Текст книги "Испытание жрицы (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 6
Недвиги и Шныри

Чем дальше от замка, тем домики становились пестрее. Нокк пояснил, что вдоль рва живёт всякая знать – маги-военачальники, элитные охотники, богатейшие купцы. И хоть застройка там убористая, но обычно целый дом принадлежит одной семье, а то и квартал. А вот чем ниже по склону, тем нищебродистее – люди ютятся каждый в своей конуре, и у каждого за окном бельё сушится, а ставни своей краской покрашены. На удивление, дымом не пахло вовсе. Я спросила Нокка, чем они тут обогреваются, и получила очередной озадаченный взгляд.

– Огонь внутри городских стен вообще разводить нельзя. Отопительные артефакты на кристаллах у всех.

Наконец, спустя полчаса или больше, мы вышли из города. Ров, окружавший городскую стену, я уже видела, когда только вышла из леса. Мост через него выглядел хлипким, но по нему только ногами и ходили, самое большее – катили тачку. Собственно, навстречу нам как раз пара крепких баб возвращались с добычей – горками чего-то вроде лишайника.

– Это что они собрали? – тихо спросила я у Нокка.

– Мыркву. Это вон, – он шагнул с дороги в сторону, где в траве лежал большой камень, поросший лишайником. Подковырнул ногтем одну пластинку и показал мне.

Похожая на сморщенный сухой лист штуковина имела утолщение посередине. И пока я её рассматривала, на этом утолщении зажглись две красные точки, словно от лазера.

– Во, глядит. – Нокк перевернул пластинку кверху брюхом – эта сторона была темнее и какая-то склизкая, а держал лишаину Нокк ногтями за самый край. – Вот эту слизь не трогайте, почесуха начнётся. В остальном они безобидные, даже есть можно, только сварить, чтобы не стрекались. Но в очень мокрых местах или сразу после дождя лучше по широкой дуге обходить, а то могут накинуться всем скопом и сожрать.

Он перевернул пластинку обратно. Она так и светила красными глазками прямо сквозь собственную толщу. Меня передёрнуло.

Ближний пояс Сальфьяллы простирался от города километров на семь и в основном представлял собой жидкий лесок – где сосновый, а где и лиственный, с редкими полянками. Цвета уходили постепенно – первая мырква, которую мне показал Нокк, ещё светила красными глазками, а сама была белёсо-мятного цвета. На деревьях по краю леса все мырквы уже посерели, а чуть вглубь – и пятна глазок у них стали тёмно-серыми.

Полянки поросли живокамнем – короткими толстыми растениями без листьев, похожими и правда на рябые камни, а самые крупные – на ботинки. Их методично собирали крестьяне – просто одетые мужики и бабы, даже дети, вооружённые специальными ковырялками на длинной ручке, которые позволяли не нагибаться, а подцеплять живокамень и забрасывать в плетёный короб за спиной. Нокк объяснил, что живокамни как раз составляют основу корма для скота, благо растут круглый год и даже под снегом. Выращенные же в глеровых домах овощи обходились слишком дорого, чтобы скармливать коровам.

Мы шли по тропинке в залитом бесцветным солнцем березняке с едва-едва набухающими чёрными почками, когда прямо передо мной из куста выкатилось нечто. Напоминало оно круглое птичье гнездо, только не из веток, а из тонких косточек, а в глубине что-то светилось.

– О, костерень, – сказал Нокк и наподдал шарику ногой. Косточки разлетелись веером, попадали в траву. А потом поползли друг к другу и снова собрались в шарик. – Этого руками не трогайте. Мелкий-то ладно, а вот если с голову размером или больше – могут прямо сквозь кожу кости высосать, без пальцев останетесь.

Меня замутило. Но – я сама сюда пришла, и вовсе не для того, чтобы пугаться каждого куста, хоть и костяного. Я хотела опробовать свой дар.

Круг из рун вызвался сразу, по первому желанию, ярко-жёлтый на фоне чёрно-белого леса. Я присела на корточки перед – костеренем? Костернём? Он угрожающе раскачивался из стороны в сторону и светил из глубины себя огоньком. Я покрутила обруч пальцем, пока не докрутила до слова «Поглощение». Вот бы его поближе поставить, спереди… Может, это в «Интерфейсе» можно настроить? Понятия не имею, что это, но почему-то казалось, что управление там.

Возникла знакомая надпись:

Использовать как источник биоматериала? Да/Нет

Я ткнула в «да». От костерня ко мне протянулась золотая ниточка, он замер, задёргался, а потом распался на косточки, которые уже не двигались.

– Ого, – сказал Нокк, присаживаясь рядом. – Жёстко вы его.

Натянув на пальцы рукав рубахи, он разворошил косточки и извлёк маленький мутный камешек.

– И кристалл пустой. Выходит, вы его прямо из живой твари выпить можете?

Выходило, что так. Пустой кристалл такого низкого класса ценности не имел, так что брать мы его не стали.

Следующие пару часов я упражнялась в высасывании виллидиров первого класса, называемых «Недвиги». Собственно, в Ближнем поясе водились только Недвиги и Шныри, и из Шнырей нам попадались только костерни. Вот я и поглощала: мырквы, костерней покрупнее, пепельников, похожих на ползучие кучки золы, бледнокорня – торчащих из земли белёсых щупалец, норовящих впиявиться в ногу, плесени-шептуньи и студневика. Последний оказался особо коварным, ибо выглядел, как лужа, но едва не засосал мою ногу – Нокк вовремя воткнул в него нож.

– Его простым ножом можно убить? – удивилась я. – А от сапога ему ничего не делается?

– Нож не простой, а артефактный, – обиделся Нокк. – Да и сапог у вас непростой, сразу не застрял. Обычный-то сапог вообще не вынуть было бы. Но студневик не сдох, только отпустил.

Я покрутила свой обруч. Нокк его не видел, для него все мои движения были просто загадочными пассами жреческой магии. Большинство опций для студневика были недоступны, в том числе Поглощение. Видимо, он из чего-то уж вовсе непригодного. Я выбрала Дезинтеграцию.

Перед моими глазами возник столбец прогресса, студневик забулькал, словно закипая, и от него повалил пар. Столбец заполнился на треть, когда вдруг возникло сообщение:

Ошибка. Дезинтеграция прервана. Недостаточно мощности.

Мощности⁈ Чьей???

На этот вопрос мне никто не ответил, так что студневика пришлось добивать ножами. Так себе удовольствие – будто жидкий клей режешь. Под конец я ещё попыталась попробовать Модификацию и Нейтрализацию, но они обе выдали ошибки:

Отсутствует алгоритм

И это мне тоже никто не объяснил. Ладно, приду домой почитаю книжки.

На всякий случай я попробовала дезинтеграцию на мыркве и каких-то грибах под названием кровни. Они выглядели, как тёмные плевки с длинными студенистыми щупальцами, а название как бы намекало, что руки под эти щупальца лучше не совать. На этой мелочи Дезинтеграция срабатывала: виллидиры рассыпались в порошок, а в горке порошка можно было даже найти полный кристалл. В зависимости от размера твари кристаллы попадались мутно-светлые или мутно-тёмные, в официальной терминологии – серые и бурые, соответственно, первого и второго ранга. Нокк напихал мне этого добра полную сумку – мол, отдадите Лив, она их и в светильники вставит, и в стирку насыплет, в общем, будет рада, а то ей на каждый мелкий мутный кристалл надо заявку заполнять и отчёт писать.

Сам Нокк тоже без добычи не остался: когда мы зашли довольно глубоко и больше не сталкивались с крестьянами, он обнаружил овраг, кишмя кишащий снулитками. Выглядели они вполне как улитки, только испещрённые контрастным узором в виде светлых колец на тёмном фоне. Нокк сказал, что если вынести снулитку из Сальфьяллы, она станет лиловой с жёлтым. Снулитки были условно съедобны – неплохи на вкус, но вызывали сонливость, за что их весьма любили назначать от бессонницы. И самих по себе, и выварку из них в виде снадобья. Нокк сам бессонницей не страдал, скорее уж наоборот, но их можно было неплохо продать, потому что попадались они редко.

Движение я заметила случайно – краем глаза, потому что стояла лицом к Нокку, который собирал снулиток. Мне показалось, что среди деревьев мелькнуло лицо – бледное такое, большое…

– Но-окк, – выдавила я, вглядевшись.

Лицо и правда висело среди деревьев – белое, без бровей и ресниц, с закрытыми глазами, размером в две или три человеческих головы. На лбу у него чёрной диадемой блестели паучьи глазки. Всё это росло на длинном, похожем на гусеницу теле, покрытом серой шерстью. Задняя часть гусеницы стояла на коротких ножках на земле, а передняя вздыбилась, поднимая лицо метра на два над землёй. Прямо под лицом, на горле блестел и переливался кожистый участок, словно манишка.

Нокк оглянулся и шумно всосал воздух.

– Хёльд! Бежим, скорее!

Я не очень-то верила, что от этого существа можно убежать. Лапки-то у него короткие, но мало ли, как быстро оно ими двигает. Да и не хотелось мне бежать с тяжёлой сумкой, набитой кристаллами.

– Оно сильнее пса трупов? – спросила я.

– Такое же, тоже Клыкач. Йатибьолль, нам надо уходить, хёльд за буйки не полезет, но оттуда достать может, у него язык длинный!

Достать… Я за сегодня изрядно потренировала свои способности, и теперь довольно хорошо представляла, на каком расстоянии достаю до жертвы. До хёльда было далековато, так что я сделала пару шагов вперёд.

– Да куда вы⁈ – зашипел Нокк, вцепляясь мне в локоть и таща назад. – Сожрёт же!!!

– Это мы ещё посмотрим, кто кого, – решила я. В конце концов, пса трупов же я как-то заставила сдохнуть! Я не могла найти на обруче подходящее слово – ни Поглощение, ни Дезинтеграция не давали такого эффекта, как тогда. Но что если дело в ранге твари? Пёс трупов относился к третьему – Клыкач. Так вот, на Недвигах Поглощение сбоило через раз, а со Шнырями проблем не было. Может, на Клыкаче что-то ещё откроется?

Я сделала ещё шаг и заметила свечение. Чуть в стороне на равном расстоянии от меня и хёльда стоял грубо обтёсанный каменный столб метра полтора в высоту, иссечённый надписями, вот они-то и светились. Стоило мне шагнуть, как обруч определил объект – засветились тусклые опции. Я выбрала Поглощение, и дорожка послушно протянулась от хёльда ко мне.

Нокк всё так же тащил меня назад и очень мешал, приходилось упираться ногой. Блестящий зоб твари запульсировал, надуваясь и сдуваясь, а потом хёльд раскрыл свой белый рот и издал душераздирающий вопль, от которого затряслась земля. Кажется, его-то я и слышала тогда, в первый раз в Сальфьялле. Мгновение постояв, хёльд опустил свою переднюю половину на землю, обтёк ближайшее дерево и со скоростью горного ручья утёк в глубину леса, едва слышно шурша ножками по земле.

– Фу-ух! – выдохнул Нокк. – Обошлось! Но вы чем думали!!!

– Я хотела его завалить, – честно призналась я. – Даже начала, но он сбежал.

Я как-то странно себя чувствовала: очень тяжело и сдавлено, как будто мне стало тесно в одежде.

Нокк осмотрел меня с новым уважением.

– Хотите сказать, он понял, что вы опасны, и поэтому сбежал?

Я пожала плечами.

– Ну ладно, – сказал Нокк. – За буйки мы его преследовать не будем, у вас разрешения нет, а у меня тем более.

– Буйки?

Кажется, кто-то уже говорил это слово…

Нокк кивнул на камень со светящимися надписями.

– Граница между Ближним и Средним поясами. Если пересечь, дозорным на вышках приходит сигнал, и они обязаны отправить спасательный отряд. Но если потом выяснится, что вы сами перешли, а не вас кто-то в зубах утащил, то натянут так, что мама не горюй, даже вас.

– А как получить разрешение? – задумчиво спросила я, прикидывая, как бы поохотиться на Клыкачей.

Нокк растопырил ладони и помахал ими около головы, словно изображая уши.

– С ума сошли? Только с отрядом! По одному туда нельзя!

Я вздохнула. Значит, придётся искать отряд. На одних Недвигах и Шнырях я много не натренирую, там половина опций не горит. Модификация ещё эта… Может, с более продвинутой тварью и алгоритм найдётся?

– Ладно, пойдёмте уже домой, – вздохнул Нокк. – Нам часа полтора тащиться до стены.

У меня было полное ощущение, что он сказал не полтора, и не в часах, а какое-то другое количество таких-то других единиц, но при попытке вспомнить мозг пробуксовывал.

– А что, за буйки виллидиры заходить не могут? – спросила я, подхватывая сумку. – Что мешает Клыкачам выходить в Ближний пояс, где столько вкусных людей?

– Не, там… – Нокк сделал неопределённый жест. – Сальфьялла – она как озеро. В серёдке поглубже, на краю помельче. Глубинные виллидиры на мелководье выплыть не могут, им там вроде того что дышать трудно. Конечно, чёткой границы нет, но буйки их немного отпугивают, так что обычно они и не приближаются к Ближнему поясу. Только вот хёльд… – он снова вздохнул. – Хёльды, они буревестники. Если хёльд к буйкам подошёл, значит, Сальфьялла будет расти.

– Куда расти?

Как я успела понять, тут чуть не весь мир занят Сальфьяллой, а в ней маленький островок человеческой жизни – княжество.

– На нас. Мырквы, например, сейчас только за рвом водятся, а будут на городской стене сидеть. Оно подвинется всё, понимаете?

– И часто оно так двигается?

Мне что-то не нравилась эта тенденция. Там всего княжества километров пять в диаметре, и все друг у друга на голове живут. А если Сальфьялла подвинется, людям ещё ужаться придётся?

– Ну, так-то, поколения три назад ещё в соседнее княжество проход был, – с тоской пояснил Нокк. – И земли тогда больше было. Сальфьялла отжирает потихоньку.

– А это можно как-то остановить? Вернуть?

Нокк пожал плечом, на котором не висела сумка с улитками.

– Это надо Усть-зверя завалить в Глубинном поясе. За три поколения пока никто не справился. Народ уже и не верит.

Усть-зверь, значит… Кажется, я поняла, как именно буду доказывать князю свою полезность!

⋈⋈⋈

Домой я приплелась выжатая, как будто ко мне применили Поглощение. И вроде энергии – вагон, а в то же время хочется упасть и не вставать недельку. Странное что-то со мной творится.

На столе в моей комнате стоял обеденный паёк. Я сразу выдала половину Нокку – ужин скоро, я не могу столько жрать, я в двери проходить перестану.

Кстати о дверях… Стала я стаскивать с себя походную одежду, и что-то тяжело она снималась, особенно штаны. Вроде утром я в них так резво впрыгнула, а теперь еле-еле было куда палец просунуть, чтобы снять. Запыхалась, упрела, пришлось на кровать лечь, чтобы с лодыжек стянуть штанины, а то нагибаться живот мешает.

Стоп. Какой ещё живот? Я замерла, оглядывая себя. Утром же, когда штаны застёгивала, была тощая, как палка, точно помню. А теперь откуда-то две складки, а бёдра… Да-а, неудивительно, что штаны туго снимались. Удивительно, что по швам не разошлись.

Это что, харсирский паёк так влияет?!!

Но Нокк тоже его ел, и ничего с ним за день не случилось, как был удочкой, так и остался. А у меня-то почему⁈

В панике я завертела обруч, открывая списки опций один за другим, и зависла над словом Запас. Осторожно ткнула в него…

Текущий запас: 158% от нормы ИМТ

Сделать с этим ничего не предлагалось. Уж не знаю, что такое ИМТ, но 158% навевали на мысль, что 58% лишние, и их-то я и наблюдаю у себя на животе… И как быть?

Хм, а ведь вчера, когда я зачиталась и оголодала, оно мне что-то такое писало про необходимость пополнить запас. То есть я могу его куда-то стравить? А когда «использую как биоматериал» – накапливаю? Оно же мне писало тогда, с Ингой, мол, предел насыщения достигнут… И сегодня за завтраком тоже. И предлагало запасать, а я и согласилась… Вот это да… И как теперь от этого запаса избавиться⁈

Глава 7
Берсерки и головешки

Лив, получившая сумку кристаллов, пищала и прыгала, а потом для полноты эффекта покрутилась на одной ноге.

– Спасибо-спасибо-спасибо!!! Я правда могу это всё просто взять и использовать⁈

– Да конечно, на кой они мне? – отмахнулась я. После переодевания в свободное платье жизнь стала приятнее, а я – благодушнее. Правда, есть как-то не тянуло, но я и не ощущала голода.

– А для чего добывали тогда? – растерялась Лив.

– Жреческую силу тренировала.

Лив склонила голову набок.

– А разве жреческой силой можно виллидиров косить? Обычно же только замутнённых проясняют…

Я пожала плечами. А что я скажу? Надо ещё будет книжки почитать, я же так только пролистала, выискивая хоть какие-то ответы. А может, там написано, как для Дезинтеграции мощность нарастить или обойти ошибку с алгоритмом?

Пока я размышляла, в дверь постучались. Лив резво задвинула сумку в угол – боялась, что заставят поделиться, что ли? И открыла дверь. Там обнаружилась дракошка.

Мне было любопытно, как горничная отреагирует на это явление – испугается? Возмутится? Но та только деловито кивнула и распахнула дверь пошире, как будто явление дракошек в мои покои – дело естественное. Хотя… Если жреческая сила «проясняет» замутнённых, то, наверное, так и есть?..

– Здравствуйте, – дракошка как-то нехарактерно мялась на пороге. Вчера в купальне она была намного напористее. – Вы вчера сказали, что можно зайти… Мы вот тут с соратником…

Из-за двери донёсся тихий вой, а потом глухой удар. Дракошка обернулась через плечо и зашипела, а Лив отошла к стеночке.

– Так, – сказала я. – Во-первых, дайте пройти человеку, её это не касается. Во-вторых, представьтесь сами и соратника тоже представьте, что вы, как дикари?

Дракошка прижала все свои многоярусные рога, втянула голову в плечи и посторонилась. Из коридора донеслись странные звуки – какой-то звон, удары, тихая ругань.

– Можно пройти! – крикнула замутнённая, и Лив поспешно выскользнула, не забыв сумку с кристаллами. Вскоре дракошка снова показалась в проёме, волоча за толстую цепь огромного косматого мужика… или зверя? Морда у него была скорее баранья, чем человеческая, и рога такие прям винтом! Стоял мужик чуть с наклоном, как будто не определился, на двух ногах ему ходить или на четырёх. Маленькие глазки, налитые кровью, смотрели на меня, как на мишень для рогов. Когда мы встретились взглядами, мужик медленно пошёл вперёд, цепь, захлёстнутая вокруг его шеи, натянулась, а дракошка попятилась.

– В общем, я Вальдиса, – просипела она, оттаскивая своего соратника. – А это Форлейк. Вы не могли бы его… того… Как меня вчера?

Мужик рванулся ко мне. Вальдиса точно не смогла бы его удержать, она весила, наверное, в четверть от него. Однако в последнее мгновение она что-то сделала, и пол вокруг её ног вспучился, облепляя её камнем по самые плечи. Руки её тоже покрылись камнем, и даже на цепи наросли кристаллы. В результате, когда Форлейк дёрнул за цепь, вся каменная горка только вздрогнула, но ни вырваться, ни сдвинуть с места Вальдису он не смог.

– Я подержу! – проскрипела дракошка таким голосом, словно каменные жернова тёрлись друг о друга.

Я решила не испытывать цепь на прочность дольше необходимого и приступила. Что там я вчера делала-то? Диагностика… Восстановление!

На этот раз ругани по поводу ошибок было больше, но я всё равно жмакнула на «Восстановить», и столбик прогресса пополз вверх. А потом заглох.

Недостаточно мощности

Форлейк снова рванулся и сшиб стул, да так, что тот пролетел через полкомнаты и чуть не подсёк мне ноги.

Да едрить-колотить, где тебе мощности подбавить и как⁈ Я принялась шарить по спискам, лихорадочно изыскивая хоть какое-то упоминание мощности. И в конце концов в «Интерфейсе» нашла следующее:

Ограничивать мощность при ИМТ200%

Цифры обрамляла коробочка и, когда я её коснулась, оказалось, что там внутри вроде как барабан, который можно крутить. Я резво крутанула первую до единицы.

Запас будет расходоваться до уровня ИМТ100%. Подтвердить? Да/Нет

Да да же, да!!!

Человек-зверь разинул пасть и угрожающе завыл. Да сюда сейчас весь замок сбежится!

Я поспешно вернулась в меню восстановления и запустила его заново. Теперь всё прошло без препятствий – столбик дорос до верха, а Форлейк вдруг оборвал свой рык и обмяк, шлёпнувшись на пол.

– Уфф, – сказала дракошка, как будто это она его уложила. Хотя держать эту тушу было, наверное, не очень легко. Камни с неё начали осыпаться и тонуть в полу, как будто тот был не твёрдым, а как каша. – А вы храбрая!

Я недоумённо на неё посмотрела. В чём моя храбрость?

– Ну, я хочу сказать, – смутилась Вальдиса, – у вас же ни щита, ни дальнобойной атаки, а так спокойно стояли… Я, когда на меня впервые подгоревший попёр, только визжать и улепётывать могла.

– Подгоревший? – переспросила я. Кажется, она в прошлый раз уже говорила это слово, но…

– Так это… – Вальдиса кивнула на вздымающуюся в ровном ритме спину мужика, – полыхающий.

Яснее не стало, но я решила, что расспрошу Нокка. Незачем этой девице сообщать, что я ничего не помню.

А вот почему я не испугалась – и правда вопрос хороший. Вроде бы, когда на тебя рычит два центнера мышц и рогов, то бояться положено? Но как я ни шарила, ничего подобного в себе не нашла. Да, я предполагала, что Форлейк мог напасть. Нет, я не знала, как защититься. Опасно? Опасно. Неприятно? Несомненно! Страшно?.. А страшно – это как? Слово-то понятное, а чувство как ощущается?

Вальдиса тем временем растормошила приятеля, а то он уже заснул у меня на полу. Рогатый поднялся, встал прямо, протёр серые глаза и осоловело поморгал.

– Ого, – сказал он, точно как дракошка. – Как думается-то легко!

Вальдиса ахнула, закрыла рот руками, а глаза у неё заблестели.

– Ты заговорил нормально! – выдавила она. Мужик посмотрел на неё так же озадаченно, как я. – Пошли скорее к кольбьёрну, а то он уже тебя списывать собрался!

– Харсир Кольбьёрн⁈ – взревел Форлейк. – Да он бы никогда!!!

– Это ты не помнишь, что ты вытворял, – замотала головой Вальдиса. – Даже он не мог тебя вечно покрывать, а ты Айвинду на глаза попался, а он… Ему же только дай повод нашего харсира уесть, вот он сразу и высказал, мол, стоит ли подставлять спину неуправляемым животным, и не нарушается ли Указ о Пределе. Ты же знаешь, он сразу к князю побежит, если что, так что у харсира выбора не было. Пойдём, покажем тебя, а то мало ли, вдруг завтра откатишься!

Форлейк повторил одними губами «указ», как будто не мог поверить, что это всё его касается.

– Что я… натворил? Я тебя задел?

Он принялся осматривать дракошку со всех сторон, но под плащом и толстой одеждой на меху мало что можно было понять.

– Да нормально всё. Вон, Йатибьолль скажи спасибо, не будь неблагодарным!

Форлейк спохватился и принялся кланяться, едва не задевая рогами пол.

– Хватит, хватит, – замахала я руками, когда и Вальдиса завела шарманку на тему а что б мы без вас делали. – Хотите отплатить за добро, так у меня есть идея получше.

Оба тут же развернули ко мне свои разномастные звериные уши.

– Вы ведь в одном отряде, так? – спросила я и получила два кивка. – С вашим отрядом можно выйти в Средний пояс?

Замутнённые вытаращились и переглянулись. Потом снова уставились на меня.

– Это только если наш скиппарь дозволит, – расстроенно протянула дракошка. – Но вы же без опыта…

– Я пса трупов завалила, – поправила я.

Они снова переглянулись.

– Мы с ним поговорим, – пообещал Форлейк. – В конце концов, проясняющий в дальнем рейде может быть очень полезен.

– Да-да! – закивала Вальдиса. – Хотя лучше бы вам сначала наставника найти… А то так ни с чего, мне кажется, он не рискнёт… Если вас там сожрут, это же на нём повиснет.

Я хотела ей сказать, что если меня там сожрут, князь не расстроится, но решила не пускать таких слухов, мало ли.

На этом я их выгнала и собиралась уже пойти мыться, когда явился Нокк, сияющий, как купол в солнечную погоду.

– Улиток продал, – довольно сообщил он и принюхался. – Ой, к вам что, полыхающий заходил?

– Что значит полыхающий? – тут же спросила я.

Нокк помрачнел и закрыл дверь.

– Я вам про замутнённых объяснял же? Ну вот, полыхающие – это… Когда замутнённый теряет контроль. Понимаете, кристаллы – они же соль Сальфьяллы. И если их слишком много впитать или слишком быстро, то Сальфьялла – ну вроде того что завладевает человеком. Так-то и в норме у глубоко замутнённых в голове каша. А бывает, что в рейде приходится туго, и единственный способ спасти отряд – это замутнённому впитать большой кристалл. Он тогда становится берсерком и может всех врагов порвать. Проблема в том, что как бы не друзей заодно. А некоторые сами с катушек слетают, даже без нового кристалла. Просто отпускают кукуху, и она летит… Вот это полыхающие.

– И обычные жрецы занимаются тем, что их проясняют, так?

– В том числе, – покивал Нокк. – Но это если полыхающего ещё можно прояснить. А иногда бывает, так полыхнёшь, что… – он развёл руками. – Всё. Сгорел. И тогда в силу вступает Указ о Пределе.

Нокку явно было неприятно это всё рассказывать, как будто себя сглазить боялся.

– Что за указ?

– О том, чтобы сгоревших изолировать. Типа кто Предела достиг, тот всё. Понимаете, раньше их ещё как-то пытались использовать. Дрессировать там, как зверей, принуждать. Но прошлый князь издал вот этот Указ, и теперь всё, сгорел – в изоляцию. А если в изоляции его не удержать, то уничтожить. Чтобы для других опасность не создавать.

Он поёжился. А я сощурила глаза.

– А как часто такое случается? Чтобы замутнённые сгорали?

Нокк покосился на меня своими фарами из-под лохматой чёлки.

– Да почти все так заканчивают, вопрос только – когда.

Я вытаращилась.

– И зная это, ты пошёл на замутнение⁈

– А что делать-то? – развёл руками мальчишка. – Всю жизнь мыркву собирать? Простым воином даже до скиппаря не дослужиться.

– Ну а если другие профессии, вот, кто-то же делает артефакты, кто-то у тебя улиток купил, – попыталась порассуждать я о вещах, в которых вообще не ориентировалась. – Не всем же в Сальфьяллу ходить.

– Так там все свои, – вздохнул Нокк. – Кланы артефакторов, кланы купцов… За каким хёльдом я им сдался, слабый аэромант? Тем более артефакторы и сами замутнением не гнушаются, там хорошие способки есть – камень, металл, дерево… Некоторым прямо с детства подсаживают, чтобы управлять учились, пока мозги мягкие.

У меня внезапно остро заболела голова, как будто в череп иглу воткнули. Я схватилась за затылок и принялась тереть, но толку, конечно, не было. Вызвала обруч, потыкала в восстановление, он на что-то там заругался, но вроде стало полегче.

– Вы чего? – удивился Нокк.

– Устала, наверное, – пробормотала я и развернула меню Запас.

Текущий запас: 125% от нормы ИМТ

О! Похудела. Это значит, восстановление поджирает запас? Очень хорошо. Значит, завтра надо поискать, кого бы ещё восстановить…

Когнитивный ресурс исчерпан

– прозрачно намекнул мне… обруч? Наверное, надписи тоже от него. Или и обруч, и надписи – от чего-то третьего? Надо всё-таки книги почитать…

– Кстати, всё хотел спросить, – оживился Нокк, – а что это у вас такое светится на шее?

Светится? Я смутно припоминала, что что-то и правда светилось, там, в Сальфьялле, в первый раз. Нашарила рукой – и точно, у меня же какой-то… кулон? Ожерелье? Огляделась в поисках зеркала, но в моих покоях, конечно, таких благ не было.

– А как выглядит?

Нокк странно на меня покосился.

– Ну так… на кристалл похоже, только золотых я не видел никогда… И он типа в оправу вставлен, а оправа на гривну приделана.

То, что я нащупывала пальцами, совпадало: холодный гранёный… камень? Верхний и нижний концы его оплетены ажурным металлом, и всё это сидит на обруче, который словно прилип к коже. Я попыталась поддеть его ногтем – больно, как будто родинку сковыриваешь.

– Я просто вас и раньше видел, – продолжил свою мысль Нокк, – до пробуждения. Но такой штуки на вас не было. Но золотые кристаллы – это же девятый уровень, Усть-зверь. Вы же не могли такого завалить?

Я-то, может, и могла… Мало ли, как мои способности работают? Да только не помнила ничего. Как я поняла, я провела в Сальфьялле три дня, а воспоминания сохранила только о последнем. Мало ли что там происходило до того…

– А жриц, которые были до меня, ты видел?

Нокк помотал головой.

– Вы же тут уже четвёртый год, а до того я мелким был, в замок не попадал, а жрицы редко выходят…

Какая-то я неправильная жрица. Ну или это предыдущие были неправильные.

В итоге Нокк ушёл, ведь ему ещё домой топать через полгорода, а я завалилась спать, даже не включив экстренное восстановление.

⋈⋈⋈

А утро началось с какого-то гвалта. С трудом разлепив глаза, я осознала, что уже вовсю светло, а гвалт исходит из-за двери, причём в эту дверь кто-то истово лупит.

Я встала и оглядела себя. Платье мятое, волосы торчат соломой, выбившись из косы. Ну… не прихорашиваться же, когда к тебе так ломятся с утра пораньше. Пусть терпят мой ужасный лик.

Я распахнула дверь.

– … Совершенно недопустимо! Вы не можете тут находиться! Есть установленный порядок…

Голос показался знакомым, и я наконец сфокусировала глаза на Старшем жреце. И орал он даже не на меня, а на толпу… или стаю? Замутнённых. Которые рычали, шипели и подвывали, а один, повернув ко мне конский зад, стучал копытом в дверь. И продолжал, хотя дверь я уже открыла.

– Что тут происходит? – сипло спросила я и потёрла глаз.

– Форменное безобразие! – тут же направил на меня рупор своего негодования жрец. – Эти… невоспитанные животные нарушают распорядок! И вы им в этом потворствуете!

– Это как? – хмыкнула я. – Я вообще спала.

– Вот именно! – возопил жрец. – А должны были сразу отправить их в храм!

– Да толку с твоего храма, старик! – гаркнул рыжий парень с большими голубыми глазами и заячьей мордой. – В храме мы уже все перебывали, ничё не помогает!

Остальные согласно загудели.

– Если вам не могут помочь жрецы, значит, на то воля Альфедра! – ещё пронзительнее заверещал жрец. – Подите в Сальфьяллу и примите смерть воина!

Рычание и шипение стало громче.

– Так! – рявкнула я. – Я чего-то не поняла, эти люди вроде бы ко мне пришли по делу. А вы что тут забыли?

Жрец развернулся ко мне, пылая негодованием.

– Что я забыл⁈ Это вы забыли – свой удел! Ваша доля – чудеса. Погоду вон потеплее сделайте, удачи охотникам отсыпьте. А очищение, будьте добры, оставьте тем, кто из века в век им занимается!

– Да с какого⁈ – заревел бизоноподобный и очень волосатый мужик… а мужик ли? Замутнённые же и тётки бывают… – Форлейка вы даже близко очистить не смогли, а она смогла! Лодр вас знает, чем вы из века в век занимаетесь!

Толпа зашумела, и на жреца надвинулись разномастные рога.

– Таков порядок! – не унимался жрец. – Йатибьолль тут не для вашего прояснения, её удел – пророчества и везение! Ей не пристало заниматься рутиной с вонючими животными! Прекратите немедленно! И вы, Йатибьолль, не позволяйте так принижать ваши способности!

Вот вроде и пытается так преподнести, что, мол, я выше этого, а почему-то звучит так, как будто я у него кусок изо рта вырываю. Впрочем, может, так и есть?

– А иначе что? – спросила я.

Жрец аж подавился. Кажется, так ему вопрос ещё никто не ставил.

– То есть как – что? Это не по укладу!

– И дальше что?

В его глазах стояло такое незамутнённое непонимание, что мне даже стало немного жаль старика. Вот так живёшь-живёшь, и вдруг оказывается, что твою работу кто-то делает лучше тебя, и на кой тогда ты нужен? Но у меня свой шкурный интерес есть, и тут уж каждый выживает, как может.