Текст книги "Алкоголичка (СИ)"

Автор книги: Вика Ром

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Последний узел. 25.1

Дома я первым делом позвонила Лене, и о чудо! Я испытала катарсис, когда услышала, что компаньона Антона поймали.

– Лена! Я в шоке!

– Я тоже. Серёжа сказал, что его взяли, когда он засветился в качестве соучредителя консалтинговой фирмы. Это ж надо быть таким тупым.

– И что? Он выдал Антона?

– Не могу сказать. То есть, я не в курсе.

На радостях я сбегала в спортивный зал. Теперь я точно знала, что подарить Филу – абонемент. И для здоровья полезно, и от стресса избавляет. И вечером я набрала его номер, но линия оказалась занята.

Не заморачиваясь с этим фактом, я поглядела на себя в зеркало и поняла, что давно пора постричь и покрасить волосы.

Папа сидел в кабинете за ноутбуком, когда я пришла попросить еще денег. И не только в парикмахерскую…

– Папа? – Я дождалась, пока он посмотрит на меня. – Мне прислали ответ с заводоуправления ещё когда я была в Сочи. Меня ждут на собеседование. Есть верхняя полка в плацкарте на пятницу.

– Но это же неудобно, – засомневался папа.

– Я ночью буду ехать. Лягу спать да и всё.

– Ну смотри. Хотя, постой, а твоя аллергия?

– А что аллергия? – уточнила я.

– Там вредные выбросы. Токсичные газы. Я потому и уехал, что у вас с Леной постоянно сопли текли из-за них.

Вот это да! Невольно я закусила нижнюю губу – папа беспокоится обо мне? Он действительно это делает? Я вспомнила, что он даже Катьку с Дашкой по именам не забыл, как сказал про Толика, что «он не тот» без всяких назиданий, и в деньгах никогда не отказывал. Я воспринимала всё это не как заботу и любовь, а нечто вынужденное его чувством виновности передо мной.

Вдруг я ошибалась?

– Впервые слышу, папа.

Он, глядя на меня, почесал пальцем под глазом.

– Ладно, послушай, для меня сходи к аллергологу, пусть проконсультирует, а уже потом езжай. Все-таки общение с носителями языка это не по телефону номер забронировать. Вдруг тебе понравится. А если что-то случится, вернешься. И поедешь в Шелехово в филиал. Договорились?

– Хорошо. Я согласна.

Он кивнул. Я развернулась, намереваясь уйти, но вспомнила его другое предложение.

– Папа, – я обернулась. – Про мужчину я не шутила. Он правда существует. И он реально… с условным. Но он не рецидивист или типа. Он… без прав короче ездил, – соврала я.

– Так и я не шутил. Приводи, посмотрим.

Я задержалась ещё немного, и всё это время мы молча глядели друг на друга.

– Спасибо, – сказала я наконец. – Извини я… Ну я не должна была говорить некоторые вещи.

– Это ничего. Я даже за.

Мы обменялись неловкими улыбками, и я ушла в свою комнату.

Я взяла телефон с тумбочки и снова набрала Фила, и вновь раздались короткие гудки. Ощущение дежавю заставило меня засуетиться. Я полезла в интернет и…

Фил заглядывал на мою страницу в тот день, когда я сделала селфи с Димой и его книжкой, и поставил на фото лайк. Да вот только страницы Фила больше не существовало: он её удалил.

Испуг холодным пальцем ткнул под ребро. Что ещё Фил мог сделать не в силах избавиться от желания затащить меня в отношения? Устраниться, конечно же, отрезав себе возможность видеть и слышать меня. И я была уверена, что мои выводы объективны.

Я вызвала такси и за пять минут до его приезда, выскочила в коридор, быстро оделась, схватила сумку с подарком и ключами. Спускаясь в лифте я материла себя, что не удосужилась дозвониться до Фила на праздник и потом тоже, занятая свадьбой Крис.

Было около семи, когда я приехала на место. Я чуть не бежала по лестнице, представляя, как Фил обрадуется новости про поимку. В нетерпении я вдавила кнопку звонка. Прижавшись ухом к дверной скважине, я ничего не услышала, и тогда ещё раз звякнула. Должно быть, он на работе, решила я.

Вбив адрес пиццерии, я вышла из подъезда. Ветер, который ещё только занимался днём, теперь разыгрался не на шутку. Кутая лицо в шарф, я добралась до остановки. Стоя в ожидании троллейбуса, я вдруг ощутила пробежавший по спине холодок и вовсе не из-за начавшейся метели. Я подумала, что Фила могли убить…

Я оглядела людей на остановке, осознавая, что на моём лице застыла маска ужаса и мольбы. «Он на работе. На работе! – взмолилась я. – Это жизнь, а не роман в жанре триллер. Незачем кому-то его убивать!»

И всё равно я будто бы во сне зашла в промерзший троллейбус, не чуя под собой ног и с ощущением стылой пустоты внутри.

Войдя в пиццерию, я стянула шарф с головы и подошла к стойке. Кассир принимал заказ, и я в надежде увидеть Фила попыталась заглянуть в окошко выдачи из кухни, но кроме высокого парня в поварской курточке и шапочке не заметила.

– Да? Слушаю вас, – обратился ко мне кассир.

Мне показалось он смотрит на меня с большим любопытством.

– А вы можете позвать Филиппа? – спросила я, думая при этом, что вдруг Фил психанул и уволился. – У меня к нему срочное дело.

– О, – протянул кассир. – У нас к нему тоже срочное дело..

– В каком плане?

– Он уже три дня прогуливает. И телефон выключил.

Я охнула и вся затряслась.

– Как? Как так?

– Что как? – парень уставился на меня недоумевая. – Взял и не вышел.

Повар на кухне, видимо, услышал наш разговор. Он высунулся и сказал:

– Он говорил, что у него проблемы с алкоголем. Запил, наверное. А вы его зачем ищите?

Я сделала два шага назад.

– Он бросил, – пробормотала я, развернулась и кинулась к выходу. Наверное, они решили, что я чокнутая. Да. Так и было. Я была готова вот-вот рехнуться от ужаса!

25.2

Чтобы не терять время, я снова вызвала машину, и во второй раз взлетела по лестнице, но в ожидании худшего. Я утопила кнопку звонка, прижалась ухом к замочной скважине. Сердце колотилось, я вспотела.

«Он мог уехать к Тане. Да. Нет. Он же невыездной!»

– Фил! Это Милана! – заорала я и принялась стучать кулаком. – Ты дома?! Открой мне! Пожалуйста!

Паника охватила меня, и я не знала, сколько орала, звонила и долбила ногой по двери, пока не открылась дверь соседней квартиры.

– Ты кто такая?! – услышала я злой женский голос. – Ты какого хуя долбишь? Я сейчас ментов вызову!

Обернувшись, я увидела немолодую тетку в копеечном халате.

– Вы не видели Филиппа? Вашего соседа?

– А тебе на кой хуй он сдался? Ходят тут блять, то одни долбятся, то другие!

– Кто?! – чуть не заорала я, поняв, кого она имела ввиду.

– Тфу блядь шаболда, – кинула женщина, закрывая дверь.

Всего на мгновение я оцепенела от внезапного потока ненависти с ее стороны, а затем встряхнулась, подбежала, схватила дверь и дернула на себя. Соседка издала изумленное “Оау!”

– Нормально разговаривай! – рявкнула я. – Сама ты шаболда старая! Ты видела его или нет!

– Видела, – передразнивая выплюнула она. – Под забором дохлого!

Она рванула дверь и закрылась в квартире. А я, чтобы не зареветь, крикнула: “Сука!”

Когда я снова оказалась на улице, уже мело, и хлопья снега почти ослепили меня. Если бандиты снова приезжали, если они избили Фила, он мог быть и в больнице. И что мне было делать? Куда, к кому бежать?

До меня не сразу дошло, что в кармане куртки вибрирует телефон. Я вытащила его, надеясь увидеть, что звонит Фил, но это звонила сестра.

– Да, Лена, говори, – попросила я, ощущая, что мои губы онемели.

– Сережа приехал домой. Мила, все не очень хорошо. Ты почему не сказала, что складывалась на открытие пирамиды?

– Лена, мне сказали, это кооператив займов и вкладов.

Я четко услышала протяжный вздох сестры.

– Ты будешь отвечать как соучредитель, – сказала она, – если не докажешь обратного. Господи, Мила!

Всхлип вырвался у меня из груди.

– Лена, там еще Филипп Камолов участвовал. Но он расплатился с долгами.

– Про такого не говорил Сережа.

– Кто-то его избил за эти деньги. Или вроде.

– Что? – протянула Лена. – Кто?

– Я… – я оборвалась, потому что увидела, как из-за угла соседнего дома вышел мужчина, как будто одного роста с Филом и в похожей куртке. Он шел нетвердой походкой с пакетом в руке. – Я перезвоню, – пробормотала я, опуская руку с телефоном.

Я пошла навстречу мужчине, вглядываясь сквозь метель в его лицо, и наконец, убедившись, побежала.

Фил остановился как вкопанный, таращась на меня или же не узнавая. А я поняла, что она пьян, невообразимо пьян!

– Ах ты…скотина… – вырвалось у меня. – Пьянь! – я повысила голос и дальше сорвалась на крик: – Ты где шляешься?! Ты почему трубку не берешь?! Алкашня ты ебаная!

Я не хотела оскорбить, только выплеснуть пережитый ужас. Я замахнулась и ударила его кулаком в грудь. Он пошатнулся, но так ничего и не сказал. Я продолжила бить и кричать. Я орала, что искала его два дня, что он меня забанил, что он урод, козел, а он продолжал таращиться как баран.

– Что там у тебя?! – Я вцепилась в пакет и услышала как звякнуло стекло о жестяные банки. Там у Фила лежали две бутылки коньяка и пиво. – Это так ты решил начать заново?!

Я дернула пакет, ручка лопнула, и бутылка виски упала на дорогу в снег. Но вскоре мою истерику прекратил подъехавший автомобиль. Водитель посигналил дважды и, не дождавшись, пока мы уберемся, с бешенством вдавил клаксон.

Фил схватил меня за руку и стащил на обочину. Я рыдала, когда он обнял меня за плечи. Не в силах унять крупную дрожь, бившую мое тело, я вырвала из его руки бутылку виски, которую он подобрал с дороги, открыла и сделала несколько крупных глотков.

– Я четыре месяца не пила, – сказала я чуть успокоившись.

– Пошли ко мне, – сказал наконец Фил. – Холодно.

Я в остервенении уставилась на него.

– Я тебя с четырех часов ищу! На работу к тебе ездила! Ты где шлялся?

– Мила…

– Да пошли уже, пошли!

Только в квартире я окончательно угомонилась, но пока не остыла до конца. В этот раз уже я помогла ему раздеться и увела в комнату, где посадила на диван. Осмотревшись, заметила, что вещей стало меньше и пропал комод. Выходит, Таня действительно оставила Фила.

Я молча вышла на кухню и аж подавилась бешенством при виде заставленного бутылками стола и пола усыпанного сигаретным пеплом. Вскипятив воду, я налила две кружки чая и в поисках молока заглянула в холодильник – еды почти не было. Видимо, Фил пил, даже не закусывая.

Вернувшись в гостиную, я поставила кружки на кофейный столик и села рядом с Филом.

– Ты решил сгореть? Или что? – Я старалась говорить строго, но мягко.

Фил сидел ссутулившись, понуро глядя на свои руки. Крайне медленно он повернул голову и уставился на меня.

– Ну… выпил… да. Вот так, – едва ворочая языком, пробубнил он.

Я взяла его лицо в ладони и погладила по давно небритым щекам.

– Живой и то хорошо. Фил. Сестра звонила. Этого придурка стриженого в барбершопе поймали.

Когда до Фила дошло сказанное, он выпрямился и как будто протрезвел.

– Поймали?

– Да. Значит, и Антона найдут. Только. – Я провела языком по пересохшим губам. – Нам придется тоже отвечать. Но ты не переживай. Лена сказала, что мы с тобой денег не присваивали. Мы наймем классного адвоката, все обойдется.

Он взял в руки мои ладони и отнял от лица. Я испугалась, что он отпустит их, но он этого не сделал. И поскольку он продолжал молчать, я сказала:

– Прости, Фил. Я звонила на Новый год, но линия была перегружена. Я тебе в мессенджере писала. А потом я на свадьбу к подружке улетела.

Внимательно наблюдая за ним, я увидела, что он глубоко и часто задышал. Я высвободила правую руку и погладила его по волосам, в надежде, что лаской дам понять, что не собиралась бросать его.

Фил зажмурился и потер глаза пальцами.

– Я очень сильно напился.

– Ничего страшного. Боже, я подумала, что те уроды убили тебя! Прости! Ты зачем меня в черный список занес? Я еще не поставила точку.

Он глухо засмеялся.

– Мила…

– Что?

Он взял паузу, отдышался.

– Таня звонила. Просит продать квартиру и разделить деньги. И как-то так все одно на другое наложилось…

– Постой. Ты же сказал, она к матери уехала.

– Ну да…

– И что она хочет? А ты где жить будешь?

– Буду снимать.

Я замерла. И вдруг меня словно пронзило. Я отстранилась, чувствуя, как мной овладевает бешенство.

– Фил. Извини меня, а не пошла бы она?!

Он вскинул на меня ошеломленный взгляд:

– Зачем ты так говоришь?

– Пытаюсь понять. Почему она себя так ведет? Может, она считает, что это только твоя вина? А? – Я снова взяла его лицо в ладони, когда он захотел отвернуться. – Посмотри на меня. Послушай, что я тебе сейчас скажу. В тот день… ну… когда мы напились, Таня сказала мне, что она наврала про беременность. Чтобы приструнить тебя, так сказала она. Не было выкидыша, ничего не было!

Фил дернулся, вырвался из моей хватки.

– Перестань.

– Нет! Она не дура, и поняла, что ты спишь со мной. Да что там. Еще когда мы не спали, она уже боялась, что ты можешь попросить ее о разводе. Когда я приехала искать у тебя работу, она смотрела на меня как сквозь пустоту! Она ревновала. Я ее не обвиняю. Ей больно, я знаю. Но она не избавится от чувства вины, растоптав тебя. Ты тоже потерял ребенка! Тебе тоже больно!

Теперь он отвернулся, и его плечи затряслись. Я обняла его со спины.

– Она не может жить с тобой, и без тебя тоже. Потому что поняла, что теперь некому ее содержать, и бог знает еще что. Если тебе её жалко, если ты этого хочешь, позови ее назад. Скажи или так или никак. Что ты тоже человек в конце концов!

Фил замер, потом обернулся ко мне, а я стиснула его крепче.

– Но она молодая. Она красивая. Найдется другой мужчина. – И набравшись смелости, я повторила папины слова: – Она хорошая, но она больше не любит тебя. – И после короткой паузы, вкрадчиво добавила: – А я люблю…

– Мила?!

– Ну да, давай, скажи, зачем ты мне нужен. И даже не вспоминай, что я сама не главный приз.

Отстранившись, я взяла паузу, чтобы отдышаться, а Фил повернулся ко мне уже всем телом. Я втянула воздух, боясь разрыдаться.

– Фил, я, наверное, уеду из Иркутска, мне нашли работу почти по профессии. Поедешь со мной? Снимем квартиру, твою сдадим, хочешь, посылай деньги Тане, мне все равно. А что невыездной… Ну напрягу еще раз Сергея, что теперь. Решай.

Я сидела с закрытыми глазами, чтобы не видеть какие мысли отражаются на лице Фила.

– А куда ты поедешь? – только и сказал он.

– В Б… У меня там бабушка с дедом живут.

Повисла пауза, такая жуткая, что я вскинула на Фила глаза, а он вдруг дрожащим голосом заявил:

– Так я же оттуда.

Я открыла глаза.

– Что?!

– Я там до сих пор у тетки прописан. Она моя опекунша была, когда отца… – Фил осекся. – Короче, это странно.

– Ты врешь! В жизни так не бывает!

– Почему? Тут ехать всего девять часов на автобусе. У меня и других вариантов-то не было, когда я выбирал, куда сбежать.

В немом изумлении мы таращились друг на друга, пока Фил неловко не хохотнул. Со стоном усталости я уткнулась лицом в ладони, он обнял меня.

– Мила… Я поеду с тобой, куда скажешь.

– Я очень соскучилась по тебе, Фил, – сказала я, чувствуя на плечах его большие ладони.

Я поцеловала его соленую щеку, потом в губы.

Моя семья была права, говоря, что я упускаю много важного. В одном они ошиблись. Я упускала не из-за тусовок и пьянок, а потому что пыталась заслужить любовь тех, кому до меня не было дела. Да и сама я не умела любить.

Как хорошо, что я наконец это поняла, как хорошо, что я смогу жить по-другому.