Текст книги "Мастер Трав XII (СИ)"

Автор книги: Ваня Мордорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Нет, – покачал головой Рыхлый, – Вот завтра, возможно, уже будут.

– Понял. – ответил я. – Будем ждать.

Через время наружу вышли Микла и Шель. Выглядели они гораздо лучше. Поздоровались с нами, а затем сели и начали негромко переговариваться с Нурлом и Орлой. И, похоже, им было что вспомнить. Грэм поднялся, почувствовав себя немного лишним.

– Ладно, – сказал он, глядя на эту компанию, – Мы пошли.

– Подожди, – остановил я его, – Орла, есть одно дело.

Женщина вскинула на меня голову.

– Рыхлый тебе еще не рассказывал, что мы обсуждали по поводу доставки?

– Доставки? – переспросила женщина, подходя к нам.

– Да. Привязывать к твоим птицам, или насекомым Гнуса и Лиры, небольшие посылки. К примеру, бутылочки с эликсирами. Так нужный отвар – если я буду его срочно готовить дома – окажется у вас в десятки раз быстрее, чем если бы мы несли его пешком через лес.

Орла задумалась, ее глаза на мгновение остекленели, словно она прислушивалась к птицам в небе.

– Интересная мысль, – наконец сказала она. – Можно попробовать. Мои птицы сильные, перенести пару бутылочек для них не проблема.

– Ты достаешь своим контролем до самого поселка? – с сомнением спросил Рыхлый.

– Достаю, – уверенно ответила Орла. – Пусть и с трудом, на пределе сил, но достаю.

– Отлично. Пусть твоя птица летит сейчас высоко за нами, – предложил я. – А когда мы будем дома, мы привяжем к ее лапе порцию восстанавливающего эликсира – как раз пригодится Микле и Шель. И ты отправишь ее обратно. Проверим, как это работает.

– Хорошо, сделаем. – Орла коротко кивнула, а мы, попрощавшись со всеми, покинули двор. Только теперь над нами кружились птицы. Видимо, Орла решила послать не одну птицу, а небольшую стайку.

На обратном пути я не спешил. У меня была еще одна задача – найти подходящее дупло для моих моховичков. Из-за этого мы шли зигзагами, проверяя места с поваленными старыми деревьями. Я мысленно транслировал дремликам через связь задачу: мы ищем им новый дом.

Когда мы вышли к бурелому, где гнило несколько массивных стволов, дремлики вдруг оживились. Они выпорхнули из корзины и, радостно попискивая, закружились над одним из толстых, наполовину трухлявых бревен. Я подошел ближе. Дерево было старым, с глубоким, сухим дуплом внутри. Видимо, для них оно пахло «очень вкусно».

Грэм подошел, и воткнул секиру проверяя дерево на прочность.

– С виду гниль, а на деле крепкое, совсем как я, – хмыкнул он, – Ты хочешь это тащить домой? Тяжеловат будет.

– Всё нам не надо, только небольшая часть. Для моховичков.

Грэм кивнул и через минут пять работы вырубил не слишком большой, но и не маленький кусок ствола. Старик крякнул, взвалил тяжеленный кусок дерева, – я попробовал поднять, не смог, – на плечо и понес его так, словно пушинку.

Дремлики тут же заскочили внутрь.

– Что ж, какой-никакой дом у вас теперь есть. – вздохнул я.

Главное – дремлики были довольны. Думаю, со своей пыльцой и моими смесями и живой скоро они преобразуют это дерево. Да уж, конечно это не та долина, в которой они жили веками, не Древо Живы, но…но тоже неплохо.

Как приду, нужно сварить отвар и попытаться выудить побольше из того, что показала мне Матка. Может там будет что-то важное. Потому что черный корень, который разрушил всю экосистему дремликов, – это плохой знак. Очень плохой.

Кромка.

Гнус и Могильщик сидели возле огромного, ревущего костра. Огонь жадно пожирал брошенные в него ветки и там, чернея и трескаясь, сгорало Ядро Безумного Дерева, как называл его Могильщик. Горело оно очень неохотно, и пришлось натаскать очень много веток, пока, наконец, огонь взял его. И от этого дыма насекомые еще больше сходили с ума.

Гнус завороженно смотрел на пляшущие языки пламени, пожирающие это странное ядро. Конечно, своими глазами видеть его он не мог и был уверен, что никогда не сможет. Такие старые раны, как на его глазах не лечатся. Но вот через насекомых он видел костер, пусть и иначе нежели обычные люди. Честно говоря, он уже и не помнил, как это видеть как человек, так давно это было.

Он вытянул вперед свои холодные руки. Стало полегче. Жар от огня приятно их согревал.

– Я всё ожидал какого-то подвоха с этим ядром, – наконец нарушил он затянувшееся молчание.

– От меня? – Зикар приподнял бровь, не отрывая взгляда от огня.

– А от кого ж еще, – фыркнул Гнус.

– Чего ж тогда пошел со мной, если ожидал подвоха? – удивился Могильщик.

– Не знаю, – Гнус покачал головой, и в его голосе прозвучала усталость. – Сам иногда себя не понимаю.

Они снова замолчали.

– А еще, – добавил Гнус, – я сомневался, что ты захочешь сжигать такой… полезный инструмент. Думал, решишь приберечь. Захочешь использовать против кого-то.

Могильщик хрипло рассмеялся.

– Глупости! Не уничтожить то, что действует на меня самого? Не уж. Я знаю, что друиды не так быстро смогут вырастить еще одно такое Ядро. А значит, какое-то время Гиблые не смогут ничего мне противопоставить. Это даст нам время.

– Тебе время. Не нам, тебе. Раз ты говоришь, что они это делают чтобы ослабить тебя. – поправил его Гнус, а потом спросил, – Думаешь, они договорятся еще об одном Ядре?

– Я в этом не сомневаюсь, – жестко ответил Могильщик. – Я слишком сильно им мешаю.

– Им – это Гиблым? – уточнил ученик.

– Не только им. И ты не прав по поводу меня. Ослабят меня, значит ослабят и вас. Боюсь, вы и дня не выстоите против тех сил, что есть у них, особенно сейчас, когда все разобщены и слабы. – покачал головой Зикар. – А друиды…видишь ли, они помогли мне. Они получили то, что хотели, а я получил помощь. Мы закончили свои дела. Они решили, что я больше не представляю для них ценности.

Он постучал по груди, по Сердцу Роя внутри.

– А вот Гиблые и Чернобрюх с их стаей очень даже представляют. Особенно в сравнении со мной. Это просто вопрос выгоды. Друидам все равно с кем иметь дело.

Гнус застыл.

– Выгоды? А они сами не боятся, что их уничтожат те, кого они используют?

– А чего им бояться? – пожал плечами Гнус, – Сидят себе в своей Обители, где каждое растение норовит тебя сожрать, и не боятся. Нет…они там в безопасности. Но им нужны те, кто может выполнять их поручения. И Гиблые и Чернобрюхий обладают возможностями такие поручения выполнять.

– Интересно, – пробормотал Гнус и пошевелил палкой угли в медленно затухающем костре.

Он не мог не признать, что этот совместный поход в Глубины и переноска ядра словно убрали какое-то напряжение между ним и учителем. Может…учитель так и задумывал? Знал, что это на него так повлияет? Совсем как их походы по болотам в его юности.

Гнус вдруг подался вперед.

– Учитель… Может расскажешь уже то, что знаешь? Мы все находимся в неведении. Мы знаем слишком мало – только то, что происходит прямо перед нашим носом. А ты знаешь, что происходит внутри, в Глубинах. Но теперь то, что происходит там, касается всех.

Могильщик долго смотрел на своего бывшего ученика.

– Пожалуй, ты прав, – медленно произнес Зикар. – Но вы сами вели себя по отношению ко мне так, будто это я лично уничтожил деревню. По-твоему, это приятно?

Гнус промолчал. Ему нечего было ответить, потому что это было правдой.

– Я вообще хотел плюнуть на всех вас и больше никогда не видеть, – с горечью продолжил Могильщик. – Потому что никто не делал для деревень больше, чем я. Заметь – не для одной вашей, а для многих. И что я видел в ответ? Как жили вы все? Каждый сам по себе. Разве что парочка групп в деревне действовала вместе, и то пока им это было выгодно.

– Так и есть, – неожиданно тихо согласился Гнус.

– Даже сейчас вы объединились только потому, что вас прижала общая беда. До этого вы что, работали все вместе? Помогали друг другу?

Гнус снова не ответил.

– Ладно, – тяжело вздохнул Могильщик, отбрасывая палку. – Обвиняя других, ничего не добьешься. Только попытаешься оправдать собственное бездействие.

Какое-то время слышался лишь треск догорающего Ядра.

– Ты знаешь, почему началось расширение Хмари? Почему Глубины полезли наружу? – спросил Могильщик.

Гнус медленно покачал головой.

– Потому что Чернодрева зашевелились, – голос Зикара стал глухим, – Их корни появились в новых местах – там, где их испокон веков не было. Они прорастают, пожирая всё живое, расширяя свои владения.

– Причина? – спросил Гнус. – Почему они зашевелились именно сейчас? Почему раньше такого не было?

Могильщик посмотрел прямо на своего ученика.

– Говорящий заставил, – коротко ответил он.

Не совсем утром, но все-таки успел дописать главу. Завтра перерыв.

Надеюсь вам понравится. Ну и спасибо всем вам за лайки, комментарии, по прежнему мотивирует, даже на таком томе))

Глава 16

Мы с Грэмом возвращались домой, а я то и дело бросал взгляды наверх. Всё это время за нами на небольшом отдалении следовала стайка птиц, от мелких до крупных. Я не сомневался – это пернатые разведчики Орлы. И, скорее всего, самых крупных и опасных мы не видим. Так, только мелочевку.

Ничего, так даже немного спокойнее – своего рода дополнительные «глаза». Если что – она сможет предупредить об опасности. Правда, у меня впереди была Виа, которая всё «сканировала» своим тепловым зрением, но как показала встреча с плеточником – не всё она видит и не всё чувствует.

Добрались домой быстро: с куском тяжелого дерева на плече думаешь не о сборе трав, а о том, как бы побыстрее вернуться и скинуть его. Нет, Грэму с виду было легко, но сколько на самом деле он тратил сил – я не знаю.

Едва мы переступили порог нашего двора, как одна из птиц – крупная, с широким размахом синеватых крыльев – спикировала вниз и уверенно уселась на верхушку нашего нового, высокого забора.

Конечно же ее появление не осталось незамеченным. Шлепа, считавший себя безраздельным хозяином периметра, угрожающе вытянул шею и громко, с хрипом загоготал, расправив крылья и пытаясь таким образом прогнать чужачку. Седой, до тех пор дремавший в корзине, встрепенулся, выскочил наружу и зашипел. Даже волк Трана глухо зарычал, приподнимаясь на лапах. Наверное, он мог бы на нее прыгнуть, но что-то у меня были сомнения, что птица так легко подставится.

– А ну тихо все! – рявкнул Грэм, – Птица своя.

На удивление подействовало. Причем сразу на всех. Седой, правда, напоследок недовольно фыркнул и махнул хвостом в сторону птицы, но на этом короткое противостояние закончилось.

Кирос был там же. Сидел, закрыв глаза, у огненной зоны. Хорошо, что я оставил Виа в лесу охотиться. Мало ли.

Я, помня о чем мы договорились с Орлой, быстро прошел в дом, нашел прочную веревку и вернулся к птице. Осторожно привязал к ней бутылочку, которая на ее фоне казалась даже маленькой. Птица за всё это время не шелохнулась, лишь внимательно следила за моими движениями черными бусинками глаз. Едва я затянул узел, птица оттолкнулась от забора, тяжело взмахнула крыльями и, сделав прощальный круг над нашим домом, стремительно полетела обратно в сторону леса. Вот и всё. Служба доставки налажена. Главное, чтобы по пути эту птицу не обокрали и не сожрали.

– Посмотрим, донесет ли. – тихо сказал Грэм, провожая птицу взглядом.

– Донесет, – уверенно ответил я. – Ее прикрывают остальные.

Старик хмыкнул. А я начал искать место, куда можно установить кусок ствола, который мы притащили. Дремлики летали за мной, покинув корзину. Я мысленно транслировал им, что это их будущий дом, и им уже не терпелось там обосноваться.

В итоге мы установили это бревно почти возле дома. На землю ставить его я не хотел, поэтому мы использовали своеобразные козлы из толстых кольев, оставшихся у Грэма после строительства забора. Он вбил их в землю и мы водрузили бревно на них. Теперь дом дремликов находился на уровне живота. Уже получше.

Дремлики уже хотели влететь, но я их остановил. Внутри, честно говоря, было довольно много трухлявых и гнилых кусков. Да и всякой дряни хватало. Поэтому я взял что-то вроде скребка и быстро очистил всю гниль, добравшись до более-менее крепкой древесины. Правда, этим я не ограничился. Набрал целый таз чистой воды и капнул туда янтарной росы. Покрывать весь ствол у меня никакой росы не хватит. А вот пропитать его разбавленной смесью внутри и снаружи, чтобы дремликам было приятнее и, самое главное, чтобы рост мелких растений на нем ускорился вполне.

Дерево жадно впитывало влагу. Я решил, что лишайник, который я использовал для создания целебной мази, как раз идеально «пересадится» на древо, вдобавок может и эволюционирует от такого соседства. У меня было много кусков лишайника, поэтому верхняя часть древа скоро была на треть покрыта им. Ну а остальное дремлики сами перенесут. Судя по всему, они сами по себе переносчики мелких цветов и мха.

Как только я закончил и отступил на шаг, дремлики пулей влетели внутрь.

Я прислушался к связи – от них исходила волна полного довольства. Они обустраивались, ощупывая дерево своими отростками я и воочию увидел, как в воздухе внутри дупла начала медленно опадать пыльца. Похоже, они уже достаточно восстановились, чтобы ее испускать. Пока, правда, она шла на их дом.

– Ну вот, обжились, – улыбнулся я.

Теперь можно заняться остальным.

После этого я принялся разбирать корзину, которую принес Нурл. Как он и сказал, ничего из самых ценных ингредиентов там не было. Пару кустов паслена, с десяток лунных грибов, древний папоротник, два корня белой мандрагоры (совсем небольших) и валериана. По прежнему не было ни пыльцы ночной фиалки, ни самой фиалки, ни рассветного цветка, ни духовной росы. Да, у меня дома она уже росла, но этого недостаточно. Корень мандрагоры в прошлый раз у меня был один, и он весь вышел на эксперименты и на срочное создание Морне отваров укрощения Зверя. Сейчас у меня был шанс превратить их в крупные растения и размножать так же, как женьшень. Корень белой мандрагоры, кстати, был слабым стабилизатором Дара.

Да, он не лечил, но он дополнял те компоненты, что уже были. И это заставляло задуматься. Если его будет больше, даже просто его прием улучшит состояние и детей, и остальных гнилодарцев. Вот только у меня сейчас его два жалких корешка. Опять же, теперь подобный способ черенкования мне доступен лишь благодаря пыльце жужжальщиков (которую я, кстати, мог начать собирать и раньше) и конечно же пыльце дремликов, которая превращала обычную смесь восстанавливающих гидролатов в что-то на порядок более мощное. И если для обычных растений хватало обычной смеси и моего Дара, то с женьшенем и мандрагорой ситуация была сложнее. Они были намного требовательнее. Валериан был попроще, но и свойства у него были не ахти какие. Он обладал успокаивающим эффектом, но как я теперь уже понимал благодаря уроку Хабена, он усиливал свойства паслена, дополняя их. То есть, вроде свойства да и качество самого растения не самое высокое, но он идеально подходит паслену. Кстати, возможно к той эссенции паслена, которую я собираюсь делать против Измененных, неплохо бы добавить и валериану. Правда, у меня его было совсем мало. В прошлый раз его не удалось вырастить, весь ушел на варку. Сейчас же я намеревался исправить эту ситуацию. Благо, сегодня торговля с Маткой прошла продуктивно – целых три шарика пыльцы! Даже больше, чем в прошлый раз, а учитывая, что растений у меня всё больше и больше, то и нужда в этой пыльце растет.

Я быстро высадил всё, что принес Нурл в отдельную зону, и напитал землю смесью гидролатов. Хорошо, что после последней перегонки нужды в них я не испытывал.

После этого я заглянул в корзину и увидел три скрученные узлом хищные лианы. После небольшого перерыва займусь ими. Я лишь осторожно прикоснулся к ним, подпитал живой и проверил их состояние. Они были истощенными, обессиленными, но слабый огонек жизни в них бился. После моей подпитки он разгорелся сильнее.

Затем я быстро вымылся от лесной грязи и быстро заварил себя травяной чай.

Грэм уже сидел с кружкой на крыльце и поглядывал на Кироса, который все еще не открывал глаза.

Я сел рядом и мы молча вместе пили чай.

– Эй, а мне никто не хочет заварить чайку? – раздался голос Кироса.

Он по-прежнему не открывал глаз.

– Я думал ты делом занят. – хмыкнул Грэм.

– Почти закончил. – ответил приручитель.

Грэм не спеша вернулся в дом, вскипятил воду, принес здоровенную кружку и поставил ее прямо возле Кироса. Тот держал руку на каменной ванночке, где, расслабившись, отмокала одна из недавно рожденных ящериц.

– С первой закончил, – хрипло произнес старик и наконец-то открыл глаза. – Попила она моей кровушки. Ух…

Ящерица с трудом, тяжело перебирая лапами, выползла из ванночки. Я присмотрелся. Зелья в каменной емкости стало ровно вполовину меньше. Это что, оно испарилось? Или впиталось в нее?

Я подошел поближе и присмотрелся к ящерице. Она как будто…раздулась.

– Она впитала зелье? – уточнил я.

– Конечно, – ответил Кирос, делая глоток из кружки и поглаживая тяжело дышащую рептилию. – На то, чтобы переработать и усвоить эту алхимию, у нее уйдет не один день. Видишь, как ее чешуя разбухла и оттопырилась?

– Вижу.

– Вот когда полностью спадет эта припухлость, – продолжил приручитель, – тогда, значит, она усвоила порцию. Она должна привыкнуть. Более того, из-за того, что этот выводок уникален, они выдерживают то зелье, которое твоя обычная взрослая рассветница не пережила бы. Оно слишком агрессивное.

Остальные ящерицы игрались друг с другом как ни в чем не бывало. Летун пытался взлетать, и когда он спрыгивал с камня, выходило что-то вроде полета, огнеплюй дышал огнем прямо на мать, которая лениво отмахивалась, восьмилапый носился как угорелый, и только Кристаллик сидел максимально близко к пальцу первородного и наслаждался этим мощным потоком огненной живы. И я заметил, что один из его кристалликов начинает наливаться алым цветом. Значит…впитывает, так и накапливает огненную живу. Это хорошо.

Кирос, тем временем, допил кружку чая (температура напитка его не смутила) и продолжил закалку. Погрузил в ванночку вторую ящерицу. Трехглазого. Старик вновь закрыл глаза, сливаясь со своим питомцем. Процесс, как уже понятно, был долгим, медитативным и требовал полного контроля.

Поднявшись, я направился в дом. К своим лианам, которых добыл Нурл.

Теперь можно применить Анализ и посмотреть, что именно за хищные разновидности мне попались. А то, что они отличались, стало очевидно, когда я присмотрелся к ним повнимательнее.

Лианы были молодыми, размером с небольшую змейку, длиной с локоть. Две из них казались обычными хищниками, хотя одна была темнее, другая – почти изумрудного цвета, а третья – шипастой.

[Объект: Шипастая лоза-охотник.

Свойства: В микрошипах содержится слабый паралитический яд.

Редкость: Редкая]

Любопытно. Вот такой мне точно не хватало. Развить бы ее паралитический яд до сильного, и это еще один неплохой аргумент в бою против различных животных Кромки. Вторая, – та, что потемнее, – тоже была интересным экземпляром.

[Объект: Хищная лоза-душитель

Редкость: Редкая

Свойства: Экстремальная эластичность и крепость волокон.]

По идее, раз у нее крепость и эластичность волокон, то она не будет «рваться» как Виа или душильник. Потенциал у нее огромный, ведь это ее изначальное свойство. Интересно, кстати, как они эти изначальные свойства-то получают? От местности, где выросли? Или может поглотили что? Или сама среда каким-то образом влияла на них при формировании семян?

Я вдохнул. Оставалась третья лоза.

[Объект: Хищная лоза

[Редкость: Обычная]

И никаких особых свойств. Самая обычная во всех смыслах. Что ж, она мне тоже будет полезна. Каждая такая лоза-мутант-симбионт для меня – дополнительное оружие или дополнительный разведчик, это уже зависит от целей. Но в любом случае Нурлу, конечно, огромное спасибо. Теперь нужно узнать где эти лианы ему попались и есть ли там еще.

Я улыбнулся. Одно дело – двадцать штук душильников, половина которых диким сорняком, – каким они и являлись, – живут в лесу, а совсем другое – двадцать развитых хищных лиан с разнообразными свойствами.

Ладно, что-то я замечтался. Пока это слабенькие лианы-змейки, их сил и на человека не хватит. Это не Виа, когда я ее встретил.

Чтобы подчинить их, мне нужны были свободные связи, а значит как обычно чем-то придется пожертвовать. Я безжалостно оборвал ментальные нити с тремя душильниками, которые уже прилично разрослись в лесу. В голове привычно кольнуло, но я к этой вспышке боли относился спокойно. Словно струна оборвалась.

Я кольнул кинжалом палец и прикоснулся к первой лозе. Она моментально впитала кровь, а связь установилась мгновенно.

[Создана новая симбиотическая связь:

Объект: Шипастая лоза-охотник.

Уровень взаимодействия: 13%]

Кровь сразу дала возможность резко повысить взаимодействие.

Я «развязал» лозу, которую крепко связал Нурл, и она наконец-то ощутила себя свободной.

ПОЛЗИ.

Миг – и она послушно поползла по столу, привыкая к новым ощущениям. Да, определенно, хищные лозы послушнее в каком-то смысле чем душильники. Во-первых, у них нет этого безумного голода, из-за чего они выжирают всё вокруг себя, а во-вторых, они приспособлены к тому, чтобы постоянно двигаться. Душильник же более пассивный охотник. Скорее паук, который сидит на месте и своими щупальцами ловит мимо идущих животных.

После повторил то же самое с остальными.

[Создана новая симбиотическая связь: Объект: Хищная лоза-душитель

Уровень взаимодействия 13%

[Создана новая симбиотическая связь: Объект: Хищная лоза

Уровень взаимодействия 17%

Да, с обычной лозой без особых свойств уровень взаимодействия повышался быстрее, чем с остальными.

Следующие полчаса я планомерно заставлял их то двигаться вперед-назад, то нападать друг на друга, и всё это повышало уровень взаимодействия. С каждой минутой они всё лучше и лучше слушались моих команд. Я уже по опыту с другими симбионтами знал, что лучше всего сначала повысить уровень взаимодействия обычными командами и ментальными ударами (если симбионт будет совсем непослушным), а уж затем кормежка живой.

Так поступил и сейчас. Как только уровень взаимодействия с двумя лозами достиг 24%, а с третьей 30%, я начал их подкармливать. И вот это им понравилось. Я показывал, что за послушание и подчинение буду давать живу. Уже после нескольких кормежек уровень взаимодействия скакнул до 30% и 35% соответственно. Все-таки чем мельче симбионт, тем быстрее идет наращивание взаимодействия.

После, используя смесь гидролатов, я обработал все их повреждения, что дало еще рост взаимодействия. Насколько же всё тяжелее и медленнее шло с Виа. Но теперь у меня и уровень Дара выше, и Воля привыкла к борьбе и приказам растениям.

Теперь осталось главное – закалить их. Жаль, сок железного дуба у меня закончился. Нужно набрать его, потому что в случае с симбионтами нельзя терять ни одного дня.

Я вышел наружу и вдохнул воздуха. Три лозы оставил в своей комнате, где они послушно ползали и гонялись друг за другом. Пусть привыкают работать в команде.

Грэм, видимо, уже думал, что мы никуда не пойдем, но пришлось его «обрадовать».

– Дед, нужно сходить к железным дубам, – сказал я, – Нужен свежий сок.

Грэм недовольно вздохнул, но сразу двинулся собираться. Чем раньше выйдем, тем раньше вернемся. Благо, роща железных дубов была одним из самых близких мест, куда мы ходили. До того же Хрустального Лога пилить в два раза дольше, как и до дома Морны.

Мы быстро добрались до старых железных дубов, нацедили полный кувшин густого, пахнущего металлом сока и вернулись обратно. Все-таки половина дня уже пошла, а там и до темноты недалеко. Если бы не это, я бы занялся поиском железных жилок, которых у меня почти не осталось. После мы быстро вернулись домой, нигде не задерживаясь. Я даже Седого с собой не брал.

Вернувшись, поставил кувшин на стол и подозвал троих новых симбионтов.

Прежде всего, я дал им своей живы и наблюдал за тем, сколько процентов эволюции я могу впихнуть в них.

Оказалось, что целых семь. Хорошо, вопрос лишь в том, сколько процентов закалки это будет. Это самое важное.

Я взял первого симбионта и начал медленно покрывать его соком железного дуба. Он сразу попытался вырваться, но я ему не дал.

ТЕРПИ. СТАНЕШЬ СИЛЬНЕЕ.

Преодолеть мой приказ он не мог, поэтому был вынужден терпеть.

Я ощущал его боль, и показал ему, что терплю вместе с ним.

ВМЕСТЕ.

Лоза чуть затихла, словно привыкая к ощущению жжения на поверхности своего тела.

Я осторожно начал передавать живу и боль чуть уменьшилась.

[Происходит закалка соком Железного Дуба (начальная)

Свойства: уплотнение и укрепление плоти симбионта.

Прогресс: 10%… 20%…]

Я даже не ожидал, что пойдет так бодро.

[53%]

На этом всё застопорилось. Я мог обмазать хоть всего симбионта, но ресурсы тела и живы не позволяли произвести одномоментную закалку. Почему всё работает именно так, я до сих пор не понимал. Думаю, когда-нибудь пойму причины таких ограничений и как именно они работают, но пока так.

Закалить половину тела за один день – это было очень хорошо. Ни душильник, ни Виа не могли похвастать такими темпами.

Когда я закончил закалку, то не стал обрабатывать лозе напрямую сожженную кожицу. Я знал, что это можно сделать только через время. Решил попробовать иначе. Позволил ей незакаленной, здоровой частью впитать смесь гидролатов. Жидкость мгновенно впиталась и, во-первых, симбионт сразу ощутил еще большее облегчение, а во-вторых, уже я почувствовал, что процесс заживления ускоряется.

Что ж, теперь следующая лиана.

Я надеялся, что с ними будет так же.

Я ошибся.

Видимо из–за того, что они обладали дополнительными свойствами, я смог реализовать лишь 5% эволюции и покрыть каждому симбионту 32% тела. Теперь становилось понятно: чем больше изначальных свойств у симбионта, тем медленнее даются любые изменения.

Глядя на три лозы, которые испытывали боль от сока железного дуба, я задумался.

Под столом был ящичек с душильниками, уже проросшими мутантами. По сути, душильники показали себя как максимально эффективные и быстрые универсальные симбионты. Да, они туповаты и прожорливы, но они могут брать массой. Вот только их естественная закалка и рост занимают время, это основная проблема, но вот если бы…

Я застыл, пораженный мыслью. Надо было сразу так попробовать!

Я быстрым шагом вышел за пределы дома и, отойдя шагов на пятьдесят, начал собирать семена душильников. Благо, этого добра хватало.

После этого я вернулся и приготовил небольшой ящичек (не знаю, для чего его раньше использовал Грэм) с землей, а после начал проводить эксперименты.

Сначала погрузил семена в небольшую мисочку с чистым соком железного дуба. Ожидаемо, он просто «сожрал» семена. Они погибли моментально. Ладно, попробуем кое-что еще. Дальше я действовал иначе: использовал порошок хватал, который был одновременно и консервантом и ослаблял действия сока.

Результат был тот же – даже ослабленный сок сжег семена. Допустим. Но это обычные семена, а что если использовать более агрессивный метод закалки? Закалки семян.

Я взял одно семя в руку и, капнув на него кровью, сразу использовал переизбыток живы, чтобы запустить процессы мутации. Минут пять я ждал, когда она начнется.

[Начат процесс мутации.

Примерное время завершения: 11 часов 20 минут]

После этого я закрыл глаза и, погрузив семя в едкий сок, начал сразу использовать свою кровь и живу для восстановления.

Сок пытался жрать семя, а я давал ему живу, которую оно, на удивление, сразу начало использовать.

[Идет адаптация к внешней агрессивной среде…3%…]

Я застыл. Раньше такого ни разу не было.

[Идет адаптация к внешней агрессивной среде…7%…]

Надо сказать, жрало мою живу семя несоизмеримо своему крошечному размеру. За пять минут, которые я держал его в соке, оно сожрало 10 единиц живы, и не собиралось останавливаться. Я понимал, что едва я прекращу подачу энергии, как семя просто скукожится и умрет, поэтому я держал до последнего.

[Адаптация к агрессивной среде (сок железного дуба) завершена.]

Час. Столько мне пришлось подавать энергию в семя. В итоге я потратил сто двадцать единиц живы.

Для кого-то это был бы весь запас духовного корня, для меня – четверть. И я лишь порадовался, что на обратном пути постоянно использовал Поглощение и восстанавливал свои запасы, иначе ничего бы не вышло.

После этого семя уже спокойно лежало в соке и ему было всё равно. Правда, цвет оно поменяло на темный, почти металлический. Я тут же переложил его в подготовленную землю.

[Примерное время завершения создания мутанта: 10 часов 20 минут]

Похоже, до окончания мутации я не узнаю, приобрело оно просто устойчивость к железному соку или же приобрело его свойства. То есть, стало прочнее. Если просто устойчивость, то этот вариант мне не подходит, а вот если закалку – то это совсем другое дело. Делать закалку на этапе проращивания семян идеально, потому что это сократит время, которое я бы потом тратил на нее.

После я попытался то же самое сделать с не мутировавшим семенем. Не вышло.

Затем попробовал мутировавшее семя посадить в землю, пропитанную едким соком. Но похоже, такая его концентрация была недостаточной для того, чтобы запустить процессы адаптации. То же самое и с соком, разбавленным водой. Он сразу терял всю свою едкость, полезную для закалки.

В общем, кое-что стало понятнее. Скорее всего, большинство «особых» растений, растущих в Глубинах, рождаются в изначально агрессивной среде, но из-за огромного переизбытка живы часть из них мутирует и приобретает, вернее, меняет свои свойства под воздействием определенного типа живы. К примеру, как огненные растения. То, что я делал целенаправленно, природа делала случайно и в итоге получалось невероятное разнообразие растений.

Вопрос в другом. Сможет ли другое семя, – не душильника, – впитать свойства агрессивной среды? К примеру, тот же ловец или изгородь Морны. Правда, для этого нужно добыть их семян, и запастись живой. Благо, каждый открытый канал добавлял мне три единицы к объему духовного корня, а значит, когда я открою все каналы, он почти удвоится в объеме.

Я вздохнул. Хорошо, оставим это семя. Завтра посмотрим на результат.

Глядя на закаленное семя, я задумался о себе. Я откладывал второй этап закалки кожи, потому что этот этап во-первых, должен был быть еще болезненнее, а во-вторых, заживление там идет еще дольше – неделю, не меньше, если верить Грэму. А это значит, что-либо рука, либо нога, либо другая часть тела будет нестерпимо болеть и использовать нормально я ее не смогу.

Но сейчас кое-что изменилось.

Кровь Чернорука.

Главная проблема закалки – невозможность в первые дни использовать мази, которые бы ускорили заживление. Но с Кровью Измененного всё иначе. Я мог ускорить и усилить регенерацию просто приняв, как Грэм, Алую Пасту Жизни или что-то подобное. Конечно, использовать драгоценный золотой женьшень или саму Алую Пасту для себя я не мог. Всё это – для Грэма. Кристаллы я искал для него и для эликсира Морне. Поэтому мой вариант – сделать более слабую рабочую смесь на основе крови Измененного, которая в несколько раз ускорит закалку. Если закалка будет как раньше занимать 2 дня, то это решит вопрос.