Текст книги "Я для тебя всегда онлайн (СИ)"
Автор книги: Юлия Гойгель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц)
Глава11. Девятое марта
Но удара не следует. Более того, противная давящая тяжесть чужого тела исчезает. Я быстро переворачиваюсь и сажусь на попу, прижимаюсь к стене, свернувшись в клубок. Не сразу понимаю, что Кирилл буквально избивает Ника, теперь лежащего на моём месте.
– Кирилл, остановись, пожалуйста, – прошу я. – Ты же его убьёшь. Не стоит портить свою жизнь из-за этой мрази.
Но Воронцов меня не слышит. Собрав последние силы, я поднимаюсь и обхватываю его за плечи, умоляя остановиться. Мужчина замирает. Несколько минут смотрит на лежащее на полу тело, затем снимает своё пальто, укрывая меня. Ноги подкашиваются, и я вновь оседаю в угол. Запоздалые слёзы катятся по щекам. Кирилл приседает рядом со мной.
– Только не трогай, – прошу я. – Не трогай меня.
Он уходит на кухню и сразу возвращается, держа в руках пачку сливочного масла, взятую из морозильника.
– Приложи к лицу, чтобы синяка не было, – советует мне. – Наверное, нужно вызвать полицию?
Я отрицательно качаю головой:
– Не надо. Не хочу никаких объяснений. Позвони в дверь Игоря, если откроет. Они дружат. Пусть забирает этого…этого…, – мой голос срывается, и я не договариваю.
Кирилл выходит и через несколько минут возвращается с Игорем. Сосед, стараясь не смотреть на меня, приводит в чувство Ника и тащит его к двери.
– Передашь этому отморозку, когда очухается, – произносит Воронцов, – чтоб к этому дому даже подходить не смел. Увижу ближе, чем в километре, в порошок сотру, и никто никогда не узнает, кто это сделал.
– Я понял, – бормочет Игорь. – Никаких проблем не будет, я обещаю.
Когда за ними закрывается дверь, Кирилл собирает по коридору мою порванную одежду.
– Выбрось в мусор, – прошу я.
Он уходит на кухню, затем я слышу, как открывается дверь в мою комнату. Через пару минут мужчина возвращается с чистой простынью в руках и кладёт возле меня.
– Завернись, и я отведу тебя в спальню, хорошо? Сейчас должен подъехать мастер из отеля, посмотрит, что здесь к чему, затем решим, что делать дальше.
Он отворачивается, а я поднимаюсь, держась за стенку, сбрасываю его пальто и заворачиваюсь в простыню. Мужчина вешает своё пальто в шкаф, разувается и забирает у меня пачку с маслом.
– Согрелась. Я сейчас что-нибудь ещё холодное принесу. Дойдёшь до спальни?
Я киваю, но, прежде чем уйти, смотрю в зеркало. Губа, конечно, рассечена, но не сильно глубоко, как могло бы быть. Возможно, шрама не останется. Кирилл возвращается с пакетом замороженных овощей, но, прежде чем приложить к моему лицу, тоже смотрит на губу.
– Может, подъехать в больницу? Если наложить шов, шрам не будет заметным.
Я отрицательно киваю головой.
– Не поеду, пусть шрам остаётся. Ещё там объясняться.
Ноги всё ещё дрожат, поэтому каждый шаг даётся с трудом. Наконец я добираюсь до собственной кровати, ложусь прямо в простыне, а мужчина накрывает тёплым одеялом.
Вновь слышится звонок в домофон. Кирилл уходит, вскоре в коридоре раздаются приглушённые мужские голоса. Я не обращаю на них внимание.
Согреваюсь под тёплым одеялом, немного успокаиваюсь и начинаю дремать. Вернувшись, Кирилл не включает свет, а оставляет открытой дверь в коридор, чтобы мы могли видеть друг друга.
– Мастеру удалось поджать краны, поэтому вода больше не течёт, но пользоваться ей ты не сможешь. Мастер заметил, что сантехника не сильно давно подвергалась ремонту, но материалы не качественные и сделано всё очень плохо. Придётся многое переделывать.
– Хорошо. Я всё оплачу. Мне нужно договориться о времени?
– В понедельник придут ребята из фирмы, – сообщает Воронцов. – Они расскажут более подробно. За сегодняшний визит я оплатил наличкой.
– Сколько? Я сейчас тебе отдам!
– Деньги подождут, – мужчина присаживается на край кровати. – Что я могу сделать для тебя?
– Очень хочется помыться. Но ничего, я потерплю. Спасибо, что пришёл, больше мне ничего не нужно, – благодарю я.
– Софи?!
– Тебе лучше уйти, Кирилл. Я хочу побыть одной.
Он забирает пакет с растаявшими овощами и относит на кухню. Я понимаю, что мужчина сейчас уйдёт, а мне нужно подняться и закрыть за ним дверь. Но Воронцов возвращается и вновь садится на кровать:
– Тебе не нужно сейчас быть одной, Софи.
– Нет, ты не понимаешь…
– Не понимаю, потому что со мной подобное не случалось, но представить могу, – произносит он. – Я не уйду. И у меня есть встречное предложение. Сейчас ты одеваешься, мы вызываем такси и едем ко мне в отель. В номере есть и душ, и ванна. Ограничений по расходу воды нет, поэтому можешь купаться хоть целую ночь. И на глазах у меня будешь.
– Не думаешь же ты, что я руки на себя наложу? – удивляюсь я. – Я что, кажусь тебе истеричкой?
– Нет, не кажешься. Но я не хочу, чтобы ты здесь лежала и варилась в произошедшем. А ещё у меня есть вопросы, на которые только ты можешь ответить.
– Зачем тебе это? – удивляюсь я.
– Ну, мы же дружим, – смеётся он. – А друзья должны помогать друг другу.
– Мне не нужна помощь. И совсем не хочется никуда идти, – признаюсь я.
– Идти и не нужно. Я же сказал, возьмём такси, – повторяет Кирилл и включает свет. – Давай подумаем, что тебе необходимо взять с собой. Полотенца не нужны, в номере их хватает. Бельё, наверное, – он открывает шуфляду комода, вынимает несколько комплектов нижнего белья и кладёт рядом со мной. – Ничего, что я копаюсь в твоём белье?
– Несколько запоздалый вопрос, – невольно улыбаюсь я, садясь на кровати. – Достаточно двух комплектов: один я надену, второй с собой. И спать в чём-то нужно.
– Кружевные панталончики? – Кирилл открывает вторую шуфляду и достаёт маечку и шортики. – Мне нравится этот – персикового цвета. Моё мнение принимается в расчёт?
– Принимается. Если ты выйдешь, я оденусь.
Он выходит. Я выпутываюсь из простыни и натягиваю трусики, попутно разглядывая, как по всему телу рассыпаются гроздья синяков. Да и ощущение такое, словно меня переехал укладчик асфальта. Надеваю лифчик, завожу руки за спину, чтобы застегнуть застёжку, но дрожащие пальцы никак не справятся с миниатюрными крючками.
Нагнув голову и сопя от усердия, не замечаю, когда возвращается Кирилл. Дёргаюсь от прикосновения его рук, которые моментально застёгивают бюстгальтер.
– Всё хорошо. Это я. Не нужно меня бояться. Больно?
Его пальцы легко касаются синяков. Я киваю и снова заворачиваюсь в простыню. Ноги всё ещё не хотят слушаться, но я открываю шкаф, чтобы найти джинсы и кофту. Сажусь обратно на кровать, чтобы одеться. Кирилл не выходит, но отворачивается.
– Ты же не будешь обувать обувь на босые ноги? – уточняет он, кивая на мои босые ступни.
– Носочки в нижней шуфляде, – произношу я.
Он достаёт две пары. Присаживается возле моих ног и аккуратно натягивает на ступни:
– Вторые возьмём с собой. В номере ковёр. Визуально чистый, но его же не возят в химчистку после каждого гостя, поэтому неизвестно, кто ходил по нему до тебя и в чём. Есть шлёпанцы, но я не люблю их, предпочитаю носки. Паспорт, кстати, нужно обязательно взять.
– А ничего, что ты приведёшь на ночь девушку? – сомневаюсь я. – Меня, вообще, пустят?
– Так как на девушку из эскорта ты совсем не похожа – пустят, – смеётся он.
– Хочешь сказать, что тебе придётся стесняться за мой внешний вид?
– Со стыда не сгорю, – обещает Кирилл, складывая мои вещи в пакет. – Что-то из косметики будешь брать?
– Да. Мой гель для душа и молочко для тела. Крем для лица.
– Зубная паста и новые щётки есть в номере, – добавляет мужчина. – Лишнее ни к чему. Вроде бы всё взяли. Идём?
Он вызывает такси, естественно, премиум класса, и мы выходим на улицу. Воронцов останавливается в IMPERIAL PALACE HOTEL. От моего дома до отеля можно дойти за десять – пятнадцать минут. Но сегодня меня не тянет на прогулки. Я почти не рассматриваю интересный дизайн холла и благодарна девушкам на рецепшене, что они в открытую не пялятся на меня. Кажется, Кирилл всё же что-то им объясняет по поводу моего появления, но нас быстро отпускают, и мы поднимаемся в номер.
Обстановка внутри мне кажется роскошной.
– Мне тоже нравится, – пожимает плечами мужчина. – Здесь тихо и кровать удобная. В отзывах видел, что многие жалуются на шум от ресторана и твёрдую постель. Но у меня постоянно либо этот номер, либо ещё один. Может, поэтому всё хорошо. Что хочешь: душ или ванну?
– Душ, – быстро решаю я. – Хочу под проточную воду. Кажется, я вся в слюнях… ну, ты понимаешь…
– Душ, так душ, – он показывает, как правильно регулировать воду, даёт чистые полотенца и добавляет, выходя: – Не закрывайся, хорошо? Замки здесь отлично работают, но… вдруг тебе плохо станет. Чтобы я не волновался.
Я не закрываюсь. Но, едва становлюсь под горячие струи воды, меня, что называется, накрывает. Не знаю сколько проходит времени, пока громкие рыдания сменяются всхлипами. Наливаю на мочалку пол бутылки геля и начинаю яростно оттирать тело. Вокруг меня образуется множество мыльных пузырей, но эта картина меня совсем не отвлекает.
– София, всё хорошо? – доносится до меня голос Кирилла. – Ты уже час в душе. Мне не жалко воды, но сделай перерыв, пожалуйста.
Я делаю воду более прохладной, чтобы сошла краска с лица, стою ещё минут десять, затем выхожу из душа. Тщательно вытираюсь и надеваю взятый с собой спальный комплект, после чего закручиваюсь, словно в простыню, в широкий для меня банный халат.
Кирилл сидит на постели, переодетый в майку и домашние брюки. Понимая, что кровать одна, я присаживаюсь рядом.
– Постельное только что поменяли, – говорит он. – Попросил горничную. Ревела, да?
Я киваю. Он встаёт, выключает основной свет и достаёт из бара коньяк. Открывает бутылку, наливая спиртное в два стакана. Ставит на кровать тарелку с фруктами. Я почти сразу выпиваю треть содержимого. Горло обжигает, а по телу моментально разливается тепло.
– Полегче, – советует Воронцов. Очищает банан, разламывает на куски и подносит к моему рту. – Цитрусовые не предлагаю. Будет щипать, где разбито.
Когда коньяк делает своё дело и тело немного расслабляется, достаю из сумки молочко. Но пальцы по-прежнему дрожат и, вместо того, чтобы втирать питательный крем в пересушенную водой кожу, я постоянно проливаю на халат.
– Сними его, – говорит мужчина и забирает у меня флакон. Садится рядом, и начинает аккуратно втирать крем в кожу рук и плеч, шею, переходит на спину, слегка приподнимая пижамную маечку. Его прикосновения не доставляют мне дискомфорта, может, ещё и потому, что Кирилл обходит синяки. Я пересаживаюсь ближе к изголовью кровати и мужчина смазывает ноги, начиная со стоп.
– Ты чем так тёрла кожу? – качает он головой.
– Мочалкой.
– А ощущение, что наждачной бумагой. Синяков очень много. Завтра нужно обязательно купить мазь в аптеке. Этот урод тебя, что ногами бил?
– Не успел. Рук хватило. Ты же видел, что Ник очень крупный.
– Ник – это Никита?
– Ник – это Николай. Коля по-простому. Но просил называть именно так.
– У вас что-то было до сегодняшнего вечера? – спрашивает Воронцов.
– Я не хочу о нём говорить. Может, завтра.
– Хорошо. Как он появился у тебя в квартире – это ты сказать можешь?
Я допиваю остатки коньяка из бокала.
– Он и есть мастер, который менял сантехнику. Работает сам на себя. В последнее время мы не общались, но сегодня я позвонила, не зная, что делать. Он не ответил на звонок, но пришёл, – поясняю я. – Кирилл, можно я лягу?
– Конечно.
Он приподнимает одеяло, и я забираюсь в кровать.
– Последний вопрос, Софи. Ты сказала, что этот мудак работает сам на себя. Фирма зарегистрирована?
– По-моему у него ИП. Я точно не знаю. Мне его Игорь посоветовал. А я не стала перепроверять. Когда он делал работу, то казался адекватным. У меня в кошельке его визитка была, если не выбросила.
– Я посмотрю твой кошелёк?
– Смотри, конечно, – разрешаю я.
Кирилл возвращается с моим кошельком и выключает ночник с моей стороны, оставляя тусклый свет лишь со своего бока кровати. Но мне не лежится, и я подползаю к нему, утыкаясь лбом в спину мужчины. Он снимает брюки, затем ложиться под одеяло и обнимает меня одной рукой. Я удобно устраиваю голову на его плече и моментально засыпаю.
Будит меня звонок мобильного. Моего. Мне совсем не хочется отрываться от чего-то тёплого и такого приятного, но Кирилл тормошит меня за плечо:
– Софи – это Алина. Уже второй раз звонит. Наверное, нужно ответить?
– Сколько время? – спрашиваю я, с трудом раскрывая глаза.
В номере совершенно темно, лишь по-прежнему светит тусклый ночник со стороны Кирилла.
– Десять.
– Алло, – я нажимаю на значок трубки, когда телефон начинает вибрировать по третьему кругу.
– Соня, ты что, спишь? – раздаётся голос подруги.
– Сплю. Алина, что-то случилось? – мысленно я думаю о том, откуда она могла узнать об инциденте с Ником.
– Беда случилась! – Нет, мне не кажется, Алина плачет.
Глава 12. Сосед подруги
От неожиданности я выбираюсь из-под бока Воронцова и сажусь на кровати. Какой дурацкий день это девятое марта. Что же он никак не закончится! Даже проспать его не получается!
– Алина, говори скорее! Что-то с Владиком, с Сашкой? Кто-то заболел!
Кирилл тоже садится, вновь привлекая меня к себе и включая на моём телефоне громкую связь.
– Ирина Ивановна, соседка. Ты же знаешь её.
– Умерла?! – охаю я и, прикрыв рот, поясняю Кириллу. – Ей пятьдесят восемь лет. В этом году вышла на пенсию. Работала два через два, и Алина могла оставлять ей Владика, если быстро в магазин сбегать или ещё куда.
– Типун тебе на язык – бурчит подруга. – Ты что, не одна?
– С Кириллом, – признаюсь я. – У меня кран прорвало…
– Теперь это так называется? – язвит подруга.
– Смеситель в ванной, – рявкаю я. – Пришлось перекрыть всю воду. А ещё я позвонила Нику. В общем, он повёл себя некрасиво. Хорошо, что в это время пришёл Кирилл.
– Ладно, извини. Всё в порядке? – запоздало интересуется Алина. – Я подумала, что вы…
– Мы не занимаемся сексом, – смеётся Воронцов. – Так что с соседкой приключилось?
– Она замуж вышла, – вздыхает подруга. – Ирина Ивановна уже несколько лет зарегистрирована на «Мамбе». Женщина она видная, ухоженная, выглядит младше своего возраста. Не видела, чтобы она бегала по свиданиям, больше общалась. Сонь, помнишь она рассказывала про мужика, который тоже сидел на «Мамбе» и всех в деревню звал. Говорил, что в городе настоящих мужиков днём с огнём не сыщешь. Про него даже мем сделали.
– Ты мне фотки показывала, – вспоминаю я. – На них древний дед в лаптях и с седой бородой. На лешего из сказок похож.
– Ирина Ивановна взяла и поехала в ту деревню. Мужику шестьдесят с мелочью лет, но никакой он не дед. Она мне настоящие фото показывала. Это дед ещё фору некоторым сорокалетним даст. И у него не свой огород, куда он звал всех в помощь, а большое фермерское хозяйство. На котором наёмные рабочие трудятся. А дед-Аполлон только бизнес-планы утверждает в особняке на сто пятьдесят квадратов да контракты на поставку с иностранными партнёрами заключает. Фермерское хозяйство не простое, а элитное. А на «Мамбе» мужик так развлекался время от времени. Ирина Ивановна первая, кто к нему решилась приехать. На восьмое марта он ей предложение сделал. Вчера за вещами приезжали. Такая «Бэха» крутая, я из окна видела.
– Чего ты расстроилась? – удивляюсь я. – Уехала и уехала. Если не будешь успевать, три дня в неделю могу я забирать Владика.
– Соседка уехала, а на её место замечательный сосед заселился, – шипит Алина. – Уже два часа так трахается, что весь подъезд трясётся!
– Она что, так быстро квартиру продала? – удивляется Воронцов.
– Не продала, а пожить пустила, – поясняет Алина. – У этого деда то ли внук, то ли младший сын на съёмной квартире жил. Хозяева где-то за границей были, а теперь вернулись и попросили жильё освободить. Может, они его и раньше предупреждали, да он за траханьем забыл! Два часа кровать о стенку бьётся! А его девка орёт так, словно партнёр не один, а целых десять! Как голос ещё не сорвала! Может, по батареям постучать?
– А другие соседи тебе потом по голове не постучат? – интересуюсь я. – Соседа, скорее всего только ты слышишь, а стук по батареям весь дом услышит.
– Какой дурдом! Что он там с ней делает?
– Наверное, что-то очень приятное, – ржёт Воронцов. – Алина, отомсти ему.
– Как?
– Устройте с мужем незабываемую ночь.
– С чьим мужем, моим? – искренне удивляется подруга.
– А что не так с твоим мужем? – теперь приходит черёд удивляться Кириллу.
– Всё не так, – буркает Алина. – Почему, ты думаешь, я к тебе за сексом бежала?!
– А где, кстати, Виталичка? – интересуюсь я.
– Мама его позвонила. У неё снова давление поднялось. В больницу ехать она не захотела, а спать одна боится. Вот сынуля и побежал маму спасать.
– Хороший сын, – хмыкает мужчина.
– Кирилл, а ты ко мне не придёшь? – вдруг оживает Алина. – Если у вас с Софией всё равно ничего нет. Ты же сам сказал, что я красивая.
Воронцов собирается что-то ответить, но я поспешно зажимаю его рот ладонью.
– Алина, иди спать к Владику, – советую я. – Его комната выходит на другую сторону дома, там ничего не слышно.
– Слышно, не так сильно, конечно, но слышно, – вздыхает подруга. – Кирилл, ты не придёшь?
Я слегка ослабляю ладонь на губах мужчины, в любую секунду готовая зажать обратно.
– Не приду, Алина. Ты действительно очень красивая, но…
– Не в твоём вкусе?
– Дело не во вкусе. Да и не сплю я с замужними женщинами, – отвечает он.
– Я не могу развестись. У меня ребёнок, – опять всхлипывает подруга.
– Пусть твой муж поговорит с этим соседом, как мужик с мужиком. Объяснит, например, что ребёнок пугается, думает, что дядя тётю душит или что-то в этом роде, – на этот раз серьёзно советует Кирилл. – Соседу лет сколько?
– На вид – мой ровесник. Смазливый такой, – даёт краткую характеристику Алина. – Кирилл, а разве можно два часа подряд? Может, он под каким препаратом? Ещё наркоманов по соседству не хватало!
Воронцов улыбается:
– В двадцать семь можно всё. Особенно, если мужчина очень хочет свою партнёршу. Не думаю, что у них нет перерывов. Ты просто не замечаешь.
– И эти крики. Я думала, что кричат лишь в порнофильмах…
– Алина, тебе же двадцать семь, а не семьдесят два, – вздыхает мужчина. – Женщины тоже разные бывают. Двоим женщинам может быть одинаково приятно, но выражать они будут это по-разному.
– Значит, я не правильная женщина? – не унимается подруга.
А я вспоминаю царапины на спине Кирилла.
– Алина, давай спать, – прошу я. – Почти одиннадцать.
– Ладно, сексом заняться не даёшь, – ворчит подруга. – Ну а разговоры тебе чем мешают?
– Мужчины тоже не все одинаковые, – произносит Воронцов. – Может, тебе стоит к соседу присмотреться?
Я вновь зажимаю ему рот, но слова уже сказаны. Делаю страшные глаза и прощаюсь с Алиной.
– Что это было? – задаёт вопрос мужчина, указывая на мои руки. – Ты решила цензурой поработать? Сама с мужем развелась, да ещё с уродом-сантехником замутила, а подруге остаётся от чужих стонов под стенкой оргазм получать?
– Дурак ты, Кирилл. Сам имеешь всё, что движется, думаешь и для других – это тоже правильно? – произношу я, отодвигаясь на свободный край кровати. – Мужчина переспал с очередной девушкой – ему респект и уважуха, номинация на медаль «За боевые заслуги». А женщина так поступила – я и говорить не буду. Сам знаешь.
– Ты уж очень сгустила краски, – не соглашается он.
– Сгустила? Не думаю. Сам сегодня видел. А ведь я с Ником даже не на сайте знакомств познакомилась.
– Кстати, о нём, – Воронцов вновь садится, опираясь спиной об изголовье кровати и притягивая меня к себе. – Я здесь отзывы о нём прочитал. Смотри.
Я послушно сажусь, без интереса глядя в телефон мужчины.
– Плохие, да? Я, когда ремонт делала, при выборе строителей ориентировалась на рекомендации знакомых и тоже на отзывы проверяла. А когда Игорь про Ника рассказал, почему-то не посмотрела в интернете. Может, потому, что он Игорю всё делал, но его же не топит. Может, потому что сразу внешне понравился и внушил к себе доверие. Высокий, широкоплечий, красивый, умеющий себя подать. После дяденьки из Жэса – земля и небо. Пришёл, всё грамотно рассказал, показал, ответил на вопросы, что надо объяснил по два, а то и три раза.
– Дальше говори, – кивает Кирилл. – Вы встречались?
– Ну, он часто заходил. Что-то покупал, менял, устанавливал. Я, когда время было ему чай предлагала. Несколько раз Алина заходила. «Какой мужчина! Ах, какой мужчина! Ты присмотрись!» Чай он пил, я присматривалась. Говорила себе, что не все мужчины одинаковые. Стали иногда разговаривать. Когда работа закончилась, я расплатилась, но Ник продолжил заходить где-то раз в неделю под предлогом посмотреть, всё ли исправно работает. Ему, как специалисту виднее. Собственно, и всё. Так что там, в отзывах?
– Почитай, – рекомендует Кирилл.
Читаю. Почти все отрицательные. Люди отмечают обходительность мастера, его расположение, умение входить в доверие и проблемы с сантехникой после его работы. Судя по срокам, я единственная, у которой всё проработало почти полгода. Следующий отзыв я пробегаю глазами и стопорюсь на фразе: «Девчонки, гоните его к чертям! Хватит того, что специалист никакой, так ещё у него и маленький! Мне от деда в наследство самовар остался, так там краник больше, чем у нашего мастера «это самое»! Не теряйте время!!!» перечитываю три раза, прежде чем соображаю, что всё правильно поняла с первого. Поднимаю глаза и по смешинкам во взгляде Воронцова понимаю, что именно этот отзыв он хотел мне показать. Не знаю радоваться или плакать, поэтому опускаю глаза в кровать и киваю головой.
– Здесь всё правильно написано. У него действительно очень маленький.
