Текст книги "Дорога охотника 3 (СИ)"

Автор книги: Ян Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 2

Дикие земли не знали слова «безопасность», это они мне уже доходчиво объяснили. Каждый шаг, каждый вздох, каждое мгновение нужно было быть начеку. Охотничий инстинкт работал постоянно, выискивая угрозы. Предчувствие опасности несколько раз заставляло менять маршрут, обходя места, которые «не нравились» – без конкретных причин, просто ощущение, что туда лучше не соваться. По ощущениям, оно таки прокачалось, и уже перекрывало где-то минуты три необдуманных поступков. Возможно, еще и порог срабатывания понизился – от «щас тебе пиздец» до «если свернуть здесь, будут проблемы».

Я доверял этим ощущениям, они ещё ни разу не подводили. И вообще – лучше перебздеть, чем недобдеть, это я тоже уже понял.

Лес продолжал меняться. Гигантские деревья постепенно уступили место чему-то более знакомому – высоким соснам, раскидистым дубам, густому подлеску из кустарника и папоротника. Света стало больше. Тишина отступила, уступив место обычным лесным звукам – птичьему пению, шороху листьев, далёкому журчанию воды.

Но расслабляться было рано. Я чувствовал, и системными навыками и собственной интуицией – это временная передышка, затишье перед бурей.

Твари здесь тоже были, просто другие. Не сумеречники – те, похоже, обитали только в глубоком лесу, где вечный сумрак давал им преимущество. Здесь водились создания помельче, но не менее опасные: стаи каких-то тварей, похожих на помесь крысы и ящерицы, шныряющих в подлеске. Птицы с острыми, как бритвы, клювами, которые атаковали всё, что двигалось. И что-то крупное, что я ни разу не видел, но чьи следы встречал регулярно – отпечатки лап размером с мою голову, глубокие борозды на стволах деревьев, кучи дерьма, в которых поблёскивали непереваренные кости.

Чем бы оно ни было – встречаться с ним не хотелось. Тут уже не только чуйка, но логика пополам с опытом. Жизненным, не системным.

Еды по-прежнему не хватало. Корни и ягоды – это хорошо для поддержания жизни, но плохо для восстановления сил. Нужен был белок, настоящая еда, мясо. Но охота в диких землях как-то не заладилась, местная фауна не вела себя как обычные, привычные мне животные. Олени – если это страхоебища можно было назвать оленями, с их лишними рогами и странно светящимися глазами – убегали раньше, чем я успевал подобраться на дистанцию уверенного выстрела. Кролики – или их местные аналоги – прятались в норах, которые уходили так глубоко, что выкопать их было невозможно. Подстреленная на чистом везении белка, тут же обмазанная глиной и запечённая в горячей золе, оказалась очень вкусной – после такой-то диеты – но погоды не делала. Рыбы в водоемах просто не было – не Дикие Земли, а какие-то Мертвые, или Бесплодные. Нужно внести правки в местные карты… если доживу.

Оставались хищники. Которые, как известно, тоже состоят из мяса. Надеюсь, из более съедобного, чем прошлый раз – иначе смешно получится.

В качестве тестового образца рассмотрел стаю крысо-ящериц. Гадкие твари размером с кошку, шустрые и агрессивные. Восемь особей – слишком много для прямой атаки, но если подойти к вопросу творчески…

Три петли, две ямы с кольями, одна растяжка с подвешенным бревном… ну, технически кусок упавшего дерева это ж бревно? Когда я закончил, две твари были мертвы, ещё две – серьёзно ранены и обездвижены. Остальные сбежали, шипя и плюясь.

НАВЫК ПОВЫШЕН: УСТАНОВКА ЛОВУШЕК УР. 9 → УР. 10

Разделал тушки, соорудил нормальный костёр – теперь, вдали от преследователей, можно было позволить себе открытый огонь, заодно и погреться. Странный – но аппетитный запах при готовке, казалось, даже капающий с веточек жир пах тревожностью. Мясо оказалось жёстким, волокнистым, с непонятным привкусом, который не могла замаскировать никакая прожарка. Но это было мясо, его было много, и именно этого мне и не хватало.

А ночью – снова сны. Вода, глубина, голос. Та же картина, те же слова, то же ощущение чужого присутствия в собственной голове.

Я перестал отвечать. Просто слушал – или не слушал, пытаясь отгородиться стеной безразличия. Не знаю, насколько это работало. Ведущий этого увлекательного шоу – Глубинный, или как там его – продолжал говорить, показывать образы, обещать и угрожать. Я продолжал игнорировать.

Пат. Ничья. По крайней мере, пока.

Внезапно вышел к реке, первой реке, встреченной в этом мире. Широкая, спокойная, с прозрачной водой и песчаными берегами. Первый по-настоящему приятный пейзаж за всё время пути – что-то мирное, почти идиллическое. Даже птицы пели, настоящие птицы, а не те зубастые твари из глубокого леса.

Я остановился на берегу, глядя на противоположную сторону. Там – такой же лес, такие же деревья, такое же небо. Но что-то изменилось. Что-то в воздухе, в свете, в самом ощущении места.

Перешёл реку вброд – вода доходила до пояса, холодная, бодрящая. Выбрался на противоположный берег, отряхнулся… и увидел.

Люди. На востоке, километрах в двух. Движутся в мою сторону. Я метнулся в кусты, залёг, слился с землёй. Сердце колотилось, адреналин хлынул в кровь.

Дружина? Культисты? Люди Крейга?

Пять фигур. Движутся медленно, осторожно. Не погоня – скорее патруль. Или охотники. Или…

Ждал, пока они не подошли ближе. Восемьсот метров. Шестьсот. Четыреста.

Теперь мог различить детали. Двое – явно бойцы, по манере движения. Один – что-то связанное с магией, слабая аура на границе восприятия… или это амулеты так воспринимаются… как же не хватает нормального туториала. Двое других – непонятно, никаких особых ощущений, может, просто проводники или носильщики.

Не похоже на графских людей. Те двигались бы строем, с разведчиками впереди. Эти – разбредшиеся, расслабленные.

Торговцы? Путешественники? Рискнуть?

Я лежал в кустах, обдумывая варианты. С одной стороны – любой контакт с людьми был опасен. Меня искали, и новости обо мне любимом наверняка распространились по всему региону. С другой – мне нужна была информация. Где я нахожусь. Куда идти. Что происходит в мире, есть ли стабильность.

Решил подождать. Посмотреть, что за люди, оценить опасность.

Группа вышла на берег реки метрах в трёхстах от моего укрытия. Теперь уже можно было рассмотреть детали.

Пятеро. Двое – действительно охранники, в лёгкой броне, с мечами на поясах. Один – в мантии, маг или алхимик, судя по сумке с позвякивающими склянками… и да, слышно было достаточно неплохо, только сейчас я это понял. И двое – мужчина средних лет в добротной дорожной одежде и женщина помоложе, возможно, его дочь или помощница.

Торговцы. Или исследователи. Или авантюристы, ищущие приключений в диких землях.

В любом случае – вряд ли это охотники за моей головой.

Пришельцы остановились, разбили лагерь. Развели костёр, начали готовить еду. Разговаривали – я слышал обрывки фраз, но не мог разобрать слов с такого расстояния.

Я продолжал наблюдать. Час. Два. Солнце клонилось к закату, тени удлинялись.

И тут один из охранников встал, сказал что-то остальным и направился в мою сторону.

По нужде, понял я. Просто отошёл отлить.

Он прошёл мимо моего укрытия в десяти метрах, не заметив ничего подозрительного. Сделал своё дело, повернулся обратно.

И замер.

Смотрел прямо на меня. Не на кусты – на меня. Каким-то образом он понял, что здесь кто-то есть.

– Эй! – крикнул он, хватаясь за меч. – Кто там?

Твою мать.

Вариантов было немного. Бежать – но тогда они поднимут тревогу, начнут преследовать, возможно, маг умеет что-то неприятное. Атаковать – но я не хотел убивать людей, которые мне ничего не сделали.

Оставалось – говорить.

Я медленно поднялся из кустов, держа руки на виду.

– Спокойно, – сказал я. – Я не враг.

Охранник не опустил меч. Его глаза – настороженные, профессиональные – оценивали меня: одежду (рваную), оружие (при себе), состояние (не впечатляет).

– Кто ты такой? – спросил он. – Что делаешь здесь?

– Охотник, – ответил я. Не совсем ложь, ведь. – Иду на запад. Заблудился в лесу, еле отмахался от тварей, несколько дней без нормальной еды.

Из-за спины охранника появились остальные – второй боец с обнажённым мечом, маг с занесённой рукой (готовит заклинание?), торговец с факелом.

– Охотник? – переспросил торговец. Мужчина лет пятидесяти, с седеющей бородой и умными глазами. – Откуда идёшь?

– С востока. Из… далеко. – Я не стал уточнять. – Напоролся на тварей в глубоком лесу, еле ушёл.

– Сумеречники? – вдруг спросила женщина, выглянувшая из-за спины торговца.

Я посмотрел на неё. Молодая, лет двадцать пять, с короткими тёмными волосами и внимательным взглядом. Не похожа на обычную дочь торговца.

– Да, – сказал я. – Двое.

– И ты выжил? – В её голосе было удивление. – Один, без магии, без нормального оружия?

– Повезло.

А вот за оружие даже обидно стало – хрен с ней, с магией, её-то и правда нет.

Она смотрела на меня долго, изучающе. Потом повернулась к торговцу.

– Отец, он не врёт. По крайней мере, про сумеречников – точно…

Маг тоже приблизился, и я почувствовал прикосновение… как будто что-то мягкое обтекло мою тушку, как будто нырнул в туманное облако. Сканирование? Звучит логично, но опять же – знаний не хватает.

– Он не маг, – сказал маг через секунду. – Но… что-то в нём есть. Странное.

– Ладно. – Торговец принял решение. – Мечи в ножны, господа. Не похоже, что он собирается нас резать. – Он повернулся ко мне. – Как тебя зовут, охотник?

Имя. Чёрт. Какое у меня имя?

– Зовите меня… Рик, – сказал я. Первое, что пришло в голову.

– Приятно познакомиться. – Торговец усмехнулся. – Ну что ж, Рик, мы как раз собирались ужинать. Присоединишься?

Их звали Грегор (торговец), Мира (его дочь, хотя, как выяснилось, не родная – приёмная), Велик и Борн (охранники) и Тамас (маг, точнее – алхимик, как он сам уточнил).

Они направлялись в Перепутье – торговый пост на границе диких земель, единственное человеческое поселение в радиусе нескольких сотен миль. Грегор торговал редкими ингредиентами: травами, минералами, частями тварей – всем, что можно было добыть только здесь и продать втридорога в цивилизованных землях.

– Рискованный бизнес, – сказал он, передавая мне миску с похлёбкой. – Но прибыльный. Если не помрёшь, конечно. Но помереть можно и обычным крестьянином, всю жизнь горбатясь на своем клочке земли… и хорошо, если ещё своем.

Я ел, стараясь не показывать, насколько соскучился по нормальной еде. Похлёбка – простая, из сушёного мяса и каких-то кореньев – казалась пищей богов после дней на подножном корму.

– Давно в этих местах? – спросил я между ложками.

– Двадцать лет. – Грегор улыбнулся. – Начинал носильщиком, таскал чужие тюки за медяки. Теперь у меня собственный караван. Ну, был караван, пока не пришлось разделиться из-за проблем на дороге.

– Какие проблемы?

– Люди графа. – Грегор поморщился. – Шастают по всему региону, ищут кого-то. Останавливают всех путников, проверяют, задают вопросы. Мы решили не рисковать – отправили основной караван кружным путём, а сами пошли напрямую, через дикие земли.

Люди графа. Ищут кого-то. Интересно кого.

– И кого они ищут? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

– Какого-то охотника. – Грегор пожал плечами. – Слухи разные: то ли вор, то ли убийца, то ли вообще демон во плоти. Якобы украл что-то ценное и теперь скрывается.

– А ты что думаешь, Рик? – вдруг спросил Тамас. Алхимик смотрел на меня с нечитаемым выражением. – Ты ведь тоже охотник. Может, знаешь что-то об этом… коллеге?

– Ничего не знаю, – сказал я. – Я из дальних земель, недавно здесь. Местные дела меня не касаются.

Из дальних земель. Я уже говорил.

Тамас кивнул. – Интересно.

– Говорил. – Алхимик улыбнулся, но улыбка не достигла глаз. – Просто любопытно, как ты выжил. Сумеречники – твари. Обычный охотник против них не протянул бы и минуты.

– Мне повезло.

– Дважды за неделю? Сначала – потеряться в лесу и выжить, потом – одолеть сумеречников? – Тамас покачал головой. – Много везения для одного человека.

Атмосфера вокруг костра изменилась. Охранники – которые, казалось, дремали – напряглись, положив руки на мечи. Грегор смотрел на меня с новым интересом. Мира – с какой-то странной смесью любопытства и опасения.

– Что ты хочешь сказать? – спросил я прямо.

– Ничего. – Тамас поднял руки в примирительном жесте. – Просто наблюдение. Ты – интересный человек, Рик. Очень интересный. И я не удивлюсь, если окажется, что ты – больше, чем простой охотник из дальних земель.

Тишина. Треск костра. Далёкий крик ночной птицы.

– Может быть, – сказал я наконец. – Но это не ваше дело.

Грегор рассмеялся – громко, искренне.

– Он прав, Тамас! Не твоё дело, кто он и откуда. Главное – он не пытался нас ограбить или убить. В наших местах это уже достижение. – Торговец повернулся ко мне. – Слушай, парень. Мне всё равно, какие у тебя секреты. У всех есть секреты. Но если ты идёшь в Перепутье – а ты ведь идёшь в Перепутье, других направлений отсюда нет – мы могли бы составить компанию. Вместе безопаснее.

Я обдумал предложение. С одной стороны – риск. Чем дольше я буду с этими людьми, тем больше вероятность, что они поймут, кто я такой… как минимум, что что-то со мной не так. С другой – информация. Грегор знал эти места, знал людей, знал обстановку. И путь в компании действительно безопаснее.

– Договорились, – сказал я. – До Перепутья – вместе. Потом – каждый своей дорогой.

– Идёт. – Грегор протянул руку, и я пожал её. – Добро пожаловать в команду, Рик. Постарайся не умереть по дороге – у меня некрологи плохо получаются.

Следующие три дня мы шли вместе.

Я держался в стороне, говорил мало, больше слушал. Узнал много полезного: о Перепутье (торговый пост на триста душ, никакой власти, кроме меча и монеты), о диких землях (опаснее, чем я думал, но и богаче), о политике региона (такое же дерьмо, как и в родном мире).

Узнал и о себе – точнее, о слухах, которые обо мне ходили. «Безумный охотник» превратился в легенду: одни говорили, что он – демон, другие – что заколдованный принц, третьи – что орудие древнего зла. Графская дружина прочёсывала леса, инквизиторы рыскали по деревням, наёмники искали за вознаграждение – приколы про популярность постепенно переставали быть приколами.

Тамас больше не задавал неудобных вопросов, но я чувствовал его взгляд – постоянный, изучающий, алхимик что-то подозревал, это было очевидно. Но молчал, и я был ему за это благодарен.

Мира тоже присматривалась. Она была умнее, чем казалась – не просто дочь торговца, а партнёр в бизнесе, помощник в переговорах, иногда – переводчик. Знала несколько языков, разбиралась в травах и зельях, умела обращаться с ножом.

На вторую ночь она подсела ко мне у костра, когда остальные уже спали.

– Не спится? – спросила она.

– Привычка. – Я пожал плечами. – В лесу лучше не спать слишком крепко.

– Понимаю. – Она помолчала. – Ты ведь не просто из дальних земель, правда?

– В смысле не просто? Сложно из дальних земель?

– Акцент. Манера речи. То, как ты двигаешься, как осматриваешь местность, как держишь оружие. – Мира улыбнулась. – Я выросла среди торговцев, охотников, наёмников. Научилась читать людей. Ты – не путешественник, который заблудился. Ты – беглец.

Отрицать было бессмысленно.

– И что?

– Ничего. – Она пожала плечами. – Мне всё равно, от кого ты бежишь. В Перепутье половина жителей – такие же беглецы. Никто не задаёт вопросов, никто не выдаёт. Это… негласный закон.

– Допустим.

Мира встала, собираясь уходить. У края света костра остановилась.

– И ещё… – Она говорила, не оборачиваясь. – Если тебе понадобится помощь в Перепутье – найди трактир «Три дуба». Скажи, что от Миры. Там… не задают лишних вопросов.

Она ушла, растворившись в темноте. Я остался сидеть, глядя на огонь.

Доверяй – но проверяй. Старое правило, работающее везде и всегда.

Мира помогла мне информацией. Но зачем? Просто из доброты? Или у неё были свои причины?

Есть подозрение, что ничего не бывает бесплатно. И каждый дар – это долг, который рано или поздно придётся отдать.

Ладно. Посмотрим.

На четвёртый день мы вышли к Перепутью.

Поселение лежало в долине между двумя холмами, у слияния двух рек. Частокол из заострённых брёвен, сторожевые вышки по углам, ворота, достаточно широкие, чтобы пропустить телегу. Внутри – несколько десятков зданий: дома, склады, таверны, кузница. Дым из труб, запах готовящейся еды, шум голосов.

Цивилизация. Или её подобие.

– Добро пожаловать в Перепутье, – сказал Грегор. – Последний оплот человечества перед бесконечным лесом. Или первый – смотря откуда смотреть.

Мы прошли через ворота без проблем – стражники, двое здоровых мужиков в кожаных доспехах знали Грегора и пропустили его людей без лишних вопросов. На меня посмотрели с подозрением, но торговец сказал «со мной», и этого оказалось достаточно.

Внутри Перепутье выглядело именно так, как я ожидал: грязные улицы, разномастные здания, толпа людей самого сомнительного вида. Охотники в потрёпанных шкурах, торговцы с тюками, наёмники с оружием, женщины с ярко накрашенными губами и глазами, которые видели слишком много. Запахи – дым, пот, готовящееся мясо, навоз, что-то химическое из алхимической лавки.

– Ну вот, – сказал Грегор, когда мы остановились на площади перед большим зданием с вывеской «Золотой топор». – Здесь наши пути расходятся, Рик. Было приятно путешествовать с тобой. Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь.

– Спасибо, – сказал я. – За еду, за компанию, за информацию.

– Не за что. – Торговец усмехнулся. – Может, ещё встретимся. В наших местах мир тесен.

Я пожал руки всем – Грегору, Мире, даже Тамасу, который смотрел на меня всё с тем же нечитаемым выражением. Охранники кивнули – за четыре дня мы не обменялись и десятком слов, но в целом произвели друг на друга приятное впечатление.

Потом они ушли – к своим делам, своим заботам, своим домам. А я остался один посреди незнакомого поселения, без денег, почти без снаряжения, с сотней врагов за спиной и древним страхоебищем в голове.

Отличное начало нового этапа в жизни.

Прошёлся по улицам, запоминая расположение зданий, выходы, укрытия. Нашёл «Три дуба» – таверну, о которой говорила Мира. Заглянул внутрь – обычное заведение, ничем не выделяющееся. Хозяин – толстый мужик с бородой и хитрыми глазами – посмотрел на меня оценивающе, но ничего не сказал.

Послушал разговоры в тавернах, на рынке, у колодца. Узнал, что в Перепутье действительно есть люди графа (четверо, сидят в «Золотом топоре»), люди барона (двое или трое, точно никто не знает, или не хотят говорить незнакомцу).

К вечеру устроился-таки в «Трёх дубах» – снял комнату за последние медяки, оставшиеся от щедрот Грегора. Крошечная каморка под крышей, с узкой койкой и дырявым одеялом, но после недель под открытым небом – почти роскошь.

Сон пришёл быстро – и с ним, конечно, сны. Вода, глубина, голос.

«Ты приближаешься. Хорошо. Скоро – встретимся».

Глава 3

Впервые за… сколько? Две недели? Три?В общем, впервые за долгое время удалось нормально выспаться. Я сбился со счёта где-то между болотом и посёлком культистов, и с тех пор время превратилось в бесконечную череду марш-бросков, засад, схваток и коротких, рваных урывков сна, когда организм просто отказывался функционировать дальше. Теперь же – настоящая кровать, пусть и узкая, пусть и с комковатым матрасом, пусть и в каморке размером с собачью будку. Крыша над головой. Стены вокруг. И никто не пытается меня убить прямо сейчас.

Лежал на койке, глядя в потолок, и позволил себе редкое удовольствие – просто полежать. Не думать о врагах, не планировать следующий шаг, не анализировать угрозы. Просто… быть.

Длилось это ровно три минуты. Потом мозг включился в привычный режим и начал подкидывать вопросы, на которые у меня не было ответов.

Что дальше? Куда идти? Как избавиться от метки? Где взять деньги на еду и снаряжение?

Вопросы, вопросы, вопросы.

Ладно. Начнём с того, что можно измерить и оценить.

СТАТУС

ИМЯ:???

КЛАСС: ОХОТНИК

УРОВЕНЬ: 13

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 28

Ловкость: 17

Выносливость: 28

Восприятие: 28

Интеллект: 7

Мудрость: 8

Свободных очков: 0

ТАЛАНТЫ

Охотничий инстинкт (усилен) – Вы чувствуете присутствие живых существ в радиусе 150 метров. Можете определить их примерный размер, направление движения и эмоциональное состояние. Чем опаснее существо, тем сильнее ощущение. Не работает на механизмы, неживые сущности и нежить.

Регенерация – Значительно ускоряет естественное заживление ран. Порезы затягиваются за часы, переломы – за дни. Также повышает сопротивляемость болезням и ядам. Эффективность зависит от питания и отдыха – при голоде или истощении регенерация замедляется.

Молниеносные рефлексы – Значительно увеличивает скорость реакции на внезапные угрозы. Вы способны уклоняться от атак, которые обычный человек даже не успел бы заметить. Время словно замедляется в моменты опасности, давая вам драгоценные мгновения на принятие решения. Эффект активируется автоматически при угрозе жизни.

Несокрушимый дух — Ваша воля укрепляет тело. Вы можете игнорировать боль и усталость в критических ситуациях, продолжая сражаться даже с тяжёлыми ранениями. Бонус к сопротивлению страху и ментальным воздействиям.

Неуязвимый – Ваше тело достигает предела человеческой прочности и выходит за него. Вы способны выдержать удары, которые убили бы обычного человека, продолжать сражаться с ранами, от которых другие потеряли бы сознание. Болевой порог повышен вдвое. Шанс получить критическое ранение снижен. Вы можете игнорировать эффекты, вызывающие оглушение или потерю сознания.

Сокрушительный удар – Вы можете вложить всю силу в один удар, нанося катастрофический урон. Удар пробивает броню, ломает кости, разрушает конструкции. После использования – короткий период уязвимости (несколько секунд).

Предчувствие опасности – Ваше шестое чувство усиливается до уровня полноценного боевого предвидения. Вы ощущаете угрозу за несколько секунд до её воплощения – достаточно, чтобы подготовиться или уйти с линии атаки. Работает даже во сне. Побочный эффект: в местах с высокой концентрацией угроз может вызывать постоянную тревожность.

НАВЫКИ

Выживание: 16

(способности: идентификация флоры, идентификация фауны, адаптация, адаптация, в торое дыхание)

Ремесло: 13

(способности: оценка материалов, понимание, экономия, руки мастера)

Скрытность: 10

(способности: камуфляж, слияние с тенями, тихий шаг )

Ближний бой: 9

(способности: чувство расстояния, боксер, болевые точки )

Установка ловушек: 10

(способности: маскировка, цепкость, активация )

Поиск следа: 6

(способности: чтение следа, память следа)

Стрельба: 6

(способности: упреждение, твёрдая рука)

Взлом: 2

ОСОБЫЕ СПОСОБНОСТИ

Болотная стойкость – иммунитет к болотным миазмам и некоторым природным ядам.

Живучесть – способность выживать при травмах, которые убили бы обычного человека.

Ментальная стойкость – частичная защита от псионических воздействий.

Легкая рука – повышение вероятности получения навыков воровсой направлености.

ДОСТИЖЕНИЯ

ЕЩЁ ЖИВ? НИЧЕГО СЕБЕ!

ПЕРВАЯ КРОВЬ

ГУРМАН ПОНЕВОЛЕ

СОБИРАТЕЛЬ

ДОМОСЕД

КУСТАРЬ-САМОУЧКА

ТРАППЕР

КРЫСОЛОВ

УБИЙЦА ЧУДОВИЩ

ПАРТИЗАН

УБИЙЦА РАЗУМНЫХ

ОХОТНИК НА ОХОТНИКОВ

СКВОЗЬ ТРЯСИНУ

БОСС ПОЛЯНКИ

ГОЛЕМОБОРЕЦ

НА ВОЛОСОК ОТ СМЕРТИ

ОТСЕКАЮЩИЙ НЕСЛЫШИМОЕ

НЕУКРОТИМЫЙ

МЕЖДУ МОЛОТОМ И НАКОВАЛЬНЕЙ

Активные эффекты: МЕТКА ГЛУБИННОГО (неизвестно)

Так… С нематериальным все, вроде как неплохо. Чего не скажешь о более приземленном. Три медяка в наличии, остальное растерял в этих конченых приключениях, теперь это весь мой капитал. На них можно купить… что? Миску похлёбки? Полкружки разбавленного – хорошо если не мочей – пива?

Замечательно.

Хотя и насчёт статуса– «Метка Глубинного» в списке активных эффектов. Система наконец-то соизволила это отобразить, хотя информации – ноль. «Неизвестно». Спасибо, дура.

Поднялся с койки, потянулся, разминая затёкшие мышцы. Тело чувствовало себя… нормально. Даже хорошо. Для «отлично» не хватает пожрать чего.

Вышел из комнаты, спустился в общий зал «Трёх дубов». Утро было раннее, посетителей почти не было – только пара мрачных типов в углу, уткнувшихся в кружки, да хозяин за стойкой, протирающий и без того чистые стаканы.

– Доброе утро, – сказал я, подходя к стойке.

Хозяин – тот самый толстяк с бородой и хитрыми глазами – окинул меня оценивающим взглядом.

– Доброе, – отозвался он. – Завтракать будешь?

– Сколько?

– Два медяка. Каша, хлеб, вода. Ещё медяк – с куском солонины.

Три медяка. Всё, что у меня есть. Гуляем, хули уже.

– Давай с солониной, – сказал я, выкладывая монеты на стойку.

Хозяин сгрёб их, кивнул и скрылся на кухне. Через минуту вернулся с деревянной миской и ломтем хлеба. Каша оказалась безвкусной, солонина – жёсткой, как подмётка, но я съел всё, до последней крошки. Когда не знаешь, когда будет следующая еда —особо не привередничаешь.

– Ты тот, кто пришёл с Грегором? – спросил хозяин, когда я закончил.

– Да.

– Охотник?

– Типа того.

– Ищешь работу?

Я посмотрел на него внимательнее. Обычный трактирщик? Или…

– Может быть, – сказал я осторожно. – Зависит от работы.

– В Перепутье всегда есть работа для тех, кто умеет убивать тварей. – Хозяин продолжал протирать стаканы, не глядя на меня. – Совет посёлка платит за каждую голову. Волки – пять медяков. Вепри – десять. Что покрупнее – договорная цена.

– А если совсем крупное?

– Тогда лучше не соваться. – Хозяин усмехнулся. – Но если всё-таки сунешься и что-то встретишь – станешь местной знаменитостью. Скорее всего, мертвой местной знаменитостью, но это уже детали.

Охота на тварей. Привычный способ заработка для человека вроде меня. Не самый быстрый, не самый прибыльный, но надёжный. И, что важнее, – не привлекающий лишнего внимания. Охотники, они, внезапно, охотятся, никто не задаёт вопросов в таких случаях.

– Где записаться?

– Дом старосты, через площадь. Скажи, что от Борова – это я.

Боров. Подходящее прозвище для человека такой комплекции. Ну, если он без комплексов.

– Спасибо, – сказал я, поднимаясь.

– Не за что. – Хозяин наконец посмотрел мне в глаза. – И ещё… если тебя интересует что-то особенное – спроси про холмы к северу. Там есть кое-что, за что хорошо платят. Если, конечно, не боишься.

– Что там?

– Руины. Старые. – Он понизил голос, хотя в зале, кроме нас, практически никого не было. – Местные туда не суются – говорят, проклятые. Но иногда приходят люди… учёные, искатели приключений… и просят проводника. За такую работу платят серебром, не медью.Возвращаются, правда, куда как реже.

Руины Старых. Рядом с Перепутьем.Смертельно опасные.

– Расскажи подробнее, – попросил я, снова садясь.

Боров оказался неплохим рассказчиком. Или, по крайней мере, рассказчиком многословным – что в моём случае было даже лучше, потому что информации мне не хватало катастрофически.

Руины к северу – это развалины какой-то крепости времён Старых. Тех самых Старых, чьё хранилище я обчистил и за что теперь на меня охотится граф Мирен со всей своей сворой. Местные к руинам не суются, как правило – мест, где можно красиво сдохнуть и без этого хватает. Но иногда приходят искатели сокровищ извне, и им нужны проводники. Платят серебром. Иногда даже золотом… один раз было… есесли не врут, конечно.

Только учти, – Боров понизил голос до театрального шёпота, – последняя экспедиция была полгода назад. Из пятерых вернулся один. И тот помер через неделю – лихорадка какая-то странная, целители разводили руками.

– Обнадёживающе.

– Так я тебя и не уговориваю, парень. – Трактирщик пожал плечами. – Просто говорю, что есть. Хочешь – пробуй. Не хочешь – волки тоже деньги.

Волки. Пять медяков за голову. Чтобы заработать на трехразовое пожрать, мне нужно было убить как минимум двух. На комнату на неделю – ещё трёх. На нормальную одежду вместо этих обносков… лучше не считать.

– Где тут волки водятся? – спросил я.

– Везде. – собеседник фыркнул. – Но если хочешь гарантированно – иди к Западному лугу. Там пастбища были, пока стая не обнаглела. Теперь скот туда не гоняют, а волки остались. Жирные, ленивые, привыкли к лёгкой добыче.

Жирные ленивые волки. Звучало даже обнадёживающе. По сравнению с болотным охотником или големом – вообще курорт. Или с графскими годовлрезами, да.

– Спасибо за информацию.

– Не за что. – Боров вернулся к протиранию стаканов. – Удачи тебе, охотник. Она тебе понадобится, зуб даю.

Я вышел из таверны на залитую утренним светом площадь и огляделся.

Перепутье днём выглядело иначе, чем ночью. Тогда, приковыляв сюда в темноте, измотанный многодневным бегством, я видел только мелькание факелов, слышал лай собак и чувствовал запах дыма. Теперь же…

Посёлок был небольшим – домов сорок-пятьдесят, сгрудившихся вокруг центральной площади с колодцем. Дома в основном деревянные, крыши крыты соломой или дранкой, окна затянуты бычьим пузырём вместо стекла. Бедненько, но чистенько. И, что важнее, – мирно.

Люди занимались обычными делами: женщина развешивала бельё, мужик тащил тележку с дровами, стайка детей гоняла по улице тощую курицу. Никто не смотрел на меня с подозрением, никто не хватался за оружие, никто не орал «стража, хватай его!». Обычное утро обычного посёлка на краю цивилизации.

Идиллия прямо. Меня аж передёрнуло – в прошлый раз, когда всё выглядело так мирно и пасторально, в меня чуть не вошёл древний бог. Не, не в этом смысле… хотя, как знать, чего он там замышлял.

Охотничий инстинкт не фиксировал в окрестностях ничего опасного – только мелкие огоньки домашних животных: собаки, кошки, куры, свиньи. Пара более крупных сигналов на окраине – лошади, скорее всего. Люди ощущались иначе, достаточно чётко отличаюсь от животных – вот тут опыт жизни в посёлке сектантов пригодился, полезный опыт. Вообще, людей было много. Слишком много, чтобы отслеживать каждого.

Но главное – никакой явной угрозы. Пока.

Дом старосты нашёлся легко – самое большое здание на площади, двухэтажное, с крыльцом и резными наличниками на окнах. Перед входом торчал столб с какими-то объявлениями – бумажными листками, прибитыми гвоздями. О… Это ж доска объявлений, наконец то! Может, какой квест получится взять.

Подошёл, прищурился, пытаясь разобрать каракули.

«прадаю белечии шкуры, многая»

«Приём новичков в артель рыболовов переносится на первый день следующей седмицы, полдень»

«Марку в долг не наливать!!!»

«Пропал козёл. Рыжий, с чёрным пятном на боку. Кличка Жих. Вернувшему – благодарность»

Ну…ладно, фиг с ними, с квестами.… или все же узнать про козла?

– Охотник? Как тебя… Рик?

Я обернулся. Ко мне подошёл мужик – лет пятидесяти, седой, с аккуратной бородкой и цепким взглядом человека, привыкшего оценивать других. Одет просто, но добротно – явно не крестьянин.

– Типа того.

– Я Вели, староста Перепутья. – Он протянул руку, я пожал. – Боров мне передал, что ты интересуешься работой.