Текст книги "Мишень Номер Один (СИ)"

Автор книги: Вета Мур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Светлый быстро прыгнул в свою машину, которую тот урод испортить не успел и начал погоню. Параллельно набирая Костю.

Глава 28

ДОЛГОЖДАННЫЙ ПРАЗДНИК МОЕЙ любимой сестрёнки наступил слишком быстро. Я даже не успела собраться. Через час нужно было выезжать, а я бегала с полотенцем на голове в одном халатике. Ехать мне никуда не хотелось, первый выходной за долгое время. Но не могла я упустить шанс лишний раз покрасоваться перед Светлым. Да так, чтобы его слюньки капали мне прямо на лакирированные туфельки.

День пошёл не по плану с самого утра. Вещи кубарем вывалились, как только я открыла шкаф. Кофты, штаны, миленькие пижамы... Всё валялось на полу. Часы, нет месяцы моего шопинга! Я так скучаю по своей гардеробной, в которой хоть на голове стой! Так мне ещё и горячую воду отключили. Даже не предупредили, гадины такие! Пришлось пищать от резкого холода. Некий контрастный душ, который я до смерти ненавижу.

Несмотря ни на что, я была в предвкушении. Рыжик должен был распространить фотки Андрюши ещё утром. Но ни в университетских группах, ни от него – никаких новостей не было. Я решила подождать до вечера, если он не сделает то, от чём я просила – придётся подключать Игорька.

Я предпочитаю не зацикливаться на плохом, потому я начала подпевать себе под нос, чтобы немного отвлечься. Макияж я сделала праздничный, который обычно делала на чьи-то дни рождения или другие праздники. Например, окучивание Светлого. Лёгкая дымчатая стрелочка с шоколадными тенями и хайлайтером в уголке глаз. Персиковые губки и румяные щёчки. Просто и со вкусом. Не хочется быть бледной поганкой, как одна знакомая Олесечка.

Подумать только, родители устроили торжественный вечер блудной дочери, которая опозорила всю семью, наплевав каждому в душу. Особенно мне. Думают её гадская душонка исправилась? Ага, фигушки! Люди не меняются. Никогда и ни за что. Они могут временно притворяться, чтобы добиться своего, но не более. Никакой совести, раскаяния у них нет от слова совсем. Удивительно, что такой проницательный человек, как мой папа этого не видит.

Схватив в руки фен, я начала делать что-то подобие укладки, а точнее просто сушила волосы, ведь потом всё равно планировала пройтись по ним плойкой. Кудряшки жутко раздражали. Катька находила в них что-то милое и прекрасное, постоянно говорила, что завидует мне, я же в свою очередь завидовала её прямым волосам, которые поддавались воздействию тёплого воздуха и могли спокойно пережить дождь или безобидный туман. В дверь неожиданно позвонили. Я гостей не ждала, потому открывать не спешила. Кому надо – тот подождёт или уйдёт с миром. Однако, навязчивый звук не прекращался.

– Светлый? – спросила я у себя глядя в глазок. Таких важных гостей я не ждала. Не после его скотского поступка.

Фыркнув, я откинула волосы назад и поплелась обратно в комнату заканчивать свой марафет, но услышала голос Его Светлости:

– Валентина, я буду звонить, пока ты не откроешь.

– И ведь не соврал. Скотина последняя. Раздражающий звук продолжился и спустя несколько звонков дверь я открыла.

– Здравствуй, Валентина, – посмотрел мне в глаза выглаженный Светлый с идеальной укладкой и манящим парфюмом.– И вам не хворать, – прислонилась я к дверному косяку, сложив руки на груди. – Роман Андреевич, зачёт я сдала, Андрюши рядом нет... Так что вы здесь забыли? Вы ведь должны быть рядом с моей сестрёнкой. Гладить её по спинке и утирать крокодильи слёзки.– Приехал к тебе.– Зачем? – спросила с дрожью в голосе.

Хотелось услышать, что-то приятное и умиляющее до бабочек в животе. Что он всё осознал, и в конечном итоге выбрал меня, а не Олеську. Что скучал и ждал нашей встречи. Что хочет поцеловать и всегда быть рядом. Надежда всё ещё жила внутри меня. Я правда готова его простить, если он извиниться и перестанет вести себя, как гордый орёл во время перестрелки. Я ведь могу играть в эту ненависть вечно. Пускай даже не сомневается!

– Чтобы отвести тебя на вечер в честь помолвки, – разбил мои надежды этот напыщенный индюк. – Я несу за тебя ответственность после случившегося. Мне бы хотелось проследить и...– Следите за своей невестушкой, человек она у нас ветреный. Хотя... вам это известно больше моего. У вас ведь такая богатая история, – перебила его я. – И следить за мной не нужно, я уже девочка взрослая.– Взрослая? Оленьева, твоё поведение говорит об обратном, – выдохнул он и без какого-либо приглашения вошёл в квартиру! В мою квартиру! Просто обошёл меня стороной и вошёл! Вот же козлина.– Куда вы пошагали? – растерянно заморгала я. – Я вас не приглашала.– И не нужно, я войду и без приглашения, – усмехнулся этот придурок. – Ты ведь не против?– Ещё как против!– Как хорошо, что я беру с тебя пример, Валентина, – увидела я его усмешку через плечо. – Знаешь, а мне нравится лезть не в своё дело и делать то, что хочу я.

Он аккуратно снял обувь и поставил её, как будто под линеечку. Носочек к носочку. И явно почувствовав себя хозяином – побрёл в мою спальню. Самому Богу известно, что он там забыл. Этот мужчина насмешливо вскинул бровь посмотрев на одежду, которая вывалилась из шкафа. Я была уверена, что он заметил каждую пылинку в моей спальне. Я не фанат чистоты, в отличие от Его Светлости. У него, наверное, даже носочки выглажены и трусы, не дай бог, со складочкой будут! Перфекционист хренов. Но за свой беспорядок мне стало стыдно. Немного.

– Боюсь представить, что здесь произошло, – повернулся в мою сторону Светлый и мягко улыбнулся. Как улыбаются детям или глупеньким собачкам. – В твой шкаф бомба упала? Или это своеобразный способ избавления от стресса. Я слышал, что вы так делаете. Копаетесь в своём гардеробе, надеваете старые вещи, а потом целый день крутитесь перед зеркалом.– Во-первых, я так не делаю, а во-вторых, я просто искала подходящее платье. На твой прекраснейший праздник. Между прочим, это тяжёлый труд! Ты сам попробуй цвет подобраться, к нему сумочку и туфли. Так ведь можно и с ума сойти! – недовольно сложила я руки на груди. – И вообще, Козлина Андреевич, что ты от меня хочешь?– Прямо сейчас?– Нет, завтра. Хватит пудрить мне голову. Если вы не собираетесь помочь мне со сборами – прошу на выход. Провожать не буду. Мы ведь ещё сегодня встретимся, когда вы будете обжиматься со своей старой любовью, – раздражённо отбросила я волосы и посмотрела на отражение позади Светлого. Хотелось убедиться, что выгляжу я достойно. Я предпочитаю ссориться красиво. Особенно, если ссора происходит с привлекательным и любимым мужчиной.

Однако, взгляд Светлячка мне не понравился. Каждый раз, когда я упоминаю Олесечку – он бесится, как кот на последней стадии бешенств. Скоро кусаться начнёт. Неприятненько, когда раз за разом напоминают, что ты гниль последняя? А что вы ожидали, Роман Андреевич? Думали, что сможете свободно крутить с двома сестрёнками без последствий? Что я, как дурочка последняя буду слюньки пускать при виде вас? Что я буду слепо любить и верить в вашу невинность?

Играть с ним было весело. Очень даже интересно и развлекательно. Особенно, когда у него от нервного тика венка на лбу выступала. Но всё изменилось. Я влюбилась и играть больше не хочу, а он, до сих пор, относится ко мне, как к шутке. Приезжает и делает вид, будто ничего не произошло, а потом идёт в постель к Олесе.

– Хочешь, чтобы я ушёл? – шагнул ко мне Светлый. Он посмотрел в мои глаза и я начала таить. Понемногу. Никогда не думала, что кто-то будет иметь на меня такое давление.– Зачем ты это делаешь?– Делаю что? – его руки мягко легли на мои плечи и немного их сжали.– Переходишь грань, – выдавила я из себя. – Смотрите не влюбитесь, Роман Андреевич. Взаимностью я вам не отвечу.

Он мягко улыбнулся и провёл ладонью по моей щеке. Светлый притянул меня к себе поближе, так, что наши лица оказались в опасной близости друг от друга. Его пальцы правой руки запустились в мои волосы, левая – крепко сжимала мою талию. Я затаила дыхание и наступила своими тапочками с пушком прямо на его ноги. Возможно, мне захотелось сделать ему больно, но он даже не пискнул!

– Ты очень красивая, – прошептал мне в губы Светлый.

Поцелуй стал для меня неожиданностью. Он получился нежным до треска костей и долгожданным до бабочек в животе. Без обыденной страсти или насмешливых взглядов между нами. Светлый целовал меня неспешно и мягко. Обхватывая лицо горячими ладонями и выдыхая послдений воздух в лёгких прямо в лицо. Он не углублял поцелуй, не сжимал моё тело в надежде на что-то большее. Просто целовал. Как в последний раз. Моё тело тянулось к нему с необъяснимой силой, как магнитом, хоть разум всячески противился этому нарастающему чувству в сердце.

Я болезненно хотела обладать им. Чтобы можно было так целоваться каждый день. У всех на глазах. Чтобы все знали – мы вместе.

Поцелуй закончился быстрее, чем мне хотелось бы. Но традициям изменять он не стал. Оставил долгожданный влажный след на лбу. Заставив меня улыбнуться и на секунду позабыть о его скотской натуре.

– Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться? – развеялась вся магия поцелуя.– Ты сейчас серьёзно? – возмутилась я. – Сначала целуешь, а потом спрашиваешь сколько мне нужно времени, чтобы собраться на твою якобы помолвку?!– Я просто спросил, сколько тебе времени нужно, чтобы собраться, – раздражённо бросил он, утратив нежность во взгляде.– Собраться куда? На свидание с тобой или на смотрины Олесечки, которая будет красоваться тобой перед моей семейкой?– Ты невыносима, – закатил глаза Светлый и подошёл к моему окну, видимо, чтобы остыть.– На себя посмотри, Козлина Андреевич, – не могла поверить я, что снова поцеловала его! – Что ты там высматриваешь? Надеюсь, мою новую машинку. Это ведь главный атрибут любовницы, разве нет?– Чтоб тебя... – быстро задёрнул штору Светлый, а я не поверила ушам. Чтоб меня? Простите? Это уже наглость.– Что ты сказал? – подошла я к нему и стукнула по плечу. – Повтори-ка.Валентина, я не тебе.– А кому? Своему воображаемому другу?

Его Светлость развернулась и демонстративно отодвинула шторы. У него ещё поворотник заело. Правую бровку он то поднимал, то опускал. Она указывала на белую машину, которая расположилась рядом с его. Через одну.

– Красивенькая, беленькая, наверное, дорогая, – уставилась я на него. – Так ты машину решил послать? Не переживай, милый, она извинится и больше рычать на тебя выхлопной трубой не будет, – усмехнулась я и положила руку ему на плечо. – Или ты ревнуешь? Не переживай, они с твоей машинкой маленькие двигатели в подоле не принесут. Можешь оставлять их наедине.– Из этой красивенькой машинки вышел твой отец и Егор, – имя Егора он произнёс с особым ядом. А я в душе радовалась. Ревнует?– То есть, ты намекаешь, что они?...– Приехали тебя навестить.

Прозвенел звонок в дверь. Мы со Светлым одновременно переглянулись и, как два истукана начали смотреть друг на друга. С моим папой Светлый до свадьбы не доживёт. Папа отправит его на тот свет раньше. Может, это даже к лучшему. Не придётся приходить на их с Олесечкой торжество.

– Полезай под кровать, – оценила я все возможные места для пряток.– Ты сейчас серьёзно? – возразил Светлый, когда я судорожно начала выгребать из-под кровати коробки с новой обувью.– Нет, просто хочу поиграть с тобой в Гарри Поттера. Только вместо пыльной кладовки – пыльная кровать, – я схватила его за руку и почти что насильно затолкала его габариты под мою ккровать. А затем прикрыла его недовольное личико кучей коробок.

И сделала я это вовремя. Папа, не дождавшись меня решил сам открыть дверь. Своим ключом, который оставил себе на всякий. Я быстро сделала музыку погромче и села поправлять макияж, который Светлый успел уже испортить. В прихожей послышался недовольный голос папы и скучающий Егора. Господи, проклятый Егор. Можно было хотя-бы его не тащить? Давайте всю семью соберём в моей скромной квартирке. И бабушку, и дедушку, и дядю с третьего колена прабабушки моей двоюродной тёти.

Глава 29

СВЕТЛЫЙ НЕ ПОНИМАЛ, как так вышло, что он приехал к Валентине, а оказался под кроватью. Почувствовал он себя школьником, который прячется от свирепого отца своей девушки. Под тесной кроватью, которая была слишком низкой, чтобы можно было в ней нормально развернуться. Со стороны это выглядело забавно, на деле же, эта ситуация жутко раздражала.

– Валь, а ты что дверь не открываешь? – перебил голос Валентина громкую музыку, которую Валентина быстро выключила и включила свою актёрскую игру. От которой у Светлого свело скулы от улыбки.

Для лучшего обзора – Светлый немного передвинул коробки, чтобы увеличить угол обзора.

– Папа? Я не слышала, что ты звонил. Слишком увлеклась макияжем, – натянула Оленьева дурацкую улыбку. – А ты что здесь делаешь?– Да так, Егорик захотел за тобой заехать, – Валентин похлопал Егора по спине, тот почти согнулся от такого хлопка. Оно и неудивительно. Оленьев мужчина большой, который силу свою не рассчитывает. А Егорик у нас мальчик хрупкий. Не привыкший к грубой силе.

«А Егорик не хотел пойти лесом?» – ревностно спросил сам у себя Светлый, глядя на самодовольную улыбку его потенциального конкурента. Хотя... Конкурента это громко сказано. Обычная мошка, которую легко прихлопнуть, если он посмеет прикоснуться к Валентине.

– Папуль, как ты видишь, я ещё не готова. Вы езжайте без меня. Я на такси прокачусь, – совершенно спокойно ответила Валя.– Папа пускай едет, а я тебя могу подождать, – подал голос Егор. – Как раз познакомимся поближе.

Егорик подошёл к Валентине и резко схватил её за руку. В этот момент, Светлый был готов взорваться от злости. Ему хотелось придушить этого урода собственными руками. Чтобы Егорик познакомился поближе с травмпунктом, а не Валентиной. И давно Валентин стал этому мусору папой? Забыв о том, что он играет в прятки с Оленьевым – Светлый ударил кулаком по полу. Тихо, но заметно.

– Это что за стук? – насторожился Валентин.– Какой ещё стук?– Как удар. Где-то рядом с кроватью, – Оленьев начал двигаться в сторону кровати, но Валя перекрыла ему путь.– Удар? – переспросила она. – Ах удар... Это соседи.– Соседи?– Да. Они какой-то ремонт затеяли, вот молотками во всю по потолкам и бьют. Сейчас то ладно, вот ночью я от неожиданности на кровати подпрыгиваю, – громко выдохнула она. – Каким-то кретинам вздумалось бить по потолку, когда люди рядом.– Вот уроды, – поверил в сказки Вали отец семейства. – Доча, если эти соседи с лишними конечностями продолжал стучать посреди ночи – сообщи мне. Я с ними пообщаюсь. По-соседски.

Телефон в кармане требовательно завибрировал, напоминая о заказаном столике на двоих. Светлый сцепил зубы и надеялся, что скоро это собрание закончится, и они с Валей смогут нормально поговорить в итальянском ресторане. Девушка часто репостила их фото и видео. Потому Светлый и подумал, что ей понравится. Она наивно думала, что Светлый потащит её на помолвку, на которой даже не планировал побывать. Он уже всё давно решил для себя. К чёрту договорённости, к чёрту поклонника, к чёрту Валентина с его помощью.

– Папуль, может, вы с Егориком подождёте меня на кухне? Завари ему чай, а я пока закончу свои сборы.– Только быстро, а не как ты умеешь, – выдал Валентин и вышел из спальни. А вот Егорик остался...

Он подошёл к Валентине и сказал тихо, почти шёпотом:

– Не набивай себе цену, – усмехнулся он. – Всё равно будешь со мной. И тогда я увижу, что у тебя под халатиком.– Я уже набила себе цену. И ты вряд-ли её потянешь. А увидеть, что у меня под халатиком тебе не светит. Не в этой жизни, Егорик.

Хмыкнув себе под нос, он покинул комнату, оставляя Светлого с Валентиной наедине.

– Ты там как? – спросила она шёпотом присев на колени.– Можно было и лучше, – немного размялся Светлый. – Уходить они не собираются.– Похоже на то, – цокнула Валентина и быстро поднялась, а затем на пол плюхнулась подушка в виде барашка. – Подложи под свою умненькую головку.– Заботишься обо мне? – положил под голову мягкую подушку Светлый, тронут заботой девушки.

Валя не ответила. Несколько минут прошло в тишине. Валентина копалась в вещах, а затем встала перед зеркалом. Было непонятно, делала она это специально или забыла о тайном подарке под кроватью. Она примеряла наряд за нарядом, пока не остановилась на одном. Длинным шёлковом платье с открытой спиной. Чёрного цвета с завязкой на шее. И тогда Валентина начала одеваться... А Светлый не мог отвести взглядя, хоть и очень пытался это сделать.

Халатик ловким движением полетел на кровать, оставляя Валентину в одном нижнем белье. Чёрном, кружевном и таким тонким, что было видно буквально всё. Казалось, будто Оленьева делала это специально выводила его. Она посмеивалась и поглядывала в его сторону. Но затем отвернулась от зеркала, собрала волосы в пучок и сняла верхнюю часть нижнего белья. Он наблюдал за ней с чистым восхищением, без какого-либо подтекста. За бархатной кожей, выступающими лопатками и маленькой родинкой на пояснице. За ровной осанкой и длинной шеей, которую он так любил целовать... Всё было так, как он себе представлял. Она была такой, как в его жарком сознании.

– Насмотрелись во все свои четыре глаза? – насмешливо спросила она, немного повернув свою голову, прикрывая грудь элегантным платьем.– Красивое платье... – попытался прийти в себя Светлый.– Это я красивая, а платье лишь меня дополняет.– Да, Валя, ты права... как никогда.

Светлый стыдливо отвёл взгляд. И сделал вид, будто ничего не заметил. Или просто не смотрел. Он впервые испытал смущение смотря на оголённую девушку, которую до жути желал. Особенно сейчас, когда её провокация дошла до предела.

– Валя, ты с кем там разговариваешь?! – прокричал Валентин из другой комнаты.– С Катькой! – молниеносно ответила девушка.

Она ещё немного покрутилась и подействовала Светлому на нервы, а затем поспешно надела своё платье, собрала волосы в небрежный пучок, надела высокие чёрные каблуки с красной подошвой, выбрала блестнящий клатч и шикарные золотые серёжки в виде дождика, которые ей когда-то подарила бабушка на совершеннолетие. Всё это время Роман Андреевич наблюдал за сборами Вали с некой улыбкой и интересом. Заметив про себя, что красивее девушки он не встречал.

Услышав приближабщиеся шаги к двери, Светлый замер.

«Когда вы наконец-то уйдёте?» – устало прикрыл глаза Светлый. Ему уже даже нравилось сидеть под Валиной кроватью.

– Доча, ты готова? – постучал в дверь Валентин.– Да... – недовольно ответила девушка.

Валентин замер в двери, глядя на дочь.

– Хочешь затмить Олесю на празднике?– Сдалась мне эта Олеська, – фыркнула девушка, нанося ароматические масла на тело. Что-то фруктово-цветочное. Приятные, для носа Светлого. – Я для себя нарядилась.– Я то думал, что для Егорика постаралась.– Ага. Заняться мне нечем.– Ладно, пошли, – кивнул Валентин в сторону выхода. – Егорика я уже отправил к машине.– А... папа, я ещё не закончила, может, я потом подъеду?

Отец семейства недоверчиво обвёл взглядом комнату.

– Доча, ты что-то скрываешь? Или кого-то?– Ну что ты, – немного сорвался голос Вали. – Какого ты обо мне мнения?

Светлый напрягся, ведь такой секрет вряд-ли долго можно продержать в тайне. Валентин начал мерить шагами комнату, а в крови было столько адреналина, что хватило бы на группу спортсменов из десяти человек. Он затаил дыхание, когда Оленьев остановился у кровати.

– Ладно, поехали уже, – поспешил он уйти из комнаты.

– Валя, убедившись, что Валентин ушёл – уронила ключи от квартиры на пол и ногой пнула под кровать. В коридоре доносились голоса Валентины и Валентина, которые о чём-то весело разговаривали. И только когда дверь с грохотом закрылась – Светлый спокойно вылез из-под тесной кровати, непонимая, что это только что было. В руках он крепко сжимал ключи с брелком оленёнка. И улыбался, как дурак. От абсурдности ситуации и своих чувств. Роман Андреевич устало уселся на пол и уперелся спиной в кровать.

«Милый Роман Андреевич, откройте дверь ключиком, и не забудьте закрыть её! И да, надеюсь, вы не влюбились глядя на меня. А то взгляд у вас был влюблённым.» – пришло сообщение от Валентины, которое ранило в самое сердечко.

Уже влюбился, милая Валентина Валентиновна.

Глава 30

ПАПА НЕ ВЫПУСКАЛ меня из поля своего зрения. Из-за чего, я не могла свободно переписываться со Светлым. Всю дорогу он читал мне лекцию о том, как небезопасно терять ключи, и какой я бываю рястяпой. Оставалось только надеяться, что домовёнок под моей кроватью благополучно покинул квартиру, и в скором времени, я его увижу.

Честно говоря, я открыла рот от восхищения, когда увидела ресторан, который мои родители арендовали для сборища гостей и знакомства с новым членом семьи. Место пафосное до невозможности, шикарное и одним видом показывает: «Для нас деньги не проблема». Родители выбрали место в самом центре, рядом с высотками и достопримечательностями города. Вычурно, но со вкусом. Я более чем уверена, что папа просто хотел похвастаться перед своими друзьями и главным врагом – моей бабушкой.

Людей собрался полный зал. Среди них мелькали знакомые лица папиных друзей, маминых подруг, депутатов, бизнес партнёров, даже парочка звёзды спустились к нам с небес. Классика русского шансона. Вокруг звучали непринуждённые беседы, шутки, которые понимали только избранные, и лёгкие подколы старых приятелей. Официанты в белых рубашечках разносили закуски и бокалы шампанского важным гостям. Пианист виртуозно нажимал на клавиши, а блестящий паркет постукивал от каждого шага. Ничего нового. На подобного рода мероприятиях – я бывала слишком часто, чтобы что-то могло меня удивить или шокировать. Стандартный вечер, где объявят о соединению двух фамилий. Оленьевы и Светлые станут одним целым. От меня требуется лишь помалкивать и делать вид, что я счастлива за Олесечку. Этого требует бизнес. В котором нет места чувствам.

Я допивала первый бокал и со скучающим видом наблюдала за гостями, за круглым столиком с несколькими мясными закусками. Папа побрёл здороваться со своими старыми друзьями, даже Егорика с собой забрал. Хотя-бы его морду видеть не буду некоторое время. Одна радость. Изредка, я ловила на себе любопытные взгляды мужчин за и под. Некоторые были слишком похотливые и властные. Терпеть таких не могу.

– Хотя-бы сделай вид, что ты рада здесь находиться, – сказала мне мама поздоровавшись с очередным прибывшим гостем.– Мамуль, я рада, – натянула я улыбку. Очень уж искусственную. – Видишь? У меня сейчас скулы лопнут от радости.– Думаешь, я рада этому всему? – повернулась ко мне мама с усталостью в глазах. – Я говорила твоему отцу повременить со всем. Но он ведь ни в какую... Баран толстолобый.

Я тихо кивнула и схватила у официанта ещё один бокал. Хотелось сделать так, чтобы завтра я не помнила этот день. Неприятно смотреть на то, как сестрёнка бегает среди гостей, улыбается, поддерживает светскую беседу, будто она хозяйка этого вечера. В теории, так оно и было. Однако, есть одно жирное НО – она мразь последняя. И менять своё мнение я не собираюсь. Благо, на вечере мы сошлись на том, чтобы не пересекаться. Меня больше удивлял её выбор платья, который накидывал ей лет сорок. Закрытое, молочного оттенка, с бабушкиными рюшечками на рукавах, ещё эти бусины в зоне декольте... Благо, она оставила волосы распущенными, с лёгкими завитками. Это хоть немного прикрывает «удачный» выбор. Видимо с запрещенными веществами она потеряла вкус в одежде.

Телефон начал вибрировать в сумочке. Сообщение за сообщением.

«Валька, ты видела, что в группу прислали?» – увидела я сообщение от Катьки. – «Я чуть не описалась от смеха. Признавайся, твоих рук дело?»

Ванёк постарался на славу. Все университетские группы кипели от новой новости и пикантных фото. Некоторые даже не удержалась от насмешливых комментариев. Сам Андрюша на это никак не реагировал. Может, ещё не видел. А может... уже собирает вещички, чтобы переехать в другой город.

С улыбкой я зашла в наш с Рыжиком чат. Он прислал доказательства своего грязного дела. Отправленное «правильное» аудио декану, даже ректору на всякий случай. И доску почёта. Андрюша точно этого достоин. Славы и почёта. Его трусики и кхм... увидит весь университет, если ещё не увидел. Своей вины я не чувствовала. Сам виноват, что перешёл мне дорогу, а тем более, хотел навредить Светлому.

– Рома пишет? Неужели ты его простила? – тише обычного спросила мама. Я тут же отложила телефон в сторону, всё ещё посмеиваясь от увиденного.– Катька видосик отправила, – сжала я губы, не решаясь спросить. – А папа...?– Не знает. Я ему ничего о тебе с Ромой не говорила, – ласково пригладила мои волосы она.– Спасибо тебе.

Олесечка, которая очень пристально за нами наблюдала – тут же почернела от гнева. Даже её собеседник, которому было больше пятьдесяти, уловил её ведьмовскую натуру и быстро дал дёру. Сдержать улыбку у меня не получилось (я не очень старалась). Особенно смешно стало, когда сестрёнка почти что навернулась из-за неуклюжего официанта, который толкнул её подносом, а потом неловко начал извиняться и, почти что, приклоняться перед нашей Повелительницей Тьмы.

Ближе к семи, папа начал заметно нервничать и поглядывать на время. Если честно, я тоже не находила себе места. Светлый должен был приехать давным-давно. Я очень переживала, что с ним что-то случилось или он действительно застрял под кроватью. Нет, хорошо, что он не приедет на этот вечер и не станет официальным женихом Олесечки, но, тем не менее, моё сознание начало подкидывать мне картинки аварии или, не дай Бог, убийства. Светлый ведь искал какого-то человека, который вставлял палки в колёса. Вряд-ли, он безобидный и пугливый, как зайка на лужайке. А тут ещё и Светлый трубку от папы скидывает.

– Успокойся ты, Рома скоро приедет. Смотри, чтобы давление не поднялось, – мама пыталась всячески успокоить папу. Он не любит, когда что-то идёт не по его плану. И особенно нервничает, когда кто-то может стать свидетелем его ошибки. Гости и так уже во всю начали переговариваться, что нашу Олесечку бросили, даже не доводя до алтаря. Какая жалость.– Опять сбросил, – осекся папа ударив кулаком по столику. – Где его черти носят? Он никогда меня не подводил, а тут... такое.– Да, папочка, иногда люди разочаровывают, – пьяно улыбнулась я допивая уже какой-то так бокал. – Но ты его простишь? Правда? От такого зятя грех отказываться. Идеальная пара для Олесечки.– Наташа, ты какого хрена ей пить разрешила? – папа вырвал у меня из рук бокал и сам его осушил. – Она еле на ногах стоит. Ей Богу, вырастили алкаша. Скоро будет пьяные песни гарланить.– Вся в папочку, – похлопала мама по груди папу и удалилась в толпу. – Позаботься о дочери и не давай ей больше пить. Я пойду маму встречу.

Папа недовольно выдохнул и подошёл ко мне поближе, чтобы в случае чего не дать грохнуться на пол.

– Бабушка приедет? – устало положила я голову на плечо папы.– Да, приедет моя смерть на костлявых ножках. А тут ты ещё в зюзю, – ответил папа. – Старая карга убедиться в том, что я хреновый отец и такой же хреновый муж...– Не говори так, – легонько ударила я его по плечу. – Мама тебя любит и я тебя люблю, и... эта женщина, которая живёт в вашем доме. Наверное...

Папа рассмеялся и мягко приобнял меня за плечи, пытаясь скрыть дрожь в теле. Она у него всегда появляется при виде бабушки и её упоминании.

– Валюша, может, водички хочешь? – мягко спросил папа.

Я не успела ответить, меня перебили. Наглая морда перебила!

– Пап, ты иди, а я постою с нашей Ва-лю-шей, – появилась, как из преисподни, исчадье ада. И я вмиг протрезвела.– Олеся, я быстро, – странным тоном сказал папа. – Услышала?– Конечно, папа.

Её когтистая лапа впилась в мой локоть. До боли и красных следов. Вся её ангельская натура улетучилась.

– Поговорим, сестра? – предложила Олеся.– С ведьмами не беседую, – вырвала я свою руку. – И, кстати, ты сегодня отлично выглядишь.

Она поправила свои волосы и победно улыбнулась.

– Тебе не дашь больше сорока, – продолжила я. – Все старикашки будут твоими. Может, подцепишь себе папика, который проспонсирует твоё хобби. Не придётся у родителей деньги воровать.– Зачем мне старик? У меня будет красивый, молодой и такой сексуальный муж, – начала давить на больное она. – Знаешь, а он ведь такой же, как в свои подростковые годы. Такой же ненасытный. Скажу по секрету, недавно мы почти сломали его кровать. Когда же это было?... Кажется, после того, как он пригласил меня на свидание в какую-то кафешку рядом с вашим универом. Там так уютно.– Так тебя использовали только на одну ночь? – попыталась сдержать я ревность, которая накатывала с каждым её словом. – Какая жалость. Ты только не переживай. Уверена, ты у него не одна такая. Особенна. Дай Бог, ещё раз побываешь в его спальни. Сможешь похвастаться перед своими наркошами. Больше ведь нечем. Ни друзей, ни работы, ни увлечений, ни любящего мужчины, которому ты будешь нужна... – лицо Олесечки перекосило, она сжала кулаки и я была более чем уверена, что она меня ударит, но отступать я не планировала. Пускай все увидят её истинное личико. – Ты даже семью подвела, которая тебя любила. А как там твой любимый? Искололся до смерти или нашёл себе другую дурочку с очень гнилой душонкой?– Закрой свою пасть, тварь... Не смей упоминать Игоря. Я тебя убью! Заставлю гнить в земле.

Она подняла руку, чтобы нанести удар, которого не последовало. Вместо этого, Олесечка уставилась на что-то за моей спиной. И это что-то – Светлый, который пришёл не один. Все трое смотрели на мою сестрёнку с презрением, а Костантин Клыков – ещё и с лёгкой усмешкой. Он бережно обнимал красиво одетую Инну за талию. Выглядели они, как парочка из глянцевого журнала. Костантин в чёрном деловом костюме с растёгутыми верхними пуговками, а его спутница – в облегающем длинном платье цвета игристого, с разрезом на спине и лёгкой шубкой на плечах. Её красные губы изогнулись в улыбке.

– Вот так добрый вечер, – Инна осудила Олесю одним взглядом, а затем по-доброму кивнула мне. – Прекрасно выглядишь, Валя. Истинная наследница Оленьевых.

Олесю перекосило от злости, она пыталась найти поддержку в глазах других. Даже самого Светлого, но он лишь молча смотрел на неё и словно не мог поверить, что его любимая сказала такие вещи. Ну конечно, только недавно с ней кувыркался, а тут она расправой угрожает собственной сестре. За свою шкурку бы переживал. Им ведь в радости и горе вместе жить.

– Валентина, ты в порядке? – неожиданно спросил он не спуская с Олесечки своих четырёх глаз.– Да... – неуверенно ответила. Слова о том, что они почти что сломали кровать – застряли в памяти.Ромочка, она сама напала на меня. Хотела глаза выцарапать, – Олеся быстро приклеилась, как банный лист к Светлому схватив его за руку.– Какая жалость, нужно было прийти чуть попозже, – улыбнулся Костантин. – Инночка, будь аккуратнее, непонятно, что у дикой Валентины в голове. Она ведь на людей бросается. Как ты потом будешь мной восхищаться без своих прекрасных глазок?– Идиот ты, Клыков, – легонько ударила его по плечу Инна, а он лишь лыбу давил и подмигнул мне. Видимо, в знак поддержки.