Текст книги "Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ)"

Автор книги: Юлия Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Глава 22. Угроза

– О чем не думал? – Шепнула, всматриваясь в манящие звериные глаза.

О, бедное, глупое сердечко. Еще немного и выпрыгнет из груди.

– Что мой «друг» настолько хорош собой, – улыбнулся старшекурсник. И откинул с моего лица свободные пряди, выбившиеся из тугой шишки на макушке.

– Твоё любопытство удовлетворено? – Перевела я тему. А то под этим жарким взглядом совсем теряюсь и краснею.

– А твоё? – Кай улыбнулся.

– Да. Помни, ты обещал…

Он так властно и ненавязчиво перехватил меня за руки, что я запнулась на полуслове.

– Никому ничего не скажу. Уже говорил – не из болтливых.

– Спасибо, – вздохнув, посмотрела на окна общежития. Будет чудо, если я проскользну к себе и не столкнусь с комендантом.

– Но и ты должна кое-что пообещать.

Посмотрела на Хидинса.

– Что?

– Обязательно придёшь на Осенний бал.

– Опять ты о бале.

– Анжелина, – оборотень гортанно зарычал. – Я настаиваю.

И столько в его глазах мелькнуло откровенных эмоций. Шепнула:

– Правда, этого хочешь?

– Хочу, – ответил уверенно.

Звериный взгляд по-прежнему оглаживал мне брови, крылья носа и, наконец, остановился на раскрытых губах. Всего один человек делал так же. А потом склонялся и дарил поцелуй. Артур штель Ферр.

Еще до того, как я подумала о последствиях таких вот взглядов, тело само подскочило с узорной скамьи.

– Зачем?

Старшекурсник приподнял голову, загадочно улыбаясь.

– Нравится твой аромат.

Я совсем растерялась.

– При чем здесь аромат?

– Придешь на бал, расскажу.

Вот уж верно говорят – любопытство до добра не доведёт. И попробуй, откажи волку с манящими глазами.

Кай игриво подмигнул и принялся облачаться.

Хвала духам, брюки были уже на нем. Все, что видела – голую мускулистую спину, широкие плечи и могучие руки. Блестящие мышцы перекатывались, лоснились, пока он накидывал рубаху. А я кусала губы и ловила себя на том, что мне нравится за ним наблюдать.

Над головой тихо лопнуло, это развеялся купол незримости. Кай протянул мне ладонь.

– Я провожу.

Очень не хотелось опять становиться Эдвардом Сатро, но от этого зависело моё будущее (а пока оно виделось очень туманным), и я подправила на ладони линии заклятия. От фонаря шагнула уже в облике парня.

В Академии было тихо, за исключением широкого пролёта моста. В снежной полумгле виднелись лохматые силуэты волков. Тоскливо выли. Если до этого я вздрагивала и напрягалась, то теперь протяжный вой дарил небывалое чувство защищенности.

– А другие студенты в курсе про волчий патруль? – Спросила у Кая.

– Старшекурсники знают, – ответил, пропуская меня в переход. – Обучающиеся тут оборотни и преподаватели тоже. Первый курс – нет. Вам еще рано.

– Почему рассказал мне?

Хидинс оглядел меня серьёзным взглядом.

– Ты умнее многих. Тебе можно верить.

Впервые со вчерашнего вечера настроение немного улучшилось. Я рассмеялась.

– Польщена, господин оборотень.

Кай улыбнулся какой-то шальной улыбочкой.

– Вон твоя комната, Анжелина. Довел в целости и сохранности.

– Спасибо, – я развернулась, и тут Хидинс склонился и вновь уткнулся носом мне в шею. Чувствительная кожа заполыхала от жаркого мужского дыхания.

Я с трудом удержалась, чтобы не отскочить.

– Почему ты всё время меня нюхаешь?

– Да так, – прорычал.

Он стоял непростительно близко, почти впритык. Единственная преграда, что нас разделяла – были покупки, стиснутые моими пальцами до судорог и прижатые к груди.

– Хидинс, наконец! – Окликнул с порога громкий бас коменданта.

А я порадовалась, что вокруг – безлюдно. Заметят, как Кай тыкается в шею здоровому парню, и потом месяц буду оправдываться и краснеть.

Оборотень отстранился, как ни в чем не бывало. Сосредоточенный, дерзкий, уверенный в себе.

– Да, мистер Лоран?

Суровый мужчина во всем черном быстро подошел.

– Тебя ищет Мальер.

– Понял. Уже иду.

Кай подарил мне прощальный взгляд и исчез.

Комендант сурово меня оглядел, недовольно хмыкнул, но вслух ничего не сказал. Молча развернулся и пошел восвояси.

Я расслабилась. Повезло. Крепче прижала пакеты с покупками и отправилась к себе, вот только чем ближе становились очертания комнаты, тем сильнее я ощущала скрытую угрозу. Воздух вдруг сделался горячим и удушливым. Звуки пропали, а тени загадочно преломились (хотя фонари не гасли и даже не мерцали).

В коридоре – никого. За окнами плывет ветреный вечер, ничего подозрительного. Но чувство опасности не покидает. Так бывает накануне грозы. Когда природа замирает в ожидании буйства стихии. Ты понимаешь – надо просто переждать и все снова станет, как раньше, но руки все равно холодеют, а горло перехватывает болезненный спазм.

Я помялась с ноги на ногу. Должно быть, просто переутомилась.

Вставила в замочную скважину ключ, повернула – и в этот момент на гладкой дверной поверхности проступили огненные буквы. Лицо обожгло, отчего я отшатнулась, окутываясь щитом. Он не понадобился. Мне всего лишь оставили короткое послание. Но даже этих трёх слов хватило, чтобы могильный холод выстудил меня насквозь, заставив судорожно обхватить себя за плечи и подавиться стоном ужаса.

Неизвестный написал:

«Ты скоро сдохнешь».

… Мысли неслись мимо меня.

Впав в оцепенение, я размышляла – кому это надо?

Чья-то злая шутка, призванная испугать? Или мне действительно грозит смертельная опасность? Но ведь Винсана связали клятвой послушания, к тому же знатно проучили на дуэли. А кроме герцога у меня нет в Академии врагов.

Или есть, просто я об этом пока не знаю?

Пальцы лихорадочно пробежались по лицу, волосам, вцепились в ворот рубахи. Иллюзия надежно скрывает внешность, но что если кому-то удалось ее «взломать»?

Тогда мне действительно есть чего опасаться. А вот защитить или хотя бы помочь – совершенно некому. Напрягать Кая я не хочу, а больше в Академии никому не доверяю.

Буквы прямо на глазах окутались чернильным дымом и сползли с двери ручейками жидкого пламени. Поверхность вновь стала чистой, зато в коридоре повис густой вонючий смог. Закашлялась и тут с другой стороны как заорут:

– Это еще что такое!

Ко мне шагал разъярённый Лоран.

– Ты куришь, Сатро?

Испуг все еще метался по венам холодом, в горле стоял комок. Только и выдавила невнятное:

– Я бы никогда…

Комендант гневно отмахнулся от дыма.

– Будешь наказан.

Сделал магический пасс и, прежде чем я успела возразить или оправдаться, у меня над головой повисло темное облачко.

– За несоблюдение правил общежития всегда следует трудовая отработка, – сообщил сурово. – Завтра после занятий вместе с другими нарушителями отправишься убирать территорию. Обо всем узнаешь в кабинете номер сорок. Не вздумай прогулять или претвориться больным. Оно исчезнет, – ткнул в облачко, – только после отработки.

Впервые в жизни захотелось вцепиться кому-то в волосы, а еще лучше побиться о стену лбом.

– Ясно, – процедила я холодно.

Лоран поморщился, разглядывая клубы вишневого дыма, затем щелкнул пальцами. Дым свился в комок и рассеялся. Мужчина чеканно отправился обратно, а я побрела к двери, где еще минуту назад сверкала магическая угроза.

На душе было так гадко, что хотелось реветь. Сходила, называется, за покупками.

* * *

Какой бы несправедливой ни была отработка, избежать ее не удалось.

Я дождалась окончания занятий и отправилась на поиски кабинета номер сорок. Тот обнаружился на первом этаже у галереи. Внутри сидели четверо студентов с понурыми головами и кислыми лицами. При моём появлении они вяло оживились.

– О. Еще один.

– Заходи, не стесняйся.

У всех четверых над головой клубился дымок.

К счастью, он был зрим только для преподавателей. Можно сказать, комендант нас пожалел и заодно избавил от тысяч насмешливых взглядов и едких вопросов.

Двух старшекурсников со светлыми волосами в мантиях боевиков я видела впервые. Они тоже меня рассматривали: беззлобно, но с долей презрения и превосходства. Фыркнув, перевела взгляд на единственную девушку за первой партой. Пепельные волосы, некрасивое лицо, знакомые глаза. На меня смотрела Мия Ансур.

Темная снисходительно дернула губами.

– Привет, защитник.

– Здравствуй.

– Тебя за что наказали?

– Курил, – ответила желчно. – А тебя?

– Практиковала призыв призрака. – Помолчала и добавила, – в общем туалете.

– Успешно?

– Не-а. Заклинание сорвало все краны, а сущность так и не пришла. Комендантша потом два часа орала.

– Представляю, – сев, я зацепилась глазами за четвертого «нарушителя» в дальнем углу, что напоминал нахохлившегося ворона на снежной ветке. На голове – капюшон. Из полумрака сверкают недобрые глазки, пальцы барабанят по столу.

В грудь словно ножом ударили. Мне не может ТАК не везти!

Ишен Винсан?

Герцогство понял, что раскрыт. Откинул капюшон и развалился на стуле с ядовитой усмешкой. На лице читались незамутненная ярость и брезгливость, хотя на этом весь его воинственный запал иссяк. Клятва послушания держала парня в магической узде.

Но ведь кто-то вчера оставил то послание. И если не Ишен, то кто?

– Чуть не опоздал!

Повеяло сладостью, и на пороге возник Альберт Кастэр в помятой мантии и со стопкой учебников под мышкой.

– Эд? – Удивился виконт, падая на соседний стул и откладывая книги. – Тебя тоже наказали?

– Тоже, – призналась задумчиво.

Духи, какой красивый. Безупречное лицо, сияющие глаза. Пальцы так и тянутся погладить его выбритую щеку, а глаза скользят по порочным губам, что попробовали на вкус немало хорошеньких девушек.

Эта тяга появилась с первого дня знакомства. На других девиц он так не действует, только на меня. Почему?

Опомнилась от громкого хлопка за спиной.

– Добрый вечер, студенты, – по классу разлился медовый женский голос. – Сегодня дежурный учитель по Академии – я. Отрабатывать нарушения будете под моим надзором.

В дверях, сверкая глазами, улыбалась Сильвия Золейман.

– Следуйте за мной.

Настроение окончательно испортилось.

Мало того, что придётся убирать территорию в компании злого как падший Винсана, так еще делать это под присмотром вульгарной соблазнительницы. Небеса на меня за что-то прогневились?

Сильвия привела нас на задний двор и показала рабочие инструменты.

– Разбирайте. Ваша задача: убрать снег и избавить двор от наледи. До темноты два часа.

Боевики «вооружились» заостренными с одного конца пиками и отправились колоть лёд вдоль фундамента. Мне, Альберту и Винсану достались лопаты, Мии – пушистая метла с широкой ручкой.

Солнечные отблески купались в шпилях башен, лизали окна, обливали просторный двор островками багрового золота. Я покосилась на парней. Лопаты зачерпывали снег, откидывали и вновь вгрызались в сугробы голодными зубьями. Позади мерно постукивали маги-боевики. Мия неуклюже сметала снег с фонтана и лавок. И только я сжимала деревянное древко и не смела пошевелиться. Лопата была очень тяжелой. Я едва ее удерживала, но и отказаться от работы не могла. Золейман и так уже хмуро косится.

Стиснув зубы, зачерпнула «ковшиком» снег и откинула на клумбу. Спину в ту же секунду прострелила острая боль, колени подогнулись. М-да, еще пять – шесть таких замахов и свалюсь без сознания.

– Живее мальчики, – прикрикнула дама. – И ты, дорогая, – обратилась к Мии, – шевели руками.

Сама же, кутаясь в роскошную накидку с меховой опушкой, рассматривала покрытые ярким лаком ноготки.

– Ты что-то бледный, Эдвард, – заметил Альберт, когда я навалилась на лопату всем весом. – Нехорошо?

– Устал, – шепнула виконту. Пот застилал глаза, морозный воздух обжигал легкие. К тому же начинало подташнивать.

– Если плохо, отдохни, – Альберт махнул на скамью. – Мы сами управимся. Правда, парни?

Боевики пожали плечами, продолжив колоть наледь. А вот Винсана прям перекосило.

– С чего это я буду убирать за него?

– Эду плохо, идиот, – гаркнул Кастэр.

– Ему всегда плохо. – Меня смерили уничижительным взглядом, – маменькин сынок и размазня.

– Не слушай его, – Альберт отобрал лопату и потащил меня к скамье. – Сядь. Подыши. Там немного осталось.

Я прониклась к Альберту искренней благодарностью.

В таверне тетки Матильды было много работы, я порой крутилась до заката, а потом падала без сил. Но там я выполняла женскую работу, мужскую на меня не взваливали, кроме того, на мне не было заклятия иллюзии, выпивающего почти все жизненные соки.

– Сам за него и чисти, – тем временем бросил герцог. – А я своё закончил.

Стряхнув с лопаты снег, он демонстративно поправил одежду и прогулочным шагом отправился к маяку. Каменная башня высилась справа и отбрасывала на двор узкую пугающую тень.

– Ты куда? – Крикнули ему.

– Не ваше дело.

– Туда нельзя! Башня закрыта!

Винсан не отреагировал.

Я оглянулась к Золейман, чтобы предупредить о выходке герцога. Однако крыльцо пустовало. Решив, что женщина зашла в Академию по делам, сосредоточилась на себе. Тошнота отпустила, уже хорошо.

– Я кое-что слышала про Башню, – вдруг Мия обвела нас тяжелым взглядом. – О том, почему туда не пускают.

Альберт усмехнулся:

– И почему?

– Внутри обитают не упокоенные души.

Как специально в этот момент солнце исчезло, на задний двор синей вуалью упала вечерняя темнота. Я поежилась.

– Чьи? – Усомнились боевики.

– Бывших смотрителей. – Ансур задрала голову, глядя в окошко под самой крышей. Оно слабо светилось. – Их много раз пытались упокоить, но души по-прежнему заперты в башне. Раз в месяц, при полной луне их можно увидеть вон в том окне. За все время работы Академии в маяке погибло трое студентов. Одни из любопытства, другие по глупости. После этого Башню закрыли.

Маги-боевики переглянулись с усмешкой.

– Чушь, – и продолжили чистить двор.

Альберт воспринял историю с большим уважением.

– Познавательно, – поскрёб гладкую щеку и добавил: – Спасибо.

Мия пожала плечами.

– На темном факультете только об этом и говорят.

– Значит, хорошо, что мы не на темном факультете, – хором ответили парни.

– Да ну вас, – обиделась девушка. – Я серьёзно, а вы…

Насупившись, она начала яростно мести, я же сузила глаза, разглядывая таинственную махину на фоне облачного неба. Ее строили толковые мастера. Белые гладкие стены блестели, словно отполированный кварц. Под крышей виднелся огромный нерабочий фонарь, некогда сиявший на сотни миль вглубь синих вод. Стёкла окон покрывали защитные символы.

Вдруг из полутьмы раздался визг. Острый и пронзительный.

Мы дружно оглянулись, не зная чего ожидать. Оказалось, из синего сумрака, оскальзываясь на подмерзших лужах, бежал Винсан. Без лопаты, с выпученными глазами, насмерть перепуганный и белый как мертвец.

– Вернулся, прогульщик? – Рассмеялись боевики.

Винсан был слишком испуган, чтобы огрызаться. Отчаянно хватал воздух и дрожал.

– Там… там…

– Что? – Повторил Альберт.

– Убитый. У маяка.

– Это нормально, – боевики продолжали потешаться. – Говорят, маяк вообще кишит злобными призраками.

– Болваны. Там студент, – рявкнул мой извечный обидчик.

Весёлость мигом испарилась. Боевики насупились, а Мия побледнела. Из всех не растерялась только я.

– Покажи.

В другой день меня бы послали к демонам или сделали вид, что я – пустое место, но сегодня герцог удивил:

– Пошлите.

Он не солгал. В темноте действительно лежал молодой человек. Сначала из-за кустов возникли ноги в высоких сапогах, затем мантия и само тело с раскинутыми руками. В сумерках лицо казалось размытой кляксой; разобрать, кто перед нами мы не смогли. Зато разглядели много крови.

– Здесь все ей забрызгано, – Альберт оглядывал отсыпанную гравием дорожку, голые когти кустов и стену маяка. – А вот орудия преступления я не вижу.

– Как и следов преступника. – Боевики покосились на Винсана странными взглядами. То же проделали Альберт и Мия.

У герцогства от неожиданности задергались губы.

– Эй. Хватит таращиться! Я ни при чём!

– Ректор разберётся, кто при чём, – с умным видом решили парни, – а его, – махнули на тело, – надо бы отнести в лазарет. Помогите.

Глава 23. Полуночная магия

Когда убитого юношу вынесли на свет, Альберт побелел.

– Я его знаю. Это Рик с третьего курса. Наши комнаты по соседству. Кто мог желать ему зла?

– Кто угодно, – фыркнул герцогство. – Давайте, быстрее. Жутко тяжелый.

Я и Мия плелись позади, постоянно оглядываясь. Никого подозрительного; зато весь снег был усыпан волчьими следами. Кай говорил: волки стерегут Академию, их не зачем боятся. Но что если среди стаи притаился душегуб?

Бросила взгляд на бледного Рика. Весь в запекшейся крови, а вот раны отсутствуют. Будь это волки – остались бы следы от зубов и когтей, укусы, порезы; выходит, хищники его не трогали. Но и не защитили, хмыкнула про себя.

– Куда вы пропали? – Недовольно воскликнула Сильвия, едва мы вывернули к заднему крыльцу. Хотела отчитать, но заметила погибшего студента. – Творцы! Откуда?

– Нашли у маяка. Кажется, не дышит.

– Быстрее в лазарет, – крикнула нам. – А я сообщу ректору.

Через пять минут мы ввалились в мужское крыло лазарета. Мне моментально сделалось не по себе. Я обещала держаться от доктора подальше. И сама же нарушила клятву.

Рэн возник из смежного перехода. Без лишних вопросов помог уложить студента на койку и лихо рванул на нем ученическую мантию.

Я невольно залюбовалась строгим профилем беловолосого мужчины, прошлась взглядом по крепким запястьям, выглядывающим из-под белоснежных манжет. Сильные, но не широкие, по коже вьются огненные узоры. Интересно. Еще вчера я их не видела, а сегодня руки доктора украшали пламенные завитки. К чему бы это?

– Поможете ему? – Хмуро спросили парни.

Рэн разодрал пропитанную кровью рубаху Рика, после чего мы дружно ахнули. В области сердца виднелась несвежая рана с оплавленными краями, оставленная узким лезвием. Удар нанесли всего раз, но с такой силой, что оборвали парню жизнь.

Всё-таки убийство.

– Студенты, – грозный окрик ректора застал врасплох. От двери важной походкой подходил Дюрбэ. За ним, шелестя юбками, кокетливо плыла Золейман. – Госпожа Сильвия сказала, вы нашли пострадавшего мальчика?

– Он нашёл, – Альберт ткнул в Винсана пальцем.

Дюрбэ смерил герцогство, отчего тот вжал голову в плечи.

– Значит, с вами я беседую первым, – он поманил Ишена пальцем, а нас обвел глазами с желтизной. – Вы на очереди, молодые люди. В мой кабинет. Вы тоже, мисс Золейман. К вам есть вопросы.

Дамочка неохотно улыбнулась.

– Конечно, господин Дюрбэ.

Зеленоглазый взгляд охотницы сцапал Рэна в силки, однако не получив ответа, потух. Сильвия надула губки и упорхнула в коридор.

Я подалась за всеми, как вдруг вокруг запястья мертвой хваткой обвились цепкие пальцы полудемона.

– Подожди.

Прикосновения откликнулись в груди щемящей теплотой.

Я замерла, слепо глядя в просвет между штор. Опять его жаркие пальцы на коже, и я теряю самообладание. Стою, хватаю воздух и думаю только о том, как бы не поддаться влекущей тяге и незаметно убежать.

Рэн отпускать не торопился.

Строго кивнул на стул.

– Сядь.

– Я постою.

Он хмыкнул, накрыл студента простыней и обошел меня, глядя в глаза.

– А как же он? – Шепнула, когда янтарный взгляд откровенно погладил по лицу.

– Студент мертв. Уже сутки. Я ничем не могу помочь.

– Магическая дуэль?

– Магии я не чувствую, – возразил. – Смерть наступила от удара ножом в сердце.

– Кому это понадобилось… ? – Задумалась и вздрогнула.

Сильные пальцы Рэна смяли меня за плечи. Он смотрел сверху вниз, окутывая жарким ароматом. Смесь цедры лимона и раскаленной пустыни. Воздуха стало отчаянно не хватать.

– Меня ждёт ректор. Я пойду, – промямлила.

– Сначала всё мне подробно расскажешь, Анжелина, – приказал сурово.

– О чем?

– С какой стати ты вдруг оказалась на отработке?

Рэн затронул запретную тему.

Я нервно облизнула пересохшие губы.

– Вчера вечером, после прогулки с Каем…

– Ты и Хидинс гуляли? – неожиданно резко прервал Мальер.

– Недолго. Стемнело. Он просто проводил до общежития.

– Ходишь одна по темноте?

Чудом не огрызнулась:

– Это было всего раз. Вы будете слушать или нет?

– Продолжай.

– Так вот. После того, как я вернулась в общежитие, комендант меня наказал.

– За что?

– За то, что курила.

– Не знал, что ты куришь. – В голосе полудемона сверкнула насмешка.

Я тут стою, распинаюсь, а он потешается?!

– Леди не курят! – Воскликнула зло.

– Тогда с чего он это взял?

– Послание вспыхнуло, надымило, а Лоран подумал – сигареты, – сумбурно ответила.

Меж бровей Мальера наметилась складка.

– Какое послание?

Меня прошиб холодный пот. Я же обещала держать язык за зубами.

Невыносимый, дотошный гад! Специально сбил меня с толку, заболтал и все выведал.

– Вы!

Янтарный взгляд напротив полыхал чистым пламенем.

– О каком послании идёт речь, мисс дель Сатро?

Сообразив, что – пропала, рванулась из цепких рук.

– Надо идти. Ректор будет недоволен.

С места, само собой, не сдвинулась. Рэн держал так крепко и не отводил темных глаз, что я невольно поежилась.

– Анжелина, – его голос рокотал.

– Кто-то оставил на моей двери угрозу, – призналась вполголоса. – После прочтения она развеялась.

Доктор не подумал оставить несчастную студентку в покое. Сцапал за руку и потянул за собой.

– Пошли, посмотрим.

– Буквы развеялись, – кричала я, пока меня против воли вели по пустым коридорам. – Ничего не осталось.

Рэн делал вид, что не слышит. Сосредоточенно шагал вперёд.

Я едва поспевала за уверенной поступью мужчины. Шипела сквозь зубы, спотыкалась и краснела, когда навстречу попадались прохожие. Представляю, как мы выглядим со стороны. Доктор тащит за руку высокого парня, не пойми куда. А, парень, тьфу, стыдоба… бежит за ним, словно влюбленная невеста, путается в мантии, но продолжает бежать, потому что не в силах освободиться.

– Отпустите! – Рявкнув, я, наконец, вырвала конечность.

А потом поняла: он сам разжал пальцы, ибо мы стояли напротив злополучной двери.

– Послание оставили здесь? – Хищный взор Мальера изучил широкий коридор, студентов вдали и впился в гладкую дверную поверхность.

– Да, – я обхватила себя за плечи.

Почему он обращается со мной хуже, чем с дворовой девкой? То разденет догола, то привяжет к кровати, теперь вот волок через всю Академию.

Духи, зачем нас все время сталкивают вместе?

С пальцев Рэна посыпались искры. Глубокая морщинка меж его бровей разгладилась, он сделал пасс и отступил.

Свет померк, очертания коридора размазались, будто мы смотрели в зеркало или через толщу воды. Повеяло лютым холодом, и в следующий миг в воздухе сгустилась облачная фигура в капюшоне. Плывя над полом, она вывернула из-за поворота и очутилась возле двери. Вместо лица колыхался мрак. Понять, кто перед нами, мы не могли. А вот увидеть… Фигура убедилась, что в коридоре пусто и нанесла на поверхность магическую фразу. Ту самую, что я прочла немного позже.

Покосилась на доктора.

Рэн держался у стены с невозмутимым видом. Руки сложены на груди, глаза внимательно следят за созданной заклинанием «картинкой». Доктор-маг черпал силу из магии времени. Туманные сполохи перетекали, меняли формы – фигура то истончалась, просвечивая как привидение, то уплотнялась, продолжая чертить на двери послание. Когда работа была завершена, неизвестный подался уйти и тут… из соседней комнаты вышел найденный у маяка студент.

Мгновение убитый и неизвестный глядели друг на друга, а потом Рик удивился:

– Не ожидал тебя здесь увидеть.

Взгляд парня упал на скрытое заклятием послание.

– А там что такое? Буквы?

Внезапно облачная фигура налетает на Рика и бьёт ножом прямо в сердце. Картинка содрогается. Я вижу, как Рик оседает на пол с широко раскрытыми глазами и изумленным, застывшем в посмертной маске лицом, а из его груди торчит рукоять.

Последнее, что появилось, это горящие буквы: «Ты скоро сдохнешь». После этого хронозаклинание опадает клочьями черноты, и в коридоре вновь становится светло и людно.

– Он убил его здесь, – из ступора вырвал рокочущий мужской баритон. – Потом спрятал тело в душевой. А когда все уснули, вынес к маяку, где вы его и нашли.

Я не двигалась и не дышала.

Перед глазами все еще стоял туманный образ с ножом.

Кажется, я беззвучно рыдала. Это я виновата в гибели того парня. Послание адресовали мне, а он оказался не в том месте, не в то время…

– Лица не вижу, ауры – тоже, – Мальер стряхнул с себя обрывки хронозаклинания. – Одно могу сказать наверняка. Убийца Рика и оставивший послание, один и тот же человек.

Шелест одежды, пряный аромат лимона и… вот я на руках у лорда-демона. Тепло чужого дыхания приятно обдувает губы, щеки, нос. Жаркие пальцы впиваются в спину, издалека доносится рык:

– Анжелина, очнись.

Похоже, я свалилась в обморок. А доктор опять подхватил.

* * *

Смутно помню, как меня внесли в комнату, уложили на кровать. Над головой сгустилась магия, пощекотала лицо.

– Давай, приходи в себя.

Я вяло дернулась. Вина сжимала сердце, отравляла кровь ядом змеи. Было горько и тяжело. Кто так сильно меня ненавидит? Кому понадобилась моя жизнь? Студенту? Преподавателю? Или кому-то кто выдаёт себя за него?

Вдруг к щеке прижалась ладонь. Немного шершавая и такая сильная. Мою нижнюю губу мучительно медленно погладили крепкие пальцы.

– Анжелина.

Приятно и тепло.

Тихо заурчала от удовольствия, хотя до этого никогда себе такого не позволяла. Губы раскрылись. В груди сплелось необъяснимое ощущение счастья. Будто я искала его тысячу лет, звала и, наконец, мой зов услышали.

Не знаю, сколько мы так провели: я, лежа на кровати, а он рядом, лаская мое лицо, шею, перебирая темные волосы.

Волшебный миг испортил ректор. Ввалился в комнату и зарычал:

– Что случилось, Киаррэн?

– Обморок, Бри. Скоро очнётся.

Дюрбэ потоптался в дверях, прочистив горло.

– Ты оторвал от беседы со студентами. Сказал, нашел что-то важное.

Мужская ладонь отпрянула, я поняла, что доктор поднялся.

– Смотри.

Сквозь сон ощутила холодок сплетенного хронозаклинания. Облачная магия рассеялась по пространству, пощекотала голые пятки и уплыла в тонкий мир. Некоторое время царило молчание, потом глава учебного заведения прорычал.

– Вот как его убили. Ясно.

– Рик – случайный свидетель. Угрожали не ему, а Сатро.

– Понял уже, – последовал бессильный вздох. – В Эвер-Ниаре всегда было спокойно. А тут! Ума не приложу, кому все это нужно. Будь это нежить, повсюду остались бы следы. Но щиты не потревожены. Проверил лично. «Сеть» работает, подпитываемая от «сердца» Академии. Ни следов взлома, ни дыр проникновения. А у нас, между прочим, Осенний бал на носу. Что, прикажешь, делать?

– Для начала усилить внутреннюю защиту, – сурово ответил доктор. – Лучше всего магией полуночи. Она самая сильная.

– Тёмной демонической магией? Ты что-то почувствовал?

– Пока ничего конкретного, – голос Рэна был задумчив. – Требуется время, чтобы понять.

– Понять? – Дюрбэ нервно выругался. – Только этого не хватало.

– Кем бы ни был убийца, Бри, он все еще в Академии. Усиль защитные плетения. Ослабь его настолько, насколько это возможно.

– Заодно поставлю магическую «ограду» по периметру. С этого часа никто не выйдет из студенческого городка и не войдет.

Рэн потёр подбородок.

– Не думаю, что «ограда» будет ему помехой, но если считаешь нужным.

– Низший, Киаррэн. Что ты чувствуешь? – Не выдержал ректор.

– Я уже сказал – ничего конкретного.

– Ладно. Пойду беседовать дальше. Волки прочесывают территорию, может, к утру что-то обнаружат. А ты…

– Побуду с Анжелиной. Пока убийца не найден, ее жизнь в постоянной опасности.

– Как и всех студентов, – мрачно согласился Дюрбэ. – Не представляю, как сообщу родителям Рика о смерти сына.

Послышался топот, хлопок. Я уже хотела открыть глаза, когда мне шепнули чуть ли не в губы.

– Я прекрасно знаю, что вы давно не спите, мисс дель Сатро.

Вжав голову в подушку, открыла глаза и ожидаемо натолкнулась на жаркий янтарный взгляд. Доктор склонился над кроватью и рассматривал мое лицо.

– Часто падаешь в обмороки? – Спросил.

– Не часто, – горло пересохло, ответ вышел скомканный и хриплый.

Он изогнул одну половину рта, что можно было трактовать, как «не верю» и протянул стакан с водой.

– Ты не виновата в смерти парня.

– Разве? – Сев на кровать, я забрала стакан. Руки подрагивали.

– Чем больше будешь себя корить, тем уязвимей станешь. Убийце только этого и надо.

– Не понимаю, зачем кому-то меня убивать.

– Я тоже, – хмуро ответил Мальер. Глаза цвета солнца скользили по стенам. – В прошлой жизни у тебя или родственников были враги?

– Нет.

– Уверена?

Откуда? Отец был богатым промышленником, матушка – светской львицей. Брата, как оказалось, я вообще толком не знаю. Опекун Дилайн – отдельная история. А еще герцог Винсан. Вот уж кто попортил мне крови.

Пожала плечами.

Рэн дернул бровями и поднял ладони. Меж ними колыхалось бардовое пламя.

– Поставлю на комнату защиту. Никто кроме меня и тебя сюда больше не зайдет. Сиди на кровати.

Свет лампы обливал мебель тусклой желтизной, серебрился огоньками на блёклых стеклах. Вдруг, откуда ни возьмись, сверкнул алый всполох. Я чуть не вскрикнула, когда на стенах и потолке в один момент возникли узорные горящие плетения цвета крови. Под шипение древней опасной магии пронесся визгливый ветер, а потом ярко-багровые руны исчезли, распадаясь на искры.

– Что это? – Удивилась.

– Магия моего народа. Люди называют ее темной, или полуночной.

Мои ошеломленные глаза все еще блуждали по чистым стенам, которые секунду назад покрывал пламенный узорный ковёр.

– Защищает от людей и нелюдей, – пояснил Мальер. – Теперь эта комната самое безопасное место в Академии.

Я перевела взгляд на мужчину с суровым лицом.

Порой он бывает невыносим, иногда раздражает меня до дрожи, но все же я должна отдать господину должное. Без его помощи – давно бы погибла.

Киаррэн провел у меня еще четверть часа, наказал никуда не выходить и ушел.

Убийство Рика смешало все планы.

Я была голодна, но идти в столовую не рискнула. Вместо этого написала брату письмо. Собиралась еще накануне, да не успела. Сначала отвлеклась на встречу с Каем, а потом – после угрозы – стало не до того. Наконец-то, решилась. Письмо прямо на глазах окуталось посыльным порошком и исчезло в возникшем облачном портале.

В коридоре тем временем горланил Лоран. Загонял студентов по комнатам и требовал, чтоб не вздумали выходить до рассвета. Похоже, не мне одной сегодня маяться в тишине.

До сна оставался ровно час.

Я меряла комнату шагами, размышляла об убийстве и сглатывала стоны боли. После уборки на заднем дворе все мышцы были деревянными, тело ныло. Внезапно дверь распахнулась, и внутрь с подносом еды вошел Мальер.

А я уже натянула тонкую ночную сорочку, ведь в гости никого не ждала. Ткань была тонкой, словно паутинка. Просвечивала насквозь. А под ней изящное кружевное белье, на которое доктор взял и уставился с интересом. Даже бровь изогнул, будь он неладен.

Покраснев, я прикрыла грудь руками.

– Не думала, что вы вернётесь обратно.

– Ты не успела поужинать, – он плавно перевел глаза на окно в морозных разводах. – А теперь уже поздно. На Академии устанавливают дополнительную защиту. Прежняя «работает» с перебоями. В целях безопасности студентам велено сидеть в общежитии.