Текст книги "Позывной «Минус» (СИ)"

Автор книги: Валерий Камнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 36 страниц)

Глава 3

Николаевич почесал затылок. Короткий ёжик рыжих с проседью волос и массивная голова с крупным носом и хитрыми глазами, придавала ему сходство с крысой. То ли оживший Сплинтер, то ли те, что в мультике бродили за Нильсом. Того и гляди и сейчас так же зашагает. Он удивлённо уставился на Минуса:

– Не ожидал. Я думал, что ты не влезешь в петлю, – он невесело усмехнулся. – Чего так срочно-то? Девятый месяц, что ли?

– Нет, просто предчувствие хреновое почему-то. Решил, что нужно сегодня. Да и Машке, вдруг чего, то будет легче.

– Погодь⁈ – Николаевич задумался. – Это не медсестричке, случайно⁈

– Ей, – кивнул Минус, – стал бы я жениться на какой-то другой! Жалко её, Николаевич, понимаешь⁈

– Да, – рыжая голова закачалась, – её точно жалко. Она такая… Ну будто с другой планеты. А ведь хорошая девушка. Ты там не обижай её! – и хозяин кабинета нахмурился.

– Вот и я о том, – Минус улыбнулся, – ты бы позвонил сестре, чтобы расписали сегодня. Именно сегодня.

– Хм, я-то Светке позвоню, без проблем. Договоримся, само собой, – и рука потянулась к телефону, лежащему на столе, – а ты тогда можешь машину взять. Заберёшь Машу. Вот ключи, – и Николаевич бросил Минусу связку ключей от «шестёрки», стоящей у входа, – давай быстрее, а то время поджимает. Но ведь можно было проще сделать, через командование. Ведь сейчас закон разрешает одним днём…

– Это кажется проще, – Минус махнул рукой, – проще Свете двадцатку отдать и никаких проблем.

– Может и так, – Николаевич кивнул, – давай уже, езжай и не забудь машину вернуть! –добавил он вдогонку.

Минус выскользнул за двери. В кармане уже разрывался телефон. Вест очевидно управился и теперь разыскивал его. Но нет, на экране высветилось: – «Маша медс.» и Минус поднял трубку:

– Еду! Да, я у Николаевича машину взял. Пять минут и буду!

Он обернулся на обшарпанное здание городского МЧС, со следами осколков на старой облупившейся штукатурке. Прохоров Николай Николаевич, бывший командир третьего батальона с позывным Восход, перенёс инфаркт, причём на деле, а не на бумаге, как многие, и был списан из рядов вооруженных сил. Но благодаря полезным связям стал руководителем МЧС Красноугольска. Он был хорошим командиром. Минус всегда уважал его. Он вспомнил бой за проклятый «Крест» несколько лет назад и перед его глазами промелькнули снова, как вживую, чёрные силуэты танков. Минус словно услышал рёв моторов и грохот орудий. Горящее здание птицефабрики пригрезилось ему так явственно, что он замотал головой, отгоняя видение. Что не говори, а Восход был хорошим комбатом.

Минус засунул Машин самокат на заднее сиденье и заведя мотор, заторопился к медпункту.

* * *

Маша растерянно улыбалась, принимая поздравления от своих коллег и обалдевшего Веста, уставившегося с недоумением на Минуса. Всё прошло так быстро, что она ещё не пришла в себя. А теперь в ординаторской был накрыт маленький столик и притихший Гиви разливал вино по разнобойным стаканам и чашкам. Воспользовавшись заминкой, Вест тихо прошептал Минусу на ухо:

– Ты попроси у Мухи отпуск хоть на пару дней. Он согласится.

– Ага, – ответил Минус ещё тише, – я в отгул, а Винни будет сидеть в этой яме? Ведь сам говорил, что штурм со дня на день. Нельзя, Вест. Нельзя бросить Винни. Никак нельзя.

Вест промолчал. Он так не думал, но не стал возражать. Минус вообще странный. Но теперь хоть понятно, почему он тогда так вцепился в Машку. Перевести её из расчёта Честера было очень сложно. Очень. Тем более, что она сама хотела быть оператором, ведь у неё отлично получалось, а Честер не собирался отпускать её, потому как хотел переспать с ней. Но Минус упёрся. Он продал машину, свою L200, соседям и занёс через Муху денег наверх. Вест не знал точно, как вышло, но Машку перевели сразу в медики, ведь образование у неё было. Честер завыделывался и не хотел отпускать. Тогда Муха поручил съездить за ней Лису.

Тот взял Минуса, Веста и Винни и они рванули к Честеру. Тогда впервые Вест понял, насколько отличается от них. Он вспомнил Винни, застывшего за пулемётной турелью на «Хайлюксе». Минуса с ПК наизготовку и Лиса спокойного, словно ничего не происходило. И Честер дрогнул. Сразу дрогнул, хоть и пытался сохранить лицо. Машка поехала с ними. Вначале дулась на них, но потом Лис и Минус развеселили её в дороге. А потом…

Потом эта девчонка втюрилась в Минуса. Хоть Вест и не понимал, что она в нём нашла. К ней подкатывали многие. Очень многие, но безрезультатно. А потом Юпитер, ротный, попытался ей угрожать переводом, если не согласится лечь под него, и тут же поймал «Химеру». Вест мог поклясться, что без Минуса там не обошлось. Кто-то удачно навёл её, очень удачно для остальных. Вест никогда не спрашивал об этом, но почему-то думал, что Винни тоже в курсе.

Марина произнесла: – «Горько!» и остальные поддержали её. Маша смущённо ткнулась в губы Минуса. Он поцеловал её под одобрительные возгласы окружающих.

Потом Минус повёл Машу во дворик и они уселись на лавочку под облетевшей сиренью, с остатками жёлтых листьев. Он смотрел на эту девушку, жмущуюся к нему что есть силы, и чувство вины не отпускало его. Ведь Маша не вызывала страсти, которую он привык испытывать к женщинам. Она была словно подобранная кошка, которую хочется жалеть. Как-то так. Минус гладил её волнистые русые волосы и целовал эти смеющиеся губы. «Все правильно, – подумал он. – Всё верно. Я зря переживаю. Нужно ей помочь. Она такая маленькая и наивная. Винни тогда обещал присмотреть за ней, если меня убьют. Обещал. Чтобы не рыпались такие, как этот уебок Юпитер!».

Маша достала из кармана ключ и покрутила перед его лицом:

– А вот, что у меня есть! – её лицо смущённо улыбалось. – Пойдём со мной. Я знаю, что ты не возьмёшь выходные, если будет штурм, но на пару часов я тебя утащу. Никуда не денешься!

Минус кивнул, улыбаясь в ответ. Эта маленькая девушка растаяла совсем и это хорошо. Ей нужно забыть о войне. Забыть навсегда и уехать отсюда. Обязательно уехать. Такие как она не должны здесь быть. Не должны. Они не созданы для этого. Минус взял её пальчики в свою загрубевшую ладонь и зашагал рядом с ней.

Над головами с рёвом пронеслась четвёрка «грачей», но даже Маша не взглянула наверх. Эти звуки давно стали привычными.

Минус ласкал её нежно и осторожно. Она то тянулась к нему изо всех сил, то отстранялась на мгновение, вглядываясь в глаза. В этой комнате тоже было неудобно. Старый потрёпанный диван давно отжил своё и под натиском двух тел, угрожал с треском развалиться. Но лучшего места было не найти. Маша пыталась сдерживать голос, закусывая губы. Она стеснялась, что кто-то услышит её, но Минус прошептал ей на ухо:

– Перестань. Есть только ты и я. Плевать на остальных. Отпусти себя!

Она послушалась так, что Минусу самому стало неловко. Стоны были слышны кругом, по крайней мере, так ему казалось. Потом её ноги свело, по телу пробежала дрожь, глаза закрылись и из них градом покатились слёзы. Минус целовал её лицо, мокрое от слёз и Маша, улыбаясь, тихо произнесла:

– Так вот ты какой! Ты заставил меня плакать! Как тебе не стыдно⁈ Разве можно так вести себя⁈

– Виноват! – Минус скорчил рожу. – Как порядочный человек, я женился заранее. Так что всё в норме! Ваша честь не пострадала, королева! Я у ваших ног! – и смеясь, он принялся целовать её, спускаясь всё ниже. Маша задержала его руками:

– Всё! Не могу больше! – она тихонько засмеялась. – Сейчас бы только лежать, обнявшись, и больше ничего. Как подумаю, что придётся вставать и ещё пытаться работать…

Её глаза приняли какое-то пьяное выражение и Минус смотрел на неё с наслаждением, хоть и сочувствовал тому, что ей оставаться до утра на дежурстве. Собравшись с духом, он произнёс:

– Надо вставать, малышка. Только не сердись. Нам с Вестом ещё нужно заехать в штаб.

– Я помню, ты говорил, – она попыталась встать и рассмеялась. – Я триста! Ноги не держат вообще! Вот что ты сделал⁈ Ты вывел из строя боевую единицу! Кто теперь будет работать⁈ Эх ты, вредитель! В ту войну за такие дела под трибунал отдавали! – она сделала строгое лицо и не выдержав, расхохоталась.

– Готов под трибунал! Только под женский и симпатичный! Я думаю, что смогу убедить их признать меня невиновным.

– Сможешь! – Маша смешно погрозила пальцем. – Ах ты, свинтус! Значит не зря говорят! А скажи, у тебя с Оксаной было⁈ – добавила она негромко, словно невзначай.

– Какая разница⁈

– Значит было, – Маша кивнула головой. – Понятно. Тогда и остальное, наверное, правда.

– Брось! – Минус фыркнул. – Это было давно. Какая теперь разница⁈ Нечего переживать! Что было, то прошло. Теперь только ты, малышка. Только ты. Обещаю! – и Минус протянул руку.

– А ведь ты не врёшь мне сейчас, я чувствую, – она взяла его ладонь, – не врёшь, хоть и мог бы меня обманывать. Ты хорошо умеешь врать, я знаю. Так немногие могут, чтобы не подкопаться. Ты и меня бы легко мог обмануть. Но ведь ты не станешь так делать⁈ Правда⁈ – и она жалобно посмотрела на его лицо.

– Не стану, – он кивнул, – хватит уже переживать. Что за глупости⁈ Перестань!

– Перестань! – она нахмурилась на мгновение. – Тогда ответь мне, почему ты переспал с этой Светкой, которая из двадцатки у нас была? А⁈ Почему с ней, а не со мной⁈ Ведь я за тобой ходила, аж стыдно теперь!

– Почему-почему, – Минусу надоел этот разговор, – потому что с тобой нельзя, как с ней. Ты не просто тело, вот почему! Я боялся тебя обидеть. Я бы не смог с тобой, как с другими, чтобы потом бросить… Понятно теперь⁈

– Ой, дурак! – Маша фыркнула. – А так будто всё зашибись! Ведь эта сучка растрепала, что было и во всех подробностях! Представляешь, каково мне было слушать эту лахудру⁈ Не обидел он! Ну, придумал же такое! Позарился на эту дешёвку! Фу!

– Фу, – спокойно кивнул Минус, – согласен, что дурак. Но ведь и ты пойми меня. Страшно же связываться с девушкой, если тебя могут убить каждый день. Ведь не хочется, чтобы ей было больно.

– Не думай о таком, Серёжа! – она распахнула глаза и принялась целовать его. – Не думай! И знай, что ты мне нужен. Вот какой бы ни был, но только ты. Понял⁈ Держись и будь осторожен. И никогда, слышишь, никогда не поступи так, как Лис. Не прощу! Понял⁈ Ты тогда меня убьёшь, понятно⁈

– Всё будет хорошо, моё маленькое солнышко! – Минус улыбнулся ей. – Помнишь, я говорил тебе, что ты светишь всегда⁈

– Помню, – она застеснялась, – я всегда про это помнила. Ещё думала, как дура, что меня хвалил, а потом трахнул эту белую козу с ресницами, как у куклы. У! – и она погрозила кулаком. – Так бы и влепила по этой морде!

– Влепи, только не обижайся, – Минус кивнул. – Можешь заехать прям сейчас, только не дуйся!

– Ещё чего⁈ – Маша скорчила рожу. – Теперь эта наглая морда моя и уж бить её я точно не буду. И дуться не буду! Забыли и проехали. Я верю тебе. Только никогда не обмани меня.

– Никогда, – Минус говорил серьёзно. – Даже не думай. И ещё тебе скажу. Если вдруг что про меня услышишь, то не верь никому. Только Винни можно верить. А остальные…

– Я знаю. Но никогда не понимала, как вы дружите с ним. Такие разные, но друзья. Меня он всегда пугал. Правда ведь, как медведь, только не Пух, а настоящий. А кто ему позывной придумал?

– Болт, – Минус помрачнел. – Тоже Серёга, как и я. Маленький такой и головастый. Вот его и прозвали Болтом. Но он не обижался. Хороший был пацан. Он погиб под Черногоровкой ещё год назад. Ты его не видела. Но с Винни он тоже дружил. С Винни и с Мишкой. У Мишки смешной позывной был. Рыцарь. Он чудил с мечами. Ну знаешь, реконструкторы? Сражения там древние обыгрывал. Фотки сдуру показал, вот и прилипло. Так знаешь, он на Рыцаря больше обижался, чем Серёга из-за своего позывного. Вот чудик был. Хоть и хороший мужик… – добавил Минус негромко.

– Я слышала про него. Честер говорил.

– Говорил…

У Минуса перед глазами промелькнул тот день. Контратака поросят. Проклятые «Бредли» со своими «Бушмастерами». Крепкие, сука, коробочки. Очень крепкие. Но расчёт «сапога» по ним работал. А Мишка прикрывал его своим пулемётом. Прикрывал до последнего… Снова Минус увидел как невысокий заборчик пропахивают очереди двадцатьпяток и Мишка отлетает в сторону, изуродованный попаданием. «Бредли» вновь стреляет, но тут Винни и Седой лупят по ней «Шмелями». Она загорается, но сметает Седого очередью. И тут всё-таки появляются «КАшки» и засаживают в неё «Вихрь». А потом Тёплый косит десант, который выскакивает из неё. Крепкая коробка, очень крепкая.

Маша молча смотрела на него.

– Мне пора, солнышко! – Минус поцеловал её в нос. – Ты это, звони, если что, – и он улыбнулся.

– Обязательно!

Вест уже ждал его в буханке и сразу тронулся с места. Минус помахал Машке рукой. Он ещё оглянулся на её тоненькую фигурку в белом халате, когда уже сворачивали вправо. Вест тихо произнёс:

– Умеешь ты удивлять. Тебя одного прямо оставить нельзя. Чисто как ребёнок. Пацаны офигеют от такого.

– Пацаны… Да нет почти никого, Женька. Кому офигевать? Ладно, давай я у штаба за руль пересяду.

– Ой, бля… Да чи не пофигу мне. Сейчас отдадим бумаги и валим обратно.

Глава 4

Бывшее здание ночного клуба «Зеркало» теперь представляло собой бригадный КП. Вывеска была снята и центральный вход закрыт. С тыльной стороны несколько дверей вели на первый этаж. С обеих торцов до третьего этажа поднимались широкие лестницы. Вся парковка была заставлена автомобилями. Нивы, пикапы, УАЗы. «Никакой маскировки, – подумал Минус, – вот же долбоебы! И так всегда. Неужели лень отогнать авто подальше, чтобы не создавать такую картину для противника⁈».

Вест остановил буханку и произнёс:

– Я быстро.

– Ключи оставь. Я тогда за кофе схожу напротив. Тебе взять?

– Возьми.

Минус медленно зашагал, поправляя на ходу одежду. Он приоткрыл лязгнувшую дверь и оказался в тесном зале маленького магазинчика. Полная блондинка взвешивала конфеты стоящей перед ней девушке в смешной меховой накидке из-под которой выглядывал подол домашнего халата. На ногах покупательницы красовались стоптанные тапочки. Разные.

Расплатившись, девушка обернулась. Её лицо носило явные следы обильного употребления «огненной воды». Она улыбнулась Минусу, кокетливо кося глазами. Он внутренне похолодел и торопливо поспешил разминуться с ней в тесном проходе. Минус только открыл рот, собираясь заказать кофе, как услышал характерный шуршащий звук и тут грохот прилёта «Химеры» донёсся снаружи. Посыпались стёкла. Ещё несколько «свай» ударили с оглушительным громом. Минус толкнул растерявшуюся продавщицу вниз:

– Ложись, дура! Это же…

Один из боеприпасов отклонился от цели и ударил в крышу магазина, пробивая потолок. «Химера» прошла насквозь и угодила в пол. Она пробила его и уйдя до половины в землю, взорвалась. Старое здание мигом превратилось в груду камня. Громадный столб пыли, дыма и обломков взметнулся ввысь. Несколько других боеприпасов обрушили большую часть «Зеркала», похоронив под завалами многих из оказавшихся внутри.

Весту повезло. Он вышел наружу, когда начались прилёты. Обалделыми глазами, забыв даже упасть на землю, он глядел вокруг. Его лишь обсыпало мусором и пылью. Ни малейшего ранения он не получил. Только сейчас до него дошло, что Минус оказался под обломками магазина.

Ослепительно белая вспышка заполнила всё в голове Минуса. Потом нахлынула тьма. В этой тьме были лестницы и спуски и Минус проносился по ним быстро. Он не успевал ничего понимать. Мысли, казалось, не успевали за телом. Он ощутил себя словно во сне, вот только сон показался ему уж слишком реальным. Внезапно, он оказался на краю. Минус посмотрел вниз и понял, что стоит в невиданном оконном проёме, громадных размеров. Напротив него голубело ярчайшее небо, к изумлению Серёги, словно перечерченное веревками, на которых развевались белые полотнища ткани. Он снова бросил взгляд вниз и заметил что земля приблизилась. Там, внизу, под ногами Минуса стоял старичок, одетый как-то неброско, с рыжей окладистой бородой. У его ног горел маленький костёр.

Серёга встретился взглядом с ним и старик усмехнулся. По-доброму, но Минусу почему-то захотелось сделать шаг вперёд. И тут на него нахлынула безграничная уверенность, что если он сделает этот шаг, то умрёт. Он отчётливо это понял и чудом не ступив вниз, Минус с силой рванулся назад в темноту. Она казалось, сопротивлялась ему. Минус обернулся и внезапно перед ним появилось растерянное лицо парнишки с нечесаной копной светлых волос. Темнота на миг словно стала менее плотной и Минус бросился вперёд, будто в замедленном темпе. Он врезался в испуганного парня и темнота завертелась каруселью.

Ярчайшее солнце ослепило его глаза. Минус весь скорчился от спазмов. Его рвало. Какая-то соленая вода выливалась изо рта и Серёга почувствовал облегчение. Голова кружилась и до него донёсся грубый мужской голос:

– От же бисив сын! Ну якого дидька ты у воду лизеш, як не вмиеш плити⁈ Чого ти стрибаеш звидси⁈

«Твою мать! – Минус пошарил руками вокруг, ища и не находя автомат. – Это же плен! Звиздец!» – пытаясь не открывать глаза, он потянулся к поясу и не нашёл подсумок с гранатами.

Чьи-то руки бесцеремонно его встряхнули и Серёга мгновенно открыл глаза, собираясь вцепиться в склонившегося над ним человека, как замер на миг. На Минуса смотрела здоровенная лысая голова с седыми роскошными усами. Маленькие карие глаза впились в его лицо:

– Живый? Щоб тоби пусто було, халамыдник! Ты чого робыш⁈

Минус разинул рот. Человек говорящий с ним, не носил военную форму. Он вообще ничего не носил, кроме коротких, до колена, штанов. На могучей загорелой шее висел серебряный крестик на верёвочке. Человек встряхнул Минуса:

– Пидиймайся! Ты можешь иты? – при этих словах человек легко, как пушинку, поставил Минуса на ноги.

Серёга хотел ответить, но не смог. Язык не слушался совсем. Мысли путались. Лишь попытавшись шагнуть вперёд, он зашатался так, что чудом не упал. Если бы не крепкие руки держащего его человека, Минус бы рухнул наземь. Только сейчас Серёга увидел вокруг себя несколько взволнованных лиц, таких же смуглых и загорелых, как у седоусого человека. Только эти лица были молодыми и одно из них было явно женским.

– Ты можешь говорить? – раздался голос, такой звонкий, что Минус мимовольно поморщился.

Он перевёл глаза на говорящего и попытался ответить:

– Д-д-да.

– А думать? Какого дьявола прыгаешь головой о камни? Жить надоело? Если б дядька Охрименко тебя не увидел, а Костя не вытащил мигом, ведь утонул бы, как цуцик! Ты что творишь?

Минус только сейчас увидел, что находится на самом краю волнолома и вытаращил глаза от изумления. Он затряс головой, отгоняя видение, но ничего не изменилось. Сине-зеленые волны плескались совсем рядом, а немного поодаль на камне сидела здоровенная чайка. Серёга протянул руку, касаясь своей головы. Он никак не мог понять, что происходит. Очередной сон⁈ Но ведь как болит голова… Как же плохо… И ноги будто ватные…

Минус глянул на ноги и не узнал их. Какие-то костлявые колени… Да и ступни сами на себя не похожи. А почему они такие загорелые дочерна? Серёга только сейчас заметил, что одет в идиотские то ли трусы то ли шорты, белые в узкую чёрную полоску. Длинные, чуть выше колена. Они были мокрые, как и его тело. Минус опустил правую руку, чтобы поправить их, и замер на мгновение. Это была явно незнакомая рука. Тонкие пальцы ничуть не походили на его, но главное, на кисти не было шрамов и суставы пальцев, ещё давно изувеченные в драке при ударе о крепкую голову, были абсолютно нормальными.

Серёга недоуменно оглянулся вокруг.

– Что, опомнился⁈ – проговорил насмешливый женский голос.

Минус поглядел на его обладательницу, крепкую темноволосую девушку лет двадцати, одетую в закрытый тёмный купальник. Она фыркнула:

– Меньше рисоваться надо! То же мне, акробат нашёлся! Кого ты удивить хотел? Меня⁈ Так мелкий ты ещё, как барабулька, чтобы подкатывать, а туда же!

– Ой не могу, взрослая нашлась! – засмеялся один из стоящих рядом парней. – Ты, Люся, вырасти не успела, а уже глядишь так, словно тётя Циля годится тебе во внучки!

Глаза девушки сверкнули и парень со смехом отпрянул в сторону.

Минус захлопал глазами, совершенно не понимая ничего. Он ущипнул себя за бок, что есть силы, но ничего не изменилось. Девушка с удивлением смотрела на него.

– Ты что, парень⁈ – спросил один из окружающих людей. – Домой хоть дойдешь? Видно ты здорово головой-то треснулся.

– Домой⁈ – голос Минуса звучал неуверенно.– Да, домой попасть было бы неплохо.

– Ну так посиди немного и ступай, – человек указал рукой на видневшуюся на набережной скамью.

– А куда⁈ – Минус ощущал себя будто не наяву.

– Додому, хлопец. Куды ж ище⁈ – не выдержал седоусый человек.

Минус осторожно кивнул головой и тут же пожалел об этом. Она так закружилась, что он едва не упал.

– Эх, ты! Горе морское! Ты что же, не помнишь куда идти⁈ – вмешалась девушка в разговор.

Минус настороженно посмотрел на неё. Он вообще ничего не понимал. Ему очень хотелось проснуться и оказаться подальше отсюда, но не получалось. Он закрыл глаза и открыл их снова, но не изменилось ровным счётом ничего. Минус тихо произнес:

– Не помню.

Девушка посмотрела на него с сомнением:

– Как тебя зовут, хоть помнишь?

– Серёга.

– А живёшь ты где?

– Ростов.

– А тут тогда ты что делаешь? – произнесла она недовольно. – Хватит дурачиться, не смешно. Какой Ростов? Ты чего плетешь? Ведь ты живёшь где-то на Молдаванке или на Бугаевке. Я же вижу тебя постоянно. Вот и сегодня ты приходил сюда с Колькой Петровским. А потом уже начал дурака валять. Тоже мне, жених нашёлся!

– На Молдаванке⁈

Минус спросил это так, что девушка удивилась ещё сильнее, чем он:

– На Молдаванке, конечно. Что с тобой⁈ Неужели ты правда не помнишь?

– Не помню, – Минус хотел покачать головой, но вовремя спохватился. Он хорошо помнил, что ни на какой Молдаванке не живёт, да и не бывал на ней сроду. И свой Ростовский адрес он само-собой не забыл. Но что делать дальше решительно не понимал. Ерунда какая-то. Он с ужасом огляделся вокруг.

– Ну и как с тобой быть⁈ – голос Люси выражал сомнения. – Вот же тебя угораздило! Ладно, Костя, – добавила она обращаясь к одному из стоящих рядом парней, – давай уж отведи этого обалдуя. Может вспомнит всё-таки, куда идти или встретите кого-то из его знакомых.

Парень неохотно согласился. Он так взглянул на Минуса, словно вообще пожалел, что вытащил его из воды. Но Серёга не обращал внимания. Он ошарашенно пошёл вперёд, как раздался насмешливый голос Люси:

– Ты не хочешь одеться?

Минус обернулся. Девушка с любопытством смотрела на него:

– Вон вещи твои лежат, – она взмахнула рукой, указывая на огромный камень.

Серёга чуть было не кивнул, но опомнился. Он подошёл к камню, на котором виднелись невзрачные туфли. Странные и такие измятые, как будто побывали под танком. Рядом лежала синяя рубаха и черные мешковатые штаны. Минус неловко, стараясь как можно меньше шевелить головой, осторожно оделся. Он совершенно ничего не понял.

Тем временем Костя тоже оделся и ждал его с нетерпением:

– Давай быстрее! Пойдём уже.

Серёга только выдавил из себя:

– Хорошо.

Он зашагал следом за рослым и длинноногим Костей, с трудом успевая. Оказавшись на улице, Минус вытаращил глаза. Одежда прохожих заставила его сердце учащенно забиться. Мужские костюмы и женские платья решительно не были похожи на современные. Он недоуменно повёл глазами и взгляд остановился на вывеске: «Табакъ. Сигары и папиросы». Совсем рядом с нею, находилась другая: «Пиво. Медъ. Распивочно и на выносъ». Минус тяжело вздохнул. Он негромко обратился к Косте:

– У вас тут что, кино снимают?

Тот с удивлением обернулся:

– У вас? У нас.Ты точно башку отбил. Снимают, конечно, – при этих словах Минус облегчённо выдохнул, но Костя тут же добавил:

– Да, ходят слухи в университете, что первый кинотеатр должны скоро открыть! – и Костя мечтательно улыбнулся.

Серёга побелел как мел:

– А скажи, какой сейчас год? – произнёс он неуверенно.

– Вот дела… – теперь Костя глядел с сочувствием. – Как же так? Одна тысяча девятьсот десятый, конечно. Август, шестнадцатое число. Ты и вправду ничего не помнишь⁈

Сердце Минуса упало. Он как можно быстрее подошёл к одной из стеклянных витрин. В неверном отражении хорошо разобрал чужое мальчишеское лицо с копной светлых нестриженных волос. «Он, – мысленно произнёс Серёга. – Тот парень из сна. Ведь точно он». И только сейчас осознал, ещё пытаясь не верить самому себе, что каким-то образом оказался в чужом теле, да ещё и в далёком прошлом. Минус печально глядел в стекло, разглядывая самого себя.

– А ведь подстричься бы не мешало, – заговорил Костя.

– Да, – ответил Серёга упавшим голосом. – Обязательно. А ты случайно не знаешь, где я живу?

– Нет. Это Люся говорит, что видела тебя не раз. Хоть и не знаю, почему запомнила, – при этих словах Костя подозрительно поглядел на него.

– Жаль, – Минус скривился, – и как теперь быть? Повесить мне на грудь табличку, что я потерялся? Так как-то даже не смешно.

– Да не переживай, – Костя ободрительно кивнул. – Сейчас до Молдаванки дойдём, там проще будет. Должен же хоть кто-то тебя узнать и поздороваться. Вот того мы и спросим.

Костя излучал уверенность, но Минус совершенно её не разделял. Он вообще не горел желанием разыскивать семью этого парня, в чьём теле очутился неведомым образом, но ничего лучшего в голову не приходило. В карманах не оказалось даже монеты и Минус покорно побрёл за Костей.