Но пока вслух об этом говорить рано.

Твои яйца у меня в руках, Воронин.

Марк

Яркие вспышки света слепили.

Что и говорить, клубная жизнь явно не для меня. Хотя, разве можно отказать другу в мальчишнике?

Мой давний знакомый, сослуживец, на следующей неделе сочетается браком, и я, и еще пара наших общих знакомых решили не изобретать велосипед и отправиться в клуб.

Это конечно, не тошниловка у вокзала, а элитное заведение со списком и фейс-контролем. Публика тут тоже не простая, гопников с района в этом месте не встретишь. Но, не смотря на это, здесь царило такое-же мракобесие, как и в любом ночном заведении столицы.

Наша вечеринка уже шла на убыль, Олег дремал в углу, привалившись к стеночке головой. Это как раз он жениться собирался.

Руслан, наш общий товарищ, распивал алкогольные напитки с какой-то нимфой у бара. И уже вот-вот получит доступ к телу.

Саня и Витька изображали танцоров диско, а я со своей ногой, и работой, сидел трезвый, как дурак.

– Выпьем, девочки!

Я перевожу взгляд.

Моим аниматором этим вечером служит женская компания за соседним столиком. Нимфа Руслана, к слову, тоже сидела с ними. Это были дамочки уже не первой свежести, ну в смысле не малолетки двадцатилетние в джинсах в обтяжку, а некие элитные эскортницы. Или типа того. Потому, что они весь вечер, говорили о мужиках, и были очень дорого одеты. Губы, сиськи, упругие задницы. Зоопарк, мама не горюй. Обсуждали какого-то Воронина, и совершенно не реагировали на мужиков вокруг. Что было странно, учитывая внимание противоположного пола – к ним.

Но, очевидно, планка у девочек оказалась до небес.

Самой яркой в их компании была рыжая в коротком платье, что переливалось золотом в свете софитов с танцпола. И судя по всему, именно она была хозяйкой вечера.

Тяжелые, медные локоны струились по хрупким плечами элитной девочки, и я то и дело ловил себя на том, что любуюсь ею.

Давно такого не было. Внешне эта женщина меня заинтересовала уже со спины. Стройные ножки, туфли на высоких каблуках в тон слегка загорелой кожи, упругая задница в блеске золота.

Хороша.

Я отпиваю из бокала свой безалкогольный мохито и лениво отвожу взгляд от девок. Нога под протезом чешется весь вечер, но я стараюсь игнорировать этот зуд. Ни к чему шокировать местную публику демонстрацией своих увечий.

Олег вдруг пробуждается и вяло тянет:

– Сашка меня убьет… поехали домой?

Киваю другу.

– Поехали, только отолью, – бодро поднимаюсь на ноги и иду через танцпол, в сторону санузла.

Рыжая как раз возвращается от бара с парой бокалов свежих коктейлей, и я ловлю ее беглый взгляд.

Красивая, ухоженная. Никаких накаченных губ, умеренный макияж. И даже не пьяная. Тушь не размазана, шаг бодрый. Тоже, что ли не пьет?

Ощущаю легкий шлейф ее духов, и прохожу мимо, в уборную.

Пока делаю свои дела, в сортир заходят еще мужики.

– Это точно она? – слышу я разговор.

– Да точно! Рыжая в золотом, – отвечает второй.

– И с ней твоя Танька? – удивляется собеседник под характерное журчание в писсуар.

– Прикинь. Я чет не понял ваще.

– Может они сдружились из-за тебя?

– Они виделись только тогда, когда Светка нас застукала. Ни до, ни после не пересекались.

Я заканчиваю свои дела и выхожу, иду к раковине ополоснуть руки. Но мое появление двух собеседников не смущает. Один холеный брюнет, с модной бородкой и обдолбанным взглядом. Второй сильно полный, с одышкой и в смятом костюме.

– Думаешь, она тебя наебала что ли? Подругу подложила под тебя? – удивленно продолжает жирдяй.

– Я ничему не удивлюсь, – замечает его собеседник, – Она отжала у меня почти все, что я за пять лет накопил. Дом, машину, часть сбережений, и я еще должен ей пособия платить, что бы рот закрытым держала. Иначе в сеть выставит видео с камер наблюдения.

Жирдяй присвистнул, а я мысленно усмехнулся.

Вот тебе и эскортница. Только и следи, что бы руку по локоть не откусила.

– А чем там за видео хоть? – продолжает толстый, застегивая ширинку, – Твое лицо хорошо видно?

Брюнет смотрит на приятеля.

– Я не знаю, не видел его.

В повисшей паузе, улавливаю некое осознание участников этого разговора, и выхожу из сортира под сдавленное:

– Вот сука! А ну пойдем-ка, перетрем с ней!

Парочка парней стремительно равняются со мной на выходе, и слегка задевают плечами, решительно следуя к столику девчонок.

Я бреду к своему, мучительно размышляя, стоит ли мне в это вмешиваться вообще.

Брюнет и его спутник достигают столика рыжей, и застают ее как раз расставляющей новую партию коктейлей, за которой она сходила еще раз.

Их поведение, и разговор в туалете мне не нравится, но я не обладаю информацией в полной мере. И пока то, что я услышал все же больше очерняет женщину, пусть и красивую в моих глазах.

Друг жирдяя, воспользовавшись тем, что рыжая увлечена вручением бокалов подругам, замахивается и смачно хватает рыжую за задницу со звонким шлепком.

Та охает, и подпрыгивает удивленно разворачиваясь, оказывается в потных лапах мужика. Ее подруга, та что с черными волосами подскакивает на встречу, меняясь в лице. Там промелькнул испуг?

Во всем этом ботоксе не разберешь. Или что они там колют в свое лицо.

Я достигаю своего столика и сажусь. Олега уже нет. Сам что ли уехал?

Оглядываюсь. Руслан у стойки все еще, с той бабой. А Сани и Витька нет уже. Наверное, уехали.

Беру сотовый и точно. Сообщение, что они жениха домой повезли. Надо и мне, наверное, ехать.

– Ах ты сука!

Оборачиваюсь, вдруг вспоминая о драме за соседним столиком. Жирдяй уже держит брюнетку, не забыв ту полапать, пока брюнет треплет рыжую, словно тряпичную куклу.

Ну нет, блин. Я такое терпеть не могу…

Встаю решительно и двигаюсь к соседнему столику.

Глава 2

Светлана

Идея устроить вечеринку по окончании суда, принадлежала Таньке. Конечно, я понимала, что не стоит появляться на людях с ней вместе. Да и кто мог предположить, что Воронин окажется в этом клубе со мной в один день?

Теперь, когда он треплет меня за плечи и орет в лицо, источая нестерпимый смрад перегара, я думаю только об одном.

Мало я с него стрясла. Ой, мало.

Учитывая, сколько геморроя от него получаю теперь.

– Убери от меня свои лапы! – я пытаюсь отнять от себя руки бывшего, когда краем глаза отмечаю движение.

Перевожу взгляд, как и все участники происходящего.

Рядом стоит здоровый мужик, с таким выражением лица, словно бы он вышибала. Но я видела его за соседним столиком. Он пялился на меня, как на торт в витрине. Что ж, за просмотр денег не беру. Пока.

Мужик буквально доминирует над Ворониным и его дружком – Травинским. Широкоплеч, подтянут, ухожен. Дорогие часы, брендовые шмотки.

Хотя, конечно, не из элитных точно. Но деньги водятся. Пусть и не великие.

Подметила я это все давно. Профессиональная привычка, сканировать потенциальных жертв. Этот, конечно, если судить по внешности, стоял не на первом месте по состоятельности из присутствующих, но он единственный, кто решил включиться в решение нашей с Таней проблемы.

– Отпусти девушку, – спокойно говорит незнакомец, и Воронин, о чудо, отпускает меня.

Я выдергиваю руку из его хватки и потираю кожу, мрачно глядя на бывшего мужа.

– Мы расстались с тобой, так что оставь меня в покое, – сварливо говорю бывшему, пока наш неожиданный защитник поворачивается к жирному приятелю Сашки и строго смотрит на него.

Травинский щиплет Таньку за грудь и говорит:

– Шел бы ты отсюда, мужик. Не мешай нам с бабами разбираться.

Мрачная аура, которую источал незнакомец, буквально обволакивала всё и вся. Я, невольно отступила за его спину, когда мужчина сделал красноречивый шаг в сторону Травинского, но ему наперерез выскочил Воронин.

– Спокойно, друг! – для пущей убедительности, скользкий политик тронул мужика за руку, – Мы уходим, уходим.

Сашка подмигивает жирдяю, тот нехотя выпускает Ларину из рук, и отходит на пару шагов.

Охрана, что спешила к нам, замедляется, наблюдая за событиями издали.

Я понимаю то, что Воронин так легко слился не значит, что он отстанет. А это действительно хреновые для меня новости. Не в его характере отступить просто так. И вдвойне удивительно, что всего лишь грозный взгляд этого парня заставил их убежать, поджав хвосты.

Слабаки.

– Ох, вы мой герой! – по-шлюшьи сложив накачанные губы, сообщает Танька, и я немного хмурюсь.

Серьезно? Она всегда пытается перетянуть одеяло на себя.

– Без проблем, – сухо отвечает мужик, – На моем месте так поступил бы любой.

С интересом вскидываю бровь, пользуясь тем, что Таня полностью заняла его внимание.

– А вот и нет! – Ларина картинно показывает рукой на весь клуб, – Никто ведь не вступился!

Мужчина мягко улыбается и кидает на меня быстрый взгляд вскользь.

– Просто не успели.

– Вы должны выпить с нами, – не унимается Татьяна.

– Я не пью, – отвечает он и вновь косится в мою сторону.

Улыбаюсь.

Прости, Татьяна, но клиент явно мой.

– Тогда потанцуем? – моя «подруга» явно не хочет сдаваться.

– К сожалению, я не танцую, – немного смущенно говорит он.

Краем глаза я вижу, как Воронин с Травинским что-то обсуждают у бара, и кому-то звонят. Значит, продолжение разборок – лишь вопрос времени. Они ждут, когда отойдет этот гигант, чтобы вновь докопаться? Ладно, вызов принят.

В этот момент клубный бит сменяется на романтическую рок балладу, и я решительно беру незнакомца за руку.

– Я научу.

Мужчина, разумеется, не ожидает такого бойкого внимания к своей персоне, и послушно идет со мной в сторону танцпола.

Мы доходим зоны, отведенной для танцев, обнимаю его за шею, льну нежно всем телом, кидая на Воронина мстительные взгляды сквозь вспышки неона, вторую руку великана перехватываю и намеренно кладу на свою задницу, предвкушая яд, которым будет плеваться мой бывший.

Пусть знает, кого потерял. И локти кусает.

– Думаю, ему все равно, – вторгается в мои мысли незнакомец, – а вот мне – приятно.

И его тяжелая лапища слегка сжимает мою попку, сминая золото платья в пайетках.

Я удивленно на него смотрю и сталкиваюсь со спокойным взглядом. Удивительно, но его глаза такого же цвета, как и мои. Охры. Он криво улыбается, будто знает мои мысли.

Я же, молча сдвигаю его руку на более безопасную часть своего тела, и отвечаю:

– Простите, что так вышло. С бывшими всегда так, – пожимаю кокетливо плечиком, желая вскружить голову незнакомцу, но только не дать ему отойти от меня, до того момента, как Воронин уйдет.

Или уговорить громилу себя проводить до машины? А с Танькой что делать?

Оглядываюсь на столик, где моя подруга одиноко потягивает коктейль, завистливо поглядывая на нас.

– Я Марк, – вместо ответа представляется он.

– Светлана.

Красивая музыка отвлекает меня от мыслей о Воронине, вместе с горячими руками мужчины, что медленно, и немного неуклюже покачивался в такт. Смотрю на него снизу-вверх, пытаюсь понять, почему он заступился, а другие нет. Своей макушкой достигаю только его плеча. А я ведь высокая! Выше своего бывшего была. Так не привычно.

– Очень приятно, – Марк проводит рукой вдоль моей спины и ткань платья собирается складками, слегка оголяя бедро и вызывая взрыв негодования у Воронина и Лариной, что подстегивает меня еще больше.

– А как приятно мне, Марк! – кокетничаю напропалую, пытаюсь завлечь и вскружить голову мужчинке, только бы в целости и сохранности добраться до дома, – Чем ты занимаешься?

Мой партнер следит за мной неотрывно, словно бы наслаждаясь моментом и даже, в каком-то смысле, смущая меня своим пристальным вниманием.

А меня довольно сложно смутить.

Неужели настолько изголодался, бедняжка?

– Я охранник и шофер одного уважаемого человека.

Ах, как жаль.

Разочарование разлилось в душе. Так он нищий! Вот так засада, блин. А я уже решила, что нашла нового мужа.

Улыбаюсь ему, не желая показывать расстройства.

– Какого человека? – пытаюсь сменить тему.

– Разве это важно? – чувствую, как рука Марка продолжает исследовать мое тело, зарываясь в волосы, и достигая моего затылка.

Ласкающим движением гладит шею, заставляя на мгновение прикрыть глаза от удовольствия.

И как он понял, что это моя эрогенная зона?

Марк так расслаблен и уверен в себе, что я вдруг осознаю, что перестала быть хозяйкой ситуации. Воронин и его приятель давно скрылись из виду, а я тут таю в руках какого-то нищеброда, позволяя себя лапать.

– Что ж, – мягко отодвигаюсь, хотя до конца трека как минимум еще один припев, – Спасибо за помощь.

– И тебе спасибо, Светлана, – он понял все даже прежде, чем я остановила его, и словно бы не обнимал меня мгновение назад, – Ты скрасила мой вечер.

Его руки освобождают меня из сладкого, теплого плена. И мне даже становится на миг одиноко. После Марк разворачивается, и идет к своему столу неровной походкой.

А я не поняла.

Это он меня отшил или все же я⁈

Марк

Возвращаюсь к столику, и не могу перестать улыбаться.

А штучка то, горячая! Мои руки еще ощущают тепло ее тела, аромат ее кожи забился в нос, а тяжесть роскошных локонов все еще держится в моей памяти.

Сажусь за столик и перевожу дух. Улавливаю взгляд брюнетки из-за столика напротив, и салютую ей бокалом. Рыжая возвращается, подсаживается к подруге, и они начинают шептаться и смеяться. А я будто снова в школе. Мучительно ловлю взгляд понравившейся девчонки.

К столику подходит Руслан, разгоряченный объятиями третьей нимфы из компании Светланы.

– А я не понял? Где все⁈

Омилаев служил в полиции, но отрывался на полную.

– Олега домой повезли, остались только мы, – я подвигаю свой недопитый мохито, и вновь ловлю быстрый взгляд брюнетки, которые она то и дело кидает в нашу сторону.

– Я пообещал Анжелике домой ее отвезти, – он кивает на блондинку, что берет сумочку со столика Светланы и что-то говорит подругам.

Склоняюсь к Руслану и, понизив голос, говорю:

– Ты, смотри осторожнее. Они какие-то мутные.

Омилаев откидывает голову и смеется. Впрочем, обычно в таких, заведениях все бояться таких как он.

– Между делом озвучь, что ты мент, – продолжаю я.

Но Рус слишком пьян, чтобы воспринимать мою информацию в полной мере. Ладно, сам разберется. Взрослый мальчик уже.

Мы жмем друг другу руки, и Омилаев уходит, подхватив свою блондинку за талию. Я остаюсь один. Оглядываю клуб и, не приметив буйной парочки, что угрожали рыжей, встаю с намерением покинуть заведение.

Девичий стол опустел, и мне тут делать больше нечего. Не то что бы я планировал служить верным рыцарем, но все же хотел проконтролировать.

Выхожу в теплый летний вечер, тянусь к сигаретам, остро желая отведать крепкого табака, перед тем, как сесть за руль и укатить в закат.

Подкуриваю сигарету, и вдыхаю дым, катая терпкий привкус на языке. На небе уже проступает предрассветное зарево, и я думаю, что, в общем-то, неплохо провел вечер.

Покуривая, двигаю к парковке, что располагается за клубом. Миную мусорные баки в узком проулке, ступаю в сумрак подворотни и слышу сдавленные стоны.

Поворачиваюсь, вглядываясь в темноту.

Отблеск золота мне как бы намекает, что там, за мусорным контейнером кто-то поймал золотую рыбку, и отчаянно хочет не дать ей привлечь мое внимание. Прикидываю, насколько велика вероятность, что Светлана, решив, что ее бывший и его друг ушли домой, отправилась на парковку, и угодила в ловушку? Довольно велика.

Что могу в этой ситуации сделать я?

Останавливаюсь, бросаю сигарету, поворачиваюсь и в тот же миг едва успеваю уклониться от пьяного удара в лицо. Перехватываю руку жирдяя, и выворачиваю ее, заставив свою жертву согнуться в три погибели, и едва не уткнуться в мокрый асфальт носом.

Брюнет, что зажимал рот рыжей, пока его толстый приятель стаскивал с нее трусы, вдруг осознал, насколько он уязвим, получив каблуком прямо в ступню, и взвыл от удивления. Но Света на этом не остановилась, вцепившись зубами в ладонь бывшего мужа. Если с двумя справится, ей было сложно, то одного она размотала потрясающе бодро.

Я швырнул упитанного в контейнер с ногами, не без труда перекинув его одутловатое тело в мусор, и развернулся ко второму участнику этой отвратительной сцены.

Тот, впрочем, не собирался вступать в равный бой со мной, предпочитая сыпать угрозы женщине.

– Я тебя из-под земли достану, сука, – рыкнул он в, пятясь от меня, – Ты еще ответишь за то, что сделала, слышишь⁈

Света кивнула. Конечно, она слышала.

Сдержанно оправив платье, и прикрыв синяки, оставленные грубыми пальцами на бедрах, она, закусив губу, опустила ресницы.

Плачет?

– Ты в порядке? – мне было неловко.

Женщина рвано кивает и поправляет макияж.

– Тебя домой подвезти? Где подруги делись?

Рыжая красавица поднимает на меня свои глаза, и я только сейчас понимаю, что они у нее такого же цвета, как мои. Удивительно. Редко, когда встретишь именно такой оттенок.

– Никакие они мне не подруги, – фыркает она устало и бредет к парковке, должно быть, принимая мое предложение подвезти до дома.

Иду следом, на ходу доставая ключи от машины и пикнув сигналкой, обозначаю Свете свое транспортное средство. Это черный ауди.

Она молча садится на пассажирское сидение, и я замечаю, как от стресса подрагивают ее руки. Сажусь за руль, и включаю зажигание.

Машина моя, но иногда я катал на ней и босса, поэтому внутри все было безупречно. Она оглядывается, должно быть ищет какие-то минусы, но судя по ее лицу – не находит.

– Классная тачка, – деловито замечает, сложив коленки и повернувшись ко мне вполоборота.

Я невольно смотрю на ее ноги, пока мое сознание обволакивает аромат ее духов. Представляю, как было бы классно покувыркаться с этой красоткой. Но потом думаю о том, как она идет в ментовку и пишет на меня изнасилование, и весь запал разом сникает. Красочно вижу шантаж и угрозы, с обещанием забрать заявление.

Осторожность. Вот что важно.

Впрочем, я и так уже подставляюсь. Привел ее в свою машину.

Включаю регистратор, на всякий случай. Он снимает и снаружи, и салон. Она, как будто внимания не обращает.

– Где ты живешь? – я привожу ауди в движение, выводя с парковки на дорогу.

– Не хочу домой, – вдруг сообщает Света, – Воронин знает, где я живу.

Кошусь на нее, на мгновение отрываясь от дороги.

– Воронин – это который из них? Жирный?

Она брезгливо кривится, и качает головой.

– Фу, нет. Второй, который депутат.

– Так он еще и депутат! – я усмехаюсь и качаю головой, – Капец, ты бесстрашная.

Женщина хмурит красивые брови и смотрит на меня в упор, словно хочет дырку протереть.

– Ты эскортница? – прямо спрашиваю, чтобы сразу все недоразумения отсечь.

– А что, хочешь мне денег предложить? – ехидно отзывается она.

Я усмехаюсь и смотрю в ее лицо.

Блин. Вот если честно, отдал бы всю зарплату, только бы трахнуть ее. Не раздумывая. Хотя, это как-то низко что ли. Но золотая рыбка странным образом отбила у меня гордость и порядочность, заставляя низменно желать ее тела. Уловив заминку, она рассмеялась.

– Расслабься. Я не шлюха, и спать с тобой не буду. Даже за деньги.

А вот это уже было обидно.

Я резко ударяю по тормозам, едва успевая съехать на обочину. Светка чуть не слетает с сидения, но внимание рыжей мне привлечь удалось. Она напряженно следит за моими дальнейшими действиями, а я поворачиваюсь к ней и улыбаюсь.

Вероятно, она ожидала другой реакции.

Тянусь к ее ногам, но не лапаю ее, а всего лишь достаю из бардачка свой бумажник.

– Дело есть, – комментирую деловито, – Посиди.

Она следит за мной, но вероятно не понимает, что происходит. Выхожу из машины, и иду к магазину, покупаю там бутылку хорошего шампанского.

Возвращаюсь к ней, вручаю покупку, пока моя новая знакомая недоуменно следит за происходящим.

– Поедем на набережную рассвет встречать, – поясняю я, – Но ты свою идею на счет секса придержи. Вдруг передумаешь.

Подмигиваю рыжей с едкой ухмылкой и вновь гоню тачку.

Паркуюсь не далеко от набережной, и выхожу из машины. Светлана следует за мной, и разобраться в ее чувствах я пока не могу.

Держу ее за руку, во второй – бутылка шампанского, подмышкой свернутый клетчатый плед, что я прихватил из багажник. Ее ладошка прохладная, и мне кажется, что она нервничает. Но виду не подает.

Веду ее решительно к воде, минуя зеленую зону напротив Москва-Сити, стелю на землю плед. Она молча наблюдает, скрестив руки на груди.

– Да ты у нас романтик, – едко замечает рыжая, но меня так просто не проймешь, – Ты как будто подготовился заранее. Часто сюда девушек привозишь?

Я не отвечаю, деловито расправляя плед и водрузив в его центр бутылку.

– Можешь разуться, – киваю на ее туфли, на высоченных каблуках, – Мы тут посидим немного, скоро твоего бывшего выключит от всего того, что он принял, и ты сможешь вернуться домой.

Открываю шампанское, успев перехватить пробку, с легким хлопком, и протягиваю ей бутылку.

Света с улыбкой ее принимает, и садится на плед.

– А ты решительный.

Ничего не отвечаю. Сажусь рядом с ней, вытянув ногу с протезом перед собой, смотрю на алеющее небо, и отблески солнца в небоскребах.