Текст книги "Открытая вражда (СИ)"

Автор книги: Владимир Мясоедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

– Позвольте мне увести вашего кавалера, милочка! – Перед самым началом танцевальной зоны Олега неожиданно попыталась перехватить подошедшая с другого фланга женщина, выглядящая от силы на двадцать, но имеющая тяжелый давящий взгляд скорее той, кому сильно за двести, а одетая так и вовсе во что-то среденевоково-пышное, с длинным волочащимся сзади шлейфом и высокой рогатой шапкой, попыталась цапнуть Олега под локоток, но тот буквально в последнюю секунду просто передвинул и себя, и свою любовницу на метр в сторону телекинезом. Возможно это было не очень вежливо и нарушало какие-то нормы этикета, но чародею было чихать, а вот неожиданная поклонница ему…Не нравилась. Его чувству опасности не нравилась. Примерно как какой-нибудь оказавшийся на расстоянии вытянутой руки опытный головорез, уже примеривающийся как бы смахнуть русскому боевому магу голову и куда её потом тащить, дабы повыгоднее сдать за вознаграждение. – Идите попрыгайте вместе с кем-нибудь из этих гвардейских бездельников, они мальчики хоть и туповатые, но зато крепкие и мускулистые, много мяса нарастившие на своих косточках…

– Ты хочешь, чтобы я тебе шейный отдел позвоночника через задницу наружу вытащила, стерва напомаженная? – Мило улыбнувшись потенциальной сопернице, проворкововала Доброслава, обнажая в улыбке тройной частокол острейших клыков.– Свали туда, откуда пришла или поищи себе кого-нибудь, кому нравятся снеговики, грязевики и прочие куклы из всякой валяющейся под ногами дряни, поскольку косметики в тебе явно больше, чем плоти!

– Если я хоть на пару оттенков изменю оттенок своих духов, ты будешь скулить как пообитая подзаборная сучка, пытаясь рвать свой нос на куски быстрее, чем он регенерирует. – Вернула ей внешне очень вежливую, но по сути своей столь же кровожадную улыбку эта особа. – Месье Коробейников, я все же настаиваю на разговоре с вами…Пока ещё разговоре, а не объявлении войны.

Ткань одежды Добраславы протестующее скрипнула, когда кащенитка-изгнанница рывком увеличилась до четырех с половиной метров. Причем не меняя своей человеческой формы. Вот просто была рядом с Олегом обычная девушка – а теперь великанша, очень даже пропорционально сложенная и потому симпатичная несмотря на пропорции. А еще явно способная человеческое тело обхватить одной рукой, чтобы выдавить из него все внутренности будто пасту из тюбика. Даже если тело принадлежит магистру, ведь именно одаренной шестого ранга этафранцуженка и была. Причем была он как раз на расстоянии удара от злого на неё перевертыша, как раз и опасного в ближнем бою. Впрочем, если бы кащенитка-изгнанница попыталась здесь и сейчас перейти к рукоприкладству, её нашлось бы кому остановить. И любовница чародея это прекрасно понимала, а потому не стала выпускать когти или хотя бы рычать на незнакомую даму. Просто демонстративно размяла кулаки и посмотрела на обладательницу рогатой шапки сверху вниз, как на какое-то мелкое насекомое.

– Говорите, мадам, я всегда открыт для предложений…Или объявления войны. – Если эта волшебница надеялась подобным заявлением русского боевого мага смутить или тем более напугать, то Олег бы предложил ей отправиться проверить голову у ближайшего квалифицированного психиатра. Желательно в мире, где эта наука достаточно развита. Более того, чародей даже не мог сказать, что он серьезно обеспокоен. Открытая вражда, когда о своих намерениях заявляют в лицо, печалила его гораздо меньше, чем очередной таинственный недоброжелатель, который бы раз за разом устраивал покушения, диверсии, подставы и прочего рода подлянки. – Кстати, а вы кто и от чьего имени говорите?

– Конна Ангарен, глава французской гильдии зельеваров. И говорю от имени гильдии зельеваров. – Пожала губы волшебница, похоже искреннее оскорбленная тем, что Олег её не узнал. Чародей бы даже смутился, не изучай он заранее списки всех сильнейших, известнейших и опаснейших одаренных Франции. И этой дамы в нем не было…Хотя, возможно, зря. В её ауре не таилось ничего особенного, но почему-то казалось оракулу-самоучке, что отнюдь не размерами резерва или даже контролем над ним опасна сия особа, пусть формально находящаяся на шестом ранге, но способная своими ядовитыми зубками укусить почти также больно, как и полноценный седьмой. Пожалуй, в случае конфликта она бы доставила ему лишь немногим меньше неприятностей чем Бонапарт, находящийся неподалеку от трона Деспота, но уже оглядывающийся в сторону то ли зарождающегося скандала, то ли чего-то ещё более худшего. – И от имени гильдии я говорю вам, наглый мальчишка, что ваши инициативы неприемлемы!

– Вы о работе больницы, поставках алхимических ингредиентов прямиком на торговую биржу или устройства небольшой выставки в Академии Наук? – Даже растерялся Олег, который ожидал многого…Но не того, что представители задыхающейся от нехватки ресурсов Франции будут от этих самых ресурсов отбрыкиваться всеми конечностями и чуть ли не отстреливаться. – Ну о кораблях же, за корабли вас бы слуги деспота по вашим же пузырькам и баночкам кусочками рассовали…И, кстати, сбавьте тон, миледи. А не то, пожалуй, именно я вам войну объявлю. Выиграю её или нет пока не знаю, но воевать – это пожалуй единственное, чему меня по-настоящему хорошо жизнь научила.

– Второе, – поджала губы волшебницы. – Академия, к сожалению, зельями обеспечивает себя сама. А уж подумать, будто населяющие трущобы босяки могут позволить себе настоящие зелья, а не настойку на крысином дерьме, просто смешно!

– Тогда я решительно не понимаю, в чем ваша проблема, – даже после уточнений ясности в голове Олега не прибавилось. – Мне казалось в Париже сдавать трофеи или же сырье профессиональным перекупщикам – это общепринятая практика, ведь так поступают все торговцы, контрабандисты и солдаты удачи, прибывшие в Париж с подобными грузами, но пока не имеющие собственного торгового представителя…

– Но не тогда, когда речь идет об ингредиентах для зелий! Их не продают по столь ничтожным ценам! И уж точно не в таких объемах! – Всплеснула руками женщина. – Первая партия едва не обвалила рынок, а вторая грозит окончательно разорить всех тех наших поставщиков, кто поколениями занимается выращиванием волшебных растений в своих теплицах и под заказ! Вы что, украли урожай половины Индии⁈

– Не украл, а скупил. И даже не четверти, а скорее одной десятой, если не меньше. – Хмыкнул чародей, наконец-то начиная чего-то понимать. В Индии много чего росло. Очень много и притом круглый год, ну просто климат там такой. Специи, лекарственные травы, алхимические ингредиенты…Во время открытого конфликта с британцами аристократы восставших провинций нередко несли партии подобного товара Олегу, чтобы получить взамен ненужные ему трофеи или только-только вышедшие из мастерских ружья и пушки. А после завершения его…Всё равно несли все к тем же странным русским, занявшим Новый Ричмонд. Ибо туда было ближе, дорогу эту получилось бы преодолеть без лишнего риска, а закупочные цены казались вполне приемлемыми, если не сказать отличными, особенно если брать не деньгами, а товаром. – И вот не поверю, что такая страна как Франция не сумеет влет переварить подобные объемы товара.

– Не по тем ценам, какие вы выставили в своей попытке демпинга, из-за которой веками сотрудничающие с моей гильдией мастера теперь вынуждены продавать алхимические ингредиенты себе в убыток! – Обвинила Олега волшебница, которая очень-очень сильно ошибалась. Чародей бы хотел взять больше денег! Но, видимо, излишне поскромничал, назначая цену всего-то в три раза большую, чем брал сам за исходное сырье, которое он и так покупал чуть дороже обычных спущиков. – А ещё по Парижу бродят слухи о том, что некоторые простолюдины благодаря вам могут пройти курс приема препаратов, способствующих росту магических способностей едва ли не даром! Всего за десять-пятнадцать лет службы! Притом такой службы, когда их не только кормят, поят и одевают, но ещё чему-то учат, а также деньгами жалование платят!

– Угу-угу, а еще дают дышать воздухом и любоваться красотами окружающего мира, причем даже не облагая это дополнительными податями, – Доброслава немного подумала и уменьшилась обратно, но взамен этого отрастила на правой руке небольшие коготки, которые начала демонстративно полировать о свое платье. – Мне вот интересно, а та цена, которую вы сочли бы соразмерной подобной услуге – это пожизненное рабство, ну то есть чего это я, будем соблюдать приличия, назовем её клятвой верности или все-таки решившийся на подобный шаг человек имеет некоторые шансы выйти на свободу лет через пятьдесят?

– Если меня когда-нибудь заинтересует ваше мнение, я отвечу. – Хмыкнула волшебница, которая то ли считала себя неуязвимой, раз отваживались так бесить неимоверно сильного перевертыша, стоящего от неё в двух шагах, то ли просто относилась к числу довольно распространенных в Европе расистов и не могла воспринимать любовницу Олега как полноценное разумное существо. – В любом случае, господин Коробейников. Мою гильдию не устраивают те перемены, которые могут случиться благодаря вашим действиям. Такой резкий обвал ценности услуг, которые ранее в этой стране могла предоставить исключительно моя гильдия, является просто недопустимым!

– Мадам, вы сами себя-то слышите?– Олег демонстративно постучал себя по голове, очень сожалея о том, что не может проделать того же с башкой своей собеседницы. Только вот в разум возмущенно взирающей на него особы колотить следовало по меньшей мере крепостным тараном. Да и то по итогам штурма сей цитадели оскорбленной гордости и возмущенной жадности умных мыслей могло быть не обнаружено. Магической силой она обладала, а также опытом, связями, древними рецептами…Но вот интеллектом в погоне за всем вышеперечисленным видимо решила пожертвовать. Или же корчила из себя дуру с таким талантом, о котором большинство актеров французских театров не могло и мечтать! – О какой уникальности может идти речь, если отсюда я могу меньше чем за час своими ногами неспеша дойти до Академии, чьи зельевары вам не подчиняются? Вдобавок приехавшие из иных стран студенты, ну или решившие поработать там немного преподаватели, вполне в состоянии обеспечить становление ведьмаком тем, кому захотят.

– Это не имеет отношения к вопросу! – Отрезала женщина, качнув своей рогатой шапкой.

– А по-моему имеет, и самое непосредственное. – Не согласился чародей. – Плюс предъявлять мне обвинения на основании только каких-то слухов, мягко говоря, не очень умный с вашей стороны поступок. Как и жаловаться на то, что ваша гильдия терпит убытки, хотя мои действия абсолютно соответствуют и духу, и букве ваших законов…Не я определяю те правила, по которым живет Франция, это делает вон тот всеми уважаемый господин, который сидит на троне, и которого все окружающие называют Деспотом. Жалуйтесь ему, пусть вводит новые пошлины или же иначе как-то защищает платящего ему налоги производителя.

– Предпочту как-нибудь воздействовать на вас, – фыркнула женщина. – Так проще. Итак, мы договоримся по-хорошему или…?

– В принципе, я могу предоставить право первого выкупа представителям вашей гильдии, пока цена держится на уровне среднерыночной по Парижу или на пять-десять процентов ниже. С учетом того, что правильно законсервированные ингредиенты могут храниться столетиями, если не дольше, подобное добро не пропадет. А будучи переработанным в зелья окажется продано в несколько раз дороже, чем как исходное сырье. – Пожал плечами чародей, который вполне доверял жадности стоящей перед ним особы. И не особо рассчитывал на свои способности предпринимателя…Хотя, может и стоило бы. Все-таки некоторым принципам бизнеса он к настоящему моменту вполне успешно научился, и даже применял их на практике. Ведь те слухи о возможности для достаточно упорных и талантливых неодаренных на его службе стать хотя бы ведьмаком он вообще-то запустил сам. Через отправившихся в увольнительные солдат, которые говорили бы о себе и своих сослуживцах в кабаках и борделях чистую правду. Некоторые из них ведь сами прошли через подобные процедуры, благодаря появившимся у чародея связям с дружелюбно настроенной частью брахманов. – Не захотите купить мой товар? Захотят другие. Ну а процедуры изготовления и применения высших алхимических стимуляторов вообще провожу не я, даже в тех случаях, когда именно я их для своих сотрудников заказываю. И проходят они не на территории Франции, и даже не близко к ней.

– Значит так, да? Наглый мальчишка! – Гневно раздула ноздри женщина, по всей видимости, не согласная с подобным компромиссом. А ведь они с ней имели шансы договориться к общей выгоде. Олег мог устанавливать на свой товар настолько низкие цены, поскольку не являлся начальным звеном в длинной-длинной цепи перекупщиков, где сначала свою долю брали какие-нибудь начальники контор и складов, потом управляющие аристократов, потом сами аристократы, потом перевозчики, потом таможенники заодно со всякими бандитами и пожарными инспекциями…Предложи хозяйка рогатой шапки какой-нибудь вариант, идущий на пользу обоим, и он бы с легкой душой пожертвовал частью прибыли, обменяв ту на стабильность работы и её простоту. – Боярин Коробейников, гильдия зельеваров в моем лице выражает решительный протест вашим действиям и предупреждает, не нужно считать нас слабыми и беззубыми. Последствия вам не понравятся! И не думайте, будто Бонопарт защит вас от всего!

– Сами подумайте о последствиях, если попытаетесь делать глупости…Вроде попыток силой запретить всем своим коллегам на этой планете работать по профессии – хмыкнул чародей, краем глаза наблюдая приблизившегося к ним уже вплотную представителя известной корсиканской фамилии и окончательно разочаровываясь в интеллекте собеседницы. – И да, я отлично понимаю, что жандармы служат в первую очередь Франции, а потому будут решительно возражать против некоторых радикальных действий. Но вряд ли они помешают мне преподнести вам урок, урок максимально болезненный, унизительный и дорогостоящий, но не смертельный. А потом повторить его, если уж с первого раза не дойдет…

Глава 11

Глава 11

О том, как герой собирается по бабам, примеряет инфернальный комбинезон и бежит от алиментов.

– Честно говоря, я немного разочарован, – признался Стефан, поправляя галстук и проверяя, легко ли выходит из кобуры небольшой пистолет, сочетающийся с роскошным вечерним костюмом. – Я первый раз потребовался Олегу как эксперт в походах по бабам, и этот хитрый жук собирается спрыгнуть даже раньше, чем мы доедем до места назначения.

– О, если бы это было не так, он бы очень сильно рисковал, – хмыкнула Доброслава, скептически разглядывая сидящего в уголке чародея, над телом которого настоящий Олег проводил последние манипуляции. – Вот прямо очень сильно…Да и ты тоже, если бы рискнул подобное обсуждать прямо перед нами.

– Куда больше гипотетических проблем с моральным обликом моего супруга меня сейчас волнует то, не вскроется ли обман. – Анжела внимательно изучила двойника, выращенного чародеем из тканей собственного тела. Древний сегметный доспех, на сей раз собранный по несколько нетипичной схеме, оставлял на свободе кисти рук и голову, пусть последнюю лишь частично, прикрывая затылок подобием капюшона и почти достигая губ эдаким высоким воротником. Таким образом в энергетику носителя он вносил сильные помехи, но все же не скрывал её в себе полностью и узнать Олега в «Олеге» было не так-то просто. И тому имелось вполне рациональное объяснение. – На лицо он, конечно, похож…

– Естественно! Это же мое лицо! – Хмыкнул чародей, накладывая руки «себе» на лоб и накачивая тело своего двойника жизненной силой. Сделанные из его же костей накопители должны были её потихонечку стравливать, выводоя из строя часика за три-четыре. Но на это время для беглого аурного сканирования сей мясной болванчик мог бы все же сойти за живого человека. Особенно если нацепить на него помимо зачарованных лат целую кучу защитных амулетов, в том числе этому самому сканированию и мешающих. Ну а повышенный фон некроса можно было бы объяснить какими-нибудь обрядами, которые недавно проводил известный чернокнижник, специфической медитацией или, скажем, брелком из черепа заклятого врага, с огрызками души этого самого заклятого врага, лежащим где-нибудь в заднем кармане… – Лично его срезал, чтобы на положенное место потом приклеить!

Созданием очередного своего двойника чародей, конечно же, занялся не просто так.Прибывающие к нему на службу солдаты удачи и прочие потенциальные сотрудники помимо испытаний, призванных проверить их компетентность, подвергались анкетированию и опросам. Олег хотел знать, кто конкретно на него собирается работать, что он умеет, чем будет полезен…А заодно потихоньку копились сведения о том, кто есть кто на теневой стороне Парижа. Ну, хотя как теневой? Наемники и контрабандисты на просторах французской столицы особенно свою профессию и не скрывали, более того, выпячивали или даже рекламировали…А иначе как им найти тех, кто готов заплатить полновесное золото за их уникальные таланты, готовность рискнуть и абсолютную беспринципность? Одной из наиболее старых, сильных и известных шаек воздушных пиратов, для конспирации прикрывающейся корсарским патентом, чародей и решил воспользоваться в своих целях. А именно натравить её на жрецов, абсолютно точно замешанных в покушениях на него самого и его близких. Поступок сей, конечно, с точки зрения морали был не самым лучшим…Однако терпение Олега и его же готовность прощать имели свои пределы. И кто бы не победил в схватке убийц, чьи руки запятнаны кровью мирных путешественников с охамевшими на фоне безнаказанности двуличными интриганами, готовыми во имя своих шкурных интересов бить в спину союзников и держать в грязи и невежестве бесчисленную паству, человечество бы от этого только выиграло.

– На лицо этот недозомби, конечно, похож и даже дышать вроде не забывает, – продолжила блондинка, которой задуманная авантюра все ещё сильно не нравилась. Но лучшего плана, способствующего выполнению их общих целей и в то же время создающего алиби для некоего боярина Коробейникова, никто придумать не смог. – Но аура все равно выдает фальшивку, если хорошенько присмотреться…

– Дык, никто к ней не присмотрится как следует, я вам, значица, гарантирую! – Заверил блондинку Святослав, которому предстояло сегодня выполнять роль своеобразной дымовой завесы, ходя с «Олегом» под ручку. – Буду яему подливать и подливать, потома сделаю вид, шо в зюзю наклюкался, начну орать песни, веселить духов, призывать ветры…

– Главное, чтобы не газы пускать! – Зубасто усмехнулся толстяк, которому сегодня отводилась роль эдакого конферансье и главного распорядителя праздника. Очередная годовщина создания вольного отряда, конечно же, не бог весь какой повод для безудержного веселья, но если Святослав и Олег решили провести по такому поводу гуляния, сняв для этого на три дня одно из сдающихся в аренду поместий и обеспечив его всем необходимым для солдат удачи, от антипохмельного зелья до официанток, выписанных из трех разных борделей, то их подчиненные определенно не сказали бы «нет» подобному тимбилдингу только для своих.

– Будет нужно, стал быть, пущу и газы! – Ничуть не смутился бывший крестьянин. – Да так, шо тех, кто посмеет беспокоить маво друга, который чей-то подустал и пытается мордой в салате уснуть, сдует к чертовой, дык, матери!

– Так, вот управляющие амулеты. Отдельно для работы ног, отдельно для работы рук, отдельно для того диктофона, который я болванчику в ротовой полости спрятал, – передал чародей приборы управления собственным неживым клоном своим друзьям. – Главное, не используйте их одновременно, а то этого манекена судороги разобьют.

– Да справимся, не волнуйся! – Легкомысленно отмахнулся Стефан, принимая пластинки из золота, инкрустированные несколькими драгоценными камнями и кусками полированной кости. Полированной кости самого Олега. Если бы эти артефакты, а тем более сделанный им болванчик попали бы в руки опытного малефика, чародею пришлось бы солоно…Впрочем вор или какой-нибудь потенциальный похититель наверняка постарается выбрать для работы более тихое и малолюдное место, чем целое поместье не сильно трезвых и потому абсолютно непредсказуемых головорезов. – Я же с диверсионными големами управлялся ещё когда только-только из училища выпустился, а тут принцип тот же, только машинка покрупнее и не из стали, а из мяса…

– А если все-таки где-то напортачите, пусть бьется в судорогах болванчик. Спишем на почти удачную попытку покушения через отравление или там какой-нибудь укол проклятой иглой, – хмыкнул чародей, наконец-то оставляя в покое своего двойника.– Дорогая, подай мне амулеты. Доброслава, достань из холодильника костюм…

– Олег! А у тебя опять защита от дурного глаза на ладан дышит! – Анжела продемонстрировала всем собравшимся выточенный из самородного серебра кулон, который должен был затягивать в себя проклятия, осевшие на ауре агрессивные энергетические эманации из внешней среды, токсичные флюиды и прочие низкоэнергетические воздействия, которые обычная защита в отличии от пуль заметить просто не могла, да и сам одаренный мог бы пропустить, если не контролировал себя на идеальном уровне двадцать четыре часа в сутки. В центре довольно узконаправленного, но потому и мощного в своей сфере деятельности магического устройства была мелкими сияющими изнутри жемчужинами выложена некая руна из скандинавского алфавита…Только теперь устойчивый к воздействию времени и большинству кислот благородный металл покрылся жирными хлопьями то ли ржавчины, то ли странного алхимического гноя, а большая часть перламутровых образований, в центре которых мерцали крупинки чистейшего света, угасли, помутнели и потрескались. – Это ведь уже второй за неделю! Может, кто-то тебя старается активно проклятиями со света сжить?

– Может, – не стал спорить чародей, у которого действительно хватало недоброжелателей, способных нанять профессионального малефика. А то и обойтись своими силами, которых бы хватило дабы за секунду или две выморить от насекомых любой клоповник. – А может, и нет. Все-таки после Канберры, да и прочих битв, где мы хорошенько так отметились, меня много кто не любит. И когда тебе от всей души желает сдохнуть пара сотен тысяч человек, среди которых и одаренных предостаточно, причем очень даже сильных, то без последствий это точно не останется…

– Пара сотен тысяч человек – это еще сильно заниженная оценка. А заодно приплюсуй туда некоторое количество нелюдей, живых мертвецов, демонов и как минимум одного левиафана. – Хмыкнула Доброслава, возвращаясь из глубины помещения с лежащим на её плече телом. Довольно массивном, краснокожим, рогатом и ощутимо так фонящим тем специфическим инфернальным душком, который после гибели Османской Империи какое-то время чувствовался буквально по всей планете. – Слушай, Олег, а это не перебор? Ну, то есть ты до наемников-то вообще дойдешь в таком костюмчике или тебя ещё на половине пути ловить станет весь состав французского духовенства, усиленный армейскими спецподразделениями и жандармерией? Да и сами солдаты удачи могут такого клиента на месте прибить, даже «спасибо» за принесенное им золото не сказав.

– Ладно, фрагмент кости архидемона я в более надежный экранирующий футляр сейчас перепрячу…– Немного поколебавшись, решил все же чародей, вытаскивая набивку из своего демонического костюма. Ибо в этом «комбинезончике», куда Олег поместиться целиком, причем даже с учетом запасного комплекта брони, его действительно можно было легко перепутать с одним из коренных обитателей преисподней. В конце-концов, он ведь был сшит из коренных обитателей преисподней! Ну, по большей части. Рога, клыки, костяные щитки и верхний слой кожи были вполне настоящими, из тех трофеев, которые боевой маг не сумел реализовать во Франции поскольку либо никто не знал, какая польза от конкретно этого куска плоти, пусть даже содержащей магию, либо же цены на конкретно этот ингредиент в Европе из-за переполненного рынка обвалились, и в Индии пристроить ту же добычу местным алхимикам получилось бы даже дороже. А вот в качестве основы одеяния, имеющегося много общего то ли с водолазным костюмом, то ли с нарядом какого-то маскота из родного мира чародея, использовался все же кусок шкуры сибирского трехголового дракона, что с большим трудом получилось срезать с её законного места и положить к прочим потенциально ценным товарам в качестве образца. – А то и правда патрульные могут попасться излишне бдительные, ну или ветераны какие-нибудь нервные встретятся на отдыхе…Но за золото переживать, думаю, все же не стоит. Дворец солдат удачи – это официальное учреждение, чья нейтральность гарантируется Деспотом. Туда приходят пираты, убийцы, собирающиеся организовать налет на какое-нибудь поселение работорговцы, желающие набрать себе пушечное мясо культисты, по которым плачут горячими слезами костры инквизиции, но которые в Париже пока ничего противоправного не совершили и потому пользуются местным гостеприимством, покуда платят все положенные сборы, вроде бы кого-то из беглых трансильванских князей-кровососов там недавно видели…Ну чем я хуже⁈

Олег прикрыл свои глаза кроваво-алыми линзами и влез в комбинезон, сделанный из натуральных и инфернальных материалов, а после заставил его ткани срастись. Затем как мог свернул свою ауру, заодно подавая побольше жизненной энергии в крепящиеся к пальцам когти и небольшие рожки на голове, которые и сейчас несли в себе немного магии, несущей в себе отпечаток нижних миров. Накрывать свое лицо кожаной маской было немного мерзко, но чародей очень хотел, дабы о его сегодняшних похождениях никто посторонний никогда не узнал. Последними деталями выбранного образа стали кошель с пространственным карманом, целиком забитый крупными драгоценными камнями высшего сорта, длиннополая шелковая мантия с глубоким капюшоном, расшитая геометрическим орнаментом, а также множество безвкусных, но массивных золотых украшений: три шейных цепи, две диадемы, перстни, браслеты, сережки, кольца на рога, пирсинг в нос…Отражающееся в зеркале чудо-юдо, походившее на мутировавший гибрид рептилойда с панкующим репером из родного мира Олега, могли посчитать кем угодно, но только не бедняком, ибо совокупный вес «сбруи» из солнечного металла килограмма на три тянул.

– Ну, вроде все, – решил чародей, активируя один из перстней, некогда украшавших собою пальцы ну очень жирного османского волшебника, ибо на палец одетый сначала в кольчужную перчатку, а потом и в кожанно-чешуйчатый комбинезон тот залез пусть не легко, но все-таки без мыла. Иллюзорный плащ, укрывший собою Олега даровал ему пусть достаточно кратковременную, но в то же время почти идеальную невидимость, скрывающую заодно звуки, запахи и энергетический фон. – Ведите «меня» к безбашенному веселью, морю выпивки и продажным женщинам…Главное, на обратной дороге не потеряйте! А то будет очень неловко извиняться перед Бонопартом за мой труп, валяющийся где-нибудь в канаве. Да и черта с два потом моему алиби, сколь угодно подлинному, кто-нибудь поверит…

– Дык, поверят, чё бы нет-то, – хмыкнул Святослав, пока мясная марионетка медленно поднялась на ноги и двинулась в сторону выхода. Первые её движения были не слишком уверены, но потому управляющий двойником Стефан немного приноровился, и походка биологического конструкта перестала напоминать то ли шаркающего зомби, то ли хромающего на обе ноги страдальца, страдающего от проблем с позвоночником. – Чего ж высшему магу не поверить-то, шо его враги сами, значица, померли, заодно все свои деньжищи незнамо где пропив апосля того, как дом их с четырех концов загорелся…В словах настолько уважаемых персон сумневаться, стал быть, не принято!

Олег промолчал, не став выбиваться из образа пустого места, поскольку идущий впереди всех сибирский татарин уже распахивал входную дверь их апартаментов, за которой находились часовые. Столь же тихо и молчаливо он проследовал за собой к выходу из особняка, где уже ждала вызванная карета, пусть формально и являющаяся не более чем такси, но такси это относилось к премиум классу. Такое могло ездить по Парижу как хотело и где хотело, исключая разве только территорию Лувра и еще нескольких стратегически важных объектов, а жандармы скорее дали бы себя переехать, чем остановили его из-за какой-нибудь мелочи вроде пары-тройки сбитых пешеходов. А ещё сей транспорт имел собственные защитные барьеры, магическую установку микроклимата в салоне, эргономичные сиденья с подогревом и массажем…Только вот оценить комфорт последних Олег не смог, поскольку не полез в кабину, а прицепился к днищу экипажа. Причем без применения какой-либо активной магии, держась за дерево одной лишь грубой физической силой…Благодаря которой тревожиться боевому магу следовало не о том, чтобы вниз не грохнуться на полном ходу, а о том, дабы ничего не сломать и поцарапать, слишком сильно сжимая.

– Теперь бы не пропустить нужное количество поворотов, – подумал Олег, когда карета двинулась вперед, плавно передвигаясь по ровной как стол парижской мостовой, столь разительно отличающейся от тех покрытых мусором тропинок, что царили в местных трущобах. – А то невидимость у этого колечка, конечно, хорошая, но заряд уж больно маленький…Не хотелось бы тратить его всего лишь на то, чтобы до нужного места через половину квартала добраться. Хотя на крайний случай обратно можно будет все же и с открытым лицом шагать, сбросив этот костюмчик…Тем более, не своим же лицом, мне пластику провести сейчас не сильно сложнее, чем высморкаться…

Экипаж двигался по направлению к арендованному комплексу по кратчайшей дороге, которая пролегала не то, чтобы мимо Дворца солдат удачи, но и не так уж далеко от него. И когда по всем расчетам Олега до цели оставалось пройти поперек всего лишь две улицы, причем две не слишком-то широких улицы, он отцепился от днища кареты, проскользнул мимо колес и, уклонившись от прущей по встречной полосе коляски, выскочил на тротуар. А после зашел в ближайший переулок и сразу же вышел из него, ибо там было занято. Проституками. А во втором по счету боковом ответвлении скучал жандарм, наблюдающий за порядком на улицах, но так, чтобы истинным хозяевам этих самых улиц на глаза лишний раз не попадаться. В третьем какие-то студенты Академии Наук, видимо не имеющие денег на то, чтобы праздновать в дорогих кабаках, но не желающие покидать центр города, устроили импровизированную пирушку, расставив бутылки и стаканы прямо на землю. В четвертом, несмотря на поздний час, какой-то мим показывал небольшое уличное представление для парочки зрителей.