Текст книги "Открытая вражда (СИ)"

Автор книги: Владимир Мясоедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Корабль рванул вверх с такой силой, словно ему дали пинка куда-то в брюхо, и протестующий скрип трещащей от натуги древесины вторил сдавленным матам людей, внезапно начавшим страдать от натуральных перегрузок.

– Вот интересно, а хватило бы мне дури его чисто своей силой в воздухе удержать? – Мелькнула в голове у Олега мысль, когда он будто очень злобный и очень зубастый червь прогрызал себе дорогу дальше, чтобы попасть в трюм. Судно продолжало набирать высоту, поскольку частью своего сознания и воли чародей продолжал контролировать его системы напрямую, тем самым блокируя настойчивые сигналы к изменению курса, идущие из рубки. – Интересная, в принципе, гипотеза…Но проверять её я, конечно, не буду! Во всяком случае не тогда, когда судно нагружено порохом, а внизу толпа народа…

Едва только Олег попал в трюм, в него выстрелили. Трижды. С разных сторон. А потом, кажется, все-таки сумели опознать свое начальство и сразу же попытались извиниться. Впрочем, чародей на подобные мелочи внимания не обращал, да и попытки своего убийства подчиненным был готов простить. Они же действовали не рефлексах, которые он сам помогал в них вбивать, и знать не знали, что чуть не стали дополнительными поражающими элементами, которые разлетались бы в разные стороны от места авиакатастрофы. Боевой маг, стрелой летя к той части кораблика, которая могла считаться его командным пунктом, поскольку именно там располагались приборы управления. Но все равно опоздал, ибо там его встретили только три мертвых тела. Два со следами ножевых ран, оставленных зачарованным и отравленным кинжалом, который мог даже отличающихся изрядной живучестью одаренных мгновенно в могилу отправить. И одно, сжимающее этот самый кинжал, по рукоятку вогнанный в его собственное сердце. Причем реанимация тут была бесполезна – энергетика свежих трупов оказалась настолько перекорежена и загажена впрыснутыми внутрь эманациями хаоса, что если кинуть их зомби на прокорм, ходячие трупы бы от такого подарочка вторично подохли.Осознав свою невозможность устроить теракт, влившийся в ряды подчиненных Олега предатель предпочел убить себя, чтобы бы не оказаться на допросе и не сдать случайно своих подельников или тем более начальников.

Глава 9

Глава 9

О том, как герой участвует в тяжелой битве, верит продажным журналистам и хотел бы проигнорировать великую честь.

Битва была жестокой, длительной и беспощадной. Лилась кровь, хрустели кости и воздух наполняли стоны тех, кто проигрывал в жестокой и неравной битве, где казалось бы никак нельзя было победить…

– Ургххх…– Лили была готова то ли публично признать свое поражение, то ли просто взять и расплакаться, никого не стыдясь. Но все равно раз за разом вонзала нож в свою добычу, пытаясь раскромсать ту на много-много маленьких кусочков. Руки её еле-еле двигалась, словно налитые свинцом, но остановиться эльфийка попросту не могла. – Я больше не могу…Я сейчас сдохну…Лопну…

– Тогда отдай мне! – С готовностью предложила Доброслава, громко хрустя очередной порцией ребер, исчезающей в её ненасытной утробе, куда с недавних пор при должном желании получилось бы утрамбовать рыцаря вместе с доспехами, конем и копьем. И ещё бы для парочки оруженосцев место сталось.

– Нет, – весьма категорично отказалась остроухая девушка, в очередной раз вонзая серебро лезвия в кровяную колбасу, обильно покрытую этой самой кровью…Вернее, подкрашенным клубничным соком, весьма достоверно её имитирующим и заодно придающим более белковому блюду дополнительную сочность и вкус. – Я чуть ли не впервые в жизни встретила мясо, которое мне действительно пришлось по вкусу…Умру, но не отдам!

– Дык, без фанатизма, любимая, стал быть, без фанатизма… – Слегка обеспокоился Святослав, с сомнением наблюдая за животом своей супруги, который под легким светлым платьем теперь заметно округлился и выпирал. – Мы, теперича, каждый день можем так кушать, ежели токмо захотим…Хотя повар сей французский – великий мастер, енто да…И блюда, шо обязательно придутся по вкусу сидам али их потомкам знает отменно. А вот наскока безопасно нам на тарелки брать то, шо он готовит – другой вопрос.

– Должно быть достаточно безопасно, – пожал плечами Олег, который в этой тяжелой битве тоже уже изнемогал…И, потихоньку растягивал желудок при помощи магии, чтобы туда больше вмешалось, временно ужимая прочие органы. – Я попросил его готовить одно и то же. Из расчета на всех наших слуг и охрану, включая бойцов, которые при кораблях остались. Пять с лишним сотен порций. Из которых сам лично полтора десятка случайным образом выбрал.

– Англичане, в принципе, могли бы насыпать отравы во все. – Заметил Стефан, ковыряясь в зубах серебрянной вилкой, зубцы которой уже были заметно так погнуты. – Для нас им будет не жалко.

– Ну, может быть. Но пять сотен порций отравы, которая и высшего мага проймет – это очень дорого, долго и сложно даже для британских алхимиков. – Не стал спорить Олег, что отлично знал: зелья высшего ценового ряда стоят не намного дешевле артефактов все того же ценового ряда. А то и подороже. Ибо делают их из плюс-минус одинаково насыщенных магией ингредиентов специалисты ранга так шестого или даже больше. Магистры и архимаги в большинстве своем работать не очень любили, а потому если уж и удосуживались ударить пальцем о палец, то ценники за свой труд стремились заломить воистину астрономические. – Тем более чем дольше их агент возился бы с каждым блюдом, тем выше шансы у него оказаться замеченным. Вот как у тех гадюк подколодных, которых Камиила и Элен повязали.

– Дык, после мятежа, стал быть, почти случившегося, повязали. – Счел нужным заметить Святослав. – И токмо потому, шо напуганные твоей обманкой да моим визитом до усрачки придурки покаялись во всех своих грехахъ, аки родненькие, вспомнив чуть ли не манную кашу, размазанную в детстве по нянечкам! А исчо потому, шо я не постеснялся подозрительного заезжего, ну, аристократишку среднего, значица, пошиба, ободрать как липку, вскрывая яво связь сразу и с ентими горе-заговорщиками, и с одним из храмов, какой на нас точит зуб!

– Я надеюсь, князю Чатурведи и Калидасу ты не забыл занести уведомление о том, что мы крайне огорчены подобным предательством со стороны наших уважаемых союзников, а потому либо должны получить официальные и публичные извинения вместе с щедрыми компенсациями и клятвами примерения, либо оставляем за собой право на проведение ответных действий? – Даже прекратила жевать Лили.

– Дык ты за каво меня, стал быть, принимаешь? Конечно, занес! – Даже возмутился такой постановке вопроса её муж. – И даже до храма Горного Брахмы и школы ентой буддистской сгонять не поленился…А исчо, поскольку эскадра наша в обратный путь тащилась медленно, не забыл опрыскать все храмы, шо в нашем списочке. Даже при помощи духов мелких капсулы тама по округе припрятал, что ты наварила. Ну, те какие медленно-медленно растворяются, вонь наружу выпуская када через неделю, када через месяц…

– Ну, думаю, брахманы быстро догадаются, откуда ветер дует. Сразу как прекратят блевать, – кровожадно оскалилась Доброслава. – Кстати, а самый первый очаг инфернального, хе-хе, заражения, они очистили уже?

– А то, – кивнул бывший крестьянин. – С песнями, с плясками, с торжественным сожжением какого-то чучела, чуть ли не с призывом богов…Ну, пущай развлекаются. Им лишний раз жирок порастрясти не вредно, а у нас всех расходов – пара тазиков ингридиентов алхимических, да пара моих ночей без сна…Какой мне, оказывается, не особо-то ужо и нужон. Я и без него теперича прекрасно себя чувствую!

– Лучше не увлекайся, – предостерег его Олег. – Так сначала от сна откажешься, потом не будешь ничего есть кроме таких вот деликатесов, начнешь брезговать самоличным протиранием пыли, своих односельчан за людей считать перестанешь…Вот потихоньку и превратишься в типичного архимагистра типа Саввы, в котором говна много, а вот чего-то человеческого – с гулькин нос!

– Чур меня, – аж икнул от подобной перспективы Святослав, одной рукой сложив при помощи пальцев какой-то символ, видимо по поверьям обитающих в Малых Грибах тружеников сохи призванный отгонять зло, а второй перекрестив себя вилкой с насаженным на неё куском свиного шашлыка. – Чур!

– Так понимаю, лично мы этот храм брать штурмом не будем из опасности божественного возмездия? – Предположила Анжела, пиля ножом кусок мяса с таким хищным выражением лица, будто уже видела на его месте шею тех, кто покушался на неё и её детей. Нельзя сказать, что чуть не случившееся близкое знакомство с невольным брандером волшебницу напугало, но и равнодушной такое волшебницу тоже не оставило.

– Если не замирятся – придется…Только вряд ли жрецы пойдут против воли кого-то из своих покровителей, пока им к затылку пистолет не приставят. – Пожал плечами Стефан. – Но самим нарываться на божественный гнев…Рискованно, да. Даже мой великий предок Чингисхан предпочитал дружить со жрецами завоеванных им земель. Ну а если кто-то из его людей с особо склочным и жадным характером вдруг оказывался вынужден нести службу близ обители, где его не уважали, так это совпадение. И коли вдруг тот воин решал разграбить храм, то решал он это по собственной воле. И ни единый раз истинной кары небес на Потрясателя Вселенной не легло, а всякие проклятия от людей есть проклятия от людей, и его не тревожили. Как и деятельность разного рода духов, недалеко ушедших от нас, смертных.

– Предлагаешь воспользоваться опытом твоего предка и попытаться решить проблему чужими руками? – Задумалась Анджела. – Идея интересная…Только я не понимаю, как её реализовать. Если мы наймем кого-то, то все равно виновными будем мы, и жрецы об этом точно догадаются, как и их покровители.

– Я тебе как алхимик говорю, что при работе со всякими излишне агрессивными чем больше слоев, тем лучше. – Хмыкнула эльфийёка. – Если чего до нас и дойдет, то с запозданием и в ослабленном виде. Либо увернемся, либо вытерпим уж как-нибудь. В конце-концов, за нами головами уже посылают убийц, которые ни капельки не стесняются в средствах. Что ещё эти брахманы смогут придумать? Напишут на нас жалобу королеве английской?

– Мне кажется, в Париже будет легко найти каких-нибудь полунаемников-полупиратов из тех, кому на гнев брахманов будет плевать. Да хоть тех же осман, которые сейчас всего лишились, которые готовы были за деньги хоть с демонами в десны целоваться, и которым разграбить храм каких-то язычников должно быть за счастье великое. – Предложила Река, до той поры евшая молча. Не из скромности, скромностью одна коренных жителей Северной Америки никогда особо не страдала. Просто ей очень понравились какие-то странные французские то ли гренки с мясом, то ли жареные бутерброды, а потому блюду с ними представительница народа индейцев нанесла решительное опустошение. – И им не обязательно знать, кто их нанял. А чего они не знают, того не расскажут ни жрецам, ни их покровителям.

– Все равно догадаться несложно, – пожала плечами другая из спутниц Стефана. – Они атакуют нас и терпят неудачи, кто-то атакует их. Плюс устроенная Святославом газоватая атака, пришедшаяся точно на резиденции наших недоброжелателей.

– Но и подозреваемых, думаю, всё равно будет немало. Вот не поверю, будто эти мрази только нам жизнь испортить хотят! – Насмешливо фыркнула Доброслава, закидывая в свой рот крупную куриную ножку и тут же проглатывая её не жуя. – Да я скорее увижу как Владыка Кащей вернется и первым делом станцует на крыше Кремля в балетной пачке, чем доказательства их кроткого нрава, доброты и незлобивости! Уж если на нас окрысились, хотя мы им ничего худого не сделали, да и вообще вряд ли знали о существовании этих брахманов и этих храмов до недавних пор, то уж кровников с которыми они веками регулярно рогами бодаются вообще возами придется считать. Начиная от англичан, какие Индию сотни лет организованного грабили и заканчивая друг другом, ибо чужаки они где-то там, а соседи-то вот они!

– Хорошо бы с наемниками для контроля послать провинившихся тысячников. – Вновь высказала свое мнение Река, несколько охладевшая к поглощению деликатесов ибо она, похоже, наелась…Или вернее объелась и может даже не слегка. – Добьются успеха эти псы – хорошо, подохнут – не жалко. Главное, чтобы с задатком не сбежали…

– Нет, лучше уж постараемся соблюсти максимальные приличия и полную анонимность. – Не согласился с ней Олег, мысленно уже прокручивая в своей голове, а как бы провернуть подобную акцию. К сожалению полумеры вроде подгаженной атмосферы в их храмов брахманов не остановили, а лишь раззадорили…Что ж, намеков он им делать больше не станет и вообще возьмет пример с британцев, несущих в дальние края бремя белого человека и выносящих все мало-мальски ценное с тех земель, прежние хозяева которых по какой-то причине после знакомства с англичанами вдруг резко померли либо же рабские ошейники на себя примерили. – Северный Союз нам все ещё нужен, и он все ещё по своей совокупной мощи превосходит нас, причем с большим отрывом. Если остальные индусы потребуют убираться из Нового Ричмонда, то придется либо воевать, либо уходить, а это невыгодно.

– Ладно, хватит вам уже о работе! Итак задолбала она – сил нет, – откинулся на спинку стула Стефан, а после взглядом притянул к себе газету, лежавшую на журнальном столике. – Давайте лучше просто отдохнем, расслабимся, почитаем чего тут пишет продажная пресса…Так…Хм…Ого! Это не я!

– Ну-ка, ну-ка… Три лучшие танцовщицы всемирно известного кабаре Мулен Руж отныне перестанут радовать своим мастерством жителей и гостей Парижа, поскольку были коварно похищены загулявшим русским аристократом. – Олегу было лень вставать со своего места, чтобы через плечо сибирскому татарину заглянуть, а потому он создал в воздухе систему из нескольких ледяных зеркал, при помощи которых и прочитал первую страницу газеты. Там, кстати, как раз была изображена эта троица, довольно эффектно вскидывающая свои длинные стройные ножки выше собственных голов. Разумеется, не просто так, а чтобы публика могла полюбоваться их нижним бельем, которое существовало лишь весьма условно. Формально оно было, причем украшенное позолотой и даже драгоценными камнями, но в стратегически важных местах было оно очень обтягивающим и прозрачным.

– Ещё раз вам говорю – это не я! – Вновь поспешил заверить окружающих Стефан, на котором немедленно скрестились крайне подозрительные взгляды всех присутствующих… – Нет, девочки там конечно очень даже ничего, и вроде бы даже в большинстве своем не только свободные, но и одаренные…Но чтобы похищать кого-то? Я честный бабник и соблазнитель, пусть местами весьма коварный, но уж точно не насильник! Ну, по крайней мере, если женщина меня об этом не попросит…

– Ну, тут похищение тоже такое себе…Большее похожее на разрыв рабочего контракта без урегулирования долговых обязательств и периода обязательной отработки перед уходом. – Вернулся к изучению газеты Олег, на сей раз уделяя внимание не только привлекательным картинкам и броским заголовкам, но и самому текста. – Во всяком случае, на второй странице есть интервью, которое дали похищенные, собираясь вылететь на яхте своего нового покровителя в Санкт-Петербург.

– А на каком там написано, что ты так свободно читаешь? – Отвлеклась от кормления дочери Анджела и та, сразу же воспользовавшись удобной возможностью, тотчас же принялась размазывать по матери манную кашу. – Вроде бы мы во Франции провели ещё не так много времени, чтобы освоить язык…

– На английском, – пожал плечами чародей, силой мысли отделяя кашу от одежды супруги едва ли не на молекулярном уровне. Во всяком случае, даже влажного пятна на ткани не осталось, чему Надежда очень расстроилась. И ляпнула на то же место очередную ложку…Только на сей раз девочка в своем преступлении оказалась замечена и немедленно наказана путем выдачи обидного и немного болезненного щелчка по носу, заставившего её расстроено надуться и сморщиться. – Эта газета для туристов, торговцев, наемников и прочих путешественников из иных стран, а то, что Лондон и Париж ненавидят друг друга до зубовного скрежета, ни капли не мешает последнему пользоваться широким распространением языка своих соседей по всему свету. Тут даже русскоязычных изданий парочка в продаже имеется, но их я брать не стал, ибо там читать толком нечего, светская хроника, сплетни, гороскопы, результаты скачек и публичных гладиаторских боев…В общем, скука смертная.

Тихое празднование в узком кругу было прервано сигналом сторожевых чар, которые извещали о желании охраняющих их покой солдат побеспокоить свое начальство, оторвав его от заслуженного отдыха. Впрочем, причина для этого имелась более чем серьезная. Прибывший из Лувра курьер желал видеть Олега и Святослава, дабы от имени Деспота передать им приглашение на бал, устраиваемый в честь годовщины его победы на англичанами в битве при Париже. Без сомнения подобное приглашение могло бы считаться великой честью для почти любого жителя этого мира…Однако парочка русских бояр дружно желала бы его проигнорировать, если бы только могла себе это позволить. Ведь во дворце правителя Франции их ждало то поле боя, на котором они были бы неэффективны. Да, парочку одаренных высших рангов никак нельзя было назвать маленькими котятами, попавшим в окружение матерых псов…Скорее уж молодыми зубастами тиграми, одного единственного удара которых большей части обитателей псарни хватит для того, чтобы отправиться в края вечной охоты. Только вот человеческое общество, немного разбавленное представителями иных рас, животным миром не являлось. И бить тех, кого очень хотелось, в нем было зачастую нельзя. А иногда было и непонятно, кого в такой ситуации бить-то надо…

Интерлюдия
Цех и склад

Интерлюдия. Цех и склад.

Расположенный на окраине Парижа производственный комплекс заметно отличался от множества похожих фабрик и мануфактур, что настоящим кольцо окружало гигантский мегаполис. Во-первых, он был относительно маленьким, ибо работало в нем лишь несколько десятков человек, а это по меркам одной из промышленных столиц Европы было просто смешно. Во-вторых, сие место могло похвастаться таким уровнем роскоши, о котором мечтали многие гостиницы: ковры в коридорах, картины на стенах, круглосуточно работающая система климат-контроля, поддерживающая оптимальную для людей температуру и свежесть воздуха, а также чистота, лишь немногим не дотягивающая до абсолютной стерильности. В-третьих, к безопасности там относились очень серьезно, поскольку один единственный цех с примыкающими к нему надземными и подземными складами, парочкой лабораторий, административным зданием, рекреационной зоной и небольшим летным полем окружала высокая стена, за которой располагалась коробка из десятка казарм и два небольших форта, обнесенные отдельной оградой.Круглые сутки по периметру данного производства ходили отряды часовых, внимательно наблюдающие за округой и любыми потенциальными опасностями, причем в составе каждой группы обязательно присутствовал хотя бы один одаренный, владеющий поисковыми чарами, чьей задачей являлось обнаружение следов тех злоумышленников, что сумели бы как-то обхитрить сложную систему чар, стерегущую покой одного из стратегических производств Франции, ведь внутри этого производственного комплекса изготавливали сердца для наземной бронетехники, а также морских или летучих кораблей. Алхимреакторы.

Работа в цеху, больше напоминающему крепость внутри крепости, не останавливалась никогда. Даже ночью, даже в праздники, даже когда армии врага стояли в прямой видимости, а прикрывающий Париж магический барьер трещал от мощи обрушившихся на него заклинаний, способных снести с лица земли целый город. Свет из десятков светильников лился в просторное прохладное помещение, часть которого была занята столами с разложенными там в понятном только их хозяевам инструментами, часть станками самых разных форм и размеров, часть чем-то вроде конвейерной ленты, часть небольшим испытательным стендом…Но именно сейчас жизнь кипела лишь рядом в одном из углов, где на облицованной камнем ровной площадке исходила жаром покрытыая древними полузабытыми рунами печь. Спрятанный в глубине её тигель, где булькал и пузырился особый сплав, из которого отливали внутреннюю поверхность камеры сгорания, после своего запуска никогда не должен был остывать, иначе выходящий из него металл окажется непригоден для работы артефакторов. И вместо чудесного устройства, превращающего волшебное топливо в доступные для питания зачарованных механизмов токи энергий, получится самая обычная печка. Только весьма причудливой формы и сделанная с применением золота и серебра, пусть даже последние и скрывались под массивными защитными металлическими кожухами. Современные ученые не знали, как и почему нарушение температурного режима сводит на нет всю остальную работу…Ну или некоторые знали, но остальным не говорили. Однако функционированию одного из стратегических производств это не мешало, просто даже в самые грустные или же самые праздничные дни как минимум парочка человек в помещении оставалась, дабы поддерживать работу одного из ключевых агрегатов цеха.

– Мак, послезавтра к нам какие-то русские бояре придут. На экскурсию, – довольно меланхолично заметил седеющий мужчина в просторной и не стесняющей движений шелковой мантии, отпивая холодного лимонада и распахивая заслонку печи при помощи багра. Открывшаяся дверца немедленно извергла из себя жар, способный опалить брови и парочку языков пламени, но напугать этим занимающихся своим делом не первое десятилетие рабочих конечно же не смогла.

– Ну и? Первый раз что ли? – Фыркнул его напарник, сдувая пену с кружки пива и в то же время лопатой подбрасывая каменный уголь в печь, которая немедленно начала гудеть еще громче и еще жарче. Впрочем не до такой степени, чтобы угрожать стойкости тигля, замершего в глубине её раскаленного нутра. За этим тоже требовалось следить очень тщательно, ибо хотя металл то в случае перегрева выйдет на редкость качественный, но емкость, в которой он сейчас булькает, вообще-то стоит дороже десятка партий готового сплава, пусть даже первосортного! – Шарль, не проходит и года, чтобы к нам не притащили каких-нибудь иностранцев, желающих своими глазами посмотреть на этот цех и мечтающих о том, чтобы в своей глуши они сумели построить нечто подобное! Да только пусть не облизываются! Даже если они скопируют у нас технологию, даже если купят точные копии лучших французских инструментов, ничего у них не получится! Одного лишь оборудования мало, нужны мы! Мастера! Те мастера, которые десятилетиями наблюдают за работой своих отцов и старших братьев, а после столько же время оттачивают каждую мелочь на тренировочных поделках, прежде чем приступить к настоящей работе!

– Жандармы предупредили, что надо все-таки поаккуратнее, – пожал плечами любитель лимонада, силой мысли вещая багор на специально предназначенный для этого крюк, вбитый в стену, а после с громким хрустом откусывая половину свежайшего бисквитного пирожного. – Слишком много не рассказывать, точными формул или схемами не хвастаться и на виду их не держать, а самое главное, никаких обещаний не давать и ни на какие посулы не соглашаться. Эти бояре – чернокнижники. Причем умные, сумевшие в недавней войне против демонов не только уцелеть, но и упрочнить свои позиции. Причем чернокнижники в их далекой варварской России пошли технически подкованные, своими руками умеющие крутить гайки, паять паропроводы и руны по корпусам вырезать. А также очень-очень сильно нуждающиеся во многих десятках и сотнях алхимреакторов для своих не таких уж и маленьких армий.

– Мда, неприятное сочетание, – был вынужден признать любитель пива, начиная при помощи ножа и вилки разделывать еще теплую сосиску, покуда его лопата самостоятельно летела к бункеру с углем, отделенного от горячей зоны довольно большим расстоянием и парочкой защитных барьеров, вполне достойно смотревшихся бы на особняке какого-нибудь небогатого аристократа. Расточительство, конечно, но пожар в этом цеху мог повредить драгоценное в прямом и переносном смысле оборудование, принеся столько убытков, что хватило бы купить небольшую эскадру военных кораблей. – Такие могут умыкнуть секреты мастерства вместе с секретоносителем. Или его душой.

– Вот-вот. А нам этого не надо. И Франции тоже не надо, – покивал головой его коллега, дожевывая пирожное, которое в Париже стоили дороже, чем где бы то ни было. Частично из высочайшего качества и великолепнейшего вкуса, прославленного на весь мир. Частично из себестоимости, которая в единственном полноценном городе страны, на девяносто процентов представляющей из себя одну большую пустошь, просто не могла быть маленькой. – Нам надо, чтобы эти русские дикари покупали у нас алхимреакторы. Много, часто и по тем ценам, которые мы хотим, не пытаясь гнать свои убогие поделки…А потому ты свое основное рабочее место все-таки прибери. Ну, или наоборот, беспорядок там устрой, прикрыв рунный трафарет каки-нибудь хламом, хоть бы и журналом с голыми бабами…

– Думаешь, они будут русским неинтересны? – Хмыкнул второй из дежурящих в цеху мастеров. – Я как-то не думаю, что в стране вечного снега и медведей есть печатная продукция такого качества, да еще с лучшими девушками Франции на развороте…

– Бояре – это что-то вроде герцогов. Высшие маги, у каждого из которых столько своей земли, золота и влияния, что с полным на то правом корону на голову примерить можно. На кой им нарисованные бабы, если в их дворец по первому же их слову доставят живых, первосортных и в любом количестве? – Хмыкнул работник цеха по производству алхимреакторов, что хоть и мог с полным на то правом причислять себя к элите общества, ибо был одаренным, причем достаточно искусным, но если бы он задумался о покупке земли, то покупал бы её себе под дом. Ну, может под поместье с неплохим приусадебным участком…Но никак не о целой деревне, городе или тем более какой-нибудь провинции. – И ещё…

Продолжения речи так и не последовало, поскольку помещение вдруг залило тревожным алым сиянием, источником которого являлась одна из установленных под потолком ламп. Но никаких громких и пронзительных звуков его не сопровождало, ибо сейчас активировалась не та тревога, которая обычно объявлялась при налете на город и даже не та, что свидетельствовала о начале боя где-то в опасной близости производства. Нет, именно этот сигнал системы защиты цеха подавали в том случае, если фиксировали наличие где-то поблизости личностей, которые хотят действовать тихо и аккуратно, никому не попадаясь на глаза. Ибо они то ли шпионы, то ли диверсанты…Но чаще всего – воры. Причем из числа тех, кому вообще-то было положено производство алхимреакторов и охранять.

– Склад присадок, – тихонько заметил Шарль, отбросив недоеденный ужин и бегом устремляясь к системе наблюдательных артефактов, при помощи которых можно было бы внимательно рассмотреть большинство уголков производственного комплекса и его окрестностей. – Думаешь, опять какой-нибудь идиот на золотые самородки польстился?

– Было бы неплохо, появится повод армейцев потыкать носами в их же грязные портки, а то они последнее время что-то слишком уж зазнаваться стали, будто мы тут на них работаем, а не они нас по приказу Деспота охраняют. – Согласно кивнул головой Мак, активируя последнюю линию обороны цеха. Повинуясь его жестам и короткой певучей фразе на латыни, казавшийся монолитным пол в цеху разъехался в паре десятков мест, открывая напоминающие могилы ниши. Только вот обитатели их никогда не являлись живыми, поскольку состояли исключительно из железа. Ну, вернее стали с некоторыми волшебными добавками. Отряд големов должен был защитить сердце комплекса и его обитателей от любых возможных угроз…Вернее, выиграть им хоть немного времени, пока сюда мчится по тревоге группа захвата, которая должна была получить тот же сигнал. А ещё в распоряжении начальника цеха или лица его замещающего имелся специальный амулет, позволяющий отправить паническое сообщение во дворец Деспота, гарантируя внимание не владыки Франции, так по крайней мере его гвардии и придворных. Но использованием последнего старались не злоупотреблять, ибо за ложный или просто недостаточно обоснованный вызов первых лиц государства вполне имелись шансы отправиться полежать на гильотину. – Как начались армейские перестановки и наших обычных стражей отправили к Стамбулу, а вместо них нагнали сборную солянку траншейных дуболомов, которые обычно с немцами на границе грызутся или испанских паладинов избавляют от излишнего религиозного рвения и потрохов, так и проблемы начались…

– И не говори, – согласился с его мнением коллега, активируя наблюдательную систему. – Ну, главное, чтобы не британцы…Или не революционеры с динамитом… Прошлый раз из-за этих ублюдков я месяц ноги регенерировал!

Развернувшаяся под потолком черно-белая иллюзия показывала помещение, где была засечена подозрительная активность. Заставленное ящиками, контейнерами и стеллажами, на которых громоздились относительно небольшие коробки. Тихое, темное, пустое…Или все-таки не совсем? Вглядывающиеся туда до рези глаза быстро обнаружили единственный объект, который не являлся статичным. Большую-пребольшую корзину, которая лежала на боку, дергалась и даже слегка подрагивала, поскольку кто-то залез внутрь и…Жрал? Во всяком случае единственным звуком, который передал наблюдательный массив, являлся скрежет, смешанный с каким-то жадным влажным чавканьем. А ещё, после того как сменили ракурс наблюдения, стало видно хвост. Большой, пушистый и явно принадлежащей зверю неизвестной породы, большая часть которого скрылась в той емкости, какую он грабил.

– Паразиты? У нас? – Не поверил своим глазам любитель пива. – В смысле, не любящие прикарманить чего-нибудь драгоценное двуногие крысы, а самые обычные, хвостатые? Нет! Не верю! Это должна быть ловушка!

– А вот не факт, не факт. Природа, она бывает сильно разная…Особенно если её помогают химерологи и те, кто пытается химерологом стать, но утилизировать подопытных зверушек ему лень, и он их просто спускает в канализацию. – Ответил его напарник, который слегка успокоился, но откладывать в сторону оружие или сигнальные амулеты, подымающие полноценную тревогу, даже и не подумал. – Ты не помнишь, чего у нас там лежало? Сектор вроде с органическими присадками…

– Сушеные волшебные финки из Арабии, – последовал ответ его коллеги. – Мы их используем, когда пытаемся сделать металл легче положенного. Думаешь, нашелся любитель подобную редкость пожевать?