Текст книги "Чайный Мастер (СИ)"

Автор книги: Ярослав Мечников

Соавторы: Росс Никулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Нагия – это совсем другой уровень, Тинг. Она глава торгового обоза. Женщина очень богатая и влиятельная. Раньше она сама водила караваны между городами и дальними деревнями, – Марвин прищурился. – А еще она сильная восходящая, но при этом ценит в людях ум, смекалку и настоящее мастерство в любом деле, а не только тупую силу. Ну и деньги она, конечно, очень любит.

По тому, с каким оттенком искреннего уважения и затаенной теплоты старик говорил о ней, я сразу понял, что между ними в прошлом явно что-то было. Но лезть в чужие дела не в моих правилах, поэтому я тактично промолчал.

А сам для себя отметил, что Нагия – это именно то, что мне сейчас нужно больше всего. Влиятельный человек, который потенциально может помочь. Правда, предложить таким людям я могу только по-настоящему уникальный товар и эксклюзив, возможно, даже собранный под их конкретные личные нужды. И это уже вызов для меня как для мастера. Такое я люблю.

– А где их искать? – уточнил я, мысленно уже прокладывая маршрут по городским улицам.

– Нагию найдешь у южных ворот, там ее люди обычно разбивают лагерь, – ответил Марвин. – А Хорк держит лавку в квартале ремесленников, его хибара жмется прямо к крепостной стене. Найти несложно. Но я тебя сразу предупреждаю, Тинг: они люди битые и очень осторожные, поэтому просто так на слово какому-то пацану не поверят. Чай у тебя неплохой получился, но вот дойдешь ли ты до них и договоришься ли… – он цокнул языком.

Я откинулся назад и посмотрел на потолок, обдумывая услышанное. Идея была хорошей, но в ней скрывался один огромный изъян, помимо того, что сказал Марвин. Как я доставлю им этот чай? Вся его сила, весь этот магический эффект бодрости строится именно на колодезной воде. Без нее качество сразу упадет до «низкого», и напиток останется просто вкусным, но со слабыми эффектами. Я не могу таскать с собой ведра воды по всему городу.

Пока у меня не открыты энергетические каналы, я физически не могу преодолеть этот барьер качества. И одного умения заваривать травы тут явно недостаточно. Мне нужно открывать эти проклятые каналы в самом срочном порядке. Только тогда я смогу вливать в чай собственную внутреннюю энергию и делать его качественным даже на обычной воде.

– Если дело выгорит, я буду в доле, – прервал мои размышления Марвин, внимательно наблюдая за моим лицом. – Но отсвечивать перед Гильдией я пока не собираюсь, мне эти проблемы ни к чему. Конечно, я тоже кое с кем поговорю, и, возможно, эти люди придут сюда продегустировать твой чай. Но если ты договоришься с Хорком или Нагией, то должен понимать одну вещь, – он наклонился вперед. – Платить будешь ты, а не они. Придется работать на износ, лишь бы обзавестись нужной репутацией и доказать им свою состоятельность. Ну как, струхнул уже? Откажешься от затеи?

– Я это прекрасно понимаю, Марвин, – спокойно согласился я. – И отказываться не собираюсь.

Марвин довольно хмыкнул, сам плеснул себе чаю и выпил.

– И правда бодрит! Смотри ж ты!

Я слабо улыбнулся и вспомнил те периоды из прошлой жизни, когда неделями жил в чайной, добиваясь идеального купажа. Работа меня никогда не пугала. Сейчас моя главная задача – не потерять эту мастерскую, открыть каналы и научиться делать максимально качественные сборы. А еще я постоянно держал в уме мысль о Лире. Если алхимия ей не помогает, а только глушит симптомы, то, возможно, мой чай, который действует на организм куда мягче и естественнее, сможет ей помочь. Я был просто обязан хотя бы попытаться.

– Сколько у тебя вообще сейчас есть работающих сборов? – спросил старик, прерывая затянувшуюся паузу.

– Луговой, Вечерний, Двойной, Лесной и Хвойный мотив, – перечислил я, загибая пальцы. – Хвойный – это по сути тот же Лесной, но без добавления лесного женьшеня, поэтому он действует мягче и слабее. В основном это бодрящие и успокаивающие чаи. Для Лиры делал и для Минка.

Марвин задумчиво покивал своим мыслям.

– Это, конечно, хорошо, но мало. Нужно больше и лучше. Такие, чтобы сил давали, ум проясняли, снимали накопившуюся усталость и помогали после болезней.

– Хорошо, – кивнул я. – У меня мало трав, но я попробую сделать что-то подобное, – и честно признался, решив, что это подходящий момент получить что-то здесь и сейчас: – Но есть проблемка. Я ж только для вас травы таскал, а что они делают, как, почему – без понятия. Может, расскажете о них побольше?

Старик недовольно заворчал, сетуя на бестолковую молодежь, но потом все же сменил гнев на милость.

– Делать мне нечего, время тут с тобой тратить. Занесу в следующий раз свою старую книгу по травам, захочешь – разберешься.

Книга⁈ С травами? Да для меня это как настоящий подарок небес! Так я смогу наконец-то заполнить хотя бы некоторые пробелы в своих скудных знаниях и найти совершенно новые комбинации для будущих чаев. Но… почему «разберешься»? У него там шифры, что ли?

– Ладно! – Марвин крякнул и уже собирался подниматься из-за стола, чтобы уйти, но я жестом остановил его.

– Подождите. У меня один вопрос есть.

Тот нахмурился.

– Чего еще?

Я позвал его за собой на кухню. Мы прошли в полумрак помещения, и я указал на лежащего в углу на циновке парня.

Потом коротко рассказал старику о том, что случилось с Минком в Лесу и как мы вытаскивали из его раны паразита. Марвин только и делал, что костерил нас, идиотов по его словам, слушая мою историю.

– Вот поэтому нормальные люди всегда используют готовые алхимические зелья, – проворчал он. – Подобные травы в сыром виде всегда опасны, они непредсказуемы. Вам повезло, что Лира вовремя заметила заразу, иначе парень бы сгнил заживо.

– Мы использовали выжимку сон-листа, чтобы усыпить паразита и вытащить его, – добавил я. – Но теперь Минк не просыпается. Я для него и сделал «Лесной мотив».

Марвин удивленно посмотрел на меня, видимо, не ожидая от «бестолкового мальчишки» такого нестандартного подхода.

– И как это я в тебе такой талант не разглядел? Открой ты Родник, мог бы алхимиком стать.

Я только хмыкнул. Еще чего.

Марвин еще немного поворчал на молодежь, которая делает черти что, а потом присел рядом с Минком. Профессионально осмотрел парня, пощупал пульс на запястье, открыл глаза и аккуратно проверил повязку.

– Парень крепкий, да и мазь очень хорошая. Где только достал? – глянул он на меня и продолжил: – Рана почти затянулась, так что он бы и сам проснулся через день-другой. Но твой бодрящий чай ускорил процесс. Знаешь почему? – бросил он мне.

Я вспомнил, как от одного глотка «Лесного сбора» мышцы наполнила энергия, но покачал головой. Хотелось услышать это от Марвина.

– Потому что он наполняет тело Дыханием. Ты, может, и не чувствуешь этого, а я почувствовал. У колодца вода такая.

– Значит, чай помогает?

Марвин одобрительно кивнул мне и добавил:

– Да. Но тут бы алхимию. Тогда бы сразу встал. Но и так скоро должен проснуться. Пои его дальше своим чаем.

Не знаю почему, но слова Марвина вызывали доверие, и у меня после них будто камень с души упал. Сам не замечал, что эти пару дней после первого похода в Лес и ранения Минка я был так напряжен внутри. А теперь Марвин спокойно говорит, что парень выкарабкается. Значит, не зря я бился над «Лесным мотивом». Значит, все будет хорошо.

– Спасибо, – выдохнул я с облегчением.

Марвин только отмахнулся, но, кажется, уголок его губ дрогнул.

Когда вернулись в зал, он поставил на стол две баночки с лекарством для Лиры и забрал второй Семицвет. Он несколько секунд задумчиво смотрел на него, явно размышляя о новом заказе, а потом просто раздраженно махнул рукой и указал на меня морщинистым пальцем.

– Две недели. Я готов ждать и помочь тебе с этим делом советом ровно две недели. А дальше, если ты ни с кем не сможешь договориться, если ничего путного из этой затеи не выйдет, то я сам заставлю тебя отказаться от… – он споткнулся и так и не договорил, но я понял, что он хотел сказать: «лавки». – Жизнь дороже.

Я внимательно смотрел на него и видел, как тяжело ему даются эти резкие слова. Для Марвина эта обшарпанная лавка значила куда больше, чем я предполагал раньше. Теперь я видел в нем самого себя. Наверное, точно так же мучился бы и страдал, если бы не мог заниматься любимым делом и был вынужден смотреть, как моя родная чайная разваливается на куски.

Марвин устало потер глаза мозолистой рукой и направился к выходу.

– Ох, и добавил ты мне, паршивец, головной боли… Зачем я только согласился, – покачал он головой и добавил: – Приведу одного старого знакомого, если получится. Если он вообще согласится попробовать твой чай. Так что клювом не щелкай. Проверим, что ты можешь на самом деле.

Он взялся за дверную ручку и неожиданно громко бросил напоследок:

– И крышу залатай наконец! Не позорь ни себя, ни меня!

И хлопнул дверью, а я остался стоять один посреди зала, слушая завывание ветра за окном. Да, крышу бы залатать. Но в голове у меня крутилась только одна мысль: а могу ли я приготовить из тех скудных запасов трав, что у меня остались, восстанавливающий чай?

В этот момент из сумки серой молнией выскочил Рау и принялся возмущенно шипеть прямо на меня, вырывая из размышлений. А я лишь виновато развел руками.

– Ну а что мне еще оставалось делать? – спросил я у него. – Если бы старик случайно тебя заметил, то у него точно возникла бы целая куча неудобных вопросов, а он и без того под конец нашего разговора посматривал на меня очень странно.

Рау пискнул и демонстративно отвернулся, мол, обиделся.

Я присел на корточки и потрепал его за ухом.

– Молодец, что сидел ниже травы и тише воды.

Перед глазами вдруг выскочил целый каскад строк:

[Дыхание Рассвета: слабая концентрация внешней энергии]

[Резерв Родника: 100/100]

[До окончания действия Отвара Укрепления: ~ 36 часов]

[Время до завершения первой стадии привязки: ~ 15 минут]

Я даже немного опешил от таких цифр: неужели я так долго чесал языком с Марвином? Глянул в окно – на улице уже рассвело.

– Ты тоже это чувствуешь, мелкий? – спросил я у зверька, когда в груди начало что-то очень глухо и неприятно бухать.

Резонанс наших с ним Родников, видимо, усиливался. Словно огромные барабаны застучали где-то глубоко внутри, причем очень ритмично и с каждым разом все мощнее. Рау дернул ухом, пискнул и проворно забрался прямо мне на макушку, вцепившись коготками в волосы.

Я прикрыл глаза, ощущая, как с каждым новым внутренним ударом меня словно понемногу отделяет от собственного тела. Это было странно… Меня вдруг повело в сторону, так что пришлось опереться о стену и срочно выбираться из дома на свежий воздух.

Пройдя по двору, в заросшем саду я обнаружил Лиру, которая сидела прямо на прохладной каменной кладке колодца.

– Марвин ушел? – тихо и как-то совершенно спокойно спросила она, даже не пытаясь обернуться в мою сторону.

– Да, – ответил я, изо всех сил стараясь унять подкатывающую дурноту.

– Он поможет? – спросила она.

Врать я не собирался, поэтому сказал как есть:

– Он назвал людей, к которым я могу обратиться и с которыми можно поговорить. Придется постараться, но это лучше, чем ждать неизбежного.

Лира молча кивнула и мечтательно посмотрела куда-то в светлеющее небо. Ветер слегка трепал ее светлые волосы, а на лице играла спокойная и легкая полуулыбка. Она сидела с прикрытыми глазами и думала о чем-то своем, словно находясь за много лиг от этого места. И выглядела так умиротворенно, что мне не хотелось ее беспокоить, но гулкие удары из груди, которые, казалось, отдавались по всему телу, становились все сильнее и… больнее.

– Лира, – позвал я ее. – Как там должен происходить переход с первой стадии на вторую?

Эти странные барабанные удары внутри звучали все громче и давили все мощнее, сбивая и без того прерывистое дыхание. Лира мгновенно преобразилась, скинув с себя всю эту мечтательную пелену, и тревожно спросила:

– Как ты себя чувствуешь? Тебе плохо?

– Нет, но это странно. Родник пульсирует очень сильно, – честно признался я, держась за грудь.

– Присаживайся, брат, – затараторила она, помогая мне устроиться поудобнее на траве. – Постарайся расслабиться и не думай ни о чем, слышишь? – заглянула она мне в глаза. – Просто позволь Рау сделать все самому. Он твой духовный зверь и инстинктивно сделает все правильно. Я рядом, брат, просто ничему не сопротивляйся.

Я послушно кивнул ей и прислонился вспотевшей спиной к прохладным камням колодца. Рау стал подрагивать, словно в такт биению Родника, и скрутился в пушистое колечко прямо у меня на коленях. А в следующий миг меня будто мощным рывком выкинуло из тела, и я на какое– время просто слился сознанием со своим серебристым спутником.

На краткий, но невероятно яркий миг я начал ощущать этот мир именно так, как ощущает его духовный зверек. Я отчетливо слышал, как где-то далеко в густой траве прошуршала мышь, как размеренно дышит сидящая рядом Лира и как далеко в Лесу кричат звери на самой грани слышимости.

Мир раскрасился в такие невероятные и насыщенные оттенки запахов, о которых я, Александр Ветров, не подозревал даже в своем прошлом мире с его богатейшим чайным опытом. Они смешались в общую кучу, среди которых особенно выделялся сладковатый цветочный аромат, идущий от Лиры, и тяжелый, сырой – от колодца.

Мне вдруг стало легко и свободно, а все вокруг выросло в размерах. Захотелось вдохнуть полной грудью и крикнуть. Точно так же, как это делал Рау. Использовать силу, плывущую в его теле. Но теплая ладонь Лиры легла мне на лоб, а до ушей донесся ее сдвоенный голос:

– Тише, брат, тише…

А следом я настолько четко ощутил потоки Дыхания, поднимающиеся от земли в небо, что почти физически увидел их искрящиеся завихрения. Дыхание… оно было разным. Где-то закручивалось, где-то текло потоками, где-то отливало голубым, а где-то коричневатым. Я невольно потянулся к этим нитям всем своим изменившимся существом. Но тело даже не пошевелилось…

Я ощущал, как по шерстке Рау бегают крошечные молнии. Как они пощелкивают. Как чешется у него за ухом. И какую сильную привязанность он испытывает ко мне…

Это дикое ощущение откровенно пьянило и пугало. Я чувствовал Рау как естественное продолжение самого себя, и только теперь до конца осознал, что же на самом деле означает эта хваленая Связь.

Но потом все это великолепие резко схлынуло назад, и я будто оказался заперт в тесной и душной клетке. Все окружающие звуки, богатые запахи и острые ощущения Дыхания будто враз отрезали, хотя на деле я просто вернулся к своему привычному человеческому мироощущению.

На меня тут же накатила тяжесть и эмоциональная усталость, от которой захотелось просто лечь на сырую землю и больше никогда не шевелиться. Рау тоже заерзал на моих коленях, словно только проснулся.

Лира присела передо мной на корточки и с тревогой заглянула мне в глаза.

– Брат, ты меня слышишь? – спросила она с неподдельной опаской в голосе.

Я сфокусировался на ее лице и сначала даже удивился такому странному вопросу, но, увидев, как она сжала губы в тонкую линию, поспешил ее успокоить:

– Да, все в порядке. Не переживай. Кажется, переход прошел успешно, – медленно сказал я и приложил руку к груди, где пульсировал Родник.

– Хорошо, – Лира облегченно вздохнула и мило улыбнулась, подхватив на руки Рау. – Этот переход самый быстрый и простой. Но и тут некоторые могут потерять себя. Зато теперь вы не связаны расстоянием.

Я тряхнул головой, выкидывая из нее последние странные ощущения, поднялся на ноги, и почти сразу на меня посыпались строки.

[Первая стадия Связки завершена. Полная синхронизация Родников Душ]

[Вторая стадия Связки начата: Слияние Родников. Время до завершения: неизвестно]

[Сильные эмоции зверя передаются носителю и наоборот. При аффекте связанного существа возможна временная дезориентация, спутанность сознания, непроизвольные действия]

[В случае гибели связанного существа вероятность разрушения Родника и летального исхода: крайне высокая]

Все, как и предупреждала Лира. А потом появилась последняя строка, и я застыл.

[Углубление Связи. Носитель способен различать оттенки Дыхания в растениях и природных источниках через органы чувств связанного существа]

Глава 20

Я не успел до конца осмыслить, что это вообще за способность такая – различать потоки Дыхания в растениях через чувства Рау, как тот резко выпрыгнул из рук Лиры. Зверёк мягко приземлился на землю и серой молнией нырнул в высокую траву. Лира вздрогнула от неожиданности.

– Рау! – возмущённо и немного испуганно вскрикнула она.

А до меня дошло: Рау наконец-то почувствовал свободу. Ведь почти целые сутки он физически не мог отойти от меня дальше чем на два метра, как и я от него. Невидимый поводок первой стадии Связки исчез, и теперь мелкий прохвост просто упивался простором заросшего сада.

Рау носился по двору как угорелый. Он взрывал целые фонтаны сухой листвы, гонялся за какими-то мошками и бабочками. А потом вдруг затормозил, заскользил по мокрой листве и замер. За пару секунд его щёки раздулись, серебристый хвост заискрил, и от избытка чувств зверёк издал свой фирменный крик:

– Ра-а-у!

Лира снова вздрогнула от резкого хлопка. Рау ещё пару раз выпустил тихие и слабые ударные волны, но даже их хватило, чтобы поднять в воздух круговерть из травинок и росы. Затем он снова замельтешил по саду. А в следующий миг Лира звонко и искренне рассмеялась, глядя на этот безумный забег серебристого комка энергии.

Я же поймал себя на мысли, что она сразу стала выглядеть естественнее. Живее, что ли. Болезненная бледность словно отступила на второй план. От этого и у меня на душе стало как-то легче. Я сам не заметил, как начал улыбаться, наблюдая за питомцем.

Рау тем временем крался в траве, прижимая уши и выслеживая неосторожную бабочку, а потом сделал стремительный бросок и снова сорвался в бег. Вот он крутится вокруг нас серой молнией, Лира, смеясь, пытается его поймать, а вот он уже взлетел по моей штанине и рубахе, оттолкнулся от плеча и запрыгнул прямо на каменный забор. Оттуда сиганул обратно в траву, взрывая лапами влажную землю. Иногда он замирал столбиком, настороженно осматривался и снова начинал носиться.

– Какой он быстрый, брат! – восхищённо выдохнула Лира, тяжело дыша и пытаясь уследить за зверьком. Из её светлой косы выбилась прядь волос, а в янтарных глазах горел огонёк жизни.

Я только улыбнулся ещё шире, прислушался к собственным ощущениям и понял странную вещь: я чувствую Рау совершенно иначе. Раньше, на первой стадии, я просто знал, где он находится, как компас. А теперь я полноценно ощущал, что именно он делает и что чувствует. Я чувствовал его охотничий азарт, радость от игры с насекомыми. Чувствовал напряжение в лапах перед прыжком и то, как он забавно подёргивает хвостом в нетерпении.

Наша Связь действительно стала намного глубже и тоньше. Я будто наконец нашел утерянную когда-то часть своей души… Это было странно, очень странно, но от этого на сердце стало радостнее.

Лира, продолжая улыбаться, переводила взгляд с меня на Рау.

– Брат, попроси его о чём-нибудь! – сказала она, сжимая кулаки в нетерпении.

– О чём? – не понял я.

– Не знаю! О чём-нибудь! Теперь он должен тебя понимать и слушаться! Хочу это увидеть!

Голос Лиры звенел от радости и восхищения, а её глаза блестели от жгучего интереса. Да, вот кто был бы больше всего счастлив, обрети такого связного духовного друга.

– Сейчас. Попробую, – кивнул я.

Сосредоточился и мысленно, скорее даже на уровне образов и эмоций, попросил его принести мне что-нибудь ценное. Что-нибудь с Дыханием. И тут же интуитивно уловил ответный отклик – Рау меня понял. Или, по крайней мере, чётко уловил моё желание.

Зверёк вылетел из кустов и мигом влетел в приоткрытое окно кухни. Оттуда раздался подозрительный шорох и стук отодвигаемых баночек. А я со стоном приложил ладонь ко лбу и покачал головой. Ну старый дурак, зачем я попросил его достать траву с Дыханием? Я ведь прекрасно знал, что в этом заросшем бурьяном саду нет таких растений, кроме тех, что лежат у меня на кухонных полках!

Рау молнией выпрыгнул из кухонного окна и через секунду уже сидел у меня на плече, гордо протягивая пучок серебристой цедры в лапке. Той самой, которую я с таким трудом добыл в Лесу. Я обречённо вздохнул, но забрал траву.

– Молодец, добытчик, – похвалил я его, погладив по загривку, и дал один листик цедры в награду.

Рау с хрустом сжевал листок, довольно пискнул и снова растворился в зарослях сада.

– Это… – Лира уставилась на меня.

– Что такое?

– Ты сейчас его без слов попросил принести эту серебристую цедру?

– Ну… да, – сказал я и сам вдруг понял, что сделал, а главное – как.

Но это почему-то не казалось мне чем-то необычным. Немного непривычным – да, но и только. Словно я просто «вспомнил», как отдавать мысленные указания зверьку. Хотя головой понимал, что это что-то совершенно невозможное для моего прошлого мира. Но, видимо, Связка так и работала.

Лира, наблюдавшая за этой сценой и моими размышлениями, вдруг серьёзно сказала:

– Это будет очень хороший помощник в будущем. У вас сильная Связь. То, что ты только что сделал, это доказывает.

– А обычно Связной отдаёт приказы голосом?

– Обычно – это не про Связных, брат, – улыбнулась Лира. – Но да, судя по бабушкиным словам и записям, первое время на второй стадии используют голос.

– Ну да, это же редкость, – согласился я. – А ты знала, что он может чувствовать Дыхание трав? – я показал цедру, зажатую в кулаке.

Лира кивнула, поправляя волосы:

– Конечно. Почти все духовные звери это могут, чтобы находить себе пропитание. А семейство рау – так тем более, у них на это особое чутьё, как у травоядных.

Я задумчиво посмотрел на кусты, где шуршал мой питомец. Сам я в Лес больше ходить не собирался – это дело для ватажников, а не для чайного мастера. Но вдруг Рау, когда немного подрастёт, сможет стать идеальным проводником и помощником для того же Минка? С таким чутьём парень будет приносить из Леса только лучшее. Эта мысль меня откровенно вдохновила.

– Интересно, сколько ему лет… – сказал я в воздух, не ожидая ответа.

Лира в этот момент смотрела, как Рау азартно копает землю у забора и жуёт какой-то найденный корешок.

– Он ещё детёныш, – произнесла она, и в её голосе зазвучали осуждающие нотки.

– Хм… – почесал я подбородок и глянул на Лиру. – А быстро они растут?

– Тебе нужно быть с ним осторожным, – ответила она словно лектор. – Они вырастают размером с доброго волка. И такие большие особи очень сильны и территориально опасны. Они не нападают первыми, это правда. Но если чужак зайдёт на их территорию, то уже вряд ли выберется оттуда живым. Даже если это будет восходящий средних рангов.

Я удивлённо вскинул брови и переспросил:

– Размером с волка?

Затем перевёл взгляд на Рау, который сейчас был не больше упитанного кота, попытался представить эту серебристую юлу размером с матёрого хищника, и у меня не получилось.

Лира слабо улыбнулась моей реакции.

– Да, брат. Он вырастет тебе по пояс, а может, и больше. И если он будет считать эту землю своей, – она обвела тонкой рукой наш запущенный двор, – то это может стать очень серьёзной проблемой для гостей. Ты ведь хочешь сделать здесь чайную?

Я кивнул и слегка нахмурился, оценивая перспективы. А ведь она права. Да, это определённо станет огромной во всех смыслах проблемой, когда моя чайная наберёт популярность и сюда потянутся клиенты. Огромный искрящийся волк на входе вряд ли добавит заведению уюта. Но пока я всё равно ничего с этим поделать не мог, да и когда он ещё вырастет? Будем решать проблемы по мере их поступления.

– Ничего, – потёр я руки, – это всё в будущем, сейчас у нас немного другие заботы.

– Ты прав, – сказала Лира, и её вдруг повело в сторону. Она пошатнулась, теряя равновесие. Я мгновенно оказался рядом, подхватил её под локоть, не дав упасть, и обеспокоенно заглянул в побледневшее лицо.

– Тебе плохо? – спросил я.

Но Лира тут же упрямо отстранилась, высвобождая руку, потёрла виски и тихо ответила:

– Всё в порядке, брат. Просто немного утомилась. Пойду лучше к себе, полежу.

Я мрачно кивнул, понимая, что приступ слабости – это отголоски её Трещины.

– Иди. Я сейчас приготовлю тебе придающий сил чай, – сказал я, а сам мысленно сделал зарубку: Лира больна, и оттягивать решение этого вопроса нельзя. Пальцы рефлекторно сжали подсохшие листья цедры, которые принёс Рау.

Лира ушла в дом, оставив меня одного. Рау всё ещё бегал по двору, шурша листвой. А я стоял и вспоминал недавние слова системы: «носитель способен различать оттенки Дыхания в растениях и природных источниках через органы чувств связанного существа».

Как именно это работает на практике? Я пока до конца не понимал. Ведь и многократно усиленный слух, и богатство ароматов – всё это я чувствовал там, во время самого перехода на вторую стадию. А теперь, когда прямое слияние сознаний закончилось, я снова не чувствовал ничего сверх того, что ощущает обычный человек.

– Рау, – негромко позвал я.

Зверёк замер на миг, навострил уши, мазнул взглядом по улетевшей бабочке и прибежал ко мне. Я присел на корточки, заглянул в его тёмные глаза, протянул ему цедру и тихо спросил:

– Чувствуешь что-нибудь?

Он принюхался к листьям, забавно чихнул и тонко пискнул. И в этот самый момент меня будто прошибло током. Я вдруг понял его! То есть мне через нашу Связь будто дали на краткий миг почувствовать то, что чувствовал он: в этой подсохшей листве было очень много густого, тягучего древесного Дыхания. Именно древесного.

Похоже, что у каждого магического растения есть не просто Дыхание, а его конкретные оттенки. Свойства. Я вспомнил, как система уже говорила мне о «дисбалансе энергий» при варке чая. Вывод напрашивался сам собой: у каждого растения есть свой доминирующий элемент.

Я уже сталкивался на практике с водным, огненным и земляным элементами. Теперь вот чётко ощутил древесный, словно заварил горькую кору. А если вспомнить про Поющий Иней и Синелист, которые обжигали руки холодом… скорее всего, это морозный или ледяной элемент.

Да это же… Это же с ног на голову переворачивает процесс создания действительно выдающихся чайных сборов! Нужно не просто кидать травы в котелок, а смешивать то, что гармонично дополняет друг друга по элементам, создавая баланс энергий, а не их конфликт.

От этого осознания у меня аж ладони вспотели, а в голове слегка помутнело. Это сколько же вариантов чая открывается? А сложность заварки приобретает совершенно новые уровни. А что за эффекты это даст? Если вот сделать сбор из трёх растений со схожими свойствами и разным, но сочетаемым Дыханием?.. Так! Стоп! Это всё потом. Сначала первоочередные дела.

В глубокой задумчивости я вернулся в лавку. Забрал оставленную в зале корзину с продуктами, которую утром принёс Марвин. На ходу заглянул и прикинул запасы: теперь еды нам троим хватит дня на три-четыре, если не шиковать. Прошёл на кухню. Скинул с плеча сумку, в которой прятал Рау во время тяжёлого разговора со старым алхимиком.

Очаг на кухне еле тлел. Я подкинул сухих поленьев, раздул угли. Быстро достал из прошлой марвиновской корзины остатки крупы, похожей на бурый рис, решив заодно проверить одну свою теорию. Повесил на железный крюк над очагом котелок, но залил туда не обычную родниковую воду, а колодезную. Ведь если вода с энергией усиливает чай, то, возможно, и еда на такой воде станет более сытной и полезной?

Промыл крупу в обычной родниковой воде, чтобы не переводить ценный ресурс, засыпал её в уже закипающую колодезную. Для вкуса и пользы кинул туда же горсть сушёных ягод кислошипа и пару горстей темники. Встал у огня, неспешно помешивая варево деревянной ложкой. Когда каша загустела и захлюпала, плотно закрыл котелок крышкой и отодвинул на край, давая блюду дойти и распариться. По кухне сразу поплыл аромат сушёных ягод и лесного ореха от каши.

После этого стал быстро заваривать Лире «Лесной мотив». Согрел ещё колодезной воды в маленьком котелке с краю очага. Нарезал тонкими слайсами последний оставшийся кусочек корня лесного женьшеня. Отметил про себя, что в заначке остался ещё один целый корень – неприкосновенный запас. Размял в пальцах листья серебристой цедры. Они заметно подсохли, подвялились на воздухе, но их было ещё достаточно – на несколько заварок «Лесного мотива» точно хватит, ведь я собрал три полных пучка.

Подсохшие веточки золотарника в количестве трёх штук тоже были на месте, как и пара глиняных баночек с пряными бутончиками терпкоцвета.

Работая с травами, я вдруг обратил внимание на интересную деталь: растения с Дыханием, которые имеют хотя бы первый ранг, портятся и сохнут гораздо медленнее обычных. Удивился этому феномену и запомнил – в ремесле пригодится.

Залил все эти подготовленные ингредиенты горячей водой на основе базы из тёмного листа. Выждал нужное время, поставил дымящийся заварник, пиалку и чашку каши на деревянный поднос и понёс Лире.

Приоткрыв дверь, я замер. Лира сидела на своей циновке в позе лотоса. Спина прямая, дыхание ровное, лицо расслаблено, а волосы стекают золотым водопадом по плечам. Я сразу понял, что она медитирует, но вот зачем и почему именно сейчас – не имел ни малейшего понятия. Тинг в таких вещах не разбирался. Стараясь не шуметь, я тихо произнёс:

– Как закончишь, не забудь поесть.

Аккуратно поставил поднос рядом с ней. Девочка, не открывая глаз, медленно кивнула. И я тихо вышел, прикрыв дверь.

Медитация… Я задумался. Может, она в этом мире имеет практический смысл? Мне ведь нужно открыть каналы. Может, так они и открываются… Нужно будет поговорить с Лирой по этому поводу. Если она готовилась стать Связным, то и про путь Развития может знать. Но это тоже только после того, как она отдохнёт.

Вернувшись на кухню, сел на стул за рабочий стол. В голове стали крутиться мысли о восстанавливающих травах. Что я знаю и что у меня для этого реально есть? Темника сгодится как лёгкое общеукрепляющее. Немного серебристой цедры добавит ясности ума. Золотарник выступит идеальной алхимической связкой. Как основа – жёлтый или тёмный лист.

Это всё, конечно, хорошо, но для серьёзного восстановления этого категорически недостаточно. Мне нужно было что-то принципиально другое, травы с иными, глубокими свойствами. Но снова идти в Лес я не собирался – я чайный мастер, а не самоубийца. Хватит с меня.

Я перевёл взгляд на Минка. Парень в углу снова начал тихо бубнить в бреду. Вот был бы он сейчас на ногах, да была бы у меня та книга по травам, которую обещал занести Марвин… Тогда Минк принёс бы нужных растений, а я бы уже приготовил принципиально другие сборы, поэкспериментировал с балансом элементов. Но везде это «бы». Сейчас у меня такой роскоши нет. Работать предстоит с тем, что есть.