Текст книги "Красный тряпочник (СИ)"

Автор книги: Владислав Афонин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 40 страниц)

– Словно и не в Москве… – проворчал полковник и приложил руку к шлему. – Протокол стандартный. Серб и Жигунов перекрывают восточный проезд, Крик и Ксенич – западный. «Тачанка» курсирует по внутренней стороне МКАДа, «Бронебой» – по внешней. «Пустельга» следит за воздушным пространством. Дербент идёт со «снайперкой» на вышку сторожа, Секунда с ним же – управлять беспилотником. Пасечник, Рено, Змей, Иволга зайдут на мерзавцев с севера. «Коробочка» будет ждать их на самом трудном участке – на востоке у реки Битца – и превратит их в решето, если попробуют рвануть через лесистую долину. Семирамид, Ростов, Живаго, Архангел заходят с запада. Мыс, Агафон, Гаврик, Ярослав и я – тыл – смещающийся центр. Ярослав в пекло не лезет, повторяю – не лезет! Дупло и Гриша прикрывают при помощи «Утёса» с условленной позиции. Вопросы?

– Как в старые добрые времена! – бесстрашно улыбнулся Пасечник. – Давно такого не было, товарищ полковник.

– Разговорчики, – прищурился Боров. – Ну если вопросов нет, с богом, бойцы!

По полям среди травы умеренной высоты милицейские отряды устремились к логову Яхьяева, которое он и его банда оборудовали в одном из боксов гаражного кооператива.

Дербент и Секунда быстро вбежали по мокрым ступенькам на вышку сторожа, где внутри будки их встретил слегка опешивший дед с имплантом, заменявшим ему полчерепа вместе с глазом и ухом.

– Всё спокойно, отец: милицейская спецоперация. Вот судебный ордер. – Дербент показал припуганному старику скан документа на светящемся экране планшета.

– Да верю я, сынки, верю… – не желая связываться с лишними проблемами, слегка подвыпивший сторож мигом протрезвел, схватил самые важные пожитки, включая недопитую бутылку квантовой водки, и быстро дал дёру из будки. Дербент открыл окно и установил на сошки снайперскую винтовку. Секунда развернул прямо на полу лэптоп для управления беспилотником.

– БПЛА готов, товарищ полковник, – доложил Секунда.

– Дербент на позиции, – продолжил снайпер.

Центральный, северный и западный отряды продолжали подбираться к гаражному боксу, аккуратно маневрируя среди кустов, камней, бетонных блоков, бытового и строительного мусора.

– «Центр», это Секунда. Датчиков, сканеров, камер, мин, вражеских засад не наблюдаю, – доложил оператор дрона.

– Это Дербент. У меня в прицеле чисто. В гаражах ни души, – негромко сказал снайпер.

– Говорит «Пустельга». Подтверждаю данные Секунды и Дербента. «Север», «Центр», «Запад» – можете продолжать движение, – откликнулся третий наблюдатель.

– Понял вас, продолжаем движение, – прошипел Боровиков, чуть не наступив на мятую пластиковую бутылку с какой-то сомнительной жидкостью внутри. В полном обмундировании он продолжал выглядеть несколько забавно, словно толстый кибердемон. – Секунда, «Пустельга» – тепловые сигнатуры, пси-глушилки?

– Пси-глушилки готовы, – отозвался Секунда. – Тепловые сигнатуры умеренные.

– Карты тепловых сигнатур прежние, – ответил «Пустельга». – Средства спецвоздействия готовы и ждут вашего сигнала, «Центр».

– Значит, твари там, – выдохнул Боров, обходя чахлую берёзку. Ярослав полуприсел на одно колено, внимательно осматривая гаражи через прицел. Полковник решил спросить своего подчинённого: – Вот ответь мне одно, капитан. Ты знал, что мы придём на помощь или от отчаяния согласился на предложение Яхьяева?

– Я проанализировал будущее без прибора, – честно признался Коломин. – У меня уже получалось так делать…

Боров тут же взвился.

– Вот почему вы вечно нарушаете инструкции и протоколы?! Сначала ты, потом Роганова, Шелест-Шелестов, Копач, Крунич, Генералов, Льдов, Конаков. Один Альберт из вас самый адекватный, всегда следует приказам и никогда не анализирует на голом «Псио»! – прорычал Боров. – Пойми, капитан, я не за себя беспокоюсь, что лишусь своей должности, если вас всех не станет. Может меня и считают бессердечным кабаном, но я волнуюсь и за вас тоже… Потому что это не нормально, когда в мозге Рогановой находят во-от такие псевдосклерозные бляхи!

– Иногда у нас просто не бывает выбора, товарищ полковник, – спокойно пожал плечами Ярослав, больше сосредоточившись на операции, нежели на возмущённых тирадах руководителя.

– А как же ваш Градов, который вечно трындел, что «альтернатива есть всегда»? – Боров разошёлся не на шутку. Вдруг в его внутришлемном динамике раздался голос Пасечника:

– «Центр», это «Север». К штурму готовы.

– «Центр», «Запад» подходит. Вышли на позицию. К штурму готовы, – доложил Семирамид.

– Так, оставим этот чудесный разбор полётов на более подходящее время, – пригнувшись, Боров вместе с остальными членами отряда «Центр» засели за высоким бетонным блоком. Снова обратился к Ярославу: – Без «Зевса» и «Кошачьей лапы» не смей лезть на рожон, стереги наш тыл. Это тоже важно.

– Слушаюсь. – Ярослав кивнул.

Начал накрапывать мелкий холодный дождик, превращая немногочисленные земляные тропинки в грязевые ручейки. В стылом полумраке казалось, что стражи правопорядка находились где-то в дремучей подмосковной чаще, а не на юго-западной окраине столицы. Повисла тягучая, напряжённая тишина. Стараясь лишним образом не чавкать в образовавшейся жиже и вообще не шуметь, все три милицейских отряда заняли ранее обговорённые позиции.

«Всем: повторно доложить о готовности!» – Боров нажал специальную кнопочку на своём командирском планшете.

«Блок-пост-один готов!» – высветилось на экране.

«Блок-пост-два готов!»

«Север готов!» – ответил Пасечник.

«Запад готов!» – написал Семирамид.

«Дербент готов!» – кроме данного сигнала, снайпер подал световой знак с вышки сторожа.

«Секунда готов!» – бесшумный БПЛА на миг моргнул красным и синим огоньками на вершине затянутого тучами небосвода.

«”Тачанка” готов!» – доложил командир первого бронеаэромобиля.

«”Бронебой” готов!» – отозвались из второй бронемашины.

«”Пустельга” следит за обстановкой!»

«”Коробочка” готов встретить уркоганов!» – отписался командир экипажа бронетранспортёра, стоявшего за рекой Битца.

«Если что, прикрываем вас всех из «Утёса», ребята!» – уверил расчёт крупнокалиберного пулемёта.

– Всё, это чурбанам за Ярослава. Начали! Рено, сканер сердцебиения! – приказал Боров.

– Опять Рено первый к чёрту в пекло. – Милиционер закатил глаза, но приказ беспрекословно исполнил, выхватив с пояса прибор, похожий на фотоаппарат. Поводил им по стене закрытого гаража, пока сослуживцы прикрывали его со всех возможных сторон.

– Секунда, «Пустельга», избавьте нас от сюрпризов, – шипел в рацию Боров.

– Ничего, «Центр», – разом ответили воздушные разведчики.

Рено опасливо поводил сканером сердцебиения по железной двери бокса и осторожно потрусил обратно в укрытие.

– Товарищ полковник, прибор ничего не показывает, кроме наших пульсов! – сказал милиционер.

– А карта тепловых сигнатур та же, – заметил Секунда через БПЛА.

– Ни сраного звука, – подозревая неладное, прищурился Пасечник.

Боров потёр переносицу.

– «Запад», запускайте внутрь «кузнечика», осмотримся… – поручил полковник.

– Вас понял, – один из людей Семирамида запустил под щель двери быстрый, но бесшумный радиоуправляемый аппарат, размером и внешностью походивший на упомянутое выше насекомое.

Минута прошла в гробовом молчании, пока человек Семирамида орудовал «кузнечиком» при помощи мини-экрана на своём рукаве. Вскоре милиционер приказал электромеханическому «насекомому» вернуться обратно.

– Ситуация? – нетерпеливо вопросил Боров.

– Код серый, товарищ полковник. Повторяю: код серый… – отозвался милиционер.

– Штурм! – резко скомандовал полковник.

Семирамид и Ростов словно с цепи сорвались и, держа в руках штурмовой таран, со всей дури долбанули им по ручке двери. Та с несчастным протяжным скрипом буквально отлетела внутрь освещённого гаража. Как только это произошло, пара товарищей спрятались за Архангелом, который заслонял себя и сослуживцев тяжёлым бронированным щитом с узкой щёлочкой для глаз. Прикрываемые вторым щитоносцем, в гаражный бокс первыми вошли члены отряда «Север».

– Э-э, мы слишком перестраховались, Антон Владимирович. Можно было так не усердствовать. Идите сюда, – сказал Пасечник.

– О Г-Господи!..

Не успел отряд «Центр», включая Боровикова и Коломина, подойти ко входу в гараж, как из него тут же словно ошпаренный вылетел Рено. Хотя милиционер являлся достаточно опытным и успел побывать во многих передрягах, его желудок не выдержал увиденного. Стража порядка изрядно вырвало у стен соседнего гаража.

– Вот вам и причина «положительных тепловых сигнатур». – Семирамид, поморщившись, прикрыл рот и нос рукой.

Собранное и разобранное оружие, полунакрытые брезентом разного рода металлические детали, инструменты, коробки, канистры с топливом, шкафы, импланты, связки купюр, фальшивые паспорта, запасные колёса-двигатели аэромобилей, жестяные и пластиковые ёмкости, промышленный пылесос, деревянные полки, неокрашенные стены, стремянка, лампочка освещения, стеллажи, несколько табуреток, свёрнутые ковры, старый системный блок с пузатым выпуклым монитором, прочие скарб и хлам, украденные бандитами у Ярослава «Зевс», АПС-М и «Кошачья лапа», сам припаркованный внутри УАЗ «буханка» – всё оказалось залито ещё горячей кровью, перемешанной с кусками мозгов и осколками костей. Преступники лежали в неряшливых позах со взорванными изнутри черепами – мощная сила проломила их головы точно по середине на стыке лобной и теменной костей. У многих, помимо мозгов, вылетели зубы, глаза и содержимое ушей с носоглоткой. Создавалось ощущение, будто они вместе попали головами под поезд или получили в самые важные части тела по пуле из крупнокалиберной винтовки.

Выжил лишь один член банды – со стеклянными глазами, он забился в угол и, шизофренично кусая ногти, едва слышно истерично поскуливал. Стражи правопорядка спешно отобрали у него оружие и оперативно заковали в наручники, хотя преступник никакого сопротивления практически не оказывал, только побрыкивался время от времени.

– Этот, похоже, отправится не в тюрьму, а на Канатчикову дачу, – прокомментировал Пасечник, когда двое его других сослуживцев уводили уцелевшего бандита в машину.

– А вот до этого момента я ещё не успел проанализировать, – нарушил неловкое молчание Ярослав. Несильный дождик равнодушно продолжал идти снаружи.

– Вот, товарищи милиционеры, последствия применения «Зевса» неносителями на живых примерах. – Боров в полном самообладании постучал толстыми пальцами по железной двери гаража. – Ну точнее, уже не совсем живых.

– Вот почему операторы с воздуха наблюдали положительные тепловые сигнатуры. Кровь просто ещё не успела остыть, а перед этим нагрелась до состояния кипения… – высказался Семирамид.

Слегка поддерживаемый сослуживцами, ко входу в бокс вновь подошёл Рено, который успел немного прийти в себя.

– Но почему башка взорвалась у каждого, а не только у одного? Разве аннигиляция не происходит сразу? – недоумевал милиционер.

– Нет, не всегда. Моментальная аннигиляция происходит «на сухую», в случае применения «Зевса» неносителем без «Псио», – покачал головой Ярослав. – Кто-то точно и в определённых пропорциях посоветовал им вколоть себе «Псио».

– Один из чурбанов словил неплохой такой трип, увидев будущее. Другие тоже захотели почувствовать себя нострадамусами. Когда им стало маленько нехорошо и они поняли, что капитально ошиблись, было уже поздно – добавил Боровиков. Хлопнул в ладоши. – Ладно, нужно тут всё максимально зафиксировать и сворачиваться. Техника может в любой момент понадобится на других направлениях. Особо не расслабляйтесь: райончик этот не из самых безопасных.

– А Ярослав-то сможет нормально пользоваться «Зевсом» после этого? – поинтересовался Рено.

– «Зевс» может отлично работать при ещё худших воздействиях, – уверил Боров. – Но его и «Кошачью лапу» мы обязательно отнесём Квартирмейстеру на диагностику и калибровку. Всё согласно протоколам и инструкциям.

Ярослав вошёл внутрь гаража и стал аккуратно протискивать между кровавыми лужами. Нашёл то, из-за чего изначально попал во всю эту передрягу.

– Товарищ полковник, разрешите без описи, – протерев первой попавшейся чистой тряпкой от брызг органики, Коломин взял в руки бордовый чемодан без ручки. – Горилла просил.

– А, это подарок волосатому? Ну давай, – отмахнулся Боров и спросил у Пасечника с Семирамидом. – У меня дел ещё невпроворот, мне надо на Житную. Справитесь тут без меня?

– Так точно, – кивнули милиционеры.

– Превосходно. Ярослав, а ты поедешь со мной. Завезём приборы Квартирмейстеру, а потом поедешь домой отдыхать и греться. Засунь «Зевса» и «Кошачью» лапу в большой пакет для вещдоков, не то запачкаешь мне весь салон! Всем быть бдительными и беречь себя. – Полковник двинулся к выходу из гаражного кооператива.

Ярослав, держа под мышкой одной руки бордовый чемодан, во второй – пакет с запачканными приборами, поспешил за руководителем. Он слишком устал за сегодняшний день и буквально валился с ног. После окончания операции измотанность нахлынула мгновенно: захотелось лечь на ближайшем бетонном блоке и уснуть прямо на нём. Дождик лишь навевал лишнюю осеннюю меланхолию и дополнительно убаюкивал.

– Не спать! – строгим голосом потребовал Антон Владимирович, когда он и Коломин вновь сели в чёрную «Волгу». – А теперь продолжим наш прервавшийся разговор, капитан.

– Про то, что я анализировал на остатках «Псио» без «Зевса», подключённого к телу? – зевнув и поставив локоть на подлокотник двери, Ярослав облокотился скулой на кулак.

– Нет, – находясь в тяжёлых раздумьях, Боровиков с прищуром глянул на Коломина. – Про то, что всё-таки обнаружил Перов в Рязанской области. Получается, в квартире Ключникова-Иванова Красный тряпочник пырнул плазменным ножом живого мертвеца?

Свет аэромобильных фар едва рассеивал дождь, что лишь усилился к концу этого тяжёлого вечера.

Глава XXIV. РЕДАКЦИЯ НЕ РЕКОМЕНДУЕТ

Уважаемый редактор!

Может, лучше – про реактор?

Про любимый лунный трактор?!

Ведь нельзя же! – год подряд:

То тарелками пугают —

Дескать, подлые, летают;

То у вас собаки лают,

То руины – говорят!

В.С. Высоцкий, «Письмо в редакцию телевизионной передачи

“Очевидное – невероятное” из сумасшедшего дома с Канатчиковой дачи».

При всём желании вряд ли Экспериментальному отделу удалось бы достать Красного тряпочника к годовщине Октябрьской революции, как того требовало руководство. Боров рвал и метал на каждого встречного и поперечного, включая вернувшегося из-под Рязани со странными и жуткими новостями майора Перова. Тот лишь подтвердил подозрения сослуживцев и добавил ещё больше загадочности в дело таинственного убийцы и явно связанного с ним отряда «Гамма». Тем временем сам «эскадрон смерти» с греческой буквой на плечах будто приостановил деятельность, залёг на дно. Ни с Москвы, ни со всей страны новых новостей касаемо его чёрных дел не поступало. Возможно, секретный отряд осознал, что Ярослав слишком сильно начал садиться им на хвост.

Заказчика покушения на Коломина так и не нашли, молчал и «Зевс», ничуть не пострадавший от взрыва головы неудачливого бандита. В приборе Градова, «Кошачьей лапе» и пистолете Стечкина Квартирмейстер со своей командой не нашли никаких существенных повреждений или изъянов: изобретения продолжали функционировать превосходно. Закалённый и крепко сложенный физически, Ярослав даже особо не простудился после насильного «ныряния» на дно Москвы-реки. Напротив, в нём, казалось, нашлись ещё большие силы и желание завершить расследование до конца.

Ни в логовище Яхьяева, ни в схроне на Гончарной улице близ Швивой горки коллеги Коломина не смогли найти каких-либо доказательств, влияющих на ход текущего дела. Доказательства по уже прекратившим своё существование бандам Бетона и Яхьяева были переданы другим подразделениям милиции.

Человек, желавший уничтожить Ярослава, каким-то образом смог уйти с траектории временного анализа «Зевса». Связующий элемент между установленным прошлым и неопределённым будущим – банду Яхи Яхьяева – теневой преступник уничтожил фактически тем же «Зевсом», пообещав коварным, но не очень умным бандитам чудо-устройство, способное предсказывать будущее. Представители криминалитета быстро обрадовались столь ценному подарку и преждевременно почувствовали себя богами, хозяевами мира и жизни, ничего не зная о том, что использование его неучастником проекта «Зевс» смертельно опасно. Понятное дело, сейчас их допросить уже не представлялось возможным.

Ярослав держал про запас немногочисленные капсулы со старой версией «Псио», опасаясь применять таковые с новой. С самого начала где-то на границе подсознания он ощущал, что с ними было что-то не так. Не ставя никого в известность, кроме Борова, Коломин решил сам выяснить проблему нового состава ключевого вещества, на котором работала вся система «Зевса». Антон Владимирович дал добро на использование старой версии «Псио» и не стал ставить в известность никого из Института Градова, включая самого профессора, опасаясь, что Ярослав может вновь «пропустить» беду на свою голову из-за некачественного состава консистенции.

После загруженного рабочего дня Ярослав планировал наконец заехать к Горилле, отдать чемодан и узнать имя заказчика редких ретромобилей. Однако не успел Коломин по Садовому кольцу даже пересечь Большой Краснохолмский мост и достичь Таганки, как во встроенной рации «Метеора» раздался взволнованный голос Боровикова:

– Ярослав, срочно на связь! Это Боровиков, приём!

– Слушаю товарищ полковник, что случилось? – мгновенно отозвался Ярослав. – Я сейчас на Зацепском Вале.

– Тр-ряпочник объявился. Убил сотрудницу издательства, – мрачно объяснил Боров. – Здание на Звёздном бульваре оцеплено, но он всё ещё там. Ты должен взять его живым, пока наш СОБР не вошёл внутрь!

– Вас понял, включаю полную скорость! – Ярослав включил милицейскую сирену и мигалку. Первое устройство протяжно завопило, «Метеор» глубоко вздохнул мощным двигателем, что резво стал увеличивать обороты.

Машины покорно разъезжались к обочине перед скоростным аэрокаром.

***

Красно-жёлтые верхушки деревьев на фоне розового закатного неба старались прятать меж собой линии электропередач и казавшуюся отсюда маленькой Останкинскую телебашню. Однако никто из столпившихся вокруг здания издательства и по совместительству типографии людей не обращал внимания на эту прохладную осеннюю красоту. Прожекторы, временные вышки, дроны, стволы оружия – всё было нацелено на дом вблизи Звёздного бульвара на северо-востоке Москвы. Сотрудники силовых структур походили на дворян и их прислугу, на охоте сумевших загнать в западню матёрого, но опасного волка.

– Ты быстро! – Ярослава встретил майор Перов вместе с некоторыми другими милиционерами из Экспериментального отдела.

– Какова обстановка? – преодолев полувиртуальную линию оцепления, Коломин перешёл сразу к делу. Прожектор, бьющий своим светом точно в спину, неприятно ослеплял при взгляде через плечо.

– Кажется, всех работников мы успели вывести из издательства. Свидетели утверждают, что человек, внешне напоминающий Красного тряпочника, вывалился откуда-то сверху из системы вентиляции и в две секунды перерезал горло Людмиле Крыловой, заведующей редакцией «Современная литература». Женщине было шестьдесят два года. Затем преступник легко ранил копирайтера и программиста, они сейчас уже в больнице. – Перов проводил Ярослава ко входу в издательство «Полдень, XXII век». К двум коллегам подошли Рено и Пасечник, чтобы поприветствовать сослуживца.

– Сомнительные моменты в биографии Крыловой? Анализ её жизни через «Логику», в том числе связи с делом Красного тряпочника? – уточнял Коломин.

– Я успел всё провести, Ярослав. Чисто, никаких «тёмных пятен». Обыкновенная законопослушная гражданка… – ответил Рено.

Из здания не доносилось ни звука, и лишь ветер слегка гонял небрежно разбросанные по полу листы бумаги.

– Подвальные помещения, первые и последние этажи контролируются нашими силами. – Перов изящным движением поправил очки. – Тряпочник находится где-то в середине здания и мастерски использует вентиляционную систему для перемещения. Ориентироваться надо на те этажи, в которых есть переход в типографию. Будь осторожен: она автоматизирована и до сих пор продолжает печатать, выключить её экстренно не успели. Сотрудники издательства утверждают, что преступник вёл себя достаточно неадекватно, словно бешеная обезьяна, не сколько пытался ранить или убить других людей, сколько крушил имущество организации. Он был сильно на взводе и постоянно выкрикивал какой-то малопонятный бред, связанный с обидой на книгоделов.

– Тут что-то не так, товарищ майор, – в разум Ярослава закрался скепсис. – Тряпочник всегда максимально сдержан и абсолютно хладнокровен. Каждый раз он придумывает новый способ убийства, связанный с основной деятельностью жертвы. Учительницу – указкой, машиниста – поездом, революционера – винтовкой. Он уже спускался из вентиляции и наносил смертельную рану в шею каким-то непонятным устройством, которое, скорее всего, нелегально попало в нашу страну благодаря какому-то из нечистых на руку таможенников. Почему он решил повториться и обнаружиться на глазах у всех?

– В любом случае ты должен захватить этого типа живьём, как это приказал тебе Боровиков. Мы могли бы быстро выкурить его спецсредствами нашего отдела и запустить внутрь СОБР, но с девяностопроцентной вероятностью выйдет так, что спецназу придётся ликвидировать его. Поэтому попытайся, снаружи мы будем тебе оказывать всеобъемлющую поддержку. На всё про всё тебе полчаса. Если не сможешь его поймать и обезвредить за это время, то в дело пойдёт «тяжёлая артиллерия». Удачи!

Автоматические двери «Полудня» бесшумно разъехались в стороны, приглашая Ярослава внутрь просторного холла. За десять минут до приезда Коломина свет в здании частично пропал. Там, где исчезло электричество, сработали слабые резервные источники питания, отчего значительная внутренняя часть здания пребывала в полумраке. Звёзды на вечернем небе виднелись сквозь прозрачный полусферический купол на крыше. Время от времени запрограммированные роботы голосами разных полов через динамики продолжали передавать различную информацию. Когда они замолкали, моментально повисала напряжённая тишина.

На параллельных стенах холла висели афиши с анонсами новых книг, словно с фильмами в кинотеатре, а не издательстве.

«”Ужас Цереры”. Вдохновляясь литературой Лавкравта и кинематографом Карпентера».

«”Рухард: звёзды и пыль”. Лауреат премии “Небула”. Идеальный подарок поклонникам Станислава Лема к Новому году. Дата выхода на русском языке – декабрь!»

«Полное собрание сочинений И.А. Бродского. Впервые в СССР!»

«Молодость Рухарда».

«Рэй Бредбери, добрый волшебник лета. Полное собрание сочинений – впервые в истории на русском языке!»

«Фридрих Ницше: конфигурация сверхчеловека».

«Космодесантник Рухард и ИИ “Сатирикон”».

«Эрих Мария Ремарк. “Время жить и время умирать” – новое издание в бархатном переплёте».

«Бессмертный У. Шекспир. “Трагедии и комедии: собрание сочинений в одном томе”. Два языка – английский и русский – на одной странице при помощи технологии “Switch-and-read”. Великолепное сочетание традиций переплётного оформления и современных технологий. Особенности технологии “Switch-and-read” подробнее на www.midday22century.su/switch-and-read и www.switch-and-read.com».

«”Природа среднерусской полосы, интерактивное издание, расширенное и дополненное”. Раздел “Фауна” комментирует Н. Дроздов».

«Мы ждали этого, и она вышла! Издательство “Полдень, XXIIвек” представляет: “Ветра зимы” Джорджа Р.Р. Мартина! Нет, это не пранк, всё действительно по-настоящему».

«Микеланджело Антониони: фотограф и режиссёр».

«Единственная академическая монография по истории Второй мировой войны. Точные научные методы в превосходном сочетании с великолепным стилем изложения! Блестящий и ГЕНиальный автор в представлении не нуждается. Внимание: первый тираж ограничен и, вероятно, будет раскуплен в первые дни! Советуем оформлять предзаказ».

«Моника Витти: дама-судьба».

«С.С. Моськина. “Андрей Рублёв: как проявляется истинно русская духовность”».

«”Психолого-религиозная философия” – сборник лучших афоризмов от А.Н. Следствовича. Прописью: лучших!»

«А.С. Пушкин. Собрание сочинений в грандиозном переплёте в стиле ампир».

«Электронная литература. Самомнение авторов чудовищное, осведомлённость читателей нулевая».

«Большая советская энциклопедия: новое издание с комментариями».

«Даже интересно, что в наше цифровое время кто-то продолжает приобретать “традиционные” книги и читать их, а само издательство держится на плаву и продолжает получать неплохую прибыль», – мимоходом подумал Ярослав.

Тем временем за стойкой регистрации засел отряд милицейского спецназа. Бойцы готовы были встретить особо опасного преступника по всем правилам ближнего контакта.

– Ждём только вашей команды, капитан, – тихо сказал главный СОБРовец, держа на прицеле ближайший перекрёсток.

– Товарищ капитан, это Секунда, – в наушнике «Гекаты» раздался голос уже знакомого нам оператора дрона. – Я вижу вас на радаре и буду максимально «просвечивать» этажи, на которые вы будете подниматься.

– Спасибо, друг, – с этими словами Ярослав вызвал лифт и приготовил пистолет. Перед входом в его кабину сказал: – Всем: я начну с восьмого этажа.

В лифте заиграла лёгкая лирическая музыка, будто из фильма Марлена Хуциева. «Издательство “Полдень, XII век” было основано в 1965 г. под влиянием творчества Аркадия Натановича и Бориса Натановича Стругацких группой энтузиастов при поддержке Министерства культуры РСФСР, – в динамиках раздался приятный автоматический голос. – На своей заре издательство занималось изданием лучших произведений из жанра научной фантастики. Спустя двадцать семь лет “Полдень, XII век” является одним из крупнейших в Советском Союзе вертикально интегрированных книгоиздательских холдингов. В настоящий момент читателям представлен многогранный спектр литературы самых разных жанров: от классики до документальной прозы. Произведения, издаваемые “Полуднем”, вы можете найти в любом книжном магазине нашей необъятной родины. Подробнее на www.midday22century.su. Ждём вас снова!»

Двери раскрылись, и взору Ярослава предстал мрачный тёмный коридор, освещаемый горизонтальными надпольными лампами аварийного освещения. Честно, лучшую иллюминацию давали лампочки лифта, двери которого вот-вот готовились закрыться, чтобы оставить Коломина наедине с необычайно опасным человеком. Неужели вот он, момент истины? Капитан знал, что поймает преступника, но почему-то обстоятельства сложились слишком просто, слишком буднично. Почему талантливый неуловимый убийца попал впросак и дал загнать себя в ловушку? Быть может, это опять являлось частью его очередного коварного замысла?

Ярослав неспешно прошёлся по коридору и толкнул приоткрытую дверь недалеко от перекрестка. Именно в этом офисе Красный тряпочник напал на редактора Крылову.

– Товарищ капитан, вижу вас на экране, – доложил Секунда, чей дрон завис снаружи за окном.

Показав беспилотнику жест «ОК», Коломин зашёл в помещение и внимательно осмотрелся. Крылова, распластавшись, застыла на полу. За очками в остекленевших глазах навсегда застыл испуг. Капитан глянул наверх: решётка вентиляции оказалась сбита и лежала рядом с женщиной. Само отверстие зияло опасной чернотой.

Вспышка. Ночь. Красный тряпочник точит нож, сидя прямо в вентиляции. Забрался заранее ещё на выходных, когда в издательстве практически никого не было. Он время от времени подрагивает, его потрясывает, чего обычно за ним не наблюдалось.

Вспышка. Тряпочник ждёт, пока в офисе соберётся побольше народа, проверяет заранее закрепленный трос. Вспышка. Дальше произошло всё в точности в то, что описывали свидетели: внезапное жестокое убийство, паника, переполох, беспорядок, возникший вследствие в спешке убегающей толпы. Преступник убегает прятаться в глубину здания, воспользовавшись суматохой. Вспышка.

– Всем: я перехожу на соседний этаж, – доложил по рации Ярослав. Здесь ему ловить больше было нечего.

– Не желаете ли кофе? – вдруг в темноте достаточно зловеще раздалось за спиной. – Эспрессо, капучино, латте, лунго.

Прищурившись, но не испугавшись, Коломин оглянулся. На пороге мирно завис в воздухе летающий робот-секретарь. Его одинокий зелёный глаз превосходно выделялся изумрудом на фоне вечерне-угольного интерьера.

– В иной раз, – со скепсисом поморщившись, Ярослав вышел в коридор и выбежал на пожарную лестницу. Он трусцой пересёк два марша и вошёл на девятый этаж.

Здесь, в отличие от предыдущего этажа, вовсю ярко горел свет. Следов недавней паники особо не было видно – больше создавалось ощущение типичных офисов, покинутых сотрудниками после окончания рабочего дня. Ярослав вновь двинулся к перекрёстку, внимательно смотря сквозь стеклянные стены, не занавешенные жалюзи. Внутренние помещения «Полудня», в котором изготавливали книги, мало чем отличались от Красногвардейского исполкома, где управляли целым московским районом: шкафы, столы, стулья, кресла, бюро, настенные календари и часы, кофемашины, мониторы, ЭВМ, МФУ, чашки, ручки, карандаши, маркеры, линейки, скотчи, степлеры, дыроколы, дипломы, кубки и т. д. Во многих помещениях висели доски с обозначенными на них работниками и их зонами ответственности – системой управления проектами. Часто попадались сигнальные экземпляры новых книг, стоящие на определённом видном месте, или наброски переплётов, готовящихся к отправке в типографию.

Дрон Секунды летал за окном, продолжая сопровождать Ярослава и давать дополнительное освещение своим небольшим прожектором. Время от времени начинались и почти сразу смолкали короткие переговоры сослуживцев на общей радиочастоте. Мнимое спокойствие расплылось и застыло на просторах огромного книжного издательства.

«От меня ты не скроешься…» – Коломин мысленно активировал «Зевс».

Вспышка. Дверь технического помещения слева резко распахнулась, и на Ярослава вылетел человек в капюшоне, готовый замахнуться на стража правопорядка острым ножом. Просвистел режущий удар, Коломин, перекатившись, увернулся и отступил к противоположной стене.

– Ра-та-та-та-та-та!!! – Преступник опасно продолжал размахивать ножом, имитируя направления возможных ударов. – Я Красный тряпочник, ужасайся меня!

– На капитана напали! Повторяю: преступник напал на капитана Коломина! – Секунда заголосил по рации.

– Работаем! – приказал Перов СОБРу.

Ответа вслух не последовало. Зато единым отточенным движением Ярослав резко поднял пистолет и выстрелом одной пули выбил холодное оружие из рук противника, не ранив самого нападавшего.