Текст книги "Путь Наставника (СИ)"

Автор книги: Ярослав Мечников

Соавторы: Игорь Ан
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

И вдруг я заметил её.

Чуть ссутулившись, женщина лет сорока шла по моей стороне улицы, уставясь себе под ноги. Она о чём-то думала, а в руках несла два свёртка. На одном из них я заметил, нарисовано что-то наподобие книги или раскрытой тетради. Может, и вправду из книжного, а может быть там учебники. Второй потоньше и с масляными пятнами – похоже, что-то из продуктов. Одета женщина была неброско, я бы даже сказал просто. Никаких каблуков, никаких высоких воротников. Обычное тёмно-серое пальто и неизменный для местных тёплый платок на голове. В отличие от других она не стремилась скрыться в первой же лавке, но при этом не праздно шаталась, а шла целенаправленно. Так возвращаются домой с работы или из магазинов, куда ходили не развлекаться, а по делам, за покупками.

Похоже, это мой человек. И возраст, и статус, и вероятное наличие ребёнка. Если, верно, разыграю карту, то всё может получиться.

Я вышел заранее, чтобы не напугать появлением в последний момент. Отряхнулся, поправил одежду. Даже чуть развернул рукав, чтобы не отсвечивала прореха. Наверное, я выглядел как подросток из бедной семьи, но явно не беспризорник. Быстро растерев щёки, чтобы придать им хоть намёк на румяность, я пошёл ей навстречу.

Не доходя пары метров, я кашлянул. Она вздрогнула и подняла на меня взгляд. Блёклые голубые глаза, чуть встревожены, но смотрят без испуга.

– Простите, уважаемая, могу я к вам обратиться?

Она поморгала, словно не понимая, о чём я. Похоже, я выбрал немного не тот тон. Я снова кашлянул.

– Извините. Холодно.

Она кивнула, соглашаясь.

– Я не отвлеку вас, если спрошу?

– Что случилось?

Голос звучал чуть раздражённо, но твёрдо.

– У меня проблема с покупкой. Меня мамка отправила за углем, а там…

Я потупил взгляд, словно мне было стыдно в чём-то признаваться.

Несмотря на то что мне пятнадцать из-за худобы я выглядел младше. Наверняка женщину, у которой есть свой ребёнок, сильно не обманешь видом, но даже если она даст мне тринадцать или четырнадцать лет, это уже вполне приемлемо.

– Понимаете. В лавке работает кхм… пацан один, в общем, мы подрались с ним недавно, – я даже продемонстрировал сбитые костяшки на той руке, где они выглядели скорее царапинами. – А мамка просила купить полмешка. Не продаст он мне его.

– А от меня-то ты что хочешь? – она не понимала, к чему я веду.

– Вот, – я показал ей две копейки. – У меня есть деньги на уголь. Мамка дала. Но я сам купить не могу. Не могли бы мне помочь? Просто купить. А дальше уж я сам.

Женщина с удивлением уставилась на монеты в моей ладони.

Чёрт, как ни оттирал, пальцы у меня остались грязные. Но наверное, для местной детворы – это не слишком критично, потому что, мне кажется, она не особо на это смотрела. Скорее она удивилась самой просьбе.

– А у мастера-угольщика ты купить не можешь? Обязательно у подмастерья?

– Он спит в это время, – придумывал я на ходу. – Я всегда покупаю в этой лавке, и он всегда спит. Но раньше мы не были врагами с тем пацаном, как сейчас. И проблем не было.

– Что не поделили-то?

Похоже, она потихоньку соглашалась. Раз начала спрашивать, значит повелась, включилась в историю.

– Да, так… всего понемногу, – я повёл плечом, показывая, что не хочу говорить на эту тему. – Так вы поможете мне?

Она всё ещё сомневалась.

– А в другой лавке ты купить не можешь?

– Там уголь дороже, – жалостливо пробормотал я. – А мамка дала только две копейки. Мы небогаты.

И вот тут я, похоже, чуть перегнул. Взгляд женщины изменился. Она чуть отшагнула и будто бы по-другому взглянула на меня.

– Это я вижу, – произнесла она заметно холоднее.

Чёрт!

– Простите ещё раз. Но мне очень нужно купить угля. Мамка домой не пустит без него.

Оставалось упирать только на жалость.

И вдруг…

Я ощутил, как на плечи положили груз. Не просто положили, а начали давить. Равномерно, плавно, но беспощадно. И это ощущение… я помнил его. И чётко знал, кого увижу, если обернусь. Только не это… Только не сейчас!

– У вас всё в порядке, сударыня? – раздался спокойный, уверенный и одновременно до жути холодный голос из-за спины.

От Автора:

Инженер из XXI века попадает в тело подмастерья эпохи Петра I. Вокруг – грязь, тяжелый труд и война со шведами. А он просто хочет выжить и подняться.

/reader/438955

Глава 16

Делать вид, что я ничего не слышал – бесполезно. Точно так же, как бежать или предпринимать какие-то попытки сделать хоть что-то. Это осознание пришло вместе с давлением, с тем чувством, что сопротивление бесполезно.

Чёрт!

Да меня просто придавило мощью, исходящей от человека за спиной.

Я обернулся.

Он стоял, словно даже расслабленно. Я всегда вижу такие вещи. Стойки в ушу они всегда выполняются в таком состоянии. Это словно парить на месте, словно погрузиться в воду. И этот человек стоял именно так. Но в этой мнимой расслабленности чувствовалась сила.

Высокий, хорошо одетый. При этом не в форму, а довольно экстравагантно и свободно. В этом человеке чувствовалась стать. Тот стезевик, которого мы видели с Гришей, и в подмётки не годился этому. Если их поставить рядом… я даже не знаю… как графа, выдернутого с великосветского приёма, поставить рядом с крестьянином, только что работавшем в поле. Несравнимо!

Человек внимательно рассматривал меня. Тёмные, почти чёрные глаза впились так, словно сканировали. При этом руки стезевик держал за спиной. Выправке его позавидовал бы и Генка Смородин, который слал мне свои фото в форме каждый День Победы. Он учился в суворовском, а там за выправкой следят. Но здесь… здесь было нечто выше всего того, что я видел раньше.

Не знаю, какой ступени этот стезевик, я не Гриша, чтобы на вид определять, но точно выше той, что была у прошлого, виденного мной. Там Гриша определил третью-четвёртую. Здесь несоизмеримо выше.

– Сударыня, что случилось? – спросил стезевик, не сводя с меня взгляда, но обращаясь к женщине.

– Да… тут такое дело, – замялась она.

Похоже, и не неё стезевик тоже производил неизгладимое впечатление.

– Ну, – подбодрил он её. – Он вам угрожал?

Я сглотнул.

Давило так, что мне хотелось сжаться в комок. Я буквально чувствовал, как внутри этого человека бушует мощь Праны. Казалось, он одним движением пальца может прижать меня к земле и раздавить.

Все мысли, которые мелькали у меня в голове, едва я услышал голос, теперь казались бредом. Ещё разворачиваясь к стезевику, я думал, как буду действовать, если прижмёт. Но сейчас…

– О, нет… что вы! – воскликнула женщина. – Он просил о помощи.

– Попрошайка? Подаяния требовал?

Стезевик чуть подался вперёд и меня, кажется, слегка отодвинуло, протащило по земле несколько сантиметров. Или это мне лишь показалось?

Но я видел, как от крохотного движения, которое совершил этот человек, полы его пальто словно воспарили и медленно опустились, приоткрыв ноги в узких чёрных брюках и высоких сапогах. На поясе стезевика я заметил не то ножны от кортика, не то короткий жезл. И они едва заметно сияли голубоватым светом. Праносток! Я мгновенно ощутил те вибрации, которые прекрасно помнил. Только здесь мне даже не нужно было касаться кристалла. Мощь его чувствовалась на расстоянии.

«Капец! – промелькнула мысль в голове. – Я встрял!»

– Нет, он не попрошайка, – наконец ответила женщина, и я мгновенно ощутил, как нажим на меня снизился. – Он просил помочь ему купить уголь.

– Уголь? – удивлённо спросил стезевик и снова внимательно посмотрел на меня.

– Да. Просто уголь.

– Зачем ему уголь?

Это было сказано не женщина, а просто так, риторически. Потому что с этого момента стезевик будто и не замечал её. Она сказала что-то ещё, но я не расслышал. Изнутри меня начал пожирать холод. Вот теперь я по-настоящему испугался. Стезевик смотрел на меня, а я ощущал, как тепло уходит из тела. Он что-то делал. Сканировал, проверял, рассматривал. А я даже сказать ничего не мог. И это меня напрягло. Да так, что я понял одну вещь. Я не собираюсь просто так стоять и умирать под этим взглядом. К чёрту их!

Я собрался. Внутренне перенёс внимание на Даньтянь. Вдохнул и выдохнул, плавно, неслышно. Ощутил, как моя энергия собирается воедино. Нет! Я не собирался нападать, но и не хотел ощущать тот холод, что разрастался внутри.

Стезевик чуть удивлённо приподнял одну бровь. Уголок его губ дёрнулся и пополз вверх. Он будто бы ощутил, что я сопротивляюсь, и его это позабавило.

Я видел, как совсем немного сузились его глаза, как стал меньше зрачок, как непроизвольно дёрнулась щека. Я прекрасно понимал, что я никто против него. Никакие мои техники не помогут. Он не Бивень, чтобы застать его врасплох, он не та шпана, которую я положил в переулке. Я для него муха, комар. А те были бы и вовсе вшой.

На аристократическом лице, замершем в мраморной маске спокойствия, я прочитал готовность. Но не нападать, а произнести слово, что-то сказать. А может, сделать вывод. Он что-то понял насчёт меня. И я чувствовал, что это знание загонит меня в угол. Я буквально ощутил, как слово «беспризорник» готово сорваться с его губ. Это очень странное ощущение, но я остро и ярко прочувствовал его. Я готов был поклясться, что именно это он скажет. И тогда – мне конец. Он сомнёт меня. А может, и мараться не станет. Просто сдаст чёрным или патрулю. Мысли носились в голове, словно загнанные в угол лошади. Кровь стуком копыт барабанила в ушах. Ощущение неминуемой угрозы сделалось до предела чётким, кристальным.

И вдруг…

Тишину улицы разорвал вой сирены.

Громко до боли в ушах. Словно я стоял рядом с громкоговорителем системы городского оповещения воздушной тревоги.

Стезевик дёрнулся, но взгляда от меня не отвёл.

Звук переходил из ноты в ноту, образуя тревожные завывания. А потом раздался голос.

«Внимание! Всем жителям! Опасность прорыва периметра! Всем немедленно укрыться в домах, запереть двери и окна! Всем свободным стезевикам явиться к месту вероятного прорыва – вратам северной заставы!»

Я видел, как дрогнуло лицо стезевика, как он едва заметно улыбнулся. Я только сейчас увидел длинный, тонкий шрам на правой щеке. От самого уголка губ до края глаза. Белая, чуть неровная ниточка. Давний, но явно боевой.

– Рекомендую вам укрыться, сударыня, – произнёс стезевик, обращаясь к женщине, но не сводя с меня взгляда. – На улице может быть небезопасно.

– Конечно, конечно, – затараторила женщина. – Я укроюсь. Но…

Договорить она не успела.

Словно ветер пронёсся мимо, словно полыхнула чёрная молния. Миг – и перед нами никого нет. Я успел заметить движение в конце улицы. Уверен, что это был стезевик. Но как⁈ Чёрт возьми! Вот это скорость! Что я хотел? Ударить и сбежать? Мне самому стало смешно.

Я словно завис, раздумывая над тем, как я мог встрять и как мне удалось выпутаться.

В чувство меня привело то, что женщина трясла меня за плечо.

– Нужно уходить, мальчик. Иди домой.

Сирена выла, и сквозь этот шум я плохо различал, что говорит женщина. Потом голосовое сообщение начало повторяться, и я несколько секунд вообще не мог ничего разобрать. Она мне что-то говорила, а я думал только о том, откуда здесь сирена и громкоговорители. Ведь без электричества это невозможно. Но в ту же секунду вспомнил яркие фонари на Стене и понял, что тогда не ошибся. Несмотря на то что улицы освещались масляными лампами, где-то в этом городе умели управлять током. Это было странно и одновременно давало ясное понимание, что, чёрт возьми, «Тото, у меня такое чувство, что мы больше не в Канзасе».

Я помотал головой.

Это и так было ясно, но мир в очередной раз показал мне, что я о нём очень мало знаю.

Ладно, не до размышлений сейчас…

Как ни странно, но ни сирена, ни опасность не отменяли то, что мне было нужно.

– Иди! – прокричала женщина почти мне в ухо, и на этот раз я её услышал.

Я замотал головой.

– Не могу. Мамка не пустит без угля!

Это может показаться странным или неправильным, но я не собирался сдаваться. Не собирался менять своей истории. Потому что сейчас был мой шанс.

– Да ты с ума сошёл! Она у тебя что монстр? Не пустит сына домой?

Я пожал плечами и изобразил обречённость на лице. Пустить бы слезу, но я не актёр, чтобы так легко перевоплощаться.

– Не могу, – тихо произнёс я.

Женщина выпрямилась. Посмотрела на меня с сочувствием, а потом покачала головой, развернулась и пошла. Быстро. Торопливо.

Я стоял, не двигаясь.

Через пять шагов она остановилась, обернулась.

Я уставился в землю, опустил плечи.

– Да что же это такое! Давай скорее! Идём, я помогу!

Да! Внутренне я ликовал.

Тревога, паника, спешка. Всё это отключает критическое мышление человека на раз два. Неподготовленного человека. Тренированный умеет владеть собой. Но эта женщина сдалась. Она пожалела меня, повелась на мою игру. Ей ничего больше не оставалось.

Я прекрасно понимал, что согласись она раньше, до стезевика. Подойдя к проулку, она могла бы и отказаться. Это ведь странно. Незнакомый пацан ведёт её в тёмный, пустой проулок. Да уж… Чувство опасности включилось бы мгновенно. А сейчас у меня был шанс.

– Спасибо, – пробормотал я и зашагал в нужную сторону.

Женщина последовала за мной.

– Скорее! – твердила она. – Северная застава далеко, но нужно выполнять требования безопасности. Скорее.

Я шёл, как мог быстро. Быстрее только бежать. Она следовала за мной не отставая.

Вот мостик через речку, один поворот, второй. Переулок пошире. Поворот.

Куцый испуганно топтался у лавки. Все ставни, кроме одной, уже были закрыты, внутри теплился свет, но Куцый так и торчал снаружи. Я отсюда видел, что он дико нервничает. Он едва не подпрыгивал от нетерпения, похоже, не знал, что делать.

– Вот, – указал я женщине. – Эта лавка. Мальчишка – подмастерье. Вот деньги.

Я протянул 2 копейки, и она быстро взяла их, развернулась и зашагала к лавке.

Я спрятался за угол, наблюдал.

Отметил, что Гриши нигде не видно, но он мог быть где-то на заднем дворе дома, исследовать, а может и наблюдать за мной, как я сейчас следил за тем, что происходило у лавки. К тому же отведённое время ещё не вышло. Так что он и вовсе мог исследовать дом.

Куцый сориентировался мгновенно. Он, видимо, узнал свои монетки, потому что бросил короткий взгляд в сторону угла, за которым я спрятался.

Я наблюдал. Слишком уж просто…

Но в этот момент в лавке мелькнула тень, и я увидел лицо угольщика, внимательно наблюдающего за тем, что делает его подмастерье. Значит, мы были правы, значит, ненапрасно перестраховывались и искали человека, который купил бы уголь. Просто так угольщик не дал бы Куцему унести уголь. А я не смог бы его купить сам.

Куцый схватил полмешка угля, явно приготовленного заранее, поставил его перед женщиной. Без лишних разговоров, без слов. Он торопился.

Сирена продолжала выть. Даже здесь, в узком проулке, барабанные перепонки едва выдерживали. Эхо добавляло ощущений.

Женщина склонилась, попыталась взять мешок.

Свёртки, которые она держала в одной руке, едва не выпали.

Мешок оказался тяжеловат и неудобен. Она с тоской посмотрела в мою сторону. Я понимал, что происходит. Она не могла его взять и донести в одной руке. Либо он, либо свёртки. Чёрт!

Куцый быстро оценил ситуацию. Я лишь видел, что он смотрит то на меня, то на женщину. Главное – не перестараться и не вызвать подозрение у угольщика своими взглядами. Если угольщик поймёт, что происходит, весь наш план накроется медным тазом. Куцый не мог знать придуманную мной на ходу историю, так что явно предлагал женщине помочь с углём. Она отчаянно замотала головой. Как бы то ни было, а она поверила моей истории и сейчас не хотела, чтобы мы столкнулись друг с другом. Но у неё не было выбора.

Куцый предлагал настойчивей, понимая, что без помощи она не справится, а ему нужно было как можно быстрее отойти от лавки. И уйти с глаз мастера. Любопытная морда того, всё ещё виднелась в узком окошке. Может, покупка половины мешка угля и не вызовет вопросов, но присутствие угольщика нам не нужно.

Женщина ещё раз взглянула в мою сторону, вряд ли она видела меня, я едва выглядывал, но она знала, где я прятался. В итоге она махнула рукой и согласилась. Видимо, решила, что наши дрязги не стоят опасности, о которой вещала сирена.

Куцый подхватил мешок, и они вдвоём зашагали в мою сторону.

Я не выходил из-за угла, опасаясь, что угольщик заметит меня и раскроет наш замысел. Так и стоял за углом в ожидании.

Наконец, женщина и Куцый с мешком появились в проулке.

– Вот, – произнесла женщина. – Твой уголь. И помиритесь! Мальчики, не стоят ваши обиды того, чтобы рисковать собой. Бери уголь и бегом домой, матушка наверняка волнуется.

Куцый не понял, о чём она, а я быстро произнёс, что мы, конечно, помиримся и огромное ей спасибо за помощь, и да, прямо сейчас домой, только уголь прихвачу.

Она коротко закивала, поправила платок на голове, быстро взглянула на нас с Куцым, так и стоящим в полном недоумении рядом.

– Ну всё, мальчики. Поторопитесь.

Женщина развернулась и, не оборачиваясь, быстро зашагала к выходу из проулка.

– Вот это да! У тебя вышло! – тихо, но восторженно зашептал Куцый. – Честно, не верилось.

– У тебя есть где переждать? – спросил я Куцего.

Тот повёл плечами.

– Так. Это значит нет? Ты что на улице живёшь?

– В подсобке в лавке, но мастер закрыл уже всё. Тревога ведь, – ответил Куцый.

Я вспомнил, как угольщик пялился в окно, и спросил об этом Куцего.

– Не-е-е, не откроет он. Тревога. Он боится до одури зверей из-за стены.

Да уж… не подумал бы. Он так резво набросился на меня тогда… а тут…

– Ясно, – покивал я.

– Можем укрыться в доме, там вроде никого, – предложил Куцый. – Косой же осматривал его.

– Косой… – я запнулся. – Гриша, ещё не закончил осмотр, а значит, идти туда опасно. К тому же мы сговорились встретиться чуть позже. Кто ж знал про тревогу. Но я предпочитаю не менять планы. Если Гриша ещё не здесь, значит, занят. – Я немного подумал. – Идём к Марфе. Отнесём уголь. Думаю, она уже заждалась. Затем вернёмся. Как раз к тому времени, как должны встретиться с Гришей. Долго вообще будет эта тревога?

– Если звери прорвали периметр, то пока стезевики их не переловят. Может, полчаса, час, – ответил Куцый.

И вдруг, как ответ на его слова, голос в громкоговорителе вновь ожил.

«Внимание! Подтверждённый прорыв периметра! Всем оставаться в домах до отмены тревоги»

– Вот же… – ругнулся Куцый.

– Идём! Северная застава далеко, – повторил я слова женщины, – успеем добраться до Марфы и обратно. А там, если Гриша скажет, что дом пуст, заберёмся внутрь и переждём.

Я собрался взять уголь, но Куцый опередил меня, взвалил мешок на плечо.

До дома бабки мы добрались быстро. Пара поворотов – и мы на месте. Марфа ждала нас у входа. Она удивлённо взглянула на Куцего, но ничего не сказала. Лишь всплеснула руками, увидев уголь. Похоже, она уже попрощалась с деньгами, нами и своей работой.

– Вот молодцы! Вот спасибо! Вот вовремя. Варвара Сергевна уже волнуется. Да ещё эта тревога… Поставьте уголь сразу за дверью.

Куцый пошёл туда, куда указала Марфа. Я остался на улице.

Марфа тревожно всматривалась то в небо, то в проулок, словно ожидала, что звери, прорвавшие периметр, могут появиться в любую секунду.

– Вы же не будете заниматься во время тревоги? – с надеждой спросила она.

Не знаю, за нас ли она переживала или за то, что скажет хозяйка, если вдруг узнает, но я помотал головой.

– Вот и хорошо. Конечно, не надо оно. Я бы вас к нам позвала, переждать, да Варвара Сергевна уже дважды на кухню приходила. Она тревожится, когда такое случается.

– Ничего, – ответил я. – Мы к себе.

– Успеете? Далеко живёте?

– Конечно, успеем, – уверенно ответил я.

– Вот и хорошо. Вот и правильно.

Я не собирался подставлять Марфу, не хотел, чтобы из-за нас у неё были неприятности. Да и к Грише уже надо идти. По ощущениям, самое время.

Вернулся Куцый.

– Всё выполнено, как сказали. Оставил за дверью.

– Вот, – Марфа достала из-под передника довольно большой свёрток, протянула мне. – Как обещала. Тут рыбка. Две штуки, крупные. Не знала, что у вас третий есть, положила бы ещё одну.

– Спасибо, Марфа. Этого хватит. Мы пойдём.

– Конечно, конечно. Бегите. Приходите ещё. Я найду чем вас занять.

Вот это было самое важное! То, ради чего всё затевалось. Предложение продолжить сотрудничество. И оно было искреннее. Несмотря на тревогу и переживания Марфы, она была намерена продолжать сотрудничество. Я добился того, чего хотел. И рыба. Я ощущал тяжесть свёртка в руках, и это приятно грело душу. У нас было что поесть. Уж на троих точно хватит.

– До свидания, Марфа, – сказал я.

– До свидания, – вежливо повторил в тон мне Куцый.

Марфа помахала рукой и скрылась в дверях.

– Вот теперь идём, – произнёс я.

– Ого! – Куцый заценил свёрток. – Реально большие рыбины. Уважаю!

[Связь «Наставник – Ученик»: укреплена. Признак – уважение]

[Ученик: Куцый. Прогресс связи: 15%]

[Бонус наставнику: +5 Очков]

[Всего: 75 ОН]

С мира по нитке – голому рубаха. Я потихоньку шёл в верном направлении и копил Очки Наставления. До разблокировки Средоточия осталось совсем немного.

Сирена продолжала выть, а мы с Куцым бежали обратно. Туда, где нас уже должен был ждать Гриша.

Но переулок встретил нас пустотой. Лишь звуки сирены по-прежнему отражались от грязных стен.

– И где он? – неуверенно спросил Куцый.

– Должен быть здесь.

Я прикинул по времени. Отведённый на всё про всё час точно прошёл. Даже если бы Гриша не закончил, то всё равно вернулся бы сюда, как мы договаривались. Да, часов у нас не было, но плюс-минус чувство времени свойственно всем.

Но Гриши не было, проулок был абсолютно пуст.