Текст книги "Империя людей. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Вадим Бурденя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31

– Еремчук! – сказала Скворцова, пристально разглядывая ещё больше вытянувшегося Колю, к середине весны они уже были практически одного роста, так же как и веса. – Видно мы опять вернёмся к борьбе.

Коля начал краснеть.

– Да, да, но ты можешь сразу признаться, тебя Ингвар пичкает какими-то мутагенами, или он просто сам по себе заразный? Но почему я тогда не расту? Или это директор с заучем ставят на тебе нечеловеческие эксперименты?

– Покажи язык, может быть у тебя весь рост и энергия уходит в него и теперь твой язык как у нектарной летучей мыши в полтора раза длиннее тела?

– Он меня ещё и мышью обозвал… – в словесных баталиях Николай хоть и краснел, но редко проигрывал Катерине, чаще выигрывал, поэтому в ход шла грубая сила. – Оно-э, помогай, лови его, будем пытать, щекоткой, выбивать признание, может быть даже в любви.

Крадущейся походкой девушка стала приближаться к Еремчуку. Оно-э тут же присоединилась к охоте на одноклассника, она же его быстренько и поймала, так как продемонстрировала скорости за границами человеческих возможностей.

– Тааак его! – двенадцатый «Г» сильно завидовал Еремчуку, которого сзади крепко обнимала и прижимала к себе Оно-э, а спереди прилипла Скворцова, беря под контроль одну из рук. – Только не обнимай, а бери вот за эту руку, теперь заведем за спину вторую, и держи его крепко, но нежно, нам тут переломы не нужны. Ну что, Ерёма, попался, который брыкался! Посмотрим как ты сквозь смех поумничаешь!

– Ингваааар! Ты так и будешь смотреть? Я не то, чтобы жалуюсь, но щекотки боюсь!

Ингвар же с открытым ртом наблюдал за всем этим представлением. Его не привели в шок страдания смеющегося Николая, его поразило то, что Оно-э поняла, что её попросили сделать и сделала это! Скворцова сломала им Оно-э, или починила…

– Прекращайте этот балаган и занимайтесь! – Николаю Константиновичу очень не понравилось то, что всё внимание было обращено на девушек, и его вопросы никто не слушал и не слышал. – Ещё раз повторяю, через выходные пройдут соревнования между школами Муходвинска, никто никуда не уезжает и будем участвовать, сейчас определимся кто в чём.

– А что за соревнования? – тут же изменился вектор интересов Скворцовой. – Оно-э, отпускай его, пусть пока побегает, мы потом договорим.

Оно-э действительно отпустила, а Еремчук развернулся к ней лицом:

– Оно-э, у тебя какой-то подозрительный аутизм, который не распространяется на Катю…

За что тут же опять был заключен в объятья, но вышедший из ступора Ингвар вызволил друга.

Физрук же рассказывал о соревнованиях:

– Гиря, бег на сто метров и три километра, метание гранаты, подтягивание, брусья, перетягивание каната. Ещё рассматриваются игровые соревнования: футбол, волейбол, баскетбол, но это уже не в этом учебном году, вы не попадаете, кто-то из вас уже в вузе будет учиться или колледже, кто-то работать, а кто-то зону топтать, да Котов? Нет? Ты тоже в вуз? Ну молодец.

Начали подниматься руки, но в то же время стали появляться и взгляды в сторону Ингвара, которые не мог не заметить Николай Константинович:

– Нет, Стиг Семёнович сказал Терминаторова не включать в команду. Потому что даже если все школы вместе будут соревноваться против него, всё равно проиграют.

– Вот так, Ингварчик, бояться тебя! – Скворцова опять переключилась на занимающихся Терминаторова и Еремчука. Оно-э стояла над ними руки в бока, заменяя Катю, пока та подходила к основной группе учащихся. – Я сама тебя боюсь и горжусь собой, за несколько месяцев воспитала такого монстра кикбоксинга! Эх, а могла бы быть известным на весь мир тренером, может повыступаем немножко? Поломаешь пару чемпионов, ну чего тебе стоит? Нет? Ну и ладно, я потом сама известной стану, только ещё не знаю в чём. А вы идёте на соревнования?

– Ты же слышала, меня не берут.

– А друга поддержать? Николай Константинович, а вы знаете, что Еремчук может раз двадцать пять подтянуться, а то и больше? Он легкий, но крепкий!

Николай действительно мог. Чуть ли не ежедневные занятия, хорошее питание дали прекрасные результаты. Ещё, конечно, небольшой присмотр Селены, но он об этом не знал.

– Еремчук, а чего молчишь? Нам на это упражнение нужно пять человек, записываю и тебя. Иди сюда, куда тебя ещё вписать можно, брусья?

– Ну вот, Ингвар, мы тоже идём поддерживать Коляна нашего!

Ингвар задумался, причём посмотрел на Оно-э, вести её в большое скопление и незнакомых людей не очень хотелось, хотя можно было оставить и дома, это же выходные.

– Если не хочешь брать Оно-э, оставь её дома, на субботники ты же её не брал, тем более мало ли мы там всех победим и наших начнут бить, хоть там полюбуюсь на своего ученика и воспитанника, возможно, даже пущу скупую наставническую слезу.

Сегодня урок физкультуры шёл последним, и школьники начали собираться домой. Собирался домой и Николай, с некоторых пор компьютер и доступ к электронным библиотекам появился у него дома, необходимости идти в школьную библиотеку не было. А вот телефон так и остался кнопочным. Правда были и минусы в домашнем обучении, если Полинка была дома. После той пилюли, которая была очень похожа на конфету, ребёнок больше ни разу не заболел, так же начала активно расти и набирать вес, при этом просто фонтанируя энергией. Начало восстанавливаться зрение и у мамы. Как и просил Ингвар, это нигде сильно не афишировали, Елена Сергеевна везде ходила в тёмных очках, якобы специальных. Побывал Ингвар и в гостях у Николая уже несколько раз. Сначала отнекивался, но был припёрт к стенке уже одноклассником:

– Обещал же прийти, как выздоровеет Полина, вот и иди. Мама там уже столько вкусностей навыпекала.

В домашней выпечке был не только вкус, но и душа, а ещё Ингвару очень нравилась атмосфера, царившая в семье Еремчука, да и Полинка, которая считала Ингвара своим ручным домашним чудовищем и постоянно допекала брата, когда тот придет. Ингвар же с удовольствием возился с ребёнком, катал на шее, качал как на качелях на одной руке, играл с ней в детские игры.

– Что, бригада, по домам? – щурилась Катя от ярких весенних лучей светила, обращаясь к Еремчуку и Терминаторовым.

– Не, мы к Коляну, его мама очередной шедевр испекла, зовёт попробовать.

– Еремчук!!! У тебя совесть есть? Вы там, получается, жрёте вкусности, а я мимо? А меня пригласить?

– А ты язва, ядовитая! От тебя аппетит, наверное, может испортиться! – тут же встал на защиту друга Ингвар.

– Ученики предали своего учителя… какая банальная трагедия… Оно-э, одна ты у меня хорошая, теперь я буду учить тебя и только тебя!

– Не надо её учить! – реально забеспокоился Ингвар, не представляя как и чему научится Оно-э у Скворцовой, итак уже научила…

– Катя, если хочешь, идём с нами. – а это уже Николай.

– Конечно хочу!!!

На небольшой кухне Еремчуков с трудом, но все поместились, просто Ингвара задвинули в угол, и на него уселась Полинка. Елена Сергеевна поставила на середину стола уже порезанный на кусочки торт и стала расставлять чашки:

– Ингвар, Оно-э как обычно ничего не будет кушать и пить?

– Да…

Оно-э быстренько схватила кусочек торта и запихала целиком его в рот, с трудом начав жевать, Ингвар вытаращил глаза.

– Я так и знала, что он тебя держит на строгой диете, ну ни капельки лишнего жира… что этот деспот ещё творит, наверное и на шоппинг никогда не водил? – задумчиво прокомментировала Скворцова.

Вечером же Ингвар устраивал спектакль для Селены, Джерри и Стига.

– Оно-э, принеси мне пожалуйста мой телефон, он на кухне!

Та быстренько сбегала и принесла. Джерри и Селена выглядели крайне удивлёнными, Стиг – равнодушным.

– Умничка, вот, возьми конфетку, вкусная! – развернул из обертки и предложил ей сладость Ингвар. Оно-э тут же схватила, разжевала и проглотила её. Ингвар смотрел на это с гордостью родителя, наблюдающего за первыми шагами своего чада. Селена и Джерри смотрели ещё более круглыми глазами, глаза Стига не могли стать более равнодушными, больше уже просто некуда.

– И ещё… эээ… – начал чесать затылок Ингвар. – Но это не я!! Это Скворцова её в торговый центр затащила! Несколько пакетов покупок, в том числе и нижнее белье. Теперь с неё, вроде, снимается вся одежда…

– Социализация, наблюдение и взаимодействие с большим количеством людей принесли свои результаты. – отвернулся и уставился в телевизор Стиг.

Тринадцатая школа не победила в первых городских соревнованиях. Заняла почётное второе место. Ингвар, разбудивший в себе дух болельщика, после чьего-то неосторожного выкрика: «Судей на мыло!» было ломанулся уже в драку, которой ещё не было, хорошо хоть Катя удержала его словами:

– Подожди, рано, наших ещё не бьют!

К счастью, драки не произошло, так бы Ингвар опять расстраивался, что подраться-то и не с кем. Хотя он и так расстроился, поэтому, попрощавшись с ребятами, которые хотели идти праздновать и отмечать второе место, ссылаясь на оставшуюся дома Оно-э, отделился от общей группы школьников, не замечая, как одна из преподавателей из делегации десятой школы, двинулась за ним.

– Ну вот мы и встретились, здоровячок, испугался и решил спрятаться за личиной школьника? – на Ингвара хищно смотрела красивая взрослая фигуристая женщина, очень напоминающая Гретель из команды Лейлы.

– Отстань, и так настроения нет, иди куда шла.

– Я-то как раз за тобой и шла, научить немного манерам и уважению. Селена мягкая домашняя девочка, вряд ли она знает как правильно воспитывать таких дикарей, поэтому этим займусь я.

За этими словами последовал молниеносный удар в печень Ингвара, отчего Гретель с шипением рассерженной кошки схватилась за будто врезавшуюся в каменную стену руку. Ингвар даже не покачнулся, но плохое настроение нашло объект выхода:

– Сама напросилась…

Гретель была сграбастана в охапку, донесена до ближайшей скамейки и перекинута через колено. Раздались громкие шлепки по мягкому месту:

– Бабам…, шлёп… ну хорошо, женщинам… шлёп… не следует … шлёп… поднимать руку… шлёп… на мужика… шлёп…. Поднявшая руку женщина… шлёп… может перестать быть ею… шлёп… Нет же войны… шлёп…, не перебили всех мужчин… шлёп…, так вари борщи… шлёп…, рожай детей… шлёп…, или стань там дизайнером… шлёп…, психологом… шлёп…, блогером… шлёп… или фитнес-тренером… шлёп…, куда ты лезешь… шлёп…, чего тебе неймется… шлёп… – отчитывал Ингвар женщину.

Гретель была очень сильной одаренной, практически айоном, и сейчас она была не в силах ничего сделать. Конечно, она не применяла никаких смертоносных техник, но вся её сила, направленная внутрь, на усиление тела, не дала никаких результатов, Ингвар будто не замечал её запредельных усилий. И такого она раньше не встречала в жизни. Нужно сказать, достаточно одинокой жизни. Умом она всё понимала, в любых из своих бывших отношений она никогда не играла своей силой, не выпячивала её и даже не намекала, но, видно, в движениях, позах, железной уверенности в себе эта сила проскакивала, и мужчины её чувствовали, поэтому даже в мелких, незначительных конфликтах, которые так или иначе случались, она побеждала. Кто-то уходил от неё, не желая быть постоянно побеждаемым, от кого-то уходила она, не желая быть рядом с всё более и более податливым мужчиной. Сейчас она осознала всю свою беспомощность перед грубой мужской силой и это её почему-то завело, ну или длительное отсутствие секса и шлепки по попе.

– Не здесь! – облизала губы Гретель.

– Что не здесь? – остановил свою экзекуцию Ингвар.

– Делай это не здесь, отпусти, идём в гостиницу…

– Да я, в общем-то, больше и не собираюсь… – отпустил её Ингвар, правда его рот был тут же заткнут жадным страстным поцелуем.

Вернувшись домой ранним утром, Ингвар сразу же натолкнулся на встречающую его Селену, за спиной которой стояла руки в бока Оно-э.

– И где ты шлялся всю ночь? – сообразив, что опять ведёт себя по отношению к очередному члену своей команды не разумно, девушка изменила интонации. – Просто я волновалась и Оно-э себя беспокойно вела, а ты телефон не брал, а потом он стал недоступным, а найти тебя я не могу…

Ингвар распахнул руки в объятьях, куда быстренько шмыгнула Оно-э, а затем присоединилась и Селена:

– Простите, не заметил как села батарея, не нужно волноваться и переживать, со мной ничего плохого не может случиться…

– Так а где ты был и что делал всю ночь?

– Ну… это… Гретель наказывал…

– Ингвааааар!!! – начала рычать и выкручиваться из его рук Селена, но тот не отпускал.

– В смысле – воспитывал, воспитывал!!! И мы полюбовно расстались!!!

В другой части города, Гензель, который так же присутствовал на соревнованиях, встретив днём свою сестру, заметил её немного неестественную походку:

– Ты всё-таки догнала его и вы сцепились, он хоть живой?

– Живее всех живых…

– Ну а победил кто?

– Я! – уверенно ответила Гретель, так как сверху всё-таки чаще была она.

Глава 32

– Тебе больше заняться нечем? Ты чего полез в тринадцатый отдел? Надоело отдыхать? Я могу найти тебе работу. – пристально смотрел генерал-полковник Прохоров Александр Михайлович на своего подчинённого, полковника Сергея Никитина.

– Товарищ генерал, я случайно оказался замешан в этом деле, всё началось с новогоднего инцидента в Монаке, а там одна странность, другая и захотелось разобраться…

– В этом… тебе не нужно разбираться, твои задачи лежат в другой плоскости…

– Ну как сказать, Александр Михайлович, я понимаю, что здесь задействованы люди тринадцатого отдела, ну а если бы всё вылилось в полноценную войну с бывшей бандой Яростных, или Умалишев, не разобравшись, начал бы мстить…?

– Какая война? И причём тут Умалишев?

– А вам не докладывали? Одна из групп тринадцатого отдела, которая размещена в тринадцатой школе Муходвинска сцепилась с Яростными… – начал свой рассказ Никитин. – Хорошо, что до полноценных боевых действий не дошло, при этом, каким-то чудом, около семидесяти человек, в том числе и сам Ярый, были ликвидированы. Там на столько серьёзные боевики, что мы в подметки им не годимся, скоро нас отправят на дорогах движение регулировать или там ворон в поле пугать?

– Драм тут не надо устраивать, а что с Умалишевым?

– Так младшего тоже они, это вообще на поверхности лежало, не понимаю, как старший до этого не дошёл и не начал мстить. Хотя он, вроде, и не успокоился, правда копает не в том направлении.

Дед ненадолго задумался:

– Так, Серёжа, ты в это дело не лезь…, пока…, если будет нужно, я тебя подключу, а сейчас – отдыхай.

Никитин выходил из кабинета начальника, перебирая в уме события последних месяцев. Через несколько недель после Монаки он перебрался в Муходвинск, внимательно выслушал с Горхи ещё раз его людей и начал сам собирать информацию, попутно роясь во всех доступных ему базах данных. И сразу же натолкнулся на след тринадцатого отдела. Причём работали коллеги очень топорно, грубо, даже не пытаясь сильно спрятать следы или создать какую-либо правдоподобную легенду. Как оказалось, в разные школы Муходвинска зачем-то было направлено четыре группы по пять человек, три из которых вели себя тише воды ниже травы. По документам просто эмигранты, а вот откуда, как, зачем – пустота. Тринадцатый отдел абсолютно не озаботился такой мелочёвкой, просто отправляли запросы на документы и сами же эти документы получали на руки, причём была и корректировка этих самых документов. Возраст Дрейк Селены корректировался с двадцати трёх лет на тридцать два, а вот некоего Ингвара Терминаторова – с тридцати восьми на восемнадцать. И это окончательно убедило его, что здесь замешаны наивысшие секреты Службы государственной безопасности. Уже было очевидным фактом для всех на планете, что высшая элита Рашина, а также Сашура и Катиша резко помолодела. Ходило куча домыслов и слухов: от современных и жутко дорогих медицинских препаратов до чаробиоинженерии нового поколения, от клонирования до забытых, но восстановленных, техник айцелителй. Значит, действительно мужчина тридцати восьми лет мог помолодеть лет на двадцать, но удивительно то, что доступны эти новые технологии были только для элиты элит, а тут какой-то оперативник. Что-то не сходилось. Дальнейший медленный и осторожный поиск привёл его к майору Борисову и случаю с подполковником Умалишевым. Резкое необъяснимое старение организма и полная невменяемость. И Селена Дрейк постарела по документам, только вот на десяток лет, а ещё ведьмы славились своей работой с сознанием. В это время старший Умалишев искал врагов в столице, причём своих врагов, а вот он сразу припёр майора Борисова к стенке, который даже не пытался что-то скрывать, моментально рассказал о делах, заведённых на Дрейк Селену и на Терминаторова Ингвара. Дела в базы данных не вносились, существовали только на бумаге и благополучно пропали, так же как «пропал» и подполковник, попытавшийся шантажировать Дрейк. Так же как пропадали и Яростные. Сказка о колдунах и ведьмах становилась былью.

Горхи он тогда написал: «Это наши, забудь и не приближайся». А сам же решал, что делать дальше. Соваться к оперативникам в тринадцатую школу не хотелось, сам не терпел, когда смежники путались под ногами, а тут вообще голое любопытство, поэтому начал искать тринадцатый отдел. С трудом, но нашёл, что тот располагался отдельно от других отделов и ведомств в пригороде столицы на территории военного аэродрома, и спокойно туда направился, только его высшего уровня доступа не хватило, нужно было специальное разрешение. Ему посоветовали обратиться к непосредственному руководителю, только руководитель быстро нашелся сам: Дед вызвал его на ковёр, где и состоялся только что закончившийся разговор.

Прохоров также сильно задумался о том, что делать дальше. Его предупреждали сразу, что за этими людьми не нужно следить, охранять, они будут работать самостоятельно в рамках какого-то социального эксперимента. То, что за своими людьми гости из звёздной Империи присматривают сами, он знал, но не предполагал, что те начнут так спокойно выкашивать граждан Рашина, пусть бандитов, но всё-таки граждан. И на это нужно было как-то реагировать. Тут он решения самостоятельно принимать не захотел, в итоге посоветовавшись с Первым, договорился через несколько недель посетить базу гостей. Да, можно было связаться и удалённо, но ему нравилась эта база будущего, смотреть на футуристического вида строения, технику, оружие.

– Господин Прохоров, рад вас видеть, что за срочное дело, требующее личной встречи? – спрашивал Деда молодо выглядевший мужчина в достаточно массивной, но при этом абсолютно не стесняющей движение экзоброне, командующий размещённой на Рэйдосе оперативно-тактической бригады и возглавляющий вообще все миссии, которые осуществляла Империя на этой планете.

– Здравствуйте, господин Шитон. Здесь вот какой возник вопрос… – руководитель СГБ начал аккуратно рассказывать урезанную и отредактированную историю, не вдаваясь в подробные детали о количестве жертв среди бандитов, вообще не затрагивая их. На совместном совещании первых людей Рашина было принято решение не дразнить инопланетных гостей, сотня, тысяча, да хоть миллион туда-сюда, не имеет никакого значения. Дружба и сотрудничество с ними гораздо важнее.

– …Поэтому я и беспокоюсь. Вы говорили нам не вмешиваться, но могут же пострадать ваши люди, банды у нас очень легко проливают кровь. Или ваши группы прикрытия, размещенные рядом со школами, со всем справятся сами? Просто не хотелось бы, чтобы они совершали карательные операции самостоятельно, мы можем выделить людей для совместных действий и соблюдения законности…

– Не беспокойтесь, Александр Михайлович, естественно, я буду проводить какие-либо операции, в том числе и по защите наших людей с обязательным уведомлением вашей службы, как и договаривались. Возле школ располагаются исключительно наблюдатели, мы же, при необходимости, окажемся в Муходвинске в течение десяти минут. Ну а в целом, каждая из групп в силах самостоятельно себя защитить, особенно группа Селены Дрейк.

– Могу я поинтересоваться, почему вы в этом так уверены…?

Шитон заулыбался:

– Конечно, я надеюсь, мы всегда будем откровенны друг с другом и выстроим доверительные отношения без камней за пазухой. Видите ли, Селена Дрейк не совсем человек, у нас их называют айоны, существа поразительной силы. Поверьте, она в состоянии превратить эту планету в абсолютно безжизненный мир, гораздо быстрее, чем это сможет сделать моя бригада, и никакое ваше оружие или ваши айчары, не смогут её даже поцарапать.

Картинка у Деда полностью сложилась. Это хорошо, что он построил разговор таким образом, без выставления претензий в адрес имперского командующего. Он действительно ни при чём. Им тут на планету завезли какое-то чудовище, а они отделались несколькими десятками преступников. В голове начали роиться мысли на счёт того, чтобы натравить на неё все банды, чтобы она подчистила и их, однако он быстро отказался от этого плана: кто его знает, во что это выльется. С такими силами лучше не заигрывать, Рашин может и в безжизненную пустыню превратиться.

Находя различные предлоги, задавая кучу интересующих его вопросов про жизнь за пределами Рэйдоса, Прохоров задержался у инопланетных гостей до самой ночи. Командующий бригады его не выгонял, на какие-то вопросы отвечал, какие-то тактично игнорировал, а потом вдруг стал серьёзным, замер на секунду, снова начал улыбаться:

– Мне тут докладывают об интересном случае, пройдёмте в оперативный пункт управления, покажу вам видео. Зачем ваш боец направляется в сторону нашей базы?

Да, ему сказали отдыхать, но забыть эту историю никак не получалось. А сводилась эта история к некой секретной базе, куда имел доступ только тринадцатый отдел и высшее руководство страны, точнее трёх стран. Стало очень интересно, что же там происходит. Примерное расположение объекта Серёга просчитал по данным спутников и военной разведки, к которым у него был доступ. Что удивительно, спутники в этом месте показывали сплошной лес, в том числе и зарубежные спутники. Однако самолёты, вертолёты туда летали, и регулярно. Несколько недель он помучался, а потом принял решение: он просто посмотрит, издалека.

Ближайший населённый пункт, небольшой посёлок, лежал в километрах пятидесяти от секретной базы, окружённый несколькими большими озерами, в которые впадали речки, одна из которых начиналась где-то возле секретного объекта. Пятьдесят километров для него это совсем не расстояние. Два небольших марш-броска и он на месте. Его универсальность позволяла ночью маскироваться практически от любых средств наблюдения, главное заметить и не попасть в физические сигнальные или обезвреживающие ловушки. План тут же начал приводиться в действие, собрано всё необходимое и под видом рыбака он выдвинулся в посёлок, где снял на одну неделю квартиру.

Отключив и оставив в квартире телефоны, умные часы, прихватив только рюкзак, в котором лежала вода, сухпаек и мощный бинокль, а также торчало две удочки для вида, Сергей выдвинулся в сторону секретного объекта.

– Нет, ну а что, это же и есть отдых – пеший поход выходного дня, я же не на территории противника, а у себя дома. Вот весна вступила в полную силу, солнышко уже хорошо греет, наслаждаюсь природой. – мысленно рассуждал Сергей, дожидаясь ночи.

До примерного расположения базы оставалось километров десять. Вечером, сориентировавшись и спрятав рюкзак, дополнительно замаскировавшись, осторожно выдвинулся в направлении объекта. К ночи, преодолев километров пять наткнулся на очень часто выставленные таблички, которые сообщали, что дальше начинается специальная охраняемая зона и проход запрещён. Очень радовало, что он не ошибся. Никитина охватил азарт и предвкушение, которые были быстро погашены голосом, раздавшимся у него из-за спины, стоило ему только пересечь воображаемую линию, соединяющую таблички:

– Сергей Алексеевич, я уверен, что вы видели предупреждающие надписи, несмотря на тёмное время суток и на то, что вы ползёте. Если всё же не видели, то сообщаю вам, что дальше проход запрещён, попрошу вас покинуть специальную охраняемую территорию.

При первых же звуках Серёга замер, а мозг начал лихорадочно обрабатывать информацию. Он слышал голос, но не мог точно определить, с какой стороны тот идет. Бить сразу по площади, но он этим полностью демаскирует себя, правда, судя по всему, демаскировать тут нечего. Мало того, что его засекли, так уже определили, кто он такой. Его переиграли по всем фронтам, вели из самого поселка, а может быть даже со столицы, хотя казалось, что в тринадцатом отделе работают совсем не профессионалы.

Он демонстративно медленно поднялся, начал отряхиваться, пытаясь найти говорившего, однако ему это не удавалось:

– С кем я говорю? Раз вы знаете, кто я такой, значит и знаете, что у меня есть допуски на все объекты…

– Товарищ Никитин, на этот объект у вас допуска нет. – проигнорировал голос его вопрос. – Поэтому попрошу вас по-хорошему вернуться туда, откуда вы пришли.

Крыть было нечем, как и не из-за чего было устраивать конфликты, а тем более битву – здесь явно находились не враги, тем более он так и не определил, где находится говорящий.

Назад он двигался в очень расстроенных чувствах, ведь стало ещё любопытнее. Получить разрешение можно было только у Деда, но тот явно сказал не лезть и отправил отдыхать, не выходя на связь уже несколько недель. Значит, в том деле он совершенно не понадобился и никто ничего ему не собирается объяснять и рассказывать. Найдя рюкзак и уже не беспокоясь о скрытном передвижении, быстро вернулся в арендованную квартиру, где переоделся и начал включать телефоны, на каждом из которых было по несколько десятков пропущенных вызовов, в основном от Деда.

– Вот дятлы, и как же быстро настучали… – выругался Серёга и быстро отключил телефоны.

Слушать вопли генерал-полковника совершенно не хотелось, пусть остынет, а он пару дней порыбачит, он же сюда на рыбалку приехал.