Текст книги "Бывает и хуже? Том 9 (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

Соавторы: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

А потом появился Ткачёв. В солнцезащитных очках и с тростью.

– Зачем тебе трость? – с этого вопроса я и начал.

– Для солидности, – пояснил патологоанатом. – Травник должен выглядеть загадочно. Слушай, а у вас бессмертник есть? Мне для работы… В смысле, для общего тонуса.

– Тебе зачем? – прищурился я.

– А чтоб руки не дрожали, – невозмутимо ответил он. – Профессия тонкая, важная. В общем, очень нужен бессмертник.

Я только головой покачал. Варя выдала ему бессмертник, и Ткачёв, страшно довольный, отошёл изучать пучки под потолком.

Ненадолго и совершенно внезапно к нам заглянул Бородин. После тех наших разговоров его война прошла сама собой. Он больше не появлялся в нашей жизни.

Сейчас Бородин молча обошёл лавку, коротко кивнул мне и так же молча направился к выходу. У самой двери остановился.

– Хорошее дело, – заявил он. И ушёл.

– Он что, теперь наш друг? – шёпотом спросил подкравшийся ко мне Гриша.

– Нет, – ответил я. – Но и не враг, уже неплохо.

Пришёл и Щербаков – с блокнотом и фотоаппаратом, как всегда в своём репертуаре. Пощёлкал лавку, поспрашивал Варю про ассортимент, что-то написал в блокноте. А потом мы с ним отошли в сторонку, к окну.

– Саня, – тихо сказал он мне. – Я по заводу материал продолжаю собирать. Уже кое-что серьёзное накопал. Списки поставок химикатов, накладные. И знаешь что? Концы ведут далеко. Очень далеко.

– Насколько далеко? – спросил я.

– Пока не скажу, – он покачал головой. – Сам ещё проверяю. Но люди серьёзные, Саня. И экспертизу жду, всё никак не сделают.

– Это долго, – кивнул я. – Что ж, подождём.

Щербаков ушёл снимать само открытие.

Наконец, настал момент. Мы с Варей взялись за концы символической ленты, натянутой у входа. Гриша на правах главного крикуна объявил обратный отсчёт, зал подхватил. Щёлкнули ножницы, лента упала, и помещение взорвалось аплодисментами.

– «Шёпот полыни» открыт! – звонко объявила Варя.

Торговля сразу пошла бойко. Люди разбирали сборы, расспрашивали Варю, что от чего помогает. Она едва успевала всё фасовать и взвешивать, и я видел, как она счастлива. Всё-таки именно этого ей и не хватало.

Краем глаза я заметил знакомую фигуру у входа. Это был Геннадий. Он стоял в стороне и наблюдал за происходящим со странным выражением лица. Поймав мой взгляд, он чуть склонил голову и ушёл. И что это было? Очередной акт чего-то непонятного от Геннадия, мне не привыкать.

По нашему с Варей решению лавка работала каждый день с девяти утра до семи вечера. Так что к вечеру её первый рабочий день подошёл к концу. К этому времени основной ажиотаж схлынул, и стало поспокойнее.

– Поверить не могу, что мы это сделали, – сказала мне Варя. – В самом деле, мы открыли лавку с травами! И люди к нам идут!

– Идут, – улыбнулся я. – А как иначе?

– Я до последнего не верила, – покачала она головой. – Саш, я очень тебе благодарна. Правда. Ты меня из такой депрессии достал… Если бы не ты… Не знаю, что со мной было бы.

– Ерунда, – махнул я рукой. – Ты всё сделала сама, не придумывай. Просто занимайся любимым делом.

Варя посмотрела на меня и улыбнулась.

– Ты к нам в гости заглядывай, а то давно не был, – сказала она. – Баба Дуня всё грозилась прийти на открытие, но не пришла вот. Так что лучше ты к нам.

– Постараюсь на днях найти время, – кивнул я. – Приду.

Мы с Варей попрощались и разошлись.

Отправился в «Инь-Янь», где сегодня мы договорились собраться вчетвером: я, Лиля, Гриша и Стася. Хотели снова отпраздновать их помолвку, а также открытие лавки.

Сели за столик, заказали блюда и принялись разговаривать.

– Вы родителям сказали? – спросила Лиля у Стаси.

– Да, в тот же день, – кивнула девушка. – Мама просто в восторге была. Я даже обиделась, она так радовалась, словно вообще в это событие не верила.

– Так и не верила, – хмыкнул Гриша. – Она мне потом по секрету сказала: «Думала, дочка моя засидится в девках до пенсии».

– Гриша! – Стася ткнула его локтем в бок. – Ничего она такого не говорила.

– Говорила-говорила, – не унимался он. – Слово в слово. А потом меня обняла и спасибо сказала, что забираю тебя.

Стася закатила глаза, но я видел, что она не сердится.

– А у тебя как родители отреагировали? – спросил я у Гриши.

Друг замялся, а потом расхохотался во весь голос.

– Ой, это отдельная история, – махнул он рукой. – Мои вообще не верили, что я когда-нибудь женюсь. Я ж балбес по их меркам. Позвонил им и сказал, что женюсь. А они решили, что я заболел!

Мы все засмеялись.

– Не, серьёзно! – воскликнул Гриша. – Потом отец спрашивает, на ком. Я говорю, что на Стасе. И они такие: «А она-то в курсе? Ты её точно спросил, а не сам себе придумал?»

– Ужас какой, – простонала Стася. – Вот это подготовка к свадьбе!

Они принялись весело рассказывать, какие у них планы. Со свадьбой тянуть не хотели и уже завтра думали идти подавать заявление. Мы с Лилей просто улыбались. Эти двое были созданы друг для друга.

В разгар вечера я и сам принял важное решение.

– Лиля, – сказал я, пока Стася и Гриша спорили насчёт бургеров. – Я хочу, чтоб ты переехала ко мне. Хотя лучше так: снимем квартиру. Свою, вдвоём. А служебную оставим Никифорову, он тоже врач, имеет полное право на жильё от больницы. Будем жить вместе.

У решения съехать со служебки было много причин. Основное – желание улучшить условия жизни. Ремонт там на стадии «только начат», и жить в этой конуре с Лилей даже забесплатно мне не хотелось. А Никифоров как раз может с этим закончить.

Лиля замерла на секунду, а потом улыбнулась.

– Это отличная идея, – закивала она. – У моей квартиры аренда заканчивается через пару недель, и можем съехаться.

Мы решили, что искать квартиру начнём со следующей недели. Гриша со Стасей, услышав новость, тут же переключились с бургеров на нас и принялись поздравлять особенно громко.

Вечер прошёл хорошо, а на ночь я остался у Лили.

Утром меня разбудил звонок от самого неожиданного человека. От мэра Шмелёва.

– Слушаю, – выйдя на кухню, чтобы не мешать Лиле спать, взял я трубку.

– Александр, надо встретиться, – без лишних предисловий заявил тот. – Срочно приезжайте в мэрию.

Вот это бодрое начало воскресенья.

Глава 20

Я только проснулся, а мне уже звонит мэр нашего города. Не знаю, кто ещё из жителей Аткарска может этим похвастаться. Или пожаловаться… Но я точно могу, ага.

За окном начинался обычный воскресный день, кто-то вон собаку выгуливал.

– Сейчас приеду, – отозвался я в трубку.

Вернулся в комнату, Лиля сонно завернулась в одеяло. Я оставил ей записку и поспешил в мэрию. По дороге гадал, а что вообще от меня хочет Шмелёв. Мэр и я не то чтобы были близкими приятелями. Скорее наоборот.

Добрался до администрации, вошёл в кабинет. Шмелёв стоял у окна и выглядел очень встревоженным. И злым.

– Агапов, – он повернулся ко мне. – Садитесь.

Ага, интересное начало. Я сел и приготовился слушать дальше.

– Не буду ходить вокруг да около, – мэр сел напротив. – Я знаю, что вы копаете под химический завод. Знаю про журналиста, который собирает материал, чтобы его опубликовать. И про то, что он уже отправил пробы воды в лабораторию на экспертизу. Вы умный человек, Александр. Но сейчас вы лезете туда, куда не следует.

Ух ты, и откуда же такая осведомлённость? Впрочем, неудивительно: уши у мэра должны быть везде.

– Вячеслав Егорович, – спокойно сказал я. – Я ничего такого не делал. Просто волнуюсь за здоровье своих пациентов, как и любой врач. А людей со странными заболеваниями в нашем городе становится всё больше.

Шмелёв поморщился и махнул рукой.

– Не прикидывайтесь, – он посмотрел мне в глаза. – Я вас хорошо уже изучил, Агапов. Вы не из тех, кто пройдёт мимо. Не успокоитесь, пока не восстановите справедливость. Я таких людей за версту чую.

Что ж, тут он, пожалуй, прав. Ещё как не успокоюсь.

– Так вот, – продолжил мэр. – Я сам разберусь с этим заводом. Слышите? Без вашей самодеятельности, без журналистов и без шумихи на весь город. Административными методами. Проверки, предписания, штрафы. У меня для этого есть все рычаги. Я заставлю владельцев установить очистные сооружения. Даю вам своё слово.

Я слушал. И, честно сказать, очень хотел бы ему поверить. Ведь это и в самом деле должен делать мэр нашего города, а никак не терапевт.

Но у меня была хорошая память. Я помнил историю с Коршуновой. Помнил, как мэр вместе с бывшим главврачом вёл ту стройку. Точнее, не вёл, а просто отмывал там деньги. И в итоге мэр вместо себя подставил своего зятя, чтобы тот сел.

Шмелёв был не из тех людей, чьё слово стоит дорого. Доверия у меня к нему не было совсем.

И всё же… Если мэр и правда возьмётся за дело, у него выйдет быстрее, чем у меня. Надо дать ему шанс.

– Хорошо, Вячеслав Егорович, – медленно произнёс я. – Я подожду. Дам вам время самому разобраться в этой непростой ситуации. Но если ничего не изменится, если завод будет и дальше травить людей… Мне тоже придётся принять меры.

Шмелёв прищурился. Несколько секунд мы смотрели друг на друга молча.

– Договорились, – наконец сказал он. – Идите, Агапов. И не делайте глупостей.

Я вышел из мэрии с двояким чувством. С одной стороны, всё прекрасно, можно забыть про проблему с заводом, ведь этим займётся человек с реальной властью. С другой стороны, я слишком хорошо знал цену обещаниям Шмелёва.

Ладно, подожду. Расследование я решил пока прекратить и Щербакова попросить о том же. Пока и других дел хватает, а там видно будет.

Я вернулся к Лиле и застал её с ноутбуком на кухне. Она листала объявления.

– Всё в порядке? – подняла она на меня глаза.

– Да, – кивнул я. – Что делаешь?

– Варианты квартиры ищу! – девушке моя идея явно ужасно понравилась, и она не хотела ждать до следующей недели. – Уже нашла нам два варианта. Может, посмотрим?

– Посмотрим, – улыбнулся я. – Давай.

Мы поехали на первый адрес. В объявлении было сказано «уютная светлая студия». Уют закончился ровно на пороге ванной, где под потолком красовалось большое чёрное пятно плесени.

– Это недавно появилось, – засуетилась хозяйка. – Сейчас протрём, и всё.

– Протереть тут не поможет, – покачал я головой. – Это грибок, он в стену врос. А споры плесени, между прочим, очень вредны для здоровья. И мы себя травить таким не будем.

Мы попрощались и вышли из квартиры.

Вторая квартира была отличной, светлая, просторная. Но находилась слишком уж далеко, и нам с Лилей было просто неудобно.

– Лиль, не вешай нос, – сказал я девушке, когда мы на такси ехали назад в центр города. – Найдём, мы же только начали. Хорошие квартиры так сразу не попадаются.

– Знаю, – вздохнула она. – Просто хочется уже поскорее! Слушай, а ты сейчас занят?

– Нет, – покачал я головой. – Что-то случилось?

– Да в приюте помощь нужна, мне Вера написала, – пояснила девушка. – Поможешь?

– Конечно, – кивнул я.

Мы назвали таксисту новый адрес и вскоре приехали в приют. Лиля тут же принялась гладить собак, радуясь многочисленному лаю.

– Пойдём, познакомлю тебя с Кларой, – весело сказала она мне. – Она недавно устроилась, помогает убирать за животными.

Клара оказалась немолодой женщиной с добрым лицом. Она как раз вышла из кошачьего блока.

– Привет, Клара, – махнула ей рукой Лиля. – Как там наши кошачьи?

– Да как всегда, – женщина потёрла нос тыльной стороной ладони и громко чихнула. – Иди, там Вера ждёт тебя.

Лиля убежала, а я задержал взгляд на Кларе. Красные опухшие глаза, слезотечение, чихание.

– Будьте здоровы, – сказал я. – А давно у вас так?

– Да ерунда, – отмахнулась она, шмыгая носом. – Простудилась, наверное, я же на свежем воздухе работаю постоянно. Пройдёт.

– Можно я посмотрю? – спросил я. – Меня зовут Александр, я врач-терапевт.

Клара пожала плечами, но не возражала. Я осмотрел её. Глаза покрасневшие, слезятся, веки чуть отёкшие. Из носа едва ли не течёт. Температуры, судя по словам, нет, как и других признаков болезни.

Картина складывалась совершенно ясная.

– Это не простуда, Клара, – сказал я. – У вас аллергия на шерсть животных.

Клара недоверчиво на меня посмотрела.

– Да какая аллергия! – улыбнулась она. – Я с животными всю жизнь. У меня дома кот живёт, восемь лет уже. И ничего, никогда аллергии не было. Говорю же, просто простуда.

– К сожалению, нет, – покачал я головой. – Дома у вас аллерген один. Концентрация его частиц в воздухе небольшая, организм с ней справляется без проблем. А здесь у вас десятки животных. Концентрация аллергенов в воздухе в десятки раз выше пороговой. Иммунная система не выдерживает такой нагрузки и срывается. Вот и реакция.

Клара нахмурилась.

– Так бывает? – удивилась она.

– Бывает, – кивнул я. – Это называется превышение пороговой дозы. У каждого человека свой предел, после которого организм перестаёт справляться. И чем дольше вы тут без защиты, тем сильнее будет реакция. До отёков может дойти, а там и до спазма дыхательных путей недалеко. Так что запускать ваше состояние нельзя.

Женщина заметно посерьёзнела.

– И что ж мне теперь, увольняться? – расстроилась она. – А мне так понравилось здесь работать…

– Увольняться я вас не заставлю, – успокоил я её. – Во-первых, надо принимать антигистаминное. Вот сейчас у меня есть с собой, примите. А так возьмёте в аптеке, препарат сейчас вам напишу. Во-вторых, во время уборки у животных обязательно надевайте маску. Большая часть аллергенов летает в воздухе. Маска отсечёт основную массу. И руки чаще мойте, лицо не трогайте. Поверьте, станет в разы легче.

– Спасибо вам, – улыбнулась Клара. – А я-то думала, почему простуда никак не проходит…

Я написал ей рекомендации на листок, и Клара пошла по своим делам. Ей предстояло варить еду животным, и тут уже я знал, что аллергенов не будет.

Сам отправился на поиски Лили. Помог перетаскать доски для постройки будущих вольеров, перенёс сено, сделал ряд дел.

А потом у меня самого зазвонил телефон. Варя.

– Саша! – быстро сказала она, как только я взял трубку. – Тут такое! Покупатель пришёл, говорит, мы его собаку отравили! Я не знаю, что делать!

– Так, спокойно, – сказал я. – Мы с Лилей сейчас приедем. Попроси его подождать.

Как раз в приюте дела были закончены, я умылся, снял рабочую спецовку, которую мне выдали для грязной работы, и мы поспешили в «Шёпот полыни».

У прилавка топтался крепкий мужчина средних лет, красный от возмущения. Рядом с ним на поводке сидел рыжий лохматый пёс. Питомец выглядел абсолютно здоровым, с интересом смотрел по сторонам.

– Вы хозяин лавки? – накинулся на меня мужчина. – Вот, полюбуйтесь! Ваша трава отравила моего пса! Я буду жаловаться, я этого так не оставлю!

– Давайте по порядку, – спокойно сказал я. – Что именно вы у нас купили?

Мужчина вынул из кармана бумажный пакет и вручил мне. Самая обычная мята, которую мы продавали для чая. Варя говорила мне, что она вчера разошлась довольно хорошо.

– Так, – кивнул я. – А что именно случилось с собакой?

– Да он её сожрал! – воскликнул мужчина. – Я пакет на тумбочку положил, отвернулся, а он залез и половину сгрыз! И теперь ему плохо!

Я посмотрел на пса. Питомец посмотрел на меня и приветливо стукнул хвостом по полу.

– Лиля, – повернулся я к девушке. – Посмотришь?

– Конечно, – кивнула та. – Я ветеринар, не волнуйтесь. Сейчас посмотрим вашего красавца. Как зовут?

– Николай, – чуть смущённо ответил мужчина.

Лиля улыбнулась.

– Отличное имя, но я про собаку, – сказала она.

Я сдержал улыбку, а у Вари начал наконец-то проходить испуг.

– А, он Прапор, – ответил Николай. – Друг мой.

Лиля погладила Прапора, осмотрела глаза, дёсны, прощупала живот. Пёс воспринял всё это как ласку и лизнул её в нос.

– Абсолютно здоровая собака, – вынесла вердикт Лиля. – Слизистые розовые, живот мягкий, дыхание ровное. Никакой интоксикации и в помине нет. Он у вас просто весёлый и сытый.

– Но он же траву съел, – Николай был уже и близко не так воинственно настроен.

– И ничего страшного в этом нет, – ответила Лиля. – Мята для собак абсолютно безвредна. Более того, её даже добавляют в некоторые корма и собачьи лакомства, она освежает дыхание и неплохо помогает при вздутии живота. Это вам не шоколад, вот он для собаки действительно опасен.

Прапор бодро гавкнул и снова завилял хвостом.

– То есть… с ним всё нормально? – уточнил Николай.

– Лучше не бывает, – заверил я. – Вы просто переволновались. Это нормально, когда переживаешь за питомца.

Мужчина смущённо потёр шею.

– Вы это… извините, – пробормотал он. – Я погорячился. Думал, и правда отравился.

– Всё в порядке, – отозвался я. – А новый пакетик мяты подарим вам просто так, раз прошлый ушёл Прапору.

Варя отдала ему новую порцию мяты, и Николай с Прапором удалились.

– Ой, ну и напугал он меня! – вздохнула Варя. – Я уж думала, всё, конец нашей лавке на второй день.

– Не переживай, жалобщиков всегда хватает, – отозвался я.

Лиля засобиралась домой, у неё были свои дела.

– Если ещё варианты квартиры найду – скину тебе, – сказала она. – Увидимся.

Она убежала, а я остался в магазине. Дел тут тоже хватало.

Через пару часов, когда я разбирался с накладными, в магазин залетел сияющий Бумагин. Ох, и тут меня уже нашли…

– Саня! – он бросился ко мне. – Как хорошо, что ты тут! Мне срочно надо с тобой поговорить! И ещё мне нужен какой-нибудь крутой гастро-сбор для пациентов. Слышал, у тебя тут травы что надо.

– И тебе привет, Илья, – усмехнулся я. – Давай по очереди. Сначала подберём тебе сбор для желудка.

Я подошёл к нужной полке.

– Вот классический, – сказал я. – Ромашка, мята и фенхель. Ромашка снимает воспаление слизистой, мята убирает спазм и тошноту, фенхель помогает при вздутии и газах. Мягкий, проверенный сбор, его даже детям можно. Завариваешь ложку на стакан, настаиваешь минут десять и пьёшь за полчаса до еды. Только предупреди пациентов, что это дополнение, а не замена врачу.

– Конечно, – закивал Илья. – Спасибо!

Варя принялась фасовать сбор, а я повернулся к пританцовывающему от нетерпения Илье.

– Ну так о чём поговорить? – спросил я. – Что случилось?

– Свидание! – выпалил он. – У меня было свидание с Леной!

Нет, ну в самом деле у всех какая-то весна началась. Все массово стали ходить на свидания, съезжаться, жениться… Даже я сам.

– Поздравляю, – улыбнулся я. – Всё хорошо прошло?

Илья потёр затылок.

– Ну как сказать… – протянул он. – Вроде хорошо. Я повёл её после кино в «Инь-Янь». Хотел произвести впечатление, понимаешь? Показать, что я не просто врач, а интересный собеседник.

Ой-ёй.

– И что же ты сделал? – спросил я.

– Ну, мы заказали роллы, – продолжил Илья. – И я решил блеснуть. Начал ей рассказывать про паразитов в сырой рыбе. Ну, про описторхоз, про анизакидоз, как личинки в мышцах рыбы сидят, как они в человеке потом приживаются. Подробно так, со всеми деталями. Я ж думал, это интересно!

Ой-ёй-ёй.

– И что Лена? – вздохнул я. – Не оценила?

– Не оценила, – кивнул он. – Побледнела, роллы доедать не стала. И вообще, после этого как-то скомканно всё пошло. Я чувствую: что-то не то сделал, но вот что – не пойму.

Я покачал головой. Ёлки-иголки.

– Илья, Лена пришла не за знаниями о паразитах, а чтобы провести с тобой приятный вечер, – сказал я. – Девушке важно, чтобы ей было хорошо рядом с тобой. Спрашивай её о ней самой. Что она любит, как у неё дела, что её радует. Слушай, и отвечай. И никаких червей.

– А про что тогда говорить? – растерялся он.

– Да про что угодно, – ответил я. – Расскажи что-нибудь смешное из жизни, этого у тебя хватает. Спроси про её увлечения. Сделай комплимент. И главное – будь собой. Она пошла на свидание именно с тобой, а не с кем-то другим.

– А если ляпну что-нибудь похуже? – спросил Илья.

А бывает что-то хуже червей?

– Тогда посмейся над собой, – улыбнулся я. – В общем, сегодня воскресенье, позови Лену на ещё одно свидание. Погода отличная, погуляйте, мороженое поешьте. И без таких глупостей.

Илья улыбнулся.

– А ведь и правда, – закивал он. – Спасибо, Саня! Ты прям спаситель.

Он схватил пакет с травами, расплатился и умчался. Я только головой покачал. Бывает же…

И вернулся к работе.

В семь вечера мы закрыли лавку. Второй рабочий день подошёл к концу.

– Саш, а пойдём к бабе Дуне, а? – предложила Варя. – Она же тебя в гости давно ждёт.

– Пошли, – кивнул я. – Сам думал именно сегодня её навестить.

Пешком было идти довольно долго, но мы прогулялись. Знахарка встретила нас собственноручно испечённым пирогом с капустой.

– Садитесь, садитесь, – засуетилась старушка. – Доктор, ты прости, что на ваше открытие не пришла. Не захотела я на людях показываться.

– Бабушка всё ещё думает, что её все считают ведьмой, – пояснила Варя. – И очень этого стесняется.

– Да никто вас так уже не называет, – сказал я. – Всё в прошлом.

Баба Дуня только рукой махнула.

Мы расселись за столом. Пирог был выше всяких похвал. Завели разговор о лавке, о прочих делах.

В какой-то момент Варя отставила чашку и посмотрела на меня.

– Саш, – сказала она. – Я хочу тебе кое-что сказать. Давно собиралась.

Я насторожился.

– Говори, – кивнул я.

– Я не дура, – она помолчала, подбирая слова. – Я уже заметила, что травы, которые ты трогаешь, становятся… целебнее, что ли. В общем, твоя жизненная энергия, твоя прана – она сильнее, чем у других людей. Я думаю, что она обладает целебным эффектом и ты можешь ею управлять.

Повисла тишина. О моей пране ранее знала баба Дуня, но она ничего не говорила, я уверен. Варя же просто видела её внутри меня, но трактовала по-своему.

А теперь она догадалась. И отрицать было бессмысленно. К тому же я доверял девушке.

– Это так, – сказал я. – Надеюсь, ты понимаешь, что этого не нужно никому знать?

Варя торопливо закивала.

– Я никому не скажу, – отозвалась она. – И я просто хотела сказать… Что ты очень хороший человек. И что я рада, что знакома с тобой.

Конечно, Варя задала ещё пару вопросов о пране. Я рассказал ровно то, что рассказывал старушке.

Одной тайной стало меньше, и мы продолжили пить чай.

Часов в десять вечера я отправился домой. Антон оказался на кухне, мрачно ковырял вилкой в тарелке с пельменями. На моё «привет» буркнул что-то невнятное и отвернулся.

Я вздохнул. Хватит уже этой холодной войны.

– Тоха, – сказал я. – Я не хотел тебя обидеть. Не собираюсь отказываться от своих слов, это не в моих принципах. Но я просто желаю тебе добра.

Никифоров помолчал.

– Да я понимаю, – нехотя выдавил он. – Просто обидно стало. Я к тебе с радостью, а ты мне сразу цифрами сыпать стал.

– Понимаю, – кивнул я. – Это твоё дело, и если хочешь помогать Майе, то помогай. Просто не теряй головы.

А я всё равно буду за ним присматривать.

– Ладно, проехали, – улыбнулся Никифоров. – Ты меня тоже прости, для меня столько хорошего делаешь, а я вот сразу психанул и обиделся.

– И вот ещё что, – сказал я. – У меня новости. Мы с Лилей решили съехаться. Будем снимать квартиру, вдвоём.

– О, – Никифоров приподнял брови. – Поздравляю! А с этой-то квартирой что? Тебе ж её больница давала.

– А квартиру я оставлю тебе, – сказал я. – Служебное жильё, ты же имеешь на него полное право. Оформим всё как надо, и твоя проблема с квартирой тоже решена будет.

Никифоров удивлённо уставился на меня. Конечно, ведь по сути бесплатная квартира достаётся ему, а я перееду в платную. Абсурдно? Только на первый взгляд.

Служебные квартиры – для медицинских работников, и Лиля смогла бы здесь прожить до первой проверки. Потом выселили бы нас обоих. Как когда-то пытались выселить Гришу, бывало и такое.

А мне уже хочется честной и спокойной жизни, а не прятать свою девушку от проверяющих. Да и условия мы сможем выбрать получше, чем здесь. Поэтому я и принял такое решение.

– Ты серьёзно? – спросил Тоха, явно не веря.

– Серьёзнее некуда, – улыбнулся я.

Антон широко улыбнулся и кинулся меня обнимать.

– Саня, ты настоящий друг! – воскликнул он. – Спасибо!

Мы ещё посидели на кухне, обсуждая наши дела. Когда будет переезд, как именно надо переоформить квартиру и прочее. А потом я отправился спать.

Утром я пошёл на работу один, Никифорову нужно было попозже. Спокойно шёл по улицам, думая обо всех накопившихся делах.

И внезапно услышал чей-то стон. Так-так…

Остановился, прислушался.

– Помогите, – слабый голос раздался прямо из открытого люка.

Ёлки-иголки!