Текст книги "Испытание жрицы (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Я задумалась. А ведь я, наверное, не только зубатку могу сосканировать… И это звучит как отличный вариант! То и примелькаюсь скиппарям, авось возьмут в отряд…

– Готово, – сказала я вслух, когда Модификация показала сто процентов.

Хельга глянула на свой приборчик и цыкнула зубом.

– Одеваемся быстро, Стихийник приближается!

Я едва успела натянуть штаны, а вот сапоги так и остались на траве, когда из-за деревьев выкатился шар. Он был как раз такого размера, чтобы проходить между стволами. Всю его поверхность покрывали ледяные шипы – полупрозрачные и бугристые, как сосульки.

– Голову береги! – шепнула мне Хельга, натягивая капюшон. – Он ими…

Пиу! Пиу-пиу!

– Стреляет!

Несколько шипов просвистели мимо, а один ударил меня в живот. Не пробил, но меня протащило пару метров по лесной подстилке и шмякнуло о дерево. Я выставила руки перед лицом и выдохнула. Ладно, шкура зубатки работает, попробуем-ка разморозить этого ёжика! Где там моё Распределение?

Глава 18
Магия-шмагия

Хорошо, что я нанесла чешую и на ладони тоже. Потому что закрываться от летящих в меня ледяных дротиков только рукавами было бы недостаточно. И так чуть не словила парочку лицом. А ещё хорошо, что нанесла на ступни, потому что сапоги я надеть не успела и металась теперь по шишкам и хвойным иголкам босиком.

Распределение никак не хотело перекидываться на что-то кроме меня. Самое большее, что оно могло, – расширить контур моего тела на метр и обогреть этот метр. Поняв, что лучше я под обстрелом ничего не придумаю, я метнулась среди летящих навстречу сосулек прямо к ёжику. Хельга что-то кричала, но я не соображала достаточно, чтобы понять.

Чешуя получила хорошенькую такую проверку – меня задели по касательной, наверное, пара десятков дротиков, а парочка сбила с ног, пока я добежала до ежа и применила Распределение. С шипением лёд забурлил и потёк, а я…

А я поспешно врубила Поглощение, потому что запас показал 0.08%! Уф, чуть не вырубилась тут.

Ёж ещё пару раз плюнул в меня остатками иголок – основой для сосулек оказались мягкие пучки волос, и они уже не причиняли вреда. Потом он затих. Хельга подошла ближе, подобрала с земли палку и сунула её куда-то в бок ежу. Нажала, как на рычаг, и шар развернулся, оказавшись неким подобием слизня. Из его брюха Хельга аккуратно вырезала небольшой тёмный кристалл.

– Ну ты здорова, конечно, – протянула она. – Вся в синяках теперь небось! Броня бронёй, но не надо так-то уж подставляться!

Я осторожно ощупала себя под одеждой. Да, было немножко больно, но боль быстро уходила. Оттянув воротник рубашки, я проследила за тем, как прямо на глазах синяки желтели, а потом пропадали. Интересно, это Улей меня лечит? Открыла Историю изменений – ну точно, «Восстановление тканей после множественных гематом». Неплохо!

– Синяки на мне быстро заживают, – сказала я.

– Лучше всё-таки заведи что-то дальнобойное, – проворчала Хельга. – Давай теперь этого иглоплёва на рыбу затолкаем.

Мы примерились к слизняку, но тут Хельгин приборчик зажужжал. Она тут же бросила тушу и встала в боевую стойку, выхватив маленькую круглую бляшку, как щит. Что-то просвистело навстречу. Резкий порыв ветра словно собрал воздух с ближайших окрестностей, а перед Хельгой заколебался воздушный щит – похожий на тот, что был у Нокка, но больше. Свист повторился, в щит что-то врезалось и исчезло. Я всмотрелась в лес.

Тварь я увидела не сразу. Это оказалась большая косматая голова, похожая на медвежью. Она ползла по лесной подстилке сама по себе, плавно, как будто её волокли полчища муравьёв. Время от времени голова открывала пасть, и оттуда вылетал какой-то снаряд – прямо в Хельгу.

Что ж, ладно, сейчас я этой голове наваляю! Я перепрыгнула через слизня и вышла вперёд, загородившись руками. Голова пульнула в меня. Ногу пронзила адская боль. Колено подкосилось, я упала на траву, и тут же тварь попала в плечо. Пробивает чешую!

Я постаралась сосредоточиться и выбрала здоровой рукой Дезинтеграцию. Подловить снаряд в полёте, применить… Рамка зашарила по лесу, но летящий в меня кругляш не подхватила. Я увернулась и попробовала со следующим. Никак. Снова увернулась, перекатилась по земле за щит Хельги.

– Наигралась? – крикнула та. – Мочу?

– Подожди!

Из-за щита я прицелилась снова. Вот же он летит, ну как ты не видишь? Ну вот круглый, светлый такой на фоне тёмного леса, почему не цепляется рамка⁈

Но как я ни билась, дезинтегрировать снаряд так и не удалось.

– У меня щит почти весь выгорел! – предупредила Хельга.

– Сдаюсь, – вздохнула я. – Не работает.

Она тут же выхватила из-за спины арбалет и одним выстрелом прибила плюющуюся голову. Я осмотрела свою ногу. Там уже ничего не болело, никаких видимых повреждений. Ничто не помешало мне встать и подойти к голове. Оказалось, двигалась она за счёт маленького змеиного хвостика, растущего сзади.

– Чем оно плевалось? – спросила я, рассматривая пасть. Зубы – ну, как у хищников, обычные, все на месте. Никаких пильных дисков! Ни иголок, ни… я не знаю, яиц! Чем ещё плеваться можно?

– Магией, – Хельга перевернула башку и выковыряла ещё один тёмный кристалл. – Этого брать не будем, с него толку никакого.

– Магией… чего? Воздуха? Огня? В меня попало пару раз, было очень больно, но вроде без крови.

Хельга помотала головой.

– Головоножка плюётся чистой магией, без стихии. Просто сгустками. Если его живым захватить, можно кристаллы заряжать, но это трудно, да и редкие они. Этот прямо как нарочно для тебя приполз.

Я повертела новую информацию так и этак. Выходило, что рамка не видела сгустки, потому что они были из чистой магии?

– А дай-ка кристалл на секунду, – попросила я.

Кристалл был почти чёрный на вид, но в серединке слабо светился огонёк. Вероятно, он был синим, но в Сальфьялле об этом можно только догадываться, всё ведь обесцвеченное. Я вызвала меню Поглощения и попыталась применить его к кристаллу. Ничего. Вызвала Сканирование. Результат: диоксид кремния. И всё. Ни слова об энергии, заключённой внутри.

Я попробовала Диагностику, Модификацию и всё, до чего дотянулась, но никакого намёка на природу свечения не нашла.

То есть Улей не видит магию? А что он тогда сам такое?

И ещё интереснее – как мне защищаться от магических атак, если Улей мне в этом не помощник?

– Надо тебя потренировать уворачиваться, – словно прочитала мои мысли Хельга, подбирая с земли несколько шишек. – А ну-ка отойди на пять шагов…

Следующие полчаса я выживала. Конечно, сквозь чешую шишки били несильно, но обидно. Сначала я металась безголовой курицей, но быстро устала. Тогда попыталась следовать указаниям Хельги и поняла, что мне не хватает нужных мышц. Сделали паузу, за которую я нашла пару костерней и бледнокорень на пополнение запаса и перестроила своё тело ещё раз. Теперь я была жилистая, тощая и голодная, но у нового телосложения обнаружился плюс: на мышцы жирок с запасом ложился компактнее, не болтался и не мешал двигаться.

Теперь я уставала меньше, но всё равно шевелилась недостаточно быстро.

– Тебе надо тренировать реакцию, – сказала Хельга, собирая новые шишки. – Попроси кого-нибудь в тебя покидать завтра, пока я буду в рейде.

Я задумалась, изучая меню Распределения. Кожа, жир, мышцы… Типы мышечных волокон: выносливые и взрывные. К каждому типу шло наукообразное описание, из которого я приблизительно поняла, что взрывные как раз работают на скорость. Справа маячила шкала с бегунком, загнанным вправо, отчего выносливых волокон получалось три четверти, а взрывных – только одна. Я подумала и подвинула его поцентрее.

Ощущения были так себе – накрыла слабость, под кожей бродили табуны мурашек, всё ныло, и я даже стоять дальше не смогла – шлёпнулась на мох. Изо мха высунулись глаза на стебельках, осмотрели меня и засунулись обратно, заменившись букетом маленьких телескопических щёлкающих клешней. Я применила на всю эту радость Поглощение, и мох увял.

– Долго сидеть собираешься? – вздохнула Хельга, оглядываясь.

– Пока мышцы не переродятся, – честно ответила я.

– А нельзя было этим заняться в городе?

Я вздохнула. Я тоже задним умом крепка. Можно, конечно! Но прошлый раз мышцы перестроились быстро. Правда, я их тогда не меняла с одних на другие, только накачала немного.

– Я тогда ещё не знала, что это понадобится. Но теперь уже придётся дождаться, а то я не уверена, что дойду. Но тут ведь на этом участке никого нет больше? Раз мы всех Стихийников прибили.

– Стихийников нет, – хмыкнула Хельга. – А вот Стайники могут и заползти. Хотя я бы предпочла пару Клыкачей, хоть на продажу бы чего наковыряла, пока ты прохлаждаешься…

Я промолчала, понимая, что поступила глупо. Но мысль о продаже навела Хельгу на другую тему:

– Так что у тебя с Харальдом?

Ну здра-авствуйте! А ведь если она сейчас решит меня побить, я даже не увернусь! Поглощение, наверное, вызову…

– Да нет у меня с ним ничего, один раз пришла Драуга продать и всё.

Хельга посмотрела на меня внимательно и недоверчиво.

– И… как он тебе?

Я бы пожала плечами, но они болели и не шевелились.

– Да никак особо… Торговец и торговец.

Я бы хотела сказать, что он не в моём вкусе, но поняла, что не имею ни малейшего представления, какой у меня вкус. Нет, ну Айвинд, наверное, покраше будет. Он и повыше, плечистый такой, и лицом посмазливее. Хотя вот этот контраст меня немного напрягал. Уж ты или ангелочек, или бугай, а два в одном – как-то странно. Хотя на фоне Кольбьёрна он, конечно, пруток.

Хельга оказалась моим ответом почему-то недовольна. Хотя вроде бы – если Харальд ей нравится, то и хорошо, что у меня на него видов нет, разве не так? Впрочем, она с самого начала странно себя вела вокруг этой темы.

– Ты бы присмотрелась к нему повнимательнее, – сказала она как-то с нажимом, как будто через силу. – Он прекрасный человек, честный и заботливый.

Я так обалдела, что даже боль в мышцах проигнорировала, чтобы повернуться к ней всем телом. Хельга мерила шагами пространство между несколькими деревьями, вытаптывая там проплешину.

– А чего ты сама к нему не присмотришься? – наконец сообразила спросить я.

Хельга помрачнела ещё больше.

– Не могу.

За этим ничего не последовало. Наверное, надо было оставить её в покое, но она же не оставила тему Харальда! Да ещё мне его сватать начала зачем-то. Теперь я так легко не отцеплюсь.

– Почему не можешь?

На её лице сменилось несколько разных гримас, а потом она ещё и рукой покрутила эдак, словно помогая себе выложить слова наружу.

– Он не заслуживает того, чтобы возиться с моими проблемами.

– А какие у тебя проблемы?

– Это не твоё дело!

Я хмыкнула.

– А присматриваться к Харальду – моё?

Хельга заскрипела зубами – я прямо услышала этот мерзкий звук.

– Болею я! – выпалила она зло.

Я оглядела её мощную крепкую фигуру с широкими плечами и крутыми бёдрами. В каком месте она болеет? В срамном?

– Ну-у, а подлечиться можно?

Хельга зыркнула на меня уже с откровенной ненавистью.

– Можно! Только стоит это столько, сколько харсир за год получает! Вот, – она махнула рукой на меня и протоптанную проплешину, – кручусь, как могу, коплю, да только вряд ли успею!

То есть она болеет настолько серьёзно, что у неё какой-то срок есть? После которого или лечить уже бессмысленно, или копить не выйдет? Ого.

– А Харальд знает?

– Ну конечно, нет! – взвилась она. – С какой стати я буду на него вываливать свои проблемы? Я ему никто!

По моим впечатлениям он бы как раз был не прочь, чтобы она ему оказала такое доверие.

– Мне показалось, ты ему нравишься.

– Тебе показалось, – буркнула она. – А даже если и не показалось, что толку? Проклятье я словила. Вон, – она кивнула на лежащую под кустом медвежью голову, – тоже магией плевалась одна тварь, вот и я, как ты, подставилась. Только там плевки были покруче. Теперь вот, – она достала из поясной сумки пузырёк, вытянула пробку и приложилась к горлышку. Поморщилась. – Живу на этой дряни по сильфру за дозу три раза в день. А иначе кровь превращается в кристаллы.

Она задрала рукав куртки и рубахи и показала мне ассортимент синяков разной степени свежести.

– На лице-то я свожу, чтобы людей не пугать, а на остальное жалко крема. Это когда кристалл формируется, он сосуды изнутри режет. Микстура помогает их расщеплять, но не всегда прямо сразу. Так что лотерея. Ну и больно бывает. И с каждым месяцем микстуры надо всё больше, иначе охотиться не смогу. Скоро вообще одной ей буду питаться. Так что, сама понимаешь, какие уж тут мужики, – она злыми рваными движениями раскатала рукава обратно. – Я сначала подумала, ты какая-то вертихвостка одноразовая, а теперь вижу, нормальная баба. Если бы ты за Харальдом присмотрела, я бы хоть успокоилась, а то он всё один уже который год, а мужику одному нельзя долго.

Я могла предположить, почему он один – может быть, потому что некая охотница отказывается отвечать ему взаимностью. Но после всего, что Хельга мне рассказала, говорить это было бы жестоко. Однако с кристаллами в крови я, наверное, могу что-то сделать?

Руки наконец перестало щипать и сводить, так что я вызвала меню Диагностика и навела его на Хельгу.

Она вдруг посмотрела на меня совершенно другим взглядом.

– Слушай, а ведь ты проясняла головешек. Ты их правда проясняла, это не байки?

– Правда, – кивнула я. Диагностика вроде не ругалась, определила Хельгу как вид человек разумный и предложила несколько вариантов анализа. Часть меня восприняла это вот про разумного человека как привычное и очевидное, а часть крякнула, мол, а что, люди делятся на разумных и неразумных, и неразумных мы не диагностируем?

Хельга замялась и принялась жевать губу, топчась на месте. Диагностика заругалась на нестабильность объекта и на плохую видимость сквозь чешую.

– А ты не могла бы… ну… Если твоя способность позволяет…

– Я уже пробую, только куртку сними и шататься перестань.

Хельга поспешно скинула куртку и замерла, как пойманный в кладовке воришка. Диагностика наконец успокоилась и принялась шуршать. Вскоре внизу побежали строки с обнаруженными проблемами. Суть их я понимала плохо – какие-то термины, отклонения от нормы на столько-то, формулы, сокращения… Наконец, спустя невесть сколько времени, внизу появился список выявленных проблем, каждая с кнопкой «Исправить». Я машинально поискала глазами кнопку «Сделать резервную копию» – и да, такая тоже была! Только что такое резервная копия и откуда я о ней знаю?.. Ладно.

– Так, – сказала я, садясь поудобнее. – В принципе вроде бы я могу что-то починить, но…

Слева захлопали крылья, и я едва успела увидеть серо-бурую тварь, летящую прямо к Хельге. Та зашарила руками у пояса, но его она сняла вместе с курткой. Мои ноги сами собой распрямились, я прыгнула и схватила птицу руками на лету. Она заорала дурниной, дёрнулась, но мои пальцы впились ей в горло и вырвали кристалл. Только после этого мы приземлились, и я даже устояла на ногах.

– Ого, – выдохнула я. – Вот это у меня мышцы ускорились, круто!

Только мозги за ними явно не поспевали. Но это я сейчас точно не стану исправлять!

– Знаешь, – сказала Хельга, натягивая куртку чуть дрожащими руками, – давай лечением дома займёмся, а?

– Давай, – кивнула я, чувствуя себя полной идиоткой. Впрочем, Хельга-то была не лучше. Но у неё лечение – вопрос жизни и смерти, а я что? Я ведь не переживала за неё, даже не особенно сочувствовала, даже не представляла, каково это – сочувствовать кому-то. Как будто мне этот функционал не додали.

Так… Функционал, говорите? То есть ощущения переживаний у меня не было, но при этом я повела себя так, как мог человек, взбудораженный чужой бедой. Как если бы мне кто-то это поведение прописал, минуя этап эмоций… А с эмоциями у меня и в прочих местах глуховато. Страха не чувствую – за себя. А за Нокка вот испугалась…

И Улей магию не видит.

– Хельга, – медленно произнесла я, собирая с дохлого мха свои вещи, – а что ещё есть в мире, кроме магии? Может, какие-то другие силы?

Она странно на меня посмотрела.

– Сальфьялла.

Сальфьялла… Но разве она не из магии? Кристаллы же с магией связаны, раз Улей не видит их силы. И твари магией плюются. Но вот сама Сальфьялла, обесцвеченная зона – это магия? Или что-то, что её порождает? Почва, на которой растут магические цветы?

В любом случае, похоже, если я хочу понять, что я такое, то до сердца Сальфьяллы добраться придётся. А потому надо становиться сильнее – и запасти побольше жирка, ведь вечером мне надо прояснять замутнённых, а завтра зарабатывать деньги наложением чешуи.

Глава 19
Прояснение и разъяснение

За остаток дня мы с Хельгой нашли ещё одного Стихийника и одного Клыкача. Негусто, прямо скажем. Вот бы их как-то подманивать, что ли… Но наверняка этой проблемой озадачивались и до меня, а Улей на большие расстояния не действовал. Он и присутствие твари-то мог определить только когда она уже готова на меня прыгнуть.

На охоте особо подкормиться не получалось – дичи мало, на то, чтобы её забить, тратится запас, а работать одним только Поглощением я не хотела. Во-первых, моя цель – развивать разные способности, а во-вторых, от Поглощения ткани усыхали и теряли товарный вид. Поэтому когда с нас с Хельгой слезла чешуя и мы вышли из Среднего пояса, я попросила не спешить, чтобы я по пути успела накачаться мырквой.

Хельга смотрела на то, как меня становится больше, с каким-то уважительным отвращением.

– И тебе нормально так? Мырквы набираться?

– Да мне всё равно чего, хоть травы, но в мыркве энергия чуть поплотнее, – пояснила я. – Из Шнырей или Клыкачей ещё быстрее набирается. Сейчас вот назапасаю, а потом буду пробовать тебя лечить. А то если тощая выйду, лечения не получится.

Хельга вняла и принялась петлять по кустам, притаскивая мне живых Шнырей. В итоге до границы мы дошли уже в сумерках. Мой когнитивный ресурс показывал донышко, Хельга держалась ровно, но, думаю, и она подустала.

Мы в туповатом молчании дошли до лавки Харальда, волоча за собой на верёвочке воздушный шарик-рыбу, на которой сверху, как попоны, висели туши.

– Давай ты сдашь, а я пойду помоюсь и замутнённых раскидаю, у меня там наверняка под дверью сидят, – предложила я, мечтая о том, чтобы просто завалиться спать.

Хельга с трудом сфокусировала на мне взгляд.

– Доверяешь мне продажу?

– Так тебе Харальд небось цену получше предложит, – усмехнулась я.

Она поджала губы и отвернулась, но как-то скорее смущённо, чем раздражённо.

Оставив её разбираться с тушами, я пошла домой, лелея робкую надежду, что удастся хоть полчасика вздремнуть. Однако во дворе замка караулила зоркая Вальдиса и тут же кинулась ко мне, как только я вошла в ворота.

– А вы сегодня будете прояснять, да? – затараторила она сразу же, не дав мне и слова вставить. – Удалось напитаться духом Сальфьяллы?

Я обречённо кивнула. Понимаю, конечно, что буйных замутнённых надо нейтрализовать поскорее, но мозги хотят спать и в гробу видали вот это всё. Вальдиса ещё продолжала щебетать, а я сосредоточилась на том, чтобы переставлять ноги. И допереставляла их до своего этажа, на котором…

…происходила склока. Первым я заметила Старшего жреца. Он визгливо выговаривал что-то мужику в чёрно-алом наряде, за спиной которого толпились замковые стражники в синем с серым. Жрец тоже был не один – вокруг него стояло ещё несколько человек в серо-белом, вероятно, ещё жрецы и жрицы, и у всех были такие лица, как будто у них зубы болели. Набыченнее всех казалась высокая полнотелая женщина, у которой поверх скромного жреческого одеяния висела целая гирлянда камней, и я даже не смогла понять, это кристаллы или просто драгоценности?

– Эти помещения не предназначены для прояснения замутнённых, – вещала тётка тоном начальницы, утомлённой тупостью подчинённых. – Для этого существует специально оснащённая палата, где регулярно проводится чистка от магического осадка, а здесь он станет накапливаться без должной обработки! В этой части храма вообще нельзя заниматься такими вещами, это загрязнит всю сферу храма!

Чёрно-красный дядька выслушал её, не меняясь в лице, а потом ткнул пальцем ей за спину, в конец коридора, где была дверь в мою комнату и полукруглая стена угловой башни.

– Ваш храм специально выстроен круглым, чтобы вы там себе рисовали рунические круги, защищающие ото всего. Если вам замутнённые что-то загрязняют, значит, плохо рисуете.

– Ну конечно у нас всё защищено! – тут же переобулась в прыжке тётка. – Но не защищено во всём остальном дворце! Никто же не рассчитывал, что здесь будут проводиться такие обряды!

– Если эти эманации будут распространяться по замку, тут все скоро замутнёнными станут! – вклинился козлетон жреца.

– Вот-вот! – дружно закивали остальные.

– Ну вот вам и задание тогда, – невозмутимо отвечал чёрно-красный. – Сделайте так, чтобы никакие эманации никуда не распространялись. А то из казны на вас уходят горы, а толку с вас – что с мырквы кристаллов.

Одна из дверей в коридоре открылась, и двое слуг в синем вынесли из неё покрытый гобеленом топчан.

– Так мы и хотим сделать! – заголосила тётка, в то время как другие завозмущались, мол, как так, толку с них нет. – И для этого прояснение следует проводить в специальной палате!

– Князь сказал здесь, значит, здесь, – рыкнул мужик. – Не нравится, можете сами пойти ему высказать.

– Я уже ходил, меня не пустила стража! – вставил Старший жрец.

Я посторонилась, чтобы пропустить слуг с топчаном на лестницу, но оттуда навстречу им шли ещё двое слуг с таким же топчаном и тоже покрытым гобеленом, но потемнее. Не проще было гобелены перестелить?

– Значит, таков его ответ, – отрезал чёрно-красный, уже теряя терпение.

– Но эманации! – не унималась тётка. – Князь не разбирается в жреческих делах и не понимает, какую угрозу несёт подобный ритуал!

Мне надоело это выслушивать, а они меня упорно не замечали, так что я решила вмешаться сама и подошла к спорящим.

– Я не провожу никаких ритуалов для прояснения. Я вообще не трогаю магию, а воздействую только на тело, точнее, голову.

– Вот! – тётка тут же указала на меня могучим пальцем. – Она даже магию не использует, потому что бесталанная и немощная! Если она претендует на эти покои, то пускай докажет, что достойна!

Чёрно-красный обернулся ко мне и посмотрел с интересом. На вид ему было лет сорок пять, он коротко стриг и волосы, и густую бороду, отчего вид имел опрятный и собранный. Около глаз у него веером расходились смешливые морщинки, а одну бровь рассекал белый шрам, и он же продолжался на кончике носа.

– А вот и вы, – хмыкнул мужик. – Что-то из Сальфьяллы и без добычи? Не попался никто?

– Наставница сдаёт, – пояснила я. – А что тут происходит вообще? Они решили у меня последнюю конуру забрать?

– Да как вы смеете… – начала было тётка, но красно-чёрный сделал какой-то жест, и она захлопала ртом впустую, а потом закашлялась. Это он у неё из лёгких воздух забрал, что ли? Серьёзный мужик!

– Наоборот, – пояснил серьёзный мужик. – Князь велел вернуть вам все помещения, традиционно закреплённые за Верховной жрицей, чтобы вы вели приём замутнённых в комфортных комнатах, а не в коридоре.

Я и так вела его не в коридоре, а в спальне, но понимала, что не всем понравилась очередь буйных полыхающих до лестницы. Да и спальню как-то хотелось бы всем подряд не показывать, а то ещё книги сопрут. Или сожрут. Среди полыхающих козломордых много…

Словно в ответ на мои мысли из-за одной из дверей послышался рёв и глухие удары, словно кто-то бился рогами об стенку. Не исключено, что так и было.

Значит, князь решил проявить в моём отношении щедрость. Причём даже за счёт жрецов. Зачем? Стравить нас? Или это он так извиняется за свой непомерный налог? А чего его ставить тогда было? Не хочет, чтобы у меня были свои деньги? Типа вот тебе еда, вот тебе жильё, сиди? Я могла бы это понять, если бы с деньгами было куда податься. Но княжество отрезано от мира Сальфьяллой, и даже если я рискну пройти бесцветным лесом в неизвестном направлении до другого, там вряд ли та же валюта. Что такое валюта? Когда я уже перестану задаваться такими вопросами? Устала от самой себя.

Всё время, что мы говорили, слуги выносили и заносили мебель, а теперь из-за двери, соседней с моей, выглянула Лив.

– Ярл Стейнар, тут готово… О, Йатибьолль! А я как раз вам прибралась тут!

Её голос подействовал на тётку в камнях, как красная тряпка на быка.

– Ты там не ей прибралась, тупая девка!!! Это мои покои, и я их никому отдавать не собираюсь!

– Даже князю? – хмыкнул ярл, видимо, Стейнар. – Мне что, всю дружину сюда привести, чтобы вас выдворить? Вы только учтите, если мне и правда придётся это сделать, выдворять будем сразу в Сальфьяллу и без возможности вернуться.

– Что вы такое говорите? – возмутился Старший жрец. – Вы хотите отправить на верную смерть жрицу Гудрун, служившую нашему княжеству верой и правдой больше тридцати лет⁈

– А неповиновение прямому приказу не искупается выслугой лет, – холодно и чётко бросил Стейнар, и по коридору прошёлся ледяной сквозняк. Жрецы подмёрзли и замолчали. – Что же до верной смерти, то вон, Йатибьолль как-то выжила, должно быть, по милости Альфедра, и вернулась с новой небывалой силой. Вот и вы своих богов попросите, а то что-то они о нас, кажется, подзабыли.

– Да какая у неё сила⁈ – вскинулась жрица Гудрун. – Кто её видел-то⁈

Мне так хотелось прилечь, что я даже спорить с ней не пыталась, так и стояла столбом. Ну или скорее бочонком, форму которого в данный момент имела. Но если баба так нарывается, она-таки нарвётся.

Первым делом я потянулась к Поглощению, но потом решила, что это слишком просто, да и не стоило всякий раз применять один и тот же метод. Во-первых, могут придумать от него защиту, а во-вторых, если что, сразу опознают мой почерк. Нет уж, давай что-нибудь поинтереснее. Например… Нейтрализацию!

Она вот огнём дышит, ненавидящим взглядом меня сверлит, значит, у неё что? Адреналин высокий. И, может, тестостерон. Что это такое? Понятия не имею, но откуда-то знаю. Вроде как сродни яду что-то. Значит, можно нейтрализовать. Я навела рамку на тётку, выбрала «Ручной ввод» и написала туда эти два заклинания. Жмак!

Столбик прогресса проскочил так быстро, что Гудрун даже договорить очередной довод не успела – замедлилась посреди фразы и как-то растерянно обвела взглядом всех собравшихся.

Внимание! Значения приближаются к критическим. Продолжение Нейтрализации опасно для здоровья объекта. Продолжить? Да/Нет

Я смилостивилась и нажала на Нет, хотя соблазн был. Ярл проследил за моей рукой и покосился на Гудрунн.

– Вы что-то сделали?

– Прояснила её, – хмыкнула я.

Он нахмурился.

– Вы не задействовали магию.

– Так я же и говорю, это не магия, а моя особая жреческая сила.

Сказала и прикусила язык. А что если силу прежних жриц они видели как магию? Но ярл ничего не сказал и снова перевёл взгляд на Гудрун.

– То есть как это вы её прояснили? – запыхтел Старший жрец. – Она же не замутнённая!

– А по состоянию разума так и не скажешь! – фыркнула я. Что было неправдой: Нейтрализация прошла очень быстро, гораздо быстрее, чем Восстановление замутнённых. Но Гудрун про меня тоже много интересного наговорила, и её ничто не смутило.

– Как вы смеете⁈ – взвилась ещё одна жрица, помельче. – Сестра Гудрун, ты слышишь, как эта бесталанная тебя оскорбляет? Это недопустимо!

Сестра Гудрун, впрочем, никак не реагировала. Стояла с тусклым видом и рассматривала мои штаны. Я приосанилась и поэффектнее выставила вперёд ногу – пусть уж ей будет на что посмотреть!

– Сестра Гудрун! – снова позвала мелкая жрица. Старший жрец тоже забеспокоился.

– Гудрун, что с вами?

– Да ничего, – медленно проговорила та. – Устала что-то.

– Как вы могли устать, когда тут такое дело важное решается⁈ – закудахтал Фридьоф. – Вас из ваших покоев выселяют!

Гудрун пожала плечами.

– Да Альфедр с ними, я устала уже спорить. Дались им эти покои, кровни жадные, чтоб их бледнокорень высосал.

– Это вы сейчас о князе? – с любопытством уточнил Стейнар.

Вместо ответа Гудрун махнула рукой и медленно побрела в сторону лестницы, едва не снеся меня по пути.

Фридьоф и другие жрецы проводили её потрясёнными взглядами. Молча стоящие за Стейнаром стражники – тоже.

– Что, – начал Старший жрец хрипло, – вы, – его голос чуть окреп, – с ней, – громкость повысилась, – сделали⁈ – проверещал он последнее слово.

– Прояснила, – развела руками я. – Могу и вас прояснить. Надо?

Никогда бы не подумала, что этот дедок может драпать с такой скоростью. Остальных жрецов, кажется, отбросило отдачей от его резкого старта, а в воздухе мне померещились клубы пыли до самой лестницы. Опомнившись, жрецы сбились в какое-то подобие военного построения и рванули следом, галдя и оборачиваясь на ходу, чтобы удостовериться, что я их не преследую.

Наконец пыль улеглась и я осталась с ярлом и стражниками. Ну ещё Лив как раз принесла новое ведро воды, чтобы мыть следующую комнату.

– А вы опасный человек, Йатибьолль, – медленно произнёс Стейнар, оглядывая меня новым взглядом. Не очень-то одобрительным взглядом.

Я сглотнула. А не погорячилась ли я? Сейчас как он решит, что я представляю угрозу для князя… А я ведь и правда представляю, если подумать. Что мне мешает при следующей встрече нейтрализовать адреналин и у него, а потом настоять, чтобы налог снизил? Или ещё что… Вопрос только в том, сколько человек я могу нейтрализовать одновременно. Что-то мне подсказывало, что немного. Может, двух-трёх или сколько влезает в обзор одновременно. Да и запас не бесконечный. Если на меня натравят княжескую дружину или даже вот эту группу стражников, вряд ли я отобьюсь, по крайней мере, без специальных тренировок.

И потом, я сегодня выяснила, что магию Улей остановить не может. А этот Стейнар – маг и, надо думать, сильный. Стоит ему понять, что бить по мне надо не воздухом, а самой магией, и всё, привет.

– У вас очень любопытная сила, – продолжил он и поменял позу как-то так, что стражники у него за спиной явно что-то поняли и начали рассредотачиваться. Надо было срочно спасать положение.

– Это не моя сила! – выпалила я и постаралась придать своему лицу одухотворённый вид. – Это делаю не я. Я всего лишь проводник силы Неба! Моя миссия в том, чтобы помочь этому княжеству выжить и привести его к процветанию. Я могу воздействовать только на тех людей, которые мешают исполнению миссии! – Я постаралась сложить пальцы треугольником и поднесла их ко лбу, как тут делали, призывая внимание Альфедра, кем бы он ни был.

Моя речь ярла не особо впечатлила. Пришлось срочно менять тактику. Бросив строить из себя блаженную, я наклонилась вперёд, приложив руку ко рту, и прошептала, якобы делясь секретом.

– Это правда не я. Я просто получила видение свыше, что жрица Гудрун вот-вот получит небесную кару, и притворилась, как будто что-то делаю!