Текст книги "Хроники орка (СИ)"

Автор книги: Юлий Стрелецкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Итак, из предплечья темно-зелёного с мерзким звуком выскочили лезвия, и он спокойно шагнул к рогатому. Тот замахнулся чёрным ятаганом, а темно-зелёный подставил руку так, как если бы он был на сто процентов уверен, что лезвие отскочит. Но произошло прямо обратное – чёрный ятаган легко рассёк волшебную броню, и обрубок руки упал к ногам своего бывшего хозяина. Тёмно-зелёный, как мне показалось, с удивлением уставился на свою культю. Показалось потому, что скрытого забралом лица я видеть, конечно, не могла. Но чёрный ятаган не дал ему опомниться. Ещё один взмах, и голова в шлеме последовала за предплечьем. Остальное же тело обмякло и как-то неестественно опустилось на колени, так и оставшись в этой позе.

Своими множественными глазами я заметила, что данная смерть привела в замешательство обоих главных зрителей, и эльфийку, и префекта. Кажется, оба были связаны с умершим, и оба на что-то рассчитывали. Но первым с неожиданностью справился имперский чиновник.

– Ну что ж, кажется мы можем объявить победителем герцога Тауруса? – наполовину утвердительно спросил он.

– Позвольте удалиться в свой шатёр, чтобы переодеться, – прохрипел воин из-под рогатого шлема.

– Не так быстро! – воскликнула Джинджер и неожиданно резво подскочила к воину.

Эльфийка сорвала с него несколько уже источенных кислотой пластин, разорвала промокшую ткань и… под ней обнаружилась светло зелёная, нечеловеческая кожа.

– Стража! – скомандовала графиня и баронесса.

Наконечники арбалетных болтов, как по команде, навелись на грудь кого-то в рогатом шлеме.

– А ну быстро снимай шлем! – приказала Джинджер.

Делать было нечего, и зелёная рука потянулась к застежкам под подбородком. Потом обе руки подняли железное ведро, украшенное рогами, и под ним обнаружилась клыкастая голова зелёнокожего орка.

– Вот так герцог Таурус! – расхохотался Оул. – Решил доставать жар чужими руками и для этого где-то в наших южных краях нашёл северного… орка. Теперь ясно, почему он сразу показался мне выше. Видно, что данный орк едва втиснулся в доспех.

– Этого под стражу! – скомандовала Джинджер. – А герцог Таурус виновен в подлоге и мошенничестве, недостойном его имени и титула.

– Думаю, что никто не вправе присуждать ему победу? – с нажимом обратилась она к префекту.

– Графиня, вы про кого? – уточнил тот. – Про герцога или про орка?

– Про обоих, – осклабилась та. – Таурус выставил вместо себя другого. Это недостойно и нечестно. Думаю, все с этим согласятся. А орк выступал не от своего имени. Что тоже не считается.

– Ну что ж, – протянул префект. – И то, и то сомнительно. Никто из нас не оговаривал, что вместо себя нельзя выставить своего чемпиона. И, что выступление и победа под чужим именем является причиной дисквалификации. Но вы, графиня, правы в том, что не присуждать же победу орку, назвав его именем Таурус.

– Пусть будет по-вашему, – вздохнул чиновник.

И тихонько пробормотал:

– Ну, а мы пойдём другим путём.

– Не спешите, милорд, – откликнулась Джинджер, явно расслышав эти слова.

Она махнула куда-то в сторону рукой и из-за спин присутствующих вынырнул двойник префекта в чёрном капюшоне, но из ткани попроще. Зак, а это был он, шёл в сопровождении нескольких стражников, волочащих закрытый сундук.

Сундук тяжело ухнул о землю, когда Зак остановился. По ещё одному знаку Джинджер, гоблин открыл деревянную крышку, из-под которой пахнуло смертью, и достал чью-то отрубленную голову, держа её за волосы.

– Милорд, ваш план “Б” провалился, – обратилась эльфийка к префекту. – Зак не был предателем. Он собрал всех заговорщиков из числа купцов, которые готовили план по свержению меня внутри города. С моей стороны это была вынужденная мера. Не судите меня строго.

– И что теперь? – сохраняя достоинство пожал плечами префект.

– А теперь нам надо обсудить, что мы будем делать дальше, – предложила эльфийка. – У меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться…

***

Император оказался молодым человеком, двадцати с небольшим лет. В отличие от своего младшего брата, прозванного Чёрным Принцем, он не считал нужным в быту уподобляться простым легионерам: есть их пищу, спать в походной палатке вместе со своей свитой. Император полагал, что между господином и подчинённым должна быть дистанция. В походе он не перегибал с роскошью. Еда его была сравнительно простой, но всё же оливковое масло и белый хлеб легионеру выдавали по большим праздникам. Вкушал Император из походной золотой посуды, а жил в отдельном довольно просторном шатре. Под золочёную кирасу одевал толстую шёлковую тунику красного цвета без украшений. Что придавало молодому человеку вид красивый и величественный. Именно на этот вид император и поглядывал, краем глаза ища своё отражение в висящем в дальнем углу шатра походном умывальнике с зеркалом. Привычка оратора, привитая учителями с детства – необходимо контролировать свою позу, жесты и мимику.

Кроме самого Императора, в шатре находились двое. Посреди шатра, слегка склонившись, как всегда во всём чёрном, стоял префект Оул. А у стола на высокой спинке стула сидел огромный филин и таращился по сторонам круглыми жёлтыми глазами из-под нахмуренных бровей.

– Оул, расскажи мне ещё раз: что я тут делаю? – с усталым видом спросил молодой человек, расхаживая взад и вперёд.

– Вы прибыли на суд, Ваше Императорское Величество, на Императорский суд, – терпеливо, как маленькому ребёнку, растолковал префект. – Дело в том, что конфликт между графиней Гларос и герцогом Таурусом зашёл слишком далеко.

– Ну а почему ты сам не смог справиться? Ты же наделён соответствующими полномочиями.

– Угу…, – устало вздохнул филин.

– Наделён, Ваше Величество, но этот конфликт больше, чем локальный спор двух феодалов. Формально Вашего суда потребовал сам герцог. Но дело действительно настолько важное, что я тоже считаю, что Вы должны были принять в нём непосредственное участие. Не побоюсь этих слов, но на кону судьба Империи.

– Как так?

– Напомню, что герцоги Таурусы – древний и знаменитый род. Их сила не только в имени или землях и даже не в богатстве. Хотя и во всём этом тоже. Старший из трёх братьев Тарусов занимает пост командира Золотых Лат. Легиона охраны Вашего Императорского Величества. Полностью состоящего из отпрысков знатных родов. Этот пост настолько для него важен, что после смерти отца он не пожелал покинуть службу, и именно поэтому формальным герцогом считается младший брат. А средний, как Вам тоже известно, является не больше, не меньше, как патриархом церкви Бога Милосердного – официальной религии нашей… кхм… Вашей Империи. Он принял путь церковной карьеры. И также не пожелал оставить свой пост. Вот и получается, что герцоги Таурусы не просто герцоги, а плоть от плоти самого государства. Они настолько интегрированы в имперские структуры, что потакать их прихотям не менее опасно, чем отказать.

– Кхм…, – только и пробурчал Император.

– Угу…, – иронично откликнулся филин.

– Представьте себе, Ваше Величество, что Вас отлучают от церкви… да, да…, – продолжил Оул. – И одновременно зреет дворцовый переворот под предводительством начальника вашей стражи. Вот почему мы взяли с собой только отборный легион Серебряные Латы и не можем просто так отмахнуться или наказать зарвавшегося герцога Тауруса. Впрочем, как и резко выдернуть другой из трёх столбов их власти.

– Хорошо, но раньше всё всех устраивало, – отмахнулся Император. – А теперь это проблема. И я стою всего с двумя легионами на одной стороне реки. А взбунтовавшийся герцог со своей армией на другом. И что теперь делать? Отступить и потерять лицо? Уронить сам престиж императорской власти? Или напасть и развязать войну, как ты говоришь, сразу и против церкви тоже, да еще имея ненадёжную гвардию за спиной? Вот я и спрашиваю: как до всего этого дошло, и что теперь делать?

– Формально дошло вот как, – терпеливо разъяснял префект. – Герцог Таурус посватался к вдове графа Гларос. И не просто посватался, а настоял на том, чтобы она вышла замуж опять. Дело в том, что Фарос, город, баронессой которого она была раньше, необыкновенно богат. Графиня, как вы помните, эльфийка. Она принялась разводить цветы. Да не простые, а, например, мак. Думаю, не нужно объяснять вам ценность этого продукта. А ещё превратила Фарос в глубоководную гавань, в перспективе могущую стать конкурентом самого Харбора. Так что, здесь пересеклись и торговые интересы купцов из этого города. Самого большого торгового центра на южном побережье.

– Угу, – нетерпеливо бросил филин.

– Так вот, я продолжаю. Графиня, как ей казалось, нашла выход. Она объявила турнир, победитель которого и стал бы её супругом. На первый взгляд, верное решение. Тем более, если ты собираешься подстроить так, чтобы победителем стал удобный тебе претендент. Слетелось огромное количество знатных людей, желающих рискнуть и наложить лапу на имущество, слывущей ведьмой, эльфийки. Но герцог Таурус тоже сделал свой ход. Он где-то нашёл настоящего северного орка, нарядил его в свой доспех. И этот громила выиграл турнир вместо него.

– Серьёзно? – удивился Император. – Это же настоящий анекдот!

– Угу, – подтвердил филин.

– Это правда, – кивнул префект, – я сам был свидетелем. Ведь подлог тут же раскрылся. Да вы и сами сможете в этом убедиться.

– Когда? – нетерпеливо воскликнул Император.

– Очень скоро, мой господин. Но всему своё время. Разрешите продолжить?

– Графиня, разумеется, результаты турнира аннулировала, – продолжил Оул после кивка своего повелителя, – обозвала герцога низким и нечестным человеком, недостойным звания благородного человека. Герцог оскорбился.

– С чего бы? – хмыкнул Император.

– Угу…, – филин иронично.

– Он объявил, что это провокация, и его подставили, – пожал плечами десница. – Но всё куда сложнее. Обе стороны, Джинджер и герцог, подозревали друг друга в нечистой игре. И с самого начала готовили второй и третий план. Герцог по-тихому созывал войска своих вассалов, как и свои собственные. А графиня стянула в город наёмников. Но один отряд специально направила через земли герцога и его вассалов. Герцог, разумеется, заглотил наживку. Он приказал остановить столь нагло пробивающуюся через его земли армию. Но это оказалось не просто. Наёмников-то, остановили, но не разбили. И солдаты герцога оказались втянуты в противостояние вдалеке от стен Фароса. И сейчас уже ни о какой осаде города речи не идёт.

– Хорошо, – развёл руками Император, – ну а я тут причём?

– При том, мой господин, что у наемников этих была басма, разрешающая им путешествовать по дорогам нашего… кхм… Вашего государства. И охраняющая их от разбоя со стороны вооружённой знати. Продажа таких пропусков, напомню, является не только гарантией свободной торговли внутри Империи, но очень серьёзным источником доходов для казны. Именно поэтому безопасность подобных караванов гарантируют легионы. И когда один из них узнал о нарушении, то был вынужден отправить когорту к месту столкновения. Вот и оказалось, что с одной стороны формально права графиня, её наёмники и легионеры, которые должны наказать нарушителя, а с другой стороны – нарушителем является не простой барон, или пусть даже граф, а целый герцог, да ещё и едва не самый влиятельный в Империи. Герцог этот, естественно, объявил о том, что это были никакие не торговцы, а наемники. Что, отчасти, правда. И потребовал, чтобы в деле разобрался не кто-то, а сам Император.

– Угу, – задумчиво произнёс филин.

– Но это же бунт? – помолчав заговорил Император. – Закон один для всех моих подданных. Нельзя просто так нападать на легионы. Если сегодня герцог Таурус ограбит караван с басмой, то завтра так будут делать другие герцоги. А за ними и графы. Ведь почти каждый караван сопровождают наёмные охранники.

– Именно! – воскликнул префект. – Позволю себе также напомнить, что с момента образования государства мир внутри Империи балансирует на противостоянии двух сил: легионов и местной военной знати. И те, и другие нужны Империи. Но, и те, и другие ненавидят друг друга и готовы вцепиться конкуренту в глотку. При этом знать постепенно проникла и в сами легионы. Речь не только о Золотых Латах. Почти все офицеры, начиная с центуриона и выше – представители знатных родов. Конфликт этот может спровоцировать всю знать юга, которая поддержит герцога Тауруса. А если на его сторону встанет третья сила – церковь? А ведь нельзя забывать и о четвёртой – городских богачах, которые в самоуправляемых городах заведуют торговлей и ремёслами. С одной стороны, тому же Харбору невыгодно существование Фароса. Или, по крайней мере, независимого от него Фароса. С другой стороны, они также не хотят усиления партии знати, ведь те начнут грабить на дорогах и мешать торговле. Напомню также, что сейчас ситуация обострилась как никогда. Урожаи все меньше. А легионов много, и они требуют денег. Надо что-то менять. Или сократить легионы. Ведь армия – это дорогая игрушка. Но тогда сокращённые могут взбунтоваться. Да ещё это усилит знать. Или прижать знать, чему они тоже будут сопротивляться. Мы уже сделали свой ход, выпустив на них Чёрного принца. Но стоит ли втягиваться Вам самому?

– А церковь? – спросил Император. – Что если мы потрясём их? Они богаты. У монастырей много земель. Есть даже свои солдаты.

– Вы правы! – согласился десница. – Но это также опасно, как объявить войну знати. Ведь теперь церковь, фактически, контролируется Таурусами. Мы получим сразу двух врагов. И уже точно. Ведь воюй мы только против знати, формально, церковь должна остаться в стороне.

– И вот мы здесь, – вздохнул Император. – две армии одного государства, друг напротив друга. Стоит сделать неловкий шаг, и начнётся гражданская война… Что же мне делать?

– Я хотел бы, чтобы Вы поговорили ещё с одним… кхм… человеком, – подобострастно поклонился префект, – тогда вам будет легче принять решение…

Кираса на груди Императора приподнялась и опустилась. Видимо он пожал плечами. Префект расценил этот жест, как знак согласия.

Надо заметить, что лакейство – особое состояние ума. Это что-то сродни синдрому привратника, когда наделённый самой маленькой властью человек, пытается проецировать её на тех, кто выше его статусом, умнее и богаче, но, по воле случая, на краткий миг зависит от решения этого самого привратника. Но особенно достаётся таким же униженным, как и он сам. Только лакейство куда масштабнее. Нет никого более наглее и, одновременного, трусливее, чем лакей. Услужливее, и обладающего такой скрытой властью. Это заносчивость, в сочетании с максимальным подобострастием. Трусость и, одновременно, бахвальство. Лакеи это – слуги, зачастую управляющие своими господами.

– Пригласите, пожалуйста, гостей, – громко сказал Оул куда-то в сторону.

В шатёр вошёл седой пожилой чернокожий лакей в сопровождении легионеров в покрытых серебром доспехах, которые, в свою очередь, вели двух персон. Одна маленькая фигурка, чьё лицо было скрыто под накинутым на голову и плечи зелёным шёлковым плащом, и великан с надетым на него мешком, прочно обвязанным верёвками. Очевидно, что обо всём этом десница заранее договорился с тем самым императорским лакеем.

– Мой повелитель, спасите меня! – маленькое существо неожиданно бросилось к ногам императора, а зеленый плащ раскрылся, как крылья бабочки.

Легионеры сделали было запоздалое движение, чтобы остановить просителя, но Император жестом остановил их. Полы зеленого плаща опустилась на пол у ног человека в позолоченной кирасе. Кажется, тот, кто был под ним, стоял на коленях.

Император протянул руки и отбросил назад капюшон, скрывавший голову гостя. Под ним оказались рыжие волосы, из-под которых едва виднелись острые ушки. Это была сама Джинджер.

– Кто просит о моей защите? – нахмурившись спросил человек.

– Я, мой повелитель! – не поднимая головы патетично воскликнула эльфийка. – Я – графиня Гларос. Та, которой пытались овладеть обманом. Я прошу у вас защиты от несправедливых посягательств герцога Тауруса.

– Долг императора – защищать всех своих подданных: герцогов, графов, простых рыцарей и крестьян, – вживаясь в роль, веско ответил Император. – Я слышал о ваших проблемах. Но чем вы можете доказать свои обвинения?

– Вот доказательства! – эльфийка выбросила руку из-под плаща и полуобернулась назад, указывая на того, кто был спрятан в мешок.

По знаку Императора, легионеры разрезали путы и стащили холщовую ткань с внушительного торса. Под ним оказался зелёнокожий орк с горящими жёлтыми глазами и спутанными волосами, падающими на широкое скуластое лицо. Руки его, правда, по-прежнему были связаны.

– Этого орка герцог Таурус нарядил в свой доспех и подослал на турнир вместо себя, – продолжила Джинджер.

Невольно осторожничая, Император приблизился к пленнику.

– Ты… понимаешь… человеческую… речь? – нарочито медленно и громче обычного произнес он, обращаясь к орку.

Орк хмыкнул и пожал широкими плечами.

– А что есть что понимать? – спросил он.

– Он прекрасно разговаривает, – немного удивился Император, – и даже, кажется, шутит.

– Орк прекрасно говорит, – вступилась за него Джинджер.

– Орк, скажи, это правда, что герцог Таурус выставил тебя вместо себя? – уже серьёзно спросил Император.

– Правда, – коротко ответил тот.

– Зачем же ты согласился? – продолжал человек.

– Выбора не было. Герцог прижал меня к стенке. Или убил бы или выдал бы людям, – опять пожал плечами Сэм.

– Ну что ж, ясно, – кивнул Император и повернулся к Джинджер, – А чего вы хотите от меня, сударыня?

Кажется, орк уже сыграл свою роль, и префект незаметно кивнул, чтобы того увели. Что легионеры и сделали под надзором темнокожего лакея с седой шевелюрой и такой же седой курчавой бородой.

– Защиты! Справедливости и отмщения! – роль Джинджер ещё не была сыграна до конца.

– Моя армия уже стоит здесь, – ответил Император. – Никто не посмеет вас обидеть в моём присутствии. Ситуация, как видите, сложная. Да, герцог зашёл слишком далеко и подталкивает меня начать войну. Но это будет гражданская война.

– Но справедливость и правда на вашей стороне! – продолжала эльфийка. – Вы больше, чем судья. Вы олицетворяете законы Империи, стабильность и порядок. Ведь, как писал Первый Император, Империя – это не император, знамя или легионы. Империя – это один порядок на всех землях. Один закон для всех.

– Графиня читала “Завещание”? – удивился Император и покосился на префекта. – Я думал – это запрещённая для широкого круга книга? Но предназначенная только для членов императорской семьи?

– Мой господин, копии давно разлетелись по миру, – ответила за десницу эльфийка, – каждый грамотный и думающий человек должен ознакомится с мудростью такого масштаба.

– И не только человек, – хмыкнул Император.

– И не только человек, – подтвердила эльфийка.

– Действуйте без сомнений, мой господин! – с жаром продолжила она. – если проблему не купировать сейчас, если знати не дать по рукам сейчас, потом может быть поздно. Так самый смелый из юных единорогов в стаде задирает вожака, чтобы проверить его на наличие рога. И если вожак делает вид, что не замечает, то потом приходится сражаться со всяким юнцом. Пусть он и сильнее каждого, но одна драка за другой могут подточить силы даже самого крепкого воина.

– Да, я понимаю, о чём вы, – вздохнул Император.

– Случай очень удобный, чтобы дать по рукам обнаглевшим герцогам, – говорила ведьма. – Сейчас герцог опозорен, и правда на вашей стороне. К тому же, он напал на караван с басмой. В следующий раз ситуация может быть не столь однозначной. Но уже точно будет некуда отступать. Со своей стороны, я обещаю, что передам благословенный город Фарос, богатое детище моих рук в разряд “Красных городов”. Ваши чиновники будут управлять им и собирать налоги напрямую. Как они делают в столице и, скажем, в Лионе. Не обещаю, что это решит все проблемы Империи, но обещаю, что вы сможете содержать на эти налоги пару легионов. Считайте, это моим вкладом в общее дело Империи, как патриотки.

– Вы считаете своего императора дураком? – вздохнул молодой человек. – Я всё прекрасно понимаю. Да, поначалу казна будет получать сполна. Но потом, поставленные властью сборщики податей, начинают злоупотреблять, и казна получает всё меньше и меньше. И ничто не помогает. Даже самые, казалось бы, кристально честные люди начинают брать взятки. И сажаем их на кол и вешаем. Всё без толку.

– И, тем не менее, – возразила Джинджер, – это лучше, чем есть сейчас. Да, бюрократию надо время от времени перетряхивать. Пока новая свыкнется и начнёт воровать, казна снова получит своё. И так по кругу. Я обещаю вам кормление двух легионов. Особенно первые годы. А там будет видно.

– А что вы, миледи? Какова ваша выгода? Я так понимаю, что к одежде пастуха всегда прилипает немного шерсти?

– Пусть так, мой Император, – не стесняясь ответила Джинджер, – поля всё равно мои. Мак мой. Город лишь осуществляет торговлю. Тем не менее, это выгодно казне и империи. “Вин-вин”, как говорили древние.

– Вы предлагаете войну, – продолжил Император. – Я не нерешителен, но у меня всего два легиона. Да, они лучше, чем феодальное ополчение. Но, что если мы опозоримся и попадём впросак? Война полна неожиданностей. Она похожа на игру в кости.

– Но есть ещё мои прямые вассалы и ещё мои наёмники, – по-лисьи улыбнулась Джинджер. – Они преданы мне. За деньги, разумеется.

Спустя некоторое время, когда ночь вступила в свои полные права, Джинджер и Сэм стояли за границами вала и рва, защищающими императорский лагерь. Орк по-прежнему был связан, а эльфийку сопровождали её арбалетчики в чёрно-оранжевых цветах барона Фароса.

– Протяни руки вперёд, – сказал эльфийка.

И когда орк последовал её указанию, достала нож и разрезала последние путы, охватывающие его руки. Где-то во тьме за её спиной ударил гром и сверкнула далёкая молния. Невольно стало страшно и, одновременно, волнительно.

– Вот, – она сделал знак и один из охранников протянул орку его накидку, лук со стрелами и ятаган, – теперь мы в расчёте. Теперь ты можешь продолжить искать своих, если думаешь, что схожесть во внешности делает кого-то ближе. Правда, я считаю, что ни у кого из нас нет своих. За исключением близнецов, мы одни приходим в этот мир. И одни уходим. А значит и живём – одни. Но это только моё мнение. Возможно, ты должен прийти к этому сам.

Орк пожал плечами. Накинул на них накидку, забросил за них ятаган и лук с колчаном.

– Советую всё же не забредать в чащу, а идти вдоль дорог, – продолжила Джинджер. – Просто иди ночью, когда людей почти нет. Так безопаснее. Говорят, что орки более сильны ночью. Но это, конечно твоё дело.

И, повернувшись к нему спиной, двинулась обратно в сторону императорского лагеря. Орк же растворился в тёмной лесной чаще.

***

Абервар пишет.

Зак-зак, милосердные! Сегодня седьмой день – День войны! В моём блоге “Ведьмина охота”. Вы, все те, кто, конечно, учился в школе, слышали об этой битве, как о победе предпоследнего императора. А с моей точки зрения, последнего.

Так вот это была не победа, а… ПОРАЖЕНИЕ! И я это сейчас докажу.

Нет, с точки зрения военного искусства всё проведено показательно. Пока войска герцога Тауруса держали в осаде окруженных на холме наёмников Джинджер, к ним подошли два императорских легиона. Ближайшую переправу, отделяющую герцога от Императора, войска первого решили удержать. НО НЕ ВЫШЛО!

Пока баллисты и скорпионы, которых не было у рассаженной на конях знати, отгоняли папуасов в перьях непосредственно от брода, Серебряные латы переправились и заняли плацдарм. Дальше – дело техники. Переправился второй легион. Молниеносный, кажется. И, хотя феодальное ополчение было по-прежнему многочисленнее, чем у Императора с собой в кармане, но всё было предрешено. Куда людям, которые большую часть года копаются в земле, тягаться с профессиональными солдатами?

Отчаянный наскок кавалерии легионеры, естественно отбили. А тут еще осажденные наёмники внезапно пошли на штурм и прорвали заслон осаждающих, разогнав их спущенными по склону телегами, брошенными плюмбатами и крепкими солдатскими словами. Осаждающие были растянуты в круг, который быстро лопнул, как только наёмники всем скопом навалились в одном месте. Знать же готовилась нападать. Копать рвы и крепить колья – не барское дело.

В общем, осаждающие быстро превратились в осаждённых, когда легионеры вырвались на оперативный простор. Ту бы герцогу и амба, да братец помог. Подоспел патриарх и порешал. Уговорил всех мириться. Таурус отделался небольшим, по меркам имперского бюджета, штрафом и отправился в почётные заложники прямиков в столицу. Под присмотр самого старшего брата, начальника легиона Золотые Латы. Зато, тем из знати, кто его поддержал, пришлось хуже. Кого повесили, кого лишили земель. Кого, и то, и другое. Что ещё раз доказало, что быку можно одно, а псам совсем другое. Никогда не жертвуйте животом за начальство. Баи договорятся, а простым оркам отдуваться.

В общем, победа? Нет! Просрали победу. Отпетлял герцог при помощи своих братцев. Отскочил. Пожалели его, а зря.

Что интересно, в этой битве участвовали многие из главных действующих лиц последующих событий Великого Перелома. Император. Варнак, бывший тогда главарём наёмников. И другие лица. А стало всё это прологом, репетицией, как сейчас говорят, приквелом последующих грандиозных событий.

Но это уже совсем другая история.