Текст книги "Мишень Номер Один (СИ)"
Автор книги: Вета Мур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)
Annotation
Я поспорила с самовлюблённым бывшим, что смогу влюбить в себя любого парня.
Кто же знал, что выбор пал на преподавателя в нашем университете? Он холодный, грубый и невоспитанный хам, который жутко бесит. Зато, красивый и умный до чёртиков.
Влюбить его в себя ТА ЕЩЕ ЗАДАЧА!
Только Валентина Оленьва не привыкла сдаваться.
Я добьюсь своего.
По Оленьеву велению, по Светлому владению он станет моим.
Мишень Номер Один
Мишень Номер Один
Пролог
Часть 1. Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Часть 2. Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
Глава 33
Мишень Номер Один
Мишень Номер Один
Вета Мур
Мишень Номер Один
Посвящается всем тем, кто ценит искреннюю любовь
и чувства.
Пролог
БОЛЬ. НАСМЕШКИ. СЛЁЗЫ.
Горячие, горькие слёзы стекали по щекам и падали на зеленоватую плитку убитого университетского туалета. Валентина. Или Валечка, как её называл отец не знала, что жизнь. Новая жизнь. Повернётся к ней вовсе не передом. И всему виной. Он. Хлыстов. Андрей.
Ей казалось, что это имя она запомнит на всю жизнь. Ведь именно по его вине она стала посмешищем на всю оставшуюся учёбу.
– Ублюдок, – повторяла она, словно проклятие.
Ей хотелось выцарапать ему глаза. Она не из тех, кто прощает подобное. Никому. Тем более, какому-то повелителю фотошопа, который учился по курсам на Ютубе. Всем было понятно, что её фото в белье в красный горошек не более чем подделка. Но всем всё равно. Они нашли новую жертву. Только длинноволосая девушка жертвой себя не считает.
Ладонями, Валя попыталась вытереть слёзы. Нет, не для того, чтобы вернутся. Чтобы уйти. Уйти красиво. С гордо поднятой головой. А потом найти Хлыстова и уничтожить ему жизнь. Если он таким способом хотел привлечь её внимание, то поздравляю. У него получилось. Гнев Оленьевой направлен на него.
Девушка неумело, нелепо поднялась. Поправила тесные джинсы, которые подчёркивали длинные худые ноги, но двигаться мешали. А затем подойдя к тусклому зеркалу, которое показывало только тёмную тень. Силуэт. Попыталась поправить волосы.
Всё вокруг плыло.
Даже не от выпитого алкоголя. Хоть выпила она и немало. Еле на ногах держалась.
Больше от слепоты.
Какой-то придурок во время позора решил толкнуть её. Когда Валя пыталась скрыться. Хватило же наглости.
На душе было так гадко, что хотелось выть. Она не привыкла показывать слабость, но даже сильным людям нужен отдых. От других людей.
Быстро схватив телефон и увидя несколько пропущенных от матери, Валя выдохнула. Но когда увидела пропущенный от отца. Один. Единственный. Затаила дыхание.
«Что-то случилось…» – повторяла она про себя.
Тут же закинула телефон в маленький чёрный клатч и побрела к двери. Но не успела она её открыть, как её озарил жёлтый. Ослепляющий. Свет.
Валя тут же прикрыла белоснежное лицо, покрытое чёрными дорожками от слёз, которые смешались с тушью. Благо, стрелки остались на месте.
Послышались шаги, тяжёлые, уверенные. Мужские.
Девушка, чьи волосы начали закручиваться от влаги только шикнула:
– Что надо? Не видишь, что занято?
Она попыталась посмотреть через ладонь, кто же там. Но увидела лишь тёмный силуэт. Расплывчатый. Большой. Во всём тёмном. Он выше неё на две головы, но её это не пугало.
Мужчина двинулся вперёд. Переступая через порог и входя в темноту.
Он ухмылялся. Его не беспокоила судьба девушки. И то, как с ней себя повели.
– Прости… я не хотел, – тихо, будто боялся спугнуть бедную девочку, произнёс мужчина.
Валя сразу поняла кто это. Хлыстов. Сам пришёл. Ведь просто так не извиняются?
– Совесть замучила? Или стыдно стало?
Мужчина ничего не ответил, только посильнее сжал очки. В чёрной оправе, которые Валя так тщательно выбирала у окулиста, чтобы не быть последним посмешищем.
Он протянул ей их. Невзначай, будто случайно.
Но девушка ничего не видела. Даже не дёрнулась. Она пыталась разглядеть его лицо. Того, кого будет ненавидеть все следующие четыре года. Если не больше. Но ничего не получалось. Только глаза стали сильнее болеть.
– Пришёл посмотреть, как я страдаю и мучаюсь? – Валя специально встала на носочки, чтобы всмотреться в лицо мужчины. Но только пошатнулась и почти упала на плитку.
Если бы не сильные мужские руки, которые в моменте крепко схватили её за плечи.
У Вали всегда в голове был один ветер, который переплетался с желанием получить свежие эмоции. Любым способом. Ей нравиться играть. И выигрывать в её же игре. Правила ведь её.
В детстве она устраивала концерты родителям. Да такие, что Оленьевы были готовы рвать волосы на голове.
То она сбежит в другой отдел пока они выбирают продукты. Там ведь куколки и игрушки. Это намного веселее взрослых покупок.
Доведёт надоедливую тётку своими словами и поведением до больницы. Только из-за того, что она посмела нагрубить матери.
То при помощи интриг и уговоров заставит подраться мальчиков. Так скажем, за её сердце.
Или залезет на дерево, чтобы спасти бездомную кошку, а потом не может спуститься. Ведь, как оказывается она боится высоты.
Родители, вся семья думала, что со возрастом она изменится. Но не получилось.
Валя только улыбнулась. Алкоголь уже давно ударил в голову. Только это была некая бомба замедленного действия.
Как можно отомстить человеку, который испортил тебе жизнь?
Правильно.
Заставь его думать о тебе.
Каждый день. Каждую секунду. Чтобы он пожалел о том, что сделал.
Это правило Оленьевой. По которому она живёт всю жизнь. Ох, скольких же парней она погубила. Но сколько радости получила.
Мужчина не мог оторвать глаза от карих горошин. Тёмных, как его любимый горький кофе с молоком, которое он всегда пьёт по утрам.
В её глазах он видел себя, но другого. Того, кем не был давно.
«Ты?…» – спросил он про себя.
Ведь такого не бывает. Они ведь не сказки, а это не волшебное царство, чтобы встречать того, кого не видел кучу лет.
Валя улыбнулась и сама от себя не ожидая наступила ему на ботинки. Чёрные, налакированные.
Улыбка, такая искренняя и тёплая озарила её лицо, на котором появились ярко выраженные ямочки, которые он помнил всегда. На другом лице.
Мужчина остолбенел.
Только руки жили своей жизнью. Легко, невесомо накрыли хрупкую талию девушки, так, чтобы она не повредила себе ничего. Очки невесомо повисли на нескольких пальцев.
– Аккуратнее, – сказал он, будто предупреждая себя.
– Ты лучше думай о себе, – девушка привстала на носочки и обвила тёплую шею мужчины руками.
Каблуки впились в мужские ботинки. Но тот даже не пискнул. Просто стиснул зубы.
Боль он любил. Она делает сильнее и лучше. Только слабаки её избегают и бояться. Ведь нельзя бояться того, чего нет. Она внутри. Её никто не видит, пока ты держишь своё лицо.
Хрупкое тело резко приблизилось к остолбеневшему мужчине. Тот сразу почувствовал приятное тепло и не менее приятный запах, который исходил от неё.
Лицом, она приблизилась к нему. И тут же начала испытывать его. Приближалась, отстранялась. Пару раз «случайно» столкнулись носами.
Он мог бы уйти.
Он хотел.
Но не мог пошевелиться.
Сам не знал почему.
А потом всё как в тумане.
Жадные и горячие губы впились в холодные и грубые. Персиковый блеск смешался с остатками алкоголя. Сильнее опьяняя мужчину, который сам еле стоял на ногах.
Грубыми движениями мужские руки сжимали кожу и тонкую белую кофточку девушки, которая так трепетно и жадно хватала мужские чёрные волосы и оттягивала назад.
Это нельзя было назвать поцелуем любви или нежности.
Это была БОРЬБА. БОЛЬ. НЕНАВИСТЬ.
Которую Валя испытывала к Хлыстову, и которую сам мужчина испытывал к себе после сделанного.
Только осознав это, он оттолкнул её. Аккуратно, чтобы не навредить, но и так, чтобы не прильнуть снова.
Девушка рассмеялась:
– Что? Не понравилось? Или настолько понравилось, что захотелось растянуть удовольствие?
Но он молчал… Сделал несколько шагов назад. Его рука сжимала очки до хруста. Этот поцелуй сломал в нём всё, что он строил до этого. Мужчина никогда не чувствовал ничего подобного. Такого притяжения и желания. Но это неправильно. Он понимал, что она пьяна, да и он не был трезвиником. Ему ничего не оставалось, как просто уйти. Шаг за шагом. Продолжая сжимать очки, как последнюю ниточку связующую с реальностью.
Что-то внутри Вали оборвалось. Она даже хотела сделать шаг за ним. Но вовремя остановилась.
Мужчина продолжал отступать назад смотря на ту, которую не видел так давно. И которая ни капельки не изменилась. Которая бегала за ним хвостиком повторяя свою глупую дразнилку. Ту, которую видел чаще, чем собственную мать, которая занималась только своим вторым ребёнком.
– Завтра я тебя не вспомню, – усмехнулась Валя. Даже не зная зачем.
– И я.
Он соврал.
А она поверила.
Часть 1. Глава 1
Два года и несколько месяцев спустя.
ВЕЧЕР. ДОЖДЬ. ОСЕНЬ.
Маленькая и душная аудитория наполнилась тихим сопением (кто-то уже уснул от очень интересной лекции) и тихими шёпотами.
Сплетни. Кто-то не сдал экзамен на права. Кого-то бросил парень. А кто-то, как я, просто умирал от скуки и тихого бормотания самого занудного препода на потоке. Это не я его наградила. А так… другие. Точно не я. Нет.
Сидя за последней партой и стуча ноготками по столу хотелось только одного. Домой. Спать. Есть. Смотреть сериалы. Ну уж точно не сидеть здесь.
Многие уже волком посматривают на Виталия Михайловича. Но я их не виню. Сама такая. Это ведь пятая лекция. Еще и пятница. Был бы он нормальным человеком… давно бы отпустил. А лучше бы и не приходил вовсе. Теперь пусть терпит эти колкие взгляды в свою строну.
Потянувшись и положив голову на парту, а точнее на тетрадку. Абсолютно пустую. Как и этот предмет, который не нёс в себе ничего полезного, я повернулась к Катьке. Которая, кажется, была единственной в группе с отличным настроением. С чего бы это?
Быстро, почти незаметно, я бросила один маленький взгляд в её телефон.
Зайчик?! Котик?!
Господи. Такой зоопарк может быть связанным только с одним животным.
Максимка. Черти бы его побрали.
– Зайка, ты покушала? – прочла я одну из строк.
Катя, чьи глаза уже кричали: Я ЕДУ!
Повернулась ко мне и фыркнула:
– Валька, не начинай.
– Это ты не начинай. Не с ним.
Она закатила глаза.
Из всех её бывших, его я ненавижу больше всего. Идиот одним словом. Запрещал нам общаться. Видите ли, я плохо на неё влияю. Тоже мне святоша… Сам козни против неё строил. А Катька… Что с неё взять? Влюблённая дурочка. Но она моя дурочка. За которую я горой.
– Максим предложил встретится?
Я рассмеялась. Тихо, чтобы препод не заметил. Это даже смешно.
– И что? Сильно плакал? – фыркнула я. Зная, что подруга не согласиться.
– Ну… Я согласилась.
Честно? Я никогда не думала, что Катюшка может наступать на одни и те же грабли несколько раз. Ладно один. Но несколько? Это даже для неё слишком.
У меня даже глаза полезли на лоб от услышанного. Где такое видано? Чтобы таким козликам горным давали второй шанс?
– Не смешно, – хмыкнула я. До последнего надеясь, что это не смешная шутка.
Но подруга лишь сжала губы и повернула экран телефона.
– Как мило. Еще и экран весь в сердечках. Ну прям любовная-любовь. Когда свадьба будет, чтобы я в календарике отметила.
– Он поменялся. Правда. Я ведь не просто так согласилась. Максим стал другим человеком. Я столько приятных слов в жизни не слышала.
Я громко выдохнула.
Приятные слова. Конечно. Лапшу на уши повесил, а она и радуется.
– Максимка – гад последний, – покосилась я в её сторону собирая волосы в небрежный пучок. – Нашла героя-любовничка. С таким же успехом ты можешь познакомиться со случайным парнем в клубе и переспать по-быстрому. Может, на пару ночей вас хватит.
– Мы ведь год встречались. Не чужие друг другу. Я ведь ничего о тебе с Андреем не говорю. Кстати, где он?
Конечно, я ведь должна знать о каждом шаге этого урода. То, что мы остались друзьями ничего не значит. Мы ведь не решили всё вернуть. Да, пару раз пытались попробовать сначала. Но я поняла, что это тоже самое, как склеить разбитую вазу. Выглядит прилично, но вода вытекает.
– Во-первых, ты говорила, что нам лучше не общаться, чтобы не вспоминать прошлое, – набрала я воздух в лёгкие. – Во-вторых, я понятия не имею, где этот человек. А в третьих, ты сама с сим общаешься и дружишь. Почти за ручки ходите вместе.
– Дружим? Это громко сказано. Общаюсь с ним только из-за тебя. Если он только глазок бросит в твою строну…
Катюшка жестом показала, что тогда моему дорогому бывшему не жить. Останется без своей светлой головки надежды семьи, которая не приняла меня. Видите ли у них есть кандидатура получше. Серьёзно? Лучше меня?
Перечислим мои плюсы.
Я красивая, умная, образованная, весёлая, добрая, верная, уверенная в себе и… И вообще-то, я – Оленьева. А это уже ничего себе. Дочь самого Валентина. Известного бизнесмена.
Лучше меня точно никого нет.
Но раз уж он так любит свою мамочку, то пусть и живёт с ней и дальше. Пускай женится на ком хочет. На блондиночке с косметичкой вместо мозга и с огромным эго, больше, чем у Хлыстова в штанах. Удачки им и деток побольше. Надеюсь, хоть на свадьбу пригласят. Поесть я люблю.
За окном прогремел гром и блеснула молния. Я тут же поёжилась. И вжалась в стул.
– БУ! Страшно? – рассмеялась Катька.
– Страшнее твоего Максимки никого нет.
Подруга рассмеялась, а тут, как в той самой мелодраме, которая идёт по телевизору, на первом, ворвался Андрей.
В серой толстовке. Наушники в ушах, волосы мокрые, видимо бежал сюда с другого корпуса. Он быстро прошёл между рядов. Даже не поздоровался с Виталием Михайловичем, который явно не рад его появлению.
Девочки, с группы тут же проснулись, как сонные мухи и начали прихорашиваться. Волосы, помада, духи. Конечно, надеются, что золотой мальчик на них посмотрит. Но Андрюша даже не удостоил их взглядом. Быстро подошёл к нам и поставив рядом со мной стул, плюхнулся рядом.
Его белоснежные волосы потемнели от влаги, а голубые глаза пылали синим пламенем.
Чёртик в моей душе пел и радовался жизни. Ну люблю я, когда страдают бывшие, особенно Хлыстов, который принёс немало боли. И не меньше слёз. Измены, фото, сплетни. И моё самое любимое… Эмоциональные качели. Да что уж там. Американские горки.
Катька не упустила момент посмеяться над Андреем:
– Что стряслось? Снова закончился твой любимый гель для укладки?
Я хихикнула, а Катька подмигнула мне. Видимо, вспомнив, как я проторчала на морозе два часа, потому что у милого Андрюши закончился гель для укладки. Который продаётся только в одном магазине. И без которого он не выйдет из дома.
– Очень смешно, Гвоздикова, твой уголовник научил тебя таким шуткам? – попытался ответить Андрей.
– Смотри аккуратнее, а то её, как ты выразился уголовник порубает тебя на кусочки, – попыталась защитить я подругу и тем самым напугать Андрея. Зная, как он его боится.
Хлыстов лишь хмыкнул и закинул ногу на ногу. Сжимая скулы и смотря в окно. И в следующий момент:
– Вы знали, что в универе новый препод? – отбросил он наушники на стол.
Дело серьёзные. Наушники он не снимал, даже во время свидания. Даже когда знакомился с моими родителями, даже когда… А нет, тогда снимал, потому что они постоянно вылетали из ушей. Неудобно.
– Ого… Через месяц сессия, а тут новый преподаватель. – удивилась я.
– Конечно. Новый он только у меня. Вы ведь на философии в другой группе.
– Так он философ! – встрянула Катюшка. – Красивый хоть?
– Вы думаете, меня его красота интересует?
Катя подняла бровь и тут же взглянула на меня. Все мы знаем, что Хлыстова интересует только он и его сомнительная красота, которую он постоянно шлифует в салонах на деньги родителей.
– Короче, этот философ на ножках испортит мне не только сессию, а и диплом в будущем, – цокнул Андрей.
– Андрюша, ты действуй по старым методам. Немного денежек, может, чего-то покрепче и всё. Ты ведь всегда так делаешь. Зачем изменять традициям?
Видимо, моя фраза задела его за живое.
– Да ты что? Умная такая? Я слышал от других, что за такие приколы он меня даже на порог аудитории не пустит.
– Тогда другие методы, – встряла Катька. – Юбку покороче, улыбку пошире, декольте побольше.
Мы с подругой рассмеялась в голос и тут же встретиться глазами с несколькими недовольными однокурсниками, которым мы мешали спать. А также с недовольным преподавателем, который недовольно выдохнул. Но ничего не сказал. За это я и люблю лекции с ним. Она знает, что предмет не профильный и совсем ненужный. Наверное, сам не понимает, зачем он нам в программе?
– Девочки, вы думаете, можно всё решить короткой юбкой? – скривился Андрей, явно поглядывая на меня.
Кто я такая, чтобы оставлять вопрос без ответа?
– Смотря насколько короткая юбка и что под ней. Твоё добро ему вряд-ли понравится.
– Думаешь, твоё понравится?
– Многим нравится.
Андрей тут же посмотрел на меня стеклянными глазами. Катька тоже открыла рот и начала на меня поглядывать. Не буду я говорить ему, что после наших отношений у меня ни с кем ничего не было. Слишком больно и горько. В отличие от этого придурка, который в день нашего расставания пошёл к одной из своих подружек.
– Интересно… кому нравится? Я его знаю? – вспыхнули глаза Андрея. Он уже почти пылал огнём. А я наслаждалась.
– Конечно знаешь, ты ведь здесь всех знаешь.
Под партой, он сжал свои кулаки. Неужели всё ещё любит? Вряд-ли. Скорее всего, просто хочет, чтобы его игрушка была только его. Но не тут то было.
– Говоришь, можешь любого подцепить короткой юбкой? – внезапно выдал Андрей.
– Да.
– Спорим, что ты не сможешь влюбить в себя нового препода по философии.
Катька тут же встряла, пока я пыталась отойти от шока:
– Хлыстов, что за игры?
– Никаких игр. Чистый интерес. Сможет ли наша местная соблазнительница соблазнить местную ледышку в очках.
Играть с чувствами? Это конечно интересно. Но, я ведь даже не знаю противника. Так играть намного сложнее.
– В чём твой интерес, – поинтересовалась я.
Андрей не ответил. Только достал телефон и начал снимать всё на камеру. Поворачивая её то к себе, то ко мне.
– Оленьева Валентина Валентиновна, я ведь правильно понял, что вы согласились на правила спора?
– Какие ещё правила? – спросила я.
– Идиот, выруби камеру, – стукнула Катька по плече Андрея.
Но тот лишь тыкал камерой мне в лицо:
– Правила? Ты должна влюбить в себя нового препода по философии. А если ты этого не сделаешь, то…
– То что? В бубен тебе дам?
– Нет. Дашь мне второй шанс. Второй шанс нашим отношениям.
Катя тут же начала отрицательно кивать головой.
Андрей надеется, что я откажусь, чтобы потом тыкать в это носом. Такой радости я ему не дам. Тем более, в этом нет ничего такого.
Пофлиртую пару раз с красивеньким или не очень преподавателем. Он скажет, что я ему нравлюсь, а я как истинная леди скажу, что мой возраст и воспитание не позволяет нам быть вместе.
Он погрустит, но в конечном итоге будет счастлив такому исходу. А я выиграю спор и утру нос этому Хлыстову.
– Я согласна. Для меня одурачить какого-то философа с книжечкой вместо головы не составит труда, – ответила я. – Только если выиграю я… Ты бросаешь университет и уезжаешь в другой город.
Бровь Андрея выгнулась в неестественную дугу, еще и с такой силой, будто сейчас стол проломит ею же.
– Навсегда? – спросил он.
– Навсегда.
Он долго не думал, только сделал вид, будто учит него есть чем думать.
– Без проблем.
– Тогда я согласна.
Андрей протянул свою руку и мы закрепили спор рукопожатием.
А потом камера отключилась. И некоторые. Точнее, Катя. Были недовольны.
– Валька, это тебе не шутки. Выгнать ведь могут.
– Отношения преподавателя со студенткой не являются редкостью. Если бы так всех выгоняли… Давно бы университеты опустели.
Отлично, я согласилась на спор даже не зная этого преподавателя. Вдруг, он мерзкий старикашка с варикозными ножками или что ещё хуже с грибковыми. Нет, меня точно вытошнит. Или если у него вставная челюсть или вставной глаз.
Это уже будет не игра, а наказание. Ну, что не сделаешь ради спора.
– Как его зовут? – спросила я у Андрея, который уже собирался на выход.
Такое чувство, будто он пришёл только ради спора и уже собирался свалить.
– Кого? – сделал невинное лицо оленя идиот.
– Папу твоего. Философа нашего.
– Ааа… Не скажу. Так будет слишком просто. Сама должна узнать.
Он уже поднялся, надел наушники в уши. Но я так просто не сдаюсь.
Я схватила его за толстовку и потянула на себя, чтобы этот мешок с сомнительным содержанием обратно плюхнулся на стул.
– Эй, осторожнее, только вчера купил.
– И как я по твоему должна найти его? Не зная имени?
Тот безэмоционально хмыкнул:
– А я знаю? Зачем мне облегчать тебе работу? – натянул он капюшон на голову. – Могу описать его.
– Давай уже.
Моё терпение уже было на нуле. Он хочет, чтобы я проиграла. Чтобы снова дала сотый шанс.
– Ну он такой маленький, старенький, лысинький, засохший, в очёчках… И еще у него из глаза вытекает какая-то жидкость, – улыбнулся Андрей.
А меня почти вытошнило. Зачем я представила себе эту картину?
Молодая я. Красивая, свежая иду под ручку с мерзким старикашкой, у которого течёт глаз. Студенты тыкают в нас пальцами, а он мерзко лапает меня.
Бррр… Аж в холод бросило.
Может, сразу поднять белый флаг?
– Ладно, вы тут развлекайтесь, а мне пора, – он быстро поднялся. И будто случайно задел меня плечом. – И Валя, удачи тебе с этим стариком. Если захочется молодого тела – позови меня.
– Не дождёшься.
– Дождусь… И ладно, чтобы тебе было легче, я скажу его фамилию. Светлый.
– Светлый?
Но он лишь улыбнулся и вышел, как ни в чём не бывало. Даже не ответил.
– Отлично, Валька, ты молодец. Теперь придётся мурлыкать с дедушкой.
– Это лучше, чем мурлыкать с Андреем.
– Не могу не согласится.
Мы рассмеялись.
Но мне было не смешно. Думаю, что найти его не составит проблем, но вот влюбить… Его ведь интересует только пенсионный фонд, а мне до него еще лет сорок.
Ладно, профессор Светлый по философии, ждите меня. Ваша новая любовь в виде Оленьевой уже бежит на встречу. Не упустите свой шанс. Ведь, он у вас реально последний.
Глава 2
МОЙ ПЛАН БЫЛ прост. И в то же время, гениален. Как и всё, что я делаю. Он не только продуманный, но и уже почти реализован. В моей голове так точно.
С самого утра я приводила себя в порядок. Даже проснулась в пять утра, чтобы выглядеть на все сто. Точнее, тысячу. На сто я выгляжу каждый день.
Выпрямила свои кудрявые волосы, которые как ветки запутываются во время сна. Спасибо, за отличную генетику и повышенную кудрявость. Которую Андрей называл лапшой быстрого приготовления. Он шутил. Но меня задевало. Каждый раз. Теперь это стало моей рутиной. Утюжок мой лучший друг. Как и косметика, которая помогает скрыть синяки от бессонных ночей.
Наверное, нервишки шалят. Или беспокойство о будущем. Нет, всё-таки нервишки. Будущее у меня простое и ясное.
Стану главой папиной фирмы и буду до конца своих дней заниматься тем, что ненавижу. Числа. Бумажки. Деньги. Хоть эти красивые купюры я и люблю, но возится не очень.
С самого рождения мне дана миссия. Ноша, которую тянуть я не хочу, но буду. Я не могу разочаровать папу. Да и что мне делать? Отдать бизнес Олесе? Я бы с радостью. Только папа наотрез отказывается от этой идеи, после того, как сестра связалась с каким-то наркоманом. Посчитал её неблагоразумной и пустоголовой.
С этим я согласна.
Привезти в дом человека, который вместе завтрака съедает несколько радужных таблеток, а то и не только съедает.
Идиотка. Идиотка, которую я прикрывала. Она ведь моя Леся.
Надев мягкую блузку, которая струилась и спускалась мягкими белыми волнами по плечам, я улыбнулась себе в зеркало. И нанесла помаду вишнёвого цвета. Матовую и стойкую, чтобы ни одно университетское кофе её не съело. Тем более, целоваться ни с кем я сегодня не собиралась.
Только если старичок с грязными мыслишками сам не полезет. Тогда придётся убегать. Или подарить поцелуй, но в лоб. Как покойника. Ему и так не долго осталось.
Ну хороша. Ничего не скажешь.
А эти ноги…
Люблю подчёркивать их юбками. Чем покороче. Мужчины любят ведь женские ноги? Или что им там нравится?
Выдохнув, я схватила телефон и зайдя в поиск вбила:
«Что нравится взрослым мужчинам в девушках?»
Сразу выбило очень интересный ответ.
– Взрослых мужчин интересует не только женская красота, но и её ум. Это немало важно.
Я посмотрела на свой шкаф с книгами, где лежала разная литература. От детских сказок, которые я люблю время от времени перечитывать вспоминая не только детство, но и представляя себя в роли принцессы. Только принца не было.
До сегодняшнего дня.
«Прям красавица и чудовище» – рассмеялась я в мыслях.
Вот тебе и мечты.
Лучше это, чем ужастики Кинга, чтобы этот мужчина был неким монстром.
Короче говоря, мозг и интеллект у меня на месте. Ничего лишнего.
– Шутите. Мужчины любят женский юмор…
М-да… Конечно. Что-то я не замечала, что мужчины падают на пол хвастаясь за живот после моих шуток, связанных со школьным туалетом и позеленевшим одноклассником.
Обычно, на меня смотрят, как на дурочку.
Но смотрят ведь, значит, что-то их цепляет.
Главное, улыбаться и посмеиваться. Ну, что мне тоже интересно и смешно.
Таким образом я почти заполучила первого красавчика школы, который потом насмехался надо мной. Называя Клыкастым Оленем. Я была близка к тому, чтобы перегрызть этому смазливому красавчику его смазливое горлышко.
Бросив телефон подальше, с его глупыми советами. Я сама знаю, что делать. Соблазнять.
Итак, правила соблазнения взрослых и состоятельных мужчин.
Ладно, будем честны. Правила соблазнения старых и немощных.
Во-первых, короткая чёрная юбка с чёрными колготками, которые показывают, что я деловая девушка, но готова пересмотреть наши отношения в немного не деловом ключе.
Во-вторых, распущенные волосы, которые вкусно пахнут, чтобы мужчина хотел утонуть в них. Нюхая их и радуясь жизни. Тем более, жить осталось недолго.
И ещё, естественность. Это обязательно. Вести себя нужно, как ни в чём не бывало. Даже если ты несёшь полную ересь вперемешку с фантастикой.
Можно ещё немного смахивать на дурочку, закидывать ногу на ногу и удивляться каждому общеизвестному факту, который даже ребёнок знает.
Тут должно спасти актёрское мастерство.
А если его нет… Тогда к короткой юбке добавляем расстёгнутую блузку. Чтобы отвлечь этого мужчину. Пусть лучше утонет в глубоком декольте, а не в разочарование в женщинах, что мы только притворяется глупышками.
Мужчины это те же дети, только с работой и деньгами в кармане.
Правда, верят они не в Дед Мороза или в то, что его нашли в капусте, а в то, что девушке не нужен мозг, она живёт без него. Ведь, зачем он ей, когда рядом есть любящий мужчина, который тыкнет в любую ошибку.
Хлыстов. Ты меня прям нигде не отпускаешь.
Громко выдохнув, я набросила на себя чёрное пальто с золотыми пуговками и пшыкнув несколько раз любимыми духами, закинула сумочку на плечо и выбежала из комнаты стуча сапогами на высоком каблуке. Пока не ударилась плечом в сонного отца.
– Валюша, ты куда так рано? – удивлённо посмотрел на меня посидевший отец. Я ведь даже не заметила, когда он успел постареть.
Я улыбнулась и тут же откинула волосы назад.
– Пап, ты время видел? Мне пора на учёбу.
Папа посмотрел на настенные часы, которые стояли в самом углу коридора и тут же настороженно бросил на меня тёмный взгляд. Полный недоверия. В этом весь Оленьев.
– В семь утра? – настороженно осмотрел меня папа. – Ты ведь раньше десяти не просыпаешься?
Вот тебе и Шерлок в семейках и растянутой футболке. Вроде, не бедный человек, но ходит в обносках. Его счастливая футболка. В которой ему мама сказала «да». «Да», которое он ждал пять лет. Теперь не снимает. А на секундочку прошло почти тридцать лет. Как она ещё не трещит по швам?
– Папочка, всё меняется. И твоя дочь меняется. Вот и решила прийти на учёбу вовремя.
Он тут же вскинул бровь. Боже, как я это ненавижу. Папа всегда так делает, когда не верит.
– Что ты говоришь? А ничего, что у тебя пары начинаются в двенадцать?
– Ты что моё расписание выучил?
– Просто интересовался.
– Может, ещё составишь мне график посещения туалета, чтобы я случайно не потерялась в четырёх стенах и ты всегда мог меня найти.
Он помедлил, а потом ответил:
– Составлю и повешу напротив своей кровати, если понадобится.
Папа и его контроль бесят буквально всех. Не только я нервничаю по этому поводу. Даже когда мы начали встречаться с Андреем, он забирал меня со свиданий. Только потом смирился. Правда, ему понадобилось пол года. Хоть Андрей ему и не нравился. Как он говорил?...
А! Точно. Глаза у него лживые и хитрые, такие обычно вырастают последними уродами. Если им вовремя мозги не вправить.
– Правду скажи, – скрестил папа руки на груди. Прям как в детстве.
Я сделала тоже самое.
И мы замолчали сверля друг друга взглядом. Я ведь не скажу ему, что пойду соблазнять его ровесника, даже старше.
Он стоял неподвижно. Думал, что я сдамся, но я лишь переносила вес с ноги на ногу. Не забывая держать каменное лицо. Я уже не в том возрасте, чтобы меня контролировать. А потом дверь родительской спальни открылась.
И зевая и потирая глаза, оттуда вышла мама с гулькой на голове и чёрном халате, который я ей подарила на день рождение.
Она обвела нас взглядом и тут же усмехнулась:
– Что за переглядки вы тут с самого утра устроили?
Папа молчал. А потом переведя взгляд на маму и её недовольное лицо, которое было наигранным, громко выдохнул и бросил:
– Валя специально самого утра уже куда-то собралась.
Мама посмотрела на меня и тут же улыбнулась.
– И?
– И? В семь утра в таком виде? – бросил папа, показывая на мой красивый наряд.
– Очень красиво. Мне нравится, – подошла мама к папе и поставила ему руку на плечо.
Папа одарил маму не самым приятным взглядом.
– Конечно тебе нравится. Сама бы не прочь в таком походить.
– Не прочь, – обаятельно улыбнулась мама.
– Перед кем это ты не прочь?...
– Пап, – я не успела вставить своих пять копеек, как папа уже потерял ко мне всякий интерес.
А мама закатила глаза. Зная, что будет дальше. Она лишь кивнула мне на выход.
– Не для Васильева ты бы так оделась?
– Господи, Оленьев, это было сто лет назад, – вздёрнула бровь мама. – Я с ним встречалась в десятом классе.
– Но ты с ним встречалась.
Мама тут же усмехнулась и сложила руки на груди. Теперь мы так стояли втроём. Но только я уже немного подальше. Мне нужно окучивать моего любимого, а не смотреть на папина ревность. Он Васильева вспоминает постоянно. Маме только нужно дать повод.
