Текст книги "Не Ваша Русалочка (СИ)"

Автор книги: Тина Солнечная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 11

После занятия с Тарвином у первокурсников было ещё два урока, и я, как новенькая, не имела права расслабиться.

Следующим был основы боевой магии. Вёл его сухощавый преподаватель с короткой сединой и пристальным взглядом – профессор Эйлан. В отличие от декана, он не церемонился:

– Маг без реакции – мишень, – заявил он, едва войдя. – И да, Мелания, если ты умеешь создавать щит – это хорошо. Но здесь научат, как не дать тебе упасть, если твой враг способен пробить любой щит.

Урок был больше практическим. Мы отрабатывали быстрые реакции, уклонения, мгновенные всплески щита. У кого-то получалось. У кого-то не очень. У меня – достаточно, чтобы не выделяться. Пока.

Третьим уроком был теоретический курс по артефактологии. Класс был заставлен витринами с зачарованными предметами – от кольца, что шептало на незнакомом языке, до светящегося в темноте пера. Преподавательница, молодая женщина с розовыми волосами и очками на пол-лица, представлялась как магистр Элера.

– Всё, что вы носите, используете, касаетесь, – может быть магией, – сказала она. – Или проклятием. Иногда – и тем и другим одновременно.

Занятие оказалось неожиданно интересным. Элера была энергична и увлечена. Её рассказы звучали как сказки, но с очень опасным смыслом.

Когда день закончился, я уже ощущала, как тело ноет от напряжения, но внутри бурлило странное предвкушение. Вечером будет испытание стихий. И кто-то из старших учеников сделает выбор.

А я… должна сделать свой.

В столовой стоял привычный гул голосов, запах пряностей и тушёного мяса витал в воздухе, напоминая о магии не кухонной, но всё же утешительной. Я заняла столик у окна, подальше от основных скоплений студентов, наслаждаясь редкими минутами тишины и тарелкой горячего супа.

Я не сразу заметила, как ко мне подошли. Тень скользнула по столешнице, и напротив меня, не спрашивая, села Аника. Величественная, холодная, с идеальной укладкой и лёгкой усмешкой, будто эта встреча была игрой, и правила знала только она.

– Ты зря сюда приехала, – произнесла она тихо, почти шепотом, но с такой ледяной интонацией, что даже шум столовой не заглушил слов. – Ты тут никому не нужна. Лучше бы ты умерла вместе с этой своей мамашей.

Я замерла, не в силах сразу ответить.

– Если ты решила, что сможешь занять моё место – забудь. Отец всегда знал, кто его настоящая дочь. Единственная. А ты – ошибка. Мерзкая, позорная ошибка, которую не успели устранить вовремя.

Она наклонилась чуть ближе, её голос стал тише, но я слышала каждое слово, будто заклинание ввинчивалось в сознание:

– Не лезь под ноги, иначе пожалеешь.

Она выпрямилась, с грацией хищницы взяла со стола яблоко, бросила на него равнодушный взгляд и удалилась, оставив после себя лишь колючее напряжение в воздухе и горький привкус ярости на моём языке.

Я шла по коридору к своей комнате, чувствуя, как усталость липнет к коже, а в голове вертелись обрывки разговора с сестрой. Красивая, уверенная, холодная. Явно привыкшая быть единственной и неприкасаемой. Таких любят за силу – и боятся по той же причине. Но в ней не было убийственной решимости. Слишком показная, слишком дерзкая. Не тот тип, что действует в тени.

«Нет, это не она убила Меланию», – решила я. Но легче от этого не стало. Угроза, произнесённая в столовой, всё ещё звенела в ушах.

Я поднялась на нужный этаж, свернула к своей двери – и замерла. На пороге уже стояла Лика. Опиралась плечом о стену, покачивая на пальце какой-то амулет.

– Долго тебя не было, – сказала она вместо приветствия. – Я уж думала, опять в море ушла.

– Есть такая мысль, – пробормотала я, подходя ближе. – Я люблю плавать.

– Особенно если за столом сидит сестра, желающая тебе смерти, – хмыкнула Лика и выпрямилась. – Я все слышала, что она тебе сказала. Прости. Я хотела подойти к тебе пообедать… В общем… Ты как?

– Нормально, – я пожала плечами и открыла дверь. – По крайней мере, никто не пытался задушить меня на глазах у всех. Уже успех.

Лика вошла в мою комнату следом, как ни в чём не бывало. Не дожидалась приглашения. Видимо, так у неё было принято.

– Она тебе не по зубам, – заявила Лика, усаживаясь на край моего стола. – Слишком популярная. Но я бы не ставила на неё. Вся такая идеальная, слишком правильная, слишком уверенная в себе…

Я усмехнулась и села на кровать.

– Ой, надеюсь, меня выберет кто-нибудь из целителей! – Лика закружилась по комнате, как ветер, и тут же уселась на подоконник, болтая ногой в воздухе. – Они такие спокойные, милые, вообще не напрягают. Мой идеальный вариант – сидим в тепле, завариваем какие-нибудь расслабляющие настойки, обсуждаем, как гармонизировать чакры. Ну прелесть же!

Я усмехнулась, прикрывая рот рукой.

– А если боевик? – невинно поинтересовалась я.

– Ужас! – округлила глаза Лика и театрально прижала ладонь к груди. – Представляешь? Тащить меня на практику, заставлять бегать, колдовать под дождём, отбиваться от каких-то монстров… У меня же кожа нежная, я в таких условиях увядаю!

– Не сомневаюсь, – улыбнулась я. – Тебе точно нужен кто-то мягкий и ласковый.

– Именно! – просияла она. – Я вообще к ранениям склонна. Эмоциональным в первую очередь. Вот и хочу целителя. А ты кого хочешь?

Я пожала плечами.

– Кого-нибудь… не слишком энергичного. Чтобы не мешал моим собственным делам.

– Вот-вот! – подхватила Лика. – Идея! Показать себя, конечно, надо, но не слишком! А то потом прилипнут как банный лист и всё – прощай, спокойствие!

Она щебетала, пока я переодевалась, щебетала, пока мы шли по коридору, щебетала даже, когда вышли на лестницу. Болтала легко, без умысла, словно ветер пел через неё. И в этом беспечном лепете было что-то… успокаивающее. Как будто мир не так уж страшен. По крайней мере, пока рядом – Лика.

Стадион раскинулся перед нами внушительным амфитеатром под открытым небом. Каменные трибуны полукругом окружали просторную площадку, выложенную гладкими плитами, между которыми уже пробивалась тонкая зелень – магия земли пробуждалась даже здесь. По краям арены – высокие кристаллические колонны, пульсирующие мягким светом, как будто настраивались на предстоящее действо.

В центре площадки – круг из резных рун, мерцающих серебром, – именно сюда, по традиции, выходили участники, как успела нащебетать Лика. Над ним – зависла тонкая туманная вуаль, тонкая плёнка стихийной магии. Четыре арки, символизирующие стихии – Вода, Огонь, Воздух и Земля – стояли на равном расстоянии по окружности и переливались в зависимости от текущего элемента. У каждой арки толпились старшекурсники – наставники, те самые, кто уже два месяца наблюдал за новичками и теперь готов был выбрать себе ученика.

По периметру расставлены факелы и кристаллы освещения, создающие атмосферу таинства. Над трибунами развевались флаги факультетов, и ветер лениво играл ими, будто знал – скоро всё изменится. Всё будет решено. Словно сам воздух затаил дыхание в ожидании.

– Вау, – прошептала Лика, схватив меня за руку. – Как на настоящем турнире. Только вместо рыцарей – мы.

Я едва заметно кивнула, вглядываясь в площадку. Да, зрелище и правда впечатляющее.

– А вот и ты, – услышала я знакомый голос и скривилась.

Глава 12

Один из близнецов Локфорд стоял чуть поодаль, как всегда самодовольно усмехаясь. Рядом, лениво опираясь на колонну, уже был и второй. Оба, как всегда, притягивали к себе взгляды. Один – в тёмной рубашке с расстёгнутым воротом, второй – в светлой, выглядящий чуть мягче, но оттого не менее опасный.

– Что вы тут делаете? – спросила я, скрестив руки на груди.

– Пришли за первогодками, – беззаботно бросил тот, что был ближе, и скользнул по мне взглядом. – Но не обольщайся, зажигалочка. Возьму только сильного. Очень сильного.

– Я не обольщаюсь, – фыркнула я, в его голосе сквозила явная насмешка.

Он улыбнулся, но взгляд у него стал чуть серьёзнее.

– Посмотрим, на что ты способна. Может, удивишь.

– А может, и нет, – бросила я и отвернулась, делая шаг в сторону. – Уж прости, Люциан, но меня ваше общество совершенно не интересует.

– Да ладно, детка? – хмыкнул он, и в голосе прозвучало скорее веселье, чем обида.

В этот момент к нам подошёл Себастьян. Двигался он как всегда уверенно, не торопясь.

– Вот и славно, – сказал он, улыбнувшись краем губ. – Потому что мне твоя сестра куда больше по душе.

Он кивнул в сторону, и я, последовав его взгляду, увидела, как к нам приближается Аника.

Прекрасно. Её тут только и не хватало.

Аника шла, будто ступала по подиуму, ни капли не сомневаясь в том, что каждый взгляд принадлежит ей. Её волосы были идеально уложены, улыбка – безупречно выверена, а взгляд – полон притворной дружелюбности и уверенной притягательности.

Она чуть замедлилась, подойдя ближе, и как бы случайно провела пальцами по плечу Люциана, бросив ему многозначительный взгляд из-под длинных ресниц.

– Ну надо же, – Аника грациозно подошла ближе, чуть склонив голову. – Не ожидала, что вы всё-таки решите участвовать в выборе. Думала найдете повод избежать этой ноши. Но я рада…

Она улыбнулась, глядя то на одного, то на другого.

– Если выбирать обязательно, почему бы не выбрать лучшее?

Люциан прищурился, оценивая её без стеснения.

– Смело. Особенно заявлять это до испытания.

Себастьян усмехнулся, чуть склонив голову.

– Главное, чтобы твоя уверенность совпадала с реальной силой. А не только с красивыми словами.

Они отвечали ей сдержанно, с лёгкой насмешкой, будто проверяя, насколько далеко она готова зайти. В голосах – не флирт, а игра на публику. И делали это, конечно, у меня на глазах. Нарочно. Подчёркнуто.

Аника это чувствовала. В её осанке появилась уверенность, во взгляде – искра триумфа. Она решила, что впечатлила их.

Я стояла спокойно, наблюдая.

Я невольно оглянулась на братьев. Нет, к ним я точно не хочу. И пусть они самые сильные и влиятельные, но тащиться за ними в качестве подопечной – последнее, чего бы мне хотелось. Слишком уж… личные отношения между нами.

– Привет, – услышала я сбоку и повернулась.

Передо мной стоял парень – старшекурсник, по виду год на два старше меня, но сколько ему на самом деле неизвестно. С этими магами никогда не поймешь наверняка. Парень не такой внушительный, как Локфорды, но приятный. Темноволосый, с лёгкой улыбкой на губах и глазами, в которых теплилось живое любопытство. В голосе – ни высокомерия, ни показной любезности.

– Кто ты? Не видел тебя раньше.

Я улыбнулась чуть мягче, чем обычно, сделав голос лёгким:

– Мелания. Только перевелась.

Он приподнял бровь:

– А, ещё одна дочь ректора. Слышал. Какой факультет выбрала?

– Пока не выбрала, – честно призналась я.

– Даже так, – хмыкнул он. – Интересно. Значит, можно слепить из тебя что-то подходящее. Если хорошо себя проявишь, я присмотрюсь.

Он бросил взгляд на братьев – явно оценивая конкуренцию – и, не дожидаясь ответа, неспешно двинулся дальше вдоль стадиона.

А я осталась стоять, чуть хмыкнув. Ну что ж, по крайней мере с ним было бы… спокойнее.

– Не иди к нему, – раздалось за спиной, и я вздрогнула от неожиданности. Себастьян подошел слишком тихо.

– С чего бы вдруг? – приподняла я бровь, оборачиваясь.

– Мы с ним не ладим, – ответил он коротко, будто это должно было что-то объяснить.

– А мне-то какое дело? – я скрестила руки на груди, не отводя взгляда.

Себастьян сделал шаг ближе. Потом ещё. И прежде чем я успела увернуться, оказался почти вплотную. Его горячее дыхание щекотало кожу возле уха, когда он произнёс низко и тихо:

– Ему не понравится, что мы с тобой… видимся.

– А с чего ты взял, что мы будем? – я повернула голову, стараясь выдержать его испытывающий взгляд.

Он не успел ответить. Где-то в центре арены ударили в гонг – металлический звук раскатился по стадиону, заставляя замереть всех, кто ещё говорил или шевелился.

На помост вышел мужчина в мантии преподавателя. Высокий, с властной осанкой, голос его был поставлен и звучал чётко даже без усиления магией.

– Приветствую всех, – начал он. – Сегодня – не просто испытание для первокурсников. Это шанс. Шанс показать, кто вы есть. Для каждого из вас – возможность заявить о себе. А для старших курсов – проявить себя как наставников, выбрать того, кого вы сможете направить и поддержать до конца года.

Он сделал паузу, скользя взглядом по рядам.

– Напоминаю: вмешиваться старшекурсникам строго запрещено. Испытание должно быть честным. Выбор наставника произойдёт сразу после того, как последний из первокурсников завершит своё выступление.

С этими словами он отступил на несколько шагов, давая понять – теперь очередь за нами.

А я мельком глянула на Себастьяна. Он стоял, сложив руки на груди и не сводил с меня взгляда – спокойного, оценивающего, в котором, однако, читалась какая-то едва уловимая напряжённость.

Я отвернулась и пошла прочь – ближе к краю площадки, подальше от братьев Локфордов. Пусть глазеют издали. Мне нужно сосредоточиться, а не участвовать в их дурацких играх.

На арене уже готовился к испытанию первый из первокурсников – невысокий, но крепкий парень с тёмными волосами и сосредоточенным лицом. Его имя прозвучало в воздухе, а затем перед ним засветилась структура испытания: четыре стихии, проверка логики, смелости и магических способностей. Всё по порядку, без права на пересдачу.

Первой была стихия огня. Он вызвал огненный шар, затем – второй, третий. Тепло завибрировало в воздухе, вспышки были стабильные. С этим этапом он справился уверенно, и преподаватель кивнул.

Затем – вода. Нужно было не просто вызвать воду, а заставить её подчиниться: сформировать спираль, управлять ею на расстоянии. Но струя в его руках тут же рассыпалась, оставив после себя лишь мокрое пятно на каменных плитах.

Земля – и вовсе провал. Заклинание захлебнулось на полуслове, камень остался неподвижным.

Воздух тоже подвёл: вместо изящного потока – жалкое дуновение, что лишь трепетнуло подол мантии наблюдающего мага.

Когда настала очередь логики, он запутался уже на второй загадке, а в испытании смелости – отступил назад, когда перед ним возникла иллюзия огромного паука.

– Достаточно, – прозвучал голос судьи. – Пройдена только стихия огня.

Раздался лёгкий ропот толпы. Парень опустил голову и сошёл с арены. Его имя никто не записал в список фаворитов.

Я вздохнула и сделала шаг ближе, рассматривая арену и внимательно вчитываясь в магическую структуру испытаний.

Кажется, день будет долгим.

Глава 13

Я осталась у края площадки, наблюдая за следующим участником и всеми, кто шёл за ним. Кто-то блистал, кто-то проваливался с треском, кто-то пробирался на зубах, вытягивая испытания на силе воли. Одни справлялись с магией, но пасовали перед логикой, другие не выдерживали давления страха. Сложно было угадать, кто в действительности силён, а кто просто везунчик.

Когда настала очередь Лики, я поймала себя на том, что напряглась. Девушка вышла на арену с лёгкой, почти игривой походкой, и поначалу выглядела слегка растерянной. Но уже на первой стихии – воздухе – её заклинание оказалось на удивление точным. Поток воздуха сформировался чётко, под её полным контролем, хотя она почти сразу сбила его, как бы случайно.

Дальше – вода. Она допустила оплошность, вода ускользнула из её рук, будто вырвалась. А вот с огнём – снова почти идеально, но закончила раньше времени, с выражением лёгкой досады на лице. Земля – неудачно, вовсе не пошла.

Логика? Едва ли не нарочно запуталась в первой же задаче. Смелость? Прошла, хоть и с дрожащими руками.

Я прищурилась. А ведь может и правда специально? Ошибки выглядели демонстративно неловкими, будто она играла в слабую, прикрываясь глупой кокетливостью. Вопрос – зачем? Не хочет внимания сильных наставников? Или пытается просочиться в группу тех, кого недооценивают?

Когда Лика сошла с арены, бросила на меня быстрый, лукавый взгляд и подмигнула, будто знала, о чём я думала.

Интересно… Не такая уж и простушка, как старается казаться.

Наконец, прозвучало моё имя. Я вздохнула и вышла на арену под взглядами преподавателей, студентов и тех самых старшекурсников, которые наблюдали с особым интересом. Братья стояли чуть поодаль, и я постаралась даже не смотреть в их сторону.

Первой шла стихия огня. Я сосредоточилась, вытянула руку – и пламя послушно вспыхнуло, но едва достигло нужной высоты, тут же начало расползаться и гаснуть. Да, огонь – не моё. Он не откликался на мою магию так, как другие стихии. Я контролировала его с трудом, будто держала в руках дикого зверя. Зато для зрителя выглядело вполне достойно, пусть и без блеска.

Затем – воздух. Лёгкое движение, и я провела им так, словно просто дышала. Простой, уверенный порыв, затем – подъем пыли, управляемая воронка и рассеивание. Но в конце допустила «ошибку» – сбила ритм, притворилась уставшей.

С водой пришлось особенно сдерживать себя. Я чувствовала её магию каждой клеткой – она отзывалась с восторгом, хотела играть, петь, быть сильной. Но я подавила порыв. Провела ритуал, как заурядный ученик – достаточно хорошо, но никак не блистательно.

С землей было легко – стабильность и мощь стихии отзывались мне слаженно. Я просто заставила подиум вздрогнуть и под ногами выросла нужная форма. Без украшений. Без триумфа.

Зато в заданиях на логику и смелость я отыгралась. Решения приходили быстро, я отвечала уверенно, точно. А в момент проверки на страх – я только смотрела на иллюзии, что вызывали ужас у других, и чувствовала к ним почти равнодушие. После всего пережитого, такие трюки не пугали.

Когда испытание завершилось, парень, что ранее подходил, поймал мой взгляд и одобрительно кивнул. Его улыбка была невесомой, но в ней читалось: с наставником, похоже, решено.

А вот после меня вышла Аника. И сцена словно вспыхнула ярче.

С огнём она работала безупречно – высокое, чистое пламя, красивое и мощное, как на показательных выступлениях. Она ловко манипулировала им, будто с детства вела с огнём диалог. Вода поддалась ей не так охотно – её порыв был сильным, но резким, и поток вздыбился чуть больше, чем надо. Воздух – уверенно, пусть и не идеально. Земля – с надрывом, но с результатом.

Задания на логику стали для неё испытанием. Она морщилась, явно подбирая ответы наугад, и несколько раз не угадала. А вот проверку на смелость прошла холодно – стояла, не шелохнувшись, будто иллюзии были ей безразличны. Ни страха, ни колебания.

Она вышла из испытания с лёгкой усмешкой и высоко поднятой головой. Уверенная. Гордящаяся собой.

Испытания продолжались ещё какое-то время. Я стояла на краю арены и наблюдала за последними участниками. Кто-то справлялся, кто-то срывался на середине, кто-то просто едва дотягивал до финиша. Волнение витало в воздухе, как статическое напряжение перед грозой. Все ждали – кто и кого выберет.

Когда последний первокурсник покинул арену, преподаватель вновь ударил в гонг. Его голос прозвучал твёрдо и официально:

– Испытания завершены. Старшекурсники могут сделать свой выбор в течение суток и предоставить итоговый список завтра к вечеру. Напоминаю: выбор должен быть обоснован и отражать ваши намерения по работе с подопечными на весь учебный год.

Толпа начала неторопливо расходиться, но я задержалась ещё на пару минут. И не зря.

Люциан двинулся почти сразу. Его шаги были уверенными, осанка – безупречной. Он направился к Анике, и даже не нужно было слышать, что он ей сказал. Это было ясно по её лицу.

Она уходила с такой самодовольной, победной улыбкой, что мне и слов не понадобилось. Всё ясно. Он забрал её себе.

Что ж… и славненько.

Теперь бы и Себастьяну поскорее найти себе подопечную – какую-нибудь яркую, громкую, желательно не меня. Тогда, возможно, я хотя бы дышать смогу свободнее.

Лика поймала меня чуть в стороне, буквально подпрыгнув от радости, и с шумным воодушевлением обняла.

– Он выбрал меня! – выпалила она. – Целитель, которого я хотела! Тот самый!

Я приподняла бровь.

– Тот, которого ты «хотела»? Или к которому ты хотела?

Она густо покраснела и зашаркала носком ботинка по земле.

– Ну… и это тоже. В общем, всё отлично! – засмеялась она и чуть ли не запрыгала на месте.

Я улыбнулась, действительно искренне за неё порадовавшись.

– Поздравляю. Ты это заслужила.

Мы только успели обнять друг друга, как к нам подошёл тот самый старшекурсник, что до этого проявил ко мне интерес. Он остановился рядом, уверенно, с лёгкой полуулыбкой на губах.

– Мелания, да? – уточнил он и протянул руку. – Я Эйдан. Боевик. И хочу взять тебя себе в наставничество.

– Нет, – раздался голос справа, и я вздрогнула.

Себастьян. Появился, как из воздуха, и встал почти вплотную ко мне.

Эйдан прищурился:

– Что – нет?

– Я забираю её себе, – отчеканил Себастьян, глядя не на меня, а на Эйдана.

– Это не тебе решать, – спокойно, но с нарастающим напряжением в голосе бросил Эйдан.

Себастьян повернулся ко мне, наклонился чуть ближе, и его голос стал бархатным, почти ленивым, но с ясно читаемым посылом:

– Будь хорошей девочкой, Мелания. Скажи, что ты моя.