Текст книги "Закон эволюции (СИ)"
Автор книги: Влад Тепеш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)
Маркус анализировал услышанное. Кавано – малый неглупый, раз все это сумел придумать и организовать, но с первого взгляда видно, что человек он не особо энергичный.
– Сколько человек в Самозащите?
– На сегодняшний день четыреста шесть.
– А сколько Вызовов происходит в Авроре каждый день?
– От двух-трех до нескольких десятков. Как когда.
– Вы не пробовали находить людей, которым бросили Вызов? Говорить с ними? Это почти готовые кандидаты.
Кавано вздохнул:
– Они как раз бесполезны. Им Вызов уже брошен, а у нас правило, что финансовая помощь полагается лишь людям с годовым членством и больше. Сами понимаете, почему.
От Маркуса не укрылся испытующий взгляд собеседника: проверяет на сообразительность.
– Понимаю. Нет гарантии, что новичок, получив помощь, не свалит. Но дело в том, что среди получивших Вызов вы можете наткнуться на таких, как Пайпер.
– Увы. Из меня неважный психолог, неважный агитатор, и я и так работаю на пределе сил. На мне бухгалтерия и различные организационные вопросы. С информацией помогает Пайпер, за что тебе спасибо большое, – Кавано послал через стол полупоклон девушке и снова посмотрел на Маркуса: – и наконец, мистер Коптев, это вы солдат, это вы офицер, это вы идейная личность. А я – даже в душе не боец, просто обычный служащий мелкой фирмы и любящий отец, чья дочь слишком слаба, чтобы отстоять свою красоту. Я делаю то, что делаю, из страха за нее. Верчусь на пределе своих возможностей. Пайпер сказала, вы могли бы помочь нам стать сильнее. Я любую помощь приму с радостью, потому что на данный момент достиг потолка. Выше своей головы мне не прыгнуть.
Маркус подробно расспросил Кавано о том, как и от кого Самозащита уже оградила своих членов. Картина вырисовалась не аховая, но в то же время не безнадежная. Стандартная стратегия защиты базировалась на двух крепких парнях, которые за небольшие деньги угрожали Вызовом любому, кого указывал Кавано. Член общества, подвергшийся Вызову, предлагал агрессору отказаться от своих намерений, если тот соглашался – отказывались и крепыши. При этом, случись допрос с применением детектора лжи, оба крепыша спокойно отвечали, что человек, за которого они вступаются, их приятель, и денег он им не платил. Разумеется, нарушение могло бы вскрыться, если б был задан вопрос, не платил ли им кто-то другой, но пока что этого не случилось. Маркус, впрочем, отметил про себя, что надо бы выработать более надежную тактику, и желательно без нарушений.
На случай, если агрессор превосходил обоих крепышей в чем-либо, у Кавано тоже имелся ответ. В роли тяжелой артиллерии выступал бывший чемпион Доминиона по восточным единоборствам, постаревший, но с не утратившим силу ударом и острым умом, а главное – с правом вызывать на рукопашный поединок без правил. Если вызванный чемпионом не сможет одержать победу в первом этапе по своим правилам, то во втором его ждет не только поражение в Вызове, но и банальная взбучка. Порастратив в молодости свои богатства, экс-чемпион жил скромненько и от возможности заработать кругленькую сумму, чтобы недельки две-три пожить чуток красивее, как он привык в лучшие годы, отказаться просто не мог. Если агрессор не давал задний ход, с чемпионом совершенно легально заключали пари на то, сможет ли он отобрать у агрессора собственность, которую тот собирался отнять у члена СС, или что-то еще более ценное. Ход, на самом деле, был сильным, потому что агрессор, даже победив свою жертву, все равно непременно лишился бы трофея и оказался в проигрыше: деньги, потраченные на сбор за свой Вызов, ему бы никто не вернул, как и расходы на лечение после драки с опытным бойцом.
Кавано не брезговал никакими методами. Имея неплохую «разведку» в лице журналистки Пайпер и нескольких знакомых в полиции и среди мелких служащих, он частенько умудрялся находить слабые места противников, будь то агорафобия, неумение пользоваться второстепенной рукой или уязвимый родственник, и использовать это. Статистическая эффективность «Социальной Самозащиты» говорила сама за себя: за два года существования членам общества было брошено тридцать шесть Вызовов, из которых двадцать один был отозван, так сказать, без боя. В семи случаях состязание закончилось победой жертвы благодаря информации, добытой агентурой Кавано. В двух случаях агрессор побеждал жертву, а старый чемпион побеждал его дочь или племянницу. После чего агрессору приходилось идти на попятный, отказываясь от победы над членом СС и выплачивая отступные чемпиону, которому еще и общество приплачивало.
В шести случаях общество не сумело защитить своих членов, несмотря на предпринятые меры, и это каждый раз приводило к потере нескольких людей, разуверившихся в целесообразности такого способа самообороны.
– Увы, мы не в состоянии противостоять агрессорам со слишком высокими индексами или таким, у кого нет слабостей, – прокомментировал это Кавано, – наши методы хороши, только если разница в силах не слишком велика. Более действенных мер у нас пока нет. Безусловно, будь у нас больше людей, больше взносов и больше денег – можно было бы еще что-то придумывать, но…
Маркус хмыкнул:
– Больше членов – больше вызовов – больше расходов. Вы с самого начала выбрали неправильную стратегию.
– Как это?
– Если в драке вы только защищаетесь – будете биты. Победить можно лишь при условии, что после успешно отраженного удара вы бьете в ответ. Контратакуете. Иначе, как ни защищайся, будете пропускать удары. Сейчас вы отражаете пять ударов из шести.
– Резонно, но… Как контратаковать? Вызов мы проигрываем или выигрываем, но следующий все равно приходит от совершенно другого человека…
– Надо сделать так, чтобы членов СС боялись вызывать. Например…– Маркус чуть – задумался и сказал: – давайте предположим, что человек, который отобрал у кого-то из вас дом, то есть улучшив свои жилищные условия вдвое, получит пять вызовов. У него отбирают выигранный дом, тем самым возвращая его к исходному положению. Затем еще раз отбирают дом, взамен отдав вдвое хуже. Затем у него отбирают машину, дачу, еще что-то… Согласитесь, что это будет очень болезненно.
– Согласен, – кивнул Кавано, – такое на всю жизнь запомнится.
– Вот. А потом случай надо предать огласке. Чтобы все знали, что такое случится с каждым, кто покусится на одного из нас. Журналистка у нас есть, да, Пайпер?
Пайпер улыбнулась:
– Это запросто. Но проблема в том, что подобные меры обойдутся очень уж дорого. Надо нанять пять крутых парней, надо оплатить им издержки на пять Вызовов… Конечно, если провернуть это как пари – при проигрыше нашего бойца мы ничего не теряем, но в случае победы придется раскошелиться, потому что в стоимость пари будут включены и расходы, и гонорар за победу.
– Вот-вот, – вздохнул Кавано, – таких денег при наших небольших сборах мы не наскребем, увеличивать членские взносы некуда…
– Еще вариант. Давать членство в обществе людям с высокими индексами бесплатно в обмен на их помощь. Это будет дешевле. А общество им сможет предоставить, к примеру, разведданные о их собственных противниках.
– Дельная мысль, – хором согласились Кавано и Пайпер, и Кавано добавил: – но тут опять же дело упирается в вербовку.
– Я ведь буквально на лету подал две хорошие идеи, верно? Все проблемы решаемы, это вопрос усилий, размышлений и времени. Вот прямо сейчас общество состоит из одного организатора и четырех сотен пассивных членов. Надо расширять штат управленцев. Надо строить реальную организацию, которая что-то сможет и заставит считаться с собой.
– Хм… Титаническая задача, даже не знаю, с какой стороны за нее взяться…
Маркус ухмыльнулся:
– Зато я знаю. И возьмусь.
* * *
Самую большую проблему в организации подпольного движения Маркус усмотрел в тотальном господстве инфосети. Деньги – только электронные. Анонимная передача денег невозможна, анонимная покупка чего бы то ни было, требующего регистрацию, невозможна. С телефонными звонками дело обстояло получше: функционал ПЦП позволял звонить с него не-владельцу, так что Маркусу надо всего-навсего разжиться чужим ПЦП, чей владелец умер, но все еще считается живым и не в розыске. Легко сказать. Вариант попроще подсказал ему давешний полицейский: взломанный прибор, с которого можно будет звонить. Еще его надо будет подкрутить, чтобы сигнатурный сенсор не выдал. Опять же, проще сказать, чем сделать, но тут Маркус рассчитывал справиться своими силами. В электронике он немного разбирается, если надо – подучит. Или найдет спеца, который сможет это сделать.
Самое простое астронавт сделал в тот же вечер: купил паяльник и тумблер, разобрал свой ПЦП и впаял переключатель рядом с батарейкой. Так гораздо удобнее обесточивать прибор, чем вынимать блок питания. А обесточенный прибор уже просто не сможет выдавать местонахождение хозяина или подслушивать его разговоры: Маркус прекрасно понимал, что раз такой возможностью обладали спецслужбы двадцать первого века, то в двадцать пятом тем более.
Для вида он озаботился покупкой собственной квартиры в центре города, попутно придумав схему неконтролируемой передачи денег: деньги электронные, а товары-то реальные. «А» платит деньги «Б», тот передает товар «В», «В» продает товар кому-то еще и получает на свой ПЦП деньги, пришедшие не от «А». Просто, эффективно, правда, с незначительными потерями, но тут уж ничего не поделать. Или еще проще: купить товар, передать его другому лицу, которое товар продаст и получит деньги. Имея доверенное лицо, таким образом можно заполучить даже конспиративную квартиру, главное, чтобы никто не знал о знакомстве Маркуса с этим человеком.
Разумеется, пока что Маркус не планировал никакой незаконной деятельности, но просчитать наперед все варианты лишним не будет.
В качестве основного плана он рассматривал общество социальной самозащиты. Если удастся распространить идею среди широких масс и разработать действенные механизмы реакции на Вызов… Безусловно, необходимым условием успеха является не только провал агрессии, вызывающий должен непременно остаться в сильном проигрыше. Если станет известно, что Вызов члена общества всегда чреват большими потерями денег, имущества или здоровья, вызывать перестанут. В общество пойдут новые люди, а агрессоры будут вынуждены искать себе жертв, не состоящих в СС. Как итог – снижение вероятности агрессии против члена общества за счет увеличения вероятности для всех остальных. Что, опять же, вызовет увеличенный приток новых людей, увеличит риск для не-членов… Лавинообразный эффект. В итоге все люди с недостаточно высокими индексами окажутся в обществе, «хищникам» станет гораздо труднее находить жертву и добиваться успеха. Что последует за этим – предсказать трудно. Ясно одно: Первому не понравится, что в его гладко работающую системы вставят палку. Пользуясь своей властью, он начнет принимать новые законы, вплоть до запрета СС, что вызовет массовое недовольство миллионов людей, которые уже считали себя в безопасности. Общество СС как способ объединить слабое большинство, создать силу, против которой сильное меньшинство не сможет выстоять – это и есть очевидный способ изменить социальный строй Доминиона в сторону демократии и равенства… Не самый простой способ, чтобы не сказать чрезвычайно трудный, но зато теоретически возможный.
Буквально перед самым сном позвонил Каспар.
– Добрый вечер. Проверяю, поступили ли деньги на ваш счет.
– Да, получил, спасибо за заботу.
– Вот еще что… Я подумал, что вам есть смысл поехать жить куда-нибудь в глухую, малонаселенную провинцию.
– Зачем? – удивился Маркус.
– Там вы сможете спокойно жить, вообще не пересекаясь с практикой Вызовов. Понимаете, в целом вы совершенно правы, плохо образовывать семью в принудительном порядке с человеком, который вас не любит. То же самое – Вызовы на имущество. Вы не станете вызывать соседей и знакомых, если только не держите на них зуб. Никто не хочет жить в окружении людей, которые при встрече будут злобно на вас коситься. Так вот, если взять какой-нибудь крохотный городок на две-три тысячи населения, в удаленном живописном краю… В таких обществах все всех знают, все со всеми знакомы, все друг другу не родня, так сосед, не друг, так приятель. Вызовы там предельно редки. Я специально запросил департамент судейства и узнал, что есть места, где своего отделения нет вообще, и Вызовы там организовываются выездным персоналом. Можно найти места, где Вызовы случаются раз в несколько лет, даже в десятилетие, и только как последствие ссор.
– Хм… Спасибо за подсказку, Янек, я тронут вашей заботой. Поразмыслю над этим советом на досуге.
Он попрощался и отключил ПЦП. Совет и правда дельный, не исключено, что когда-нибудь Маркус поселит в таком удаленном городке свою семью. Но вот его место – тут, в сердце Доминиона. На переднем краю борьбы.
* * *
Маркус опасался слежки, но так и не смог ее обнаружить. Конечно, он не тешил себя иллюзиями: обнаруживать и сбрасывать «хвосты» летчик умеет в воздухе, но не на земле. Потому пару следующих дней он провел в различных хлопотах: окончательно выбрал квартиру и записался на курсы по вождению. Водить его учить не надо, но новые правила дорожного движения освоить придется. По вечерам встречался с Пайпер и они гуляли по набережной Сены, в сквериках, посетили парк развлечений. В общем, Маркус вел совершенно естественный обывательский образ жизни, потому слежка, если она и была, просто не могла обнаружить ничего подозрительного: в голову не заглянешь.
На самом же деле, он не бездействовал. Пайпер стала связующим звеном с Кавано, и через нее Маркус получал интересующую информацию. С его подачи Кавано начал подыскивать себе заместителя и практически сразу нашел подходящего кандидата, парня неглупого, но бедного, который состоял в обществе из-за симпатичной жены и охотно согласился взять на себя кое-какие функции в обмен за освобождение от членских взносов. На этом прогресс временно остановился, но Маркус не унывал: Рим тоже не один день строился, и даже на захват его Алариху, вождю вестготов, понадобилось более двух лет, хотя ломать, как известно – не строить.
Начало в любом случае будет трудным, так как пока что СС может рассчитывать только на небольшие взносы своих членов. Значительно расширившись, поднаторев в деле защиты и приобретя определенный вес, свои финансовые дела организация поправит, так как желающих будет больше, а вызовов – меньше, но для этого придется основательно потрудиться. А сейчас первым делом нужны новые члены, причем эффективные, с которых пользы будет побольше, нежели жалкий взнос.
Кавано по указанию Маркуса провел внеочередное собрание, на котором проинструктировал людей сообщать ему обо всех известных случаях Вызова их знакомых: самых лояльных сторонников для борьбы с системой стоит искать среди пострадавших от нее.
А тем временем астронавт вел относительно праздную жизнь, интересовался способами вложения капитала. Конечно, три с половиной миллиарда – сумма большая, если даже лечение двоих побитых, патлатого в кафе и негра-вымогателя, обошлось всего в одиннадцать тысяч. Однако Маркус прекрасно понимал, что большие дела требуют большого финансирования.
На третий день с момента встречи с Кавано он совершенно случайно наткнулся на вывеску «Магазин специальных средств» и зашел посмотреть, что там продается.
Продавец – седой, но весьма крепкий тип лет пятидесяти в полицейской форме, но без маски – при виде посетителя отложил в сторону газету и тарелочку с печеньем.
– В чем нуждаетесь, многоуважаемый?
Маркус неопределенно пожал плечами:
– Да вывеску увидал и зашел посмотреть, что тут продается.
А выбор был весьма недурственный, начиная с газовых баллончиков, электрошокеров и вплоть до эйртэйзеров[1] с крупнокалиберными травматическими пистолетами, стреляющими как резиновыми пулями, так и струями жидкостей. Попалась на глаза даже такие диковинные вещи, как баллонный огнемет и пистолет с воспламеняющейся жидкостью в качестве поражающего элемента.
Маркус постучал пальцем по витрине, указывая на миниатюрный огнемет:
– И как этой штукой пользоваться?
– Направляете раструб на нападающего, нажимаете рычажок. Вылетает струя горящей жидкости на расстояние до полуметра. Ничего сложного.
– И… каковы могут быть последствия для того, кого этим поджарили?
– Особо не поджарите, струи недостаточно для причинения серьезных ожогов, средство предназначается для поджога одежды. В этом случае нападающий должен либо прекратить свое нападение и заняться тушением себя, любимого, либо тогда уже получить гораздо более серьезные ожоги, вплоть до третьей степени.
– Хм. А если в лицо?
– Воздействие на голову противозаконно и приравнивается к противоправному применению боевого оружия. Также запрещено применение против лица, которое уже прекратило нападение. Ну и за воздействие на голую кожу вам придется оплатить полную стоимость лечения, если только нападающий не был голым.
– Ясно. А огнеметный пистолет?
– Да то же самое, только расстояние до двух метров.
Маркус перешел к витрине травматического оружия.
– Крупные тут калибры, такими и убить можно, – заметил он, – где я могу узнать правила применения этого добра?
– Я вам расскажу, – охотно заверил продавец, – там нет ничего сложного. Независимо от типа применяемого средства, будь то электрошокер, пистолет или перочинный нож, нападающий не должен умереть или получить необратимый вред здоровью, в этом случае – криминальная ответственность. Кроме того, вы полностью оплачиваете все расходы пострадавшего, если он проведет в больнице свыше трех дней. Исключения из всего, что я вам рассказал, могут быть при условии, что на вас напали с применением оружия либо безоружная оборона невозможна. Это если вы женщина, калека, больной человек или просто нападающий намного больше и сильнее вас. И если нападающий мастер рукопашного боя – то же самое. А если вам в процессе нападения уже нанесена опасная для жизни или делающая невозможным дальнейшее физическое сопротивление рана, травма или перелом – ограничения снимаются полностью.
Что касается конкретно травматических пистолетов, то в документации к ним подробно расписано, куда и с какой дистанции надо стрелять, чтобы защититься, и куда – нельзя. Но знаете что? Я в таких случаях рекомендую огнеметный баллончик. Три простых правила выполняйте – не брызгать на голову, не брызгать на голую кожу, прекратить, как только нападающий оставляет агрессивные намерения – и вы технически не сможете попасть под суд, потому что поджог одежды не считается воздействием на преступника вообще. Вы на одежду воздействуете. И если нападающий продолжает агрессию, невзирая на горящую одежду – ну, какие бы ожоги он не получил, это всецело его вина. Впрочем, как показывает практика, стоит человеку загореться – он моментально забывает про злость, гнев или жажду наживы. Моментальное останавливающее действие, понимаете меня? В то время как попадание или даже рану не то что от травматика, но и от боевого оружия нападающие иногда не замечают в порыве гнева, то при возгорании человек совершенно сознательно и, можно сказать, добровольно отказывается от агрессии. Потому что потушить себя ему кажется, хе-хе, более важным делом, чем стукнуть кого-то по лицу.
Маркус хмыкнул:
– Я в порыве бешенства горящую куртку вряд ли замечу. Нет, против ножа это не годится.
– Против ножа вы вправе брызнуть в глаза, – отрезал продавец.
– Ну тогда согласен. А вы отставной полицейский, да?
– Почему отставной? Я тут и работаю. Читать покупателю лекции по праву применения – как раз и есть моя работа в том числе. Пенсия, знаете ли, хорошо – но в шестьдесят пять уже хочется немного пошиковать под занавес, позволить себе то, чего в молодости не позволял. Вот и продолжаю работать в полиции.
– Шестьдесят пять? – искренне удивился Маркус, – а я думал, вам под пятьдесят…
Тот фыркнул:
– Угу, как же. С какой радости я в пятьдесят вдруг бы поседел?
Занятно. Стало быть, Первый далеко не единственный избранный, молодо выглядящий долгожитель, даже рядовые граждане могут выглядеть на пятнадцать лет моложе своего возраста. Результат нового общества. Маркус признался себе, что значительные плюсы в этом все же есть, ведь эволюция – это хорошо. Вот только методы ее неприемлемо жестоки… В принципе, он ведь и не ставил своей целью тотальное низвержение доктрины Первого, просто надо это дело в значительной мере очеловечить. Добиться того же эффекта можно и другими способами, пусть в ущерб скорости, но и не отвергая принципы человечности, справедливости и свободы.
Маркус повертел в руках баллончик с огненной смесью.
– Послушайте, раз уж вы профессионально подкованы в этом вопросе… Я на днях основательно отмудохал одного говнюка, который вымогал у меня деньги, пугая Вызовом, и пара полицейских мне не мешала, это было совершенно законно. Так когда же применять средства защиты, если даже физическое насилие – законно⁈
Старый полицейский приподнял бровь:
– А, так вы и есть тот самый космонавт, который в двадцать первом веке в полет отправился и недавно вернулся?
– Да, это я. Как вы узнали?
– Так в новостях было. Вы же на всю улицу заявили, кто вы. В общем, поймите один правовой аспект. Если вас бьют, вы имеете два варианта дальнейших действий. Защита с помощью специальных средств, проще говоря, применить оружие для самообороны. Второй вариант – защита без оружия или отказ от защиты. Последствия тогда вот какие: если вы отражаете нападение без оружия, то получаете право на ответный Вызов по вашим правилам и в случае повторной победы или ничейного результата – окончательная победа за вами, вы вправе либо произвести физическую расправу, либо взыскать компенсацию. Если вы защищаетесь без оружия и проигрываете или не защищаетесь вообще – у вас опять же право на Вызов, но теперь уже для победы вам необходимо выиграть, ничейный результат не подходит. Выиграли – физическая расправа или компенсация. Ничья – значит, все остается как есть. И третий случай – если вы применяете оружие. Если не сумели отразить нападение – все то же самое, как если бы вы защищались без него. Если же нападение отражено с помощью оружия – у вас появляется право на ответный Вызов по вашим правилам, в котором вам нужна только победа, и дальше расправа или компенсация. Если ничья – все остается, как есть. Если побеждает противник – вы целиком и полностью оплачиваете все издержки на сам Вызов, Вызов вычитается из вашего количества Вызовов, и полностью оплачиваете все издержки на лечение противника. Если вы отказываетесь вызывать противника, тогда он сам может вызвать вас по вашим же правилам. Результаты – такие же.
Маркус состроил скептическую гримасу:
– А почему так? Результат же ничейный, один-один выходит, к тому же, я жертва нападения…
– Потому что вы победили оружием, а противник победил без. Значит, он лучше вас, проучить вас за что-либо – его право, и ваше применение оружия было незаконным. Но поскольку его преимущество в данном случае не очевидно – все же один-один – то произвести физическую расправу он не сможет. Разумеется, все это касается только случая с избиением. Если вы защищаете жизнь, здоровье и собственность от покушения на убийство, увечье или от банального грабежа – тут вы в своем праве при любом раскладе.
– Понятно, – кивнул Маркус, – я бы взял вот этот пистолет и баллончик тоже.
– Как угодно. С вас тысяча пятьсот тридцать, вот вам бланки с правилами, прочтите, впишите свои данные и распишитесь, что прочли и обязуетесь выполнять.
Он вышел из магазина с пакетом под мышкой и четким убеждением, что все эти правила – суть очень хитрый набор рычагов, и теперь только от его ума зависит, удастся ли использовать их в своих целях. Даже несоизмеримо более сильного противника можно победить, если использовать против него его же силу.
Не успел Маркус отойти и на двадцать шагов, как прямо навстречу ему попалась крайне характерно выглядящая парочка: длинная, относительно привлекательная девица с повадками лисы, вынюхивающей, где чем можно разжиться, и парень с телекамерой на плече. Папарацци, похоже, во все времена выглядят одинаково. И что хуже всего, охотилась «лиса» именно на Маркуса.
– О! – радостно воскликнула девица, – капитан Коптев, а мы вас уже несколько дней ищем! Я Джинни Берк из Первого Новостного Канала!
Астронавт хмуро покосился на репортершу и шагнул мимо нее. Та, не поняв или не желая понять намек, торопливой походкой пошла рядом, стараясь быть на полшага впереди Маркуса и при этом быть повернутой лицом к камере, которую нес оператор позади. В общем, гнаться за размашисто шагающим человеком, идя задом наперед – та еще задача.
– А что, нынче уже не принято вначале позвонить и только потом, получив согласие, приходить на интервью? – мрачно осведомился Маркус.
– Ну, понимаете, мы пытались найти ваш адрес или любые другие контакты, но не смогли, – смутилась девица.
– Делайте выводы. Я не даю интервью. Не сегодня.
Он спустился в подземный переход, смешался с жидкой толпой, свернул за угол и быстро переместил пакет с покупками из подмышки к животу, обняв его руками, и медленным шагом двинулся вдоль стены. Репортерша появилась почти в тот же момент, пытаясь отыскать Маркуса глазами, но ее взгляд перемещался от одного бодро шагающего мужчины к другому и подсознательно искал несущего под мышкой пакет, потому со спины только лишь по куртке и прическе она свою цель не опознала и направилась дальше по переходу. Маркус пропустил ее шагов на десять, развернулся и пошел обратно. Хвост сброшен, учитывая, что он делает такое первый раз в жизни – очень даже неплохо получилось.
Немного хуже, что лицо свое засветил дважды, на слитой в сеть записи с камеры и повторно – во время инцидента с негром. Правда, во втором случае он попал только на карманные камеры с мобилок и ПЦП, так что качественной фотографии Маркуса в широком доступе пока нет. И то хорошо.
В этот день у Пайпер случился завал на работе, потому вечер пришлось коротать с книгами. Сидя на балконе своего номера, Маркус внезапно осознал, что скучает без нее. Что, если на некоторое время уехать куда-то вместе с девушкой и забыть обо всем этом беспределе? В горы, на море – куда угодно, лишь бы подальше от людей.
Море… Горы… Ведь он устал, как никогда в жизни. Три месяца до полета прошли по весьма жесткой программе подготовки, единственный член экипажа «Пионера» ударными темпами обучался всему, начиная с использования сложной бортовой аппаратуры и заканчивая двумя десятками специальностей по ремонту и обслуживанию всего этого хозяйства. Затем три дня полета – и лавина событий, из-за которых Маркус, вероятно, поседеет на двадцать лет раньше срока. Три с половиной месяца и до сего момента он работал на износ, вначале физически, потом психически, если не удастся хоть немного отдохнуть – недолго и умом двинуться.
Решено. Уболтает Пайпер и вместе с ней куда-то махнет. А координировать действия Кавано по развитию общества можно и по телефону. И дела в долгий ящик не откладывать: вот прямо завтра закончит все формальности с покупкой квартиры, вечером пригласит Пайпер на новоселье. Можно даже не сомневаться, что она согласится. А дела… Что ж, ведь Маркус прекрасно понимает, что на дело борьбы с режимом придется потратить всю жизнь, и то ее может не хватить, так что надо учиться терпению и мышлению категориями не дней и недель, а лет и десятилетий. Но терпения у него предостаточно: профессиональная черта военного летчика.
* * *
Квартирку Маркус облюбовал на окраине города, в довольно живописном квартале. С одной стороны парк, с другой – небольшое озеро с лодочной станцией. Агент пытался продать ему роскошный пентхауз или, на крайний случай, дорогую квартиру площадью во весь этаж в восточном крыле, но Маркус здраво рассудил, что такие хоромы ему ни к чему. Четыре комнаты, гостиная, просторная кухня, балкон и окна с видом на озерцо – вполне приличное жилье, он и дома, в двадцать первом веке, жил в квартире поменьше и считал свои жилищные условия вполне подходящими.
Квартиры в этом доме продавались вместе с обстановкой, так что Маркус заодно стал владельцем приличной с виду, но несколько странного дизайна мебели из дерева и пластика: пластик в двадцать пятом почему-то не считается дешевым материалом, ну и ладно. Внешний вид отторжения не вызывает, хвала дизайнеру – и хорошо.
Кухня оказалась полностью оборудованной, вся посуда – керамическая, однотонная коричневая без малейших излишеств, узоров и прочих вычурностей. Видимо, расчет на то, что жильцы сами со временем все сделают по своему усмотрению, но въехать они должны в полностью готовую к проживанию обитель. Не забыли даже про кондиционер, холодильник, телевизор и подключенный к нему компьютер простейшей модели. В шкафу Маркус нашел даже комплекты постельного белья. Бурундуку понятно, что за все эти удобства он уплатил свою цену – но так даже лучше. Войти в новую квартиру, снять обувь и развалиться на диване, когда все первейшие хлопоты по хозяйству уже сделаны за тебя – приятно, а уставшему человеку, которому и так пришлось крепко напрягаться в последнее время – так и вовсе бесценно. Правда, счет в банке уменьшился на полтора миллиона – но это всего лишь деньги.
Лежа на диване – кстати, хороший диван, обивка кожаная, чехол – из очень приятной на ощупь толстой ткани – Маркус позвонил Пайпер.
– Привет. Как твои дела?
– О, замечательно, – ответила девушка, – все те издания, куда я отправила статейку о встрече с тобой, выросли в рейтинге на несколько процентов. Правда, теперь пожинаю плоды своей жадности: у меня мобильный просто разрывается, редакторы желают продолжение статьи, чтобы этот самый рейтинг удержать, а мой собственный шеф еще и дуется на меня, как серый мыш[2] на крупу, за то, что я не сделала материал эксклюзивным. А то, что полгода назад он зажал мне лишнюю неделю отпуска – не помнит, гад.
– Эксклюзив всегда стоит дороже серийных моделей, – ухмыльнулся Маркус.
– Вот и я о том же.
– Ты придешь ко мне на новоселье?
– Конечно приду! – горячо заверила Пайпер, – разве я не сказала, что от меня требуют новую статью? Ты же знаменитость.
– Ну что же, стриги купоны, пока я у всех на слуху. К слову, репортерская братия на меня уже охоту ведет. Не далее как вчера пришлось сбрасывать с шести какую-то Джинни Берк с какого-то там канала.
– Откуда сбрасывать? – не поняла девушка.
– С шести часов. Выражение из сленга летчиков, «на шести часах» – значит прямо позади, на хвосте.
– Запишу фразу… Колоритная. Где ты теперь обитаешь?
Маркус продиктовал адрес.
