Текст книги "Мастер Трав VII (СИ)"
Автор книги: Ваня Мордорский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
Глава 21
Я открыл глаза, и какое-то время лежал не двигаясь, пытаясь удержать в голове ту картину, которую только что видел.
Зеленая сеть. Пульсация. Черный пояс. Тусклые узлы за ним.
Мне надо было запомнить всё это, потому что это живая карта того, что называется Зеленым Морем. Думаю, в этом я ни капли не ошибаюсь.
В руке был зажат кусочек коры, и он был холодным. Странно, обычно он был теплее.
Я прислушался к своим ощущениям: голова была удивительно ясная – ни тяжести после ночи, ни тумана. Будто я и не спал, и не видел странный сон, а просто уснул и проснулся.
Главное – не дать памяти размыть детали.
Я сбросил покрывало и медленно встал. Надо записать, зарисовать где-нибудь, на чем-нибудь.
Я вышел в прихожую, где были дощечки, на которых я писал угольным карандашом. Выглянул в окно – еще темень. Взял дощечку, угольный карандаш и начал рисовать схему. Увы, всё будет черным, но потухшие точки я просто обведу дополнительными кружками, чтобы не путаться.
Сначала я обозначил большое поле, обозначающее зеленую сеть. Я выводил ее угольком как мог и не пытался передать всю красоту того, что видел – мне нужна была понятная схема, скелет того, что я видел и за что мой мозг бы зацепился.
Потом провел широкое неровное кольцо – Черный Пояс. Он был не сплошной, и я постарался запомнить, где именно были прорехи: одна крупная сверху, две поменьше – слева, и тонкая «трещина» справа. И это только в одном участке, в других их было намного больше. Прорисовал всё это.
И, наконец, самое важное – узлы за поясом. Тусклые точки.
Я закрыл глаза и попытался не торопясь прокрутить картину сна еще раз целиком. Одна… две… три… Пять штук у нижнего края пояса, еще две чуть в стороне. Дальше отдельный узел – тот самый, что первым «дернулся» и я заметил его. Я обвел его двойным кружком, чтобы не перепутать. Ещё четыре тусклых точки были разбросаны кучкой, словно крошки от хлеба (в них не было никакой симметрии или системы). И еще две – далеко, на самом краю того, что я смог разглядеть во сне.
Открыв глаза, я еще раз сверился с тем, что осталось в памяти, и поправил расположение двух точек: мне показалось, что одна была чуть правее, а вторая – ближе к Черному Поясу, чем я нарисовал.
Долго смотрел на дощечку.
И всё это без масштаба, без привязки – просто плавающие в пустоте крошки. Если бы у меня была карта этих земель – настоящая, большая карта, на которой было бы видно и Янтарный, и Хмарь, и хотя бы примерно Сумрачье, я бы попробовал наложить точки. Но такой карты у меня не было. У меня была только карта этой части Кромки и всё. Похоже, этот вопрос нужно будет скоро решать. Возможно получится добыть полноценную карту – не верю, что таких нет. Скорее всего, они просто дорогие.
Кольцо черных узлов – это Хмарь, это очевидно. Черная жива, которая «глушит» зеленую, поглощает сигналы и выжигает узлы. И логически это кольцо должно было ограничивать сеть, но, видимо, не справилось с этой задачей из-за прорех, поэтому часть точек за ним до сих пор функционировало, пусть и в ослабленном виде. А Черный Пояс в соотношении здоровой и больной части сети пока что занимал не такую уж и значительную часть. Как будто первоочередной задачей у него было поглотить всё то, что уже было внутри него, а не то, что осталось снаружи.
Но что это за тусклые, едва светящиеся, но живые узлы?
Места корней Древ, – подумал я. Это было первое, что пришло в голову. Если корни Древ Живы действительно тянутся очень далеко, как я уже видел во время нашего первого похода с Грэмом в Глубины, то узлы за поясом – это как раз точки, куда дотянулись корни. Самые дальние и самые истощенные. Мы ведь с Грэмом были на краю Глубин… так что может это корни, а возможно и что-то другое. Я ведь не знаю, как должен выглядеть узел снаружи в реальности. На что это похоже? На дерево? Поляну? Камень с проросшими корнями? А может это аномальная зона, как Хрустальный Лог или Огненная Проплешина? Или что-то совершенно незаметное на поверхности, например кусок земли, под которым в глубине пульсирует та самая зеленая жила?
Гадать бессмысленно, нужно искать.
И в голове возникла ещё одна, как будто логичная мысль: а могут ли это быть семена древ? Тусклые – это спящие, а черные – мертвые.
Слишком много вопросов и слишком мало данных. Но в одном сомнений не было: почерневшие узлы напрямую связаны с Чернодревами. И раз Черный Пояс – это Чернодрева, значит и Говорящий, и Целитель, и все Гиблые находятся там, и «питают» свою силу оттуда.
Возможно ли, – медленно думал я, постукивая угольком по дощечке, – что Говорящий осел именно там, в черных узлах, и не выходит оттуда не потому, что не хочет, а потому, что не может их покидать? А Целитель – его «длинная рука». И может даже не одна: как я говорил Грэму, таких «целителей» много, и действуют они в разных зонах. Если это так, то Говорящий не может прийти к нам сам – он может только послать кого-то, дотянуться через марионеток.
Грэм говорил вчера, что Сумрачье далеко, и Целитель тут, у нас, слабее, чем у самого Чернодрева. И может быть дед прав – это сильно обрезает их возможности здесь. Но это не значит, что они не будут пытаться расширить эту область своего контроля: метки на деревьях, меченые крысы, гнилодарцы, которых уводят, чтобы вживить им «контур»… Это и есть постепенное расширение черной сети – просто методами, которые доступны Говорящему.
Возможно им надоело там сидеть, и они растягивают черный пояс, пытаясь создать новые мертвые точки. Возможно из тысяч меток можно подготовить землю для создания такого черного узла? Может цель вовсе не в атаке на кого-то, а просто в создании благоприятных условий. Но разве тогда не логичнее закрыть дыры в Черном Поясе и сделать его монолитным?
Я медленно выдохнул.
В любом случае, если мое предположение верно, то всё, что мы делаем – уничтожаем метки, лечим Клыка, или мешаем Целителю с Рыхлым, – это маленькое, но все-таки сопротивление. Хотя, конечно, недостаточное. И в этом плане теперь у Виа особое место за счет устойчивости к черной живе.
Я опустил дощечку и посмотрел на нее еще раз. Со стороны это просто пятна, безумная мазня угольком по доске. Если кто-то увидит, то решит, что мальчишка от безделья накалякал. Даже я пока не видел в этом никакой системы. Так что за дощечку можно не волноваться. Но на всякий случай положил ее в место, где лежала пара дощечек, на которых я тренировался в письме. Вот тут как раз никаких оправданий придумывать не нужно: меня учит Мира и, думаю, той же Марте об этом уже известно, учитывая, что ее мальчишка бегал за нами.
А, ради того, чтобы восстановить точную карту сети не жалко создать и потратить на себя ментальные эликсиры. Что я чуть позже и сделаю.
Я вздохнул и вышел во двор, в утреннюю сырость. На удивление промозглое и туманное утро. Солнце ещё не поднялось из-за деревьев, но небо уже начинало светлеть и бледнеть.
Холодно.
Я поежился.
Грэм уже был уже на ногах. Или может он вообще не спал? Не знаю насколько он волнуется из-за прихода Марты, но у меня легкое волнение сейчас возникло, потому что я не совсем понимал, чего ожидать от этой женщины.
Я присмотрелся. Нет, Грэм абсолютно спокоен. Во всяком случае с виду. Сидит и точит небольшую деревяшку, что-то бурча под нос.
Я прошелся по дорожке между грядками. Серебряная мята торчала голыми стеблями, восстанавливающая трава ничуть не лучше. Только живосборники янтарные смотрелись слишком уж бодро. Но их портить я не собирался.
А вот стебли мяты, которые даже после срезания всех листьев выглядят довольно упругими, нужно это подправить. Я присел у первой грядки, положил ладонь на оголенный стебель и аккуратно потянул живу.
ОТДАЙ.
Взял немного, совсем чуть-чуть – ровно столько, чтобы стебель стал желтоватым, обмяк. Ничего, как только Марта уйдет, так сразу всё и поправлю и восстановлю все растения. Благо навыков и ресурсов в виде тех же восстанавливающих отваров у меня хватало.
Я методично двигался по саду, не выжимая растения досуха – мне нужно было, чтобы они выглядели хуже, а не умерли. Серебряная мята отдала живу легко, восстанавливающая трава – чуть тяжелее. Ментальные травы я не трогал вовсе у них и так был достаточно скромный вид. До эволюции они так и не дошли. Жаль конечно, но возможно им нужны дополнительные ингредиенты для роста.
Потом занялся живосборниками: сходил за баночкой в дом и стал по одной, аккуратно, снимать выступившие за ночь капли янтарной росы. Сегодня Скиталец провел время не в саду, поэтому и поток живы был меньше, и капель каждое растение выделило меньше.
Когда заткнул баночку пробкой, мысленно проверил Скитальца: он был за домом, метрах в двадцати, делал медленный круг по краю участка.
Виа лежала в Кромке, у тайника с семенами. Душильник неподалеку от нее. Виа уловила мое прикосновение и тут же откликнулась приветствием и легкой радостью.
ТИХО. СПОКОЙНО. СИДИ. НИКАКИХ ВСПЛЕСКОВ ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ.
Виа ответила согласием. Спокойным, без обиды. Неужели прошла со вчера? Похоже на то. И это хорошо.
Закончив с «отъемом живы» у растений, подошел к корыту и заглянул в него. Глаза нормальные, только их цвет стал чуть насыщеннее. Но это, видимо, уже постоянный эффект.
Сейчас попробуем.
Я открыл канал на максимум, – на Слияние, – и восприятие Виа, ее ощущение мира и тепловые пятна жизни вокруг тут же ворвались в меня. Пятна, которые она хотела поймать.
СПОКОЙНО.
Глянул в корыто. Да, светятся, не так сильно, как во время первых всплесков, но очень заметно.
А теперь осторожненько прикрыть канал.
Я смотрел в глаза и они медленно-медленно убирали яркость света, будто ползунок прикрутил. Вот только остаточное свечение оставалось еще почти минуту.
Теперь понятно сколько мне нужно времени, чтобы полностью избавиться от последствий.
Я продолжил свою небольшую утреннюю тренировку. Грэм то и дело поглядывал на меня и на отражение в корыте.
Сегодня во время прихода Марты не должно случиться никаких неожиданностей. Надеюсь…Нужно контролировать себя, и пока еще не рассвело, есть отличная возможность освоить навык лучше.
[Контроль проявления Глубокой Связи: +3% (23%).]
Это за полчаса. Потом процесс немного замедлился. Все-таки Виа сейчас не испытывала сильных эмоций и не охотилась, поэтому и гасить канал связи было довольно легко.
Ладно, надо привести себя в порядок. Наскоро умылся и оглядел свою голову. Сейчас там был короткий ежик, но учитывая, что с закалкой мы не закончили, то снова придется все срезать. Вдобавок, мне нужно задуматься о том, где бы добыть еще больше хватал, вернее их панцирей из которых я делал порошок. Без него ослабленную версию сока едкого дуба я сделать не могу. Вот еще одна цель на ближайшие дни.
Я обернулся к Грэму.
– Дед, а ты камень определения куда дел? Если Марта будет действительно тщательно обыскивать….
Грэм, не поднимая головы, спокойно сказал:
– Утром сходил и спрятал под булыжником у Кромки. Тот, что с белой жилой, ты его знаешь. Часто проходим мимо.
– Знаю. – кивнул я, вспоминая булыжник.
Это что, выходит, Грэм его поднял?
Я взглянул на его руки. Чистые, без следов каких-либо ран.
– Твоя лиана рядом?
– Сторожит тайник. – ответил я.
Грэм коротко кивнул.
Седой спал на крыше. Хвост свешивался вниз, лениво покачиваясь от ветра. Сейчас он был немного похож на ленивого старого кота. Иногда его хвост подрагивал – ему что-то снилось.
Шлепа сегодня был не очень активен. Просто сидел возле Грэма.
Утренний туман постепенно рассеивался и солнце поднималось, бросая пока еще робкие лучи на холодную после ночи землю.
Я еще раз обошел сад. Хорошо. Скукоженные стебли, голые ветки, пожухлые листья…. Травник-неудачник, мальчишка-самоучка, который перерезал одну половину сада и не знает, что делать со второй. Идеальная картинка.
Вот только кто в это поверит? Точно не Марта. Однако это лучшее, что я мог сделать сейчас.
Надо сказать, закончил осмотр и подготовку я вовремя, потому что со стороны поселка к нам уже направлялась группа людей. И уже было понятно, кто это. Тут, у Кромки был только один дом – Грэма.
– Идут, – равнодушно заметил Грэм.
Я вздохнул. Вот и долгожданная проверка, которая постоянно оттягивалась. Представляю, как ее ждала Марта.
Через несколько минут группа проверяющих поравнялась с нашим забором.
Марта была с Эроном, со стражником, – который явно не выспался и был недоволен таким вызовом, – и, что меня удивило, четвертым проверяющим была девушка. И вот она заставила мое сердце забиться чуть быстрее. Молодая девушка, чуть старше двадцати, в светлом платье, перехваченном пояском, на ткани которого была вышивка, изображающая извивающиеся стебли и листья. Ее светлые волосы были распущены, а на руках она носила множество колец и браслетов. Когда она приостановилась у калитки я замер.
У нее светились глаза!
Но не вспышками, как у меня вчера, а ровно и как-то по-человечески. Но это мягкое, ровное сияние нельзя было не заметить.
Я почувствовал как у меня внутри что-то ёкнуло, и быстро взглянул на Грэма.
– Да, Элиас. – тихо сказал он, поднимаясь, – Вот про такой Дар травника я тебе и рассказывал. Не ожидал, что тут окажется кто-то с такими глазами.
– Ты ее знаешь? – уточнил я.
– Первый раз вижу. – ответил Грэм.
И у меня возникло нехорошее предчувствие. Сильный Дар травника? Не просто так ее сюда взяли. Марта, видимо, надеется найти то, что возможно не сможет найти сама.
Грэм подошёл к калитке, открыл ее и посмотрел сверху вниз – Марта была заметно ниже его.
– Заходи, Марта, тебе тут всегда… рады.
Пауза перед «рады» была такой, что слышно было, как Эрон еле сдержал кашель. Или смешок. Похоже, Марту он так же не любил, как и мы с Грэмом. Волк, кстати, ни на Марту, ни на Эрона не отреагировал – видимо, хорошо знал их запахи.
– Грэм, – сухо бросила Марта старику и оглядела всё вокруг с неприятным таким прищуром.
Алхимик вошла в наш двор и застыла с каким-то удивлением, осматривая сад.
Что ж, уже ради этого стоило обкорнать все растения – чтобы увидеть обескураженную Марту.
Эрон шагнул навстречу старику и крепко пожал руку, улыбнувшись и подмигнув. Не удивлюсь если Грэм во время своего похода по меткам намекнул Эрону как раз о том, чтобы он напросился идти вместе с Мартой.
Девушка же и стражник просто кивнули старику. Стражник так и остался стоять снаружи, прислонившись спиной к нашему забору. Входить внутрь и контролировать процесс он, похоже, не собирался. Просто формальное присутствие.
Марта прошла десяток шагов и остановилась. Снова окинула сад медленным, оценивающим взглядом. Эрон рядом с ней замер. Судя по его виду, находиться тут ему было не очень приятно. Может тоже осознавал странность подобной проверки?
– Вижу ты подготовился, Грэм, – сказала Марта язвительно. – Сад какой-то… жидкий.
– Жорки половину сожрали, – сухо сказал Грэм. – Ночью, прямо перед твоим приходом. Кромка же близко.
– А вторую половину? – Марта прищурилась.
– Мурлык сожрал, – спокойно сказал я и указал в его сторону.
Седой как раз спустился с крыши, плюхнулся возле грядки с остатками мяты и принялся невозмутимо откусывать стебли с каким-то невероятным достоинством.
– Очень смешно, – без улыбки сказала Марта.
– Не смешнее этой проверки, – ответил я.
Марта повернула голову ко мне, словно только теперь заметив. Я выдержал ее взгляд спокойно. Теперь ситуация другая, чем в нашу первую встречу – тогда я просил помощи, и получил отказ. Помощи, от которой зависело будет Грэм жить или нет. И причины отказа, честно говоря, меня сейчас уже мало волновали. Жизнь этого старика стала для меня ценнее любого человека в этом мире.
Марта фыркнула и пошла дальше, к ближайшей грядке. Наклонилась.
– Жорки оставляют рваные срезы, Грэм, – сказала она, не поднимая головы. – У тебя же ровные – листья срезали.
Она выпрямилась и посмотрела на меня и на Грэма.
Грэм хмыкнул.
– Может и срезали… Откуда я знаю, может какие воры ночью пробрались и обчистили наш сад. Обычное дело, живем на отшибе.
– А волк что, для виду? – заметила Марта.
– Он уже старый, – вздохнул Грэм, – Прям как я. Подслеповат стал, видишь, даже тебя пропустил, не зарычал. Я бы на его месте зарычал.
– Грэм!
– Ой-ой, страшно, – ответил Грэм, – Пришла смотреть растения – смотри, а не языком трепайся как на базаре.
Девушка подавила смешок. Эрон сохранял невозмутимый вид.
Стражник вживался в роль дерева.
– Эйна, – сказала Марта, не глядя на меня. – Начинай.
Эйна – вот как девушку зовут, – мысленно отметил я, наблюдая за ее походкой. Тонкая, как стебелек, девушка с небольшими формами. Словно полная противоположность Морне. Да и двигается легко, едва касаясь земли – никакой хищности в движениях, наоборот, выглядит как человек, который никогда не выходил в Зеленое Море. Даже у меня походка и привычки изменились за эти месяцы, а тут…совсем другое.
Девушка пошла по саду. Медленно, очень медленно, останавливаясь у каждого кустика, наклоняясь и не торопясь касаясь листьев пальцами. Я следил за ней не отходя от корыта.
Она остановилась у серебряной мяты. Положила два пальца на стебель и замерла на пару секунд. На ее ладони и пальцах слабо мигнуло – едва-едва, как мне показалось, – и тут же погасло.
Жива. Сканирующий навык. Точно!
Эрон в это время прошел к Грэму и тихо что-то у него уточнил, тот так же тихо ответил. Когда Эйна подошла к кусту с Седым, тот перестал есть да так и застыл с недожеванным стеблем.
– Какой любопытный мурлык… – заметила девушка и попыталась его погладить.
Но не на того напала. Седой зашипел и отпрянул.
– Он только…своим дается гладить, – заметил я.
– Вот как?..
Она присела у еще одного куста, – вернее того, что осталось от него, – прикоснулась пальцами и сказала:
– Уровень…выше обычного, – и подняла голову к Марте, – Не обычная мята, какая-то очень сильная разновидность, я такие встречала, их добывают из Глубин – мне попадалось пару кустов.
Марта приподняла бровь и спросила у меня.
– Что, само выросло, или в Глубинах нашли?
– Там, где нашли уже нет, – пожал я плечами, – Да и не выживет она. Видишь, в каком состоянии нашли, ужас.
– Вижу, что кто-то специально подпортил всё перед моим приходом.
– Не совсем так, – вдруг сказала девушка, – Растения очень слабые…без листьев и в таком состоянии, я боюсь, что они не выживут. Похоже, проблемам уже не один день.
– Какая жалость, – вздохнул Грэм.
Марта стиснула зубы.
Да, истощение сработало.
Девушка выпрямилась и повернулась ко мне.
– Элиас? – спросила она.
Я кивнул.
– Почему ты обрезал листья? Тебе как травнику не жалко? Я ведь не ошибаюсь, это ценные экземпляры мяты, их можно было продать. Зачем было портить? Чтобы насолить Марте?
Я почесал голову. Такого я не ожидал. Да и как скажешь: «Знаешь, Эйна, мне не проблема обратно вернуть их в цветущее состояние»?
На мгновение я засмотрелся. Не на нее саму, хотя она была, конечно, красивая, – тонкие черты лица, россыпь веснушек – ну прям полевой цветочек, – нет, я засмотрелся на ее зеленые глаза. Слишком это мне напоминало то же самое, что было со мной.
– Элиас? – окликнул меня Грэм, видя что я завис. Возможно он подумал, что у меня какие-то проблемы с Виа или глазами.
Я моргнул. На вопросы отвечать не хотелось, поэтому решил выглядеть как немножко запавший на девушку. Тем более, что она была действительно красивая.
– А, да… Извини, никогда не видел таких глаз, как у тебя. – как бы немного растерянно ответил я.
Грэм опустил плечи. Понял, что всё под контролем.
Эрон тихо кашлянул в кулак после моих слов.
Девушка чуть смутилась, но видно было, что ей это привычно – не в первый раз так на нее реагируют.
Марта повернула голову.
– Это знак Дара, – расщедрилась на пояснение она. – Некоторые сильные Дары с уклоном в травничество так проявляются. У Эйны такой Дар. У тебя, как я вижу, таких проявлений нет… Впрочем, удивительно, что в тебе так поздно вообще проснулся Дар.
И непонятно, кольнуть она хотела, или что-то другое сказать? Но в глаза мои она вперилась, словно поняла, что раньше никогда к ним не присматривалась.
Я застыл. Внутри у меня всё сжалось, потому что сейчас даже малейшая вспышка зеленого сияния была бы катастрофой.
ВИА. ТИХО.
Я сжал связь до тончайшей нити. На всякий случай. Но понимал, если у Виа будет всплеск эмоций, канал сам собой расширится.
– Лучше со слабым Даром, чем вовсе без него, – ответил я и пожал плечами.
– Это уж точно. – ответила Марта и пошла дальше, осматривать остальные растения.
Я едва-едва позволил себе выдохнуть.
– Ты не ответил на вопрос, – напомнила Эйна мягко. – Как можно так относиться к растениям? Почему срезал все?
– А, по поводу растений… – я почесал затылок, изображая смущение. – Ну, я не слишком умелый травник ещё. Поэтому вот такое случается.
– А тебе вообще что за дело-то, девица, – буркнул Грэм, – Твоя задача – вынюхивать растения и всё.
Я понял, к чему ведёт старик: он хочет ее разозлить, выбить из равновесия. Когда человек злится, он не замечает деталей.
– Не «вынюхивать», а чувствовать, старик, – отрезала Эйна. – Выбирай слова.
Грэм невозмутимо пожал плечами.
– Сам разберусь как говорить, не соплячке, что ни разу не была в Глубинах, меня учить. И да, именно вынюхивать – или можно как-то иначе назвать то, что вы с Мартой делаете?
– Ладно тебе Грэм, нечего девочку обижать, – встрял Эрон.
– Какие обиды, – поднял примирительно руки Грэм и шагнул за Мартой.
Ментальные травы ее особо не заинтересовали, как и пустые грядки. А вот изгородь – да. У нее она и остановилась.
– Любопытная изгородь, – сказала она, прикасаясь к ней рукой. Изгородь чуть шелохнулась. Благо, она еще была слишком слаба, чтобы демонстрировать агрессивность как у Морны.
Эйна как-то незаметно оказалась рядом с ней. Видимо, в ее задачи входило тут же анализировать то, что привлекло внимание Марты.
– Изгородь как изгородь, – пожал плечами уже Грэм. – Слабенькая. Давай, скажи еще, что мне запрещено иметь изгородь.
– Что ты, что ты, – Марта обернулась с тонкой улыбкой. – Просто интересно, где ты ее взял. Раньше я не припомню такой.
– Взял там, куда твоя нога не ступала, – махнул рукой в сторону Зеленого Моря Грэм. – Может, тебе ещё рассказать, где я громовый цветок взял?
Марта опешила. Но только на миг – и тут же ее лицо снова стало гладким.
– Не отказалась бы, – сказала она.
– Ещё чего, – Грэм отвернулся. – А я не отказался бы от помощи, когда был ранен, да вроде помощи ты не дала.
Марта побледнела. Да, одно дело выслушать наедине подобный упрек, а совсем другое и перед Эроном, и перед девушкой, которая после этой реплики недоуменно посмотрела на… Не знаю, кто ей Марта – наставница? Начальница?
Статус этой девушки как-то до сих пор непонятен. Ясно только одно – она не из Янтарного.
Эйна что-то шепнула Марте и направилась к живосборникам. Вот они ее заинтересовали. Лицо ее напряглось, она начала присматриваться к местам, откуда обычно появлялась янтарная роса. Потом коснулась пальцем влажного места, где уже начинала скапливаться капля росы и лизнула.
– Я бы купила их, – сказала она, обернувшись ко мне. – Я знаю, что такое янтарная роса. С десяток капель я бы купила. У вас есть запасы?
Марта резко повернула голову, она в этот момент осматривала ловца.
Грэм громко сказал:
– Не продаётся. Ни растения, ни капли.
Эйна перевела на него свои светящиеся зеленым глаза. Вежливо, без вызова, спросила:
– А что вообще продается в саду травника?
Я собрался ответить, но Грэм снова не дал:
– Для вас – ничего.
– А раньше продавал, – заметила Марта и двинулась к грибницам.
– Раньше было раньше, – ответил старик.
Эрон уже сидел на крыльце и ждал со скучающим видом.
Видимо понимал, что ничего запрещенного Марта тут не найдет.
Они двинулись дальше. Марта остановилась у грибниц. Та самая зона, в которую я отдельно подбрасывал лесную землю и грибной перегной. Грибы росли неровными колониями, несколько разных видов, в том числе и тот самый, которым мы поддерживали Грэма.
– А это для чего? – спросила Марта, спустившись одной ногой в грибницу и откинув доску, накрывающую ее.
– Это для меня, – сказал Грэм спокойно. – Помогает бороться с кашлем.
– В первый раз слышу, – отозвалась Марта. – А эти грибы так и вовсе ядовиты, – она была как раз у грибницы со спорником.
– У охотников свои методы, – ответил Грэм. – Нам помогает.
– Просто предупредила.
Обследовав все четыре грибницы, она направилась к дому. За ней последовали Эрон и Грэм.
Да уж, всем впятером нам там будет тесно. Однако… Эйна и не собиралась заходить внутрь. Похоже, ее задача – изучить все растения. Грэм это заметил, посмотрел на меня и кивнул в сторону девицы.
Понятно. Это он так намекает, чтобы я не оставлял ее одну.
Ладно, пусть. Я остался во дворе с Эйной.
Я подошел к девушке, которая остановилась у трав с ментальными свойствами и прикасалась к каждому из них, проводя что-то, видимо как мой Анализ. Во всяком случае, от импульса живы, который она пускала вниз, она явно получала какую-то информацию.
– А ты работаешь на Марту? – спросил я. – Не видел тебя раньше.
– Работала, училась когда-то, – ответила Эйна, – А эти травы в очень хорошем состоянии. Зачем они тебе, что ты из них варишь?
Улыбка у нее была мягкая, открытая и…невинная. И смотрела она прямо в глаза, не отводя взгляда. Не агрессивно, а наоборот, доверительно. Как старая знакомая. Хотя я помнил, что слова Грэма ее задели.
Я понял, почему Марта взяла именно ее – Эйна располагала к себе. Глядя в ее зеленое мягкое свечение глаз, хотелось поговорить, рассказать, поделиться.
На Элиаса это бы сработало без шансов. На меня – нет.
– Так ты приехала недавно? – переспросил я, обходя ее вопрос.
Она помедлила. Видно было, что заметила как я ушел от ответа.
– Да, – нехотя сказала она. – Марта меня позвала. Сказала, что у вас тут разное творится.
Вроде и ответила, да ничего конкретного. Не думаю, что ее Марта позвала из-за Хмари, дело в чем-то другом.
– Творится, – кивнул я. – Это правда. Значит, Дар у тебя сильный, а кто ты в гильдии?
– Я… – начала девушка, а потом вдруг сказала, – Не важно, сейчас я просто помогаю Марте.
Заминка в ответе меня напрягла.
– У тебя тут как будто особо ценных растений нет, – сказала она, шагнув к кусту смородины.
– Откуда ценным растениям взяться у начинающего травника? – пожал я плечами.
– Из Кромки, – спокойно сказала она. – У тебя же дед охотник. Да и не обманывай меня – мята очень сильная, как и восстанавливающая трава, я это чувствую. А живосборники вообще чудо – я такие только пару раз в жизни видела. Янтарная роса наверное невероятного качества?
Она заглянула мне в глаза.
– Не знаю, не пробовал. – покачал я головой, – У нас ее жужжальщики пьют.
Жужжальщики уже действительно проснулись и начали кружиться вокруг живосборников, где начинали формироваться капли росы.
– И ты даешь им ее так просто пить? – удивилась Эйна, – Она же…недешевая, а вы не похожи на богачей.
– Почему бы и нет, они помогают моему саду – я даю им что-то взамен. Всё честно. А деньги…мы заработаем.
А потом она начала допрос, иначе и не назвать. Указывала на растение и, пытливо уставившись, спрашивала название и для чего оно мне.
Ну, тут я решил даже не врать – все-таки странно иметь в саду растения, и не знать для чего они. Из дома доносился негромкий голос Марты, задающей вопросы Грэму. Кажется что-то про перегонный аппарат. Ну за него я не боялся – то, что мне его сделал Берг не секрет.
– А что ты варишь чаще всего? – спросила она невинно. – Наверное уже много чего умеешь? Я вот никогда не варила.
– Только восстанавливающий отвар.
– И всё?
Она искренне удивилась.
– И всё, – кивнул я.
– Так уж и всё? – она с легким недоверием улыбнулась и заглянула мне в глаза. – При таком саде – и только восстанавливающий?
– Пока всё. – улыбнулся я. – Слышала же Марту, у меня очень поздно пробудился Дар. И всему, что я умею, меня учил дед, а он знал только как варить восстанавливающий отвар.
Она смотрела на меня еще пару секунд – мягко, с интересом. С каким-то особенным интересом, как будто игра ей нравилась.
И тут внутри меня что-то дернулось.
Виа.
Вот дерьмо!
Виа почувствовала знакомый тип энергии, – черную живу, – где-то рядом с тайником. И это заставило ее встрепенуться от ощущения близкой опасности.
НЕЛЬЗЯ! НЕ ТРОГАЙ! СИДИ ТИХО! НЕ АТАКУЙ!
Виа сопротивлялась. Она хотела удушить эту тварь и выпить черную живу. Она хотела стать сильнее и помнила, что прошлые разы сделали ее сильнее. А еще ее инстинкт хищника заставлял атаковать первой. Но если она атакует, канал сразу увеличится и мои глаза вспыхнут.
НЕЛЬЗЯ! СИДИ!
От этого наплыва эмоций и жажды охоты канал расширился против моей воли.
Дерьмо! И был ведь осторожен! Но тварь с меткой всё испортила. Только бы меченое существо не полезло к Виа. Это сломает все планы. Мне придется поддерживать Виа, а сейчас бежать в Кромку я не могу. До того как Марта не уйдет это просто невозможно. А одна Виа не справится, я это знал. Пока еще нет.
Виа сдержалась и не кинулась в атаку, но мои глаза…мне не надо было на них смотреть, чтобы понять, что они вспыхнули зеленым. Я это уже чувствовал.
Я уже заранее начал отворачиваться и сразу начал тереть глаза и шагнул от девицы прочь. Сейчас мне нужно немного времени – хотя бы минутка, чтобы подавить зелень в глазах.
А с той стороны еще и стражник пялится. Ладно, пойду к корыту, сделаю вид что умываюсь.
– Ты чего? – удивилась Эйна.
– Да в глаз что-то попало. – отмахнулся я.
Два шага – и я уже у корыта. Наклонился. Заглянул.
Глаза мигали. Не сильно, но всё же мигали: зеленые вспышки прокатывались по радужке как короткие сполохи.
Дерьмо! – подумал я. – Да как же все это не вовремя! Я же думал, что все идеально контролирую!
И сразу плеснул воды себе в лицо. Потом еще.
ВИА, СИДИ ТИХО. НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЙ. Я ПРИДУ.
Лиана нехотя успокоилась. И то потому, что носитель черной метки чуть отдалился.
Я медленно дышал и не открывал глаз. Просто стоял над корытом. Слышал разговоры Марты и Грэма внутри дома. Кажется, они уже о чем-то спорили. Не важно, сейчас самое важное – мои глаза.
Медленно приоткрыл глаза и осторожно взглянул в отражение. Сияние еще было. И тут я увидел ее. Чертова девка стояла прямо возле меня! Пока я стоял и умывался с закрытыми глазами, она неслышно подошла и стала вплотную.
Но самое идиотское было то, что она смотрела в отражение. Наше отражение.
Она не могла не видеть слабое сияние глаз.
Эйна стояла там и смотрела на меня с какой-то новой улыбкой. Как у ребенка, который только что поймал бабочку и та еще не поняла, что ее поймали.
Внутри все похолодело.
– А ведь у тебя тоже красивые глаза, Элиас, – сказала она негромко. – На мои немножко похожи.
Она видела.
