Текст книги "Мастер Трав XII (СИ)"

Автор книги: Ваня Мордорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 6

Погружение в молодое дерево прошло непривычно легко. Слишком легко. Если старые исполинские железные дубы встречали мое сознание как монолитная стена, которую нужно было преодолевать, «стучаться» и доказывать свое право на контакт, или вообще заставлять заметить себя через кровь, потому что мои «удары Воли» они не ощущали, то здесь всё было иначе. Молодое дерево почти не сопротивлялось. Вернее не так, не используй я кровь, оно бы сопротивлялось, но кровь заставила его ощущать меня как… Старшего. Не зря Матка дремликов использовала такой мысле-образ.

Я мысленно сделал вдох-выдох, и сразу прикоснулся к энергии молодого дерева, которая как и у всех деревьев шла от корней вверх, к кронам, а затем к веткам и листьям. Вот только энергии этой было откровенно мало для моих новых целей. В обычной ситуации я бы взял часть живы древа и пошел бы дальше, но теперь я хотел создать что-то новое.

Я мысленно прикоснулся к этой живе и ожидал ощутить водоворот чужой памяти: смены сезонов, шума весенних ливней, гула лесных ветров, ощущения противных насекомых под корой, до которых дерево не может дотянуться. Ожидал и того глубокого, нечеловеческого опыта, который всегда обрушивался на меня при слиянии со старыми деревьями.

Но ничего подобного не было: мое сознание словно провалилось в неглубокий, теплый ручей живы.

Не было привычной медлительности столетних железных дубов, была только молодая жизнь, которая еще не прожила и десятков сезонов, и была активной и быстрой.

И память – ее как таковой не было. Зато вместо нее был Голод. Жадное, нетерпеливое: «Дай. Еще. Мало. Хочу расти». Старым дубам уже не требовалось столько энергии, они сами были огромными источниками живы, тут же всё наоборот – они впитывали, забирали и росли. Они тянули из почвы всё, до чего могли дотянуться и отчаянно боролись за место под солнцем.

Ладно, мне нужно мысленно проверить их «сеть». Я погрузился в этот слабый поток энергии и пронесся по нему от одного древа к другу по корневой сети, объединяющей их.

Восемь. Всего лишь восемь деревьев, раскиданных на расстоянии десятков метров друг от друга. Даже удивительно, что их корни так далеко раскинулись. Это можно даже сказать случайность, что они соприкоснулись.

По сути крошечная сеть.

Ради эксперимента я потянул из сети немного живы. Поток отозвался мгновенно, но он был… жидким, слабым. Эта жива и в подметки не годилась той густой, насыщенной энергии, которую я брал у железных дубов. У тех живы было поистине громадное количество.

Вернее, не так. Для моих личных целей, – восполнения духовного корня раз в неделю, – этого бы хватило с лихвой, но цели-то теперь были другие, связанные с наполнением опустевшего узла энергией.

Моим якорем сейчас было только то дерево, которое я пометил кровью.

И тем не менее, я осознал главное различие: у старых дубов была Воля. Упрямый, сформировавшийся характер. Они столетиями доказывали свое право на существование, выживали, боролись с окружающей средой. А у этих юнцов воли как таковой еще не было. Сломать их, подчинить себе для меня теперешнего проще простого. И точно так же легко было выйти из этой сети: она была слишком слабой, чтобы засосать мое сознание и растворить его в себе.

Достаточно. Я увидел всё, что хотел.

Я разорвал контакт и открыл глаза.

Грэм, стоявший в паре шагов с секирой на плече, удивленно вскинул бровь.

– Ты сегодня как-то быстро.

– Я еще не закончил, дед, – задумчиво ответил я, поднимаясь. – Хочу кое-что попробовать.

Грэм вздохнул.

– Когда ты так говоришь, обычно это растягивается на несколько часов.

– Нет, – покачал я головой, – Думаю, минут за пятнадцать справлюсь.

Вроде бы небольшая сеть, но мне захотелось ее подчинить. Кровь Симбионта после установки 10 якорей на железных дубах восстанавливалась пять дней. Значит сейчас моих сил должно хватить на три-четыре крупных железных дуба. А что на счет мелких, вроде этих? На них точно должно тратиться меньше крови. Что если использовать не полноценную каплю крови, а…треть от нее? Этого хватит? Получится растянуть мой запас крови на восемь молодых деревьев?

Собственно, я сразу это и проверил. Подошел к следующему дереву и использовал крошечную капельку. Она упала на корень и впиталась. После я положил руку и использовал Дар.

Миг – и я внутри. Погрузился. Еще один огонек замигал в сети якорей.

Есть!

Еще один якорь установлен.

Внутри сети я пробыл пару минут и тут же вынырнул. Даже не пришлось «выключать» себя, как это было с железными дубами – тут меня никто не мог удержать. Опыт с большими деревьями неплохо закалял Волю.

Я разорвал контакт и пошел к следующему.

Третье. Четвертое. Пятое…

Хватало одной пятой от капли моей крови. Примерно, конечно.

Я обошел все восемь деревьев этой небольшой сети, потратив крови столько, сколько ушло бы на один-единственный старый железный дуб.

Моя ошибка, знал бы раньше, то…начал бы устанавливать более мелкие сети и в других местах, не дожидаясь восстановления. Правда, был нюанс: я всё равно расходую ресурс крови, а значит и продолжать ставить якоря в железной роще не смогу так быстро, а она – ключ к тому, чтобы превращать ростки в каналы и расти в Даре.

Но самое большое удивление я испытал на восьмом дерев. Когда я закончил, перед глазами появилось сообщение системы.

[Установлена полноценная привязка: Молодая корневая сеть (8 узлов).

Тип: Незрелая.

Пластичность: Высокая.

Примечание: Носитель определен как ведущий узел сети.]

[Дар (Продвинутый): 4,7%– 6,3%)]

И ведь неплохо так заставила Дар вырасти небольшая сеть. Полтора процента за раз. Еще один повод заниматься подобным. Интересно, когда я закончу привязку всей сети железных дубов, как сильно вырастет Дар после этого?

А следом меня захлестнуло чужими ощущениями.

Меня условно укоренило в земле, словно из ног проросли корни. Куда там навыку «Укоренение», он и близко не стоял с тем, что я почувствовал! Мои ноги словно погрузились глубоко во влажную почву, пальцами я нащупал червей и разных личинок, в ней ползающих. Всё это чувствовали корни каждого из деревьев и передавали эти сигналы своего восприятия мне. Затем я ощутил ветер на еще молодой, и потому такой чувствительной коре, солнце на листьях. И оно приятно грело меня. И всё это были не воспоминания, как в случае с железными дубами, нет!

Я это чувствовал прямо сейчас, стоя возле них. Причем это были ощущения всех восьми деревьев разом. Удивительно.

Задышал я сразу медленнее. Оказалось, что дышать так быстро и не надо, это даже как-то…неудобно что-ли.

[Чувство жизни: +1%]

Я закрыл глаза. Они были сейчас не нужны, только мешали. И затем я увидел себя и Грэма. Два горящих сгустка живы.

Грэм был темно красным, с примесью черного, а я сиял как зеленое пламя. Седой был маленьким желтоватым огоньком, а Виа, застывшая неподалеку, почти сливалась с прочей растительностью, выделяясь разве что плотностью живы внутри себя.

Значит, мое старое предположение, что сеть может стать «шпионом» подтверждалось. Если я смогу прямо из дома «подключаться» к ней и следить за тем, что происходит вокруг, я буду знать больше, чем любой другой в Зеленом Море. Вопрос лишь в том, сколько сетей мое сознание, мой Дар смогут выдержать и как это будет влиять на меня.

[Чувство жизни: +1%(11%)]

Еще процент от того, что я воспринимаю жизнь иначе, через деревья. Думаю, будь я на первой ступени Дара, мне бы грозило слишком сильное погружение в растения и риск потери человечности, но…чем выше был Дар, и чем больше закалялась моя Воля в этих коротких «сражениях» с различными растениями, тем более плотную я мог ставить заслонку между своим сознанием и растениями. И тем меньше риск, что я потеряю себя.

Даже больше, сейчас я чувствовал, что могу заставить дерево делать то, что мне нужно. Не банально шевелить веткой, – оно не было мутантом и такое ему было не под силу, – а посложнее, например выбрать направление для роста. Я скользнул мыслью по одному из корней и представил, как он тянется в сторону оврага с дремликами. И корень послушался.

Так вот что значит строка системы: «Пластичность: Высокая»!

В теории, я могу из таких деревьев лепить всё, что мне нужно. От обычных кустов и лекарственных растений мне ничего такого не было нужно, но тут…

Сейчас мне требовался контроль, чтобы заставить дерево направлять корни в нужную сторону, но что насчет ментальной закладки? Сработает ли она? Я не представляю как она работает, но почему бы не попробовать?

Я вышел из связи.

Грэм внимательно наблюдал за мной.

– Сейчас, надо чуть отойти.

Эта корневая сеть была ближайшей к дремликам, и уже поэтому она мне нужна. Следить, чтобы никто не приближался ни к Узлу, ни к дремликам. Но этим деревьям нужна жива.

Я вместе с Грэмом (он не отпустил меня одного) прошел по лесу еще шагов пятьдесят и нашел взглядом два старых, мощных дерева-одиночки, росших чуть в отдалении.

Подходят.

Подошел к ним. После короткой, но жесткой схватки воль, я подавил их сопротивление и силой вытянул из них солидную порцию густой, плотной живы. Корень внутри груди привычно заныл от напряжения. Он перерабатывал живу с невероятной скоростью, и чем быстрее – тем больнее.

Я вернулся к своей новой молодой сети. Приложил обе руки к центральному дереву и мощным импульсом передал всю отобранную у стариков живу в молодняк.

Эффект я ощутил мгновенно через свои якоря. Вся сеть из восьми деревьев буквально вздрогнула. По корням пробежала волна эйфории. Их вечный голод на секунду отступил, сменившись чем-то сродни… восторгу и… благодарности. Теперь они еще больше воспринимали меня как старшего, который дает, а не берет.

Это любопытно, – подумал я, наблюдая, как листья на ветвях наливаются зеленью. – Изначально я планировал использовать их как батарейки, а теперь сам кормлю. Но чем крупнее и сильнее они станут благодаря мне, тем больше живы смогут высасывать из земли сами. И тем больше смогут отдавать мне потом. Будем считать это своеобразной…кхм…инвестицией.

Я закрыл глаза, и вновь погрузившись в сеть физически чувствовал, как они начинают расти прямо сейчас. Как их корни, простимулированные моей Кровью и влитой энергией, агрессивнее вгрызаются в почву. Первое время рост, конечно, будет стремительнее, но потом замедлится. До новой порции живы.

И тут меня посетила мысль.

А ведь я никогда не создавал деревьев-мутантов!

Собственно, я вообще никогда не давал деревьям живу в таких объемах. Я только брал, брал и брал, как паразит. А какое дерево-мутанта я мог бы создать, если бы дал ему колоссальный переизбыток живы? Да и сколько нужно живы, чтобы произошли мутации? Изгородь Морны изначально довольно простое растение, по сути та же хищная лоза, и запустить в ней изменений несложно. Тут же…совершенно другая история.

Я посмотрел на сеть деревьев. Дал я им немало, но даже этого и близко недостаточно для настоящей мутации. И это молодняк, что говорить о старых деревьях?

Потом покачал головой. Не о том сейчас думаю. Первоочередная задача – заполнение 3000 единиц энергии в Узле Строителей, повышение ранга и доступ к Архиву. Это нельзя оттягивать. Название Архив манило само по себе.

Я быстро посчитал: 3000 единиц Узла при курсе конвертации один к пяти – это 15 000 единиц моей живы. Если я буду приходить сюда каждый день и вливать по 500 единиц (опустошая свой корень), это займет 30 дней. Месяц ежедневных походов в лес.

Можно ли это ускорить?

Да. Чем больше у меня будет открыто каналов на второй ступени, тем больше станет вместимость моего корня. Но есть и другой путь.

Что если протянуть один корень от этой моей молодой сети прямиком к оврагу, где лежит Узел, а второй – к крупным старым деревьям в пятидесяти шагах от сети? Нужно лишь направить энергию роста в эти два корня. Я не могу переносить внутри себя больше 500 единиц живы (для удобства я округлял), но у сети молодых древ вместимость намного больше. Если я прикоснусь одной рукой к своей сети, а второй – к старому дереву, и буду просто перекачивать энергию прямо в сеть, то это значительно ускорит процесс. А потом точно также в овраге прикоснусь к корню сети одной рукой, а второй к Узлу и буду передавать накопившуюся энергию туда. Да, нагрузка на духовный корень будет огромная, но вдруг у меня получится «не перерабатывать» полноценно живу, а просто перекачивать ее, как это было в случае, когда я становился узлом сети. Тут главная загвоздка в том, чтобы молодые деревья были способны впитывать более насыщенную живу своих старших собратьев.

Мысль мне понравилась. Во всяком случае это был реальный шанс ускорить наполнение Узла.

Я подошел к крайнему дереву сети, растущему ближе всего к оврагу с дремликами, их разделяло шагов сорок. Положил ладонь на кору. Закрыл глаза.

Я попытался задать направление роста для одного конкретного, самого толстого корня. Сначала дерево не понимало, чего я от него хочу. Получив от меня живу, оно просто хотело использовать ее и расти во все стороны. Но я раз за разом повторял мысль-образ. Я представлял, как моя воля обволакивает этот корень, пропитывает его, заставляет удлиняться, буравить землю строго на юг, к оврагу.

Я давил. Давил Даром и давил ментально, как привык, когда использовал Поглощение. Я вкладывал мысль раз за разом, чтобы он проникся ею, чтобы эта мысль была самой главной для него.

РАСТИ. ТУДА.

РАСТИ.

КОРЕНЬ. ТЯНИ.

С каждой такой ментальной командой голова болела всё больше и больше, но я знал – нужно терпеть. Я чувствовал, что что-то внутри древа, внутри его хоть медленного, но податливого сознания сдвигается. Оно начинает понимать.

Спустя несколько минут такого давления малейшее сопротивление и непонимание исчезло.

Дерево поняло, что я от него хочу.

[Открыт навык: Ментальные закладки в растительных формах жизни: 3%.]

[Создана Закладка. Задача: Рост в определенном направлении.]

Я распахнул глаза и тут же пошатнулся.

Мир вокруг поплыл кругами, а ноги едва держали.

Из носа потекла кровь. Вечный признак перенапряжения.

Но я был доволен.

Я установил простейшую закладку, которая должна будет работать даже когда я буду спать. Или, к примеру, буду далеко, или не в состоянии управлять сетью.

Это шаг вперед. Правда, как обычно, вместо того, чтобы начать с мелких растений я как дурак сразу скакнул на уровень дерева. Поэтому и поплатился.

Я застонал, оседая на одно колено.

– Элиас? – раздался недовольный голос Грэма. – Опять?

– Да я так…кое-что новое попробовал. – отмахнулся я, – Сейчас пройдет. Лучше дай там восстанавливающий эликсир. Мне сразу полегчает.

Грэм полез в корзину и вытянул слабенький эликсир, который я делал уже из обычной эссенции. Он был послабее моих лучших экземпляров, но сейчас и он подойдет.

После того, как я выпил эликсир и посидел минут пять, то отправился к другому древу.

Теперь второй корень. Закладку нужно установить уже сегодня, ждать нельзя.

[Навык: Ментальные закладки в растительных формах жизни: 6%.]

[Создана Закладка. Задача: Рост в определенном направлении.]

С облегчением я выдохнул. Навык подрос, я был доволен. А вот Грэм – нет. Еще бы, я шел и пошатывался. Лакомая цель для любого хищника.

Но он уже понимал, что если я что-то делаю, значит это необходимо.

Первые шагов двести пришлось идти, опираясь на старика. И идя, я думал о том, что у любого действия в этом мире есть откат: каждый раз, когда я перенапрягаюсь Даром, платит мое физическое тело или мозг. Я понимал это и раньше, но вопрос в том, как эти последствия снизить?

В ближайший месяц мне придется перенапрягаться ежедневно. И это будет не просто ментальная усталость от Анализа – это будет перекачка колоссальных объемов энергии. Ментальную боль от закладок я могу снимать ментальными эликсирами. Один, который снижает головную боль, у меня уже есть. Нужно его усовершенствовать, благо навыки алхимии и ее понимание чуть подросли. Но что делать с истощением самого духовного корня от пропускания через себя тысяч единиц живы?

Мне потребуется что-то новое. Возможно какой-то отвар на основе Золотого Женьшеня. Раз он влияет на восстановление треснувшего корня, то в малых, разбавленных дозах он должен ускорять восстановление здорового корня после перегрузок.

– Домой? – уточнил Грэм.

– Нет дед, – покачал я головой. – Теперь к железным дубам. Мне нужно продолжать открывать каналы. Иначе я буду топтаться на одном месте.

Грэм только покачал головой.

До дубов мы дошли в молчании. Грэм хмурился, но не спорил, понимая, что я не отступлюсь. Я уже пропустил несколько дней и не открывал новые каналы, а это была основа роста моего Дара сейчас.

Подойдя к исполинам, я приложил руки к грубой, холодной коре. И сразу почувствовал огромную разницу. После податливого молодняка железные дубы ощущались как несокрушимые скалы.

Это было даже приятно – ощущать такую мощь и древность.

Я закрыл глаза и сел, прислонившись спиной к стволу древа, а потом положил руки на корни и закрыл глаза. Где-то рядом пискнул Седой. Он знал, что мы тут надолго и можно вдоволь поохотиться.

Виа, как и душильник, получили привычную задачу – охранять меня.

Миг – и я понесся по мощному потоку железного дуба прямиком в корневую сеть, в ее центр.

Сейчас дубы вновь увидят друг друга. И начнут обмениваться информацией.

[Открыт полноценный канал. (4/153)]

[Открыт полноценный канал. (5/153)]

[Открыт полноценный канал. (6/153)]

[Дар Симбионта: 6,3% → 7,4%]

Я открыл глаза. На удивление, после единения с сетью мне даже стало легче. Ушла головная боль. Вот что значит жива…животворящая.

Я усмехнулся этой тавтологии.

Теперь и на моей левой руке под кожей слабо светились зеленым открытые каналы живы.

Я уже знал, что так будет длиться примерно с полдня, а потом пройдет.

Руку, конечно же, пришлось обмотать тряпкой.

– Долго? – спросил я Грэма.

– Не так долго, как в прошлый раз, – ответил он, – Всего лишь часа четыре. Вернемся домой – как раз начнет темнеть.

Я покачал головой. Только сходили туда-сюда – и день уже заканчивается, а дел еще невпроворот.

Путь домой прошел без приключений.

У калитки нас встретил Шлепа, угрожающе вытянув шею, а старый волк Трана спал. Правда, ухо его тут же повернулось в нашу сторону, когда мы подходили.

Да, этот зверь хороший охранник как ни крути.

Кироса и его ящера не было видно. Может он обиделся на те слова Грэма, а может у него были другие дела. Может он ищет как помочь дочери Трана. Кто знает…

Скиталец, будто и не подключался к Узлу Строителей, занял свое привычное место в саду, возле золотого женьшеня и Сердечника.

Дома работа закипела. Мы с Грэмом смыли с себя лесную грязь и заново намазали подзатянувшиеся раны мазью (той порцией, которую я сделал у Морны). Но это было скорее для профилактики. Раны уже не кровоточили и затянулись темной коркой.

Я же занялся алхимией, пока Грэм готовил еду.

Гидролаты у меня закончились, а Виа нуждалась в них прямо сейчас. Поверхность ее тела, обожженная ядовитой слизью плеточника, заживала откровенно плохо. Обычная жива тут не справлялась.

Так что я начал дистилляцию.

Это заняло несколько часов. Пока сидел и ел то, что приготовил Грэм, – кашу с мясом, – то наблюдал за тем, как на Кромку и поселок опускаются сначала сумерки, а затем ночь. Да, медленный процесс эта дистилляция.

Но через несколько часов у меня были во-первых эссенции, пусть и небольшое количество, а во-вторых гидролаты, из которых я тут же сделал уже знакомую смесь.

Виа слабо шевельнулась в корзине. Я достал ее и начал осторожно втирать смесь в ее поврежденные участки. Лиана мелко задрожала, а затем я почувствовал по нашей связи волну глубокого облегчения. Боль уходила, а ткани начинали регенерировать прямо на глазах.

Жива не заменит алхимию – вот, что самое чудодейственное в этом мире.

Потом той же смесью гидролатов обработал женьшень, который всё еще восстанавливался после того, как я взял у него кусочки для лечения Морны.

После этого уже не спеша смешал большую часть гидролатов, создавая лечебную смесь для растений и наполнил ими три бутылочки. Теперь запас на случай таких вот неожиданных ран, которые не залечить обычной живой, имелся.

Но на этом я не остановился.

Я достал миску с собранной пыльцой жужжальщиков. Собрать то я ее собрал, но эксперименты провести не успел.

Идея была простой: гидролаты обладали мощным эффектом восстановления и заживления, а пыльца положительно влияла на рост растений. Если их смешать, то может получиться что-то стоящее.

Подобные компоненты обычно дополняют друг друга.

Я смешал каплю янтарной росы, которая так приманивала жужжальщиков, небольшое количество золотисто-радужной пыльцы и несколько капель гидролатов.

И конечно же добавил свою живу.

Смесь вспыхнула золотистым светом и через мгновение смешение закончилось. Смесь приобрела какое-то внутреннее свечение, будто в капельке янтаря застыли перламутровые частицы.

Это было просто красиво.

[Алхимия +1%]

Я тут же использовал Анализ.

Правда, после двух ментальных закладок дался он болезненно. Голову прострелило, а меня вновь качнуло.

Да, кажется я на пределе.

[Объект: Катализатор Жизненной Силы (Уникальная смесь).

Свойства: Экстремальное восстановление повреждений растительных форм жизни.Временное усиление жизненной силы растений.Временное ускорение роста растений (эффект незначителен)]

Я застыл. А вот это…это то, что нужно!

Недолго думая, я смешал больше пыльцы, гидролатов и росы, и получил совсем небольшую емкость, примерно с небольшое блюдечко, наполненное янтарно-перламутровой смесью.

Глядя на него я выдохнул.

А ведь оставалась проблема Морны и паслена. Паслен, очевидно, мог стать моим оружием не только против Измененных, а и вообще любого лесного зверья. Но сейчас его у меня просто мало.

Однако из всех ингредиентов, которые использовались для эликсира Морны, он самый простой. Кусты размножить легко, особенно с таким катализатором, какой теперь у меня есть.

Я подошел к трем кустам паслена, растущим в углу сада. Без колебаний, острым ножом срезал пятнадцать лучших, самых сильных веточек. Цель была заставить их пустить корни прямо сейчас, минуя долгий естественный процесс.

Я погрузил срезы веточек в миску с новым Катализатором Жизненной Силы. Затем капнул туда каплю своей Крови и использовал Дар. В каждой из веточек еще была жизнь и воля к ней. Мне нужно было только «разжечь» эту волю еще больше и заставить их расти.

Я ментально приказал им: «Жить. Расти. Пускать корни». Я заставлял все соки внутри этих крошечных веточек устремиться вниз, к срезам. Верхушки веточек на глазах чуть пожухли, листья обвисли, отдавая свои ресурсы. Но зато на срезах…

На срезах, словно крошечные белые червячки начали пробиваться тонюсенькие корни. Сначала толщиной с волосок, не больше, а затем они начали впитывать катализатор жизненно силы.

Я почти час наблюдал, как корни из нескольких миллиметров вытянулись до сантиметра-полутора. Да, рост был медленнее, чем я ожидал, но он всё равно был стремительным.

Весь вечер, вернее, всю ночь я крошечными порциями, чтобы ни в коем случае случайно не запустить процессы мутации, подпитывал эти веточки. Это было почти ювелирной работой, особенно после того, как я занимался сетью молодых деревьев.

Мысленно проверил свою сеть из восьми деревьев – всё было в порядке. Я даже из дома мог до них мысленно дотянуться. Но вот когда я попытался «взглянуть» через них голову пронзила вспышка боли. Слишком далеко.

Меня это не остановило. Я нырнул дальше, за что тут же поплатился. Из носа потекла кровь. Но на минуту-другую я очутился прямо в сети деревьев. Почувствовал их корни, влагу земли, ушедшее солнце и проснувшихся ночных хищников.

После меня уже просто выкинуло из сети.

Я выпил обычный травяной отвар и потом через время еще один восстанавливающий эликсир. Полегчало. В идеале бы сварить ментальны отвар, но на это сил не было.

Я просто сидел перед корешками паслена и смотрел как с черепашьей скоростью они удлиняются и утолщаются.

В какой-то момент я решил, что корни достаточно подросли и паслен можно высаживать. Для него я решил создать особую землю. Пропитал в небольшом ящичке ее смесью гидролатов и бережно высадил туда все пятнадцать черенков.

Оставалось только ждать, – подумал я, вытирая руки от земли и глядя на паслен.

Мое будущее оружие.

Я вздохнул и вышел наружу. К огненной зоне.

Виа заживала. Раны Грэма затянулись. А я чертовски устал. Сеть молодых деревьев, ментальная закладка и капли Крови вымотали меня до дна.

Мелкие ящерята-мутанты спали, свернувшись клубком вокруг Рассветницы. Не хватало Восьмилапого и Крылатого, но думаю уже завтра дочь Трана их принесет обратно. Чтобы они продолжали развиваться в идеальных условиях.

На крыше дома Седой бесшумно ловил ночных мотыльков, изредка – ночных жуков.

Всё было мирно. Идиллия.

Но мне было о чем подумать.

Сегодня я впервые столкнулся с полноценным наследием Древних Строителей. Не с осколками костей, не с мертвыми камнями, а с рабочим инструментом их воздействия на мир – Узлом Связи.

Янтарный

Лавка Хабена

На столе перед Хабеном лежал массивный черный перстень. Человек, которому он принадлежал, был бывшим гильдейцем, а ныне ведающим всей нелегальной торговлей алхимией в Приграничье. И действительно, кто может быть надежнее для гильдии, чем их собственный человек? Хоть травник и работал на него много лет, но единственное, чего он никогда не делал – это не просил ни о чем личном. Рабочие вопросы – да. Доля с контрабанды – да. Но личные просьбы в этом бизнесе означали долг другого порядка. Это казалось странным для него самого, но он знал: раз попросишь – увязнешь еще глубже.

И куда глубже уже? – усмехнулся Хабен и посмотрел на собственное отражение в окне. – Куда глубже?

Хабен дураком не был. Он сразу понял, куда будет бить Эйна. Сразу понял, что она узнала, где живут его дочери и чем они занимаются. И несмотря на то, что уже много лет никаких контактов он с ними не поддерживал, – или, вернее, они не поддерживали, – она решила давить туда.

Его дочери обе работали в небольшом городке недалеко от столицы. И работали они в отделении Гильдии Алхимиков. Когда-то Хабен потратил немалые деньги, и использовал связи, чтобы устроить дочерей в Гильдию. Их талант не был выдающимся, они были… обычными. Взяли их только потому, что Хабен щедро заплатил. Он умел найти нужных людей, некоторые были должны ему, некоторые нуждались в запрещенных ингредиентах… Он заранее к этому готовился, и заранее натаскивал дочерей.

Обладай я такими деньгами в молодости, я бы сам выучился и надел мантию гильдейца, – с горечью подумал Хабен, качая головой. – Но я был травником без связей и денег, а они…

А они относились к нему с пренебрежением. Стыдились. Да он и сам часто к себе относился так же.

Но раз свернув не на ту дорожку, приходится идти по ней до конца. Если в детстве дочери еще не знали, чем именно занимается отец, то повзрослев и поступив в гильдию всё поняли. И оборвали связь. Это он мог принять. В каком-то смысле так было даже лучше. Пусть их и его ничего не связывает, и они живут свою жизнь. Это ничего.

Хабен тяжело вздохнул, потирая переносицу.

В силах ли Эйны вышвырнуть его дочерей?

Не в ее, но те, кто за ней стоят – сделают это, если она попросит. И тогда дочери возненавидят его еще сильнее. Потому что, он не сомневался, им сообщат, что всему виной их отец. Эйна скажет. Не сама, через человека.

Будь его дочери сильными одаренными алхимичками, связи Эйны бы не помогли. Гильдия ценит таланты. Но они были посредственностями, тут Хабен отдавал себе отчет и честно оценивал дочерей. Таких легко заменить. А кто они без Гильдии? Никто. Если их выбросить на улицу, то жизнь будет сломана. Работать они не привыкли, да и кем можно работать после того, как ты был частью уважаемой и богатой гильдии? Белье стирать? Пахать землю? Торговать?

Хабен не представлял, чтобы его дочери занимались подобным.

Так ладно заменить, можно поискать бумаги и выяснить, а кто их принимал, и почему? Зачем взяли в гильдию с такими слабыми талантами?

И это будет еще хуже. Это уже позор и расследование. Гильдейцам ничего не будет, они там все давно повязаны, а его девочки заплатят. Пусть они и были частью гильдии, больше чем помощницами подмастерья за всё время так и не стали.

Хабен вздохнул.

А ведь он немного соврал Элиасу. Дело ведь не в том, что он не хочет в гильдию и из принципа хочет отказать Эйне, вовсе нет. Дело было в другом. Если его примут туда, то те, кто ведают теневой торговлей решат, что он предал их и через время он просто исчезнет. Хоть гильдия и связана с теневой торговлей, всё же последние делают много своих дел, о которых гильдия не подозревает. И не должна знать и дальше, а он знал слишком много, чтобы даже допускать малейшую возможность предательства.

Эйна не могла этого не понимать. Она давала ему выбор: вот ты можешь пойти в гильдию, поддержишь меня и чуть позже пожнешь плоды своей деятельности, но с дочерьми будет всё в порядке или…или продолжишь заниматься чем занимаешься, но дочери…дочери заплатят за твой отказ.

Хабен сплюнул на пол.

Да уж, выбор так выбор.

Хабен еще раз посмотрел на перстень перед собой. Может ли этот человек прикрыть его девочек? Может. Но это долг, который не выплатить обычной работой.

Выбор без выбора.

Друзья. Глава может показаться немного (или не немного) скучноватой, но вот все этим моменты нужно было описать (мне). По-другому никак. И еще, тут может быть чуть больше опечаток так как делал все утро главу (хотел как обещал выпустить в первой половине дня).