Текст книги "Хранитель талисманов 3 (СИ)"

Автор книги: Юлия Давыдова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Велехов помнил это чувство. Оно было у него, когда Таркор поил его своей кровью, такой же наполненной Мраком.

– Прикажи им, повелитель, – Скарад наклонился над плечом Никиты, и тот ощутил его когти на себе. – Попробуй.

– Я не ты, – прошипел Велехов. – Ради развлечения убивать не стану.

И сам вздрогнул, потому что испугался того, что Скарад за его отказ изменит своё решение о Димке и Туране. Никита развернулся, пошёл к ним и сел рядом на корточки.

Димка дышал тяжело, но рана на груди почти затянулась. У Велехова ушло на это больше времени, чем обычно. Его тело было отравлено Мраком, и магия исцеления, хоть и оставалась с ним, но сильно ослабела.

Туран придерживал Димку в сидячем положении, чтобы было легче дышать, а сам, ещё хрипло кашляя, зажимал свой, едва заживший живот. Кровь так и сочилась из-под ладони.

– Никита... – прошептал Димка, когда тот снова положил руку на то место, где ещё недавно была дыра насквозь до сердца.

– Всё хорошо, – произнёс Велехов, собирая под пальцами магию исцеления. – Ещё немного...

– Никита! – зашипел Димка.

Велехов наконец заставил себя поднять глаза на парней. Оба смотрели на него, не отрываясь.

Никита вытянул руки, показывая:

– Вот.

На его предплечьях, как и на всём теле, чернели цепочки символов, и они двигались по линиям. Будто кто-то подёргивал эти цепи, затягивая их потуже.

– Заклятие на тебе? – хрипло прошептал Димка. – И снять не можешь?

– Не могу, – покачал головой Велехов.

– Тогда почему мы живы? – сглотнул Димка. – Ты же нас почти убил. И что за монстр был, в которого ты превратился?

– Скарад, – ответил Никита. – Его кровь с моей смешана. Вот и стал чудовищем. Волк с драконом соединились.

– Повелитель Скарад? – Туран переспросил, не поверив: – Повелитель Навии, которому я служил?

– Ага, – Велехов обернулся и поднял голову. – И сейчас он со мной.

Дракон-оборотень стоял над ним и тоже смотрел на парней. Только они-то его не видели. Дух в сознании Никиты пребывал.

– Всё хорошо, хранитель, – произнёс Скарад, – я ранил их, зная, что ты исцелишь.

Оборотни не отрывались глазами от Велехова.

– Никита... – позвал Туран.

– Всё нормально, – ответил тот.

– Нет! – выдохнул Туран. – Не нормально ничего! Ты и заметить не успеешь, когда Скарад опять верх возьмёт. Если заклинание у тебя в крови, это не то же самое, как ошейник Ринкар, который нас с тобой вместе держал. Там мы драться могли разумами за одно тело, а сейчас тебя повелитель отодвинет в любой момент. И задушит нас твоими руками, пока ты не видишь!

Над головой Никиты раздался насмешливый голос:

– А он прав.

Велехов хрипло вздохнул, чувствуя подступающий страх:

– Не надо...

Он уже кричал сегодня, когда убивал Димку и Турана, когда ранил Арнаву и пытался её целовать. Он всё время был здесь, ни на мгновение Скарад не отпустил его. Никита видел всё и делал всё. Но ужас от происходящего, словно ветер бился рядом с ним и не мог проникнуть в сознание, будто залитое жидким стеклом.

Оставшись стоять по щиколотки в крови, Велехов умолял дракона-оборотня не убивать тех, кто ему дорог. Повелитель почему-то выполнил эту просьбу и сейчас продолжал потакать. Разрешил исцелить парней, разрешил говорить с ними.

– Тише, хранитель, – Скарад наклонился над ним, дыша теплом в затылок. – Страх потерять тех, кого любишь, так знаком мне. Я не заставлю тебя испытать его больше, чем сейчас. Но только если...

Никита почувствовал улыбку на губах повелителя.

– Если сделаешь то, что я скажу, – произнёс он. – Напои их своей кровью, сделай рабами. Хочу, чтобы ты понял, что это совсем не страшно.

Велехов задрожал.

– Пусть служат нам, – шептал Скарад. – Пусть служат тебе. И тогда бояться им не придётся. Тогда они в безопасности.

– А если нет? – спросил Никита.

И его собственные пальцы выпустили когти, а ему оставалось лишь смотреть на это.

– Хранитель... – Туран с трудом сглотнул, следя за его руками и отчётливо понимая, что в любую секунду им конец.

Димка наконец сел, так и прижимая ладонь к груди:

– Никита, что он тебе говорит?

Велехов молчал, глядя на обоих, и внезапно резко встал. Рассёк себе предплечье когтями и опустил руку вниз, чтобы кровь потекла в ладонь. А как та наполнилась, подставил Димке:

– Пей.

– Нет, – сразу ответил тот.

– Пей, говорю! – Никита зарычал с болью.

– И что будет? – не хуже него зарычал Димка. – Рабом Скарада стану? Буду для него убивать? Нет! Лучше убей меня прямо сейчас! И себя тоже, раз не можешь с ним справиться!

– Да я даже этого не могу! – простонал Велехов и сам схватил Димку за челюсть.

Сильно сжал, открыл ему рот и влил крови. Оборотень сопротивлялся, но Никита держал крепко. Туран рядом с ними не двигался, глядя в глаза хранителя. Радужка в них была ярко-синей. А на лице только страх.

Никита напоил Димку, отшвырнул его в сторону и шагнул к Турану. Тот молча сел на колени, и когда Велехов поднёс к нему ладонь, полную крови, так же молча сделал глоток. Потом поднял голову:

– Иначе убьёт нас, да?

– Да, – прошептал Никита. – Пей, Туран.

– Ясно, – оборотень закрыл глаза, сделал ещё глоток, уже чувствуя, как растекается по телу такое знакомое ощущение – силы в мышцах и злости в разуме.

– Теперь воля только твоя, хранитель, – прошептал Туран. – Нашей больше нет.

Никита сглотнул ком и не ответил. Подумал лишь о том, что и его воли больше нет.

Рядом пытался отплеваться от яда Димка.

– Значит, ты теперь новый повелитель, – шипел он, глядя снизу вверх на Велехова. – Что дальше будешь делать, господин?

Оборотень зарычал на последнем слове.

– Будешь Мрак сеять там, где ещё светло? Так будет?

– Неизбежно, – прошептал Никита.

Глаза Димки быстро наполняла жидкая чернота, и он начал царапать пол когтями, а Скарад, стоявший за плечом Велехова, улыбнулся:

– Мудро, хранитель. Слова старшей берегини в твоих устах, не иначе. Мрак должен восстановиться.

– Равновесие всегда восстановится, – произнёс Никита.

Скарад улыбался, глядя на Димку. Тот не сдавался, сопротивлялся Мраку в своём сознании, но тот лишь играл с ним.

– Таркору пришлось долго поить тебя, – вспомнил повелитель. – Интересно, сколько продержится этот оборотень.

– Недолго, – ответил Никита и отвёл голову в сторону.

Хотел избавиться от дыхания дракона-оборотня на своей шее. Но тот мягко удержал его и, крепко обняв пальцами нижнюю челюсть, заставил вернуться в прежнее положение.

– Тише, хранитель, – примирительно попросил Скарад. – Посмотри лучше туда...

Недалеко перед городом с неба опускались серебряные драконы. Приземлялись там, где остановились толпы людей, покинувших Темрюр.

– Берегини, – произнёс повелитель. – Я рад им.

– Ты же их ненавидишь, – прошипел Никита.

Скарад стоял у него за спиной, но даже не видя его лица, Велехов ощутил его улыбку. Повелитель молчал мгновения, словно задумался.

– Да, это так, – внезапно ответил он. – И ты знаешь за что. Но когда-то я очень любил их. А сейчас, вместе с тобой, вспоминаю это чувство. Так много любви в твоём сердце, хранитель. Так много в твоей жизни тех, кто любит тебя и кого любишь ты.

Никита удивился, услышав такое. Ему казалось, что Скарад говорит искренне. Даже захотелось обернуться и посмотреть в его глаза.

– Я давно не чувствовал того, чем наполнена твоя душа, хранитель, – тонкая дрожь нарушила голос повелителя, – и забыл, какое это тепло – любить.

Он внезапно замолчал и Велехов всё-таки обернулся. Лицо дракона-оборотня, казалось, потемнело, и было видно, как пульсируют на белых щеках тёмные жилки. Бирюзовая радужка в глазах затуманилась... Но минутная слабость закончилась внезапно, и Скарад, вскинув голову, окинул Никиту насмешливым, снова ярким взглядом.

Тот мрачно смотрел на него, изо всех сил пытаясь взрастить в себе мысль начать сопротивляться, хотя бы кричать. Прямо сейчас всей глоткой вопить: остановите меня! Убейте меня! Ударьте всей мощью драконов, сравняйте здесь всё с землёй!

– Нет, хранитель, нет, – засмеялся Скарад. – Нельзя сравнять город с землёй. Смотри...

Он направил взгляд Велехова на улицы и дома. Там, среди мазуров, плавно перекатывающихся по крышам, были... люди.

Сотни и тысячи тех, кто не утонул в пропастях, кого поймали и ужалили. Все они просто сидели на земле там, где их бросили монстры. Отравленные Мраком люди с почерневшими лицами дышали и даже ходили. Бесцельно бродили на оставшихся участках суши, сталкиваясь друг с другом и падая, и снова вставая, или расползаясь в стороны. А кроме них, потерянных и заражённых Мраком, вокруг дворца и на обзорных площадках городской стены рядом с мазурами, стояли солдаты армии царя. Прошедшие посвящение гораздо раньше, сейчас они делали то, что должны – охраняли новые владения своего настоящего повелителя.

– Ты хочешь смерти им всем? – спросил Скарад.

– Нет, – прошептал Никита.

– Тогда не проси смерти городу, – засмеялся повелитель. – А то ты совсем, как берегини. Сейчас они наверняка решают, как уничтожить Темрюр вместе с нами.

– И они это сделают, – с надеждой произнёс Велехов.

– Нет, мы не позволим, – насмешливо возразил Скарад. – Разве мы с тобой стоим жизней тысяч людей? Такая жертва. К тому же зачем? Я больше не хочу смерти берегиням и не хочу воевать с ними.

– Не хочешь? – Никита снова удивился, уже в который раз, и не поверил.

Бирюзовые глаза дракона-оборотня прикрыли влажные чёрные ресницы, и он смотрел в ответ, улыбаясь.

– Давай поговорим с ними? – внезапно предложил он.

– Что? – поразился Никита.

– Вызови их, поговорим, – повторил Скарад.

Велехов не решался на такой шаг.

– Я не причиню вреда разговором, – засмеялся повелитель. – Ну же, смелее, белый волк.

Никита в сомнениях поднял руку к медальону, но всё же нажал нужные символы. Устройства берегинь приняли вызов, и Скарад с большим удовольствием произнёс:

– Добро пожаловать в Темрюр. Хочу увидеть вас. Да и вам, наверное, интересно увидеть хранителя.

Именно это услышали берегини, когда засияли их медальоны. Гинева согласилась, ведь увидеть хранителя действительно было нужно. И теперь, в лучах света заклинания, создавшего образ, Скарад улыбнулся так искренне, что это заставило дышать чаще всех, кто на него смотрел.

– И чему же ты так рад? – мрачно спросила Гинева.

– Когда-то я был другом воительницам, – произнёс повелитель и, казалось, задумался, а потом взглянул на Браду.

– То время прошло, – напомнила берегиня. – Меня ты едва не убил.

– Да, Брада, – Скарад опустил голову, словно признавая вину. – Что же поделать, каждый выполнял роль, назначенную пророчеством.

В тишине, наставшей на пятачке пространства, где стояли оборотни и берегини, тяжело вздохнул Рир:

– Чего тебе надо, тварь?!

Никита обернулся к нему, а Скарад улыбнулся.

– Рир, – мягко произнёс он, внимательно разглядывая оборотня. – Ты и не знаешь, как много тепла чувствует к тебе хранитель.

Рир не в силах сдержаться, рычал, но повелитель внезапно произнёс:

– Ему плохо без тебя. Приходи к нам.

– Что? – не поверил оборотень.

– Рир, приди ко мне, – повторил Никита. – Я тебе кое-что покажу. Это важно.

В своём пленённом сознании Велехов испугался того, что сказал, но страх оставить Рира в неведении, позволить думать, что его брат мёртв, оказался ещё сильнее. Никита хотел сказать ему, что Димка жив прямо сейчас, но не мог. Скарад позволял говорить лишь то, что было нужно ему.

Гинева и Брада сощурились, обе сразу, заметив, что глаза хранителя на мгновения посинели чуть больше, а Рир хмурил брови, не зная что сказать.

Велехов обернулся к Арнаве, чувствуя безмерное облегчение от того, что она жива, но и отчаянную вину, за то что сделал.

Повелитель произнёс всё за него.

– Почему ты не осталась с мужем, лазурная дева? – спросил он.

Берегиня дышала через раз:

– Ты хотел меня убить...

– Нет, – мягко возразил Скарад, – лишь поцеловать. Не надо было сопротивляться. Сейчас ты была бы с нами, не жалела бы ни о чём и сама целовала бы хранителя.

Арнава, тяжело дыша, смотрела в глаза Никиты. Такие чужие.

– Вернись к мужу, лазурная дева, – произнёс Скарад. – Он страдает без тебя.

Берегиня молчала, потому что удивилась и растерялась после этих слов, как и все в общем-то. Что-то было не так. Сильнейший тёмный дух дракона-оборотня, захвативший тело Никиты, повёл себя совсем не так, как ожидали.

– Чего ты хочешь? – спросила Гинева. – Помимо того, чтобы жена и друг хранителя пришли к тебе.

– Чтобы вы ушли, – спокойно произнёс Скарад.

Это вызвало тишину удивления на многие мгновения.

Гинева, наконец, наклонила голову, глядя вопросительно.

– Объясни-ка мне, – сказала она. – Ты хочешь, чтобы мы оставили тебя и хранителя в Темрюре. Вместе с народом, который живёт здесь и в остальных землях Триярии.

– Именно так, – мягко ответил повелитель. – Этот город станет мне новым домом и новым царством. Навия больше не принадлежит мне, она ваша по праву завоевания. Но эти земли свободны.

– Не свободны, – заметила Гинева. – Трияры ими владеют.

Скарад засмеялся:

– Я не изгоню их. Те, кто захочет признать меня своим повелителем, пусть останутся. Остальных... заберите. Алавия приютит всех обездоленных, ведь так?

Берегини, да и князь с Вурдой едва справлялись с удивлением.

– Ты что думаешь, тебе кто-то поверит? – первым не выдержал Иван. – Тебе? Ты воевал с Алавией! С Воградом! С Рилевой! С Вулавалом! Уничтожил столько людей! Тебе убить тысячи – да ты даже не заметишь! И ты говоришь оставить тебе народ? Трияров? Которых ты уже потрепал!

– Уймись, князь, – тон, с которым это было сказано, заставил Ивана недовольно замолчать.

Мягкий рычащий голос, слетевший с губ хранителя, был насмешлив.

– То было сто лет назад, – небрежно отмахнулся Скарад. – Я простил их.

– Ты что?! – князь чуть не поперхнулся.

– Конечно, – повелитель остался невозмутим. – Те, кто был повинен в смерти моих воинов в сражении под Энсасером, давно мертвы, и дети их мертвы и даже внуки. Нынешнее поколение не виновато передо мной ни в чём. Неужели ты думаешь, что оставшись здесь, я истреблю их? Зачем мне это? Зачем мне пустые земли?

Иван ещё мгновения смотрел в чёрные глаза Скарада и жёстко произнёс:

– Оставь моего племенника и уходи на покой. Пока можешь. Пока я сам не вынул тебя из него.

Улыбка разомкнула губы повелителя:

– Рилевич, я помню, как упрямы и сильны твои предки. Ты явно их достойный сын.

Иван молчал, не зная, что ответить на это, а Скарад отвернулся от него и взглянул на старших берегинь:

– Что ж, я предлагаю вам то, за что вы боретесь, хранительницы мира – я предлагаю вам мир. Отдайте мне эту землю и её народ и просто уходите. Не пролив ни капли крови. Ни драконов, ни людей, ни трияров. Ах да...

Повелитель остановил взгляд Никиты на Арнаве:

– Ты можешь оставить мужа со мной, лазурная дева. Думаю, он примет твой выбор. Но если любишь его, то останешься с ним. И если решишь именно так, то принеси с собой талисман, который он создал.

Гинева, услышав это, сощурилась:

– Зачем он тебе?

– Для защиты, – Скарад взглянул на берегиню. – От вас. Остальные талисманы мне больше не нужны. Власть, которую они дают, принадлежит вам. Но и вам и мне нужен паритет. Талисман хранителя, если нападёте на нас, станет нам щитом.

– А что помешает использовать его в обратную сторону? – Гинева сложила руки на груди. – Если нам придётся защищаться от тебя?

Повелитель наклонил голову, насмешливо глядя исподлобья.

– Ничего, – мягко произнёс он. – Но как я и сказал – паритет. Будем равны, госпожа. Каждый будет знать, что воевать друг с другом бесполезно и каждый защищён. Разве хранительницы мира не хотят равенства и безопасности для всех? Или вам надо больше? Надо, чтобы другие оставались слабее вас и уязвимей?

Гинева вздохнула с тихим рычанием, а Скарад усмехнулся:

– Берегиня, нет никого в мире, кто знал бы вашу натуру лучше меня. Не играй со мной. Я предлагаю то, что тебе не нравится, но ради мира и равновесия в нём, подумай об этом. Может, настало время что-то менять?

Повелитель поднёс руку к медальону на груди, и образ, сияющий в воздухе, рассеялся. Связь распалась.

Ещё мгновения никто не мог ничего сказать.

– Невероятно! – вспылил наконец Иван. – Я всё мог представить, но не это! Ни одному слову не верю!

– Мы кое-что упустили, – хмуро сведя брови, задумалась Гинева. – Не узнали у него, что он будет делать, если мы не поступим так, как он хочет.

Брада невесело усмехнулась:

– Разве ты не знаешь?

Гинева кивнула, подозвала командира драконов и спросила:

– Сколько заложников в городе?

– Мы насчитали около трёх тысяч, – ответил оборотень. – Размещены на видных местах. Люди сидят на улицах под небом.

– Это для нас, – тяжело вздохнула берегиня. – Чтобы мы знали, сколько невинных может погибнуть при нашей атаке.

– Очень умно, – мрачно заметил Иван.

Скараду не надо было ничего говорить. И так всё понятно – если драконы начнут атаку, первые, кого мазуры поднимут на свои конечности, как живой щит – это люди, оставшиеся в городе. Эта кровь будет на руках берегинь. И все, кто сейчас ждёт своей судьбы на полях возле Темрюра, это увидят. Атаковать город нельзя. Это очевидно.

– Что будем делать? – вынужденно спокойно спросил Вурда.

Гинева и Брада явно были в растерянности. Что бы ни задумал Скарад, одно ему точно удалось – замедлить принятие решений. Берегини сомневались.

– Мы должны подумать, – напряжённо сказала Гинева.

– Нельзя оставлять ему эту землю, – вырвалось у Ивана. – Это же Скарад.

Арнава молчала, и дыхание оставалось тяжёлым.

– Вы видели? – тихо спросила она. – Как он менялся, говоря? Или я так хочу этого, что мне показалось?

В какие-то мгновения лицо хранителя и его глаза светлели, и так было похоже, что смотрит Никита. Но Арнава боялась принять это за самообман. Может, она просто искала в глазах своего мужа то, чего нет – его самого.

– Ты заметила, – задумчиво сказала Брада и Арнава вздрогнула.

– Вы о чём? – не понял Рир.

– Это довольно странно, – подтвердила Гинева. – Похоже, что Скарад не подавил хранителя. Никита с ним и наблюдает, но не может вмешаться.

– Как он говорил... – Арнава взглянула на Рира и повторила: «Рир, приди ко мне. Я тебе кое-что покажу».

– Это сказал Никита? – оборотень спросил с искренней надеждой.

Арнава закрыла глаза на мгновение, осознавая эту мысль, и вытерла влагу с мокрых ресниц кулаком.

– Он здесь, – хрипло вздохнула она. – Заклинание держит его сознание в плену Скарада, но он здесь.

– Не торопись, – заметила Гинева, – это может быть уловкой, чтобы заманить тебя к нему.

– Я и так пойду к нему, – твёрдо сказала Арнава. – Что бы ни было, я не уйду отсюда. Мой муж здесь, и я буду с ним.

Рир к её словам добавил:

– Я пойду с тобой.

– Да не торопитесь так умереть, – зарычал на обоих Вурда. – Может, Скарад вас звал, чтобы на глазах хранителя убить! Собрались они к повелителю Мрака. Он нас всех за нос водит. Неужели, думаете, что чувства хранителя он хочет уважить? Надо понять, что ему по-настоящему нужно!

– Медальон Никиты ему нужен, – уверенно ответила Арнава.

Она, наконец, заставила себя успокоиться. Страх того, что Никита потерян навсегда, оказался настолько убийственным, что заставил её забыть обо всём. Словно и её душу вынули. Но теперь надежда осветила разум берегини, снова сделав его острым. Когда ни у кого надежды на её спасение не было, Никита заставил всех отступиться от клятв и сохранить ей жизнь. Он не сдался. И она так же поступит. Значит, надо думать, как и сказал ворлак: чего Скарад хочет на самом деле?

– Медальон хранителя, – повторила Арнава. – Он уже пытался забрать его. Первый раз не получилось. А теперь он просит нас принести его. Вот он ему действительно нужен.

Обе старшие берегини кивнули и Гинева согласилась:

– И мы так думаем.

– И зачем? – спросил Иван. – Что такого ценного для Скарада в этом медальоне? Помимо этого его паритета?

После вопроса князя на мгновения установилась тишина.

– С уверенностью не скажу, – наконец ответила Брада, – потому что проверить не можем, но талисман хранителя способен разрушить любую магическую силу. В храме изрезал заклинание «ловца». А «ловец» – одно из сильнейших заклятий. И, возможно, талисман может...

– Рассечь заклинание «цепей», – с волнением вздохнула Арнава. – Святые духи, госпожа, ты права!

Иван вопросительно вскинул бровь:

– То есть что, всё-таки можно уничтожить его?

– Как я и сказала, – покачала головой Брада, – уверенности в этом нет. Хотя бы потому, что талисман не навредит своему создателю. Но и всё-таки, возможно, что он – то единственное, что способно разрушить связь Мрака с его носителем. И Скараду он нужен для того, чтобы себя обезопасить.

– О-о-ох... – Иван не смог сдержать вздох облегчения, хотя и понимал, что радоваться рано.

Рир с тем же чувством взялся за голову, постоял так мгновение и уверенно произнёс:

– Раз есть шанс, надо попробовать. Хранитель нас ждёт. Идём к нему.

Но Вурда, хмуривший брови на протяжении всего разговора, взглянул на старших берегинь и серьёзно спросил:

– А дальше? Если у нас получится, если все заклятия с хранителя снимем и самого не покалечим, то что? Озеро под Темрюром от этого не посветлеет?

– Не посветлеет, – подтвердила Брада. – И если Мрак главного носителя потеряет, то у него останутся те, кого он уже заразил – мазуры, солдаты царя и люди в городе.

– Вот именно, – заметил Вурда. – И что без хозяина они все делать будут? В Навии после смерти Скарада мы ещё полгода сражались с его последователями. Они, как нас ненавидели, так и продолжали. Но там такого не было, как здесь. Там Скарад не торопился. Заражал ненавистью к Алавии и преданностью себе, но разум он воинам оставлял. Чтобы ему служили, чтобы за него воевали. А здесь он всей силой взялся. Все, кто в городе сейчас, себя потеряли. Разум их полностью во Мраке. Если ринутся на нас, как дикие звери, вместе с мазурами, то что? Убивать их будем?

Тишина стояла ещё минуты после этих слов.

Нарушила её Гинева. Тяжело вздохнув, берегиня опустила голову:

– Если придётся.

Рир молчал. Иван даже отвернулся, не мог с таким ответом примириться.

– И будет война, – мрачно заключил Вурда. – Если люди здесь по нашей милости погибнут, этим мы все народы Триярии против себя настроим надолго. А новый лидер найдётся, госпожа, кто против нас потом армию поведёт. Только, если ты не хочешь убить и всех, кто возле города остался, чтобы некому было рассказать, что здесь случилось.

Брада с укором взглянула на мужа, но взгляд ворлака оставался тяжёлым.

– Я волю берегинь исполню, какая бы она не была, – произнёс он, – но кровь невинных смыть невозможно и жить с ней не получится. Это не то, что нам делать должно.

Гинева задумалась надолго.

– А хитрую ловушку нам Скарад расставил, – наконец вздохнула она. – Всё учёл, со всех сторон связал. Если не выполним, что скажет, то встрянем, как никогда. Держать город в осаде, как мы Навию держали, бессмысленно. Дух Скарада вечен, ибо это дух, а тело хранителя крепко. Вдвоём они неуязвимы и бессмертны. Он нас всех переживёт. А если начнём атаку, то прав Вурда – мира меж нами и триярами уже никогда не будет.

– А Саталир? – спросил Иван. – Заклинание, уничтожившее Мрак в озёрах? Если его использовать?

Обе старшие берегини хором сказали:

– Нет.

– Саталир ещё надо сотворить, князь, – объяснила Брада. – И хотя мы знаем как, это очень сложно. Для него нужна сфера Альтана большой мощности и главный элемент – чистая радость, равная Мраку. Бимир жизнь положил, чтобы это рассчитать. И получилось у него, потому что он даром видеть будущее обладал.

Рир больше не мог слушать, голова от множества мыслей пылала.

– Хватит думать, – произнёс он. – Надо идти к хранителю, снимать с него «цепи», изгонять Скарада, и что бы дальше ни было, это принимать. Потому что оставить эту землю под ним – это новую Навию создать.

– А если у нас не получится, – Вурда взглянул на него, – тогда хранитель потерян навсегда.

– Он так или иначе потерян, – мрачно вздохнул Рир. – В «цепях» или нет, но Никита – новый повелитель Мрака.

Все вздрогнули после этих слов. Рир, озвучив мысль, которую никто не хотел для себя принять, сглотнул ком в сухом горле и добавил:

– Если Никита ещё с нами, то он будет рад тому, что мы его остановим. Всё, что я знаю о моём князе и моём друге, велит мне остановить его здесь и сейчас. Он будет благодарен.

Установилась тишина. Старшие берегини думали. Решение зависело от них. Но было понятно одно: что бы ни решили, ни блага, ни пользы не будет.

– А медальон? – неожиданно прозвучал голос Арнавы.

Все взглянули на молодую берегиню, у которой внезапно засверкали глаза и дыхание изменилось от волнения.

– Медальон, – повторила Арнава. – Он у вас? Вы ведь взяли его с собой?

Старшие берегини утвердительно кивнули. Иван, увидев это, удивился и возмутился:

– Что? Взяли? Он у вас здесь? Сейчас? Вы что?!

– Под защитными заклинаниями его сложно призвать, – заметила Брада. – Мы его спрятали. В храме оставлять его не так надёжно, как с нами.

– И правильно сделали! – Арнава часто дышала, но сказала уверенно: – Он нам нужен! Идти к хранителю надо с ним.

Она ещё не до конца додумала идею, но надежда у неё появилась. Потому что кое о чём они позабыли.

– Никита один раз уже использовал свой талисман, – напомнила Арнава. – Может... получится у него снова.

– Нет, нет и нет, – Брада немедленно покачала головой.

– Вы о чём? – спросил Иван.

– Подожди, князь, – ответила Брада, – ещё сами не разобрались.

Гинева тоже возразила Арнаве:

– Медальон хранителя опасен для всего. То, что Никите первый раз удалось его правильно применить и вовремя остановить, ещё не значит, что и во второй раз он это сможет.

– Сможет, – горячо зашептала Арнава. – Мы не сможем, а он должен.

– Почему так уверена? – нахмурилась Гинева.

– Потому что Скарад его рядом держит и во Мрак не оправляет! – Арнава поняла, для чего Никита так нужен повелителю. – Без хранителя он использовать талисман не сможет. Ведь медальон принадлежит Никите и связан с его душой.

– Так что? Разобрались? – спросил уже Вурда.

Они с Иваном переглянулись. Всё пытались понять, о чём спорят берегини.

Гинева по-прежнему не была согласна с Арнавой и возражала:

– Это зло из двух не меньшее. Если хранитель с медальоном не совладает, то в ткани магии может такой разрыв случиться, что нашу вселенную в него сдвинет.

– Он справится, – уверенно ответила Арнава.

И внезапно Брада поддержала её.

– Если удастся с хранителя заклятия снять, то остальное он сам сделает, – сказала берегиня. – А если не удастся, то будет война. С медальоном или без Скарад её начнёт. Сейчас у нас есть шанс её предотвратить.

– Небольшой шанс, очень, – заметила Гинева. – Заклинание «цепей» ведь в крови создателя, с его телом и душой слито. Ты сама сказала: талисман ему живому не навредит, так что, может, и против «цепей» не сработает. Только если...

Арнава сглотнула с трудом, потому что самой стало страшно, но всё же сказала:

– Я знаю, госпожа. Так и сделаю. Мне лишь близко нужно быть, прямо в объятиях.

Верховная берегиня ещё недолго стояла в раздумьях, глядя на Арнаву, но, наконец, опустила голову:

– Что ж, если готова на такое пойти...

Гинева вынула из-под своего броневого панциря тканевый мешочек, покрытый вышитыми символами заклинания «ловца». По очертаниям в нём угадывался круглый медальон.

– Всё теперь в твоих руках, – верховная берегиня вложила талисман в ладонь Арнаве, но строго напомнила: – Клятву свою не забывай. Если «цепи» с мужа не снимешь, то делай всё, чтобы Мрак остановить. Всё, что потребуется. И помни: жизнь хранителя после охраны мира стоит.

Арнава опустила голову:

– Я помню, госпожа.

Брада наконец взглянула на оборотней и князя. Те объяснений ждать устали, но терпели, как могли.

– Идёте в город прямо сейчас, – приказала берегиня. – Арнава по дороге всё расскажет.

– Слава святым духам, – вздохнул Иван, – наконец-то.