Текст книги "Дорога охотника 3 (СИ)"

Автор книги: Ян Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12

Худой, грязный, в изодранной одежде, с лицом, перепачканным кровью и грязью до такой степени, что разобрать черты было невозможно. Он вывалился из зарослей шиповника метрах в пятнадцати от меня, споткнулся, упал на четвереньки, поднялся – и замер, уставившись на меня так, будто увидел своего давно покойного дедушку. Предчувствие опасности молчало. Охотничий инстинкт выдавал одну сигнатуру – средняя энергетика, без агрессии, скорее… отчаяние? Страх. Боль. Много боли.

Арбалет я вскинул автоматически – рефлексы сработали раньше разума. Прицелился в грудь, палец лёг на спусковой рычаг. Секунда. Две.

– Н-не стреляй… – голос хриплый, сорванный. – Рик… я знаю, что ты Рик. Не стреляй.

Знает моё имя. Вернее,местное имя, но и того достаточно, чтобы напрячься. Медленно опустил арбалет, но не убрал – держал наготове, направив в землю перед ногами пришельца.

– Кто ты?

Человек попытался выпрямиться и тут же скривился, схватившись за левый бок. Между пальцами блеснуло тёмное – кровь. Много крови, судя по пятну, расплывшемуся на и без того грязной рубахе.

– Мехт. Меня зовут Мехт. Я… – он сглотнул, качнулся, едва удержавшись на ногах. – Я наблюдал за тобой. Последние две недели. По приказу барона Крейга.

А вот и ответ на вопрос, кто мой загадочный наблюдатель. Ответ мне не нравился, но хотя бы пазл сложился.

– Ты тот, с подзорной трубой.

– Увеличитель. – Он дёрнул углом разбитых губ. – Подзорная труба – для моряков и романтиков. У меня – увеличитель с зачарованной линзой. Был. Разбился.

– Сочувствую… хорошая вещь, наверное, была. Так какого хрена тебе нужно?

Мехт снова покачнулся, и на этот раз колени всё-таки подогнулись. Он опустился на землю – не упал, а именно опустился, контролируемо, как человек, который привык падать и знает, как сделать это с минимальным ущербом и достоинством. Впрочем, от достоинства там мало что осталось.

– Помощь, – сказал он. – Мне нужна помощь. И я готов за неё заплатить.

– Чем? Ты не выглядишь богатым буратино?

– Кем? – Он закашлялся, сплюнул красным. – У меня есть… информация, но за мной идут. Будут здесь через… не знаю. Час. Может, два.

Охотничий инстинкт подтвердил: в радиусе пары сотен метров – чисто. Но это не значило ничего. Час – это далеко за пределами моего восприятия.

– Какие люди?

Мехт посмотрел на меня снизу вверх. Сквозь корку грязи и крови проступили черты – острые, птичьи, с тонким носом и глубоко посаженными глазами. Лет тридцать пять, может, сорок. Лицо человека, который умеет быть незаметным, – из тех лиц, которые забываешь через секунду после того, как отвернёшься.

– Из моего прошлого, – сказал он. – Из очень херового прошлого.

– Конкретнее можно?

Пауза. Видно было, как он взвешивает – что сказать, что утаить, сколько правды выдать, чтобы получить помощь, и сколько оставить при себе, чтобы не стать бесполезным.

– Гильдия Печати, – выдавил наконец. – Слышал о них?

Нет. Не слышал. Но мне простительно, я ж не местный. Лицо, видимо, было достаточно красноречивым.

– Наёмные убийцы, – пояснил Мехт. – Не просто головорезы из подворотни, а серьезная организация. Со структурой, правилами, контрактами. Я был одним из них. Давно. Потом ушёл. Точнее – попытался уйти.

– И теперь они выяснили, где ты.

– Хуже. – Он снова сплюнул. – Они давно знали, где я. Барон Крейг… платил им за то, чтобы они не трогали меня. Что-то вроде выкупа. Ежегодный взнос. Только вот… что-то изменилось. Контракт расторгнут. Видимо, или барон перестал платить, или цена возросла. Или…

– Или ты перестал быть нужен барону.

Молчание. Красноречивое такое молчание, которое стоило тысячи слов.

Ладно. Ситуация, стало быть, такая: человек барона, бывший наёмный убийца, пришёл за помощью к человеку, за которым сам шпионил. За ним идут его бывшие коллеги. Вокруг – лес, утро, роса на траве и пение птиц. Только пастуха с овечками не хватает.

– Сколько их?

– Четверо. Было пятеро, одного я… убрал по дороге. – Он кивнул на рану в боку. – Но и он меня зацепил. Четверо – это полная ячейка Печати. Боевая группа. У каждого – своя специализация.

– Какая?

– Следопыт. Клинок. Стрелок. И… маг.

– Насколько сильный? Маг?

– Именно этот – нет. Не полноценный маг, не из Академии, скорее вспомогательное колдовство у него. Подавление, обездвиживание, ментальные атаки.

Ментальные атаки. Заебись, чо. Хотя у меня ментальная стойкость усилена – может, и не так страшно. А может, и так. Я пока не встречал магов-боевиков лично, и проверять на себе, насколько мои мозги защищены, как-то не тянет.

– Допустим, я помогу. Зачем мне это?

Мехт посмотрел на меня – долгим, оценивающим взглядом. Несмотря на раны и состояние, в глазах что-то блеснуло – расчёт, профессиональная прикидка.

– Информация, – сказал он. – У меня есть информация, которая тебе нужна. О тех, кто за тобой охотится. О планах графа, барона, Храма. И ещё кое-что… о культе.

Последнее слово он произнёс тихо, почти шёпотом. Ну, умеет заинтересовать, гаденыш.

– Что ты знаешь о культе?

– Достаточно, чтобы ты не пристрелил меня прямо сейчас. – Он снова дёрнул губами. – Но подробности – после. Когда будет безопасно… если будет. И да, ещё один момент… вряд ли печатники захотят оставлять свидетелей, не в их это правилах.

Вот же гадский гомогей. Раненый, загнанный, с четвёркой убийц на хвосте – выкручивается и торгуется. Профессиональная деформация, надо полагать. Но он мне нравится… не в этом смысле.

– Ладно. – Я убрал арбалет за спину. – Вставай. Идти можешь?

– Могу. – Он поднялся, пошатнувшись. – Медленно, но могу.

– Медленно – это нехорошо.

Я развернулся и двинулся прочь от тропы, в глубину леса. Не к Перепутью – тащить туда четвёрку наёмных убийц было бы, мягко говоря, невежливо по отношению к местным жителям. И не к своему временному лагерю – незачем показывать этому типу, где я сплю. В сторону, к оврагу, который я присмотрел на прошлой неделе – глубокий, с каменными стенами, с единственным удобным спуском.

Идеальное место для засады. Вопрос только – чьей.

НАВЫК «УСТАНОВКА ЛОВУШЕК» ПОВЫШЕН ДО 12

ПОЛУЧЕНА СЛУЧАЙНАЯ СПОСОБНОСТЬ : УСИЛЕННАЯ КОНСТРУКЦИЯ – Ваши ловушки прочнее и выдерживают более крупную добычу.

Эмм… ну ладно. Хотя, конечно, интересно.

Мехт ковылял за мной, тяжело дыша. Не жаловался, не стонал – молча шёл, оставляя на мху кровавые пятна. Я мысленно прикинул расстояние: от тропы до оврага – метров восемьсот. При его скорости – минут двадцать.

– Они следят по крови? – спросил я, не оборачиваясь. – Очень уж многозначительно раненый кривился на эти самые пятна.

– Следопыт их… Он берёт след не по крови… или не только по крови. Как маг, только без магии. Навык, способность – не знаю точно. Но от него не скроешься просто так. Надо… – он замолчал, видимо, подбирая слова.

– Надо его убить.

– Хороший вариант.

Я остановился у начала спуска в овраг. Повернулся к Мехту. Тот тяжело привалился к дереву, бледный, как простыня, – не та, которая новенькая. Пот на лбу, трясущиеся руки. Ему нужно было перевязать рану, но времени не было.

– Слушай внимательно, – сказал я. – Ты сейчас спустишься вниз, найдёшь нишу у дальней стены и сядешь там тихо. Я займусь остальным.

– Ты не понимаешь, с кем имеешь дело, – сказал Мехт. – Это не солдаты и не бандиты. Ячейка Печати…

– Ячейка Печати – это четверо людей… а есть вероятность, что уже трое, – перебил я. – Четверо живых, тёплых, дышащих людей. Которые оставляют следы, издают звуки и вряд ли имеют иммунитет к арбалетному болту в башке. Я справлялся и с худшими раскладами. Спускайся.

Он посмотрел на меня – странно, с выражением, которое я не сразу расшифровал. Потом понял: удивление. Мехт привык оценивать людей по их реакции на опасность. Моя реакция его озадачила.

Ладно. Меня самого она иногда озадачивала. Психически здоровый человек должен бояться профессиональных убийц. Психически здоровый человек не должен планировать засаду на их боевую группу, будучи в одиночестве. Психически здоровый человек вообще не должен оказываться в такой ситуации – но это уже совсем другая история.

Мехт спорить не стал, кивнул и начал спускаться. Я подождал, пока он исчезнет внизу, и огляделся.

Овраг. Метров пятнадцать в глубину, тридцать – в ширину, вытянутый с запада на восток. Северная стена – отвесная, южная – более пологая, но всё равно крутая. Единственный удобный спуск – тот, по которому ушёл Мехт. С запада и востока – сужения, заваленные камнями и поваленными деревьями.

Время. Час, он сказал. Может, два. Может, меньше – раненый человек плохой оценщик расстояний и скоростей. Допустим, у меня сорок минут. Хватит?

Хватит. Должно хватить.

Начал с ловушек, тем более навык апнулся, к трём способностям – маскировка, цепкость и активация – добавился новый… интересно, человек – это более крупная добыча? Не самый крутой набор, возможно, хотя с чем мне сравнивать-то? Но в знакомом лесу, с хорошими материалами и конкретной задачей – более чем достаточно. Первая ловушка – растяжка на единственном удобном подходе к оврагу. Тонкий конский волос, натянутый между двумя молодыми дубками на высоте щиколотки. К волосу привязан спусковой механизм, к механизму – согнутая берёзовая ветка с заострённым наконечником. Примитивно? Да. Но работает ведь, а чем проще – тем надежнее. Маскировка скрыла волос в траве, цепкость гарантировала срабатывание даже при лёгком касании, с активацией не заморачивался.

Времени копать яму в полный рост не было, но даже пара мелких, по колено, замаскированная ветками и листвой, с двумя кольями на дне может добавить острых ощущений, не убьёт – но замедлит. Расположил в десяти метрах от первой, чуть левее – там, куда инстинктивно шагнёт человек, уклоняясь от растяжки.

Неподалёку разместил мешочек с древесной золой и мелким песком, привязанный к ветке на уровне лица. Спусковой механизм – тот же конский волос. Ослепит на несколько секунд, а несколько секунд в бою – это жизнь или смерть.

И – моя прелесть, моя гордость. Сеть. Не рыбацкая – охотничья, из крепкой верёвки, которую я лично сплёл позавчера. Растянута между двумя стволами, удерживается подрезанными ветками. Потянуть за спусковой шнур – и пять метров верёвочной сетки обрушатся на голову тому, кто стоит внизу. Не смертельно, но попробуй-ка махать мечом, когда ты замотан, как муха в паутине.

Установив ловушки, занял позицию. Северный край оврага, где росла старая ель – густая, тёмная, с ветками до самой земли. Залез на нижнюю ветку, прижался к стволу. Скрытность плюс камуфляж плюс слияние с тенями – не полная невидимость, но с пятнадцати метров хрен заметишь, если не знаешь, куда смотреть. Арбалет заряжен. Нож – на поясе. Самодельные дротики с наконечниками из той руды – в наспинном чехле, шесть штук. Камни – в карманах, три штуки, тяжёлые, окатанные, хорошо ложащиеся в руку. Не самый впечатляющий арсенал, но я воевал и с меньшим.

Время тянулось, как кисель из котелка. Птицы пели, солнце медленно поднималось, роса испарялась с травы. Мирное утро на границе диких земель. Идиллия, мать её.

Прошло двадцать минут. Тридцать. Сорок.

Охотничий инстинкт дёрнулся. Сигнатура. Одна. На границе восприятия, метрах в ста сорока. Движется медленно, осторожно. Размер – человеческий. Эмоциональное состояние – сосредоточенность. Ни страха, ни злости – чистая, холодная сосредоточенность. Через десять секунд – вторая. Правее, метрах в двадцати от первой, такая же спокойная, такая же сосредоточенная. Движутся параллельно, прочёсывая лес. Ещё десять секунд – третья. Левее. Та же картина. Три из четырёх. Где четвёртый? Вдруг это маг – тогда он может быть дальше, за пределами моего восприятия, или ближе, но скрытый какой-нибудь магической хренью. Второй вариант хуже.

Я замедлил дыхание, вжался в кору, чуть ли не превращаясь в часть дерева – ни звука, ни движения, ни запаха. Только глаза, следящие за приближающимися сигнатурами.

Сто двадцать метров. Сто. Восемьдесят.

Они шли грамотно. Не в линию – уступом, прикрывая друг друга. Передний, видимо, следопыт – двигался чуть впереди остальных, низко наклоняясь, временами останавливаясь. Читал след. След крови, который Мехт тащил за собой, как поводок.

Шестьдесят метров. Я начал различать силуэты между деревьями. Первый – невысокий, жилистый, в тёмно-зелёном плаще. Двигался текуче, без единого лишнего движения. Следопыт, очевидно. Второй – крупнее, шире в плечах. Короткий меч на поясе, на спине – что-то длинное, в чехле, похоже на что-то длинноклинковое. Третий – самый осторожный. Держался позади, голова постоянно вертелась, осматривая кроны, кусты, каждый подозрительный камень. В руках – арбалет, компактный, с виду поинтереснее моего. Хочу.

Четвёртого по-прежнему не было. Или я его не видел.

Сорок метров. Следопыт остановился. Присел, коснулся земли рукой, повернул голову, что-то сказал остальным – слишком тихо, не расслышать. Клинок кивнул. Стрелок поднял арбалет, сканируя деревья.

Бля. Стрелок смотрел в мою сторону. Не прямо на меня – чуть левее, но слишком близко для душевного спокойствия. Я замер, даже моргать перестал. Скрытность, камуфляж, слияние – три слоя маскировки, работайте, суки, пожалуйста.

Стрелок отвёл взгляд. Перевёл на другую сторону. Не заметил.

Выдох. Медленный, контролируемый, через нос, чтобы даже пар изо рта – если бы он был – не выдал позицию.

Тридцать метров. Следопыт двинулся вперёд, к краю оврага. Ещё десять шагов – и он выйдет прямо на мою первую растяжку. Клинок шёл за ним, чуть отстав. Стрелок занял позицию у толстого вяза, укрывшись за стволом.

Двадцать пять метров.

Двадцать.

Следопыт остановился. Нет. Нет, нет, нет. Он что-то увидел. Или учуял. Наклонился, раздвинул траву рукой. Замер. Потом медленно поднял голову и посмотрел… прямо на то место, где была растяжка.

Нехороший человек. Падла.

Следопыт поднял руку – жест, понятный без слов. Ловушка. Клинок замер. Стрелок ещё плотнее вжался в дерево, водя арбалетом по секторам.

Ладно. План А провалился. Переходим к плану Б. Который заключается в том, чтобы… чтобы убить их всех нахуй.

Я медленно, миллиметр за миллиметром, поднял арбалет. Приклад к плечу, прицел на стрелка – он был дальше, но при этом наиболее статичен. Расстояние – метров двадцать пять. С моим навыком стрельбы шестого уровня – попасть должен гарантировано. А ещё потому, что если не попаду – мне пиздец.

Вдох. Задержка. Пальцы на спуске.

Болт ушёл с характерным щелчком – тетива отработала чисто, новая, только недавно натянутая. Тяжёлый болт с наконечником из самолично выплавленного железа пролетел двадцать пять метров за долю секунды и – попал стрелку в правое плечо. Не в грудь, правда, куда целился, но тоже неплохо. Болт пробил кожаную броню, вошёл по самое оперение, и раненый дёрнулся назад, выронив арбалет.

И понеслась.

Клинок – среагировал мгновенно, нечеловечески быстро – развернулся на звук выстрела, рука метнулась к поясу, и что-то блеснуло в воздухе, летящее прямо в мою ель. Метательный нож. Я качнулся влево, уходя за ствол, и нож вонзился в кору в сантиметре от моей головы. Глубоко, по рукоять. Ниндзя сраный.

Следопыт – отпрыгнул в сторону, мгновенно уйдя за ближайшее укрытие. Не побежал, не запаниковал – выполнил отработанный маневр, плавно, экономно, как автомат.

Время не замедлилось – скорее, я ускорился. Мозг обрабатывал информацию с бешеной скоростью, тело двигалось раньше, чем я успевал подумать. Спрыгнул с ветки, перекатился, оказался за соседним деревом. Руки уже перезаряжали арбалет – новый болт встал на место за полторы секунды. Рекорд, к слову.

Клинок двигался ко мне. Быстро, очень быстро. Короткий меч в правой руке, ещё один нож – в левой. Грамотная стойка, низкий центр тяжести, корпус закрыт. Знает, что делает. Вот прямо очень знает. Расстояние – пятнадцать метров. Десять. Слишком близко для арбалета, слишком далеко для ножа. Промежуточная дистанция, где мой арсенал работал хуже всего.

Выстрелил на ходу – больше для того, чтобы замедлить, чем реально рассчитывая попасть. Болт пошёл низко, клинок скользнул в сторону, пропуская его мимо. Отбросил арбалет, выхватил нож. Левой рукой выхватил камень из кармана. Швырнул в колено, и попал, враг сбился с шага, и этой секунды хватило.

Нож в руке, дистанция – три метра. Он ударил первым – короткий, рубящий удар мечом сверху вниз. Молниеносные рефлексы включились за мгновение до удара, и мир послушно растянулся, превращая движение клинка из размазанной полосы в отчётливую дугу. Я шагнул влево, пропуская меч мимо, и ударил ножом снизу – целясь в подмышку, туда, где кожаная броня была тоньше. Попал. Лезвие вошло на пару сантиметров, клинок зашипел от боли, отпрянул. Но не отступил – перехватил меч обратным хватом и полоснул горизонтально, на уровне живота. Рефлексы спасли снова: я отпрыгнул назад, лезвие распороло воздух в сантиметре от моей кожи.

– Шустрый, – процедил клинок.

И атаковал снова – серия быстрых ударов, меч и нож, чередуя уровни, не давая времени на контратаку. Хороший боец, очень хороший. Навык ближнего боя у него был явно выше моего девятого уровня – я это чувствовал по тому, как тяжело давался каждый уклон, каждый блок. Система подсказывала: «болевые точки» – вот эта, под ребром, и вот эта, на внутренней стороне бедра. Но чтобы достать до них, нужно было сначала не умереть.

Отступал, огрызаясь контратаками, заманивая его к яме. Три шага. Два. Ещё один…

Левая нога противника провалилась. Не глубоко – яма была мелкая, по колено, – но достаточно, чтобы он потерял равновесие на полсекунды. Кол на дне пробил подошву сапога, вонзившись в стопу. Клинок рыкнул от боли, дёрнулся вверх – и я ударил. Не ножом – кулаком. В челюсть. Рисковать с сокрушительным ударом не стал, но двадцать восемь единиц силы, помноженные на инерцию тела и правильное распределение веса, затащили. Голова клинка мотнулась, глаза закатились, и он рухнул рядом, на мох, с мечом в обмякшей руке. Вырублен. Не убит – если судить по дыханию, просто отключился. Крепкий, козлина – от такого удара обычный человек бы помер без шансов.

Предчувствие опасности взвыло Витасом – и я рухнул на землю за секунду до того, как арбалетный болт просвистел над головой.

Глава 13

Стрелок. Раненый в правое плечо, потерявший свой арбалет – но имевший в запасе другой и стрелявший левой рукой. Ну, молодец, конечно, мужик… но какого хрена?

Перекатился за ствол поваленного дерева. Болт ударил в кору, расщепив её. Второй выстрел – через три секунды, значит, арбалет компактный, с рычажным взводом. Быстрая перезарядка, даже с одной рабочей рукой, но заметно меньшая мощность. Руку в левый карман, там ещё один камень. Выглянул, швырнул – не в стрелка, а в ветки над ним. Камень прошёл сквозь листву, обрушив на стрелка дождь из мелких веток и листьев. Не повредил – но заставил дёрнуться, на секунду потерять цель.

Этой секунды хватило. Рванул из-за укрытия, зигзагом, пригнувшись. Болт ударил в землю позади – мимо. Ещё три секунды до следующего выстрела. Десять метров. Семь. Пять.

Стрелок бросил арбалет, выхватил нож. Правая рука висела плетью – болт в плече сделал своё дело. Левой рукой он держал нож уверенно, но – левой. Против моей правой. Против моих двадцати двух единиц ловкости и системных рефлексов.

Он был хорош – даже одной рукой работал грамотно, экономно, прикрывая раненую сторону корпусом, но скорости не хватало. Я поднырнул под замах, ударил локтем в солнечное сплетение – «болевые точки» подсказали идеальный угол – и добавил коленом в бедро, когда он согнулся. Стрелок упал, нож выскользнул из пальцев. Наступил на его запястье. Не сильно – просто обозначая контроль.

– Лежать.

Он и лежал. Смотрел снизу вверх глазами, полными ненависти, но не дёргался. Профессионал – понимал, когда сопротивление бессмысленно.

Двое осталось. Следопыт и маг. Где?

Охотничий инстинкт: следопыт – метрах в тридцати, за деревьями, движется… в обход. Обходит овраг, пытается зайти с другой стороны. Умный. Хочет добраться до Мехта, пока я занят. А вот мага – по-прежнему нигде не видно. Или за пределами восприятия, или грамотно прячется. Есть и хороший вариант, но не стоит на него надеяться, не сейчас.

Перетянул стрелку руки за спину его же ремнём. Быстро, грубо, но надёжно. Запихнул ему в рот кусок собственного воротника – для допроса всё равно нет времени, а так хоть орать не будет, и рванул к оврагу. Третий обходил слева – значит, мне нужно перехватить его до того, как он найдёт спуск. Скрытность – на полную, каждый шаг после расчёта, каждое движение с предельным контролем. Тихий шаг поглощал звук моих ног, слияние с тенями размывало силуэт в лесном полумраке, камуфляж всю эту красоту заполировал до совершенства.

Двадцать метров до цели. Он двигался вдоль края оврага, низко пригнувшись, одной рукой придерживая кинжал, другой – раздвигая ветки. Осторожный, внимательный.

Пятнадцать метров. Я двигался параллельно его курсу, чуть выше по склону. Между нами – кусты и молодые деревца, достаточно, чтобы скрыть моё присутствие.

Десять. Здесь стало сложнее – подлесок редел, открытого пространства больше. Если он повернёт голову…

Он повернул.

И не увидел. Слияние с тенями отработало безупречно – в лесном полумраке мой силуэт растворился в игре света и теней на коре ближайшего дуба. Следопыт скользнул взглядом по моей позиции – и мимо, дальше, к оврагу.

Пять метров.

Я прыгнул. Не красиво, не эффектно – по-звериному, всем телом, целясь ему в спину. Он услышал – в последний момент, когда исправить что-то было уже поздно – и начал разворачиваться, но я уже был на нём. Вес тела плюс двадцать восемь единиц силы плюс инерция прыжка – мы полетели на землю кувырком, вминаясь в мох и прелые листья.

Кинжал. Его кинжал – между нами, опасно близко к моему горлу. Перехватил его запястье, вывернул – он зашипел, но не выпустил. Жилистый, гибкий, как угорь. Извивался, бил коленом, пытаясь выскользнуть.

«Болевые точки» подсказали: вот здесь, под ухом, нервный узел. Ударил основанием ладони – коротко, резко. Следопыт дёрнулся, на секунду обмяк. Хватило, чтобы выкрутить кинжал из его руки и прижать лезвие к горлу.

– Тихо, – сказал я.

Он замер. Тяжело дышал, глядя на меня снизу вверх. Молодой – моложе, чем я думал. Лет двадцать пять, может, чуть больше. Глаза – зелёные, яркие, с расширенными зрачками. Страх. Наконец-то хоть один из этой компании испугался.

– Где маг? – спросил я.

Молчание.

Я чуть надавил лезвием. Капля крови скользнула по шее.

– Не заставляй повторять. Где?

– Позади тебя, – раздался голос.

Голос прозвучал метрах в десяти за спиной – спокойный, ровный, даже чуть насмешливый. Как мог подобраться на десять метров, не вызвав ни единого сигнала охотничьего инстинкта? Легко – если у тебя есть магия, способная заглушить сигнатуру. Или если ты – не совсем живой в том смысле, в котором мой инстинкт определяет «живое». Предчувствие опасности он всё же не смог обмануть – но поздно, слишком поздно. Или вовремя – зависит от точки зрения.

Я перекатился в сторону, отпуская следопыта, и что-то ударило в этот момент в голову, как огромная подушка, чуть дезориентировав, накрыв ватным колпаком, как будто в уши налили воды… Всё не то, но более подходящего описания не сказать, нет нужных слов. Не соврал, получается, Мехт.

МЕНТАЛЬНАЯ СТОЙКОСТЬ: АТАКА ОТРАЖЕНА (ЧАСТИЧНО)

Частично. Значит, прилетело, но не в полную силу. Благослови боже – или кто там за это отвечает – мою усиленную ментальную защиту. Без неё, вполне возможно, я бы сейчас лежал овощем. Вполне возможно, овощем-гриль.

Голова гудела, как после хорошего удара в челюсть, но я был на ногах. Это уже обнадеживало.

Колдун стоял между двумя типа-берёзами – невысокий, плотный мужчина в тёмном балахоне, с капюшоном, скрывающим верхнюю часть лица. Руки – вытянуты вперёд, пальцы расставлены, между пальцами – тусклое мерцание, что-то вроде паутины из бледного света.

– Интересно, – сказал связчик. Голос всё такой же спокойный, с ленцой.

– Ага, я вообще тот ещё киндер-сюрприз.

Он ударил снова – не как в первый раз, тоньше. Не давление, а нити. Тонкие, почти невидимые, протянувшиеся от его пальцев ко мне, пытающиеся опутать, стянуть, обездвижить. Ощущение – как будто тебя заворачивают в мокрую простыню изнутри, каждая мышца сопротивляется, каждое движение даётся с двойным усилием.

МЕНТАЛЬНАЯ СТОЙКОСТЬ: СОПРОТИВЛЕНИЕ КОНТРОЛЮ

Тело слегка замедлилось, именно слегка. Руки двигались, как в воде. Ноги перемещались, как в неглубоком снегу. На ком другом это бы сработало – не грубый удар, а тонкая работа, постепенное удушение воли.

Но. У меня был несокрушимый дух. Талант, который укреплял волю, позволял игнорировать боль и усталость, давал бонус к сопротивлению ментальным воздействиям. И ещё у меня была злость. Холодная, чистая, как горный ручей – потому что он совсем страх потерял, колдун сраный. Я шагнул вперёд. Нити натянулись, сопротивляясь, – и лопнули. Ощущение было – как будто порвал тонкую ткань, опутавшую тело. Маг отшатнулся, в его голосе мелькнуло удивление:

– Как?..

Я не ответил, не до разговоров было. Рванул к нему – и за спиной услышал движение. Следопыт… Надо было добить, а теперь он поднялся, подобрал кинжал и скоро атакует со спины. Два на одного, получается. Нечестно.

Предчувствие опасности отдалось внутри черепа как звон колокола. Кинжал – слева сзади, в почку. Магия – в лицо, новый тип атаки. И всё это одновременно, как будто они отрабатывали взаимодействие… Собственно, почему «как будто»? Конечно, отрабатывали, волчары.

Я сделал то единственное, что мог. «Исчезновение».

Мир мигнул. Свет обогнул моё тело, звуки провалились в вату, запах исчез. Тридцать секунд полной невидимости. Кинжал следопыта рассёк воздух там, где я был мгновение назад. Магическая волна колдуна прошла насквозь, не найдя цели. Они оба замерли – растерянные, сбитые с толку.

Двадцать пять секунд.

Сместился вправо, бесшумно, на одних рефлексах. Обошёл следопыта, оказавшись у него за спиной.

Двадцать секунд.

Нож – в руке. Цель – маг. Он опаснее. Следопыта можно вырубить и потом.

Пятнадцать секунд.

Три шага до колдуна. Он крутил головой, пальцы дёргались, разбрасывая нити во все стороны – пытался нащупать, поймать невидимую жертву, но нити проходили сквозь пустоту, не находя зацепки.

Десять секунд.

Удар. Покушались, суки, на мою почку – так получите. Маг даже не вскрикнул – просто осел, как мешок, нити погасли, растворившись в воздухе.

Пять секунд.

Развернулся к следопыту. Тот – умный, отдать должное – уже отступал, пятясь к деревьям. Понял, что дело дрянь. Один против невидимого противника, который завалил троих его тиммейтов – расклад, при котором героизм плавно переходит в самоубийство.

Две секунды.

Одна.

Невидимость спала, выбросив меня обратно в реальность. Следопыт увидел – и рванул. Не ко мне – от меня, бежал, как олень от волка, ломая кусты, не разбирая дороги.

Беги, сука, беги.

Я не стал преследовать. Хватит на сегодня.

Сел на мох, закрыл глаза, перевёл дыхание. Руки тряслись – адреналин отходил, оставляя после себя пустоту и слабость, в голове гудело после ментальных атак, перед глазами плавали цветные пятна. Но – я победил, опять победил. И мне нравится эта традиция.

НАВЫК ПОВЫШЕН: БЛИЖНИЙ БОЙ УР. 9 → УР. 10

Видимо, бой с четвёркой профессиональных убийц считался достаточно серьёзным испытанием. Кто бы спорил. Поднялся. Ноги держали, хоть и неуверенно. Подобрал арбалет, проверил тетиву – цела. Хорошая тетива, спасибо кузнецу Горану. Проверил ловушки – растяжка-таки сработала, потому маг и задержался, яма – помогла против клинка, мешок с золой – не понадобился, сеть – тоже нет. Подошёл к мечнику – по-прежнему в отключке, на всякий случай связал и его. Перекатил поближе к стрелку, чтобы было удобнее присматривать.

Собственно стрелок лежал там, где я его оставил, связанный и злой. При моём приближении дёрнулся, замычал что-то сквозь кляп. Вероятно, всякие нелестные комментарии, тут за словом в карман не лезут. Ну, что поделать, интернета-то нет.

– Никуда не уходи, – сказал я. – Скоро вернусь.

Спустился в овраг. Мехт сидел в нише, прижав руку к боку, бледный, как мел. При моём появлении дёрнулся – рука метнулась к ножу.

– Спокойно. Это я.

– Рик? – Он всмотрелся в меня. – Ты… цел?

– Более или менее. – Я присел рядом. – Один готов, двое связаны, один убежал. Следопыт.

Мехт закрыл глаза.

– Следопыт – это Сивый. Самый опасный из них. Он не убежал – он отступил. Вернётся. Приведёт ещё людей, если сможет.

– Сколько ещё людей у Печати в округе?

– Не знаю. Одна ячейка – точно. Может, две. У них есть… координатор. Где-то в регионе. Может, даже в самом Перепутье. Но это я не знаю наверняка – мне хватало и того, что четверо идут по следу.

– Ладно. – Я осмотрел его рану. Колотая, глубокая, но чистая – не задеты органы, судя по тому, что кровь была тёмная, а не ярко-алая. Повезло. Или его бывший коллега не хотел убивать – тоже нельзя исключать. – Перевязать тебя нужно. Снимай рубаху.

Пока я обрабатывал рану – промыл водой из фляги, наложил повязку из относительно чистой тряпки, – Мехт говорил. Тихо, экономя дыхание, но говорил. Видимо, решил, что после того, как я уложил троих из четырёх его преследователей, заслужил немного честности.

– Гильдия Печати, – начал он, глядя в каменную стену оврага. – Существует лет двести, может, больше. Никто точно не знает. Базируются на юге, за Каменным хребтом, но ячейки – по всей империи и за её пределами. Специализация – устранение. Тихое, чистое, без следов. Цена – от пятидесяти золотых за купца до тысячи за аристократа.

– А за простого охотника?

Мехт дёрнул губами.

– За простого – не берутся. Не их уровень. Но за бывшего своего – бесплатно. Дело принципа. Из Печати не уходят, только вперед ногами…ну, стараются поддерживать такое мнение.

– Ты же ушёл.

– Я думал, что ушёл. – Он помолчал. – Десять лет назад. Выполнил последний контракт, забрал плату, исчез. Год прятался, менял внешность, имена, города. Потом меня нашёл барон Крейг. Точнее – его люди нашли. Предложили работу. Я согласился.

– Почему?

– Потому что барон предложил защиту. Договорился с Печатью – ежегодный взнос в обмен на мою неприкосновенность. Для барона не деньги. Для меня – жизнь.

– И что изменилось?

Мехт поморщился – то ли от боли, то ли от воспоминаний.

– Три недели назад пришёл приказ от барона. Последний. «Наблюдение прекращено. Контракт расторгнут. Убирайся». Ни объяснений, ни причин. Просто – пошёл вон.

– И Печать узнала.

– Мгновенно. Как будто ждали. На следующий день я уже заметил первого – Сивого. Следопыт, лучший в своей ячейке. Через два дня подтянулись остальные. С тех пор – в бегах.