Текст книги "Хранитель Заката (СИ)"
Автор книги: Яна Перепечина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
– Откуда вы знаете?
– Врачи обнаружили следы побоев, нанесённые человеком, рост которого гораздо выше отцовского. На Закате вы такой один.
– Может, он с кем в Кронштадте подрался? – лениво огрызнулся Денис. Анна с трудом удержалась от едкого комментария, а вот Камилла не смогла, возмущённо воскликнула:
– Ну с кем и когда он там мог подраться?! Он же только за нами приплыл, забрал нас и тут же отправился обратно на Закат. Ну не выдумывай, а?!
Матвей развёл в стороны ладони, до этого спокойно лежавшие на столе, мол, сам видишь, приятель, твоя версия не выдерживает никакой критики, и повторил:
– Так из-за чего.
Анне показалось, что Денису стало неловко. Он глянул на Камиллу, потом на Матвея и попросил:
– Пусть она выйдет, и я скажу.
– Вот ещё! – возмутилась Камилла.– Никуда я не пойду!
– Камилла, пожалуйста, – попросил Матвей. Племянница сердито посмотрела на него, фыркнула, даже топнула, но всё же направилась к двери.
– И она тоже, – мотнул головой в сторону Анны Денис.
– Может, и мне погулять? – весело удивился Хранитель.
Камилла нервно прыснула. Денис поджал губы:
– Нет, только им.
Анна поднялась и пошла за Камиллой.
– Спасибо, – тепло произнёс им вслед Матвей.
Когда за девушками закрылась дверь, он поторопил:
– Ну?
– Ваш отец или кто он вам полез не в своё дело. А когда я огрызнулся, дал мне по шее, как мальчишке какому. Ну, я и не стерпел, махнул в его сторону пару раз.
Матвей, сжал зубы и посмотрел на руки Дениса. Костяшки не были сбиты. Значит, драка и правда не была жестокой.
– И в какое же дело он полез?
– Он услышал, как я по телефону разговаривал с… Неважно… В общем, с одной девушкой… Ну, и стал читать мне мораль, что нельзя Камилле мозги пудрить… Можно подумать, это я виноват в том, что она мне на шею вешается.
– Всё?
– Всё. – Денис попробовал выдержать взгляд Хранителя, но не смог, потупился.
– Девушки, вернитесь, пожалуйста! – позвал Матвей.
Камилла вошла с настороженным видом. Анна придерживала её за локоть – боялась, что горячая орнитологиня с разбегу залепит Денису оплеуху. Видимо, того же опасался и Матвей, потому что он подвинул к себе второй свободный стул и похлопал по нему рукой:
– Ками, садись сюда.
Едва девушка опустилась рядом, он приобнял её за плечи и спросил у Дениса:
– А сегодня перед ужином где ты был?
И тут Денис вдруг растерялся, как будто его за стали за каким-то глупым, недостойным взрослого человека делом. Он несколько раз похлопал глазами, потом смущённо хмыкнул:
– Да я это, по следу пошёл.
– По какому следу? – насторожился Хранитель.
– Ботинок. Я решил перед ужином пройтись по берегу. Влево от маяка. И вдруг увидел следы. А дождь только закончился. Значит, следы были свежими. А все были здесь, на станции или у Полоцких. Ну, кроме вас. Но вы к маяку направились, я видел. А следы я обнаружил дальше, гораздо дальше. И мне вдруг пришло в голову, что на Закате может быть ещё кто-то, кроме нас восьмерых. И, может, этот кто-то и хотел прихлопнуть Василия.
– Исключено, – отрезал Хранитель. – Сюда просто так не попадёшь. Закат находится в той части Залива, где свободное передвижение запрещено. Только с разрешения соответствующих служб.
– Но ваши-то, аборигены-то, передвигаются. И, как я понял, безо всякого разрешения.
– Они – особая категория. На них общие правила не распространяются.
– На вас тоже, – напомнил Денис.
– Да, и на меня.
– Так, может, это кто из вас сюда привёз чужака! – Недобрая усмешка искривила губы Дениса. – Вас же не шмонают. Мало ли кто и что привезёт.
– Здесь все друг у друга на виду. Когда кто-то возвращается из Кронштадта, остальные помогают разгружать катер. Как в таких условиях спрячешь человека?
Анна нахмурилась и негромко поинтересовалась:
– А что, к Закату можно пристать только здесь, у причала?
Хранитель задумался и через полминуты покачал головой:
– Нет, есть ещё небольшая бухта с другой стороны. Но это опасно. Звук катера могут услышать остальные.
– А если заглушить мотор далеко и подойти на вёслах. Или это нереально?
– На катере – нереально. А вот если на моторной лодке… – Хранитель тоже помрачнел. – На чём встречал вас отец?
– На катере, – с готовностью отрапортовала Камилла.
– А после этого кто-то уплывал с Заката?
– Нет. Во всяком случае, я не слышала и не видела.
– И я тоже, – согласилась Анна.
– И я, – поддакнул Денис, довольный, что внимание собравшихся переключилось с него на возможного чужака.
– И как далеко ты по следам дошёл?
– Да метров сто-двести, не больше. Потом камни начались. Ну и...
– Значит, так. – Хранитель встал. – Сейчас мы с Анной уйдём за Галиной Филипповной и Анатолием Михайловичем и проводим их сюда. Вы проследите, чтобы на ночь дверь заперли, и закройте ставни. Они здесь есть на всех домах, в сильные ветра их закрывают. Скажете коллегам, что это моё распоряжение. До утра никому со станции не выходить и даже утром поодиночке никуда не отправляться. Ясно?
– Ясно! – тоненько отозвалась Камилла. Было заметно, что ей страшно.
– Всё понял, – буркнул Денис. И Анна с удивлением поняла: он перестал изображать из себя баловня судьбы и даже внешне подобрался, стал серьёзнее. При этом не запаниковал, а вместо этого сказал:
– Ками, ты оставайся, я пойду ставни закрою. Не бойся, я рядом.
Матвей, пряча улыбку, посмотрел на Анну и пожелал:
– Спокойной ночи.
– И вам тоже! – по-прежнему встревоженно отозвалась Камилла.
На крыльце, когда за ними закрылась дверь орнитологической станции, Анна спросила:
– Вы специально их напугали, чтобы Денис вспомнил, что он мужчина, и позаботился о Камилле?
– И это тоже, – согласился Хранитель. – Но история пока непонятная, тёмная. Поэтому сегодня вы будете ночевать у меня.
– Как вы себе это представляете? – оторопела Анна. – Что я скажу Полоцким? Что они обо мне подумают?!
– Это предоставьте решать мне. Пока нет отца, в экстренных ситуациях руковожу я. А сейчас именно такая ситуация.
Глава 40. Ночь
К облегчению Анны, в дом маячника она перебралась не в одиночестве, а вместе с Полоцкими. Хранитель просто сказал им, что появилась необходимость держаться всем вместе. Мария Михайловна встревоженно посмотрела на него, но ничего не спросила, видимо, считая, что Матвей вправе отдавать указания, а остальные обязаны слушаться его. Владлен Архипович попытался расспросить что к чему, услышал в ответ:
– Всё завтра, – и внешне безропотно отправился собирать необходимое для ночёвки в чужом доме.
К маяку шли под проливным дождём, освещаемые частыми молниями, пронзавшими небо до самого продолжавшего бушевать моря. Они были такими яркими, что даже сильный луч маяка время от времени терялся в их белом ослепляющем свете. Но Анну пугала не разошедшаяся стихия, а мысль о том, что по Закату бродит чужак, оказавшийся здесь неизвестно как и непонятно с какой целью. Страх не был всепоглощающим, но всё же беспокоил, мешал чувствовать себя в безопасности, как в первый день пребывания на острове.
Пригласив гостей в дом, Матвей прошёл вокруг и закрыл все ставни. Анна зажгла свет и помогла Марии Михайловне снять мокрый плащ. Владлен Архипович стянул куртку, повесил её на натянутую над ванной верёвку и спросил:
– А где мы будем спать? Комнат-то всего две.
– Вы с Марией Михайловне ляжете в комнате отца, – распорядился Матвей. – А Анна – во второй.
– Давай-ка лучше я с Анной лягу, – предложила Полоцкая. Анна тут же напряглась, ожидая, как женщина объяснит своё нежелание ночевать вместе с мужем, и посмотрела на Хранителя. Тот тоже насторожился. Но объяснение прозвучало вполне невинно:
– А то Владлен сильно храпит. А я спать не могу. Буду потом весь день разбитая.
Матвей кивнул:
– Если Анна не против, то пожалуйста.
– Нет, конечно.
– А ты? – всполошилась Полоцкая. –Ты-то сам где ляжешь?
– А я здесь раскладушку поставлю.
– Матвей-Матвей, снова ты обо всех заботишься, а себе трудности создаёшь.
– Ну, не такая уж это трудность – поспать пару ночей на раскладушке.
Он показал женщинам, где взять постельное бельё, а сам принёс из кладовки раскладушку и принялся стелить себе. Зайдя в выделенную им с Марией Михайловной комнату, Анна поняла, что будет спать через стену от него – раскладушка стояла точно так же, как её кровать, разделяла их только кирпичная перегородка.
Вскоре в доме маячника стало тихо. Владлен Архипович то ли не спал, то ли лежал не в том положении, но храпа пока не было слышно. Мерно дышала на своей кровати Мария Михайловна. А Анна всё мучилась без сна, представляя, как всего в нескольких сантиметрах от неё, за стеной лежит Хранитель Заката, мужчина, о котором она уже просто не могла перестать думать.
Анна жила в мире, где всё было по-другому, где мужчины нередко забывали о том, какими их создал Господь, где женщинам приходилось быть сильными. Или наоборот – женщины забывали, какими их создал Господь, а мужчины подстраивались и переставали быть сильными. Анна не знала, что первично – заблуждение женщин, решивших, что они хотят быть подобными мужчинам, или ошибка мужчин, предоставивших им эту возможность и отошедших в сторону. Но возникший перекос уже давно беспокоил её, заставляя чувствовать: происходит что-то не то. Сестра Нелка на это говорила:
– Мудрая женщина всегда найдёт возможность показать своему мужчине, что без него не проживёт. Вот ты думаешь, я сама дырку в стене не просверлю, к примеру? Да легко. Сейчас такая техника, что даже сил особых не нужно. Перфоратор, конечно, штука тяжёлая, но не настолько, чтобы я его не удержала. Только для чего я буду это делать? Чтобы доказать мужу, что проживу и без него? Я-то проживу, конечно. Но зачем мне такая жизнь без него? Я его люблю и хочу прожить с ним до конца.
А сейчас некоторые женщины порываются всё делать наравне с мужчинами, а потом удивляются, что те на диванах лежат. Правильно мотивированный мужчина чувствует себя хозяином положения и готов на подвиги. Зато мужчина, рядом с которым живёт жена, которая и сама всё может, постепенно теряет желание делать хоть что-нибудь. А мужчины созданы охотниками и защитниками. Им нужен не свой парень, а женщина, о которой хочется заботиться.
Анна смотрела на сестру и её мужа и понимала, что Нелли, пожалуй, права. Решительная и самостоятельная от природы, рядом с Михаилом Нелли становилась мягче и спокойнее. Поначалу Анне казалось, что сестра ломает себя ради мужа, подстраиваясь под него, а потом поняла – нет, пожалуй, становится самой собой. Нелли подтвердила это впечатление:
– Да я вообще уже не представляю, как жила без него. Мне кажется, что настоящая я – только рядом с Мишкой. Будто мы дополняем друг друга.
Смотреть на них было приятно, и Анна частенько ездила в гости к сестре, в том числе и за тем, чтобы убедиться в том, что есть, есть счастливые семьи. Сама она рядом с Богданом не чувствовала себя на своём месте, ей хотелось что-то доказывать ему, спорить по мелочам и демонстрировать свою независимость. В очередной раз побывав в семье Нелли, она понимала, что происходит что-то не то, но утешалась тем, что они с Богданом ещё не привыкли друг к другу.
Теперь она понимала, как ошибалась. За стеной спал человек, которого она знала двое суток и рядом с которым ей не хотелось ничего доказывать и ничего демонстрировать. Зато хотелось слушать его, смотреть на него и просто быть вместе с ним. И это желание теперь казалось совершенно естественным. Как будто так и должно было быть.
Скрипнула за стеной раскладушка. Раздались тихие шаги. Анна напряглась, понимая, что больше всего хочет встать и пойти туда, к Хранителю. Ей казалось, что и она нужна ему так же, как он нужен ей. Мария Михайловна не двигалась и дышала ровно, мерно. Анна села – тишина. Полоцкая не пошевелилась. И Анна больше не смогла и не захотела бороться с собой. Накинув на рубашку кофту, она приоткрыла дверь.
В соседней комнате горел торшер. Хранитель сидел за столом и о чём-то думал. Увидев Анну, он улыбнулся и шепнул:
– Не спится?
– Нет.
– Тогда присоединяйтесь к клубу полуночников, если хотите, конечно. Правда, пока он малочисленный.
– Это меня не смущает. – Анна села напротив него и тоже улыбнулась.
Закрытые ставни создавали странное ощущение оторванности от мира. Гремел за стенами гром, стучал по крыше дождь, неистовствовал ветер, но не было видно всполохов молний, потоков дождя по стеклу и сгибающихся чуть не до земли веток деревьев. И от этого казалось, что остальной мир где-то далеко. А здесь, в доме, только они вдвоём. Хранитель Заката и случайная гостья этого острова, застрявшая на нём из-за непогоды.
Хранитель протянул руку и накрыл ей ладонь Анны, прижал к тёплому дереву стола. Помолчали. Потом Анна спросила:
– Это плохо, что на острове чужак?
Матвей вздохнул:
–Это очень плохо. Это даже хуже того, что кто-то напал на отца. Потому что до появления следов я надеялся, что просто случилась ссора, состояние аффекта – и в результате пострадал отец. Ну, как между Галиной Филипповной и Камиллой. Глупо, опасно, но без злого умысла. Но если на острове чужак, значит, кто-то помог ему сюда добраться. И значит, среди нас предатель.
– Даже так? – Слово было непривычным, пришедшим из старых книг и фильмов про войну.
– Здесь другой мир, Анна. Здесь рядом граница. И любой, кто нарушает правила, скорее всего не дурак, а именно предатель. Человек, проникший сюда незаконно, не может иметь безобидных целей. Если это фотограф, который хотел поснимать Закат, или романтик, решивший отдохнуть на почти необитаемом острове, или исследователь, желающий узнать что-то новое, он мог оказаться здесь совершенно легально. Как вы или орнитологи, например.
Но этот человек предпочёл сделать всё тайно. И это не даёт мне права надеяться на его добрые намерения. Что-то ему нужно на Закате. И кто-то из островитян помог ему оказаться здесь.
– Вы что, хотите сказать, что это шпион?! – Анне казалось, что она выпала из реальности и попала в какой-то фильм.
– Ну, это маловероятно. Настоящие шпионы гораздо осторожнее. Скорее, здесь какой-то криминал. И это плохо.
Вот теперь Анна испугалась по-настоящему, так сильно, что даже сердце замерло. До этого, после признания Камиллы, что на неё никто не нападал, ей казалось, что Хранитель всё же немного преувеличивает опасность, может быть, даже использует ситуацию в своих целях, например, чтобы впечатлить саму Анну. Но сейчас она поняла, как ошибалась. На острове, который был сейчас отрезан от остального мира, появился чужак, намерения которого не ясны, но совершенно точно не безобидны.
– Так вы думаете, что это он ударил Василия?
– Он или тот, кто ему помогает.
– И что нам делать?
– Дождёмся рассвета и пойдём искать чужака.
– Вы знаете, где он может быть?
– Предполагаю.
– Вы возьмёте меня с собой?
– Вас – нет. Возьму Дениса. А вы останетесь на безопасном расстоянии и будете снимать всё на камеру. У нас должны быть доказательства. А сейчас идите спать, Анна.
– Вы меня разбудите?
– Обязательно.
Анна благодарно кивнула и поднялась. Хранитель тоже встал, подошёл к ней, крепко прижал к себе, обеими руками, обхватив её голову. Анне стало очень страшно за него. Она отстранилась, поднялась на цыпочки и неожиданно для себя перекрестила Хранителя. Он перехватил её руку и прижал к губам. Анна горько улыбнулась и призналась:
– Я боюсь за вас. Может, не будем ничего предпринимать, дождёмся улучшения погоды и приезда специалистов? Это же их работа.
Матвей покачал головой:
– Это и моя работа тоже, Анна. Я офицер. И вам придётся привыкнуть к этому.
– Привыкнуть?
– Ну, вы же пока не отказались стать моей женой. – Хранитель усмехнулся. – И я тешу себя надеждой и жду вашего решения.
Глава 41. Рассвет
Серенькое невзрачное утро началось с шагов за стеной. К своему удивлению, после ночного разговора с Матвеем Анна смогла уснуть, и из забытья её вырвали именно эти лёгкие шаги. Наверное, всё дело было в том, что совсем рядом ходил Хранитель, о котором она в последние дни думала почти не переставая.
Мария Михайловна по-прежнему то ли дремала, то ли тихо лежала. Анна поднялась, взяла одежду и выскользнула из комнаты, чтобы не потревожить её.
Хранитель как раз только вышел из ванной. Лицо его было чисто выбрито, мокрые волосы стояли коротким смешным ёжиком. Анна, которая не очень понимала повальную моду на бороды, в душе порадовалась тому, что Матвей не бородач. Наверное, на Закате это выглядело бы очень колоритно, но совершенно не в её вкусе.
– Завтрак готов, – сообщил Хранитель шёпотом.
– Да я могу вообще не есть.
– Нет уж, неизвестно, когда мы потом сможем подкрепиться. Поэтому соблаговолите позавтракать, сударыня.
– Тогда я сначала в ванную. Я быстро. Только не уходите без меня.
– Не уйду.
Анна вернулась через пару минут. Было совсем рано, чуть больше четырёх утра, но ей казалось, что Хранитель не хочет сообщать Полоцким о своих планах и намерен отправиться на поиски чужака как можно раньше.
В итоге, быстро выпив кофе с бутербродами, они вышли из дома, когда ни Владлен Архипович, ни его жена ещё не встали. На плече Хранителя висел какой-то длинный чехол. Было заметно, что его содержимое довольно весомо. Анна решила, что это оружие и испытала смешанные чувства: его наличие и успокаивало, и пугало одновременно. В коридоре Матвей посмотрел, хорошо ли одета Анна, уже привычно поправил ей капюшон и затянул завязки.
– Пойдём.
После тепла дома на улице показалось особенно промозгло и неуютно. Анна поёжилась и спросила:
– Куда нам?
– Сначала за Денисом. А уже с ним – на поиски. Он сказал, что видел следы левее маяка. В той стороне есть одно место, где вполне может прятаться человек.
– В лесу?
– Нет. Здесь лес чистый, почти без подлеска. В таком не спрячешься, видно далеко. Зато у нас имеются сохранившиеся укрепления времён войны. Они заброшены, но не разорены. Маячники всегда приглядывали и за ними тоже. Это для островитян своего рода памятники.
– Здесь шли бои? – не поверила своим ушам Анна. В голове не укладывалось, что и в этом тихом, оторванном от цивилизации месте тоже была война. От мысли об этом она даже поёжилась. Хранитель посмотрел с сочувствием:
– Шли. Особенно на Гогланде. Но и здесь наши войска обустроили несколько укреплений. На всякий случай.
– Так, может, сюда пробрался кто-нибудь из чёрных копателей?
– Всё может быть, конечно. Но вряд ли. Они тоже не дураки. Знают, что на острове действующий маяк и, значит, живут люди. А маячники – особая каста. Среди них равнодушных не бывает. Так что надеяться остаться незамеченными глупо. Да и нет здесь ничего. Уже давно всё изучили и, что можно было, нашли. Сначала я. В детстве. А потом уже и специалистов сюда приглашали.
Подошли к станции орнитологов. Хранитель тихо обогнул её в стороне от крыльца и стукнул в деревянный щит, закрывавший одно из окон. Сначала было тихо, потом встревоженный голос спросил:
– Кто там?
– Это мы с Анной, – успокоил Матвей. – Одевайся удобнее и выходи. Можешь сунуть что-нибудь в рот, мы подождём.
Но Денис вышел совсем скоро и выглядел крайне обеспокоенным.
– Что случилось?
– Мы идём искать твоего чужака. Ты пойдёшь с нами.
Анне показалось, что Денис дрогнул и сейчас откажется от участия в опасной затее. Но он закивал с готовностью:
– Хорошо. Я пойду. Что нужно взять с собой?
– У тебя хорошая камера на телефоне?
– Да.
– Возьми его. Анна будет снимать задержание, если ты не ошибся и чужак на острове всё же есть.
– Я не ошибся. – Денис хотел обидеться, но передумал и спросил: – А что буду делать я?
– А ты будешь меня страховать.
Глаза Дениса полезли на лоб. И Хранитель человеколюбиво успокоил:
– Твоя помощь понадобится в крайнем случае. В самом крайнем. Только если я не справлюсь.
Денис глухо проворчал что-то нечленораздельное. Анне стало ещё страшнее, и она сунула свою руку в ладонь Хранителя, тот сжал её и погладил большим пальцем, ободряя.
– Но я справлюсь, – пообещал он не столько Денису, сколько Анне. И она сделала вид, что успокоилась. Заставлять его волноваться ещё и за неё она не хотела.
– Может, всё же не пойдёте? – спросил Хранитель, когда они снова шли мимо дома смотрителя, направляясь к тому месту, где Денис видел следы.
– Пойду, – помотала она головой и решительно зашагала в указанном Денисом направлении.
Они цепью шагали по берегу, внимательно вглядываясь в песок. Но дождь и прилив старательно вылизали его. до полной нечитабельности. Денис махнул рукой в сторону груды камней:
– Следы дошли до вот этого места.
– То есть он удалялся от моря? Шёл от линии прибоя вглубь?
– Да.
Хранитель кивнул.
– Это то место, о котором вы думали? – спросила Анна.
– Да. А теперь идите все сюда.
Они спрятались за камнями, и Матвей распорядился:
– Анна, через десять минут после того, как мы уйдём, вы встанете вон на тот валун. Только на него. Оттуда будет всё хорошо видно, но при этом вы будете защищены другими камнями от выстрелов.
Анна испугалась, но позволила себе только твёрдо кивнуть. Нельзя перетягивать внимание на себя. Хранителю сейчас не до её страхов. Он и так заботится о ней, как может.
– Стойте спиной к морю, смотрите во-о-он туда… – Хранитель подошёл к ней со спины, взял ладонями её лицо и чуть повернул, указывая направление. В этом движении было мало необходимости, можно ведь и рукой указать или за плечи повернуть, но зато было много нежности и ласки. Анна замерла, желая, чтобы мгновения эти тянулись как можно дольше. Но Хранитель уже отпустил её, хотя и стоял по-прежнему близко, и велел: – Денис, дай Анне свой телефон…
Орнитолог послушно вытащил из кармана новый смартфон и сунул Анне в руку.
– Там ничего сложного. Всё, как везде, – пояснил он. – Включите заранее. Памяти хватит.
– Денис, ты пойдёшь за мной. Ничего не говори, иди тихо. Спрячешься там, где я покажу. И смотри в оба. Если увидишь, что я не справляюсь, возьми вот это, – Хранитель сунул что-то в руку орнитологу. – И стреляй в воздух.
– Что это?
– Ракетница. Но грохочет так, что может испугать. Да и сигнальная ракета может ввести нашего чужака в заблуждение. Он решит, что у нас есть подмога. Так что будь готов.
– А если?... – Денис осёкся.
– Никаких если не будет. Вариантов больше нет. Шторм начинает стихать. Ещё немного – и можно будет рискнуть уйти с Заката. А я не могу допустить, чтобы этот человек, кто бы он ни был, смог сбежать… Всё поняли?
Денис с Анной кивнули. Хранитель подошёл к Анне и мягко, совсем другим тоном попросил:
– Повторите, пожалуйста, ещё раз то, что сделали дома.
Анна тут же поняла его, заметила, как округлились от любопытства глаза Дениса, но опять поднялась на цыпочки и медленно перекрестила Хранителя, с нежностью глядя на него. И он снова перехватил её руку и поднёс к губам:
– Спасибо. Всё будет хорошо, Аня.
– Всё будет хорошо, – отозвалась она и решительно забралась на указанный Хранителем валун, стараясь выглядеть уверенной, собранной и готовой к неожиданностям.
– Через десять минут, – напомнил Матвей.
Анна посмотрела на время:
– В четыре тридцать две.
Хранитель кивнул, весело, как будто отправлялся на какое-то лёгкое и приятное дело, улыбнулся и зашагал вглубь острова. Денис быстро подошёл к Анне и попросил:
– И меня перекрести.
Она удивилась, но перекрестила его и потрепала по голове, как непутёвого, но в сущности доброго родственника. Чувствовала она себя в этот момент, примерно как Мэри Грант, провожающая в путь, полный опасностей, отважного капитана Джона Манглса и младшего брата Роберта. Правда, ей до сих пор не верилось в то, что происходящее – реальность, а не странный и беспокойный предутренний сон.
Десять минут длились бесконечно. Анна вся уже извелась и в итоге включила камеру на пару минут раньше. Небо постепенно светлело, хотя и оставалось по-прежнему серым, но всё же серость эта была теперь менее интенсивной и густой. В указанном направлении ничего не происходило. Хранитель и Денис уже давно скрылись из виду. И оставалось только надеяться, что она не ошиблась и снимает именно тот квадрат, на который ей указал Матвей. Когда она уже стала в этом сомневаться, наконец, увидела, как Хранитель вынырнул из-за большого камня, выпрямился в полный рост, помахал ей успокаивающе и осторожно спрыгнул куда-то, снова исчезнув из виду. Анна одной рукой держала телефон, а левой фиксировала подрагивающую от страшного напряжения правую. Сердце рвалось из груди, мешая дышать. И она шептала жалко и беспомощно одно только слово:
– Пожалуйста… Пожалуйста. Пожалуйста!
Глава 42. Чужак
До Анны донеслись крики, грязная ругань, грохот. И, наконец, между камней показалась сначала голова Хранителя, потом его плечи. Он выбирался с видимым трудом, вытягивая за собой что-то или кого-то тяжелого. Показался из-за валунов Денис, подбежал к Хранителю и стал помогать. Вдвоём они вытянули какой-то тёмный куль, повалили его на камни. Анна снимала на максимальном приближении и только поэтому поняла, что куль – это человек. Матвей оглянулся и опять махнул Анне. Теперь уже не успокоительно, а радостно. Она вытянулась в струнку, помахала в ответ, выключила камеру и запрыгала с валуна на валун, торопясь к нему.
Заметив это, Хранитель что-то сказал Денису и пошёл навстречу Анне. Она добежала до него и прижалась лицом к прохладной ткани штормовки, шепча:
– Всё? Уже всё?
– Всё. Он крепко спал и не ожидал, – кивнул Матвей. – Всё позади. Получилось даже лучше, чем я рассчитывал.
Чужой страшный человек лежал на камнях и злым, ненавидящим голосом шипел проклятья. Руки его были связаны за спиной крепким шпагатом. Денис с видом победителя стоял рядом и при каждом витиеватом ругательстве возводил глаза к небу то ли возмущённо, то ли в восхищении.
– Хватит, – перебил поток брани Хранитель, наклонился, схватил чужака за шиворот и поставил на ноги. Тот снова ругнулся и с ненавистью в глазах сплюнул прямо под ноги Хранителю. Анна не сдержалась и отступила: грубый, обозлённый человек пугал её.
– Идите за мной, – распорядился Хранитель. И Анна с готовностью спряталась за его широкую спину, сразу почувствовав себя лучше.
– Держи телефон, спасибо, – поблагодарила она Дениса. Тот пообещал:
– Я видео скину, когда вернусь на станцию.
– Да уж, скинь, – велел Хранитель. – Анна, продиктуйте Денису ваш номер, пожалуйста. А потом вы мне перешлёте. Свой номер я вам дам.
Денис снова закатил глаза с видом матроны, осуждающей нравы молодёжи.
– Дэн, ты там не изображай из себя святошу, – не то заметил, не то догадался Хранитель. – Лучше вспомни о воспитании и помоги Анне идти по камням.
Денис сердито фыркнул, но закатывать глаза перестал и руку Анне протянул. Она подавила улыбку и с благодарностью приняла помощь. Хотя, если на чистоту, предпочла бы, чтобы её поддерживал Хранитель, а не орнитолог.
До маяка добирались, разумеется, дольше, чем от него до укрытия чужака. Идти, подталкивая перед собой упирающегося человека да ещё и помогая ему не спотыкаться о камни, оказалось нелегко. Но всё же было чуть больше пяти часов утра, когда все они, возбуждённые и испытывающие огромное облегчение, ввалились в дом смотрителя.
На шум почти сразу же выглянула Мария Михайловна, ахнула и нырнула обратно в комнату, чтобы через минуту выйти из неё уже полностью одетой и готовой к исполнению обязанностей временной хозяйки дома.
– Владлен! – постучалась она в соседнюю дверь. – Владлен! Выходи! Матвей пришёл!
Чужак, которого Хранитель посадил на стул, исподлобья смотрел на неё тяжёлым недобрым взглядом.
– Владлен! – снова звонко хлопнула ладонью по деревянной створке Мария Михайловна, но ей никто не ответил, и она распахнула дверь и заглянула в комнату. Там было пусто.
– А где Владлен? – изумилась Мария Михайловна. Анна пожала плечами.
– Да сбежал ваш Владлен! – сквозь зубы буркнул чужак и нехорошо усмехнулся. – Понял, что дело пахнет керосином, – и сбежал.
– Ну, сбежать он ещё не мог, – не согласился Хранитель, мотнул головой, веля Денису смотреть за чужаком, сам прошёл в угол, поднял крышку люка, которую только сейчас заметила Анна, и распорядился:
– Полезай-ка, любезный, туда, посиди немножко, пока мы с другими делами разберёмся.
Чужак возмутился:
– Да кто вы такие, чтобы человека – и в погреб!
– Этот человек совсем недавно обитал в гораздо менее комфортных условиях, – заметил Хранитель, не отвечая на вопрос, вернулся к чужаку, крепко взял его за локоть и повёл к погребу. Тот, хотя и бурчал что-то себе под нос, сопротивляться всё же не стал и покорно спустился в лаз.
Матвей закрыл крышку, поставил на неё стул и велел Денису:
– Сиди здесь и никуда не отлучайся.
– Я ему помогу, Матвей, если нужно будет, – пообещала Мария Михайловна. Хранитель коротко кивнул и направился к выходу. Анна поспешила за ним. Уже в дверях он обернулся и спросил у Полоцкой:
– Где он может быть?
– Я не знаю. В море вряд ли вышел. Он трусоват. А шторм только начал утихать. До штиля ещё далеко. Может, домой вернулся за чем?
– Вы не слышали, как он ушёл?
– Нет. – Мария Михайловна выглядела виноватой и расстроенной.
– Владлен Архипович в последнее время ходил в город на моторке?
Полоцкая задумалась на миг и кивнула:
– Да, за день до приезда гостей. Сказал, что у него дела в Кронштадте, вызвался продукты привезти, хотя Василий ему говорил, что скоро сам в город поедет, и предлагал не мотаться. Но он взял моторку и уехал.
– Один?
– Да.
– А кроме него кто в последнее время пользовался моторкой?
Мария Михайловна порылась в памяти и отрицательно покачала головой:
– Никто. Василий предпочитает катер. Родаковы в отпуске. Да и когда они здесь, Сергей реже всех в городе бывает. А если и бывает, то обычно с Василием. Так что только Владлен моторкой пользуется.
– В последний раз он привёз что-нибудь?
– Так, немного продуктов. Буквально пару-тройку сумок.
– Вы видели, как он вернулся?
– Да, ещё помогла ему сумки таскать.
– Кроме них, в лодке больше ничего не было?
– Нет.
– А вёсла?
Мария Михайловна озадаченно замолчала, потом кивнула:
– Да, вёсла были. Конечно. Мы их всегда в моторке держим. На всякий случай. И в тот раз тоже были, я помню.
– И последний вопрос: как долго вы женаты?
Полоцкая замерла, на её славном лице отразилась буря эмоций, и Анна испугалась, что она сейчас соврёт. Но Мария Михайловна уже взяла себя в руки и мужественно ответила:
– Чуть больше года.
Анна с Хранителем переглянулись.
– Подробности расскажете позже, – потребовал Матвей.
– Да… Конечно… – потерянно пообещала Мария Михайловна. Анне стало очень жаль её, но Хранитель уже распахнул дверь и шагнул за порог, и она поспешила следом за ним.
– Куда мы?
– Сначала проверим причал, потом в дом Полоцких. Нужно торопиться.
– Вы думаете, это Владлен Архипович привёз на Закат чужака?
– Почти уверен.
