Текст книги "Жестокий развод. Дракона (не) предлагать! (СИ)"
Автор книги: Юлианна Винсент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Глава 11
Паулина
Хоть падать было и не очень высоко, я все равно уже морально приготовилась к тому, что в скором времени к моему букету «радостей» добавятся еще отбитые внутренние органы и, возможно, парочка сломанных внешних конечностей.
Веры в то, что я упаду со второго этажа и останусь цела и невредима – у меня не было, потому что удача не мой конек.
«Мой конёк – Горбунёк!» – это была моя последняя мысль, после которой я зажмурилась и приготовилась к удару, но его почему-то не произошло.
Вместо этого я почувствовала, как чьи-то сильные руки подхватили меня в полете и я, словно пушинка, приземлилась в надежные объятия.
Почему-то воображение предательски нарисовало руки Блэкторна, которые я нагло разглядывала тогда на лестнице. Но я тут же отмела от себя эту дурную мысль.
«Еще чего не хватало? – отругала я себя мысленно, прежде чем разжмуриться. – Нам таких фантазий не надо!»
Открыв глаза, я увидела перед собой круглое, румяное лицо, густые, закрученные кверху усы и облегченно выдохнула.
– Берт⁈ – обняв мужчину за шею в радостном порыве, воскликнула я. – Боги, какое счастье!
– Александра⁈ – удивился Берт, прижимая меня к себе. – Хозяйка, ты чего летать тут удумала?
Я попыталась высвободиться из его объятий, но он держал меня крепко, словно боялся, что я исчезну.
– Спасибо, Берт, – проговорила я, чувствуя, себя немного неловко. – Ты меня спас.
– Да что ты, милочка, – засмеялся Берт и все его тело заходило ходуном и я вместе с ним. – Это скорее боги мне тебя свыше послали! Не каждый день на меня с неба такие красавицы падают. Это знак судьбы, не иначе!
Берт был на редкость жизнерадостным и оптимистичным человеком и его серьезный настрой на флирт заставил меня невольно улыбнуться.
– Не преувеличивай, Берт, – ответила я, стараясь говорить с иронией. – Я просто не очень удачно помыла окно.
Я взглянула наверх, надеясь увидеть того, кто помог мне спуститься на землю, но там было лишь настежь распахнутые створки и больше ничего. И никого.
– Ерунда, хозяйка! – отмахнулся Берт. – Плохо, когда у женщины нет сильного плеча, которое может сделать за нее такую работу. Но ничего, теперь я буду охранять тебя от всех бед и ты всегда можешь просить меня о помощи!
Честно говоря, я не поняла, в какой момент дала повод так откровенно с собой заигрывать и уже собиралась ответить что-то остроумное, как вдруг услышала за спиной громкий, угрожающий голос.
– Что здесь происходит?
Я обернулась и увидела господина Как-Вас-Тама. Его лицо было мрачнее тучи, а глаза метали молнии. Он смотрел на нас с таким видом, словно хотел разорвать Берта на мелкие кусочки. И меня с ним заодно.
Берт, видимо, тоже почувствовал неладное, потому что сразу же отпустил меня и, поклонившись Блэкторну, промямлил:
– Господин Блэкторн, я просто… Я тут… Госпожа управляющая…
– Я вижу, – перебил его Как-Вас-Там и его голос был полон яда. – И что же вы тут делаете, господин торговец?
– Так я продукты привез, – сразу же нашелся Берт. – Каждый понедельник, как и договаривались. Вот уже шел обратно, а тут у вас управляющие с неба падают, ну я и поймал. Спас ее, получается.
– Да, Берт меня спас, – подтвердила я слова торговца, сама не понимая, какого черта я вообще оправдываюсь.
– Спас – это хорошо, – прорычал Блэкторн, приближаясь ко мне. – А вот нарушать условия договора – это плохо. Вы, кажется, забыли, госпожа управляющая, что в моем доме не место гостям?
Его слова прозвучали как скрытая угроза. Я почувствовала, как по спине пробегают мурашки.
– Так он и не в доме, – едва поведя бровью, заметила я.
Что-то мне подсказывало, что за это замечание я еще поплачусь, но я до ужаса не люблю, когда на меня необоснованно рычат.
– Ты, – Блэкторн указал пальцем на Берта, – свободен. А ты, смелая, – усмехнулся хозяин. – За мной в кабинет. У нас будет серьезный разговор.
Я повернулась к Берту.
– Еще раз спасибо, Берт, – сказала я, стараясь улыбнуться. – Ты меня очень выручили.
– Не за что, хозяйка, – ответил Берт, смущенно опуская глаза и осторожно косясь в сторону Как-Вас-Тама. – Я всегда рад помочь.
Я пошла следом за Блэкторном, стараясь не отставать от него. Я чувствовала, как он злится, и мне было очень любопытно, чем закончится этот разговор.
Войдя в кабинет, я увидела Кристину. Она сидела в кресле и смотрела на Как-Вас-Тама с щенячьим восторгом.
Я была больше, чем уверена, что мое падение – это ее рук дело, но доказательств у меня не было, кроме ее откровенно ненавидяще-разочарованного взгляда, которым она одарила меня, переведя на меня взгляд.
– Что ты здесь делаешь? – спросил Блэкторн, обращаясь к Кристине.
– Малыш, тебя так долго не… – начала гадюка, но запнулась под его гневным взглядом.
– Вон из моего кабинета! – рявкнул Блэкторн, чеканя каждый шаг на пути к столу.
– Арди, малыш, – Кристина вскочила с кресла и возмущенно пропищала. – Ты почему так кричишь на меня?
– Я сказал – вон! – уже тихим, но таким угрожающим голосом, от которого кровь стыла в жилах, повторил «малыш». – Повторить еще раз?
Капризно фыркнув и бросив на меня испепеляющий взгляд, гадюка вылетела из кабинета. Я проводила ее выражением лица полным взаимной неприязни и отвращения.
– А теперь поговорим мы, – сказал Блэкторн, поворачиваясь ко мне. – Что это было?
– Я же вам сказала, – ответила я, скрестив руки на груди. – Я упала с лестницы, Берт меня поймал. Что тут еще объяснять?
– Не надо делать из меня идиота, смелая – прорычал Блэкторн, приближаясь ко мне. – На кой черт ты полезла мыть это дурацкое окно?
– В смысле, на кой черт? – возмутилась я, делая небольшой шаг назад. Не хотелось мне показывать, что я все-таки побаиваюсь эту огромную машину для убийств. – В мои обязанности входит – привести в порядок поместье! Не вы ли это придумали, господин?
– А еще в твои обязанности входит – не водить гостей! – процедил сквозь зубы Блэкторн, продолжая наступать.
– Да, не водила я никого! – взорвалась я, раскинув руки в стороны, как бы показывая, что я чиста перед ним. С стороны это напоминало какую-то нелепую сцену ревности. Как в строчке из старой песни: «К жене пришел молодой любовник, когда муж пошел…», впрочем, не важно. – Он продукты привез, занес в кухню и просто шел обратно мимо того места, где я неожиданно запланировала убиться!
– Просто шел мимо? – удивленно вскинув на меня брови, с издевательскими нотками в голосе спросил Как-Вас-Там. – А тебя не смущает, что кухня в другой стороне? И мимо идти он никак не мог?
Я хотела было возразить, но его слова заставили меня на секунду задуматься. А ведь, действительно, кухня в другой стороне. И я в порыве радости и благодарности за спасение, даже не обратила на это внимания.
– Это получается…
– Это получается, смелая, – перебил меня Блэкторн, сменив в голосе гневные нотки на осуждающие. – Что ты слишком беспечна. И слишком… доверчива. И в твоем случае – это не добродетель.
Я чувствовала себя неуютно под его пристальным недовольным взглядом. Казалось, его глаза-изумруды прожигают меня насквозь и заглядывают в самые потаенные уголки моей души.
Решив сбросить с себя это состояние, я скрестила руки на груди и возмущенно спросила:
– Вам то какое дело до всего этого? – недовольно вперила в него свой злой взгляд я. – Не надо строить из себя благородного рыцаря! Я бы убилась – вы бы вздохнули с облегчением.
– Следи за языком, смелая, – процедил Блэкторн сквозь зубы. Что-то в моем упреке его задело, что он снова набычился. – Ты ведь знаешь, что я очень быстро могу оставить тебя без права голоса.
– Вот тож, – фыркнула я, разворачиваясь, чтобы уйти. – Только угрожать и можете!
– Я тебя не отпускал, – угрожающе тихо проговорил Блэкторн. – Чтобы ты усвоила урок и у тебя больше не было желания болтать с кем попало, с сегодняшнего вечера будешь лично подавать мне ужин сюда, в кабинет. И не просто подавать, а… – он сделал театральную паузу, – развлекать меня. Чтобы мне не было скучно. И чтобы у тебя больше не было так много свободного времени на глупости.
Я уже набрала в легкие воздух, чтобы обрушить на этого наглого хама весь свой праведный гнев и отправить его на кол, но едкая ухмылка на его лице и поднятые вверх пальцы, говорящие о том, что этот звук из моего рта может стать последним.
– Хорошо, – ответила я, стараясь говорить как можно спокойнее. – Если это все, я пойду?
– Иди, – снисходительно кивнул Как-Вас-Там. – И подумай над тем, как ты собираешься меня развлекать. У тебя есть время до вечера.
Врываться на кухню, обуревамой желанием задушить этого патлатого козла – стало уже моей личной традицией.
– Развлекать я его должна? – рычала я, но уже не кидалась ничем, потому что понимала, что убирать это все равно придется мне. – Да он издевается! Но ничего! Я ему устрою представление!
Глава 12
Господин Как-Вас-Там
Кабинет, как всегда, утопал в полумраке, хищно выхватывая из темноты позолоченные переплеты книг. Я откинулся на спинку кресла, размышляя, по привычке подняв руки вверх, закинув их за голову и сплетая пальцы в замок.
Паулина… Эта женщина ворвалась в мою жизнь, словно ураган, перевернув все с ног на голову, внеся хаос в тщательно выстроенный порядок.
«Да, – горько усмехнувшись, подумал я. – Возможно, мой порядок и был несколько… специфическим, но это был мой порядок! Мой личный ад, живущий по моим правилам.»
А она – словно яркая, кричащая заплатка на старом, дорогом гобелене. Вроде бы и функцию свою выполняет, но категорически не вписывается в общую картину.
Слишком импульсивная, слишком невинная, слишком… живая. Слишком сильно выделяется на фоне этого прогнившего болота.
Закованный в броню расчетливости и привыкший к беспрекословному повиновению, я вдруг обнаружил, что её дерзость меня забавляет. В её глазах плещется огонь, готовый испепелить все на своем пути, и этот огонь, кажется, способен растопить даже ту ледяную глыбу, что поселилась вместо моего сердца.
Она… вызывает у меня любопытство. Любопытство, которое я считал давно похороненным под толщей цинизма и безразличия.
Глупая, наивная девчонка. Она ведь совершенно не представляет, во что ввязалась. Но что-то в её бунтарском духе, в её откровенной язвительности, в её абсолютной незащищенности, заставляет меня… испытывать странное, почти забытое чувство – изумление. Удивление тем, что в этом мире еще остались такие наивные души.
Я понимал, что это глупо. Опасно. Она – всего лишь мимолетное влечение, способ хоть ненадолго отвлечься от тошнотворной рутины. Я не могу позволить себе привязаться. Слишком много сил и времени было потрачено на достижение цели, чтобы какая-то женщина могла сбить меня с пути.
Но, признаюсь, меня терзало любопытство: что же она выкинет дальше? Как будет выкручиваться из той паутины, в которую попала? Как будет злиться и огрызаться, пытаясь меня перехитрить? Игра началась. И эта игра не на шутку взбудоражила то, что я так усердно подавлял годами.
Тяжелые двери кабинета распахнулись, вырывая меня из этих неуместных, но таких привлекательных размышлений, впуская волну приторных духов и… Кристину.
– Малыш, – проворковала она фальшиво-покладистым голоском, вязко растягивая слова. – Ты ведь уже успокоился? Зачем ты так громко на меня кричал еще и при этой…? Извиниться не хочешь?
Я скривился, передернув плечами, словно от прикосновения к чему-то гадкому. Кристина. Назойливая, как муха, прилипшая к меду. Предсказуемая до тошноты.
Её настойчивое желание затащить меня под венец было настолько очевидным, что вызывало лишь отвращение. Я видел её насквозь. Видел её амбиции, её жажду власти, её умело скрываемую ледяную душу.
Как только её предыдущая партия перестала быть выгодной, она тут же прискакала обратно. Я всегда поражался таким женщинам, как она – расчетливым, беспринципным.
Уверен, это она помогла Паулине вылететь в окно. У Кристины никогда не хватало сил и терпения выдерживать конкуренцию честно.
– Нет, – отрезал я, не удостоив её и взглядом. – Уходи.
Лицо Кристины исказилось от целой гаммы чувств: обида, злость из-за того, что её план трещит по швам, раздражение от необходимости унижаться ради достижения цели, отвращение ко мне, который до сих пор не пал к её ногам, и зависть. Зависть из-за того, что мое внимание приковано не к ней.
– Да как ты смеешь⁈ – взвизгнула она, чуть ли не подпрыгивая от возмущения. – Я – твоя будущая жена! Мы столько пережили вместе! Помнишь, как мы тайком сбегали из поместья на танцы в город? Как ты подарил мне то изумрудное колье на годовщину нашего знакомства? Или ты уже все забыл, малыш⁈
Я устало вздохнул и потер переносицу. Изумрудное колье… То, которое я подарил ей, чтобы она перестала ныть о том, что я совсем не уделяю ей внимания. Танцы… На которые я пошел, только чтобы избежать скандала с отцом. Эти воспоминания вызывали у меня лишь желание поскорее выпить чего-нибудь крепкого.
– Видят боги, я так сильно не грешил! – ехидно отозвался я, демонстративно разведя руки в стороны. – Уйди, Кристина. Ты мне мешаешь. И перестань говорить о том, чего никогда не было. Не было никаких «мы»! Был мой отец, желающий меня поскорее пристроить, ты и твоя навязчивая идея выйти за меня замуж. Меня из этого уравнения вычти, пожалуйста, и больше не приставай ко мне с этим!
– Так вот ты как заговорил? – зашипела Крис, наконец-то, показывая свое истинное лицо. – Это все из-за нее, да? Из-за этой серой мыши, непонятно откуда взявшейся в твоем доме?
– Я сказал оставить меня в покое, – угрожающе поднимаясь из-за стола, начал я. – А не строить своих дурацких предположений. В этих предложениях даже буквы разные, поэтому ступай, Кристина, не доводи до греха.
– Я это так не оставлю! – Кристина сжала кулаки, её глаза метали молнии. Но меня это не тронуло. Я отвернулся, давая ей понять, что разговор окончен. – Ты еще пожалеешь об этом!
– Вон! – рыкнул я и она пулей вылетела из кабинета, хлопнув дверью так, что содрогнулись стекла в окнах. И я снова остался в одиночестве. – Сразу надо было так сделать.
Время тянулось мучительно медленно. Я просматривал отчеты, отдавал распоряжения, но мысли неумолимо возвращались к Паулине.
Что она сейчас делает? Какие нелепые идеи у неё в голове? Как она собирается меня развлекать? Уголки моих губ приподнялись в усмешке. Мне было интересно.
Искренне интересно. И это пугало больше всего. Вот уж не думал,что когда-нибудь заново испытаю это чувство. Она ведьма – не иначе, раз смогла так быстро завладеть моими мыслями.
Эти рассуждения одновременно злили и будоражили и чтобы хоть как-то отвлечься, я решил проверить почту.
То, что я там нашел, привело меня в еще больший восторг. Письмо с до боли знакомой гербовой печатью.
Развернул. Пробежал глазами по строкам. И медленно, очень медленно, на моем лице расцвела хищная, предвкушающая улыбка. Долгожданные новости.
– Как вовремя… – потирая руки друг об друга, сказал я вслух самому себе.
За дверью послышалась какая-то возня и я уже было подумал, что Кристина решила вернуться и предпринять еще одну попытку, но потом дверь отворилась и в комнату спиной вперед вошла Паулина.
«Стоит ли говорить, что смотрел я вовсе не на спину?» – усмехнулся я своим мыслям.
Она повернулась и я увидел, что руки у нее были заняты подносом с ужином. За всеми этими разборками, я и не заметил, как пролетело время. Ну что ж? Так даже лучше – не буду долго мучится предвкушением.
Она смотрела на меня с нескрываемым презрением, всем своим видом показывая, что ей противна сама мысль о том, что придется выполнять обозначенный мною приказ. Но назад пути не было. И другого выхода тоже.
Паулина медленно обошла стол и поставила передо мной ужин.
– Извольте откушать’c, господин… – елейным голосочком проворковала она, который шел в категорический разрез с ее выражением лица.
– Пахнет аппетитно, – заметил я, вдыхая аромат принесенного блюда и беря столовые приборы. – Ты уже решила, как будешь меня развлекать?
– Одну минуту… – подняв вверх свой изящный указательный пальчик, сказала Паулина и скрылась за дверью.
Я хмыкнул и стал есть, в полной уверенности, что она просто-напросто сбежала, тем самым устроив мне бойкот.
Но через мгновение, она вернулась обратно в какой-то невообразимой шляпе на голове и с гитарой в руках, а рядом с ней стояла хранительница поместья метла Корделия в каких-то лохмотьях.
– Что за…? – только и успел спросить я, нахмурив брови.
Громко брякнув по струнам, абсолютно не попадая в ноты, Паулина громко сообщила о первом номере развлекательной программы:
– Песня! – я чуть вилку не выронил от неожиданности.
Глава 13
Паулина
Не спрашивайте, как эта поистине гениальная идея возникла в моей голове. Серьезно, иногда я сама удивляюсь своим спонтанным выходкам.
– Саня, ты уверена, что нам действительно стоит это делать? – взволнованно прошептала Корди, когда мы с ней рылись в кладовке за кухней, выискивая реквизит для моего «выступления».
Метла, конечно, существо мало артистичное, но в роли моральной поддержки вполне себе годилась.
– Барин не уточняли’с, как именно его следует развлекать, – неопределенно пожала плечами я, примеряя найденную в груде хлама старую шляпу с перьями.
В зеркале отражалась та еще клоунесса.
– Боюсь, он нас за такое четвертует, – продолжала причитать Корделия, занудно поскрипывая прутьями.
– С тобой он точно ничего не сделает, – отмахнулась я, закатывая глаза. – А мне, если честно, терять уже нечего. Если не хочешь участвовать, я все пойму.
Корделия немного помолчала, будто взвешивая все «за» и «против». Но, видимо, искушение нарушить правила пересилило её природную трусость.
– Я слишком долго существую в этом доме, чтобы отказывать себе в подобном зрелище, – наверняка гордо вскинув несуществующую голову, решительно ответила Корделия, размашисто взмахнув своими прутьями. Кажется, метла даже расправила плечи.
Приготовив ужин, я отнесла его Как-Вас-Таму в кабинет, стараясь сохранять невозмутимый вид. Дождавшись, когда он начнет есть, я сделала глубокий вдох и громко объявила о начале представления.
– Песня! – проорала я на все поместье и, схватив гитару, которую неизвестно откуда добыла Корди, разразилась громким «вжжжжжжжжж!».
Хотя, если быть честной, до гитарного рифа там было, как до Луны пешком.
Мы с Корди начали исполнять песню «Уно Моменто» из старого советского фильма «Формула любви». Пели громко, фальшиво, абсолютно не попадая ни в одну ноту, но зато вкладывая в происходящее всю свою и чужую душу. Серьезно, Корделия орала так, что, казалось, сейчас развалится на щепки.
Моей целью было сделать так, чтобы у этого самодовольного типа раз и навсегда отпало желание давать мне подобные поручения. И, судя по его желвакам, яростно ходившим ходуном на челюсти, моя цель была почти достигнута. Он перестал есть, нахмурился, словно проглотил кактус, и прожигал меня таким взглядом, что мне захотелось спрятаться под стол.
Песня закончилась, но триумфа я не почувствовала. Наоборот, стало как-то не по себе. Как-Вас-Там молчал. И это было куда страшнее, чем любые крики.
– Что это сейчас было? – процедил он сквозь зубы, наконец нарушив тягостное молчание.
Голос звучал так, словно он сдерживал в себе целую армию демонов.
– Развлечение, – невинно захлопала я ресницами. – Вы же сами просили, господин.
– Это… это издевательство! – рявкнул он, вскакивая из-за стола. – Ты думаешь, это смешно⁈
– А разве нет? – огрызнулась я в ответ, скрещивая руки на груди. – Мы старались, между прочим.
– Ты надо мной издеваешься? – удивленно вскинув брови, спросил господин Как-Вас-Там.
– А ты надо мной нет, да⁈ – вскипела я, незаметно для самой себя, перейдя на «ты». – Или ты думаешь, что я спала и видела, как бы мне исполнять приказы самодура-отшельника?
– Ты должна быть благодарна, что я не выкинул тебя на улицу, особенно после того, что ты мне соврала о том, кто ты! – парировал Блэкторн, грозовой тучей надвигаясь на меня.
– Благодарна⁈ – разразилась я праведным гневом. – Да я бы свалила из этой дыры на следующий же день, если бы не ты со своим кабальным договором. Тебе одному тут видимо скучно было и ты решил таким образом скрасить свои отшельнические будни. Вот только ты меня управляющей нанял, а не клоунессой и развлекать тебя я больше не собираюсь, а будешь настаивать – все твои развлечения будут подобны тому, что ты только что видел и слышал.
– Для той, кому некуда идти и нечем выплачивать неустойку, ты слишком дерзко себя ведешь! – прорычал он, делая шаг в мою сторону. В его глазах плескалась такая ярость, что я невольно отшатнулась назад, но не отступила.
– Лучше быть отчаянной и дерзкой, – выплюнула я в ответ, тыча указательным пальцем в грудь этому чудовищу. – Чем позволить таким самовлюбленным и эгоистичным тиранам, как ты, вытирать об себя ноги! Ты думаешь только о себе! Тебе плевать на чувства других людей!
– Что-то я упустил тот момент, когда должен начать учитывать чувства своих подчиненных в работе, за которую плачу не маленькие деньги! – прошипел он.
– Можешь засунуть свои деньги себе в… – я не нашла приличных слов, чтобы выразить, куда именно, он может их засунуть. – Хорошее отношение к себе ты не купишь ни за какие деньги! А козлом можно быть и бесплатно.
В его глазах мелькнула какая-то странная тень, но он тут же взял себя в руки.
– Выйди! – прошипел он, махнув рукой в сторону двери. – И чтобы я тебя больше не видел!
– С превеликим удовольствием! – фыркнула я, развернулась, дала Корди знак, что пора валить, и, забрав реквизит, вышла из кабинета, громко хлопнув дверью.
Последнее слово должно было быть за мной, вот только я почему-то не чувствовала себя человеком, который добился своей цели. Скорее наоборот. Вероятнее всего я открыла портал в ад, потому что такие, как он вряд ли прощают подобное.
Вот и поговорили…
* * *
Несколько дней Блэкторн не попадался мне на глаза, да и я старалась особо не отсвечивать.
В поместье и без того дел хватало, а лишний раз раздражать этого сумасшедшего желания не было никакого.
Однажды вечером, я протирала пыль в библиотеке и он вдруг появился в дверях. Выглядел он… каким-то другим. Усталым, потрепанным.
Если бы я видела его впервые и не успела бы изучить так хорошо, то даже предположила бы, что он все это время страдал от мук совести.
В какой-то момент, глядя на его удрученный вид, мне даже стало его немного жаль, но я быстро дала себе мысленного леща.
«Никогда не жалей мужика, Саша! – отругала я себя. – Один раз дашь слабину – он сядет на шею и ножки свесит. Знаем! Проходили!»
– Мне нужно с тобой поговорить, – тихо сказал он, глядя куда-то в сторону.
Я скрестила руки на груди, изображая неприступность.
– И о чем же? – ледяным тоном спросила я.
– О нашем последнем разговоре, – переведя взгляд и пристально посмотрев на меня, тихо, но уверенно, сказал Блэкторн. – Паулина…я был не прав.
Я удивленно вскинула брови. Господин Как-Вас-Там извиняется? Да это исторический момент!
– И прежде, чем ты начнешь язвить на эту тему, – чуть подняв руку, остановил меня он. – А я вижу по твоему выражению лица, что ты уже приготовилась это делать, я хочу сказать, что мне, действительно, очень жаль, что так получилось.
– Продолжай, – выжидательно подняв вверх правую бровь, кивнула я.
Блэкторн хмыкнул.
– И почему я думал, что это будет легко⁈ – ухмыльнувшись, спросил он.
Он нахмурился, но промолчал.
– Ломать – не строить! – философски заметила я.
– Согласен, – кивнул он, продолжая внимательно наблюдать за мной. – Но я все-таки хотел бы попробовать построить заново наши с тобой отношения.
Я нахмурилась и посмотрела на него исподлобья. Мне одновременно верилось и не верилось в такую резкую смену настроений Как-Вас-Тама.
Складывалось ощущение, что где-то здесь есть подвох. Осталось только догадаться – где именно?
– Я признаю, что не с того начал знакомство с женщиной, которой решил доверить свой дом, – так и не дождавшись моего ответа, продолжил Блэкторн.
– Скажи честно, ты все это время не вылезал из кабинета психолога? – все-таки не удержалась я от легкой подколки.
– Судя по тому, что я не знаю, о ком ты говоришь, – почесал затылок господин Как-Вас-Там. – Я, действительно, долго не вылезал из этого поместья. И очень хочу это исправить.
– А причем тут я? – с сомнением во взгляде подняв одну бровь, спросила я. – Тебе провести экскурсию по окрестностям?
– Нет, – он грустно хмыкнул. – Но я бы хотел пригласить тебя на ужин завтра вечером. Там, конечно, готовят не так вкусно, как это делаешь ты…
Блэкторн сделал небольшую паузу, наблюдая за моей реакцией, а я слегка прищурилась в ответ, давая ему понять, что прогиб засчитан, но до конца он не прощен.
– Но это возможность немного сменить обстановку и узнать друг друга получше, – получив желаемое, продолжил он. – Ты согласна?
Я задумалась. С одной стороны, перспектива провести вечер в компании этого самодура меня совершенно не привлекала. С другой… мне было любопытно. И, признаться, немного лестно.
– Я подумаю, – уклончиво ответила я.
Он молча кивнул и просто ушел, оставив меня в полном недоумении, осознавать:
«Что это такое, мать вашу, было?»
