Текст книги "Мастер Алгоритмов. ver. 0.3 (СИ)"

Автор книги: Виктор Петровский

Соавторы: Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Илья сделал глоток, и его лицо расплылось в довольной улыбке.

Атмосферу настроили, теперь можно и поговорить.

Разговор начал Илья. Он отставил в сторону полупустую бутылку «Тархуна» и посмотрел на меня с нескрываемым любопытством.

– Слушай, а как там… Ну, в реале? Как работа? «Циклон» мой как, живой?

– Живее всех живых, – успокоил я его. – Масштабируем потихоньку. Устанавливаем. Техники гоняют на объекты в полные смены, некоторые и по две берут. Жалуются на усталость, но не на зарплату. Так что твое детище город греет, не переживай, и работягам работу дает.

Илья довольно кивнул, откусил еще кусок лаваша.

– А кроме «Циклончиков»? Что-нибудь новое пилишь, небось? Я же тебя знаю, ты на месте сидеть не умеешь.

– Да, – признался я. – Есть такое.

Я вкратце пересказал ему суть наших нынешних проектов. Без лишних технических деталей, просто общую концепцию.

Отметил про себя, что «Сканер» и «Архивариус» его интерес не сильно зацепили. Он слушал, вежливо кивал, но без огонька. Оно и понятно – решения там были сугубо магические, завязанные на плетениях и кристаллах памяти, без сложной механики и пайки. Скукотища для технаря-рукодельника. По министерскому порталу и программам тоже реакции особой не последовало – для него это был темный лес из непонятных слов вроде «бэкенд» и «интерфейс».

А вот когда дошло до «Пульса»… Тут он оживился, даже про еду будто забыл. Датчики, мониторинг, физические параметры сети – это был его язык.

– Слушай, а ведь хорошая штука, – сказал он уважительно. – Нужная. А кто над ним химичит в техническом плане? Схему кто собирает, датчики калибрует?

Я скривил морду.

– Я. По идее бы Сергея, старшего техника, припахать, но как-то он не сильно себя проявляет. Так что я у него спрашиваю всякое по техничке, где сам плаваю, но в основном он по «Циклонам» сейчас занят. Монтаж, бригады, вот это все.

Илья хмыкнул, крутя в руках зеленую бутылку.

– Понимаешь, Серега-то толковый мужик. Руки у него из плеч растут, и опыт дай Боже. Но да, новое не сильно выдумывает, больше по существующей технике человек. Скажи ему, что делать и как – сделает в лучшем виде, по линейке выверит. Если надо будет – то и сам документы найдет, изучит, ГОСТы поднимет. А вот придумывать с нуля, изобретать… Это больше по моей части.

– Нет в нем духа авантюризма, – констатировал я.

– Ага, вроде того. Ему инструкция нужна, а нам с тобой – идея.

Я посмотрел на него и покачал головой.

– Слушай, – сказал я. – Вот странный ты человек, Илья. Телом лежишь в больнице, подстреленный, в коме. Душой сидишь на крыше заброшки, ешь лучшую шаурму в своей жизни, запиваешь лучшим лимонадом из другого мира… А толкуешь за работу.

И тут мне бы прикусить язык – расслабился, уже практически напрямую сказал о другом мире… С другой стороны, какая разница? Все равно рассказать собирался, если спросит – выложу уже, как есть.

Но Илья только пожал плечами, не обратив внимания на мою оговорку.

– Интересно, вот и толкую. Чего время зря терять?

– И откуда ж такой интерес? – прищурился я.

Я чувствовал в этом парне родственную душу. Не просто исполнителя, но человека той же породы, что и я сам. И очень уж хотелось разобраться в его мотивах, понять его исходный код. Что, как и почему. Ожидал услышать нечто похожее на то, чем руководствуюсь сам – желание упорядочить хаос, создать что-то работающее.

– В плане? – переспросил Илья, отставляя пустую бутылку.

– Ну, неужели тебе работа аж настолько по кайфу? – я посмотрел на него внимательно. – Почему так? Обычно люди в твоем положении мечтают об отпуске, а не о схемах.

Илья ухмыльнулся, вытирая руки салфеткой.

– Ну, отчасти тут ты виноват, гражданин начальник. Взял да и начал проблемы решать, интересные вещи предлагать. Движуху навел, суету, как тут остаться в стороне?

Мне было приятно слышать такой отзыв. Значит, я все делал правильно. Я не просто двигал фигуры, я менял атмосферу.

– А другая часть в чем заключается? – спросил я. – Что у тебя вообще за история, как ты к нам такой попал? Расскажи, если желаешь, время есть. Во сне торопиться некуда.

Илья пожал плечами, глядя на огни ночного города внизу.

– Да обычная история. С детства меня маготех увлекал. Был у нас в районе дядя Саша, местный «Кулибин». Чинил все подряд – от утюгов до самоходов. Я к нему в гараж бегал, расспросами донимал, пока он меня не начал гонять. Потом сам что-то свое паял, кристаллы с помойки таскал, заряжал… Даже уроки ради этого прогуливал. Потом школа, техникум, в университет поехал, в областной центр.

– И что, вернулся? – удивился я. – Обычно после универа стараются зацепиться в большом городе.

– Да конечно вернулся, как иначе-то? – Илья посмотрел на меня с искренним недоумением. – Я ж тут родился. Тут родители, тут друзья. Как-то не в радость мне кинуть родной город, когда ему и так хреново. Кто, если не мы?

– И пошел именно в Министерство? – продолжил я допрос. – С твоими руками и головой мог бы к частникам устроиться, в фирму. Там бы и ресурсов больше дали, и оборудования, и денег получал бы раза в три больше.

Илья скривился, будто лимон съел.

– Частники… Это про бабки, Дима. Я пробовал. Им плевать на качество, им маржа нужна. Они, бывает, специально хреновый продукт выпускают, закладывают дефекты, чтоб оно ломалось как только гарантия истечет и клиент за новым пришел. Или чтобы на сервисе его доить. На людей им начхать. Чинушам, в принципе, тоже, но тут… Хоть немного возможностей есть. Если я в Министерстве что-то починю – это тысячам людей жизнь облегчит. Хоть какой-то шанс помочь есть. Хоть немного.

Я кивнул. Чувство понятное и крайне знакомое. В моем мире тоже хватало «эффективных менеджеров», которые гробили отличные инженерные решения ради квартального отчета.

– И как тебе министерская работа? – спросил я. – Оправдала ожидания? До моего прихода, я имею в виду.

– Да скучно, – честно признался он. – Там ведь тоже особо не поизобретаешь. Регламенты, инструкции, «не положено». Только знай себе чини то, что разваливается, да экспертизы проводи. Разработки вялые и редкие, и как правило – минимальные улучшения существующих систем ради распила бабок. Тоска зеленая. Я уже думал увольняться, честно говоря.

Он усмехнулся, вспоминая.

– А потом, значит, вызывает меня к себе чинуша из двенадцатого кабинета. И говорит – давай мы всю эту систему на валу провернем, и поможем одной школе, наплевав на регламент… И не кто-нибудь, а козлина Волконский! Я тогда подумал: точно времена поменялись, тут уже весь лес сдох, не то, что медведь в нем. Пора седлать волну!

Я расхохотался. Громко, от души. Мне неимоверно заходила такая честность. Никакого пиетета, никакой субординации.

– Козлина? – переспросил я, вытирая выступившие от смеха слезы. – Ты, я смотрю, мое желание уйти от официоза исполняешь как джин – получай, что заказывал!

Илья улыбнулся, ничуть не смутившись:

– А разве не козлина? Ходил, нос воротил, на людей как на говно смотрел. Взяточник, пьянь. За прямоту не извиняюсь!

– Было такое, – согласился я, отсмеявшись. Отрицать очевидное было глупо, хоть это был и не я. Но отвечать за репутацию носителя приходилось мне. – Ты тоже, небось, хочешь меня допросить, с чего перемены? Ударился головой, совесть проснулась, инопланетяне похитили?

Илья дернул плечами.

– Не, мне насрать. Изменился и изменился, хорошо же! Главное – результат. А что там у тебя в голове щелкнуло – твое дело. Сам расскажешь, если захочешь.

– Расскажу когда-нибудь, да, – пообещал я. – Когда все это закончится.

– Ну вот. А вообще, давай теперь ты развлеки больного человека историей, – Илья потянулся, хрустнув суставами. – А то все обо мне да обо мне. Что там у тебя в жизни происходит? Не считая рабочего? Девчонки, хобби, тайные увлечения? Ты ведь теперь барон, в конце концов! И как, жить стало лучше, жить стало веселее?

Глава 16

Я вкратце пересказал Илье события последних безумных дней. Про снайпера у Министерства, про «лимонку», которую я выуживал из унитаза (тут Илья едва не поперхнулся лимонадом от смеха), про мои новые защитные алгоритмы и про визит к деду Игнату за артефактами.

– И что, Машка прям так сходу назвала, какая у меня рука? – весело спросил Илья, открывая новую бутылку, теперь «Саян». – Вот это у нее память. Оперативная.

– Память-то да, – заметил я, глядя на него со значением. – Но вообще, сдается мне, она к тебе, похоже, неравнодушна. Вот и помнит такие детали. Девушки обычно не запоминают размер запястья «просто коллег».

Илья рассмеялся, хлопнув себя по колену.

– Конечно, неравнодушна, мы ж друзья! Мы с ней пуд соли съели в этой канцелярии. Она мировая девчонка.

Я усмехнулся и мысленно вздохнул. Святая простота. Инженерный гений, который видит структуру маготеха насквозь, но в человеческих отношениях слеп, как крот. Ладно, не буду лезть. Сами разберутся, когда время придет, сейчас не до сватовства.

– В общем, интересная у тебя жизнь! – заключил Илья, откидываясь на спину и глядя в фиолетовое небо сна. – Боевик какой-то. А я-то уж грешным делом думал, на меня покушались. Но, походу, никому я нахрен не нужен, патроны тратить… Эх. Обидно даже.

Он шутил, бравировал, но есть подозрение, что лежать в коме с дыркой в груди – удовольствие ниже среднего.

– А ты не думал, что из-за меня тут и оказался? – спросил я прямо. – Что я в этом в какой-то степени виноват? Если бы вокруг меня не крутилась эта муть… Ты был бы цел.

Илья приподнялся на локте. Улыбка исчезла с его лица. Он посмотрел на меня серьезно, без тени дурачества.

– Э-э-э, нет, начальник, ты не путай, – твердо сказал он. – Меня в больничку уложила сволочь со стволом. Это он нажал на спуск. В тебя стрелял, в воздух, да хоть в Баюна – дело десятое. Виноват тот, кто стреляет. Так что никаких обид, и не вздумай себя грызть.

Я кивнул. Разумом это было понятно, но услышать от него, знать, что Илья не держит зла, было важно. Снимало груз, который, как ни крути, давил на плечи.

– В общем, осторожнее будь, – добавил он, снова ложась на бетон.

– Прятаться я не собираюсь, – ответил я.

– Да и не спрячешься, – хмыкнул Илья. – Не тот ты человек, чтобы по норам сидеть. Просто головы не теряй. В первую очередь живи, во вторую бей. А так… Всади им там всем, чтоб зубы через жопы повылетали. Благословляю тебя, сын мой гражданин начальник.

Мы рассмеялись. Громко, раскатисто, пугая воображаемых птиц на крыше заброшенного завода.

Посидели еще немного. Допили лимонад, доели виртуальную, но такую вкусную шаурму, поболтали о всякой ерунде – о погоде, о старых фильмах, о новинках маготеха, которые сами могли видеть только на страницах специализированных журналов да технарских форумах. Хороший момент. Спокойный.

Но потом декорации начали бледнеть. Сон терял стабильность, да и время поджимало.

Мы попрощались.

Этот душевный момент был приятен, придавал сил. Но в реале имелись свои дела, к ожиданию не склонные и отлагательств категорически не приемлющие. Пора было просыпаться и идти выбивать зубы.

* * *

Утро встретило меня не ожидаемой тяжестью в голове после нового опыта, а ощущением, будто мне за ночь заменили батарейку. Сноходчество, помноженное на общение с другом, дало эффект посильнее любого энергетика. Я проснулся бодрым, собранным и, что самое главное, с ясной головой. Никакой умственной усталости, никакого «песка в глазах».

Физическая тренировка зашла на ура. Мышцы слушались идеально, тело работало как хорошо смазанный механизм. После – медитация, как магическая тренировка, за ней проверка алгоритмов. Все системы в норме. «Страж» и «Тишина» бдят, «Весы» на всех объектах работают, «Отложка», «Захват», «Экспансия» к бою готовы.

Затем – душ, завтрак, кофе.

Едва я допил чашку, зазвонил телефон.

– Дмитрий Сергеевич, доброе утро, – раздался в трубке бодрый голос Игната Васильевича. – Готов ваш заказ. Можете забирать.

– Оперативно, – оценил я. – Скоро буду.

Сборы вышли недолгими. Пальто, трость, пистолет. Привычный ритуал проверки подъезда и машины. «Весы» молчали и работали, проверки все больше становились необязательными, но при том совершенно не лишними. Всегда следует быть готовым к тому, что враг еще удивит.

До частного сектора добрались без приключений. Ехали, как обычно, петляя и поглядывая в зеркала, но хвост обнаружили только один – тот, что к Баюну прицеплен. Видимо, еще одно покушение было бы слишком наглым даже для них.

Игнат Васильевич встретил меня у ворот, сияя, как начищенный самовар.

– Проходите, Дмитрий Сергеевич, проходите в мастерскую.

На верстаке лежала бархатная подложка, а на ней – три изделия.

Я взял в руки первый браслет. Черненое серебро, тонкая, изящная вязь узора, в которую мастерски были вписаны нужные мне узлы для удержания заклинания. Выглядело это не как кустарная поделка, а как дорогая ювелирка из бутика.

– А это мужской, – мастер протянул мне широкий металлический браслет для часов. Сами часы, видимо, предполагалось переставить… Так, а не нужно ли мне было еще и размер часов сообщить? Или он как раз часовой? Плевать, если что могу ему и новые подарить на выписку из больницы, раскошелиться. Главное что с магическими прибамбасами все было путем.

– Идеально, – констатировал я. – Именно то, что нужно. Каналы чистые, емкость накопителей даже выше, чем я рассчитывал.

– Старался, – дед скромно улыбнулся.

– Сколько с меня?

Он назвал сумму. Я прикинул – практически себестоимость материалов, не более того. Спорить и совать лишние деньги я не стал – мы этот вопрос уже обсудили, и обижать мастера подачками не хотелось. Просто отдал деньги. Наличкой, чтобы не отследили, если вдруг взломают банковский счет.

– Спасибо, Игнат Васильевич. Вы нас очень выручили.

– Вам спасибо, Дмитрий Сергеевич. Заходите еще. И… Берегите себя.

Мы попрощались.

По дороге в Министерство я сделал еще одну остановку. У рынка, возле ларьков с беляшами и всякой мелочью.

– Баюн, – сказал я, паркуясь. – Мне нужно выйти. Но очень не нужно, чтобы кто-то запомнил, что советник Волконский покупал левую сим-карту в переходе. Прикрой меня.

– Будет сделано, – отозвался кот. – Только не дергайся, а то иллюзия поплывет. Сделаю тебя неприметным. Таким… Среднестатистическим мужичком, которого забываешь через секунду после того, как отвернулся.

Я почувствовал легкое покалывание на коже лица.

Вышел из машины. Подошел к нужному ларьку, где за стеклом сидел молодой парень, еще более неприметный, чем мое прикрытие.

– Симку, – коротко сказал я. – Без оформления. С интернетом.

Парень даже не посмотрел на меня толком. Взгляд его скользнул по моему лицу и тут же потерял фокус.

Он пробурчал цену, выкладывая на лоток пластиковый конвертик.

Я положил купюру, забрал товар.

Сделка заняла десять секунд. Никаких чеков, никаких паспортов. Цифровая анонимность, купленная за наличные.

Вернувшись в машину, я выдохнул.

– Снято, – сообщил Баюн.

– Отлично. Едем на работу.

Подъезжая к Министерству, я невольно напрягся, ожидая повторения вчерашнего концерта. Сканировал крыши, искал блики оптики.

Но в этот раз обошлось. Люди спешили по делам, машины ехали, голуби гадили на памятник. Никаких снайперов, никаких автоматчиков.

Хорошо, но это совершенно не значит, что не попробуют через час, два, три, да даже через пять минут. Может, прямо сейчас очередной киллер подъезжает к месту моего нахождения, или наблюдает за домом, желая в него проникнуть.

Я припарковался, осмотрелся еще раз и вошел в здание. Начинался очередной рабочий день.

Когда с текущими задачами было покончено, я решил провести небольшое собрание. В узком кругу.

* * *

Я вышел в приемную.

– Мария Ивановна, зайдите, пожалуйста, ко мне, – начал я с наигранной официальностью. – И позовите Василису Дмитриевну из лаборатории. Скажите, вопрос срочный, но не служебный.

Через пять минут обе женщины были у меня в кабинете. Мария выглядела встревоженно – видимо, слово «срочный» все-таки зацепило ее нервную систему, расшатанную последними событиями. Василиса сохраняла спокойствие, но я знал про ее незаданный вопрос: «Что ты опять задумал?».

Я дождался, пока они сядут, и закрыл дверь, повернув ключ на два оборота.

– Баюн, будь добр, избавь нас от лишних ушей, – попросил я.

– Сделаем, таинственнейший хозяин, – отозвался кот, промурчав заклинание.

Теперь ни одно наше слово не утечет за пределы кабинета.

– Волконский, ты меня пугаешь, – заметила Василиса, наблюдая за моими манипуляциями. – Вызываешь по срочному вопросу, двери закрываешь, тишину организуешь. Неужели… – она приложила ладонь ко рту, будто в шоке. – Нас увольняют⁈

Вот это уже хорошо. Раз шутит – значит, расслабилась хоть немного.

– Вовсе нет. Я же говорил, вопрос неслужебный, – невозмутимо ответил я, возвращаясь к своему столу. – Так что не радуйтесь, вы еще тут работаете. Я собрал вас здесь, чтобы передать три вещи. И вот первая из них.

Я развернул ткань. На столе сверкнули два изящных серебряных браслета и один титановый.

Мария ахнула, потянулась к украшениям. В ее глазах это были просто красивые вещицы. Василиса же посмотрела на меня как на умалишенного.

– Волконский, ты серьезно? – спросила она. – На нас идет охота, мы работаем без выходных, а ты… Покупаешь бижутерию?

– Суть не в бижутерии, Василиса, – я взял один из браслетов и протянул ей. – А в чарах, которые на ней. Надень. И просканируй.

Она с сомнением взяла браслет. Серебро холодно блеснуло на ее запястье. Василиса прикрыла глаза, проводя ладонью над украшением. Ее лицо изменилось. Скепсис сменился удивлением, потом – глубокой задумчивостью.

– Странное плетение… – пробормотала она. – Очень плотное. Я вижу узлы защиты, но структура… Необычная. Не «Панцирь» и не «Эгида». Она… Живая? Реагирует на возмущения?

– Это мой авторский алгоритм, – пояснил я. – «Страж». Он работает в пассивном режиме, не требуя от носителя ни концентрации, ни энергии – питается от накопителя. Его задача – перехват. Любая резкая физическая или магическая атака, направленная в твой личный периметр, активирует щит. Автоматически. Быстрее, чем ты успеешь испугаться.

– Алгоритмическая защита… – Василиса посмотрела на меня новым взглядом. В нем было уважение, смешанное с опаской. – Дмитрий, ты уверен, что она работает? Проверял ли?

– Уверен, – отрезал я. – Проверено на практике. И вот что я вам скажу. Никому. Никогда. Не говорить об этом. Алгоритмическая магия в целом и боевая в частности – это мой главный козырь, ее использовать при знании базы может каждый, и не мне вам объяснять последствия утечки такой информации. Поэтому для всех это просто красивые побрякушки. Понятно?

Команда закивала. Мария уже застегивала свой браслет, глядя на него как на святыню.

Я взял со стола мужской браслет. Протянул его Марии.

– Это для Ильи. Передайте его родителям, пусть наденут ему на руку. Даже в больнице лишняя защита не помешает. Мало ли.

Мария взяла ремешок, прижала к груди.

– А может… Может, вы сами передадите? – робко спросила она. – Вы же начальник, друг…

Я на секунду задумался. Я мог бы. Но…

– Лучше вы, – мягко сказал я. – Родителям будет приятно. Скажите, что это подарок от коллектива. А я… У меня сейчас график сложный.

Настолько сложный, что отнюдь не гарантировал выживания до пробуждения Ильи. А если и доживу – не хочу лишний раз светиться в больнице, наводя на него прицел.

Василиса крутила браслет на руке, привыкая к весу.

– Спасибо, Дмитрий, – сказала она серьезно. – Это… Щедро. И, признаю, своевременно.

– Не благодари. Мне спокойнее, когда вы прикрыты. А теперь вторая вещь, – я улыбнулся. – Знание. То, чего не купишь и не наденешь на руку.

– Заинтриговал, – признала Василиса.

– Встань, пожалуйста, – сказал я ей.

Она поднялась, вопросительно глядя на меня.

– Теперь, – скомандовал я, – наложи на себя чары тишины. Заглуши шаги полностью. Умеешь?

– Обижаешь, – фыркнула Василиса. Одно плетение спустя звуки ее движений исчезли.

– Отлично. Теперь я отвернусь. Твоя задача – пройтись по кабинету. Встать где угодно. Я скажу, где ты.

– Ты будешь подглядывать магическим зрением? Аура? – прищурилась она.

– Нет. Ауру я тоже игнорирую. Давай.

Я повернулся спиной к ним, глядя в окно.

– Начали.

Тишина. Абсолютная. Если бы я полагался на уши, я бы решил, что в комнате никого нет.

Но у меня были «Весы». Контур кабинета исправно передавал данные в мой мозг. Я не то, чтобы видел ее перемещение, но при том точно знал, где она, как двигается и все прочее. Пятьдесят с лишним килограммов материи переместились от стола к шкафу.

– Ты у шкафа с документами, – сказал я спокойно.

Пауза.

– Ладно, – голос Василисы прозвучал удивленно (заклинание тишины она сняла, чтобы ответить). – Попробуй еще.

Снова тишина. Масса сместилась к двери, потом к окну, замерла у меня за спиной, буквально в метре.

– Ты прямо за мной, – констатировал я, не оборачиваясь. – Тянешься к моей трости?

Сзади послышался вздох.

Я повернулся. Василиса стояла рядом, скрестив руки на груди. Мария смотрела на меня восторженно, как на фокусника.

– Как? – потребовала ответа Василиса. – Запаха нет, звука нет, тепловой след я скрыла – на всякий случай. Эхолокация? Воздушные потоки?

– Нет и нет, – я самодовольно улыбнулся. Физиономия у меня, наверное, была хитрее некуда. – Сдаешься?

– Сдаюсь. Говори.

– Я определил тебя по массе, – сказал я.

Василиса открыла рот. Потом сощурилась.

– Это ты меня сейчас жирной назвал, Волконский?

– Вовсе нет! – ответил я, примирительно поднимая руки. – Твое тело имеет массу. Когда ты перемещаешься, ты меняешь распределение массы в комнате. Мой алгоритм это считывает. Ты могла бы весить и два килограмма, я бы все равно узнал. Это физика, Василиса, ничего личного. Закон всемирного тяготения работает даже для самых стройных магистров.

Она фыркнула, но уголки губ дрогнули.

– Ладно. Физика так физика. И что с этим делать?

– Учиться, – сказал я.

Следующие полчаса я потратил на инструктаж.

Портативная версия «Весов» все еще оставалась слишком сырой и глючной. Но стационарную версию, ту самую, которую я нарисовал водой у себя дома, они могли освоить.

Я объяснил принцип, нарисовал схему сигилов, объяснил формулы и жесты для активации и обнуления, и как привязать алгоритм к сознанию.

– Сегодня же, когда придете домой, сделайте это, – наставлял я. – Обмажьте квартиры. Спальню, прихожую. Чтобы вы знали, если кто-то войдет, пока вы спите. Это ваша сигнализация. Она не спасет от пули, но даст вам секунды. А секунды решают.

– И снова спасибо, – серьезно сказала Василиса. – Спать действительно станет спокойнее.

– А что насчет третьей вещи? – поинтересовалась Мария. – Вы говорили про три…

– А, третья, – я улыбнулся, скрестив руки на груди. – Привет от Ильи.

Они так и замерли. Мария побледнела, прижала ладонь к губам, Василиса просто внимательно на меня смотрела.

– Он… Он что, очнулся? – прошептала она.

– Нет, – покачал я головой. – Физически он все еще в коме. Но я его навестил во сне.

Мария моргнула, не понимая. А вот Василиса нахмурилась, глядя на меня с недоверием профессионала.

– Во сне? – переспросила она. – Волконский, только не говори мне, что можешь по чужим снам шастать.

– Могу, – просто сказал я. – Мы с ним неплохо посидели, поговорили. Он в порядке, разум цел, духом не пал. Передавал всем привет, сказал не киснуть.

– Но… – Василиса даже привстала. – Ты не мог научиться этому за пару дней. Это же невозможно. Я слышала про сноходчество, но его слишком долго осваивать, а толку не так уж много…

– Скажем так, у меня талант, – я позволил себе легкую, загадочную улыбку. Не объяснять же им про «неприкаянную» душу попаданца. – И хороший учитель в лице Баюна. Так что факт остается фактом: канал связи есть. Илья держится бодрячком и даже рвется работать.

Мария выдохнула, и по ее щекам потекли слезы. Но это были слезы облегчения. Она улыбалась.

– Спасибо… – прошептала она. – Спасибо, Дмитрий Сергеевич.

– Вот и отлично, – я хлопнул в ладоши, разряжая атмосферу. – Значит, план такой: браслеты не снимать, дома поставить «Весы», на рожон не лезть. И работать, конечно же, иначе врагам останется просто дождаться, пока мы с голоду помрем.

Я отпер дверь.

– Все, дамы. Развод по рабочим местам. У нас еще куча дел.