Текст книги ""Фантастика 2026-87". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Юлия Галынская

Глава 12

Иной мир.

Мемориальный комплекс.

В этот чудесный день здесь было особенно многолюдно. Пришла очередная группа паломников, прибывшая из глубин Великого Леса. Ну или как его стали называть «Лес Великого».

– Жадность и порок довели мир до грани гибели, – громко говорил проповедник. Им был зверочеловек, лев, если точнее, сбежавший со своим племенем с самого юга континента.

Да и люди (разумные виды) перед ним также были беженцами, которых приютил лес. Все они носили серые балахоны с капюшонами, скрывающими лица, а их руки были скрыты в широких рукавах. Паломники как правило держали руки сцепленными друг с другом.

Такая одежда стирала различия между людьми, ведь все они пришли сюда, дабы отдать дань почтения Великому.

– Заветы Великого гласят: золото в могилу не утащишь, и для того, кому золото дороже жизни, нет места в лесу. Именно такие разумные, (люди, эльфы и прочие) и погубили наш мир. Кто-то продался демонам. Кто-то из-за своей алчности совершил много зла…

Лев вёл людей внутрь мемориального комплекса, где у каждой статуи уже собралось немало народу. Сейчас они проходили мимо группы, которая молилась павшей дриаде Ольми и воздавали ей дары.

Высшая Дриада контролировала огромный участок леса, спасла бесчисленных разумных и создала все условия для жизни беженцев, которые потом и взяли оружие, дав последний бой демонам. Впрочем, и сама дриада храбро сражалась, но… пала в бою с могучим демоном-лордом.

Также сегодня здесь молились великому вождю драконов, павшему в сражении с Владыкой демонов. Это были как зверолюди, так и дракониды с людоящерами.

Желающих посетить комплекс и помолиться было слишком много, поэтому, дабы избежать хаоса, и было организовано паломничество. Так и работа по восстановлению мира не останавливалась, и удавалось избежать многих проблем.

В этот самый момент бесчисленные жители леса разносили ростки деревьев и саженцы растений по осквернённым землям, сажая их и озеленяя мир. Ну или просто добивали оставшихся демонов. Те практически одичали и не представляли серьёзной угрозы для крупных элитных отрядов. Однако займёт это немало лет…

Впрочем, как и восстановление мира. Всюду скверна, демоническое заражение и прочие прелести почти уничтоженного мира.

Но сейчас не об этом.

– Великий говорил: именно разумные делают императора императором. Без них не бывать ни королевствам, ни империям. В империи людей же было всё наоборот. И к чему это привело? Простые люди стали подобны скоту, который не имеет ни мнения, ни прав.

Проповедник повёл паломников дальше к самой большой статуе.

– А политика «моя хата с краю, ничего не знаю» и привела к тому, что мир был почти уничтожен. Каждый думал только о себе либо же до последнего жил в своём болоте и считал, что кто-то другой за них спасёт мир. Все предсказания Великого, как сами видите, сбылись. Всё, как и он говорил, так и стало. И нет, это не способность видеть будущее, на которую способны лишь злые боги. Это мудрость!

Паломники, в количестве сотни разумных, добрались до огромной статуи Великого Друида. Предыдущая группа как раз закончила и, убравшись за собой, поспешила уступить место.

– Великий был мудр. Пусть и не без изъянов, но какой есть. Он также объяснял людям об опасности доверия богам, и лишь мы, жители лесов, прислушались к нему. Боги совращали, влияли на разум и желали гибели всех нас, ради развлечений. Великая Игра, которая развлекала богов, стала для нас катастрофой. Многие народы были окончательно истреблены, мир в руинах, а боги, – лев указал на небеса, – повеселились и готовятся к следующей Игре, которая состоится через тысячу лет.

Проповедник указал рукой на огромную статую.

– Но через тысячу лет с нами не будет Великого. А вот злые боги будут. Даже те, кто притворяется добром, не что иное, как зло! Жрецы «добра» не могут быть алчными, ведь алчность – это зло! Поэтому жрецы богини не могут быть добрыми, ведь они лечили только богатых, закрывая глаза на страдания простых людей. Также они не могут быть добрыми, потому что утопали в золоте и богатстве! Не зря Великий говорил: какие боги, такие и жрецы.

– А сейчас… – продолжил он. – Откиньте капюшоны и помолимся Великому. Здесь он погиб. Боги уничтожили его память, уничтожая Великого как личность, взамен даровав жизнь в родном мире. Помолимся же, чтобы там у него всё было хорошо!

И тот же миг сотня паломников откинула капюшоны. Люди, эльфы, тёмные эльфы, полурослики и прочие виды разумных, которым чудом удалось спастись, ибо жители леса регулярно делали вылазки на вражескую территорию, спасая от лап демонов всех, кого могли. В том числе и из лагерей смерти, где из людей, эльфов и прочих делали жутких чудовищ.

Все, кто здесь стоял, более года назад были спасены как раз из такого лагеря. И им потребовались месяцы, чтобы перестать кричать каждую ночь и осознать, что всё закончилось. Все паломники были бесконечно благодарны зверолюдям за то, что они, жертвуя своими жизнями, не считаясь с потерями, спасли их. Но лишь сейчас паломники поняли весь масштаб и величие того, что сделал Великий.

Поэтому, упав на колени, люди, эльфы и все остальные со всей искренностью начали возносить мольбы и желать всего наилучшего Великому Друиду. Всё же он четыреста лет сражался за их мир, а по итогу фактически был убит «доброй» богиней.

* * *

«Убитый» друид.

Квартира в Малосибирске.

– Здравствуйте, проходите, пожалуйста, – нас встретила худая, почти седая женщина. Ей было сорок с лишним лет, но выглядела она очень плохо. Это всё стресс…

Рядом с ней стояла девочка лет десяти. Выглядела серьёзной с не по-детски взрослым взглядом.

Ещё бы, у неё здесь отец от рака умирает…

– Благодарю, – кивнув, разулся и, держа в руках рюкзак, прошёл внутрь.

Сюда я пришёл один, ибо куда толпу звать в маленькую квартиру? Отправил всех в торговый центр. А Кристина только и рада «потусоваться». Мол, «из-за работы уже с ума схожу, и нужно отвлечься».

– Кирюше уже совсем плохо… – начала говорить женщина, но осеклась и посмотрела на дочь. – Милая, иди к себе.

– Нет, – возразила серьёзная девочка.

– Пусть смотрит, – кивнул ей.

Я вошёл в комнату, где кое-как уместили две кровати. На одной лежал мужчина, подключённый к капельнице. А на второй, видимо, спала его жена. Здесь всё пахло лекарствами. Мебель же была старой. Вероятно, ещё с советских времён.

Но зато всё было чисто, прибрано и свежо. Здесь всюду стояли комнатные растения, и приоткрыто окно.

– Добрый день… – слабым голосом сказал мужчина, лежавший на кровати. Худой, но не настолько, как Ульяна.

– Добрый, – кивнул ему и, положив рюкзак на одну из кроватей, начал рыться в ней.

– Вы же… не давали им ложной надежды? – с болью в глазах спросил мужчина. Он – учитель литературы, и, судя по обилию открыток, которые тут были повсюду, ученики его очень любят.

– Ложной? – посмотрел я на него. – Это не ложная надежда.

– Тогда почему… Если такое лекарство и существует, любой бы отдал его богатеям…

– Прошлую порцию лекарства я отдал за четыре миллиона и, вероятно, далеко не самому хорошему человеку. Считайте, что сейчас я «чищу карму».

– Вот как… – он посмотрел на меня, о чём-то размышляя, и расслабился. – Спасибо…

Я же достал бутылку с отваром. Он ещё был тёплый.

– Выпейте. Это отвар, который придаст сил, – я помог мужчине выпить.

В этом отваре используются мои целебные травы, насыщенные маной, а также щепотка исцеляющей травы.

Мужчина всё же сам смог пить, что облегчало работу. Да и ходить он пока ещё в состоянии. Также организм пока не сильно насыщен лекарствами и очищать нет смысла. Оно само постепенно выйдет. Так что я сразу достал бутылку водки.

Реакция у людей была соответствующая… И надо бы, наверное, этикетку снять…

– Просто удобная тара, – объяснил я и, открыв бутылку, тут же вдохнул в себя голубой туман.

Хорошо! Маны куча! Но меньше, чем в зелье для Ульяны. Затем добавил половинку кристалла маны, восхищая ребёнка спецэффектами. Учитель литературы же лишь недоумевал. Как и его жена.

Я же, дождавшись, когда жидкость в бутылке станет прозрачной, начал поить мужчину и сканированием наблюдать за ним. Хм… Окажись он в клинике «Надежда», его, вероятно, спасли бы. Здесь же, попросту подобрано плохое лечение.

Внутри же лекарство выжигало рак, не оставляя ему и шанса. Я даже чуть больше дал чем стоило. Вреда оно не нанесёт, конечно, но мог бы сэкономить.

– Как себя чувствуете? – спросил у мужчины, который раскраснелся и вспотел.

– Словно внутри огонь…

– Хорошо, и поздравляю, рак уничтожен, – я потянулся к рюкзаку и достал бутылочку с киселём.

– Не может такого быть… – рассердился мужчина.

– Может – не может, но рака нет. Потом врачи вам сами всё подтвердят. А теперь пейте, оно поможет вам восстановиться.

Мужчина отпил из бутылочки буквально миллилитров сто, и я забрал лекарство. Этого будет достаточно.

– Всё. Лекарства больше не принимайте, они… – я замолчал, видя полный недоверия взгляд женщин. – Если не верите мне, можете и дальше принимать. Сильно хуже не сделаете, просто чуть затянется восстановление. И ещё, – обернулся к мужчине, – вам вскоре захочется в туалет. Сильно. Помочь дойти?

– Справлюсь, – ответил тот и начал вынимать капельницы.

– Дорогой! – воскликнула женщина и подбежала к нему. Я же направился к двери и обулся.

– Вы, правда, вылечили папу? – спросила серьёзная девочка.

– Как папе станет лучше, отвезите его на обследование, и врачи вам подтвердят, что он исцелён.

– Правда? – из глаз девочки полились слёзы. Прямо рекой, словно она долго копила их в себе.

– Правда. Ты – молодец. Теперь можешь расслабиться и сегодня поплакать.

Улыбнувшись ей, обулся и под оглушительно громкий детский плач я покинул квартиру. Осталась ещё половина лекарства, и после применения кристалла маны в идеале бы побыстрее использовать зелье.

Ну не прямо сейчас, а желательно в течение пары дней, пока зелье не начало выдыхаться. Точнее, из бутылки постепенно выходит мана. Да и другие процессы происходят… Ладно, неважно.

Развернувшись, вернулся к семье Коротковых и постучал. Мне быстро открыла дверь мать.

– У меня лекарство осталось, – опередил я её и первым заговорил: – Оно быстро портится, и не хотелось бы, чтобы это произошло. Может, подскажете, кому ещё можно помочь?

Та немного подзависла, а потом убежала и вернулась с телефоном, после чего набрала номер.

– Тамара Олеговна, да, это Зина, нет, в порядке всё. Да, слава богу. Но я чего звоню… – женщина пригласила меня внутрь и дверь закрыла. – Тут человек… целитель. Да знаю я, знаю! Бесплатно. Директор школы поручился. Не знаю… В общем, что? Нет, да, или я звоню Валентиновне? Хорошо.

Женщина завершила звонок и продиктовала мне адрес. Так что вскоре я на такси приехал к старой части города. Там, в типичной хрущёвке, меня ожидала толстая женщина лет пятидесяти. Смотрела на меня с недоверием, ну и взглядом просканировала мою одежду. А она простая, джинсы да кофта.

Пропустив меня, женщина привела в зал, где перед телевизором сидел жёлтый старик. Точнее, выглядел он как старик, хотя ему лишь пятьдесят лет.

– Тамар, у нас гости? – спросил тот слабым голосом.

– «Целитель» от Зины.

– Целитель? – приподнял тот бровь.

– Знахарь, – покачал я головой.

– У нас нечего брать. – старик выключил телевизор. – Не теряйте на нас время.

– Думаете, лекарство от рака может дёшево стоить? Отнюдь, оно стоит многие миллионы. Но для вас бесплатно. Можно сказать, что я чищу свою карму, помогая простым людям, а не только богатеям, – объяснил я мужчине, и тот просветлел. Сразу в глазах появилась надежда.

Так что я сел рядом и дал ему остатки отвара. Сканирование показало, что мужчину почти не лечили… И как сразу объяснила его жена, точнее, попыталась это сделать, а у мужчины то ли аллергия на лекарство, то ли несовместимость, то ли их просто послали нафиг…

Разбираться в этом потоке сознания я не стал и просто подлечил мужчину.

– И у меня всё ещё осталось лекарство, – вздыхал я. Осталось буквально двести миллилитров.

– Так Мише дайте, – недоумевала женщина.

– Здоров уже ваш Миша. А вот куда остаток девать? – я поднял бутылку, демонстрируя оставшееся.

– А вы поезжайте…

Меня отправили, и я приехал к дому в частном секторе. У ворот меня встречал мужчина лет сорока. На вид суровый. Но, увидев меня, он поморщился. Ну, да, не вызываю я доверия. Была бы борода до пояса, тогда, да, знахарь. А так, спортивный молодой человек…

– Добрый вечер, – поздоровался я.

– Добрый, а вы точно сможете вылечить моего сына?

– Вероятно нет, – покачал я головой. – Лекарства почти не осталось. Но оно сможет ослабить рак. Вы же лечитесь?

– Да, химиотерапия.

– Тогда просто дайте сыну лекарство, и рак ослабнет. Вероятно, химия дальше сделает своё дело, и рак будет побеждён, – я вручил мужчине бутылку. Тот очень сильно удивился надписи «водка»…

Ну а я вернулся в такси, которое меня ждало, и поехал в торговый центр. Надеюсь, эти проблемные не влипли в проблемы…

* * *

Там же.

Глеб Родионович проводил странного парня взглядом и, войдя в дом, открыл бутылку и понюхал. Запах был… необычный. Пахло травами и мёдом.

Тогда он пошёл в комнату к сыну. Парню было шестнадцать лет, и сейчас он «рубился» в игровую приставку. Голова мальчика была лысой, но сам он на вид весьма бодрый.

Шансы на излечение весьма неплохие. По крайней мере так говорят врачи. Но в то же время гарантий никто не даёт. Да и «неплохие шансы» – это понятие растяжимое. Пять процентов – это тоже неплохие шансы, если у всех остальных этот шанс около трёх процентов.

Решившись, он подошёл к парню.

– Макс, нажми на паузу.

– Да какая пауза? Я же в Фортнайте! А-я-я-яй скотина! Не строй дом так быстро! У-у-у-у, урод…

Парень вздохнул и посмотрел на отца.

– Ну вот, проиграл!

– На, выпей, – он протянул бутылку, и у парня глаза на лоб полезли.

– Водку?..

– Там лекарство.

– Фе-е-е, снова лекарства…

Вздыхая, он опустошил бутылку и выдохнул.

– Ух-х-х-х.

– Что? Тебе стало хуже⁈ – запаниковал отец.

– По горлу словно жидкий металл прошёлся… Но, нет, плохо не стало.

Парень схватил контроллер и продолжил играть.

* * *

Торговый центр.

Некоторое время спустя. Вечер.

– Мы немного увлеклись, – улыбалась Кристина, а я смотрел на парочку опустивших головы… промолчу кого! Ну и на горы пакетов вокруг них!!

– Да ладно, ты же богатый, – заявила блондинка, и не возразить ведь, смысл деньги экономить, если уже всё есть. – И вообще, ты сам виноват. Оставил нас без присмотра. Ну и я немного увлеклась…

– Немного? – я вновь кинул взгляд на пакеты.

– Ну так, если у Любы нет ни юбок хороших, ни обуви толком! – обвинили меня. – Про Ли я вообще молчу.

– Проблем хоть не было? – вздыхал я.

– Да приставали кое-какие уроды, но Ли показал приёмы кунг-фу, и уроды испарились, – улыбалась женщина транжиристая. – Ой, а пойдёмте на фудкорт. Есть хочется.

И повёл я их в фудкорт, только вместо всяких там бургеров поели вьетнамской кухни. Готовили, конечно, не вьетнамцы, а узбеки, но в целом неплохо.

– Я прогрелась и готова к продолжению шопинга, – заявила Кристина.

– О нет, я что-то утомилась, – Любава и правда выглядела уставшей.

– Ли, а ты как? – спросила блондинка у китайца.

– Я нищ, как церковная мышь, – улыбнулся он и указал на меня рукой. – Он мне вообще зарплату не платит.

– Ты вообще-то мой ученик, какая зарплата? Это ты вообще должен мне платить за учёбу!

– Я много работаю!

– Вот этим и платишь мне за учёбу, – заулыбался я.

– Блин…

– Тебе мы уже всё, что надо, купили на деньги Ивана, – хихикала Кристина. – А вот мне не помешало бы «мужское мнение».

– Не забудь тогда вернуть его. А мы домой на такси.

– Договорились, – блондинка показала мне большой палец, и чувствую, гастарбайтера мне вернут ещё не скоро…

Вскоре я вызвал такси, и мы с Любавой поехали домой. Весь багажник был забит пакетами с покупками. Включая покупки китайца. Рыжая же уснула у меня на плече, ибо ехали мы долго. Да и таксист молчал, что хорошо. Так что ехали в тишине и покое.

Проехали через село, в котором было весьма тихо, а потом выехали на дорогу. И нужно заняться… да, пожалуй, пора.

– Без сдачи, – протянул я деньги, когда мы подъехали к ферме. А зевающая Любава забирала пакеты из багажника.

– Спасибо, – ответил грузин. – Хароший ферма у тебя. И воздух здесь хароший.

– Поэтому здесь и живём.

– Понимаю. Сам люблю на земле жить. Всего харошего вам, – мужчина дождался, когда мы заберём пакеты и уехал, а за воротами нас ждали два волка. Оба виляли хвостами.

– Поймали! – гавкнул Лай, и я насторожился.

Оставив пакеты, прошёл за волком и прибыл к шиповнику, что за домом. И там лежал мужчина с перегрызенным горлом. Он был одет в подобие костюма аквалангиста. То бишь что-то резиновое и гладкое, что не цепляется за колючки шиповника.

С собой у него были пистолет с глушителем и взрывное устройство. Всё это хранилось под одеждой… И я сразу перекинул через забор эту бомбу. Вдруг она на дистанционном взрывателе?

Не взорвалась… Но и оставлять её так нельзя. Так что я позвал беркута, и он схватил бомбу да понёс к озеру. Вот только… всего пять минут спустя прогремел взрыв… Лять! Прости, беркут…

– Что это было? – из дома выскочила Любава, которая занималась своими покупками.

– Бомба. Джеймс послал киллера. И, судя по силе взрыва, дом наш должен был улететь в небеса… – я нахмурился, потому что бомбы – это очень неприятно. Киллеров вокруг более не было обнаружено. Пчёлы пошли на разведку, но для этого их пришлось разбудить.

Джеймс прекрасно знает, в какое время суток друиды слабее всего. Ночью и вечером… Да, я всё же думаю, что это он послал убийцу, тело которого сейчас поглощает дерево.

Что с резиновой одеждой делать, вот вопрос… Но ладно, решу. Сейчас же мне нужно думать, как обезопаситься. Взять под контроль лес? Да, пожалуй, это лучший вариант.

Осталось решить, как это сделать. Растения? Звери? Насекомые? Датчики движения и современная техника? Сложный вопрос.

И может, сделать шиповник ядовитым?.. Тоже нужно подумать о таком. Ну и деревья растить. Те, что окружают забор, дабы они стали сплошной стеной.

Ладно. Закончив здесь со всем, пошёл спать, но… в спальне меня ожидала она. Чёрные чулки, развратное бельишко и шкодливая мордочка…

– Пустая трата денег? – вздыхала Любава.

– Пустая, – согласился я, но начал раздеваться. – Однако тебе идёт, развратная ты женщина.

Набросившись на выспавшуюся заразу, часа три тратил силы, пока не выдохся. И всё же, хорошо быть молодым!

Засыпали мы жутко довольными, а вот просыпались уже невыспавшимися и недовольными тем, что слишком долго ночью были довольными… Жизнь – боль.

Зевая, я с самого утра позвонил Фёдору, а уже через пару часов он приехал с группой людей. Знакомые его.

– В общем, дорогу сделаем, укрепим и сделаем дренаж, дабы, как этой весной, всё не утонуло, – объяснял друг Фёдора. Это был худой северокореец, который уже давно живёт в России. – По цене… думаю, в полтора миллиона уложимся. По рукам?

– По рукам, но оформим мы всё вот как…

Я кратко объяснил, что да как, и кореец лишь кивал. Если коротко, то дорогу делал ещё мой дед. Другой дед, а не тот, который в городе декан. Эта же дорога будет официально оформлена как частная. Моя то бишь. А не деревенская или государственная. На мои же деньги делается.

Договорившись, поехали в город чтобы заключить договор и оплатить аванс. К работе приступят сегодня же.

Сделать всё обещают как можно быстрее, что очень важно. Ведь вскоре будем клубнику в город возить, и ремонт дороги будет мешать.

К обеду уже начала стекаться техника, а к вечеру временно залатали все основные ямы. А следующим утром вернулся «он».

– Ты всех девок области решил попортить? – поинтересовался я у вернувшегося на такси китайца.

– Меня едва ли не приковали к кровати… Твоя подруга – это зверь… – выглядел Ли истощённым. – Есть пиво? Хотя лучше водку…

– Тебя хоть кормили? – хохотал я, вспоминая себя. И судя по взгляду парня, нет им было не до еды.

– Баню хочу… – простонал он и побрёл дальше. Слабак, на меня обычно по пять и более женщин за раз набрасывались. Вот где приходилось проявлять чудеса гибкости и изобретательности.

Ладно. Я посмотрел, как работают люди Фёдора, и они уже почти закончили канаву. Наполним её водой, и клубника более не сбежит. Да и людям станет сложнее пробраться ко мне на территорию.

Хах, можно заполнить канаву хищными растениями… Вот убийцам будет «весело». Но я также могу посадить там синие кувшинки. Хм… Это насытит маной ближайший лес, и я смогу взять его под контроль.

Да, можно попробовать. Но потом, сейчас нет на это маны. И работы много… Оружие, доспехи, чары… Как же жаль, что не на кого всё это свалить. Думал я, когда в калитку постучали, и, открыв дверь, я увидел «её»… Скала, скотина, я тебя прибью!