Текст книги "У фортуны женское лицо"

Автор книги: Валентина Демьянова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Мне было интересно! Еще как интересно, но вслух я сердито рыкнула:

– Нет!

– Зря! Увлекательное дело предлагаю.

– Клад искать? – высокомерно удивилась я и укоризненно добавила: – Павел Иванович, вы же меня знаете. Неужели могли подумать, что я возьмусь за лопату и стану рыть землю?

Замечание с моей стороны наглое, а учитывая характер босса, последовавшему за ним взрыву удивляться не приходилось.

– Тебе никто и не предлагает столь вульгарное занятие!

Я про себя улыбнулась:

«Ну вот! Заорал, и все разом стало на привычные места. Он учитель и знает, что нужно делать. Я ученица и должна беспрекословно подчиняться. Варианты не принимаются! Только уважаемый учитель упустил из виду, что те дни уже миновали».

Похоже, учитель и сам об этом вспомнил, потому что вдруг сбавил тон.

– Возвращайся в музей и на месте все-таки выясни, куда же исчез архив, – спокойно приказал он. – Не мог он бесследно испариться. И перестань врать, что тебе это неинтересно, все равно не поверю. У тебя натура азартная! И как только все раскопаешь, дай мне ответ, мог там клад в принципе быть или нет! Остальное мне без разницы!

Наташа

На следующее утро после вечеринки я проснулась с предчувствием чего-то нехорошего. Немного полежала, уговаривая себя, что это все нервы, потом не выдержала и кинулась к телефону. Сначала позвонила деду. Он уже был на ногах и завтракал. Немного успокоенная, я принялась звонить Галине. Трубку никто не брал. Помянув Галину недобрым словом за то, что она из экономии не обзаводилась мобильником, я начала спешно собираться на работу.

День выдался на редкость суматошным. Стоило явиться в контору, меня так закрутили дела, что стало не до личных проблем. В обеденный перерыв я опять набрала Галку, хотя и понимала, что поступаю глупо. Днем она к телефону подойти никак не могла.

Вторая половина дня оказалась ничем не лучше первой, так что к вечеру я чувствовала себя как выжатый лимон. Рухнув на стул, устало придвинула к себе телефон и в очередной раз позвонила Галине. Когда понеслись длинные гудки, поняла, что дошла до точки. Никакие здравые объяснения на меня уже не действовали. Я должна срочно ехать и на месте удостовериться, что с ней все в порядке.

Решение принято, и можно было отправляться, а я не могла заставить себя подняться с места. Мне не хотелось ехать одной! В принципе стоило только позвонить одной из подруг, но проблема заключалась в том, что при этом пришлось бы много чего вынести: выслушать тягостные расспросы о новом фортеле Олега: объяснить, почему я боюсь ехать к Галке одна, это при том, что я и себе объяснить сей факт не могла, и, наконец, в который уже раз выслушать, что за подонок мой брат и как на моем месте поступают умные люди. Все это было мне не по силам. Нужен был кто-то, кто не потребовал бы от меня откровений, не отпускал бы едких комментариев в адрес Олега и кто потом не сплетничал бы у меня за спиной. Анна! Идеальная кандидатура, и к тому же оставила свою визитку и предлагала звонить!

Наш разговор с Анной длился несколько коротких минут, но мне и их хватило, чтобы понять, что в выборе я не ошиблась. Анна все уловила с полуслова, и единственный вопрос, который она задала, касался адреса Галины.

Радостно вылетев из дверей конторы, я неожиданно для себя увидела Димку. Он стоял засунув руки в карманы джинсов и разглядывал выходящих из здания людей. С особым вниманием его глаза провожали симпатичных девушек, а те, в свою очередь, поглядывали на Димку. И их можно было понять: мощный торс, затянутый в черную футболку, выглядел эффектно, а что еще нужно девчонкам? Перебежав дорогу, я, не скрывая удивления, поинтересовалась:

– Ты тут как оказался?

– Тебя пришел встречать.

– Зачем?

– А сама как думаешь? – хмыкнул Димка, глядя на меня сверху вниз.

Под его взглядом мне вдруг стало жарко, а голова, минуту назад пухнущая от проблем, вдруг зазвенела, как пустой барабан. Боясь, что он заметит мое смущение, я сделала вид, что высматриваю что-то в конце переулка. Димка мои хитрые маневры не заметил и продолжал обстоятельно объяснять: – Тебе одной ходить опасно, а я в отпуске. Времени полно, и мне все равно, на что его убивать. Можно и на тебя.

После этих слов я почувствовала себя так, будто меня холодной водой окатили. Первым порывом было кинуться прочь, но потом хватило ума сообразить, что так я уж точно буду выглядеть полной идиоткой. Взяв в себя в руки, я чопорно произнесла:

– Спасибо, конечно, но я не домой. Мне к Галке нужно.

– Поехали! Сказал же, времени полно.

– Меня там Анна будет ждать.

Ответ Димке не понравился, и он недовольно осведомился:

– А она у нее что потеряла?

– Я попросила ее приехать.

– Могла бы мне позвонить.

– В голову не пришло, – мстительно обронила я и, развернувшись, зашагала в сторону своей машины.

Я была уверена, Димка за мной не пойдет, но он оказался не из обидчивых и как ни в чем не бывало двинулся следом.

Когда мы, подгоняя друг друга, взлетели на Галкин этаж, Анна была уже там.

– В квартире никого нет. Я звонила, – вместо приветствия сообщила она.

Димка одарил ее мрачным взглядом и, не говоря ни слова, принялся яростно давить на кнопку. Меня его поведение удивило, а Анну, казалось, позабавило. Привалившись плечом к стене, она принялась с интересом наблюдать, как он терзает звонок. Когда стало ясно, что нам не откроют, я неуверенно спросила:

– Что делать будем?

У меня самой имелось предложение, но я не знала, как к нему отнесутся остальные. В сумке лежали ключи от Галкиной квартиры. Она мне их дала прошлым летом, когда уезжала отдыхать. Вернуть их я, само собой, забыла и продолжала таскать с собой. Объяснять все это было муторно, поэтому я просто показала связку. Надеялась, что Димка окажется более решительным и поддержит мою затею, но он взорвался:

– И думать забудь!

– Да почему? Ключи мне Галка дала! – рассердилась я и, подгоняемая духом противоречия, вставила ключ в замочную скважину.

Дверь оказалась запертой только на защелку. Димка за моей спиной хмыкнул, я собралась достойно ответить, но не успела: на полу в коридоре лежала женщина. Первое, что бросилось в глаза, – это ноги под задравшейся юбкой и разметавшиеся по полу светлые волосы.

– Ой, – пискнула я, зажимая рот ладонью.

– Тихо, – прошипел Димка.

– Она мертвая?

– А ты как считаешь? – спросил он и заглянул в глаза. Взгляд у него был такой колючий, что мне стало зябко.

– Ну... вдруг ее избили и она без сознания, – пробормотала я, чувствуя себя виноватой.

– Вот давай и посмотрим, – жестким голосом подвел черту Димка и, оставив меня, подошел к телу. Склонившись над ним, он осторожно отвел волосы от лица и хмыкнул: – Труп.

А я, борясь с накатывающей тошнотой, не знала, что и думать.

Димка выпрямился, странно посмотрел на меня и объявил:

– Уходим!

– А как же...

Закончить он мне не дал. Шагнув ко мне, прошипел:

– Нас не должны тут застать.

– Но ведь не мы ее...

– Не мы! Она тут не один час лежит, но нам это не поможет. У ментов все равно появится много вопросов, и мы запаримся на них отвечать. Не знаю, как вам, а мне это без надобности!

Стоило нам оказаться на площадке, как Анна спросила:

– Кого из соседей вы знаете?

– Старушку с первого этажа. Татьяну Тихоновну. Меня с ней Галка знакомила.

– Отлично, идем к ней.

– Зачем?

Если моя тупость Анну и раздражала, она никак этого не показала.

– Нас могли видеть во дворе. А так получится красиво. Вы приезжали справиться о Галине. Скажете, второй день не можете до нее дозвониться. В случае чего, соседка это подтвердит.

И тут меня осенило:

– А действительно, где же Галка?!

Если Анна была терпелива, то Димка подобной добродетелью не отличался. Едва сдерживая ярость, он поинтересовался:

– Ты в себе?

– Это не Галка, – пролепетала я. – Женщину, что лежит в квартире, я никогда прежде не видела!

Анна

Я сидела в кресле и с интересом наблюдала, как Антон нервно снует по мастерской. Официальным поводом моего появления у него была покупка картин. Именно это мы обсуждали, и именно по этой причине он был так раздражен. Мы не сходились в цене.

– Больше не сброшу ни копейки! – кипятился Антон.

Я, в отличие от него, не волновалась. Знала: пройдет время, и мы договоримся. Художники для того и рисуют картины, чтобы их продавать. Беспокоило меня совсем другое. Мне нужно было увидеть Наташу, потому что ее дед был родом из Ольговки. Этот факт в ряду с уверенностью Павла Ивановича, что клад зарыт именно там, доказывал, что рассказ Олега не был полным враньем и дневник действительно существовал. То, каким образом он оказался у Замятиных, особой загадки не представляло. Деду Наташи лет было немало, значит, родился он вскоре после революции. Раз семья была крестьянская, то Ольговка, скорей всего, была местом ее постоянного проживания, и семнадцатый год его родители встретили там. Дневник мог попасть к ним вместе с другими вещами, когда местные растаскивали из барского дома все, что можно было утащить. Такое случалось в те годы повсеместно, интриговало другое... Почему все эти годы Замятины его хранили? Ведь за это время много чего случилось. Гражданская война, коллективизация, чистки, Отечественная война. Людей мотало из стороны в сторону, и зачастую они срывались с места, захватив с собой только самое необходимое. А тут дневник! Вещь бесполезная и вообще принадлежавшая чужим людям. К чему его за собой таскать? Я смогла найти только одно объяснение: в дневнике было записано нечто важное! Совсем недавно навязанное мне дело казалось повинностью, а тут меня охватил азарт. Мало того что с архивом Захара Говорова произошли странные вещи, так еще дневник у Замятиных выплыл! Неудивительно, что на следующий день после знакомства с Наташей я слонялась из угла в угол, пытаясь придумать повод снова ее навестить. Идеи возникали разные, но ни одна не выглядела достаточно убедительной, чтобы попытаться ее реализовать. Настроение портилось с каждым часом, и к вечеру я уже была никакая, как вдруг раздался звонок. Наташа просила помощи. О такой удаче я даже не мечтала, поэтому мое согласие прозвучало раньше, чем она закончила говорить. А потом в квартире Галины мы наткнулись на труп! И теперь нас с Наташей связывала общая тайна, а у меня появился повод к ней ходить.

Именно по этой причине я уже битый час торчала у Антона. Ждала, когда Димка привезет Наташу с работы. Он взял на себя обязанности ее телохранителя, что выглядело странно. Зачем ему эти хлопоты, если он ее практически не знал и, похоже, даже симпатии не питал? Получается, у него в этом деле тоже имелся свой интерес? Потому он и на меня косился, что чувствовал конкурентку?

– Антон, ты давно Димку знаешь?

Антон прервал рассуждения о гонораре и удивленно воззрился на меня:

– Сто лет! Мы с ним на призывном пункте познакомились. Сначала просто вместе держались, чтобы всякая шваль не наезжала, потом оба в Чечню загремели. Тут снова повезло, в одной роте служили. Я, как срок отмотал, сразу демобилизовался, а он остался. Я его из виду потерял, а он вдруг объявился! Сказал, прочитал в газете статью о моей выставке и решил найти. А ты почему спрашиваешь?

– Надоело слушать твои вопли о собственной гениальности.

– А! – кивнул Антон, нисколько не обидевшись.

Стоило упомянуть Димку, как он явился.

– Какие люди и без конвоя, – скривился он при виде меня.

– И мечтать забудь, – улыбнулась я. – Наталья где?

– К себе пошла.

– Загляну-ка я к ней, – объявила я, поднимаясь с места.

Димка разом помрачнел, но сказать ничего не сказал. Сдержался! А вот Наташа моему приходу открыто обрадовалась:

– Хорошо, что пришли! Галкина соседка с первого этажа только что звонила!

– Труп нашли?

– Она толком ничего не сказала. Больше плакала.

– Едем к ней!

Стоило нам выскочить из квартиры, как у лифта мы столкнулись с Димкой. При виде нас он подозрительно спросил:

– Куда собрались?

– К Татьяне Тихоновне.

– Я с вами!

– Куда такой компанией? – возмутилась я. – Перепугаем старуху.

– Точно! – согласился Димка. – Поэтому тебе лучше остаться.

Я пропустила его слова мимо ушей.

Дверь, как и в прошлый раз, нам открыла сама старуха. Это и еще царившая в квартире тишина наводили на мысль, что она жила одна. При виде Наташи ее лицо скривилось, по морщинистым щекам потекли слезы.

– Ох, Наташенька, горе-то какое!

Я стояла рядом, слушала ее причитания и ждала, когда же наконец она скажет, что труп нашли. Тогда можно будет перестать изображать недоумение и приступить к расспросам. Однако время шло, а старуха все никак не могла успокоиться. Понимая, что это нужно прекращать, иначе мы никогда ничего не узнаем, я скользнула вперед и обняла старушку за узкие плечи. Она, будто почувствовав облегчение, покорно приникла ко мне и пожаловалась:

– У Галочки в квартире обнаружили мертвую женщину! Соседка сверху понятой была. Говорит, у нее на виске рана. Неожиданно ее стукнули, она и крикнуть не успела.

– И кто нашел?

– Илья! Пришел, а дверь ему не открывают! Он удивился, своим ключом отомкнул квартиру, а там тело!

– Что за Илья?

Татьяна Тихоновна бросила на меня удивленный взгляд:

– Зять. Тоже раньше в нашем дворе жил.

– А чего к Галине приезжал?

Старуха отвела взгляд в сторону и зачастила:

– Откуда ж мне знать? Я его только из окна видела. Он с милиционером стоял. Расстроенный! Хороший он парень.

– Еще бы не расстроенный! Галина же ему не чужая.

Старуха удивленно воззрилась на меня, прикрыв рот сухонькой ладошкой:

– Господи милостивый! Так вы считаете, это Галю убили?

– Разве нет?

– Не она это! Сестра ее... Людмила.

– А что ж тогда с Галиной? Она где?

Старуха поджала губы:

– Исчезла!

Наташа

– Куда теперь? – спросил Димка.

– К Илье.

– Зачем?

– Поговорить, – удивилась я странному вопросу. – Вдруг он знает, что тут на самом деле произошло!

– Если даже знает, тебе это к чему? Своих проблем мало?

– Как ты можешь? Галка мне как родная!

Димка скептически хмыкнул:

– Родная... И поэтому ты адрес ее сестры у старухи спрашивала.

Упрек был справедливым, и выслушивать его было больно. Галка действительно ни разу не обмолвилась, что у нее есть сестра! На ум вдруг пришло, что я о ней вообще мало что знаю. С виду открытая, она о себе говорила мало, а о своей семье и вовсе не заикалась. Раньше я не придавала этому значения, а теперь вдруг поняла, что относилась к ней с большим доверием, чем она ко мне.

– Если выясню, что все произошло не из-за Олега, мне станет легче. Невыносимо думать, что она попала в беду по вине нашей семьи.

– Семья, семья, на первом месте всегда семья! Вот потому ты и не замужем! – внезапно рассвирепел Димка. – Тебе, кроме твоей семьи, никто не нужен!

Большего оскорбления он нанести мне не мог, ведь именно это заявил на прощание мой бывший муж. Я захлопала глазами, стараясь не разреветься.

– Придержи язык, – посоветовала Анна Димке. – А насчет Ильи она права.

– И ты туда же! – взвился Димка. – Тоже долг перед семьей не дает жить спокойно? Или что другое тревожит?

– Другое! Оно бы и тебя тревожило, если б ты пораскинул мозгами.

– Да? И что же это?

– Подумай! Почему Илья вдруг принесся сюда? Почему, не дозвонившись, не ушел, а открыл дверь и вошел? Ничего не напоминает?! – Не получив ответа, она сердито закончила: – Вспомни нас!

– У нас была причина войти.

– У него тоже она могла быть!

Людмила с Ильей жила в тихом переулке рядом с метро. Стоило машине остановиться, как Анна заявила:

– Наташа, я с вами! – и, подмигнув Димке, выскользнула из машины.

А я занервничала. Мне в голову вдруг пришла мысль, что разговора может не получиться. Если я об Илье только узнала, так он о моем существовании, скорее всего, тоже не подозревал! Мучилась до самой двери, пока Анна не приказала:

– Звоните!

Я послушно выполнила приказ и обомлела. Мужчину, что открыл нам дверь, иначе как красавцем назвать было нельзя. Высокий, с черной вьющейся шевелюрой и почти классическими чертами. Впечатление немного портил безвольный подбородок, но это уже мелочи. При виде нас на лице у Ильи промелькнуло сначала разочарование, потом недоумение. Он смотрел на нас покрасневшими от слез глазами и ждал объяснений. Сделав глубокий вдох, я спросила:

– Может быть, вы слышали обо мне? Я – Наташа, сестра Олега.

Спросила без всякой надежды на положительный ответ, а он вдруг сказал:

– Да! Люся рассказывала.

Я облегченно перевела дух. Все оказалось не так уж плохо.

– Примите мои соболезнования.

Илья кивнул и быстро отвернулся, стесняясь навернувшихся на глаза слез, а я растерялась. Ну как в такой момент лезть с вопросами? Я уже собралась повернуться и уйти, но вмешалась Анна.

– Мы разыскиваем Галину, – оттирая меня плечом в сторону, заявила она.

– Ее здесь нет, – тусклым от горя голосом отозвался Илья.

– А где она может быть?

– Сам бы хотел это знать.

– И никаких догадок?

По тому, как Илья хмурился, видно было, что назойливость Анны его тяготит, но он сделал над собой усилие и ответил:

– Нет! Я вообще мало что о ней знаю.

– Разве они с Людой не дружили?

– Дружили, – с еле различимой досадой отозвался Илья. – Люся почти каждую неделю к сестре ездила. Мы с Галиной отношений не поддерживали.

Ответ был странный и рождал множество вопросов, но какое право мы имели приставать с ними к незнакомому человеку? Только это я так рассуждала, а Анна думала иначе.

– Если у вас сложились такие плохие отношения, чего же вы вдруг поехали к ней и без позволения зашли в квартиру? – задиристо поинтересовалась она.

Услышав, что она несет, я мысленно ахнула. Как можно быть такой бесцеремонной? Это же их семейные отношения!

– Я искал свою жену!

– Вы всегда так поступаете?

Тут даже терпения Ильи не хватило.

– Нет, – раздраженно огрызнулся он. – Только потому, что накануне Люся ушла поздно вечером и на следующий день домой не вернулась!

– Как поздно?

– Около двенадцати ночи.

– И правда поздновато!

– Был звонок от Галины!

– Что она хотела?

– Не знаю. С ней разговаривала жена.

– После этого Людмила собралась и уехала к сестре? И вы не поинтересовались в чем дело? Не предложили проводить?

Анна не давала Илье опомниться, а он, подавленный ее напором, покорно отвечал:

– Я просил Люсю остаться, но у нас это никогда не проходило. Если Галя зовет, значит, Люся все бросает и несется на помощь. Она была старше Галины и все время ее опекала, а та этим пользовалась. А насчет проводить... Честно говоря, я тогда психанул, и мы поругались. Я прошелся по поводу Галкиной наглости, а Люся в ответ хлопнула дверью. Сказала, останется ночевать у сестры.

Лицо Ильи плаксиво скривилось. Поспешно отвернувшись, он выхватил из кармана носовой платок. От смущения я готова была сквозь землю провалиться, а Анна словно ничего не замечала.

– На следующий день вы пришли с работы, увидел, что жены нет, и... что?

– Принялся звонить Галине, – не отнимая платка от лица, ответил Илья. – Трубку не поднимали, и я решил, что Люся все еще дуется. Подумал, будет лучше, если съезжу и заберу ее. Когда мне не открыли, хотя я даже кулаком стучал, занервничал и вошел.

– Ключ откуда?

– Людочкин. У нее запасной лежал.

– Странно все это, – не унималась Анна. – Зачем вы вообще его брали?

– Ничего странного, – досадливо скривился Илья. – Вам не понять, потому что вы не знали характера Людочки. Она, когда обижалась, замыкалась в себе. Мы накануне сильно повздорили, и я предполагал, раз она не вернулась домой, то может мне не открыть...

У Ильи сел голос, а я поняла: продолжать разговор мы просто не имеем права.

– Если Галка вдруг объявится, передайте, что я ее разыскиваю. Пускай позвонит, – скороговоркой выпалила я и, схватив Анну за руку, потащила на улицу.

Анна

Пока мы спускались по лестнице, Наташа молчала. Она явно мной недовольна и не скрывала этого, но я оправдываться не спешила. Была уверена, сама начнет разговор. И не ошиблась. Только мы оказались на улице, как она напустилась на меня:

– У человека горе, а вы своими вопросами его до слез довели!

– Когда у человека горе, он ведет себя иначе.

– А что он, по-вашему, должен был сделать?

– Захлопнуть дверь! А Илья слезы лил, но отчитывался.

– Почему? – Наташа выглядела растерянной. Взглянуть на ситуацию под таким углом ей в голову не приходило.

– Не знаю, но собираюсь выяснить.

Насчет выяснения я не врала и уже на следующий день отправилась на Таганку. Поведение Ильи меня заинтересовало, и я намеревалась поговорить с соседями. Лучшего источника информации в природе не существует. Люди по своей беспечности просто не задумываются над тем, какое множество глаз ежеминутно следит за ними. На работе, в магазине, во дворе собственного дома! Следит просто так, без злого умысла, но подмечает малейшую странность, и если не полениться и расспросить, то узнать можно очень многое. А Илью в доме на Таганке хорошо знали, так что у меня был шанс.

Начать решила с Татьяны Тихоновны. У нее мой интерес к семье Галины не должен вызвать удивления.

– Молодец, что приехала! – похвалила меня Татьяна Тихоновна. – Я пирогов напекла, а есть некому.

Пока я расправлялась с угощением, хозяйка развлекала меня разговорами. Начала, как водится, с политики, а потом незаметно перешла на дела местные:

– Хорошо, хоть мать девочек до этого не дожила, – горестно посетовала Татьяна Тихоновна. – Не видит, что случилось с ее кровиночками. Она, бедная, одна Люду с Галей растила, муж молодым помер. А как она радовалась, когда Людочка замуж собралась! И ведь было чему! Илья лучшим женихом во дворе считался! Стольким девкам голову вскружил! Одна даже вешаться хотела, когда о свадьбе узнала.

– Так любила?

Старуха грустно усмехнулась:

– Гулял Илья с ней, а она решила, что это любовь. Дурочка молоденькая, не знала, что гуляют с одними, а женятся совсем на других! А свадьба у Людочки получилась красивая! Уж так мать гордилась, так гордилась... Квартиру молодым купила, зятю машину, что после мужа осталась, подарила.

– Откуда у нее деньги, если одна жила?

– Так она у нас на кондитерской фабрике главным бухгалтером работала! Как началась приватизация, помогала директору у работников акции скупать. Он у нас пройда был! Обобрал народ как липку. А потом фабрику иностранцам продал. Вмиг миллионером стал. Ну и ей за верность заплатил.

Старуха посмотрела вдаль невидящим взглядом и задумчиво протянула:

– Тогда казалось, жить им и радоваться, а оно вон как повернулось. Совсем немного времени прошло, как матери не стало, в одночасье сгорела. А теперь вот с Людочкой и Галочкой беда...

У старушки заметно испортилось настроение, и я, почувствовав себя лишней, начала прощаться. Хозяйка задерживать меня не стала.

Я уже прощалась с Татьяной Тихоновной, когда послышались быстрые шаги, и на площадку взбежала молодая, спортивного вида женщина. Несмотря на то что в каждой руке у нее было по сумке с продуктами, двигалась она легко и тяжести, казалось, не замечала.

– О, бабуля! – воскликнула она, расцветая улыбкой. – Я несусь к ней, думаю, скучает моя старушка, а она, оказывается, гостей принимает!

– Выдумаешь! Какие гости? – еще больше помрачнев, пробормотала Татьяна Тихоновна. – О Галине женщина справлялась.

– Объявилась наконец? Или милиция еще один труп нашла? – жизнерадостно поинтересовалась внучка.

– Типун тебе на язык, балаболка! Нет новостей, и слава богу.

– А чего ж ты такая мрачная?

– Нечему радоваться! Это ты по любому поводу готова зубы скалить! А у людей горе!

– У них горе, пусть и плачут! – беззаботно тряхнула женщина коротко стриженной головой. – А мне с чего? Ну училась я с Людкой в одном классе! Так мне что, теперь руки на себя наложить? Не дождетесь! Пускай вон Илья горюет, это у него жену убили. Хотя, – она лукаво улыбнулась уголками губ, – сдается мне, долго горевать ему не дадут. Видный мужик, с руками оторвут.

– Цыц! – явно нервничая, прикрикнула на нее Татьяна Тихоновна.

– Он и сейчас еще ничего, а в двадцать лет был просто красавец! – не обращая внимания на бабку, продолжала женщина. – Все девчонки во дворе по нему сохли. И я в том числе! А уж когда о свадьбе узнала... – Она сверкнула темными глазами: – Трое суток в голос ревела. Думала, все, кончена жизнь! – Весело рассмеявшись, она спросила у бабки: – Во дурища была, да?

– Всего доброго вам, – торопливо кивнула мне Татьяна Тихоновна и, отступив в коридор, строгим голосом приказала: – Иди в дом. Хватит языком молоть, и так уже много лишнего наболтала.

Оставшись одна, я задумалась, куда идти. Можно, конечно, отправиться во двор и поговорить с мамашами, что гуляли с малышами, а можно навестить соседку Галины по лестничной площадке. Выбрала второе и, прыгая через две ступени, побежала наверх. Скользнув взглядом по опечатанной бумажными полосками двери Галины, сразу же направилась к квартире напротив. Что скажу хозяевам, когда откроют, меня не волновало. Можно, к примеру, контролером из Мосэнерго назваться. Мол, у вашей соседки неполадки со счетчиком, не скажете, где ее найти? А дальше разговор сам собой покатится, главное, правильные вопросы задавать.

К сожалению, сколько я ни давила на звонок, дверь никто не открыл. Подергав напоследок дверную ручку, я уже собралась уходить, как услышала за спиной голос:

– Ищете кого-то?

Обернувшись, увидела на лестнице молодую черноволосую женщину. Одного взгляда на ее настороженное лицо хватило, чтобы понять: басня о проверке из Мосэнерго с ней не пройдет.

– Галину.

– Ее дверь напротив.

– Знаю, но она ведь опечатана.

Женщина бросила косой взгляд в сторону упомянутой квартиры и тут же снова уставилась на меня:

– А вы кто Гале будете?

– Работаем вместе.

– Коллега, значит, – с непонятной интонацией уточнила она. Я в ответ пожала плечами: мол, чего скрывать? Так и есть! А она ехидно поинтересовалась: – Как же так? Работаете с Галочкой бок о бок и не знаете, что с ней беда приключилась?

– Знаю, конечно. – Я сделала вид, что обиделась. – К нам на работу из милиции приходили и все рассказали. Потому меня сюда и прислали! Узнать, не появилась ли Галя, и за квартирой присмотреть! Только я вот звоню соседям, а их никого нет.

– Ее соседка – я.

– Догадалась уже!

Женщина поднялась на несколько ступенек и оказалась рядом со мной. Глянув мне прямо в глаза, она с ледяной вежливостью отчеканила:

– Сослуживцам передайте, что Галочка до сих пор не появилась, а за квартиру не беспокойтесь: Илья присматривает.

Она явно рассчитывала, что ее отповедь поставит точку в нашей беседе, но ошиблась. Теперь, когда разговор наконец коснулся интересующей меня темы, никакая сила не заставила бы меня уйти.

– Илья? – лицемерно удивилась я. – А он кто?

– Никогда не слышали? – с легкой иронией поинтересовалась она.

– Нет.

– Муж ее сестры. Да вы про сестру-то хоть знаете? Это ведь ее убили!

– Да вы что! А менты сказали, женщину! – воскликнула я и почти с искренней обидой добавила: – Надо же, какая Галка скрытная. Ни словечком о сестре не заикнулась.

– Неудивительно! Отношения между ними были, мягко говоря, прохладными. Как встретятся, так и поскандалят.

– На Галку это непохоже...

– А она первая и не начинала. Это все Людмила! Все имущество, что после матери осталось, никак с сестрой поделить не могла. Половина этой квартиры Людке принадлежала. Квартирка так себе, но она в нее мертвой хваткой вцепилась. Каждую неделю сюда таскалась проверять, все ли на месте! У нее и ключ свой был! Галочке это, конечно, не нравилось, только сделать ничего не могла. Людка говорила, хочешь владеть квартирой единолично – выплачивай мою часть, а у Гали, естественно, таких денег не было. А иногда Людка вообще грозилась разменять квартиру и выселить сестру в коммуналку. В такие дни Галочка мрачнее тучи ходила.

– Похоже, не любили вы эту Людмилу.

– Знаю, о мертвых плохо говорить не принято, но я лицемерить не умею. Как есть, так и говорю! – сурово поставила меня на место она. – Людмила всегда была противная! Знаете, как она замуж вышла? Парня своей лучшей подруги увела!

– Ну он же не жеребец, чтоб его под уздцы уводить, – усмехнулась я. – Видать, сам захотел.

– Не так все было! Илья добрый, но уж очень слабохарактерный. Она его деньгами соблазнила, а он, дурак, не понимал, чем за это придется расплачиваться.

Наташа

– Чего так долго? Еще немного – и я бы отправился на поиски!

– На десять минут задержалась! – возмутилась я в свою очередь. – В самом конце рабочего дня начальница к себе вызвала. Что, по-твоему, я должна была сделать? Сказать, что меня на улице Дима ждет?

Удивленный отпором, Димка поспешил сменить тему.

– Домой? – примирительно спросил он.

– Нужно найти Калину, – пробурчала я не столько обиженно, сколько смущенно. Знала, мое заявление Димке не понравится. И не ошиблась. Он тут же насупился:

– Зачем?

– Поговорить!

– Разбежалась!

Его скептицизм меня разозлил. Он подрывал во мне веру в себя, а она и без Димкиных насмешек была не слишком крепкой.

– Я не могу сидеть сложа руки! Посмотри, что происходит. Убили Людмилу, Галина исчезла. Может, ее тоже убили! Прикажешь покорно ждать, когда они за нас возьмутся? Их надо остановить!

Трудно сказать, кого я уговаривала, себя или Димку, но, когда он ехидно поинтересовался:

– Не поделишься как?

Я вышла из себя. Сутки я ломала голову именно над этим вопросом и нашла, как мне казалось, правильное решение, а Димка пытался сбить меня с толку.

– Постараюсь убедить, что этих дурацких сокровищ в принципе не существует! А долг пообещаю выплатить постепенно. – Заметив, что Димка пренебрежительно скривился, я взорвалась: – Не нравится моя затея – отправляйся домой! А у меня выхода нет!

Димка насупился, но с места не двинулся, и это вселило робкую надежду. Раз сразу не ушел, может быть, все-таки останется? Конечно, минуту назад я сама его прогоняла, но сгоряча и не всерьез. На самом деле идти одной к Калине было страшно.

– Раз ты все уже решила, так поехали, чего тут зря торчать, – проворчал Димка, и я облегченно перевела дух. – Куда едем?

– В «Паруса». Официанты обычно знают постоянных клиентов и, если повезет, могут подсказать, где его искать.

Услышав это, Димка фыркнул:

– Ну и планчик!

Я тут же испугалась, что он посчитает мою затею пустой тратой времени, и уйдет. При его гневливом характере такое вполне могло произойти, а мне что тогда делать? Одной Калину искать? По Димкиному лицу нетрудно понять, что он думает на мой счет, и я приготовилась к неприятностям.

– Ладно, трогай, – процедил он. Пока не остановились у кафе, Димка мрачно молчал, а там пробормотал, косясь в сторону: – Тебе придется идти без меня.

Боясь разреветься, я торопливо кивнула и выскочила из машины. Нас разделяло уже несколько метров, когда Димка крикнул мне в спину:

– Я тебя тут ждать буду!

В этот раз в кафе не было ни души. Даже официантов не видно. На месте оставался только бармен. Утешив себя, что так даже лучше, никто разговору не помешает, я пожелала себе храбрости. В тот момент это было совсем не лишним, ноги подгибались от страха. Бармен, до того момента протиравший стаканы, уже глядел в мою сторону.