Текст книги "Волчий клан 3 (СИ)"

Автор книги: Валерий Муллагалеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6
Волк ловит яйца

Граф Каменский шествовал передо мной с гордо поднятой головой, всем своим видом показывая, что он не просто провожатый, а владыка, почтивший меня приглашением в святая святых дома.

Он отпер тяжелую дубовую дверь. Коридор сменился галереей со стеклянными витринами вдоль стен.

– Фамильный музей, – проговорил Каменский и взмахнул рукой, зажигая магические светильники.

По центру зала тянулась шеренга разнообразных камней в человеческий рост – целые глыбы, угловатые, с природным узором. Среди обычных камней, отличающихся от булыжников только необычной расцветкой, были и кристаллы. Доставить сюда все эти махины могли разве что с помощью магии.

Подобное я видел в геологическом музее, а вот содержимое витрин напоминало музей исторический и даже палеонтологический. Мечи, древние латы из полированных медных и бронзовых дисков, пергаментные фолианты… здесь же громоздились скелеты чудовищ – пожелтевшие от времени, скрепленные штифтами, но до сих пор хранящие в себе грацию хищника.

Было видно, что Каменский любит Героический век. Пожалуй, Навьяр почувствовал бы себя в окружении этих вещей как дома.

– Впечатляет, – сказал я.

– Масштабы, конечно, не столичные, однако здесь найдутся экспонаты, каких вы не встретите больше нигде, барон, – проговорил он, словно экскурсовод, а потом добавил совсем другим тоном: – Бесценные родовые реликвии. Идемте же дальше…

Последний экспонат был спрятан от глаз в сейфе: хоть и в музейной галерее, но только для избранных посетителей. Каменский многозначительно на меня посмотрел и открыл дверцу.

На устланной бархатом полке лежало яйцо. Скорлупа была в волнистых разводах с оттенком побежалости – такие возникают на металле в местах сварки. Величиной яйцо было с дыню приличных размеров.

– Это то, о чем я думаю? – спросил я. – Яйцо дракона?

– Змия, – поморщился Каменский. – Я показал вам его не ради хвастовства, барон. Ответьте мне как волколак, чувствуете ли вы характерный запах или нет?

Я чуть наклонился вперед, потянул носом воздух.

Яйцо почти не пахло. Это в порядке вещей, яйца и не должны источать запах, чтобы лишний раз не привлекать хищников. Поверхность плотная и гладкая, запаху просто неоткуда взяться. Я различил разве что тонкий кремниевый оттенок.

Однако было еще кое-что. Нотка магии, причем новой для меня. Как будто стихии смешались и образовали нечто новое. Живое, но по-прежнему магическое. Вместе с кремниевым оттенком это создавало неповторимый запах. Ядро Ярости от него затрепетало в волнении.

– Да, ваше сиятельство, – кивнул я. – Запах есть. А с какой целью интересуетесь?

– Об этом позже. Смогли бы вы найти яйцо по запаху, если его поместить, скажем, в один из домов небольшого уездного города?

Я задумался. Не так давно я легко нашел ключ от браслетов в саду. Неоднократно вычислял по запаху врагов. Но чтобы найти предмет на большой территории, да еще по такому тонкому запаху… Разве что в третьей или четвертой форме. А если дать след множеству внутренних волков пятой формы? Ответ зависел скорее от желания.

– Возможно, – сказал я. – Если в том городе не окажется сильных перебивающих запахов или яйцо не будет храниться в сундуке со специями.

– Думаю, этим вашим талантам найдется отличное применение, – сказал Каменский.

– Как я понимаю, дело не связано с неугодными вашему сиятельству маг-кураторами, – сказал я, напоминая ему, что не обещал ничего сверх этого.

– Как я и говорил, это слишком мелкое занятие для вас. Теперь вы барон, с вами можно иметь дела и посерьезнее, не так ли?

– Под гербом я всё тот же Георгий Лютиков. Не больше и не меньше. Так что же вы хотите предложить?

– Запомните этот запах, – кивнул он на раскрытый сейф, – и мы переместимся в мой кабинет, где обсудим всё по существу.

Сделав поочередно несколько коротких и глубоких вдохов, я выдохнул и зафиксировал запах в сознании.

– Будет эффективнее, если образец запаха будет при мне.

Каменский сухо усмехнулся. Захлопнул сейф и щелкнул замком, вгоняя в пазы металлические стержни. Всё было понятно и без излишних объяснений.

В его кабинете мы расположились в глубоких кожаных креслах у камина, сейчас холодного. Каменский предложил согреться другим способом, и через минуту в наших руках были бокалы с крепкой настойкой на пахучих травах – что-то местное и традиционное, далекое от заморских коньяков.

– Императорский Исследовательский Корпус, – многозначительно проговорил Каменский. – Слышали о таком?

Я отрицательно покачал головой.

– Это организация при Магическом Университете, занимается историческими исследованиями и археологией. Я профинансировал исследование и экспедицию, чтобы они нашли для меня еще яйца змиев.

– Хотите расширить коллекцию? – чуть улыбнулся я.

– В Героический век мой род повелевал змиями, – с достоинством проговорил Каменский. – Мы летали на них, заклинали их. Магия Земли и Камня течет в крови Каменских и змиев.

– Сейчас смутное время, все ищут силу… Вы намереваетесь вылупить змиев?

Каменский тонко улыбнулся, словно каменная глыба дала трещину.

– Ну что вы, барон. Это дела давно минувших дней. У меня сугубо исторический интерес.

– Я так и подумал. И как успехи у экспедиции?

– Я поделился с ними родовыми летописями, и они проследили судьбу одного из последних змиев по имени Скаломор. Провели исследования и археологическую разведку. Выяснилось, что змий сгинул в Атрагосии. Это город на самом юго-востоке Державы, бывшая провинция Аркадии. Ныне это руины, погрузившиеся под землю.

– А яйца?

– Исследовательский Корпус ограничился только находкой Атрагосии, в сам город они не пошли.

– Почему?

– Я сказал, что Атрагосия находится на юго-восточной границы Державы?

– Да.

– Чуть-чуть дальше.

– То есть в Карубе? – усмехнулся я.

– На нейтральных землях. Спорных. Опасных. Не столько из-за войны, сколько из-за дикости.

В молчании мы допили настойку. Я нахмурился. Всё это звучало как начало опасной затеи, в которой Каменский ничем не рискует, кроме моей шкуры.

– Я послал туда своего сына, – вдруг сказал он.

– Вот как? – удивился я.

– Аскольд снарядил собственную экспедицию. Он превосходный маг Земли, так что пробил проход в руины под землю. Но от него нет вестей с весны. Возможно, с ним что-то случилось. Возможно, у него сложности с поисками.

– Кажется, мы подошли к моему участию в этой истории, – проговорил я.

– Именно. Я предлагаю вам отправиться в Атрагосию и завершить поиски.

– Прежде чем я дам ответ, скажите, ваше сиятельство, чего же в этом деле, так сказать, баронского? Я мог отправиться туда и без титула.

– Отнюдь. Теперь ваши владения в моей администрации, все знают, кто вы и где проживаете. У вас есть репутация.

– Раньше мне было нечего терять, и я взялся бы за такое легче.

– Нет, не взялись бы, потому что я бы не предложил. Теперь вам есть что терять, вы не проходимец, который может исчезнуть с найденным сокровищем.

– Я вас понял. Вернемся к началу. Такая услуга явно крупнее обещанной вам ранее, вы согласны?

– Это так, – чопорно кивнул Каменский. – Я не отрицаю и готов обсудить ваши условия. Само собой, я в свою очередь профинансирую ваш поход. Набирайте в свиту столько людей, сколько сочтете необходимым. Я рекомендую небольшой отряд доверенных и талантливых людей. С боевыми навыками, само собой.

Как только он начал говорить об этом своем городе, я сразу вспомнил о Гардароте, древней твердыне волколаков, где я могу пройти инициацию Ярости – стать Волчьим князем, а еще вернуть Навьяру утраченное Ядро.

В этом мы с Каменским похожи, оба ищем силу. Я не знал местонахождение Гардарота, лишь то, что он где-то в северных лесах. Возможно, подсказать может Сигмар, но лучше я справлюсь без его помощи (пойди найди его, и не факт, что он решит поделиться знанием, если сам знает).

Поэтому я и решил повторить маневр Каменского – обратиться в Императорский Исследовательский Корпус. Разница между мной и графом была в том, что, во-первых, волколаку в поисках могущественного наследия такая организация откажет, во-вторых, я не могу предложить им финансирование исследования.

Я озвучил это Каменскому в качестве услуги, которую я хочу: чтобы он обратился в корпус от своего имени и профинансировал поиск Гардарота.

– Древняя крепость волколаков, говорите? – хмыкнул Каменский, потерев гладко выбритый подбородок. – Уж не надеетесь ли вы обрести там некую силу?

– Ну что вы, граф. Это дела давно минувших дней. У меня сугубо исторический интерес.

* * *

Наконец-то с балом завершили.

Он стал переломным событием, из которого вперед устремилось сразу несколько дорог: отправиться в загадочную Атрагосию для Каменского, вывести на чистую воду пороховых контрабандистов (кстати, где там Репей?) для Канцелярии, да еще с Рюминым, чувствую, дело не закончено.

Тем временем меня поджидали и старые дела. Ратибор должен был уже пройтись по волчьим общинам и пригласить их под мое начало в Красные Родники. Там же меня ждала голова Челищева…

Дел много, всё важное и перспективное. Для начала – на базу. Пришло время навестить свои новые владения – теперь как официально признанный барон.

Мы поехали в Красные Родники на поезде вчетвером. Я, Игорь, Инесса – и старик Ефим, который без умолку рассказывал, как там всё замечательно обустроили. То и дело приходилось останавливать его, когда он начинал в подробностях описывать то, что мы и так вскоре увидим.

Однако по прибытии в Красные Родники обнаружилось, что за время бала произошли новые события, о которых еще никто не знал.

Глава 7
Запах неприятностей

Делая пересадку в Пригорье на узкоколейный поезд, я вспомнил о том, как однажды Свиридов вместе с полицией вытащил меня прямо из вагона. Интересно, снеговик на заднем дворе его усадьбы продолжает стоять, несмотря на лето?

Казалось, всё это было так давно. Тогда я был бесправным новообращенным волколаком, а теперь, глядите-ка, барон.

Настроение у нас четверых было приподнятое. Маленький поезд с тесными вагонами увозил нас в, прямо скажем, захолустье, но это мое захолустье.

Красные Родники были для меня не просто провинциальной волостью. Их я сначала отвоевал, а потом официально получил за особые заслуги перед Державой. Трофей и награда в одном флаконе. Моя отправная точка, родина в этом мире.

То ли еще будет. Чужого нам не надо, но свое мы возьмем, чье бы оно ни было!

– Вон, мельницу починили, – сказал старик Ефим, показывая в окно. В его голосе слышалась сдержанная гордость. Видно было, что свои полномочия дворецкого он распространял и за пределы особняка.

– Одобряю, – кивнул я. – Ты поладил с Митричем?

– Да, барин, хороший он мужик. Семейный. Для старшины волости это важно.

– А что Ратибор?

– Не видал я его.

Значит, не вернулся еще с моего задания. Ходит, как говорится, по городам и весям, собирает волчью общину.

Насчет Ратибора у меня были особые планы. Я помнил его ярый взгляд и приверженность легендам про волколаков. Не забыл я и то, как он единственный встал на мою защиту, когда я валялся обессиленный после схватки с Рыковым и меня собирались добить. Он первый в списке тех, кому я предложу стать волколаком. Когда разберусь, что к чему.

– Немного волнуюсь за ту голову в кристалле, – вполголоса сказал мне Игорь. – Не доверяю я ей.

– Кто она? – всполошилась Инесса. Она услышала фразу, потому что сидела рядом со мной, положив голову на плечо.

– Не она, – ухмыльнулся я. – Он. Потом тебе покажу. Тебе понравится.

– Вряд ли это может кому-то понравиться, – поморщился Игорь. – Лично я считаю, что будет правильным ее уничтожить.

– Разберемся.

За разговорами вслух и воспоминаниями с планами в мыслях мы доехали до Красных Родников.

Никакого перрона и тем более вокзала здесь не было – лишь кто-то покрасил ствол дерева на обочине в красный цвет. Через осиновую рощу устремлялась тропа и вливалась в проселочную дорогу. Дальше виднелось поле, деревня и холм с каменным домом, похожим на замок.

– ХРА! – раздалось из рощи. Между деревьев мелькнула исполинская серая фигура.

Я-то почуял Кабачину заранее – такой волчий дух волколака в третьей форме я чую буквально за версту даже в человеческом обличье. А вот остальные вздрогнули.

Игорь привычно схватился за эфес палаша – годы службы в Черном Полку не прошли даром, до недавнего времени он видел в волколаках исключительно врагов. Инесса, заметив мое спокойствие, отпустила мой локоть.

– Еб!.. – выдохнул Ефим. – Никак не привыкну, что это чудище тут ошивается.

– Не безобразничает? – спросил я.

– Не-а. Бродит вокруг волости, как бы патрулирует. Зверодан с ним ладит. Говорит, всё путём. Но мне все равно не по себе как-то.

Я посмотрел в желтые глаза, наблюдающие за нами из-за деревьев.

– Иди к нам, Кабачина!

– Что за имя такое? – спросила Инесса.

– Волчина – кабачина – серая бочина, – объяснил я.

Кабачина приблизился. Три метра ростом, поперек себя шире, мускулистые передние лапы распростерты в стороны, когти способны вспахать землю как плуг. Волчья шерсть на природе стала гуще, чем была на Арене, появился здоровый лоск. Единственный волколак, который крупнее меня в третьей форме.

Я чувствовал его Ярость, растворенную во всем теле без выраженного Ядра. Одичавший волколак, лишенный человеческой сущности. По сути зверь, но зверь разумный и понимающий больше, чем любой волк… и некоторые люди.

Он подошел, загораживая солнце. От него шла волна жара и звериного духа, мощное дыхание можно было принять за рык, но он просто сопел, с интересом разглядывая нас. Даже голову склонил набок и навострил уши, выдавая мыслительный процесс.

Я обвел руками всех приехавших со мной и весомо проговорил:

– Это – свои. Часть стаи. Мои близкие. Важные. Их нужно слушаться и защищать, как меня самого.

– ХРА! – согласно ответил он, а потом указал когтем на Инессу и добавил с восхищением: – Хра-хра!

– Чего он?.. – сказала она, поежившись скорее из кокетства, чем из страха.

– Выражает комплимент. Но не тебе, а моей самцовости.

– Хра? – спросил Кабачина.

– Сейчас никаких дел. Гуляй, – ответил я.

Кабичина побрел в гущу деревьев, удивительно тихо для своих габаритов ступая по лесному ковру.

– Защитник рода Лютиковых, – задумчиво проговорил я, вспоминая то, как назвался снеговик Свиридова.

Инесса с любопытством глянула на меня, но промолчала. У рода Рюминых, очевидно, тоже есть хранитель, куда более могущественный, чем у Свиридовых. Подозреваю, что он живет в огненном фонтане у их особняка.

Мы пошли к Красным Родникам.

Наше появление в деревне не прошло незамеченным. Весть быстро разошлась, и вокруг собралась целая толпа. Люди встретили меня с удивлением, которое перешло в ликование.

В ту злополучную ночь они запомнили меня больше в зверском облике, а затем я рассекал по волости в окровавленной шинели с чужого плеча. Теперь они видели барона в дорогом темно-сером сюртуке с гербом на лацкане – оскаленной мордой волка среди желтых цветков лютика. Не клейменого старика, а реального волколака, да еще и в компании магички и офицера.

В глазах местных мужиков и женщин читалось не просто почтение, а смутная надежда – на что-то еще непонятное, но большое и хорошее. На что-то настоящее.

Митрич – крепкий мужик с наполовину седой бородой, бывший фельдфебель – выбился из толпы, поклонился и поприветствовал меня.

Я протянул ему ладонь. Он глянул на нее в смятении, потом спохватился и крепко пожал.

– Разрушенные избы отстроили, ваше благородие, – сказал он, откашлявшись. – Сушим бревна для добротного частокола.

– Хорошо, – кивнул я. – Остались еще деньги и материалы?

– Имеются, ваше благородие.

– Трактир надо построить, с большим количеством мест для постоя.

– Это как же? Место у нас не ходовое же…

– А про Ратибора ты забыл? К нам люди потянутся, семьи. Хорошо бы новые дома, но пока не известно, сколько придет. Так что трактир. И с частоколом пока повремени, деревня вырастет, потом и поставим. Звери и разбойники нам не угрожают.

– Это верно, – проговорил Митрич. – Видели Кабачину?

Он говорил про волколака без опаски, скорее с затаенным восхищением, чего и следует ожидать от человека волчьей общины.

– Ага, – кивнул я. – А где Зверодан?

– Он на заимке живет, в лесу. Я пошлю к нему…

– Не нужно. Пусть сам придет в свое время. Будет ему сюрприз.

– Кстати, о сюрпризах, – помрачнел Митрич. – Там это… маг-куратор ваш прибыл.

– Какой еще маг-куратор⁈ – воскликнула Инесса.

Игорь цыкнул зубом.

Я бросил взгляд на каменный дом на холме.

– Я правильно понимаю, что маг-куратор уже в замке?

– Ну а что мы поделаем, ваше благородие? – развел руками Митрич. – Не перечить же магу.

Ядро в моей груди встрепенулось и зарычало. Чужак вторгся на нашу территорию, причем внаглую.

Повернувшись к Ефиму, я сказал:

– Непорядок, старче.

– Дом был заперт, – насупился он.

– Что ж, – хлопнул я в ладоши, – айда посмотрим, кого к нам занесло.

Миновав деревню, мы вышли на каменистый подъем, ведущий к холму.

– Этого следовало ожидать, – сказал Игорь. – Продыху от этих маг-кураторов нет. Подумать только, приперся в твои владения раньше тебя самого!

– Такой вот я важный волколак.

– Все равно слишком быстро, – проворчала Инесса. – Это место за мной!

Она воинственно вышагивала впереди, торопясь встретиться с непрошенным гостем. Я засмотрелся на ее ноги в высоких сапожках из красной кожи.

От маг-куратора, конечно, следует избавиться как можно скорее. Присутствие постороннего человека, тем более мага, при моих нынешних делах совершенно недопустимо.

Хм, шибко аккуратные формулировки я стал выбирать, неужели превращаюсь в чиновника? Другими словами – нахуй с пляжа.

Мы подошли к дубовым двустворчатым дверям, больше похожим на ворота. Не буду же я стучать в дверь своего дома! Я кивнул Ефиму, и он поспешно достал ключ, повернул в замке.

Как только мы вошли в холл, я потянул носом воздух, намереваясь учаять чужака. Запаха не было. Это показалось настолько непривычным и неестественным, что у меня по спине побежали мурашки.

Дело здесь нечисто. Даже возникла дурацкая мысль про призрака, которая тут же рассеялась, когда я услышал шаги – стук каблуков по каменному полу.

– О-о-о, а вот и мой подопечный явился, – раздался хорошо поставленный женский голос.

Из боковой комнаты к нам вышла молодая женщина. Таких обычно берут в модели – высокая, стройная, длинноногая, с выразительной фигурой. Лицо гладкое и холеное, с широкими скулами, какие называют славянскими.

На ней был бело-голубой жакет настолько строгого фасона, что я невольно глянул на ее плечи в поисках погонов, коих не оказалось. Впрочем, строгость только подчеркивала соблазнительные женские формы: на поясе жакет расходился в стороны, словно перевернутая тарталетка, открывая взгляду сочные бедра и ягодицы, обтянутые кожаными лосинами.

Что примечательно, магичка была в треуголке небесно-голубого цвета. Из-под треуголки спускались две русые косы, но тут же вздымались на тугом бюсте. Финальной точкой образа были маленькие, но пухлые губки ярко-алого цвета.

– Влада⁈ – воскликнула Инесса. – Ты!

– Инесса! – воскликнула маг-куратор с таким же выражением удивления и возмущения. – Ты-то здесь какими судьбами?

– Нет, это ты здесь откуда! – это уже был не столько вопрос, сколько претензия.

– Далее по регламенту, – отчеканила Влада и повернулась ко мне. – Меня зовут Владислава Альбертовна из рода Громовых из дома Эфира, маг Воздуха четвертого ранга. Я ваш новый маг-куратор, Георгий Владимирович. С этого момента вы обязаны докладывать мне обо всем, что касается вашей Ярости, а также об управлении волостью Красные Родники. Никаких дел без моего ведома.

Я подошел к ней. Она была ниже меня всего на полголовы. На каблуках, понятное дело, но все равно высокая. И действительно – никакого запаха. Но пахнет неприятностями!

– Давно вы обосновались в моем доме? – спросил я.

– Я заняла апартаменты ныне погибшего барона Небольсина. Попрошу не входить в эту комнату без моего разрешения.

Как-то двусмысленно это прозвучало.

Я почувствовал на себе взгляд Инессы. Он жег меня словно паяльная лампа.

М-да. Лучше бы маг-куратором оказался мужик, ей-богу. Так и морду не набить, и трахнуть хочется.

Глава 8
Приманка

Вместе с Инессой я поднялся на третий этаж. Ефим сказал, что подготовил здесь комнату под мой кабинет.

Кабинет был просторный и светлый, с выходом на балкон, с которого открывался вид на распростертую под холмом волость.

Обставлен прилично и даже богато, но с воинской суровостью. Никаких обоев с аристократическим орнаментом – только серая каменная кладка, только хардкор. Из веселья – тяжелые гобелены, расшитые сценами охоты. Письменный стол был так велик и массивен, что мог бы сыграть роль жертвенника для забоя быка во славу… гм, во славу стейков.

Когда мы остались вдвоем, Инесса сказала:

– Я ее знаю! С Владой мы вместе учились в Университете.

– Как так? Ты маг Огня, а она – воздуханка.

– На разных факультетах, конечно, но мы одногодки. У магии Огня и Воздуха много общего, у нас были общие лекции, так и подружились.

– Ага, видел я, как вы обе обрадовались. Подружки, ага.

– Дружила я с этой стервой недолго. Мы сошлись на интересе к волколакам, но потом выяснилось, что ее интерес другого рода. Для нее это был вызов. Справиться, укротить, уничтожить. Угроза Державы номер один – отличная тема для диплома, а?

– А какая тема была у тебя?

– Не скажу, – покраснела Инесса. – Потом скажу. Там показывать надо…

– Обязательно покажешь – не зря же училась. А почему ты сама не пошла в маг-кураторы? Волколачьи.

– Ставить лесным баронам клеймо и следить, чтобы они были послушными песиками? Это не дело по интересам, а каторга. Знаешь, как говорят? В детстве я любила животных, поэтому ходила в зоопарк. А когда выросла, то перестала ходить в зоопарк – по той же причине.

Я кивнул, не став заострять внимание на том, что меня сравнили с животным. Вместо этого вернул разговор в прежнее русло:

– Ну и что эта Владислава Громова?

– Я не знала, что она доучилась на зачарование и решила заняться волколаками. Девушки вообще редко идут на кураторство, а если и идут, то выбирают тихие красивые местечки, как бы санатории. Но Влада решила что-то кому-то доказать.

– Или ее направили, – задумчиво проговорил я, разглядывая гобелены с волчьей стаей, бегущей по лесу.

– Кураторов направляет Магический Сенат, ты знаешь.

– Это слишком широко и не конкретно. Она здесь не случайно. Я получило баронство хоть и за тайное задание, но всё вышло довольно шумно – я засветился перед разными людьми, затронул чужие интересы. Надо выяснить, кто ее прислал. Союзники или враги.

– Вряд ли друзья, – фыркнула Инесса.

– Я не сказал «друзья». Я сказал «союзники».

– Почему тогда она не сообщила об этом сама?

– Посмотрим. За ней может стоять та же Канцелярия – без моего ведома, чтобы меня лишний раз проконтролировать.

Инесса цокнула и тряхнула рыжими кудрями.

– Я доучусь на зачарование экстерном. Как только получу грамоту – выкину эту цаплю! Пошла она к воронам! Прогоню пинками под ее обтянутый лосинами зад!

Так и ногу сломать можно. В этих лосинах задница Влады напоминала отполированные пушечные ядра. Грозное оружие!

– Как быстро доучишься? – спросил я, отгоняя от себя видение.

Она задумалась, начала что-то считать, загибая пальцы.

– Я ведь уже на кафедре зачарования. В начале лета провела исследование с цепью Небольсина. Мы создали лунный браслет. Но все-таки нужен теоретический блок, это целый семестр. Но с середины осени могу перевестись на заочное и начать практику как куратор.

– Так, – сказал я. – Осенью – это уже крайний срок. В Атрагосию я еще могу отправиться с левой магичкой, но в Гардарот со мной пойдут только самые близкие и проверенные люди. Ты нужна мне, маг-куратор мечты. Так что доучивайся, дорогая. Знания твои тоже пригодятся – мало ли, что там в Университете про волколаков рассказывают.

Инесса горячо кивнула, но тут же замерла, по лицу пробежала гамма эмоций.

– Как же я тебя тут оставлю⁈ С ней!

– А что? Боишься, что она действительно шпион? – спросил я с невозмутимым выражением лица.

– Да, – сквозь зубы сказала Инесса. – Именно это меня и волнует.

– Будь спокойна. Мне сейчас не до интрижек. Может, Игорю она понравится, как думаешь?

– Она красивая и умная, – мрачно проговорила Инесса. – Почти как я!

Я подошел к ней вплотную, заглянул в глаза.

– Могу развеять твои опасения. Хочешь, я сейчас спущусь и оторву ей голову?

Глаза Инессы распахнулись в изумлении, но тут же сощурились.

– Ты смеешься надо мной.

А Ядро мне поверило. Еще бы – на нашу территорию без спросу проник чужак и ведет себя нагло, как так и надо! Оно с энтузиазмом поддержало мою идею, но добавило, что перед отрыванием головы можно и того-этого, не пропадать же добру.

Я ощутил ломоту в пальцах, поднял руку. Ладонь обросла серой шерстью, выдвинулись когти, похожие на консервные ножи. Одного взмаха такой лапой хватит, чтобы реализовать мою угрозу.

Инесса скосила глаза на когти, прерывисто вздохнула.

– Ты правда был готов сделать это? – прошептала она.

– И сделаю. Если она окажется врагом. От родни Небольсина или Челищева, например. Мы тут строим Волчий клан, а не блядствуем.

Волколачьей лапой я обхватил горло Инессы. Аккуратно, так, чтобы когти не оставили ни царапины на нежной белой коже.

Инесса запрокинула голову и прикрыла глаза, обмякла в моей хватке, словно это был расслабляющий массаж. Я ощутил ладонью, как она с натугой сглотнула. Губы разошлись в улыбке.

– Как скажешь, – прошептала она. – Я тебе верю.

Я поцеловал ее и отпустил.

– Кстати, об оторванных головах. Я обещал тебе показать кое-что. Пойдем…

Замок был довольно угрюмый, коридоры тянулись бесконечной каменной кладкой, но идти по ним было приятно. Я поигрывал в пальцах увесистым кольцом с ключами, которое мне до этого торжественно вручил Ефим.

Ах, да. Я шагнул к стене и приложил к ней волчье кольцо-печатку. После возвращения из Бездны я взял за правило оставлять след для волчьей тропы везде, где доводилось побывать. Через полминуты на стене отпечаталась волчья лапа, затлела тусклым желтым светом.

Такая же теперь есть в Вельграде, в Камске, в Пригорье и даже на загородной усадьбе графа Каменского, где мы проводили бал. Волколачьи фокусы – одна нога здесь, другая там.

– Видишь что-нибудь? – спросил я Инессу, показав на стену.

Она тщательно рассмотрела гладкий серый камень, даже провела ладошкой.

– Не-а…

– Замечательно, – улыбнулся я.

Я остановился у тяжелой дубовой двери с полосами металла на заклепках. Повернул ключ в скважине.

– Это будет трофейный зал.

Я пропустил Инессу вперед и затворил за нами дверь. Залом назвать эту комнату было преувеличением, да и трофей был всего один (если не считать присутствие Инессы!).

На одном из каменных столов стояло нечто, прикрытое темным покрывалом. Я сдернул его, и Инесса ахнула.

В квадратном кристалл кварцума, что переливался сиреневым цветом, застыла голова Челищева. Остекленевшие черные глаза распахнуты, рот навсегда застыл в возмущенном вопле.

– Знакомься, – сказал я. – Господин Челищев. Лучшая его часть.

– Здрасте, – сказала Инесса, подыгрывая мне.

В следующую секунду она взвизгнула, потому что Челищев сказал:

– Ба! Баронесса Рюмина! Давно не виделись, ваше сиятельство.

– Он живой⁈ – воскликнула она.

– Частично, – кивнул я.

– Простите мое любопытство, баронесса, а Вавила вас не обесчестил?

Ответил я:

– Мило с твоей стороны поинтересоваться. Сразу видно этикет.

– Любознательность – это все, что у меня есть, – ответил он таким тоном, что фразе явно должно было сопутствовать пожимание плечами.

– Прикончил я его. И Небольсина. И Аверия.

– И меня, – радостно закончил Челищев. – Такими темпами совсем один останешься, Лютиков.

– Волк – санитар леса, – сказал я. – Инесса, этого товарища можешь особо не опасаться, от него остался только умище. Так мы полагаем. Но никому не болтай – теперь это страшная тайна рода Лютиковых.

– Невероятно… – прошептала она. – Это же нонсенс.

– Значит, такую ты мне уготовил участь, волколак? Пылиться на полке, как череп, подпирающий книги? К слову, о книгах. Ты обещал дать мне что-нибудь почитать.

– Извиняй, пока не до того мне.

– Скучно, – сказал он, и вдруг его голос стал вкрадчивым: – Но недавно мою скуку разбавил новый посетитель.

– О чем ты говоришь? – прищурился я.

– Я продолжу, если ты дашь мне книгу.

– Справедливо. Будет тебе книга.

– Когда?

– Сегодня.

– Не хитришь? А то меня нынче легко обвести вокруг пальца, знаешь ли. Я немножко инвалид.

– Я не склонен обманывать.

– И точно. Ты больше склонен убивать. Добро, я скажу. Но если не поставишь сегодня передо мной книгу, то больше я с тобой не разговариваю. И хрен меня заставишь, верно?

– Мы можем провести научный эксперимент и поместить тебя в камин, – задумчиво проговорил я.

– Мне остается надеяться только на доброту и отзывчивость дамы, – сказал Челищев.

– Это вы зря, – отозвалась Инесса. – Но я правда не прочь обсудить с вами некоторые ваши записи в журналах.

– Отрадно. Наконец-то вменяемый собеседник. Я полон надежд, как девушка на выданье…

– Ну так что ты видел, Обакум? – сказал я.

– Не что, а кого, волколак. Сегодня утром в комнату зашла некая дама. Высокая, статная, лучезарная. Мордашка широкая, губки алые аки маков цвет. Ноги такие длинные, что со своего стола я аж развилку лицезрел. Жаль, что частей тела у меня немного не хватает, иначе не выпустил бы я ее отсюдова.

– Влада! – ахнула Инесса.

– Так вы знакомы? Баронесса Громова, да. При жизни я знавал этот род…

– Ты говорил с ней? – спросил я.

– Страшная тайна рода Лютиковых уже не такая и тайна, да? – язвительно сказал Челищев.

– Отвечай.

– Расслабься, волколак. Я затихарился, аки мышь под метлой. Госпожа Громова ничего не уразумела. Только пялилась на меня долго-долго, словно влюбилась. На это я надежд не питаю, да и мне насрать. В общем, похлопала она глазками, зело задумалась, обезобразив свое лицо мыслительным процессом и ушла.

– Как она сюда попала? – спросил я.

– Ну, это не секрет, – подала голос Инесса. – Маги Воздуха легко вскрывают любой замок потоком ветра.

– Именно, – подтвердил Челищев. – Из них получаются прекрасные шпионы.

Я потянул носом воздух.

– Приятно пахнешь, – сказал я Инессе. – А вот наша гостья совсем не оставляет запаха. Как так?

– Магия воздуха. Влада знает о твоем волколачьем чутье, ее этому обучали, поэтому пользуется аурой. Ну сучка…

– Хреново. Так я не смогу почуять ее и узнать, где она побывала. Хорошо, что наш дружок сдал ее.

– Книгу мне! – напомнил Челищев.

– Инесса, займешься? – спросил я. – В библиотеке Рыкова должно найтись что-нибудь интересное.

– Я? А что, с удовольствием…

– Только не какие-нибудь рыцарские романы, – поспешно вставил Челищев. – Что там найдется в библиотеке лесного барона? Умоляю, никаких сказаний о волколаках, никаких историй про бояр, не то я блевану и прискорбно захлебнусь, ибо нахожусь в замкнутом пространстве.