Текст книги "Записки о сломанном мире (СИ)"

Автор книги: Владимир Войлошников

Соавторы: Ольга Войлошникова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

23. В РЕЗИДЕНЦИИ КОРОНОВАННОГО ПРИНЦА

СТРАННЫЙ БАЛ

Это было огромное здание довольно причудливой архитектуры. Чувствовалось во всех его линиях нечто растительное, и это снова всколыхнуло во мне ощущение глубинной чужеродности.

Впрочем, изо всех распахнутых окон лилась музыка, доносился гул, характерный для множества собравшихся, а среди приглашённых мы были далеко не единственными людьми.

– Ваши приглашения, господа? – довольно холодно осведомился некий то ли слуга, то ли распорядитель в серебристом балахоне. Эльф, конечно же. Высокий, практически вровень со мной и братцем. Длинноволосый и длинноухий, бледный, словно его подбирали в тон к балахону.

– Прошу, – Джеральд с предельно чопорным видом протянул ему наши карточки.

Эльф просмотрел их со всем тщанием, приподняв светлые брови. Покивал:

– Добро пожаловать на бал по случаю годовщины битвы в Остербургской пади. – В голове ничего не отозвалось. – Приятного вечера. Прошу проследовать через центральный вход. Там закреплена сканирующая арка. Мне необходимо убедиться, что вы не проносите с собой оружия. – Эльф слегка поклонился и осклабился: – Чистая формальность!

– Что-то не припоминаю я такой битвы, – с сомнением сказал я Джеральду, когда мы направились к указанному входу, – а я, вроде бы, внимательно прочитал историю всех значимых битв со времени Разлома.

– Не бери в голову! – легкомысленно отмахнулся Джерри. – Они запросто могут поминать какую-нибудь битву, которой две или даже три тысячи лет!

Я подумал – нет ли на этом балу непосредственных участников тех событий? Любопытно было бы с ними пообщаться. Хотя – первую мысль догнала вторая – вряд ли они захотят говорить с кем-то на три тысячи лет моложе себя.

– Звучит внушительно!

– Всего лишь эльфийская заносчивость, – усмехнулся братец. – Не исключено, что это битва двух эльфийских наследников за право держать коня в папашином сарае.

– Что-то не тянет на битву.

– Ну, может, каждый из них подготовился и пришёл с прихлебателями?

Да уж, в таком разрезе уже не столь впечатляет…

Арка оказалась двумя деревцами, тесно сплётшимися своими кронами. Прошествие под ними ознаменовалось мелодичным звуком, словно кто-то тронул струны гитары, и мы беспрепятственно направились в зал. Вопреки моим ожиданиям, никакого громогласного представления входящих нас не последовало. Более того, на пребывающих вообще никто не обращал никакого внимания. Все толпы гостей были предоставлены исключительно самим себе и веселились на собственный вкус.

– Оригинально, – пробормотал я себе под нос.

Пространство, казавшееся бесконечным, было разбито золотистыми и серебристыми колоннами-деревьями на большие… зоны? Или залы? Каждая такая как бы зала подсвечивалась собственным цветом и внутри играла музыка – везде разная. Не знаю уж, были ли там посажены живые музыканты или устроители воспользовались мощными магическими кристаллами, но музыка не смешивалась, а при пересечении границ между отдельными пространствами ты просто перешагивал из одной звуковой атмосферы в другую.

Я, честно говоря, почему-то ожидал, что на балу мы непременно встретим нашу недавнюю знакомую. Не то чтобы мне этого хотелось – скорее нет, чем да – но всё же это ведь она нас пригласила? Явно, рассчитывая на что-то. Но теперь, воочию оценивая масштабы разворачивающегося перед нами действа, я понимал, что вряд ли мы встретимся в этакой толпе. И к лучшему, пожалуй.

– Может, сначала угостимся? – спросил Джеральд, живо оглядываясь по сторонам.

– А тут кормят?

– Да, нечто вроде сванедского стола. Сразу предупрежу, на изыски особо не рассчитывай.

– Да, я что-то читал о приверженности эльфов к простой и незамысловатой пище.

– Незамысловатой, это точно! – ухмыльнулся Джерри. – Не припомню, чтобы на каком-нибудь ещё приёме гостей угощали кашей из чечевицы и тушёными бобами.

– Неужели тушёными?

– Если мне не изменяет память, там были даже сырые бобы. Такие, знаешь, вышелушенные из стручков. И ещё сырая морковка кусочками.

Я едва не остановился:

– Так зачем мы туда идём вообще? Поедим дома.

– Погоди! Мясо у них вполне на уровне. Особенно то, что на вертелах. Не стой колом Уилл! Верь мне, я тыщу раз так делал.

– Неплохо ты выглядишь для завсегдатая эльфийских балов, – с усмешкой проворчал я.

– Ну не тыщу… Но раза три – это точно.

– Ладно уж. Веди.

ЗНАМЕНИТОЕ ЭЛЬФИЙСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

Зала для угощений была больше похожа на странное кафе. Вдаль тянулась череда столов, на которых стояли блюда и подносы, наполненные действительно самой простой пищей. В глаза неожиданно кинулось блюдо с рассыпной ярко-жёлтой кукурузой. Надеюсь, она была хотя бы не сырой, а варёной – проверить случая не представилось, поскольку Джеральд увлёк меня в другой угол зала, откуда доносились куда более привлекательные запахи.

Кузен едва успел перехватить пару кусков, как вокруг него откуда ни возьмись образовалась кучка остроухих девиц. Все они неуловимо смахивали на ту случайную знакомую, которая наделила нас приглашениями на это сборище. Все как одна были довольно высокими, стройными и длинноногими. Да, ногами свободно можно было любоваться благодаря экстремально короткой длине их юбочек.

И все эти девицы подсознательно будили во мне подозрительность. Было в них нечто… словно мы с братом для них – всего лишь игрушки, развлечение. И если Джерри был достаточно толстокож (или достаточно циничен, чтобы развернуть эту ситуацию в свою пользу), то я – нет.

Предполагаю, что эльфийки рассчитывали на нас обоих, но наткнулись на мой взгляд и сосредоточились на Джеральде, щебеча приветствия и хихикая. Признаюсь, столковались они довольно быстро.

– Не теряй меня, Уилл! – махнул мне рукой братец и удалился вместе с подпрыгивающей остроухой стайкой в сторону моргающего фиолетовым зала. Музыка оттуда не доносилась (да она вообще ниоткуда не доносилась – очевидно, блокировалась входными арками), но вся находящаяся внутри толпа исполняла нечто полудико-прыгающее. Посмотрим, до чего допрыгается братец.

Я хмыкнул и двинулся дальше вдоль рядов жаровен и очагов, на которых тут же, на живом огне специально отряжёнными для этого поварами (и не только эльфами, я заметил и людей, и даже одного гнома) жарилось запекалось и тушилось всякое мясное разнообразие. Между рядами были разбросаны столы и столики, за которые можно было присесть и спокойно оценить выбранное блюдо.

Именно так я и поступил, размышляя о том, каким же странным оказался этот эльфийский бал – сплошной хаос, сверкающее мельтешение и калейдоскоп звуков, переключающихся с одной мелодии на другую при переходе из зала в зал. Никто никого и никому не собирался представлять, и если бы не пафосная обстановка и пробегающие время от времени чопорные слуги, можно было бы подумать, что дело происходит на какой-то огромной ярмарке, по недоразумению расположившейся под крышей.

Так я рассуждал сам с собой, лениво оглядываясь по сторонам. Мясо оказалось впрямь недурным, но получить удовольствие от трапезы в полной мере мне не дали.

Краем глаза я увидел картину, вовсе мне не понравившуюся. Молодой нахальный эльф буквально тащил за руку девушку. Человеческую девушку, что было ясно по её невысокому росту, не столь субтильным (а скорее, совсем наоборот) пропорциям и длинной, бального вида юбке по самой что ни на есть человеческой моде! При этом хам громогласно объявлял, что делает ей честь, приглашая на королевскую польку. Девушка была явно не в восторге, но её возражения терялись в подбадривающем гоготе дружков ушастого козла.

Я автоматически отставил тарелку с недоеденной олениной.

* * *

Он очень удивился, внезапно ткнувшись спиной в преграду и услышав вопрос: «Куда это мы так спешим?» – обернулся, вылупил на меня глаза… Как любят писать в душещипательных женских романах, «пронзительные, словно весеннее небо». В остальном эльф полнстью соответствовал образу красавчика-блондина, расхитителя сердец. Или разбивателя? В общем, такие обычно уверены в своей неотразимости. Не исключаю, что даме даже нравился его неповторимый эльфийский флирт, пока ситуация внезапно не вышла из-под контроля.

– С дороги! – рявкнул блондин, не разобравшись, кто или что ему мешает. – Королевская полька нас ждёт!

– Я не хочу танцевать польку! – пискнула девушка, хватаясь рукой за сердце. Или придерживая вырез платья? Какая уж полька с таким-то декольте! Выскочит всё это богатство. Сто раз, верно, пожалела, что приняла приглашение на этот треклятый бал да ещё и явилась на него в таком наряде.

Впрочем, не удивлюсь, если эта ржущая толпа сочтёт за веселье и сердечный приступ, случившийся с гостьей от чрезмерных прыжков вкупе с непременным конфузом. Подумаешь, сдохнет одна глупая человечка! Пятьюдесятью годами раньше, пятьюдесятью позже. Зато скандал на балу. Развлечение.

– Конечно хочешь, малышка! – громко и развязно выкрикнул эльф. Откровенно говоря, я бы сейчас не поручился за то, что он трезв.

– Шли бы вы проспаться, сударь, – холодно процедил я, не двигаясь с места, – а даму оставили бы в покое.

– Да ты кто такой⁈ – оскалился блондин совсем уж зло и попытался окатить меня презрительным взглядом (впрочем, он сразу понял, что глядеть на меня с высока довольно затруднительно).

– Не твоё собачье дело, крысёныш, – ответ вырвался откуда-то из глубины подсознания и удивил меня не меньше, чем эльфа. Это был голос явно не Уилла Андервуда. Это – какой-то осколок меня прежнего. Возможно, что-то из моего задиристого мальчишеского прошлого? Впрочем, раздумывать об этом времени не было совсем.

Эльф попытался оттолкнуть меня и даже совершил какие-то пассы руками, тут же скривившись – окутавшее руки ядовито-зелёное свечение с шипением напомнило, что вся боевая магия во время эльфийских балов принудительно блокируется.

Он отступил шаг назад и яростно тряхнул головой, откидывая волосы назад:

– Уйди с дороги, чужак!

Я усмехнулся:

– Что, из леса вылез, а вести себя в обществе не научился?

Компания дружков немедленно взвыла:

– Да что его слушать!.. Выкинуть его вон!.. Кто пустил сюда короткоживущего⁈

– Я смотрю, вы такие смелые, что по одному никогда не ходите? – тут же парировал я. – Вероятно, это всё стайный животный инстинкт?

– Да как ты смеешь! – взвыло сразу несколько голосов.

– Ах, теперь я понял! Это просто детские капризы! Вы уж простите, так сложно определить, совершеннолетние вы уже или ещё нет. Может быть вас ради исключения пустили сюда с мамочками?

Белобрысый пошёл красными пятнами и бросил руку девицы, которая предпочла тут же раствориться в толпе. Надеюсь, сообразит, что лучше бы ей немедля отправиться домой.

– Будь уверен, – тут он прошипел какое-то ругательство, – я достаточно взрослый, чтобы вызвать тебя на дуэль!

– А я вот как раз не уверен, – издевательски ответил я. – Но если ты как следует топнешь ножкой…

Скандал рос и расширялся. Сейчас я, пожалуй, даже не вспомню всех тех гадостей и колкостей, которые я наговорил этим длинноухим наглецам. Ещё менее я был озабочен тем, чтобы запоминать все их надутые ответы.

Зато сколько шуму было! Вокруг нас собралась уже заметная толпа. Естественно, почти одни эльфы. Но что удивительно – никто больше не принял сторону компании, фонтанирующей ядом в мою сторону. Никто не попытался вывести меня или даже просто призвать в порядку. Напротив! Именно сейчас я остро ощутил прочитанное мной о слабых эмоциональных связях, присущих этому племени. На лицах толпы, состоящей из господ и дам неопределённо-зрелого возраста, отражалось скучающее вялое любопытство. Дескать – гляди-ка, неужто молодёжь чудит? А вон тот темноволосый – не сынок ли Элирода? Ну, посмотрим, посмотрим…

Перепалка приобретала всё более агрессивный характер. Примечательно, что тёмненький отпрыск Элирода сорвался первым и выкрикнул:

– Дуэль! Я вызываю тебя на дуэль, презренный невежа! – это всё мне, надо же!

Блондин гневно оглянулся на него, раздувая ноздри:

– Позволь тебе напомнить, Фианройд, что здесь были в первую очередь ущемлены мои интересы! И если ты убьёшь его, мне придётся жить с оскорблением. Ты должен мне уступить!

– С чего бы? – мигом взъерошился брюнетик. – Я успел первым и уступать своё место не желаю!

Потешно было наблюдать, как два юнца-переростка наскакивают друг на друга. Не забыли бы про меня. Того и гляди начнут за праздничные укладки таскать друг дружку, рубахи рвать примутся, пуговицы полетят… Картинка показалась мне столь забавной, что я невольно фыркнул, мгновенно притянув к своей персоне внимание обоих.

– Раз уж вам так неймётся показать свой гонор – извольте! Я вызываю всех. Всех вас скопом, сколько вас тут ни есть, желающих предъявить мне претензии. – А вот это – настоящий Уильям Андервуд, его холодная ирония, его уверенность в себе и своих боевых качествах…

Сквозь толпу протолкался Джеральд с перекошенным тревогой лицом и прошипел, оттесняя меня в сторону:

– Уилл! Ты с ума сошёл⁈

– Скажи лучше, братец, ты готов быть моим секундантом?

Джеральд взъерошил пятернёй волосы и тряхнул головой:

– Я-то готов… Но ты… Зачем ты вообще сказал это «вызываю всех разом»⁈

Мной овладело какое-то лёгкой эйфорическое состояние:

– Будут бегать за мной толпой – быстрее устанут. Главное, ты как секундант столкуйся сейчас, чтобы в качестве оружия было выбрано что-то холодное и не покидающее руку…

Говоря это, я рассуждал в уме, что эльфы – это всем известно – они ж традиционно стрелки! Хоть из луков, хоть из револьверов изрешетят меня до состояния дуршлага, ни один лекарь не залатает.

– Какая странная формулировка, – слегка нахмурился братец.

– Я настаиваю. Они первыми вызвали меня, вон те двое. Так что я имею право. Ничего метательного. В остальном – без ограничений. Палаши, шпаги, топоры – да хоть копья! Но не метать.

– Что за безумие! Сходили повеселиться… – покачал головой кузен и пошёл договариваться.

24. СО ВСЕЙ ТЩАТЕЛЬНОСТЬЮ

ВСЯКОЕ ДЕЛО ТРЕБУЕТ ПОДГОТОВКИ

Спустя не менее чем через четверть часа Джеральд появился снова, всё такой же хмурый и встревоженный:

– Ну и задал ты мне работу, Уилл!

– Неужели не вышло договориться?

– Вышло, но с трудом. Пришлось даже значком козырнуть. И ещё я пригласил графа Беркли быть твоим вторым секундантом, это необходимо по кодексу. Сейчас он сопроводит жену на трибуны и подойдёт.

– Скажи мне лучше, каков итог по оружию?

– Никакого стрелкового и метательного, как ты и просил.

– Так это же прекрасно! Единственное – надо послать кого-то ко мне домой. Насколько я помню, мой палаш на стене в библиотеке. Или в спальне?

Отдельной оружейной комнаты у меня не было. Зато была пара пёстрых ковров, на фоне которых по местной традиции развешивалось холодное оружие. Учитывая, что все мои предки были иглами императора, различного колющего и режущего у меня имелось в изрядном количестве.

– Это излишне. Дуэлянты подбирают себе оружие исключительно из местного арсенала. Таковы правила. Оружие проверено на отсутствие артефактных усилителей и прочих хитрых штучек. Для всех без разбора.

– Тогда чего ж мы ждём? Идём!

Джеральд смотрел на меня странно.

– Что?

– Признаться, меня пугает твоё веселье, Уилл. Ты отдаёшь себе отчёт, что тебе придётся убить два десятка молодых разумных существ?

– Но я же могу их… ранить? Обездвижить в той степени, чтобы они не могли мне противостоять и…

– Уилл, проснись! – Джерри был сердит. – Ты вообще смотрел эльфийский дуэльный кодекс?

– Знаешь ли, у меня было чтиво поважнее да и поинтереснее.

– У них нет дуэлей до первой крови, до трёх ранений и прочих. Только до смерти.

Я даже растерялся и моргал, глядя на него.

– Теперь ты понял? – пропыхтел Джеральд. – Дуэль не считается законченной никогда, если не наступила смерть одного из её участников. Ты можешь пожалеть и отпустить раненного соперника. Из альтруистических побуждений или, допустим, по легкомыслию. Или по незнанию. Но у него остаётся законное, признаваемое нашим законодательством право найти тебя и убить в любой момент. Потому что дуэль между вами объявлена и не завершена. – Он помолчал. – В крайних, самых исключительных случаях дуэлянты могут договориться в процессе самой дуэли. Остановить её и разъехаться максимально далеко. Чтоб ты понимал, насколько – речь обычно идёт о разных континентах без обозначения точного места пребывания. Чтобы не иметь риска пересечься в дальнейшем. Потому что, встретив друг друга, они должны будут продолжить дуэль. Обязаны. Но! – он поднял ладонь, останавливая мой возглас. – Не здесь! Не во дворце! Здесь у дуэльной площадки встроенная магическая система контроля. Да и… Даже если бы ты захотел, не советую.

– Почему?

– Эльфы никогда не принимают во внимание личные интересы короткоживущих. Ты действительно хочешь бежать и прятаться от толпы их бешеных юнцов?

– Значит, – максимально спокойно ответил я, – сегодня я убью двадцать наглецов. – Джерри открыл рот, но на сей раз я остановил его: – Послушай меня, брат. Эти недоумки-переростки решили, что могут издеваться над человеческой женщиной – безнаказанно издеваться, ведь все окружающие, конечно же, читали эльфийский дуэльный кодекс и поберегут своё здоровье! Так вот нет! Или они публично приносят извинения мне и оскорблённой даме… И эти извинения должны быть столь же велеречивы, как их упражнения в издевательствах! Или я убью их всех! Назовём это естественным отбором. Дуракам и хамам не место в приличном обществе.

Несмотря на то, что говорил я, не сдерживаясь в громкости, Джерри выполнил обязанность секунданта и прогулялся до кучки оскорбившихся вторично – озвучить им мои условия. Вернулся хмурым и заявил:

– Имей в виду. Если кому-то из них удастся тебя достать, всех оставшихся вызову я.

– Я ни капли не сомневался. Так что давай-ка пошевеливаться! Где тут у них этот арсенал?

* * *

Всем желающим красиво самоубиться предоставлялось на выбор целых четыре зала, набитых стойками с оружием. Тут я изо всех сил призвал осколки памяти Уилла Андервуда, воспитанного иглами императора и как игла императора. Мне нужен был достаточно длинный клинок, обладающий хорошими рубящими свойствами. И достаточно тяжёлый. Вес не был для меня проблемой, а вот как дополнительный останавливающий элемент он сыграет свою роль.

Я, не останавливаясь, шёл мимо полок и стоек, забитых прихотливой и экстравагантной эльфийской красотой. Всё не то. Внезапно мелькнул ряд с гномьими секирами. Ну это уж совсем на крайний случай, если больше ничего…

– Не это ищешь?

Я обернулся в ту сторону, куда смотрел Джеральд.

– Действительно, ты прав. – Я подошёл ближе, взял образец, покачал в руке: – Весьма неплохи. Но этот коротковат.

Методом проб и ошибок я подобрал клинок по руке – заметно длиннее первого опробованного мной, но такой, чтобы он не втыкался в землю, будучи опущенным вниз. Нескользкая оплетённая кожей рукоять удобной толщины. Отлично защищающая кисть корзинчатая гарда. Прекрасный образец северного палаша*. У меня дома висит почти такой же. Удобное оружие, привычное и отвечает всем моим планам на поединок.

*Напоминаю, все подобные определения относятся к миру Разлома и с реалиями Земли имеют мало общего.

– Беру.

– Не хочешь щит? Хотя бы баклер**?

**Маленький кулачный щит.

Щит я точно не хотел. Не вписывался он в мою стратегию.

– Нет, – я огляделся, – но, пожалуй, от хорошей даги*** я не откажусь. Это ведь не запрещено эльфийскими правилами?

***Дага – короткий вспомогательный клинок.

– Напротив, даже приветствуется. Считается, что это добавляет зрелищности в происходящее.

– А зрелищность важна?

– Им – видимо, да, – со странной интонацией ответил Джерри, оглядывая ряды полок. – Полагаю, многим из них до крайности скучно, и они находят малейший повод, лишь бы себя занять.

– Господа?

Мы дружно обернулись. На «перекрёстке» ходов между полками стоял довольно высокий, холёный, но сухощавый мужчина. Одет дорого, как высокопоставленный чиновник. Монокль, бакенбарды.

– Позвольте представить! – взмахнул рукой Джеральд. – Граф Беркли, любезно согласившийся помочь нам в нашей ситуации – Уильям Андервуд, эсквайр, мой кузен.

– Очень приятно! – граф радушно пожал мне руку. – Однако, вы отважный молодой человек!

– Думаю, пока рано меня хвалить, – слегка усмехнулся я. – Впрочем, если невоспитанная молодёжь выбрала себе красивые железки, я готов.

В ЭЛЬФИЙСКОМ СТИЛЕ

На самом деле их оказалось семнадцать. Семнадцать наглых дураков, вооружившихся красивым эльфийским оружием – но до чего же странным! Здесь были изящные, вычурного вида… даже не знаю, как их назвать. Сабли? Эспадроны? Клинки, одним словом. У некоторых была вовсе неопознаваемая форма и два (или даже три!) острия. Были мечи легендарного вида с прорезями и вырубками прямо на рабочей части лезвия. Один из самых дерзких выбрал даже два кинжала. Да, бесспорно, довольно вытянутых, сродни даге – но всё же кинжала, которые изрядно уступали в длине моему палашу. Почему? Почему именно такой выбор?

На всё это у меня был однозначный и простой ответ, который я держал при себе: потому что выбирающий – дурак. Я бы даже сказал, инфантильный, пафосный и чрезвычайно самовлюблённый дурак. Но заявить подобное – означало бы попытаться нарушить хрупкое перемирие между людьми и «лесным народом». Если кто-то этим и займётся, то однозначно – не я.

Вместо этого я принялся разглядывать помещение, в которое мы пришли.

Отчего-то я думал, что дело будет происходить на улице, но для дуэлей был предусмотрен особенный зал – огромный, с рядами уходящих вверх трибун и весьма просторной площадкой для боя (что отвечало моим намерениям). К моему удивлению, трибуны уже были полны зрителей, и прибывали ещё – в основном эльфы, конечно. Некоторые (их я для себя счёл уже пожившими), взирали на арену с вялым любопытством. Другие же (надо полагать, молодые) были настроены более азартно – они блестели глазами, хохотали, дамочки аж повизгивали, и все без исключения в полный голос обсуждали возможные перспективы схватки и заключали пари – в основном на то, кому из претендентов удастся меня убить (и реже – у кого получится первым меня ранить). При этом многие молодые эльфы притащили с собой миски, наполненные орехами, какими-то мелкими желтоватыми ягодами и вздутой кукурузой. Они весело грызли всё это и предвкушали развлечение.

Что ж, попробую вас не разочаровать. Не даром же я ежедневно изнурял себя тренировками и учебными поединками, едва не насильно выдирая из памяти прежнего Андервуда всё, что связано с убийством живых (да и не вполне живых) существ.

Со стороны противника приблизилось двое молодых эльфов, старающихся держаться холодно и высокомерно. Не очень-то у них это получалось – то взгляд выдавал, то прорывающиеся суетливые движения, из чего я заключил, что оба – юнцы. Обращались они исключительно к Джеральду и графу Беркли:

– Господа, по должности секундантов мы должны просить вас подписать отказ от любых претензий, связанных с исходом дуэли.

– Надеюсь, вы подготовили два экземпляра, – сурово нахмурился граф.

– Само собой разумеется. Наш…

– Секунду, молодой человек! – остановил эльфа Беркли. – Бумагу неплохо бы подкрепить печатью нотариуса. – Он обернулся и поискал кого-то взглядом в толпе.

Подозреваю, что граф позаботился обо всём заранее и заручился своевременной явкой нужного специалиста, потому что по его короткому знаку тростью из-за публики вывернулся невысокий человечек и направился в нашу сторону.

Я с удивлением разглядывал приближающегося. Дорогой (очень дорогой) и очень строгий костюм, приличествующей толщины золотая цепочка часов, очки в золотой оправе (судя по оттенку стёкол – явно не корректирующие зрение, а артефактные). При этом человек был поразительно невысок, обладал крючковатым носом и смуглой кожей с каким-то зеленоватым оттенком.

Не человек – понял я. Гоблин!

– Мастер Скорвус, к вашим услугам, господа, – поклонился нотариус всем разом и протянул руку к листам: – Позвольте!

Получив документы, он оглядел их со всей пристальностью и, кажется, даже обнюхал, после чего заявил:

– Этот, на котором уже проставлены подписи, не годится!

Эльфы хотели было возмутиться (в основном, по-моему, только из природной вредности), но гоблин живо осадил их:

– Документ носит рассеянные следы магических эманаций, ни один суд его не примет!

– Но это же снова трата времени, – совсем уж бестолково промямлил один из эльфов.

– Как хорошо, что вы пригласили лицензированного нотариуса, верно? – осклабился гоблин. – Совершенно случайно у меня есть пара готовых бланков, довольно будет вписать имена участников и секундантов. Это недолго.

Мастер Скорвус собрал подписи со всех – и не только с секундантов-свидетелей, а и с участников – и торжественно вручил Джеральду наш экземпляр, негромко заметив мне напоследок:

– Я не стал брать обычной платы, мистер Андервуд. Но поставил на вашу победу – едва ли не единственный из всех здесь присутствующих. Не подведите меня, молодой человек, – тут он вполне благодушно улыбнулся и проследовал к своему месту на трибунах.

– Что ж, теперь мне вовсе некуда деваться, – усмехнулся я. – Подводить нотариуса – дурная примета.

– Помни, если что – я за тобой, – сказал Джеральд, и последним из секундантов вышел за ограду поля, перекинув через руку мой фрак.

Последовал сигнал эльфийского боевого рожка, и контур арены замкнулся магически. Теперь никто из нас не выйдет до тех пор, пока одна из конфликтующих сторон не станет однозначно мертва.

Дуэль началась.