Текст книги "Системный мехавод (СИ)"

Автор книги: Виктор Глебов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6

Сунув пистолет в кобуру и забрав автомат, я вошёл вслед за девушкой в небольшую, очень чистую кухню. Правда, она больше походила на домашнюю, чем на те, что бывают в заведениях.

– Можно спросить, где твой отец? – спросил я, поставив оружие в углу.

Прислонил к шкафу, чтобы не упало. Автомат не мой, когда Макс поправится, придётся вернуть. А пока что я за него отвечаю.

– Погиб, – не оборачиваясь, ответила девушка. – Он был мастером. Собирал мехов. И для помощи по хозяйству, и для работы, и для защиты. Хороших. Всё-таки, шестой ранг имел. Их всегда покупали, ни одного не оставалось. Почти два года уже, как нет его.

– Мне жаль. Извини.

Мой отец умер от инсульта, пока косил траву на дачном участке. Просто упал и больше не поднялся. Так, утирая слёзы, рассказывала, когда я приехал на похороны, мать.

– Ничего, – Аня заглянула в миску. – Он верил в спасителя. Когда умер… я решила, что тоже должна. Так, тесто поднялось. Если найду, чем начинить, будет пирог.

– Могу помочь, – предложил я.

Почти всю сознательную жизнь я заботился о себе сам. Так что не привыкать.

– Не надо, – качнула головой Аня. – Откуда тебе знать, как готовить? Ты ж только проснулся. Хотя в оружии вон разбираешься. Ты про отца хотел спросить?

– Нет. Про то, почему в меня тут верят далеко не все.

Аня пожала плечами.

– С верой всегда так. Кому-то нужно, а кто-то обходится без неё.

Открыв холодильник, она принялась громыхать мисками и кастрюлями.

– О, вот это сойдёт! – объявила девушка, выволакивая пластиковый контейнер. – Если хочешь помочь, посмотри конфорку. Раньше папа всё чинил, а теперь… В общем, сломана она.

Я очень сомневался, что в общине не нашлось мастера, готового помочь симпатичной молодой девушке. Но комментировать, само собой, не стал.

Подошёл к старой, покрытой кое-где ржавчиной плите с облупившейся белой краской. Пластиковая ручка лежала рядом на столе.

Перед глазами возникла надпись:

РАСПОЗНАВАНИЕ УСТРОЙСТВА: успешно

РЕЗУЛЬТАТ: плита газовая четырёхконфорочная

Далее протянулся перечень характеристик, который я читать не стал.

ЧТЕНИЕ ЧЕРТЕЖА: успешно

ЧЕРТЁЖ АВТОМАТИЧЕСКИ СОХРАНЁН.

В воздухе появилась чёткая и подробная схема устройства плиты. На ней было обозначено буквально всё. Я и не думал прежде, что в такой простой на вид штуке столько деталей.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ НЕСООТВЕТСТВИЙ

Я почувствовал, как кожа начала нагреваться. А затем увидел, что вокруг неё образуется призрачное зеленоватое свечение – словно моё тело испускало лёгкий дым. Завихряясь, он потянулся к плите и стал обволакивать её, одновременно всасываясь внутрь.

Твою ж мать! Это ещё что за фокусы!

Не шевелясь, я наблюдал за происходящим.

ВЫЯВЛЕНА ПОЛОМКА: отсутствие ручки №2

Ну, это я и так знал. То же мне, новость. Мать Ани сказала об этом ещё несколько минут назад при встрече. Да и вот она лежит-то.

Зелёное свечение начало быстро покидать плиту, а затем побледнело и, наконец, растаяло. На всё ушло не больше тридцати-сорока секунд.

Только теперь я понял, что всё это время не дышал. Просто застыл, наблюдая за происходящим. Осторожно выдохнул и взял со стола пластмассовую ручку.

Так, ну тут не нужно быть инженером, чтобы понять, в чём дело. Вылетела и потерялась маленькая, узкая металлическая пластинка, которая обеспечивала нужную плотность насадки.

Чёрт, я ведь только недавно умер! В самом что ни на есть прямом смысле. А теперь у меня новое тело, перед глазами пляшут надписи, и я чиню газовую плиту! Просто сюрреализм какой-то, ей-богу!

– Ну как, можно что-нибудь сделать? – проговорила девушка.

– Есть ненужная жестяная банка? – спросил я. – И ножницы.

– Посмотри вон там, – Аня показала на верхнюю секцию шкафа. – Если найдёшь, бери. А ножницы в верхнем ящике.

Спустя минут пять я вырезал из пустой кофейной банки пластинку нужного размера, согнул пополам, чтобы добавить толщины, и вставил в ручку. Затем до упора надел её на торчавший из плиты штырёк. Покрутил, убеждаясь, что всё работает.

– Готово, хозяйка. Принимай работу.

– Сделал? – удивлённо отозвалась Аня. – Так быстро?

Подойдя, повертела ручку, одобрительно кивнула.

– Здорово. Спасибо.

В этот момент в воздухе снова замаячило сообщение:

ПОЛУЧЕН ОПЫТ: 5 очков

И что? Я должен порадоваться? Мне награду выдали? За вставленную в ручку полоску жести? Бред какой-то…

А главное – на кой ляд мне эти очки⁈ И пять – это много или мало? Ничего не понятно. Хоть бы какая-нибудь конечная цель была обозначена. Типа, до сотни осталось девяносто пять. Продолжайте в том же духе, и будет вам счастье. А так мне, может, до тысячи ещё пилить. Не очень мотивация-то…

Вообще, вся эта катавасия напоминала компьютерную игру. Никогда ими особо не увлекался: не было времени, да и желания. А вот теперь, может, кое-какие знания и пригодились бы. Но чего нет, того нет. Придётся разбираться по ходу дела.

В этот момент из-за занавески донеслось бряканье колокольчика.

– Наверное, Федя с Симеоном пришли! – заволновалась Аня, стаскивая через голову фартук. – Идём, нужно тебя познакомить!

И, бесцеремонно схватив меня за руку, ринулась в зал.

Я сразу понял, что Аня ошиблась.

Перед прилавком стоял высокий парень лет двадцати четырёх с веснушчатым открытым лицом и короткими выгоревшими волосами. Крепкая шея торчала из воротника грубо связанного длинного свитера, и на ней висела связка амулетов, оберегов – ну, или чего-то подобного.

– Привет, Ань, – осклабился он, затем скользнул взглядом по мне, кивнул и снял с плеча здоровенный и явно тяжёлый свёрток, перевязанный бечёвкой.

– Вот, этого тебе на пару недель хватит! – широко улыбнулся он, кладя его на прилавок. – С таким-то количеством посетителей. Ты, главное, как фарш намелешь, в холодок убрать не забудь лишнее.

– Поучи ещё меня! – огрызнулась Аня.

Было заметно, что она разочарована тем, что явился не тот, кого она ждала.

– Ещё поглядеть надо, что за мясо такое, – ворчливо проговорила девушка, доставая из ножен на бедре короткий нож и перерезая верёвку. – Можно ли им людей кормить.

– Можно, не отравятся! – хохотнул парень и снова скользнул по мне взглядом. – Краснохвостый олень. Вот такие рога были! – он широко развёл руки и растопырил пальцы. – Сам загнал!

Очевидно, это был тот самый Лёнька, о приходе которого Аню предупреждала мать.

– Так прямо сам? – недоверчиво протянула девушка.

Я понял, что она подначивает собеседника.

Парень ударил себя в грудь.

– Клянусь! Неплохо для третьего ранга, а?

– Для третьего – нормально, – ответила Аня. – Сойдёт.

Вот же вредина.

Ловчий заметно скис.

– Ладно, – сказал он хмуро. – Брать мясо будешь? Мне некогда тут с тобой весь день лясы точить. Отец ждёт.

– Не обижайся, Лёнь, – примирительно проговорила Аня, наклонилась к прилавку и понюхала розовый с тонкими бледными прожилками кусок.

Выглядел он, кстати, великолепно. Я в магазинах таких давно не видел.

– Как будто с душком, – тем не менее, заявила девушка. – Ты чем его завалил-то? – в голосе появилась подозрительность. – Молнебоем, что ли⁈

– Рехнулась⁈ – взвился парень. – Каким ещё молнебоем⁈ Самой обычной пулей, прямо в глаз попал!

– Да я же чую, что в этого бедолагу боевым заклинанием шмальнули, – ничуть не смутилась Аня. – Ты что, не знаешь, что от него в мясе запах остаётся? Нет, ты сам понюхай! Понюхай-понюхай!

– На кой хрен мне его нюхать⁈ – заводился ловчий, от чего его веснушчатое лицо постепенно покрывалось розовыми пятнами. – Нет никакого запаха и быть не может! Если не разбираешься, так и не болтай!

Девушка ещё раз втянула носом воздух.

– Ну, может, и нет, – сказала она нехотя. – Показалось, наверное. Ладно, возьму. Так уж и быть. Двадцать костей?

– Двадцать семь! – буркнул ловчий. – Как всегда. Цена стандартная, ты сама отлично знаешь.

– В прошлый раз было двадцать.

– Было двадцать четыре. И то лишь потому что ты меня замучила торгом!

– А тебе было лень тащить мясо обратно и объяснять отцу, почему так получилось. Давай, Лёнь, пожалей бедную девушку. Пойди навстречу. Ты же видишь, в заведении шаром покати. Нет никого.

– Какое мне дело⁈ – буркнул парень. – Это твои проблемы. Может, просто готовишь паршиво?

– Наглец! Ты ел да нахваливал.

– Не хотел тебя обижать.

– Да неужели?

Было видно, что ловчий готов сдаться. Ему лишь требовалось немного поспорить, чтобы сохранить лицо.

– Отец сказал, меньше, чем за двадцать пять не отдавать, – проговорил он. – Так что выкладывай кости, или я потащу этот великолепный кусок оленины обратно!

Аня звонко хлопнула ладонью по прилавку.

– Ладно, твоя взяла! Умеешь настоять на своём. Вот, держи, – она покопалась в ящике под прилавком, вытащила и отсчитала маленькие разноцветные прозрачные кубики, похожие на игральные кости, только без крапления. – Отцу привет.

– Ага, больно он ему нужен, – улыбнулся ловчий, снова приходя в хорошее настроение. – Оставь себе и сделай с ним сама знаешь, что.

– Шагай давай! Умник!

– Да уйду, не беспокойся, – парень ловко сгрёб с прилавка кубики. – Для Олега что-нибудь есть? Передать ему, чтоб зашёл?

– Скажи, что есть, – чуть помолчав, ответила Аня. – А зайти или нет – это уж его дело.

Ловчий кивнул.

– Понял, передам. Ну, пока! Ещё увидимся.

Коротко кивнул мне на прощание, он вышел на улицу.

– Шика-арно! – протянула Аня, поглаживая кусок оленины.

Завернув его в бумагу, она развернулась и понесла мясо на кухню, пройдя мимо меня.

– Это был не Симеон, – бросила девушка на ходу.

– Да уж догадался.

Как писалось в одной детской книжке, всё страньше и страньше.

Сидя на кухне на табурете, я наблюдал за тем, как Аня ставила пирог в духовку.

– Ну, всё, – сказала она, распрямляясь. – Как сготовится – поедим. Надеюсь, ты не слишком голоден? Хватило тебе того брикета?

– Да, вполне. Похоже, очень калорийная штука.

– Ага. Ещё какая.

Стащив фартук, она повесила его на крючок и села за стол справа от меня. Налила стакан воды из графина и выпила всё несколькими жадными глотками. Вытерла губы тыльной стороной ладони.

– Насчёт кубиков – сказал я.

– Что? Каких кубиков? – не поняла девушка.

– Разноцветных. Которые вы костями называете.

– А-а… И что с ними?

– Откуда они? В смысле – почему ими расплачиваются?

Аня наградила меня долгим задумчивым взглядом. Её брови слегка сдвинулись к переносице, губы чуть сжались.

– Ты совсем ничего не знаешь о том, что тут происходило, да? – проговорила она. – Ясно… Ладно. Кости добываются из мелких зверей. Магических, ясное дело. Тех, в которых разума нет, а способности всякие имеются. Приносят их ловчие, расплачиваются ими – так кости попадают в обиход. Сами по себе они особой ценности не имеют, но если собрать побольше одного вида, то можно сделать артефакт. Амулет, например. Какой способностью животные обладали, такая и у тебя будет. Даже если эфира не имеешь.

– Эфир – это магия? – уточнил я.

Пока готовился пирог, делать девушке было нечего, так что я решил воспользоваться моментом и хорошенько расспросить её. Надо же пополнять знания об этом месте. И чем быстрее, тем лучше.

– Магия бывает двух видов, – почему-то недовольно ответила Аня. Кажется, мои вопросы вызывали у неё досаду. – Эфир и Скверна. Природа у них одна, а результат разный. Ловчие, которые зверей добывают и мясо приносят в город, а также приручать животных умеют, знахари вроде Пахома и твари лесные с магическими способностями, которые не норовят тебя убить, как только заметят – все они с эфиром работают. А вот ультры, которые проклятых отродий приручают, гули, колоссы да чудища волшебные со Скверной дело имеют. Они, в основном, за стеной обитают. Но нет-нет, да и в город заявляются. Колоссы стену всё сломать норовят.

– А мастера? – спросил я. – Они же механизмы собирают, так?

Моя собеседница кивнула.

– Ну, да. И ремонтом занимаются.

– Они тоже маги?

– Не-а. Обычные люди. Просто руки у них из нужного места растут. Вот ими они и собирают из того, что найдут, да сами сделают, машины всякие. Ну, и, главное – мехов. Это которые нас от тварей защищают. Ты их ещё не видел. Здоровые штуки.

– А как они работают? – задал я весьма интересовавший меня вопрос.

Судя по тому, что я видел до сих пор, компьютерами, смартфонами и вообще высокими технологиями в этом мире даже не пахло.

– Как работают? – переспросила Аня. – Сердечник в машину вставляют, затем артефактор настраивает пульт контроля – и мех слушается хозяина. Почти как с животными получается. Сознание зверя в сердечнике остаётся, и им нужно как-то управлять. Вот контроллер и даёт владельцу власть над животным. Ну, или мехом.

– Но ведь звери не умеют делать всякие вещи, которые требуются от мехов. Как же заставить, например, сердечник от волка собирать… ну, не знаю… капусту на огороде?

– Конечно, не умеют, – кивнула Аня. – Им и не нужно. Для этого артефактор создаёт нужный скрипт, в котором всё, что меху положено делать, прописано.

– Видимо, дорогое удовольствие – мехов делать.

– Дорогое. Только это не удовольствие, а необходимость. Так что ради сбора капусты машины никто не мастерит. С этим и человек справится.

– Так… Ясно. А сердечник – это, видимо, кристаллы вроде того, который ты подобрала на лестнице, когда мы медведя прикончили. Он, вроде как, из этого синего чудища выпал.

– Угу. Они самые. Кстати, за тот сердечник тебе треть от цены полагается, которую за него Олег даст. Ты ж тоже участие в его ликвидации принимал.

– И дорого они стоят?

– Такой, третьего уровня, под сотню костей. Смотря сколько их в городе. Чем больше, тем дешевле. Но сейчас дефицит, так что цена будет нормальная. Правда, чуть пониже, чем за эфирный. Этот-то проклятый, так что его ещё очищать придётся.

– Я так понимаю, если вставить в меха неочищенный сердечник, получится механического отродье?

– Ага, оно самое. Ультры таких иногда делают, а нам-то они на кой ляд?

– Как я уже говорил, мне не хочется доставлять никому неудобств своим присутствием. Так что почему бы тебе не оставить мою долю себе в качестве оплаты за постой в вашем с мамой доме?

Очень не хотелось чувствовать себя на иждивении. Не привык. Всё сам. Всегда сам. Один. Ну или с товарищами боевыми. Которых больше нет…

Тем более, я не собирался объедать двух женщин. У которых ещё и закусочная практически не приносит дохода.

Аня усмехнулась.

– Этого тебе надолго хватит… – как-то странно сказала она.

– А почему из гулей и той здоровенной твари, которых мы видели в комнате, где я пробудился, ничего не выпало? Ни кости, ни сердечники.

– Потому что у них никаких магических способностей не было. Это просто тупые, кровожадные монстры.

Тут я вспомнил, что должен собирать какие-то детали. Кажется, для разведчика. Наверняка хотя бы часть из них можно купить. А то и все, если повезёт.

Ну, а потом… Потом, видимо, мне придётся собрать из этих деталей меха. И для него потребуется сердечник.

Или нет?

Вообще, не знаю, зачем мне этим заниматься, но опыт с питанием показал, что указаниям лучше следовать.

Судя по всему, какая-то система принимала меня за того, кому нужно пройти постепенное обучение. Возможно, это была специальная программа, призванная провести меня по определённым этапам.

– Слушай, я бы взял немного на расходы, раз это такая большая сумма, – начал я. – Мне тут просто надо прибрести кое-какие детали. Есть поблизости магазин или…

– Слушай, а ты точно спаситель⁈ – выпалила вдруг девушка.

Я аж вздрогнул от неожиданности. Похоже, она уже некоторое время копила это в себе, и вот – сорвалась.

– Просто, если честно, я ожидала вообще другого! – краснея от волнения, заявила Аня. – Мы искали тебя годами, потеряли в сумме одиннадцать человек! Думали – найдём спасителя, и всё-всё изменится! Наконец, нашли, а ты сидишь тут и… – она запнулась от возмущения. – Конфорку чинишь, с пирогом помочь предлагаешь, вопросы задаёшь, какие-то детали покупать намылился, ещё и жить здесь собрался чёрт знает сколько! Не похож ты на спасителя! – запальчиво выдала она в заключение.

Как будто ожидала, что я стану спорить и возражать. Доказывать, что я именно тот, кто знает дорогу в рай.

Глаза её сверкали, губы дрожали, на виске едва заметно подёргивалась жилка. Аня прерывисто дышала. Казалось, она сама от себя не ожидала такого, но и не жалела о сказанном.

– Понимаю, – проговорил я как можно спокойнее. – Ты многим пожертвовала, чтобы найти меня. Но я ведь об этом не просил, верно? И даже не знал, что вы меня ищете.

Слова приходилось подбирать осторожно. Я ж не просто очнулся в незнакомом мире с чистым, не тронутым никаким знанием разумом. Я – пришелец из иной реальности.

Недавно опасался, что попаду к фанатикам, которые придут в бешенство, услышав, что никакой я не спаситель.

Но вот, в чём дело… Я ведь и сам понятия не имел, являюсь ли тем, кем меня считают Аня и её приятели. А вдруг они правы? Что бы это ни значило…

– Скажи честно! – уставилась на меня девушка. – Ты вообще знаешь, где рай⁈ И дорогу к нему!

Глава 7

Я собирался откровенно ответить, что понятия не имею, и объяснить, почему (мол, только очнулся, ещё не разобрался, что к чему), но в этот момент нашу беседу прервал звон колокольчика.

– Да что ж сегодня такое! – взвилась Аня, вскакивая со стула.

Словно фурия, она ринулась к отделявшей кухню от зала занавеске.

Ох, кто бы ни заявился в ресторанчик, я ему не завидую!

– А, это ты! – раздался голос девушки. В нём слышались разом разочарование и раздражение. – Быстро. Что, мало сердечников нынче приносят?

– Может, я просто по тебе соскучился, – ответил мужской голос.

Я в этот момент как раз выходил из кухни, полагая, что пришёл некий Симеон, за которым отправился Пятно, и который, по мнению Шрама, должен был во всём разобраться.

Однако, похоже, это был снова не он.

Парень лет двадцати трёх, одетый в покрытый масляными пятнами рабочий комбинезон, стоял, опершись о прилавок, и широко, белозубо улыбался.

Правда, лишь до той секунды, как заметил меня.

Улыбка сползла с его лица, брови сошлись на переносице, а глаза подозрительно сощурились.

– Кто это? – спросил он резко, не сводя с меня взгляда.

– Тебя не касается! – дерзко ответила Аня. – Знакомый мой. Новый член общины. Мама ему комнату сдала.

– Вот как… – почему-то недобро протянул парень, сжав кулаки. – Поня-я-ятно… Нашла себе приятеля, значит! А я думал…

– Что ты думал⁈ – перебила его девушка. – Что достанешь меня своими приставаниями, и я соглашусь за тебя выйти? – подбоченившись, она склонила голову, и тон её стал насмешливым. – Так я тебе сто раз уже сказала, что не бывать этому! Никак не поймёшь, что ли? У нас с тобой только деловые отношения, Олег. Я тебе – сердечники, ты мне – кости. Так всегда было, есть и будет. А то, что ты вбил себе в голову с детства, это глупости и твои фантазии.

Парень сдёрнул с плеча сумку и резко опустил её на прилавок. Щека у него нервно подёргивалась. Теперь он старался на меня не смотреть. Под загорелой кожей играли желваки.

Ещё полминуты назад я пожалел, что вышел: присутствовать при сцене личной разборки у меня не было ни малейшего желания. Но теперь ситуация резко накалилась, и я уже не был уверен, что стоит оставлять Аню одну. Она, конечно, лихо мочила гулей и прочих тварей, но в парня ведь из автомата стрелять не будешь. А если и выстрелишь, наверняка будут последствия.

Поэтому я перешагнул порог и остановился, давая понять, что остаюсь здесь.

Парень покосился на меня. В его взгляде сквозила откровенная неприязнь.

– Ладно! – выпалил он после короткой паузы. – Как хочешь! Деловые, так деловые. Показывай, коли что есть.

– Отлично знаешь, что есть, – подчёркнуто спокойно отозвалась Аня. – Тебе ж Лёнька мои слова передал.

И она выложила на прилавок три продолговатых кристалла. Один был фиолетовым – тем, который остался от медведя, а два других – прозрачными, как хрусталь.

Олег схватил один из них, поднял на уровне глаз и повернулся к лившемуся из окна свету.

– Второй ранг! – бросил он презрительно. – Без признаков эволюции. Шестьдесят костей, – он положил сердечник на прилавок и взял другой. – Третий ранг. Тоже без вмешательства. Девяносто пять.

Судя по тому, что Аня не возражала и не торговалась, цену парень назначал честную.

Наконец, дошла очередь до фиолетового кристалла.

– Тоже третий, – объявил Олег. – Без эволюции. Проклятый, придётся очищать, а это костей в пятнадцать обойдётся. Так что больше восьмидесяти не дам.

– Идёт, – легко согласилась девушка.

– Это всё? – спросил парень. – Маловато для трёхдневного рейда.

– А ты считаешь, сколько меня не было? – ухмыльнулась Аня. – Мы не в лес ходили.

Её собеседник презрительно скривился.

– Опять искали своего спасителя? Когда вы уймётесь уже? Сколько можно во всякие байки Симеона верить? Народу из-за них полегло немеряно. И тебя рано или поздно прикончат твари, если мозги на место не встанут.

– Тебя не касается! – вскинулась Аня. – Выкладывай кости.

Парень достал увесистый кожаный мешочек, развязал тесёмки и принялся отсчитывать кубики. Длилось это долго. Олег словно боялся лишнюю кость положить. А может, арифметика просто давалась ему с трудом.

Девушка стояла молча, наблюдая за движениями его рук.

– Ровно! – наконец, объявил Олег, придвинув к ней кубики. – Пересчитай.

– Уже, – Аня сгребла кости и ссыпала их в коробку под прилавком.

Парень забрал сердечники, окинул меня хмурым взглядом и вышел, не попрощавшись.

– Я так понимаю, это мастер? – проговорил я, когда дверь за ним захлопнулась под бряканье колокольчика.

– Угу, – кивнула девушка. – Они с отцом и братом мехов собирают и ремонтом занимаются. С отцом, пока тот жив был, всё соревновались. Да превзойти никак не могли. А теперь развернулись, почти все папины клиенты к ним перешли. Не знаю, придёт ли Олег ещё. Ревнивый он. Ну, да не беда. Их мастерская в общине не единственная, а сердечники всем нужны.

– Может, не стоило с ним так резко?

– Это уж мне решать! Надоело повторять одно и то же. Некоторым всё как об стенку горох. Сомневаюсь, что на него и сегодняшний разговор подействует. Подуется недельку и снова притащится. Не сам, так отец пришлёт.

Меня ситуация, невольным свидетелем которой я стал, совершенно не обрадовала. Мне требовалось собрать детали для меха, и я рассчитывал достать хотя бы часть у местного мастера. Но теперь, похоже, этот вариант с Аниной подачи накрылся медным тазом: вряд ли парень захочет помогать тому, кого принял за более успешного соперника в делах сердечных.

– Насчёт того, что я сказала… – смущаясь, начала девушка. – Ну, про то, что ты не похож на спасителя и…

Договорить ей не удалось: дверь опять открылась, и в ресторанчик вошли четверо мужчин.

Один из них был Пятно, второй – высокий подтянутый мужик с окладистой бородой цвета соли с чёрным перцем и множеством мелких морщин, словно оставленных летящими с бешеной скоростью песчинками, третий – очень толстый, круглолицый, с маленькими глазками и широким ртом, делавшим его похожим на лягушку. Последним в ресторан бочком протиснулся знахарь Пахом. Встал у входа, сцепив руки за спиной и глядя в сторону.

Что-то великовата делегация. Чую, не к добру это.

– Спаситель… то есть, Вадим, – начал Пятно, – это старосты нашей общины. Архип, – он указал на толстяка, – и Симеон, – с куда большей теплотой добавил он.

– Добрый день, – ответил я и шагнул вперёд, протягивая руку.

Архип мгновенно отступил, его круглая физиономия приобрела такое выражение, будто он лимон раскусил.

Симеон остался на месте, ни один мускул на его сухом, словно вырезанном из старого дуба лице не дрогнул. Но руки он тоже не подал.

Я опустил ладонь. Что ж, на тёплый приём особо и не рассчитывал. Уже было ясно, что в спасителя тут верят немногие. Хотя Симеон-то, вроде, как раз их них. Даже главный, если я верно понял своих новых знакомых.

Вот с ним-то мне и нужно потолковать насчёт пророчества, но, кажется, сейчас момент не подходящий.

– Так ты называешь себя спасителем? – продолжая кривиться, спросил Архип.

– Меня зовут Вадим, – ответил я. – И никаким спасителем я себя не называю.

– Но Фёдор утверждает, что тебя нашли в древнем храме, – разглядывая меня, как товар на полке, проговорил толстяк. – Это правда?

Я пожал плечами. Собеседник не вызывал ни малейшей симпатии. Может, он тут что-то и решает, но зачем мне под него стелиться? Я сюда как бы и не напрашивался, если что.

Архип взглянул на Симеона.

– Так это и есть ваш спаситель? – спросил он насмешливо.

– Возможно, – отозвался тот, не сводя с меня серых глаз. – От спасителя нельзя требовать признаний или доказательств того, кто он. В него нужно верить. И тогда в своё время…

– Чушь! – резко перебил толстяк. – Мне надоело слушать эти бредни! И не мне одному, имей это в виду, Симеон. Из-за твоих сказочек уже куча хороших бойцов полегла. И чего ради⁈ Чтобы притащить мальчишку? – он бросил в мою сторону брезгливый взгляд. – Взбаламутили народ на ровном месте. Люди уже шепчутся. Пошли слухи, что привезли спасителя.

– Что-то быстро, – проговорила Аня.

– А тебе слова не давали! – прищурился Архип. – Знай своё место, девчонка!

Аня пошла красными пятнами, но сдержалась. Только жилка на виске задёргалась.

– Может, твой отец и имел в общине вес, а у тебя его нет! – высокомерно процедил толстяк, глядя на неё с торжеством. – Людей нужно успокоить. Осмотреть мальчишку и объявить, что он – обычный человек. Пахом сейчас этим займётся.

И он щёлкнул пальцами, подзывая знахаря.

Тот усмехнулся.

– Ишь, расщёлкался, – неприязненно протянул он, не двинувшись с места. – Я тебе пёс, что ли? Забыл, с кем говоришь? Так я в другой раз, как тебя запор скрутит, напомню.

Толстяк мгновенно побагровел. Губы затряслись от ярости. Казалось, он даже не находит слов, чтобы ответить старику.

– А осмотреть мальчонку не помешает, – сказал Пахом, переведя взгляд на меня и делая вид, будто не заметил реакцию старосты. – Может, он подхватил где чего. Ты чей будешь-то, сынок?

– Ничей, – ответил я.

– О, как! – поднял седые брови знахарь. – Скрытный, да? Ну, тогда тебя, тем более, осмотреть надобно. Ты не бойся, это дело недолгое. Я только гляну на тебя, руками повожу, да и скажу, надо тебя лечить али нет. Снимай рубашку, сейчас прямо вопрос и закроем.

– Это исключено! – быстро сказал Пятно, многозначительно глянув на Симеона. – Нельзя так со спасителем! Скажи им, учитель!

– Боюсь, Архип прав, – нехотя отозвался тот. – Нам придётся это сделать. Иначе люди начнут судачить, и поползут сплетни. А мы знаем, что бывает в таких случаях. Напридумывают себе, да сами же и поверят. Ещё и других убедят. В общем, станет только хуже. Потом их убедить в том, что… Вадим не представляет опасности, будет гораздо труднее. Скажут, мы его выгораживаем, защищаем, а на людей нам плевать.

– Вот-вот, – кивнул Архип. – Так что давай, Пахом. Успокой нас.

Вздохнув, знахарь направился ко мне. Но вдруг остановился и взглянул на Аню.

– Есть тут, где нам осмотр провести? Не здесь же…

– Нет! – резко перебил Архип. – Знаю я вас, вы все в сговоре! Я лично должен убедиться, что с пацаном всё в порядке. Иначе не смогу людям это говорить с чистой совестью.

При этих словах Пятно беззвучно усмехнулся. Он, похоже, в совесть старосты не особо верил.

Симеон кивнул.

– Да будет так. Прости, Вадим. Сам видишь, какие… обстоятельства.

В этот момент я понял, что его недавняя речь была адресована мне. Это он таким образом объяснял, почему я должен уступить требованию толстяка.

Что ж, мне скрывать-то, вроде, нечего.

– В качестве благодарности за гостеприимство, – проговорил я. – Не возражаю.

Убрать из голоса все нотки сарказма не удалось, и Архип злобно прищурился. Но говорить ничего не стал. Видать, решил, что я его внимания не стою.

Расстегнув комбинезон, я стянул его до пояса, а затем снял футболку. Надеюсь, дальше раздеваться от меня не потребуют. Потому что тогда у нас возникнут проблемы. Знахарь ещё куда ни шло, но перед остальными заголяться я не собирался.

Пахом быстро обежал взглядом мою грудь и живот, кивнул и перешёл за спину.

– Что⁈ – быстро спросил Архип. – Что там, старик⁈

Похоже, он заметил что-то по лицу знахаря. Тот молчал. Мне стало не по себе. Может, со мной что-то не так, а я не в курсе, потому что не могу себе на спину поглядеть? Это ведь не моё тело, и я понятия не имею, в норме оно или нет. Во всяком случае, по реакции Пахома не похоже, что да.

– В чём дело, доктор? – спросил я. – Не тяните.

– Повернись! – велел мне Архип.

Приказ я, само собой, проигнорировал.

Выругавшись и сверкая глазками, толстяк неожиданно резво обошёл меня.

– Так и зна-а-л! – протянул он через несколько секунд, длившихся, на мой взгляд, слишком долго. – Метки демона! Полюбуйся, Симеон!

Второй староста обошёл меня и встал за спиной.

– Ну, что ты скажешь на это⁈ – толстяк только что не шипел от ярости и торжества. – Знаешь, до сих пор я смотрел на выходки твоих учеников сквозь пальцы, но это уже слишком! Притащить в деревню демона – это неслыханно! И виноват в этом именно ты! Такое тебе с рук не сойдёт, даже не надейся. Я подниму вопрос о том, не пора ли найти тебе замену, на совете старост!

Очень подмывало обернуться и спросить, какого хрена меня сочли демоном. А ещё – хотелось врезать толстяку по физиономии.

Уверен, никто из присутствующих из-за этого не расстроился бы. Но, кажется, я был не в том положении, чтобы распускать руки.

– Это могут быть и священные стигматы, – проговорил Симеон.

– Ну, конечно! – воскликнул Архип и ринулся к двери, переваливаясь, как утка. – Что б ваш демон порога этого не переступал! – выкрикнул он, обернувшись. – Его судьбу тоже будет решать совет!

И староста вылетел на улицу, хлопнув дверью.

В ресторанчике воцарилась напряжённая тишина. Я воспользовался ею, чтобы одеться. Никто не возражал.

Симеон тяжело опустился на один из стульев. Задумчиво потёр лоб ладонью.

– Мне кто-нибудь объяснит, почему этот человек назвал меня демоном? – спросил я, переводя взгляд с одного на другого. – Как-то быстро меня понизили из спасителей.

– Этот жирдяй… – дрожащим от гнева голосом начал Аня, но староста её прервал:

– Аня!

– Простите, учитель! Архип ничего в этом не смыслит!

– Я боялся, что он примет стигматы за метки демона, – сокрушённо проговорил Пятно. – Что теперь будет-то?

– А я вам скажу, что будет! – раздался вдруг знакомый женский голос, и в комнату вошла Анина мать.

Симон нахмурился.

– Подслушивала, Алевтина?

– Орёте так, что и подслушивать не нужно, – отмахнулась та. – Не захочешь, а услышишь. Разбудили меня, черти! – она отодвинула от стола стул, развернула и села. – А будет, Федя, вот, что: Архипка торопиться с советом не станет. Знает, что Георгий его не поддержит. Да вот только тот при смерти, со дня на день к праотцам отойдёт. На место его Борис метит, мастер. Ты его знаешь. Мы все знаем. Думаю, его и выберут. И окажешься ты, Симеон, в меньшинстве. Один против двоих. Потому как Борис с Архипкой давно водятся. Друзья не друзья, а дела у них общие имеются. И мастер Архипа поддержит, что бы тот ни предложил, – она зыркнула на меня и добавила: – Тем более, когда тот поднимет вопрос об изгнании спасителя вашего.