Текст книги "Землянка для наемников (СИ)"

Автор книги: Тина Солнечная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 24

– Почему… почему нас не остановили? – прошептала я, пока мы шли по коридору к центральному залу. Сердце всё ещё колотилось от адреналина, а ладонь Келлара в моей руке казалась единственным якорем в этом хаосе.

– Потому что теперь у тебя есть идентификационный номер, – ответил Саэт, не оборачиваясь. – Пусть временный, но он есть. А значит, ты – не совсем «нелегал». В их системе ты мелкая помеха. Неприятность, но не угроза. Пока.

– То есть… я недостаточно важна, чтобы за мной гнаться? – выдохнула я, чувствуя странное, болезненное облегчение.

Келлар хмыкнул, но взгляд у него был мрачный:

– Не переживай. Они объявят тебя в розыск. Это вопрос времени. Как только разберутся, что регистрация была ложной, и поймут, что ты ушла со станции.

– И тогда?

– Тогда начнётся настоящая охота, – тихо добавил Саэт. – От этого не скрыться, Виола. Мы просто выиграли немного времени.

Я сглотнула, прижимаясь ближе. Выиграли время. А что потом?

Всё ещё слегка дрожа от пережитого, я даже не заметила, как нас вновь привело на кухню. Там уже был Риан – как будто ждал. Или знал. Он встревоженно посмотрел на меня, но вместо расспросов молча подошёл к одному из ящиков и выложил на стол целую россыпь вкусностей.

– Садись, Ви. – Голос его был мягким, почти ласковым. – Ты нам нужна в порядке. Без слёз, без голодного желудка и без дрожащих коленок.

Я подчинилась. Скорее потому, что ноги всё равно предательски подгибались.

– Я не голодна, – пробормотала я, но в этот момент Риан поднёс ко рту ложку чего-то ароматного и слегка сладкого. Я не удержалась и попробовала.

– Ага. Не голодна, – хмыкнул он. – Ну конечно. Поэтому сейчас будешь есть всё, что я подам. Без капризов. Доктор Риан прописал.

Он пододвинул ко мне глубокую пиалу с теплым фруктовым супом.

– Это что? – осторожно спросила я.

– Это «душевная каша». Так её у нас называют, – пояснил он с лёгкой улыбкой. – Не лечит, но настроение поднимает и тело согревает. Успокаивает.

Я сделала ещё ложку. Потом ещё. И только тогда поняла, насколько была голодна.

– Ты волновалась, – тихо сказал он, наблюдая за мной. – Я тоже. Мы все.

Ко мне подошёл Келлар и, не говоря ни слова, поставил рядом стакан с чем-то травяным – ароматным и чуть терпким. Я посмотрела на него с благодарностью.

– Лететь три дня, – сказал он, опираясь о столешницу рядом. – Ты успеешь отдохнуть.

– А если нас остановят?

– Не остановят, – отрезал Саэт из-за плеча. – Сейчас они ещё не поняли, что именно произошло. А когда поймут – мы уже будем далеко. На Ранкаре.

– А что там будет?

– Сперва – безопасность, – сказал Вэлк, появляясь в дверях и бросая на меня внимательный взгляд. – Потом будем разбираться. Постараемся узаконить наш брак там. Шансов будет больше.

– А пока – ешь, – повторил Риан, снова подсовывая мне ложку. – Если ты не закончишь хотя бы три блюда, мы попросим Саэта покормить тебя с ложечки.

– Только не это, – рассмеялась я, уже чувствуя, как напряжение отпускает.

– А ты быстро учишься, – подмигнул Риан. – Вот и молодец. Теперь давай, налегай.

Я кивнула, прижимая чашку с травяным напитком к губам. Они старались. Все. Каждый по-своему. И в этом простом уюте кухни, среди аромата еды и заботы, я вдруг почувствовала, что действительно дома. Пусть даже пока в бегах.

Когда остальные разошлись по своим делам – кто в рубку, кто на диагностику, кто проверять двигатели – мы с Келларом остались на кухне вдвоём. Он стоял рядом молча, будто охраняя.

Потом неожиданно сел рядом и обнял. Осторожно, чуть сбоку, будто проверяя мою реакцию. Его рука легла мне на талию, уверенно, но без нажима. Я замерла, чувствуя, как внутри что-то сжалось – не от страха, нет. Просто это было… непривычно. Келлар был тем, кто держал дистанцию, был сух и резок. И сейчас эта редкая близость значила больше, чем слова.

– Тебе не стоило так говорить, – негромко произнёс он, всё ещё не глядя прямо, а куда-то мимо, будто взвешивая каждое слово. – Что ты с нами за… услуги.

– Я не знала, что сказать, – ответила я честно, чуть прижимаясь к нему щекой. – Я пыталась защитить вас. Хотела, чтобы хоть как-то всё объяснилось.

Он усмехнулся – тихо, с еле заметной кривизной губ, которую я уже научилась считывать как нежность.

– Глупая, – пробормотал он и поцеловал меня в висок. Тепло, мягко. – Тебе не нужно нас защищать. Это не твоя ответственность.

Я прижалась к нему крепче, почувствовав, как его хвост едва коснулся моего бедра, осторожно, как будто пробуя – позволено ли. Я не отстранилась. Наоборот, скользнула ладонью по его груди и заглянула в глаза.

– Но я хочу. Потому что вы – мои. А за своих я готова стоять. Даже если ничего не понимаю в ваших законах.

Он посмотрел на меня с тем самым взглядом – хмурым, сдержанным, будто внутри бушевал ураган, а снаружи только ветер качал ресницы. А потом вдруг коротко выдохнул, будто сдаваясь, и его губы накрыли мои.

Поцелуй был твёрдым, настоящим, будто он только сейчас разрешил себе это. Ни спешки, ни осторожности – просто поцелуй, полный накопленной нежности и чего-то сдержанного, тяжёлого. Я вплела пальцы в его волосы, понятнулась навстречу, и он тут же притянул меня ближе, крепче, словно боялся, что я снова исчезну.

Его губы были горячими, чуть грубоватыми, и от этого только более желанными. Поцелуй углублялся, медленно, но настойчиво, как будто Келлар выдыхал в меня всё, что копил всё это время – тревоги, страх, чувство вины, желание. Его пальцы на моей талии сжались крепче, не причиняя боли, но давая понять, что я в его руках. Полностью. Без остатка.

Я прижалась к нему ближе, всем телом ощущая его силу, тепло, живую тяжесть. Он был нерешительным – да, но сейчас, в этой тишине, пока нас никто не видел и не слышал, Келлар больше не сдерживался. Его губы скользнули к моей щеке, потом к уху, он выдохнул:

– Моя странная землянка…

И в этом не было упрёка. Только тихое признание. Его лоб коснулся моего, дыхание тяжелело, руки всё ещё держали, но уже нежно, будто боялся спугнуть.

– Я всё ещё боюсь, что это сон, Виола, – прошептал он. – Но, чёрт, если ты попросишь остаться, я останусь. Если скажешь – иди, я уйду.

Я посмотрела. Прямо в глаза. Спокойно, мягко, с тем самым упрямством, что, кажется, всех их и сгубило.

– А если я скажу «поцелуй меня ещё»?

Он хрипло выдохнул, и в следующее мгновение его губы снова нашли мои – с жадностью, с рвущейся наружу страстью, но такой бережной, как будто я была самой драгоценной вещью во Вселенной.

Келлар вдруг резко притянул меня ближе, подхватил под бёдра и легко, будто я ничего не весила, поднял на руки. Я вскрикнула от неожиданности, но тут же обвила его ногами за талию, обняв крепче, прижавшись лицом к его щеке.

– Келлар… – только и успела выдохнуть я, прежде чем он поймал мои губы в новый, жадный поцелуй.

Он шагнул в сторону выхода с кухни, не разрывая поцелуя, и я рассмеялась, когда мы чуть не врезались в дверной косяк.

– Осторожно, – прошептала я, чуть отстранившись, но он только усмехнулся:

– Молчи, женщина. Ты сбиваешь меня с курса.

– Я ли, – хихикнула я, прижавшись лбом к его лбу.

Он шёл быстро, с решимостью и жаром в каждом шаге, а я наслаждалась каждой секундой – тем, как сильны его руки, как плотно он меня держит, как губы снова находят мои. Несколько раз мы всё-таки задели стены – глухие «бум» в коридоре отзывались в теле приятной дрожью.

– Это ты во всём виновата, – пробормотал он, в очередной раз царапая плечом поворот. – Ты слишком вкусная, чтобы оторваться и идти ровно.

– Можно было остаться там, – дразняще прошептала я ему в губы.

Он ворчливо зарычал, но уже в следующий миг мы влетели в его каюту. Дверь за нашими спинами закрылась, и я почувствовала, как он опускает меня на кровать – медленно, с лаской, как будто я была его сокровищем… или бедствием, которое он принял с открытыми объятиями.

Глава 25

– Виола Ар’Кейнар, – прошептал он, скользя пальцами по моей щеке, словно проверяя, не сон ли это. – Ты согласна стать моей женой?

Я замерла, чуть приподняв голову, а потом тихонько рассмеялась – не от легкомыслия, а от счастья. От невозможности сдержать его.

– Так это же твоя фамилия, – прошептала я, отвечая ему поцелуем. – Согласна, Келлар. Конечно согласна.

Он закрыл глаза на секунду, словно мои слова что-то в нём отпустили. А потом наклонился, прижав лоб к моему. И в эту секунду я поняла: он отпускает прошлое, дает себе шанс поверить в нас. И пусть впереди – неизвестность, но сейчас, здесь, в его руках – было абсолютно всё, о чём я мечтала.

Его рука дрожала, когда он коснулся моей кожи. Не от страха – от сдерживаемой нежности, от глубокой сосредоточенности. Казалось, он боялся сделать что-то не так, боялся причинить мне малейший дискомфорт. Это был не просто шаг к близости – это было признание. Обещание. Принятие. Его губы, скользящие по моему плечу, были молитвой. Его дыхание на моих ключицах – клятвой. Он держал меня так, будто я была хрупким сокровищем, которое он слишком долго не смел просить у судьбы.

Я чувствовала каждое движение, каждую эмоцию, вибрацию от его сердца. Моё тело отзывалось на него, как будто знало его с рождения. Я ощущала, как он сдерживает себя, борется с желанием быть страстным, быть сильным – но каждый раз побеждает не сила, а забота. Он был рядом полностью. Не только телом – душой.

Когда он произнёс моё имя, шепча в тишине, оно прозвучало так, будто в нем заключён весь его мир. Я обняла его крепче, глядя в глаза – серьёзные, сосредоточенные, с тенью тревоги и вспышкой нежности.

– Келлар… – прошептала я, прижимаясь лбом к его лбу, когда он справился с моей одеждой. – Спасибо, что выбрал меня.

Он выдохнул, словно именно этих слов ему не хватало. Обнял так, будто никогда больше не отпустит. Его хвост обвился вокруг моих ног, как символ защиты, принадлежности и связи.

Этот мужчина был другим. Все они были разными, но этот… Я растворялась в его прикосновениях. Он касался моего тела, как чего-то нереального. Его пальцы сжимали мою грудь, губы ласкали кожу. Я выгибалась от этих нехитрых ласк и сама тянулась к его губам за поцелуями.

– Келлар, – шептали мои губы, когда он слегка развел мои бедра, прижимаясь ко мне разгоряченным телом.

– Моя Виола, – шепнул он. – Ты такая влажная, земляночка. Сложно поверить, что я вызываю в тебе столько желания.

– Глупый, – ответила я, снова увлекая его в поцелуй.

Головка его члена прижалась к моим складочкам и я нетерпеливо подалась навстречу, пропуская его в себя с тихим стоном.

Он брал меня нежно, ласково, но глубоко и отчаянно. Мои бедра сами раскрылись шире, позволяя ему входить на всю длину, заполняя меня до предела.

Член моего мужчины значительно отличался от других мужчин шириной и я словно снова лишалась невинности. Как же узко и горячо было! Он растягивал меня с каждым новым толчком и я впивалась в него ногтями, пытаясь справиться с этим сладким наваждением.

Как он мог скрывать от меня это совершенство так долго? Я готова была обидеться и простить его одновременно. Лишь бы он не останавливался и брал меня так постоянно.

Каждое его движение было наполнено особенным значением, будто Келлар старался не просто быть со мной, а прочесть наизусть всё, что я чувствую. Он держал меня бережно, но уверенно, словно боялся навредить, но ещё больше – отпустить. Его прикосновения были горячими, будто от сердца к сердцу – через ладони, губы, дыхание.

Я обвивала его крепче, вжималась в него, будто это могло остановить время. Всё внутри пульсировало от желания и ожидания, но он знал, как вести, как наполнять каждую секунду теплом и силой. Его имя рвалось с моих губ, словно молитва. Он двигался в ритме, который был только нашим – то медленно, почти невыносимо сладко, то глубоко, настойчиво, и я чувствовала, как внутри всё сжимается в напряжении, которое вот-вот отпустит.

– Келлар… – выдохнула я, уже почти не соображая. Боги, как он хорош. На секунду мне стало жалко ту дуру, что отказалась от этого сокровища. А потом мне стало так хорошо, что это сокровище мое.

Он посмотрел на меня, глаза были темны от чувства, в них не было сомнений, только я – целиком.

Волна удовольствия накрыла меня неожиданно – тёплая, мощная, всепоглощающая. Тело изогнулось в его объятиях, дыхание сбилось, а пальцы вцепились в его плечи, будто я могла утонуть в этом восторженном жаре. Он не отводил взгляда, удерживал меня на этом краю, пока я дрожала в финальном пике, растворяясь в нём.

И только, когда мои спазмы начали угасать, он сделал еще несколько глубоких толчков и излился на мой живот с глухим рыком.

Когда всё закончилось, он прижал меня к себе крепко-крепко, дыша тяжело и глубоко, как после долгого бега.

Он не сразу отпустил меня, наоборот – будто ещё сильнее прижал к себе, укрывая своим телом от всего мира. Его дыхание касалось моего виска, горячее и глубокое, а рука медленно скользила по моей спине, будто не мог надышаться мною, не мог поверить, что я рядом.

– Ты потрясающая, – тихо прошептал он, и в его голосе слышалась не страсть, а нечто куда большее. Почтение. Благодарность. – Виола Ар’Кейнар… звучит так, будто ты с самого начала должна была быть моей.

Я улыбнулась, укладываясь удобнее, прижимаясь щекой к его груди. Его сердце билось ровно и сильно, и под ладонью я ощущала, как оно отзывается на мои движения. Всё внутри меня было ещё слишком хрупким, тёплым, наполненным.

– Никогда бы не подумал, – продолжил он, запуская пальцы в мои волосы, – что женщина вот так просто войдёт в мою жизнь… в душу. И останется.

– А я останусь, – тихо ответила я. – Обещаю.

Он не сразу отпустил меня. Напротив – будто боялся, что если отпустит хоть на миг, всё это окажется сном. Его рука скользила по моей спине медленно, с какой-то благоговейной осторожностью, будто он пытался запомнить меня такой, вот прямо сейчас – тёплую, близкую, настоящую.

– Я и не знал… – хрипло прошептал он, губами касаясь моего виска, – что это может быть так. Что я могу чувствовать так.

Я чуть приподнялась, чтобы увидеть его глаза – и в них действительно читалась удивление.

– У меня был секс, но он и близко не был похож на это, – он выдохнул, проводя пальцами по моим волосам, – ты невероятная.

Я улыбнулась и прижалась к нему щекой, чувствуя, как его сердце бьётся всё ещё слишком быстро.

– Келлан, это ты невероятный, – прошептала я. – Мне так повезло, что от тех ужасных существ меня спасли именно вы.

– Спасли ли, – хмыкнул он чуть тише, – мы тебя присвоили. Вряд ли можно это назвать спасением. Но, прости меня, Виола, я больше тебя не отпущу. Теперь ты моя. Навсегда.

Глава 26

Он не сказал больше ни слова – просто легко поднял меня на руки, словно я была невесомой. Его движения были бережными, но в них чувствовалась какая-то внутренняя неотвратимость – как будто он должен был это сделать. Как будто всё ещё не до конца верил, что может держать меня вот так – голую, отдавшуюся ему, любимую.

Я устроилась у него на руках, положив голову ему на плечо, и с тихой улыбкой позволила себе просто вдыхать его запах, тёплый и чуть пряный, с легкой металлической ноткой, как у всех ранкаров, он казался сейчас родным и притягательным. Всё моё тело отзывалось на него тихим послевкусием удовольствия и какой-то искренней благодарностью.

Он внёс меня в душевую, и тёплый пар уже начал клубиться, когда он осторожно опустил меня на встроенное сидение у стены. Сел рядом. Взял губку и без спешки начал смывать с меня следы нашей близости.

Пальцы его были внимательными, почти медитативными. Он не просто мыл меня – он касался так, будто заново узнавал. Смывал не грязь, а страх, напряжение, тревогу. Иногда на мгновение замирал, задерживая ладонь на моей груди, на животе, на бедре – и я чувствовала, что для него это не просто забота. Это ритуал. Признание. Подтверждение того, что я теперь его.

– Никогда не думал, – выдохнул он вдруг, – что буду вот так сидеть перед женщиной… женой. И чувствовать себя… счастливым.

Я посмотрела на него, на серьёзный взгляд, в котором было столько эмоций, что у меня кольнуло под рёбрами от нежности.

Он склонился, чтобы легко поцеловать меня в плечо. Потом взялся за мою руку, поднял и начал мыть уже её – с той же тщательностью и уважением, как будто каждая часть меня была для него священной.

Келлар быстро ополоснулся под душем, ни на секунду не отпуская меня из виду, словно даже в эту минуту боялся, что я исчезну. А может, просто не хотел терять ни мгновения. Он вымылся без суеты, по-мужски лаконично – словно знал: сейчас главное не это. Главное – я.

Он потянулся к чистому полотенцу, обернул им меня с неожиданной нежностью, легко прижимая к себе, как если бы я была хрупкой и ценной вещью, которую надо защитить от мира. Мгновение спустя он уже нёс меня обратно в свою каюту. На сей раз мы никуда не врезались, и, несмотря на поспешность, в его шагах чувствовалась уверенность.

– Прости, – сказал он, усаживая меня на край кровати и открывая отсек с одеждой. – В моей комнате нет ничего подходящего для тебя. Только…

Он вытащил из ящика свою чистую спортивную рубашку и мягкие штаны. Материя была чуть плотной, но удивительно тёплой и комфортной на ощупь. Я улыбнулась:

– А мне подходит. Особенно если это пахнет тобой.

Он хмыкнул, слегка опустив глаза, словно хотел скрыть улыбку. Помог мне одеться, не торопясь, аккуратно, как будто каждая складка была важна. Его ладони скользили по моим рукам, плечам, талии – ни капли страсти, только тепло и забота. Как будто он одевал меня не просто в свою одежду, а в свою защиту.

Когда я оказалась полностью закутана в его рубашку – такую большую, что она почти доходила до колен, – он присел рядом и просто обнял.

– Так даже лучше, – прошептала я. – В этой одежде я чувствую себя… твоей.

Он не ответил, только ещё крепче сжал меня в объятиях.

Стук в дверь прозвучал неожиданно, чётко и настойчиво. Я едва успела повернуть голову, как из-за неё донёсся знакомый голос:

– Келл, ты не видел Виолу? Не могу её найти, – голос Дрея звучал встревоженно.

Я тихо рассмеялась, всё ещё сидя на постели, укутанная в просторную одежду Келлара, которая доходила мне почти до колен. Волосы были слегка влажные после душа.

Келлар приоткрыл дверь, и на пороге тут же появился Дрейан. Он окинул меня взглядом – сначала быстрым, будто проверяя, всё ли со мной в порядке, потом более внимательным, и в его глазах отразилось сразу всё: облегчение, понимание и лёгкое изумление.

– Вот ты где, маленькая пропажа. Келлар, не ожидал от тебя такого, – усмехнулся он. – Ладно, не буду отвлекать вас.

– Всё хорошо, – отозвался Келлар, немного недовольно. – Мне уже надо идти, прости девочка.

Он посмотрел на меня, будто прощался. Мягко поцеловал в плечо – и в этом жесте было столько тепла, что мне захотелось снова утонуть в его объятиях.

– Всё хорошо, – повторила я, ловя его ладонь и сжимая на миг.

– Тогда я заберу её, – сказал Дрейан, входя в комнату и протягивая мне руку. – Кстати… – его взгляд скользнул по моей фигуре. – Тебе чертовски идёт его одежда.

Я рассмеялась.

– Приятно слышать.

– Но мне было бы ещё интереснее посмотреть, как ты выглядишь в моей, – добавил он с прищуром, и я закатила глаза.

– Только не делайте из этого соревнование.

– Нет, – усмехнулся он, – просто хочу видеть тебя в том, что на тебе останется только от меня.

Келлар качнул головой, не вмешиваясь, и вышел, оставив нас наедине, напомнив, что это его комната.

Я встала, дотянулась до руки Дрея, позволив ему переплести наши пальцы, и вышла вместе с ним из каюты Келлара, всё ещё чувствуя тепло мужской рубашки и лёгкое, но приятное возбуждение от его слов.

– Почему ты меня искал? – спросила я, глядя на Дрея, пока мы шагали по коридору бок о бок, его рука уверенно сжимала мою.

– Соскучился, – ответил он, как ни в чём не бывало, затем чуть нахмурился. – А потом понял, что не могу найти тебя нигде. Ни в твоей каюте, ни на кухне, ни в зоне отдыха и даже на складах посмотрел… И, если честно, немного запаниковал.

Я не удержалась от улыбки. Он тут же остановился, наклонился ко мне и осторожно поцеловал – мягко, но с жаждой, будто проверял, приму ли я это. Я приняла. С готовностью и удовольствием.

– Прости, – выдохнул он, отстранившись. – Может, ты не хочешь, чтобы я тебя целовал сейчас.

– Почему? – удивилась я, заглядывая в его разом посуровевшее лицо.

Он замялся, отвёл взгляд:

– Не знаю. Просто… ты не такая, как наши женщины. Я рядом с тобой забываю, как надо себя вести. Всё время хочется прикоснуться, прижать, поцеловать. А потом вспоминаю, что на нашей планете так не делают, и вдруг кажется, что я перегибаю.

– Ну и хорошо, – рассмеялась я. – Я рада. Мне нравится, когда ты просто целуешь меня потому что хочешь. Не надо держаться за какие-то нормы, которые к нам уже не применимы.

Он прищурился, но улыбка вернулась в его глаза, будто его отпустило.

– Кстати, об этом. Я хотел рассказать тебе немного о том, что ты увидишь, когда мы прилетим. Точнее – что тебе нужно знать до того, как мы приземлимся, – серьёзно сказал он.

Я напряглась. Что-то в его тоне вызывало тревогу. Но прежде чем я успела задать вопрос, он уже мягко сжал мою руку и повёл в сторону одной из дверей.

– Пойдём в комнату отдыха, – предложил он. – Я буду обнимать тебя и рассказывать.

– Это подкуп, – хмыкнула я.

– Абсолютно, – согласился он, – но действенный же?

Я только кивнула, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее. Хотелось верить, что всё будет хорошо… но в жизни с моими мужчинами никогда не бывает просто.

Мы устроились на мягком диване, который больше походил на уютное гнездо: множество подушек, мягкий свет, закрытая дверь. Дрей притянул меня к себе, и я без сопротивления устроилась у него на груди, слушая размеренный стук его сердца.

– Первое, о чём ты должна знать, – заговорил он, запуская пальцы в мои волосы, – у нас на планете женщины не любят таких, как мы.

– Таких – это каких? – приподняла я бровь.

– Таких, как мы все. Мужественных. Широкоплечих. С яркой генетикой боевого клана. Большинство предпочитает мужчин женственных, изящных, утончённых. Нас называют бракованными. Потому что мы слишком… сильные и опасные.

Я нахмурилась:

– Звучит глупо.

Он усмехнулся, и в этом звуке было иронии больше, чем я ожидала.

– Возможно. Но нам с этим жить. И, предупреждаю, на нас будут смотреть. Косо. И на тебя тоже. Не потому, что ты землянка, а потому, что ты выбрала нас. Все видят насколько ты красивая, ты могла выбрать кого угодно.

– Меня не касаются чужие проблемы с головой, – фыркнула я, вызывая у него открытый, тёплый смех.

Он нагнулся и коснулся губами моего лба:

– Хорошо сказано.

Некоторое время мы просто молчали, а потом он заговорил вновь, уже тише:

– У нас любое желание женщины – закон. Абсолютный. Если ты что-то пожелаешь – ты это получишь.

– А если другая женщина пожелает чего-то от вас?

– Технически, – он слегка пожал плечами, – она может желать чего угодно от своих мужчин, или от свободных. Но если ей что-то нужно, мы можем… помочь. С разрешения жены. Но обычно дамы разрешают.

Я поджала губы:

– А я не хочу.

– Почему? – рассмеялся он, приподнимая бровь. – Ревнуешь?

– Конечно! Вы же… ТАКИЕ! – вспыхнула я.

Он снова засмеялся, но мягко, ласково. Провёл пальцем по моей щеке.

– Глупая. У нас никто не считает нас такими. Мы – бракованные. И ты сама увидишь, как с нами обращаются.

– Уже видела, – буркнула я, вспоминая Рикаса и Дела. Настроение немного сникло.

Он чуть сжал мои пальцы:

– Следующее правило, дорогая. Женщина может отказаться от мужа, если он больше ей не угоден.

– Что? – я застыла, не веря ушам. – Но ты же сам говорил… развод невозможен… никаких «отказов»…

– Развод невозможен, – подтвердил он. – Но отказаться – можно.

– Я не понимаю. Это звучит как противоречие.

Он тяжело вздохнул и опустил взгляд:

– Просто запомни. Это возможно. Всё остальное – потом. Ты не обязана сейчас вникать.

Мне совсем не казалось, что «всё остальное» не важно… но я решила пока не спорить.

Он поцеловал мои пальцы, продолжая:

– У нас нельзя причинять вред женщине. Даже в игре. Даже по её просьбе. Никаких ударов. Никакой боли. Даже намёка. Всё решает она. Сколько мужей будет, кого выберет, что захочет. Мужчина – служит. Защищает. Уважает. И любит. Если повезёт.

– Мне повезло, – прошептала я и уткнулась в его шею.

Он улыбнулся. Я почувствовала это кожей, всем телом. Он прижал меня крепче, укутал хвостом, как пледом, и прошептал в волосы:

– А мне – больше, чем я заслуживал.

– А женщина может причинять вам боль? – спросила я, приподнимая голову, чувствуя, как внутри всё сжалось. После всех этих правил, ограничений, строгости – хотелось хоть капли справедливости.

Дрей замер, потом медленно кивнул:

– Да. Конечно. Это не запрещено. Если мужчина причинил женщине боль – его накажут. А если женщина причинит боль мужчине – это её право. Он может уйти… если сможет.

– Мне это не нравится, – пробормотала я, сжав его руку в своей. – Совсем не нравится. Это не… правильно.

Он смотрел на меня молча. С каким-то странным выражением в глазах – словно с благодарностью. Или с облегчением.

– Я не стану причинять вам боль, – сказала я твёрдо.

– Я знаю, Ви, ты любишь, когда причиняют боль тебе. Я такого еще не встречал, – шепнул он и поцеловал в висок. – Но ты должна понимать, что ты можешь увидеть, когда мы прилетим.

– А где мы будем жить? – сменила я тему, поглаживая его пальцы. – У вас есть дом? Для всех?

Он усмехнулся – коротко, почти смущённо.

– Нет. Никто из нас не думал… не рассчитывал, что однажды вернётся на планету с женой. Тем более, с женой, которая выбрала нас всех. У нас нет одного дома. У каждого были свои небольшие жилища или койка в доме родителей. Иногда мы ночевали на базе, когда бывали на планете.

– Но?

– Но мы найдём, – уверенно добавил он. – Арендуем. Или выкупим. Главное, чтобы тебе было комфортно. Чтобы ты чувствовала себя… дома.

Я прижалась к нему, скрывая улыбку в его рубашке.

– Главное, чтобы мы были вместе. А остальное для меня не важно.