Текст книги "Бывает и хуже? Том 10 (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

Соавторы: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Зато присутствовала необычная посетительница. Судя по всему, она только что пришла и ещё не успела ничего сказать.

Девушка лет двадцати, в очках и с тетрадкой в руках.

– Здравствуйте, – сказала она. – Я по объявлению. Меня зовут Катя, и я учусь на фармацевта, заочное отделение. Опыта работы у меня нет, но готова учиться.

Геннадий окинул девушку взглядом и разочарованно прошептал мне на ухо:

– Это не то! Я у духов просил титана торговли, а пришла библиотекарша!

– Геннадий, – вздохнул я. – Духи прислали фармацевта в лавку лекарственных трав. По-моему, они сработали как надо.

Я принялся за собеседование. Девушка хорошо разбиралась в травах, спокойно перечислила противопоказания у зверобоя, вспомнила про взаимодействие с антидепрессантами. Говорила тихо, но отвечала на всё правильно.

Ей бы побольше уверенности в себе – и стала бы отличным продавцом.

– Как тебе? – спросил я у Вари. – Сможешь обучить?

– Смогу, – кивнула она. – Нам как раз нужен кто-то спокойный. Для баланса.

Учитывая, что «баланс» в нашей лавке представляли Геннадий с маятником и енотовидные ухажёры, спокойный человек и правда не помешает.

– Берём на испытательный срок, – решил я. – Варя, оформи документы.

Девушка все сделала, и радостная Катя ушла, пообещав завтра прийти с утра на стажировку.

– Ладно! – Геннадий важно кивнул. – Значит, духи видят дальше меня! Библиотекарша – это первый этап большого плана! И надо понять, что будет дальше.

Ёлки-иголки.

– Как прошло свидание? – спросил я у Вари.

– Чудесно! – отозвалась девушка. – Мы гуляли, он рассказывал про хаски, про работу, про то, как его енот Фёдор однажды стащил у соседей целый пирог с подоконника. Он такой забавный! И добрый. И не задаёт дурацких вопросов. А ещё он работает удалённо, а сейчас временно живёт в Аткарске.

– Я рад за тебя, – кивнул ей.

Занялся бумагами, а в лавку через минут двадцать заглянул и сам Енот. В руках у него была маленькая коробочка.

– Варвара, я тут шёл мимо и увидел, – он кашлянул. – В общем, это тебе.

В коробочке оказался кулон, маленький серебряный енот с хитрой мордочкой.

– Какой милый! – ахнула Варя. – Спасибо!

– А можно я как-нибудь ещё зайду? – спросил Женя. – Ну, погулять позову?

– Заходи, – Варя поправила косу. – Я тебе всегда рада.

В лавке наконец-то происходит что-то хорошее. И это не могло не радовать.

Конкурент из Саратова прислал первую копию договора, и мы с Варей погрузились в изучение.

Цены на некоторые травы по его предложению действительно были значительно ниже средних цен по рынку.

– Он пытался нас уничтожить, а теперь хочет партнёрства, – Варя нахмурилась. – Ему вообще можно доверять?

– В бизнесе нет друзей и врагов, – ответил я. – И доверять точно нельзя. Но он очень испугался того письма от юриста, Михаил Борисович отлично отработал свои деньги. Закажем пробную партию, небольшую. Если он сорвёт поставку, то мы ничего не потеряем, у нас есть Егор Петрович и старые каналы. Если сработает честно, то мы получим хорошие цены. А юрист у нас, если что, уже есть.

Я подписал договор на минимальный объём поставки.

Разобравшись с делами в лавке, я отправился на тренировку. Переоделся, вышел в зал. И тут же стал свидетелем очень странной картины.

– Да хватит, тебе же плохо сейчас станет! – строго заявил тренер Руслан, пытаясь остановить беговую дорожку.

По дорожке бежал худой парень в очках, лет двадцати.

– Это ради любви, – выдохнул он. – Я не остановлюсь!

Ну точно весна кругом. Я поспешил к ним.

– Привет, – поздоровался с Русланом. – Что происходит?

– Да вот чудик этот, – вздохнул тренер. – Ему девушка сказала, что пойдёт с ним на свидание, но только если он пробежит двадцать один километр. И вот пришёл бежать. А сам вообще нетренированный.

– И сколько пробежал? – спросил я.

– Два, – развёл руками Руслан.

И судя по внешнему виду этого парня, это был его предел.

Я подошёл к беговой дорожке и без предупреждения выключил её.

– Вы чего? – возмутился парень. – Мне надо…

– Послушай меня, – строго сказал я. – Во-первых, сходу ты двадцать один километр не пробежишь. Для этого нужно тренироваться, и не один день. Во-вторых, если хочешь впечатлить девушку, то подойди к этому со всей ответственностью. Начни нормальные тренировки, чтобы пробежать двадцать один километр с лёгкостью, а не страдая. Чтобы не пришлось тебе после таких подвигов отправляться прямиком в больницу. Ну и в-третьих, прежде чем бежать, подумай, точно ли нужна тебе девушка, которая ради свиданий ставит такие условия.

Парень явно опешил от такого напора.

– Но она мне очень нравится! – попытался поспорить он.

– И это прекрасно, – улыбнулся я. – Но гробить своё здоровье из-за этого точно не стоит. Если правда решишь сделать это, то делай с умом.

– Я могу прописать тебе программу по бегу, – добавил Руслан. – Чтобы ты справился. Ты же вон до сих пор отдышаться не можешь, хотя только два километра пробежал.

Тот действительно тяжело дышал.

– Программу? – переспросил он. – Ну… наверное, вы правы. Давайте.

Я подмигнул парню, и они с Русланом отошли в сторону.

Ох уж эта молодость, когда ради девушки готов на такие подвиги.

И я сам приступил к тренировке.

После отправился домой. Засел за план ярмарки здоровья. Уже давно обещал организовать его Вере, да и Вика ждала.

Список мероприятий в моей ярмарке получался внушительным.

Во-первых, мероприятие от моей лавки. Варя пообещала предоставить «Травяную аптечку», в которую входили готовые наборы для дома. Геннадий же пообещал провести «мастер-класс по защите ауры с помощью трав». Думаю, людям будет это интересно.

Стенд по стоматологии представлял Ренгачёв, который на своём макете челюсти решил показать, как правильно чистить зубы. Также решил представить свои ополаскиватели. Вика обещала за ним проследить.

Стенд от самого приюта «Верный друг», с фотографиями питомцев, которые ищут дом. Да и часть средств от выручки за билеты пойдёт в тот же приют.

Лысова тоже захотела поучаствовать, она решила обучить желающих технике самомассажа и запланировала какую-то лотерею.

Анжелика решила устроить «Школу юного доктора». Рассказать о профессии, показать инструменты врача.

Через час программа была готова. Оставалось отдать её Вике для оформления анонса.

Довольный, я отправился спать.

Утро началось не со звонка будильника, а со звонка в дверь. На пороге стоял Гриша, взъерошенный ещё сильнее, чем обычно.

– Караул, беда, ахтунг! – скороговоркой выпалил он. – У меня проблема!

– Вы же сегодня должны были на море уехать, – удивлённо сказал я. – Что такое?

– Я потерял паспорта, – протянул мой друг. – Меня Стася точно убьёт.

Нет, ну бывает и хуже?

Глава 17

Гриша выглядел так, словно случился конец света. Впрочем, пропавшие паспорта для него, возможно, и были чем-то подобным.

– Это катастрофа! – повторил Гриша. – У нас поезд через три часа! Как мы поедем?

– Так, спокойно, – сказал я. – Дома всё осмотрели?

– Стася уже всю спальню перерыла и даже кухню! – отозвался друг. – Их нигде нет! Саня, у нас свадебное путешествие горит!

– Ну поехали к тебе, – коротко сказал я.

Найти два паспорта звучало более лёгкой задачей, чем война с заводом.

Дверь нам открыла Стася, взъерошенная не хуже Гриши.

– Ну куда же они подевались! – всплеснула она руками. – Я так хотела на море съездить! Ни разу там не была!

– Сейчас найдём, – успокаивающе сказал я. – Давайте действовать методично. Когда вы видели паспорта в последний раз?

– Вчера вечером, – ответила девушка. – Я собрала документы в синюю папку. Паспорта, билеты, страховки. Всё сложила, точно помню.

– И куда положила папку? – спросил я.

– На стол… – она запнулась. – Нет, подождите. Я положила на стол, а потом отвлеклась на холодильник.

– На холодильник? – переспросил я.

– Ну да, там молоко старое, я пошла его выливать, – сказала Стася. – Кажется, я положила папку на полку, чтобы не запачкать…

Секунду мы все трое смотрели друг на друга, а потом отправились на кухню.

Гриша распахнул дверцу холодильника. На нижней полке лежала слегка запотевшая синяя папка.

Гриша достал её, открыл, убедился, что паспорта на месте. Посмотрел на Стасю.

– Ну это точно моя жена, – улыбнулся он. – Косячит совсем как я.

– Это всё из-за нервов! – Стася тут же покраснела. – Свадьба эта, сборы, молоко это дурацкое!

– Главное, что паспорта нашли, – сказал я, взглянув на часы. – До поезда два с половиной часа. Успеваете.

– Саша, ты гений, как и всегда, – Гриша обнял Стасю за плечи. – Зато будет что вспомнить. Наша первая семейная потеря и первая семейная находка.

– Ладно, собирайтесь, а мне на работу пора, – сказал я. – Хорошей вам поездки!

Оставил их за сборами, а сам поспешил в поликлинику.

По дороге я представил, как Стася будет рассказывать эту историю лет через десять. Такие истории и делали обычно семью семьёй. И это было очень трогательно.

На работу я добрался в хорошем настроении. Которое, впрочем, продержалось ровно до моего кабинета.

Возле двери дожидался молодой врач в безупречно белом халате. Его волосы блестели от геля, и вид был довольно самодовольный.

Почему-то сразу понял, кто это. Тот самый стоматолог, про которого мне рассказывал Ренгачёв, Лев Розов, кажется.

– Александр Александрович? – звучно спросил Лев. – Я Лев Розов, стоматолог. Рад познакомиться с вами. У меня возникла проблема, которую, я полагаю, вам как заведующему терапией следует решить.

Ну, хотя бы сразу к делу. Хотя над тоном бы я ещё поработал.

Открыл свой кабинет и пригласил его внутрь.

– Слушаю вас, – кивнул я.

– Ко мне записался пациент с зубной болью, а у него температура тридцать восемь и два, – Розов расположился на стуле и закинул ногу на ногу. – Я не могу лечить зубы в таком состоянии, это риск. Пусть терапевт его осмотрит, исключит инфекцию и даст допуск. Тогда я приму пациента. Это стандартная практика.

– Вы можете записать его через регистратуру к любому свободному терапевту, – заметил я.

– Запись у терапевтов забита, а вопрос надо решать срочно, у меня записи, – заявил Розов. – Полагаю, что заведующий терапией и нужен для таких ситуаций.

Как много он полагает.

– Давайте я осмотрю пациента, – сказал я. – Приведите его ко мне.

– Он в коридоре у моего кабинета. Я распоряжусь…

– Не надо распоряжаться, просто проводите.

Пациентом оказался мужчина лет сорока, с отёчной правой щекой.

– Проходите, присаживайтесь, – сказал я. – Что беспокоит?

– Зуб, доктор, – просипел он. – Третий день болит, сил никаких нет. И температура поднялась.

Я осмотрел его. Горло чистое, без малейшей гиперемии. Увеличен поднижнечелюстной лимфоузел, что логично. Насморка нет, лёгкие чистые.

Прана подсказала мне причину температуры. Справа в челюсти было явное гнойное воспаление, отсюда и температура. Больше ничего не было.

– Всё понятно, – я повернулся к Розову, который стоял у двери с видом экзаменатора. – Лев… простите, как по отчеству?

– Эдуардович, – важно отозвался тот.

– Лев Эдуардович. У пациента острый гнойный периодонтит с формированием поднадкостничного абсцесса. Температура – это реакция на воспаление зуба, а не на вирус. Лечить нужно именно зуб. Причём срочно, пока процесс не пошёл глубже.

Розов застыл. По его лицу было видно, что такого поворота он не ожидал. Парень рассчитывал, что терапевт либо выпишет допуск, либо заберёт пациента себе, и в обоих случаях проблема будет решена.

– Но температура… – начал он.

– Температура при остром гнойном процессе – это норма, а не противопоказание, – ровно сказал я. – Противопоказание – это оставить абсцесс без лечения. Я понимаю, вы новый специалист и хотите перестраховаться. Это не самое плохое качество. Но пациент с острой болью пришёл к стоматологу, и его стоматологическую проблему должен решать стоматолог. В следующий раз, пожалуйста, осмотрите пациента полностью, прежде чем отправлять его к терапевту. Загляните ему в рот хотя бы. И будьте внимательнее.

Розов сначала побледнел, потом залился краской.

– Я… Да, вы правы, – выдавил он. – Я не осмотрел дёсны. Он сказал про температуру, и я…

– Сразу же побежали к терапевту, – сказал я. – У всех бывает. Идите и лечите, пациент и так третий день мучается.

– Пойдёмте, – Розов повернулся к пациенту.

Что ж, Ренгачёв был прав насчёт него. Слишком самодовольный. Но это поправимо.

Главное, что парень признал ошибку, а не начал спорить. Самодовольство лечится опытом, а вот неспособность признавать свои промахи вылечить куда труднее. Посмотрим, какой из двух вариантов у Розова. Ренгачёву я, пожалуй, посоветую приглядеть за молодым коллегой. Пусть повоспитывает, ему полезно почувствовать себя наставником.

И с Измайловым потом насчёт этого поговорю.

Я сделал пару дел и отправился к Кречетову.

В его кабинете уже сидел юрист, а на столе лежал проект нашего заключения для Росприроднадзора.

– Приступим, – сказал Павел Викторович. – Времени мало, нужно подготовить идеальное заключение.

Работа закипела. Юрист зачитывал формулировки, а я вносил правки по клинической части. Приходилось сверять каждую цифру, чтобы нигде нельзя было придраться.

– «Отмечается рост числа обращений с жалобами со стороны дыхательной системы», – прочитал юрист.

– Уточним, – сказал я. – За последние четыре месяца число обращений с бронхолёгочной патологией выросло в два раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Юрист кивнул и застучал по клавишам.

– Добавьте фразу о систематическом характере обращений, – вставил Кречетов. – Чтобы было понятно, что это не разовая вспышка из-за сезонности. И связано это именно с заводом.

Мы дошли до заключительной части. Юрист поднял глаза от ноутбука.

– Павел Викторович, тут у нас формулировка «состояние здоровья населения микрорайона вызывает серьёзные опасения и требует незамедлительного вмешательства надзорных органов». Может, смягчим? «Целесообразно рассмотреть возможность проведения проверки».

– Никаких смягчений, – отрезал Кречетов. – Если мы сохраним жёсткий тон, им будет тяжело это игнорировать.

Юрист вздохнул, но спорить не стал.

Я его понимал. Юристу платят за то, чтобы больница не попадала в судебные тяжбы, а мы писали очень опасный документ. Но Кречетов был прав, полумеры здесь не сработают. Завод со своим иском о клевете уже показал, что церемониться не собирается.

Через час документ был готов. Я подписал. Кречетов поставил свою подпись рядом.

– Готовьте официальную отправку, – сказал он юристу. – Сегодня же, с курьером.

Юрист собрал бумаги и вышел. Мы остались вдвоём.

– Теперь будем ждать, – сказал я. – Я сообщу Сергею Викторовичу.

– Хорошо, – кивнул главврач. – Пока не забывайте и о других делах.

Впрочем, последняя фраза была лишней. Я о них никогда не забывал.

Вернулся к себе в кабинет и провёл приём. А после приёма поспешил в отделение профилактики.

Там собралось маленькое собрание по поводу субботней ярмарки. Пришла Вика, Ирина Петровна, Алина, которую я сегодня снова отправил помогать в профилактику, Ренгачёв. Вырвалась Лысова со стационара.

Прибежала Варя, оставив ненадолго лавку на Геннадия и новенькую Катю.

На связи по телефону была и Вера.

– Стенд с животными я организую, – проговорила по громкой связи Вера. – Думаю, проведу пару викторин, и можно будет выиграть простенькие призы. Ну и, как обычно, фотографии питомцев.

– Отлично, – кивнул я. – Женя?

– Мой стоматологический стенд будет в лучшем виде, – гордо заявил стоматолог. – Буду показывать, как правильно чистить зубы. Тоже проведу пару конкурсов, и можно будет выиграть мой ополаскиватель.

Несмотря на сильный вкус, они начали хорошо распродаваться в нашей лавке, так что идея была неплохой.

– Варя, стенд с травами? – повернулся я к девушке.

– Травяная аптечка собрана, – отчиталась Варя. – Три набора, всё с составами, инструкциями и противопоказаниями, как ты просил. Катя поможет за прилавком, подстрахует, пока меня не будет. А Геннадий подготовил мастер-класс по защите ауры, он придёт и меня сменит. И будет чистить ауру желающим.

Это в его стиле.

Лысова пообещала мастер-класс по самомассажу и лотерею с призами. Ярмарка должна была получиться действительно оживлённой.

Вика показала анонс для соцсетей. В этот раз анонсом я оказался не сильно доволен.

– Текст хороший, но сухой, – сказала она. – Надо поживее.

Алина взяла телефон Вики, минут пять что-то печатала, потом вернула.

– «Проверить сердце, погладить собаку и узнать, что у вас с аурой, всё в одном месте. Такое бывает только раз в году», – прочитала вслух Вика. – Слушай, а это хорошо. Беру.

Алина расцвела и кивнула. В отделении профилактики она чувствовала себя лучше всего. Сегодня мне было некогда с ними возиться, и я распределил их по самым любимым местам. Тимура вновь отправил к Агишевой, а Максима к Жидкову.

Я посмотрел на список участников. И понял, что у нас проблема. Участников было столько, что площадка перед поликлиникой, где и планировалось проводить мероприятие с разрешения Кречетова, могла не вместить всех желающих. Нужны были дополнительные столы, стулья, тент на случай солнца или дождя, электричество для аппаратуры…

Решение проблемы было простым – Чердак. Который сам влетел ко мне в кабинет минут через десять.

– Слышал, у тебя логистический коллапс намечается, – сказал он.

– Откуда ты… Впрочем, неважно. Эдик, мне нужны столы, стулья и тент. Много.

– Столы, стулья, тент, две катушки с удлинителями, – отозвался Чердак. – Всё будет, не переживай. Кречетов уже распорядился, так что твоя ярмарка пройдёт в лучшем виде. Плюс ещё стенд с перекусами будет, Аня тоже в курсе.

Кречетов снова меня удивил. Я ещё даже не успел озвучить проблему, а он уже её решил. Полезный навык, надо будет перенять.

– Рад слышать, – хмыкнул я. – Спасибо!

Чердак обернулся по сторонам, хотя мы были в кабинете вдвоём. И понизил голос.

– Сань, разговор есть, – заявил он. – Я… в общем, Лиза… Савчук… Она беременна. Мы вчера были у гинеколога, подтвердилось. Уже восемь недель. Я стану отцом.

Он замолчал и посмотрел на меня.

– Поздравляю, – улыбнулся я. – У тебя и сестра недавно родила, так что детские вещи по наследству достанутся.

– Спасибо, – Чердак снова обернулся. – Я хочу Лизе сделать предложение. Прямо на твоей ярмарке, понимаешь? Чтобы она видела, что я не боюсь, а горжусь. Она у меня такая… такая… А я Чердак.

– И она тебя любит таким, какой ты есть, – улыбнулся я. – Отличная идея, действуй.

– Но я не знаю, как это сделать красиво, – он нервно потёр ладони. – Ну не умею я в эту вашу романтику.

Это я знал хорошо. Помнил, как проблематично было Чердаку устраивать свидания.

– Так, – сказал я. – Давай думать, что Лиза любит? Чем её можно удивить?

– Цветы любит, – отозвался Чердак. – Полевые в основном, ромашки всякие, васильки. Работу свою любит, сил нет. И ещё она в приметы верит. Гороскопы читает, на кофейной гуще один раз гадала.

– В приметы, значит, верит… – повторил я. – А это можно использовать. И на ярмарке будет сотрудник моей лавки Геннадий с его предсказаниями.

– И что?

– А то, что мы устроим Лизе судьбу, – идея набирала обороты. – Савчук надо отправить к Геннадию, чтобы он сделал ей особое предсказание.

– Ага, скажет, что мы несовместимы, – буркнул Чердак.

– Не скажет, потому что он будет предупреждён заранее, – ответил я. – Лиза подходит, он раскладывает свои карты, качает маятником и торжественно изрекает что-нибудь вроде: «Вижу большие перемены. Сегодня к вам придёт то, чего вы давно ждёте. Обернитесь».

– А зачем ей оборачиваться? – спросил Чердак.

– Потому что сзади будешь ты, – объяснил я. – С охапкой цветов и кольцом. И ты встанешь на одно колено.

Чердак шумно выдохнул.

– А что я скажу? – нервно спросил он.

– Тут слова должны идти от тебя, – покачал я головой. – Что-то вроде: «Лиза, ты веришь в предсказания, а я верю в тебя. И одно предсказание я готов дать сам – мы будем счастливы. Я, ты и тот, кто скоро появится. Выходи за меня». Всё.

Чердак провёл ладонью по лицу.

– Волнительно что-то, – сказал он. – Я когда один против троих на стрелке был, и то так не волновался.

– Всё получится, – улыбнулся я. – Иди, готовься.

– Саня, брат, спасибо, – Чердак сгрёб меня в объятия. – Спасибо!

Он убежал. Что ж, в субботу на моей ярмарке ещё и предложение сделают. Хоть какие-то хорошие новости.

Осталось предупредить Геннадия и провести с ним репетицию. Даже две репетиции. А лучше три, с него станется добавить в предсказание что-нибудь про чакры и совместимость по лунному календарю. И соль у него надо будет отобрать заранее, а то насыплет на будущих молодожёнов прямо посреди ярмарки.

Я съездил на вызовы, затем вернулся в поликлинику и решил зайти к Алисе, проверить, как у неё дела.

– Я как раз хотела сама к вам прийти, – заявила девушка. – Взгляните. Пациент пятьдесят пять лет, жалобы на перебои с сердцем и два эпизода потери сознания за последний месяц. Участковый списал на возраст и давление. А теперь смотрите сюда.

Она показала мне плёнку ЭКГ. Я сразу заметил удлинение интервала QT. Потом посмотрел заключение с холтера и увидел признаки желудочковой тахикардии.

– Я подозреваю синдром удлинённого QT, – сказала Алиса. – Скорее всего, это врождённая форма, которая проявилась только сейчас. На фоне приёма лекарств, я как раз посмотрела по карте, ему назначали антибиотик и антиаритмик. Это сочетание и спровоцировало появление симптомов. Я отменила препараты, хочу направить пациента на генетический тест и к аритмологу. С таким синдромом его обмороки могут в итоге привести к внезапной сердечной смерти.

Я ещё раз просмотрел обе плёнки.

– Согласен, – сказал я. – Надо же, ты поймала очень редкий случай. Отличная работа, Алиса. Без тебя это легко могли просмотреть, и в самом деле мог бы случиться печальный исход.

– Спасибо, – кивнула та.

– Ещё надо поговорить с терапевтом, – добавил я. – Кто его вёл?

– Елена Александровна, – отозвалась Алиса. – Я лучше сама поговорю, всё-таки мой пациент. Не волнуйтесь, Александр Александрович.

Я кивнул.

– И мы договаривались на «ты» перейти, – улыбнулся я. – Так что прекращай мне выкать.

– Извини, привычка, – она поправила зелёные волосы. – Я просто очень уважаю тебя как врача, поэтому автоматически выходит.

Приятно.

В этот момент в дверь постучали, и в кабинет заглянул Виталик с картой в руках.

– Алиса Дмитриевна, я… – он увидел меня и смутился. – О, Александр Александрович, добрый день. Я не помешал?

– Заходи, мы закончили, – сказал я.

Виталик неловко шагнул в кабинет. Алиса подняла голову от плёнки, и их взгляды встретились.

– Да, Виталий Аркадьевич? – спросила Алиса.

– Я… Вот, карта пациента, – промямлил он. – У пациента жалобы на сердцебиение при нагрузке, и я не уверен, что тут можно заподозрить… Хотел попросить вас посмотреть.

Он положил карту на стол. Алиса потянулась за ней, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Виталик тут же покраснел.

– Посмотрю сегодня и занесу вам заключение, – сказала она.

– Спасибо. Я… пойду.

Виталик тут же скрылся за дверью.

– Приятный молодой человек, – сказала Алиса.

– Он хороший врач, – отозвался я. – И хороший человек. Кстати, недавно справился с очень непростой конфликтной ситуацией. Сам, без чьей-либо помощи.

– Хм, – задумчиво сказала Алиса.

Ох, чувствую, Кречетов всё-таки прав. Скоро половина персонала с животами ходить будет, и виноват в этом буду я. Ну не специально я!

Хотя, если подумать, ничего плохого в этом не было. Люди находят друг друга, женятся, рожают детей, значит, живут, а не выживают. Для маленького города вроде Аткарска это лучший показатель здоровья. Никакая статистика заболеваемости не скажет о городе больше, чем количество свадеб и колясок на улицах.

Я вернулся к себе и погрузился в текущие задачи. И тут дверь кабинета распахнулась.

В кабинет вошёл парень лет двадцати. Он был весь грязный, лицо в царапинах, под носом кровь, руки и ноги в ссадинах.

– Доктор, – проговорил он. – Можно мне получить справку о том, что я здоров?

Даже не знаю, что ответить…