355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Валин » Кабаны города Каннута » Текст книги (страница 15)
Кабаны города Каннута
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 00:02

Текст книги "Кабаны города Каннута"


Автор книги: Юрий Валин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

– Я не поняла, – жалобно призналась Даша. – Что здесь подозрительного? Сидит старый хрыч, ждет известий. Если никто ничего опасного не заметил, неужели я замечу?

– Дашка, ты не дура, но и мы тебя не глупее, – сердито прошептала сестра. – Он замышляет что-то. Я чувствую. Это такая хитрозадая скотина, Черчилль и Берия ему и в подметки не годятся. Говорит – заслушаться можно. И, кроме того….

– В Гостевой башне, – магия, – прошептала Врид. – Много и каждый день.

– Паирики умеют колдовать? – спросила Даша, вздрагивая. От низкого голоса черноволосой дарки снова побежали мурашки по коже.

– Мы умеем. Немного. Но там другая магия, – пояснила красавица. – Нам не понять.

– Я-то что могу? – жалобно спросила Даша. – Я и мага-то живого никогда не видела.

– Смотреть можешь, – дружно прошептали красавицы в оба уха.

Даша затрепетала. Вот уж никогда не думала, что сидеть между двумя бабами будет так…. странно.

– Дашка, ты можешь заметить, то, что никто не поймет, – прошептала сестра. – Револьвер, телефон, рацию, бомбу. Пулемет или баллон с ядовитым газом.

Даша замерла. Так… Допустим, лорд Дагда действительно из «пришлых». Об этом еще доктор Дуллитл говорил. Ну, пушку он какую-нибудь изобрести мог. Самопал какой-нибудь. Но телефон или рацию?!

– Рот закрой, – посоветовала сестра. – Не мы одни сюда из другого мира свалились. Можешь в такое поверить?

– С трудом, – пролепетала Даша.

Куда нам, тупеньким, верить? Мы же в хирургических операциях не ассистировали, с отставным полковым врачом коньяк не нюхали.

– Я поняла, буду следить, – Даша покосилась на сестру. – Маш, а вы с Врид, теперь Перчатки, да?

– Ну, ты додумалась, – Мари засмеялась. – Время Перчаток давно прошло. Мы не идиотки. Жирные задницы, что на тронах штаны протирают, своими телами закрывать не станем. Нам собственные шкурки дороже. Но мы верноподданные. Очень-очень. В Каннуте жить неплохо. Правда, Врид? Спокойно и перспективы есть. При короле неплохо, а когда наш Берн трон займет, еще лучше будет. Он мужчина достойный.

На подмигивание сестры Даша отреагировала слабо. Да идите вы со своими королями, регентами и прочими идиотами…. Нашли чекистку. Пообещать можно многое. Но обещать, не значит, жениться, как говорил один противный шофер с папиной работы. В XXI веке к заплесневелым монархиям всерьез ни один нормальный человек относиться не станет. Главное – из замка выбраться, пусть потом по всему городу ищут.

– Дашенька, ты, сестричка, всякие глупости из головы выкинь, – вкрадчиво посоветовала Мари. – Я же по твоим глазам, все равно что по страницам «Вог» читаю. Не нужно от нас удирать. И нам заботы доставишь, и тебе неприятно будет, когда отыщем. Мы хоть и не сказочные Перчатки, но на нас люди принца без всяких шуток работают. Давай-ка вместе о спокойствии в Каннуте позаботимся. И свои попочки защитим. А потом, если тебе в замке не понравится, я тебе дом в городе куплю.

– В замке круто, – пробормотала Даша. – Только я еще не привыкла.

– Лгунья ты, – грустно сказала Мари. – Все на меня обиду держишь.

В дверь коротко забарабанили, и на пороге появилась очаровательная женщина.

– Пошли, уже опаздываем.

Еще одна паирика. Теперь Даша сразу их отличала. Эта будет постарше, и Врид, и той ее близняшки по имени Даум. Эта, наверное, даже красивее – такой роскошной длинной стрижки в старом мире и не увидишь. А губы – просто бесподобны.

– Ждет нас? – спросила Мари, вскакивая из-за стола.

– Не знаю, – сказала пришелица, с откровенным интересом разглядывая Дашу. – Ты сестричка, да? – красавица машинально облизнула губы. Движение раздвоенного языка произвело столь шокирующее впечатление, что Даша опять замерла как загипнотизированный кролик. Старшая паирика тихо засмеялась.

– Пошли, не сейчас, – напомнила Врид, пряча в рукава платья длинные стилеты.

– Дашка, сиди смирно, – торопливо приказала Мари, набрасывая на волосы черный шелковый шарф. – Дверь будет заперта. Это для нашего общего спокойствия. Не балуйся. Если до утра не вернемся, тебя Бэб завтраком накормит. Будь умненькой. А сейчас марш к себе….

* * *

Ночь Даша провела на удивление беспокойную. Кровать была мягка и просторна, великолепные простыни ничем не уступали постельному белью из досмертного мира. За тончайший полог, колышущийся над кроватью, не проникала мошка с близкой реки. Только заснуть никак не удавалось. Жарко, беспокойно. Даша давно уже лежала обнаженная – сорочку из тонкого розового шелка стянула с взмокшего тела и швырнула на пол. Но от собственной обнаженности было еще беспокойнее.

Даша просыпалась, должно быть, раз сто. Волосы слиплись, от тоски и возбуждения ныли ноги и живот. Девушка сползала с высокой постели, шлепала босыми ногами по циновкам, пила неприятно теплый апельсиновый сок. За узкими окнами привычно вскрикивали желтяки – силуэты маленьких ночных попугаев мелькали над башнями. Темнела каменная теснина у ворот. Покачивался одинокий фонарь над дверью караулки. Замок вымер, весь мир вымер, осталась только неуравновешенная Дарья Георгиевна со своими страхами и необузданными фантазиями. Кошмар. Даша сидела на стуле, пила сок. Тело медленно остывало. Хотелось привычного кисленького компота. И еще хотелось совсем непривычных вещей. В голове крутились обрывки непристойных сцен, что довелось видеть в жизни. Оказалось, просто уйма дряни в память застряла. Все гадости, начиная от паршивых нелицензионных DVD, и кончая куда более реалистическими звукам доносящимися из-за занавески, в памятной гостиничной комнате, разделенной с неунывающей многоопытной Донной. Хотелось. Хотелось кого-нибудь в постель. Почти все равно кого, хотя перегревшейся голове мерещились и определенные кандидатуры. Одни пугали почти до тошноты. За другую кандидатуру, за глупого дурного лохматого, так и хотелось уцепиться. Лечь под него, обхватить руками и ногами, пусть успокоит. Дурак дурной. На губах плыл вкус его поцелуев, запах сыромятной кожи щекотал ноздри. Похоть. Ой, до смерти околдовали! Даша старалась не стонать. За дверью, в покоях Мари, стояла мертвая тишина. Тишина была и за другой дверью, в коридоре-галерее. Во всем мире остались только попугаи. И обезумевшая от похоти девка.

Даша шла в ванную комнату, плескала на пылающую кожу воду из таза. Теплая вода, горячее тело. Потом девушка сидела под дверью в покои Мари. Там комнаты просторнее. Там прохладнее. Там кровать размером с ринг. Как они на этом ложе, все сразу, или…. Может быть, уже вернулись? Ой, сучка Машка. Сучка, сучка, сучка!!!

Хотелось скрестись ногтями дверь.

* * *

– Госпожа Аша, вы еще спите?

Даша забарахталась, выбираясь из липкого сна. За туманом полога маячила чья-то фигура. Кто? Что? Ну да, – Бэб. Служанка.

Даша с облегчением села, прижимая к груди простыню, хрипло сообщила:

– Я проснулась.

– Простите, моя леди, – сказала смутная Бэб. – Завтрак ждет, и всё для умывания готово. Сорочку вам подать?

Даша с облегчением схватила просунутую за полог рубашку. Тело остыть не успело, – розовый шелк лег на кожу тяжело как шерстяной свитер.

Когда умытая и слегка посвежевшая Даша сидела за столом и впихивала в себя довольно безвкусный омлет, Бэб сочувственно спросила:

– Плохо спали, моя леди?

Даша бросила на служанку подозрительный взгляд. Знает что-то или просто так ляпнула?

– Тяжелые ночи, – пояснила Бэб, ловко застилая постель. – Я сама толком не спала. На кухне говорят – во всем магия виновата. Воздух от нее тяжелый. Это все дарки. Под самыми стенами бродят. Говорят, йиены снова в стаи собираются.

Даша неопределенно дернула плечом. Вот уж про кого, а про йиен за ночь ни разу не вспомнила. Да и вообще не головой думала. Мерзко. По-правде говоря, та бурная ночь во дворе «Треснувшей ложки» сейчас едва ли не отдыхом казалась. Подумаешь, с тухлым трупоедом обнималась. В этой спальне по части объятий и не такое в голову лезло. Ладно, сейчас за узкими окнами сияет солнце. В голове – относительная трезвость. Нужно о будущем думать, и о том, как удрать отсюда побыстрее.

Поболтать с Бэб оказалось довольно полезно. Служанка была в курсе последних событий в замке. Пока новоявленная леди завтракала, обсуждали модные новинки. Даша, не без некоторого удовольствия, поняла, что полностью улавливает, о чем идет речь. Здешний генератор модных тенденций проживал в соседних комнатах, и Бэб весьма гордилась, что одной из первых узнает о последних нововведениях по части одежды и причесок. Даша уяснила, насколько ответственная роль отведена сестрице в жизни замка. Да, Машка конечно отъявленная сука, но без нее благородные дамы Каннута наверняка с тоски зачахнут. Легкомысленная Машка – двигатель прогресса. Обхохочешься. Хотя Мари уже не такая легкомысленная. Она и эти…. Даша почувствовала, как мгновенно обдало жаром бедра. Пришлось полностью сосредоточиться на болтовне со служанкой.

Бэб тактично предложила юной госпоже подравнять волосы, и Даша охотно согласилась. Служанка ловко щелкала ножницами, рассказывала о короле и принце Берне. Даша слушала и запоминала, – пригодится. За стенами замка о короле никто ничего толком не знал. Горожан дела двора как-то и не очень интересовали. Возможно, в Центральной господской части города дело обстояло и иначе, там политикой должны больше увлекаться. Вот живешь в одном, не таком уж большом городе, а как будто в разных мирах. Костяку интересно будет про замок узнать. И другим «деловым» тоже стоит рассказать. Ресничка теперь свое место будет знать. Эле, наверное, станет расспрашивать, что в замке изменилось. Она же, вроде, местная. Может быть, в этих самых комнатах и жила. Нет, Перчатки безотлучно при принце находились, – значит, в самой Цитадели обитали.

Платье оказалось вполне ничего – скромное, но материя куда получше, чем Даша могла себе позволить даже в самых радужных мечтах. За такой наряд придется пять Вас-Васов откормить и продать. Конечно, талия слегка заужена, – дышать сложно. Хорошо, что Машка корсеты в моду ввести не додумалась. Позадыхались бы дамы в такой жаре.

Даша покрутилась перед зеркалом. Подстриженные волосы блестят. Бэб после мытья втерла в них какой-то бальзам. Сказала, – дико дорогой, самый, что ни на есть, магический. Ну, пока прическа выглядит неплохо. Волосы сзади подстрижены высоко, как принято в досмертном мире. Платье сидит прекрасно, с размерами Машка всегда угадывала стопроцентно. Мягкие расшитые туфельки уютно облегают ступни. В такой обуви с ведрами к колодцу не попрешься, но по замку гулять в самый раз. Значит, компаньонка и шпионка? Как же, держите карман шире. Дайте только за дверь выбраться без шума.

К Эле идти будет нельзя. Нужно без «хвоста» добраться до «Треснувшей ложки», но внутрь не заходить. Перехватить кого-нибудь из своих, пусть передадут весточку Костяку. Придется отсиживаться на Пустых хуторах. Лохматый сумеет всё толково объяснить Эле. Через три-четыре месяца шум уляжется, тогда можно будет и в город вернуться.

А платье оставим для торжественных случаев. В Западном углу такому наряду все женское население позавидует.

Даша снова полюбовалась на себя в зеркало, поправила шнуровку на узком вырезе. Между прочим, очень даже ничего девушка. Хорошенькая. Слегка декадентский типаж, но здесь таких выражений никто не знает, и смущаться нечему. Жаль, с собой такое здоровенное зеркало прихватить не удастся. Ой, кое-кто уже совсем как лохматый рассуждает. Воровская подружка.

Бэб принесла поднос с обедом. Овощное пюре, нежнейший кусочек рыбы, поджаренный хлеб, вафельные трубочки, начиненные легким сыром. Даша попросила служанку посидеть рядом, съесть пару вафель. Разговаривали о новостях из города. Сегодня про диких дарков болтали столько, что и вовсе не верилось в правдоподобность слухов. Вроде в городе дарков прячется уже больше чем людей. Все караулы усилены, даже королевские гвардейцы район Центрального города патрулируют. Хорошо, что в замке всё спокойно.

Даша старалась не смотреть на связку ключей на поясе Бэб. Двинуть кувшином по затылку, – и вот она, свобода. Со служанкой будет нетрудно, она хоть и выше ростом, да вряд ли ее отставная Перчатка приемам нападения учила. Только жалко. Пока Бэб была девушке симпатична – доброжелательная, каждый раз извиняется, когда дверь запирает. Сгноит Машка потом невинную прислугу. Сурова Мария Георгиевна ныне, даром, что всё время улыбкой сияет.

Попробуем покинуть замок без насилия. Вот только как за ворота выйти? Полукровка как-то упоминал, что прятался в замке. Хвалился, что шныряет через стены свободно. Ну, на то он и Минимум. А ты, Дарья, отрастила себе фигуру громоздкую, не в меру темпераментную. Фу…

…– Между Бобовой улицей и Пристанями все проулки перегородили, – рассказывала Бэб, – и всю ночь костры жгли. А перед самым рассветом на охрану два хобия выскочили. Шесть человек в клочья порвали. Ни копья, ни рогатки-заграждения не помогли. Что толку охранять, когда в каждой щели кто-то из диких дарков зубы скалит, норовит на спину человеку прыгнуть?

– Преувеличивают, наверное, – возразила Даша. – От Бобовой улицы до Пристаней шагать устанешь. Да еще Каменный канал рядом. Где там все перегородить? Сплетни одни.

– Может быть, – слегка смутившись согласилась Бэб. – Я у Пристаней всего один раз была. Все равно страшно. Мы хоть и за стенами, да ведь войск в замке почти не осталось. Кто нас защищать будет, если дарки в замок сунутся?

– Беспокойное время, – вежливо кивнула Даша.

Ха, тоже тема для беспокойства. В Западном углу вообще никакой охраны нет. Стражники, что на ночь в башнях запираются, только собственные задницы и стерегут. Ничего, народ выживает.

– Госпожа Аша, вам леди Мари не говорила, когда она вернется? – явно нервно спросила Бэб. – Очень долго их нет.

– Нет, – сказала Даша. – Сказала только, что могут задержаться. Ты не волнуйся.

– Что-то пусто в замке, – пробормотала служанка. – Не по себе как-то. Вы не знаете почему….

Где-то в Цитадели торопливо ударил колокол. Три быстрых удара, еще три…

Бэб вскочила на ноги:

– Новости важные. Наверное, принц Берн в сражение вступил. Пойду, узнаю. Вы уж извините….

– Запирай-запирай, – благодушно сказала сытая Даша. – Мне спокойнее будет. Никакие дарки не залезут.

* * *

Высоко. Даша лежала животом на подоконнике. По досмертному исчислению – до земли около десяти метров. По приблизительным прикидкам, из постельного белья и гобеленов выйдет веревка нужной длины. Только к чему ее привязывать, вот в чем вопрос. Оконная рама человеческого веса, пусть даже и не дотягивающего до среднестатистической нормы. не выдержит. К тому же, надежно зацепить веревку можно только выдавив стекло. Беззвучно такой фокус не получится – мутное стекло, по здешним меркам большая ценность и оно надежно запаяно в свинцовую окантовку. Навели роскошь.

Даша раздраженно прошлась по комнате. Никаких условий для бегства. Высокий третий этаж, веревок нет. Постельное белье на ленты драть пока опрометчиво, – потом не оправдаешься. Да еще во дворе замка воцарилось совершенно неуместное оживление. К воротам то и дело подходят благородного вида господа в сопровождении слуг, нагруженных вещами. Похоже, сегодня в замке многим не сидится. Услышать о чем говорят, Даше не удавалось, но вид у стражников был растерянный. Вон как выстроились со своими гизармами нелепыми. Что там стряслось? Своих забот полно, но все равно интересно.

Застучали копыта, из Цитадели к воротам подкатила повозка с наваленными пожитками. Рядом на роскошной лошади трясся престарелый дяденька. Его сопровождали двое гвардейцев. Не глядя на стражников, поспешно въехали в арку ворот. Возница на повозке подхлестнул лошадей. Караул у ворот посмотрела вслед, десятник в шлеме с плюмажем сердито сплюнул.

Даше и самой хотелось плюнуть вниз. Время шло, а умных мыслей что-то не появлялось. До сих пор, единственной ценной вещью, способной пригодиться во время бегства, оказалась ножка от высокого резного столика. Отломать ее стоило немалого труда, но дубинка получилась надежная. Теперь красться по ночным улицам будет спокойнее. В том, что бежать придется ночью, Даша теперь была уверена. С веревкой можно выдумывать что угодно, но спуститься на глазах у десятка стражников никак не удастся. Что бы у них там ни стряслось, но такой акробатический трюк привлечет внимание. Тем более, сама Даша в последний раз лазила по канату на уроке физкультуры еще в досмертной жизни. Сорвешься – доктора Дуллитла в городе нет, гипс на поломанные ноги накладывать некому.

Ничего-ничего. Что-нибудь придумаем. Даша с удовольствием посмотрела на искалеченный столик. Стоит себе у стены, вазу на себе держит, как ни в чем не бывало. И не догадаешься, что только стена колченогий стол и подпирает.

Даша снова легла животом на подоконник. Солнце уже цеплялось за зубцы замковой стены. Вечереет. Придется все-таки простыни раздирать. Если удастся привязать «канат» к постели, можно будет рискнуть спуститься. Ложе здесь такое массивное, что и втроем не сдвинуть. Для развлечений кроватка предназначена. Ладно, значит руками и зубами придется за «канат» цепляться, ногами тормозить. Ничего страшного – три-четыре десятка движений и узница на земле. Ага, страшно и даже очень. Ну, людей ножом тыкать в первый раз тоже было страшно.

Снова застучали копыта. Теперь замок покидал одинокий всадник. Десятник у него что-то спросил. Всадник только раздраженно взмахнул плетью. Его пропустили. Странно как-то. Ни одного офицера у ворот. Движение одностороннее, всем что-то срочно понадобилось в городе. И тихо как. В крыле, где располагаются покои Мари, мертвая тишина. Бэб так и не вернулась, рассказать, что стряслось, некому. От сестрицы ни слуху ни духу. С одной стороны – хорошо, никто побегу мешать не будет. С другой… как-то тревожно.

Даша засопела, подошла к постели и решительно выдернула из-под покрывала нижнюю простыню. Думай – не думай, а что-то делать нужно. Рвать мягкую ткань пришлось зубами. Даша оторвала широкую ленту, принялась свивать в жгут. Эх, привычного ножа не хватает.

Работа успокаивала. Метра четыре надежной веревки оказалось готово. Даша варварски уничтожила один из гобеленов. Покрывало оставила на потом. Еще в резерве остается чехол матраца – тоже шелковый, крепкий. Вот только куда содержимое матраца девать? Поймают, за один лишь учиненный беспорядок прилюдно казнят.

Работая, Даша напряженно прислушивалась. За дверьми по-прежнему стояла полная тишина. Во дворе, у ворот, жизнь теплилась. Еще были слышны голоса людей, спешно покидающих замок. Потом активно затопали сапоги, забренчало оружие. Девушка не выдержала, выглянула, – охрану ворот усилили вдвое. Этого еще не хватало. Солдаты подтаскивали к воротам рогатки. Командовал какой-то сильно прихрамывающий лорд. До Дашиного окна отчетливо долетала его ругань. Среди копейщиков теперь мелькали и лучники, с колчанами набитыми стрелами. Неужели, отражать приступ готовятся?

Даше хотелось заскулить. Сидишь как дура, ничего не понимаешь. Чего ждать? Что здесь вообще происходит? Была бы Эле, она бы все растолковала.

Девушка с удвоенной энергией принялась за веревку. Главное – спустится с этого проклятого этажа. Потом можно на стене спрятаться, настоящую веревку найти. Если пробраться на восточную сторону замка, удастся спуститься, там стена невысокая. Вот только стражников и там, наверное, полно. Придется утра ждать. Могут поймать как вульгарную пиратскую шпионку. Или дарковскую лазутчицу.

Шорох заставил Дашу вздрогнуть и сунуть узловатый «канат» под кровать. Звук шел не от дверей, а от окна. Там, в сгустившихся сумерках, мелькнуло что-то небольшое. Крылан-вампир, о которых столько болтают? Или попугаи-желтяки совсем обнаглели? Даша выдернула из-под подушки ножку-дубинку и двинулась к окну. В верхней части окна мелькнуло нечто знакомое, – потертый нос башмака. Рядом крысиным хвостом вздрагивал длинный тонкий шнур.

Даша опустила оружие.

Едва ноги Костяка коснулись подоконника, парень мгновенно спрыгнул на пол комнаты, замер, присев на корточки.

– Что так долго? – укоризненно поинтересовалась Даша. – Я уж думала, ты не придешь.

Костяк посмотрел на подружку снизу вверх. Лицо у него от напряжения было кирпично-красным. Окинув взглядом комнату, парень плюхнулся на задницу и принялся отдуваться.

Даша смотрела на него с новым странным чувством. Вот стоило увидеть дрыгающиеся в окне худые ноги, и все стало на свои места. Оказывается, только его и ждала эти два дня. Дурища, ты же к нему действительно нежно относишься.

– Думаешь, это легко было? – пробормотал лохматый. – Пока сообразили, где ты отдыхаешь. Пока я в это крыло дома перебрался. Полдня, чтобы двор перейти понадобилось, что б они все сдохли. Между прочим, на этих дверях лучшие в городе замки…

Даша опустилась на колени, чмокнула парня во взмокший лоб, потом поцеловала в губы:

– Хватит болтать. Отдышись, и валим отсюда.

– Ты пойдешь? – Костяк запнулся. – Правда, пойдешь? Эле сказала, чтобы я с тобой обязательно поговорил. Хотя бы напоследок.

– Что это еще за «напоследок»? – Даша хотела обидеться, но передумала. – Я с самого начала знала что уйду. Только ты мне почему-то не рассказал, как из замков положено удирать. Вот я здесь голову ломала, веревки дурацкие плела. Хорошо, что ты пришел.

– Ты уверена, что хочешь уйти? – пробормотал лохматый. – Здесь так богато.

– Ты бы еще там посмотрел, – Даша ткнула пальцем в запертую дверь, ведущую в покои Мари. – Вон где непомерная олигархическая роскошь. Только я к вам хочу. Совершенно определенно. Можно мне будет пока на Пустых хуторах спрятаться? Или вы со мной теперь связываться не рискнете?

– Вот дурочка, – прошептал Костяк. – Ты когда-нибудь могла представить, чтобы Эле глаза терла? Она тебя любит.

– А ты? – прямолинейно спросила Даша.

– Ты же знаешь. Мне без тебя плохо, – лохматый малодушно опустил глаза. – Только я тебе не пара….

– Как дам сейчас в лоб! – Даша фыркнула. – Ладно, потом лирикой займемся. Давай, выводи меня отсюда поскорее, пока никто не нагрянул.

– Хм, подождать придется, – Костяк по-прежнему не решался смотреть подружке в глаза, но с растерянностью уже справился. – На крышу я сейчас и один вряд ли поднимусь. Там выступ жутко неудобный. К дверям вашим шикарным ни одна отмычка не подходит. По-правде говоря, уйти только через двор можно. Только сейчас мы не спустимся, – там оборону у ворот укрепляют, – заметят в два счета. Придется подождать.

– Значит, ты из-за меня опять в мышеловку полез, – с гордостью сделала вывод Даша.

Лохматый посмотрел на нее с изумлением:

– Мне очень нужно было с тобой поговорить.

– Разговорчивый какой, – девушка улыбнулась. – Ладно, раз нужно подождать, давай отдышись, водички попей, расскажи мне, что в городе случилось. Об остальном на свободе поговорим, – она ухватила Костяка за руку и помогла встать.

– Ну и пышно же здесь, – пробормотал парень озираясь. – Высоко твоя сестрица забралась.

– Да ну ее в задницу, – Даша наполнила бокал из тонкого стекла.

Лохматый мгновенно проглотил чуть подслащенную и пахнущую лимоном воду, принялся оглядывать дорогой бокал. Постучал ногтем:

– С ума сойти! Ну и посудина.

Даша отобрала у него предмет восхищения, снова наполнила из серебряного кувшина.

На этот раз Костяк пил с чувством:

– И водичка ничего. Королевская.

– Может, вместо меня здесь останешься? – предложила Даша.

– А можно? – с надеждой прошептал парень.

Даша ткнула его кулачком в живот. Лохматый хрюкнул и сказал:

– Не, ты меня не уговаривай. Нынче, все кто может, ноги из замка уносят. Дурной день выдался для Каннутского королевства. Разгромили нашего принца Берна начисто. Гонец только утром до города добрался. Пираты идут по реке, со дня на день здесь будут. Народ из Каннута во все стороны бежит. Надеются отсидеться на хуторах. Только вряд ли. Идти некуда. Лорд Дагда со своим хитрозадым Калатером нас предал. Они вроде бы во время сражения в бой с пиратами так и не вступили. В самый решительный момент взяли и ушли от реки.

– Подожди, – ошеломленно пробормотала Даша, – но лорд Дагда ведь здесь, в замке. Сидит в старой Гостевой башне. Или он удрал?

– Нет. Он со своими охранниками в башне заперся. Наверное, надеется пиратов дождаться. Молчит, на попытки вступить в переговоры не отвечает. Мы из конюшни все слышали.

– Подожди, я соображать перестала, – жалобно сказала Даша. – Кто это «мы» и причем тут конюшня?

Лохматый подвел подругу к окну.

– Конюшня – вон она, – он показал на угол строения левее все еще суетящихся у ворот в свете факелов солдат. – Вот у конюшни чердачок имеется, там мы и сидели. Душно – просто жуть. Хорошо, что Эле все закоулки замка как свои пять пальцев знает.

– Так она там и сейчас сидит? – ахнула девушка.

– И она, и Минимал ваш любимый. Полукровка показал, как в замок проникнуть. Эле догадалась, где ты жить можешь. Мы там, считай, с раннего утра парились, еще до заварухи с этими известиями о поражении. Мы видели, как ты на ворота смотрела. Только я никак сюда пробраться не мог.

– Я не на ворота смотрела, – обиженно сказала Даша. – Я думала, как спуститься, – девушка выдернула из-под кровати разноцветный «канат». – Вот, почти готовый…

– О! – Костяк с удивлением покачал головой. – Ты что, думала с собой на память и мебель прихватить? Твоя веревочка бы выдержала.

– Не издевайся. Я брякнуться боялась. Между прочим, я из окон сроду не сползала. Давай быстрее отсюда выбираться. Хозяйка и Мин заждались, наверное.

– Они не глупее нас, – успокоил лохматый. – Видели, как я залез, и понимают, что пока у ворот стража не утихомирится, нам не выбраться. Эх, жаль я двери открыть не могу. Тогда бы мы мигом отсюда смылись. Со стороны галереи я с замком долго ковырялся. И какой гад запоры такие выдумал? Придется ждать.

– Вы из-за меня так рискуете, – с ужасом прошептала девушка.

– Ты из-за нас тоже рисковала. Мы вроде как свои, – осторожно сказал Костяк.

– Я и не сомневалась, – Даша взяла парня за руку. – Я иногда глупая бываю, но потом все понимаю.

– Ну и хорошо, – смущенно сказал лохматый. – Нам бы хозяйке и коротышке какой-нибудь знак подать. Чтобы не думали, что мне здесь голову проломили и ждать уже нечего. Здесь какая-нибудь свеча есть?

– И свеча есть, и ламп и светильников полно. Только мне, как дитю, кресало не доверяют.

– Не беда, у меня есть, – пробормотал Костяк, – давай свечу…

Парень поводил зажженной свечой перед окном, потом убрал подсвечник в угол:

– Думаю, они поняли. Особенно светиться нам незачем. Внимание привлечем. Замок-то почти пуст.

– Костя, а что теперь будет? Неужели пираты в Каннут войдут?

– Ну, то и богам неведомо, – философски вздохнул лохматый. – Эле про поражение полдня рассуждала-бубнила. Она в таких вещах куда лучше нас разбирается, да и то предсказать что будет, не берется. Защищать-то город некому. Войск почти не осталось. Горожане на стены не пойдут. Из благородных в Каннуте мало кто задержался. Не знаю, как пронюхали, но еще вчера бегство началось. Куча лордов, кто барки добыть смог, уже вверх по реке драпанули. Там такой городишко стоит – Роф. Слышала? Многие лорды там отсидеться надеются.

– Струсили все, значит?

– Не все, – Костяк кивнул на окно, – лорд Элкмар, даром что хромой, всерьез замок удерживать собирается. Правда, людей у него и полутора сотен не наберется. Купцы за Пристани насмерть встанут. Ну и наши «деловые» пиратов пощекочут, когда в город вернутся.

– Откуда вернутся?

– Так с реки, – парень ухмыльнулся. – Гвоздь почти всех наших увел. Лорды-то, каждый сам по себе, драпают. Ой, не все они до Рофа доберутся.

– Значит, твои на реке пиратствуют, а ты со мной здесь сидишь?

– Даша, ты для всех моя подруга, – Костяк засопел. – Все знают, что тебя гвардейцы замели. Думаешь, для моих ребят так странно, что я тебя выручать полез? И не осуждай наших. Мы воры, нам за серебром и лихой жизнью охотиться сами боги подсказали.

– Не очень-то мудро со стороны богов. Да мне наплевать, – пробурчала Даша. – Я за трусливых лордов переживать не буду. Обираете их, и на здоровье. Мне, когда вы пьяных шмонаете или у хуторян кошели срезаете, не очень нравится.

– Ротозеев всегда кто-то учит, – лохматый глянул неуверенно. – Можно мне еще попить?

– Да хоть все выпивай. Там еще три кувшина стоят, на любой вкус. И пойдем, умоешься. Когда еще в такой ванной побывать удастся…

Трепетал огонек свечи. Костяк фыркал, умываясь над ванной.

– Даша, а куда вода течет? Неужто как в банях? Здесь же высоко.

– Ну да, по трубе и течет. Лезь в ванну, я тебя окачу, как следует.

Спина лохматого чуть заметно вздрогнула:

– Так ведь…

– Ничего, раздевайся. Вымоешься хоть раз в жизни как нормальный человек. Давай-давай, ванна для этого и предназначена.

Костяк неуверенно развязал штаны, разулся, стараясь не поворачиваясь к подружке, ступил в просторную мраморную емкость.

Даша смотрела на его худощавые беззащитные ягодицы. Уличный мальчик. Глупый. Надежный. Свой.

Лохматый вздрагивал, когда на его плечи лились медленные струи воды. Вода была чуть-чуть прохладной, но вздрагивал парень не от холода. Даша взяла кусок душистого абрикосового мыла и молодого вора начало трясти сильнее. Лишь раз Костяк попытался выговорить что-то насчет промокшего платья подруги.

– Мне перестать, да? – прошептала Даша.

Лохматый совсем не хотел, чтобы она перестала. Да девушка и не подумала останавливаться. Скользкие ладошки скользили по горячему трясущемуся телу. Даша точно знала, что ей хочется сделать, и ей очень нравилось блаженное бессилие парня. Вот каким покорным он бывает. Намыленные ладони ласкали впалый живот. Даша уже стояла в ванне, прижимаясь к спине парня. Лизнула позвонки, выпирающие из худой шеи. Кощей молоденький. Ладонь скользнула ниже. Лохматый издал ни на что не похожий звук. Щенок-переросток.

Даше нравилось. Мужское возбуждение, доступное и очевидное, ласкало ладони. С ним можно было делать что угодно. Например, поглаживать еще и еще. Увлекательное занятие…

От струй воды полившихся на плечи, лохматый задышал чаще, кажется, даже с облегчением. Ничего сказать он так и не смог. Даша поливала парня из кувшина, неторопливо, почти с тем же чудным, незнакомым удовольствием, которое доставили скользкие ласки. Спешить некуда, воды хватает. Девушка опорожнила второй кувшин, поставила на полку. Запустила пальцы в волосы парня, заставила повернуться к себе. Откуда-то возникла уверенность, что сейчас черноглазый поганец ни в чем не станет возражать. Даша поцеловала его в губы. По-настоящему. Глаза у лохматого были пьяные. Обнять подругу мокрыми руками он так и не решился. Даша смотрела ему в глаза, видела в них свое отражение. Бесстыдная юная вакханка. Распутная, чужая, красивая. Отблеск свечи прыгал-играл на блестящей от воды коже, и Даша поняла, что лохматый тоже красив. Да ладно, пусть и не очень красив, но он свой. Совсем свой.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю